Билли. Ни боли, ни сожалений

По холлу ветхого дома, вторя такту настенных часов, разносился скрежет ржавой ножовки, что разрывая мертвую плоть, врезалась в белоснежные кости. От каждого четко выверенного движения, капли разлетались по сторонам, с клекотом падая на мульчирующую пленку.

Отделив последнюю часть, Билли рухнул в стоящее рядом потрепанное кресло, устало закрыв глаза. Из расслабленных пальцев выскользнула ножовка, со стуком упав в поблескивающую, от света уличных фонарей, багряную лужу. Этот тихий звук, прозвучал в ушах парня гулким набатом, возвращая его к реальности. Времени на отдых не оставалось. Необходимо было решить появившуюся проблему, как можно быстрее.

Тяжело вздохнув, опираясь на подлокотники, Билли медленно поднялся. Сделав пару шагов, он остановился напротив отделенной от торса головы и развернул ее, носком потертого ботинка, щербатым лицом к себе.

— Я мог снести любую боль. Для меня ее не существует, — прошептал Билли, пристально посмотрев в остекленевшие зрачки. — Тебе не стоило ее трогать, Даррен, — качнув головой, тихо добавил парень, устремив взгляд в самый темный угол комнаты, где на столе лежала разбитая видеокамера.

Стоило Билли заметить глубокую трещину на объективе, как болезненные воспоминания стали всплывать в его голове, сдавливая грудь и заставляя сердце биться сильнее. Словно замершее, время воскрешало в памяти тусклые образы прожитого дня, который должен был закончиться так же, как и все предыдущие — мирным просмотром отснятого за день видео, но этого не произошло...

***

Шумное пространство школы, по окончанию занятий, стало наполняться тишиной. Ученики расходились по своим делам. Кто-то возвращался домой, чтобы подготовиться к завтрашнему дню, а кто-то предпочитал заглянуть в местный бар, работники которого уже давно перестали спрашивать водительское удостоверение и возраст у своих посетителей. Приходящие исправно платили, а для владельца единственного питейного заведения — этого было вполне достаточно, чтобы не обращать внимания на остальные нюансы.

Дождавшись, когда разговоры и крики сменятся благозвучием безмолвия, Билли устроился на полу коридора второго этажа, напротив приоткрытого окна, предварительно насыпав немного корма на подоконник. Еще вчера парень заметил здесь пересмешника, но не смог его заснять. Птицу спугнули. В надежде, что она вернется на облюбованное место, Билли стал ее ждать.

— Все возвращаются, если есть на то веская причина, да, дедушка? — тихо задал вопрос в пустоту парень и, