Пролог

Беспроглядная ночная темнота скрывала все малейшие источника света за крохотным окном. Беспрерывно барабанящий дождь, в сопровождении с громовыми раскатами, не предвещал ничего хорошего. Сильный ветер, завывающий сквозь щели деревянных рам, ещё сильнее нагнетал и без того напряжённую обстановку. Молодой человек, лет 20, стоял на коленях, уронив голову на грудь. Чёрные волосы, испачканные грязью и пылью, скрывали полузакрытые глаза, затуманенные отчаянием и обреченностью. Безжизненное лицо, в ссадинах и ушибах, не выражало ни малейших эмоций. Местами порванная, некогда белая, блуза обнажала мышечный рельеф и белую, словно молоко, кожу. По пропитанным потом и кровью следам на блузе, угадывался нелёгкий бой, который предшествовал нынешнему положению пленника. Руки, заведённые за спину, давно уже онемели от натуго завязанных веревок. Каменные стены темницы, толщиной с полметра и кованные массивные двери не оставляли ни малейших надежд на побег. Понимание неизбежной расплаты, которая должная произойти, превращали каждую минуту в целую вечность. Лишь благодаря крошечному окну, размещенному под самым потолком, пленник понимал, что прошло уже полдня с тех пор, как его сюда бросили.

Где-то вдалеке начали разноситься звуки торопливых шагов, вперемешку с металлическими ударами ключниц, раздаваясь эхом по всему коридору. Сердце пленника застучало с бешенной скоростью, звуки которого отдавали в ушах. Лицо покраснело от прилившей крови, а ослабленное тело напряглось как струна. Чувство тревоги в груди нарастало как волны надвигающегося цунами. «Это он…», «Вот и всё», «Сейчас начнётся…», «Это конец» - лихорадочным вихрем мысли начали проноситься в голове Леонеля. Шаги остановились возле дверей: «Он здесь, господин» - раздался глухой голос одного из стражников. «Открывай!» - ответил нетерпеливый голос, в котором слышались еле сдерживаемая ярость и злость. «Сию минуту, господин» - угодливо произнёс стражник и поклонившись хозяину, начал звенеть ключницей в поисках нужного ключа. Раздался звук открывающегося замка и тяжёлые двери со скрипом отворились. «Оставьте нас!» - приказал Бресей, устремив взгляд голодного хищника на долгожданную добычу. Двери снова заскрипели. Неспешно подойдя к Леонелю, Бресей встал напротив него. Бледная кожа, утончённые черты лица и гордая осанка безошибочно выдавали в Бресейе принадлежность к аристократическому роду. Кожаные туфли, начищенные до блеска, камзол и штаны-гофре сшитые по последней моде идеально дополняли образ молодого графа. Чёрные, как воронье крыло, волосы, обычно аккуратно уложенные назад, сейчас небрежно выбились из утренней укладки и обрамляли гладкие щёки. Голубые глаза, всегда выражающие лёгкое пренебрежение и холод, сейчас излучали ледяной гнев граничащий с садизмом. То ли упиваясь видом, представшего его глазам, то ли пытаясь побороть еле сдерживаемые эмоции и вернуть себе обыденное самообладание, Бресей выждал около минуты.

- Ну, что? Славно прогулялся? – и не дожидаясь ответа,молниеносным ударом в лицо, повалил заложника на каменный пол. Из виска побежала тёплая струйка крови, которая, скатываясь по щеке Леонеля, окрасила блузу в алый цвет.

Минувшие дни

Леонель сидел в кресле, потеряно сжимая письмо в руках. Чернила на грубом пергаменте местами превратились в кляксы от свежих слёз. В горле будто застрял комок не дававший дышать, и расстегнув верхние пуговицы траурного сюртука, Леонель пытался продолжить читать. Наворачившиеся еле сдерживаемые слёзы превращали текст в огромное размазанное пятно.

«Дай сюда», - сказал Бресей"– и забрав из рук письмо начал читать в слух:

«Уважаемый господин Леонель де Парионьи,

приносим вам свои глубочайшие соболезнования в связи с кончиной вашего батюшки. С учётом того, что вы единственный сын покойного Жерара де Парионьи, и других детей у него нет, становитесь единовластным наследником его имущества, в которое входит:

-      Усадьба в деревне N. с численность 50 душ и доходом 4 500лир ежегодно;

-      Облигации общей стоимостью 500 лир;

-      Общий счёт в банке на 1000 лир и 15 су.

Помимо этого, по распоряжению вашего батюшки, вы получаете капитал в 2000 лир при условии, что поступаете и оканчиваете военный королевский колледж, как было согласованно ранее. В связи с тем, что у г-на Жерараде Парионьи были долги в сумме 10 000 лир перед покойным г-ном Оноре де Ланьез, который перешёл его сыну Бресею де Ланьез, со ставкой 2% годовых, вы не можете вступить в наследство ранее, чем не оплатите долг в течении 3-х месяцев. В противном случае, ваше наследство переходит в собственность г-на де Ланьеза.

До востребования, ваш нотариус де Ленье.»

«Бресей, почему ты не говорил,что у моего отца были долги?» - ошарашено спросил Леонель, до конца не веря только что услышанному.

«Ну, Леональ, кто же знал, что твой отец так скоро скончается, едва ты успеешь выпуститься из школ Мы…», - Бресей взял графин и разлил вино в два бокала.

«Бресей…» - перебил Леонель – на что отец брал такой долг? Говори как есть, не скрывай». – Леонель взял протянутый бокал и, отпив приличный глоток вина, в упор посмотрел на друга.

«М-да, не хотел я чтобы это всё так…..Леонель…твой отец, он..он был игроком. Г-н Жерар, упокой господь его душу, был заядлым картёжником. Добрейший человек и души в тебе не чаял, но раз выиграв крупный куш, не смог остановиться. Ты не знаешь, но он как-то проиграл свою усадьбу, ты тогда учился на 3-м курсе. На следующий вечер, правда, смог-таки её отыграть и больше такой ставки уже не делал. Мой отец, пока был жив, пытался вытащить его из этого увлечения, и даже назначил процент на долг, в надежде, что г-н Жерар одумается, но всё было безуспешно.» - обняв Леонеля за плечо, Бресей сел в соседнее кресло и закурил сигару.

«Боже…10 000 лир, как я оплачу такой долг, 3 месяца..я не выплачу его и за год.» - горько усмехнувшись, Леонель схватился руками за голову.

«Не теряй головы. В конечном счёте,ты должен мне, а не кому-нибудь. Неужели я тебе не помогу? Мы с тобой дружим с самого детства» - стряхнув пепел и отпив вино, Бресей продолжил – «Я бы с радостью простил тебе долг и не взял бы с тебя даже одного су, но сделки наших отцов закреплены нотариально, и закрыть долг без квитанций об оплате я не могу, при всём моём желании. Леонель, ты выпустился из школы и необходимое образование уже получил. Я предлагаю тебе устроиться ко мне управленцем. Нет, подожди» - увидев возражение во взгляде друга, Бресей поднял указательный палец, не дав Леонелю заговорить. – «Мне предстоит ещё два года до выпуска из колледжа, всё это время меня нет в усадьбе, и сейчас мои дела ведёт старик Полиньи. Он, конечно, хороший работник, и работал при моём отце много лет, но он уже в летах и не признавать этого глупо. По уму, его уже давно пора отправить на пенсию и найти нового управляющего, молодого, с живым умом и честного….как ты».

Бресей поднялся из кресла и поставил бокал на стол. Взяв бумагу, лежавшую возле графина, он подошёл к другу и протянул её ему: «Вот, держи. Это договор о найме и сумме оплаты и ежемесячной выплаты в сумму долга. Так, в течении 6 лет, ты сможешь выплатить весь долг. А срок указанный нотариусом я исправлю. Да, я уже всё продумал.» - сказал Бресей, увидев удивленной лицо Леонеля.

«Но, Бресей…я ничего не смыслю в управлении, ты же знаешь, я готовился к военной карьере. Это было моё желание и отца. Отец даже выхлопотал для меня место в императорской гвардии, куда я должен поступить на службу после окончания колледжа.» - Леонель одним глотком осушил бокал и поднялся. – «Сердечно тебе благодарен, мой друг, но я не могу принять твоё предложение.»

Глаза Бресея недобро блеснули, взгляд стал холоднее обычного, на лице залегла тень раздражения. Никогда не терпящий

каких-либо возражений, Бресей начал терять самообладание.

«Леонель, не глупи, - в тихом голосе Бресея засквозила угроза – Моё предложение – лучший вариант решения

проблемы. О твоём колледже и так уже не идёт никакой речи. Ты не сможешь содержать себя и своё обучение целых 4 года. Куда ты пойдёшь? Писарем в местную канцелярию за 1 лир в месяц? Или устроишься дворецким к престарелой графине Монтенон, в надежде, что она отпишет тебе состояние?, - Бресей подошёл к приятелю, который снова сел в кресло, и продолжил, - Какие у тебя есть варианты?».

«Бресей, я меньше чем за полчаса получил целый фунт информации, от которой у меня голова кругом….мне..м-мне,- с запинкой

стал говорить Леонель, - мне нужно время чтобы всё обдумать и решить как действовать и..и..» - не зная, что добавить, Леонель опустил взгляд в пол, лихорадочно продумывая хоть какие-то варианты.

Видя безвыходное положение старого друга и предчувствуя победу, Бресей успокоился. Подойдя к Леонелю вплотную

и приподняв его лицо за подбородок, Бресей мягкой произнёс: «Да, ты прав. Сегодня у тебя был очень тяжёлый день: похороны отца, новость о долге… тебе нужно отдохнуть. Время уже позднее – Бресей взглянул в окно, за которым была

глубокая ночь, - да и дождь собирается, оставайся у меня, служанка подготовит комнату».

Леонель встал и протёр глаза: «Спасибо,Бресей, я так рад, что у меня есть такой верный друг как ты. Так вымотан, что

голова раскалывается на части. Комната та же, что и обычно?».

«Да, та, что рядом с моей спальней».

Пожелав спокойно ночи, Леонель подошёл обнять друга на последок. Тот ответил тем же и обнял Леонеля, задержав

свои объятия на мгновение дольше приличного.

Ночь искушения

Время перевалило уже за полночь,когда Бресей читал книгу под тусклым освещением горящей свечи в кабинете. Глаза машинально бегали по тексту, не заостряя внимания на строчках и казалось, что мыслями чтец обращён к чему-то другому, ожидая какого-то знака.

- Господин, он уснул – сказала служанка, зайдя в кабинет. Бресей отложил книгу и зажёг сигару.

- Ты сделала как было велено? –спросил Бресей в упор посмотрев на молодую девушку.

- Да, господин. – от холодного и властного взгляда хозяина Анне стало не по себе и она опустила глаза в пол – четыре капли, как вы велели.

- Хорошо, можешь идти. – Бресей сбросил пепел и снова затянул сигару.

Служанка ушла. Выждав ещё полчаса, когда все лягут спать, Бресей поднялся с кресла. «Наконец-то» мелькнуло в голове Бресея и в радостном предвкушении, с лёгким нетерпением вышёл из кабинета.

Дверь в спальню медленно отворилась. Свечи давно догорели, как и поленья в камине, отопившие теплом всю комнату. В кровати, стоявшей возле стены, напротив двери, спал Леонель. Шёлковое покрывало сбилось в ногах, обнажая голый рельефный торс. Подающий свет

из окон делал кожу ещё белее, как у греческой статуи. Одна рука была закинута на голову, закрывая глаза, вторая лежала на животе, слегка сжатая в кулак и приподнимаясь от мерного, еле заметного дыхания. Казалось, он мог стать натурщиком, достойным кисти Микеланджело или самого Рафаэля, возвеличив художников ещё больше. Гость бесшумно подошёл к кровати. Поставив свою свечу на прикроватный столик, он начал рассматривать представшую глазам картину. Его взгляд, словно язык хищника, скользил по телу Леонеля, не пропуская ни одного сантиметра. По венам растекалось пьянящее наслаждение, как от сбывшегося заветного желания. Сердце, как лихорадочное,

билось в груди и казалось, что оно сейчас вырвется наружу. Взгляд продолжал скользить по спящему и теперь дошёл до низа живота, прикрытого скомканным покрывалом. Желание разгоралось всё больше, мозг уже не контролировал волю, а разгорячённая кровь прилила к паху, приведя орган в «боевую» готовность. Холодная от волнения рука потянулась к покрывалу. Приподняв край и отбросив его, взгляд затуманило еле сдерживаемое вожделение. Казалось, что комната пропиталась напряжением, а воздух чуть ли не раскалился от жара, исходящего из каждой клетки тела Бреся. Удерживая самообладание из последних сил, Бресей провёл пальцами по рельефному животу Леонеля. Как электрический разряд, от гладкой, мягкой как шёлк кожи, по руке прошла дрожь. Леонель слегка повернул голову в сторону и неразборчиво сказав что-то во сне, приоткрыл губы. Последние остатки самообладания Бресея, которые у него ещё  оставались, разлетелись как осколки стекла,разбившегося о землю.

Как вымотанный песчаной жарой путник припадает к спасительной, освежающей воде, Бресей припал к губам Леонеля. Жадно прижавшись к губам, язык Бресея скользил во рту Леонеля, играя с его языком. Переводя жаркое, прерывистое дыхание, Бресей спустился к шее и начал осыпать её поцелуями, оставляя характерные следы. Руки скользили по телу, то играя с нежными сосками Леонеля, то гладя живот и бёдра. Не прекращая осыпать поцелуями шею и губы, Бресей опустил руку ниже живота и обхватил ладонью член. Пальцы гладили мягкую кожу как будто пытались получить ответное возбуждение. Ладонь непрестанно двигалась по члену вверх-вниз, делая дыхания Бресея ещё сбивчивее и жарче. Большой палец уже обводил сухую головку члена Леонеля, переменно продолжая поступательные движения ладонью. Вот уже рука аккуратно сжала мошонку и начала слегка массировать яички. Сам Бресей был на грани. Его член был напряжён до предела, и казалось, что вздувшиеся вены лопнут, если прямо сейчас не произойдёт разрядка. Чем дольше Бресей продолжал свои ласки, тем недостаточнее этого было для погашения пожара, бушующего в его мозгу, груди и промежности. Страсть всё сильнее пожирала его сознание, требуя полной кульминации, не ограничиваясь лишь малыми крохами того, чего он получает сейчас. Перевернуть Леонеля на живот,

обхватить упругие ягодицы, раздвинуть их и взять уже силой заветный плод! Вот чего воспаленное сознание хотело в действительности! Вот о чём уже не первую минуту кричал одурманенный желанием мозг, и так настойчиво просило тело! Но нет, он не может, не может взять силой то, что должно быть отдано добровольно. Только так счастье от сбывшегося желания будет истинным и полным, только так долгожданный момент запечатлится в сердце неоценимой ценностью. Приложив над собой титанические усилия, Бресей вытащил член, приобретший впечатляющие размеры, и изверг сперму на живот Леонеля. Тяжело выдохнув, как марафонец, пробежавший сложнейшую полосу с препятствиями, Бресей почувствовал как тепло от удовлетворения разливается по венам, расслабляя напряженное тело и успокаивая воспалённый мозг. «Сегодня я довольствуюсь малым, но придёт день и ты сам предложишь мне себя. И тогда…тогда я получу сполна». Улыбнувшись этой мысли, Бресей ещё раз поцеловал Леонеля и вытерев следы своего пребывания, покинул комнату.

Договор

Солнце давно уже перевалило за полдень,птицы под его лучами щебетали на разные лады, пастухи возвращали стада с пастбищ,

клерки спешно отписывали срочные записки в своих конторах, крестьяне во всю

работали в полях - жизнь кипела полным ходом. Леонель открыл глаза. Не смотря

на долгий сон, голова была тяжёлой и как будто бы в тумане, сознание упорно не

хотело возвращаться. Стараясь вспомнить прошлый день, мысли путались в голове,

вихрем проносясь в сознании и оставляя после себя смутное понимание произошедшего.

Леонель встал с кровати и подошёл к окну, отворив его на распашку и вдохнув

свежий воздух, минувшие события начали восстанавливаться в голове, приводя в

порядок мысли. «Всё это правда. Мне не приснилось». – горечь утраты и тяжесть

неожиданно появившегося долга разом навалились тяжёлым грузом. Отпив воды прям

из графина, Леонель вдруг ощутил нестерпимую жажду, сжигающую горло. Осушив всё

до последней капли, Леонель начал приводить себя в порядок.

- Кто-то у нас, оказывается,любит хорошо поспать – весело произнес Бресей, увидев Леонеля, зашедшего в гостиную

– раньше за тобой такого не водилось, доброе утро.

- Сам удивлен, что проспал полдня,спал как убитый, даже тело одеревенело. Бресей, не знаешь, никто из слуг не заходил

ко мне ночью?

- Что? С чего ты взял? – сердце в тревоге ёкнуло. «Не может быть, что он тогда не спал…» кровь отхлынула от лица

Бресея.

- Мне кажется, кто-то ночьюприходил и отворял окна, у меня вся шея в каких-то укусах, по всюду красные

пятна. – Леонель опустился в кресло и приготовился к главному – В общем не

важно, давай перейдём к твоему предложению и покончим с этим.

- Я рад, что ты уже готов – с облегчением ответил Бресей – Как я уже говорил вчера, все документы у меня готовы, и

договор, и исправленная расписка о задолженности. Тебе нужно только подписать,

а нотариус де Ленье её заверит завтра, твоё присутствие не нужно. Сразу после

этого можешь приступать к своим обязанностям – сказал Бресей ободряющее хлопнув

товарища по плечу.

- Бресей, я не хочу отказываться от места в королевской гвардии. Я соглашусь на твоё предложение, только если  смогу продолжить обучение.

- Леонель, и как ты это себе представляешь? Как собираешься вести мои дела не находясь в поместье и большую

часть времени отдавая учёбе? – упрямство собеседника начинало понемногу

раздражать Бресея.

- Сейчас каникулы, этого времени хватит чтобы понять как всё устроено, да и Полиньи введёт в курс дела, он ещё в

состоянии обучить меня как что делать…

- Нет, Леонель! – терпение Бресея начало давать слабину – Либо ты принимаешь моё условие, либо возвращаешь долг

отца в полном объёме и в указанный срок! Но, так как у тебя нет средств для

покрытия долга, суд установит тебе тюремный срок, что сразу ставит крест не

только на твоей карьере, но и жизни в целом!

- Б-Бресей….- с запинкой ответил ошеломлённый Леонель – не могу поверить, что ты готов у-упечь меня за решётку….-

услышанное никак не укладывалось в голове.

- Нет, конечно, нет – выдохнул Бресей– прости, я вспылил, ты же знаешь какой у меня горячий темперамент. – в комнату

вошёл слуга и принёс графин с вином. Разлив вино по бокалом, Бресей протянул

один Леонелю.

- Хорошо – продолжил Бресей,отпив глоток – я пойду тебе не уступку. Ты продолжишь обучение за счёт дохода

из своего имения. Так как от имения ты не сможешь оплатить долг, по уговоренным

нами ранее условиям, твой срок службы у меня будет увеличен до 10 лет.

- Но я тогда потеряю место в гвардии…- нерешительно произнёс Леонель.

- Леонель, ты, видимо, плохо понимаешь реальную суть вещей. Сейчас вопрос не в твоей карьере, а в сохранении

свободы и честного имени. Я и так уже сделал для тебя не мало, но ты

продолжаешь напрашиваться на неприятности – с ледяной интонацией ответил

Бресей.

- Я понимаю….просто…это место в гвардии..оно было мечтой жизни, и теперь ускользает из моих рук – осознание несбывшейся

мечты залегло печально маской на лице Леонеля.

- Понимаю. Но жизнь есть жизнь иона не всегда отвечает нашим ожиданиям. И так, ты продолжаешь учёбу в городе, и

селишься со мной в доме мадам Пуасон. Я давно снимаю у неё квартиру, она не

будет против. Места хватит на нас двоих. Все траты я беру на себя, а ты ведёшь

мои дела совместно с Полиньи. Так будет удобнее всего. Заодно и за тобой

присмотрю – рассмеялся Бресей – чтобы не кутил как последний безбожник и не

прыгал по девкам – глаза Бресея предупреждающе блеснули на последних словах.

- Спасибо, Бресей – Леонель вскочил с кресла и крепко обнял друга – не перестану благодарить небеса за то, что у меня

есть ты!

- А теперь, Леонель, самое главное. Так как мы будем жить вместе, уясни одно, я не потерплю вертепа в

квартире, чтобы ты приводил туда девиц и устраивал непотребства. Увижу хоть раз

подобное, головы тебе не сносить, хорошо меня понял? – ледяной взгляд Бресея

обжигал своим холодом.

- У меня и в мыслях этого не было…-удивлённо ответил Леонель.

- Да, и вот ещё, никаких ночных загулов! Проведёшь ночь вне дома, лично и прилюдно отхожу тебя лозиной, так,

что неделю ещё сидеть не сможешь.

- Бресей – рассмеялся Леонель, не заметив потемневших глаз Бресея – ты как старший брат, которого у меня не было,

скажешь тоже – усмехнулся Леонель и ещё раз обнял приятеля – Я совершенно не

проблемный сосед, вот увидишь. Никто из моих товарищей, с кем я жил, на меня не

жаловались – закончил Леонель, даже не подозревая по какому тонкому льду сейчас

идёт.

Страница книги Обречённый в интернете

Table of Contents

Пролог

2 Минувшие дни

3 Ночь искушения

4 Договор

О книге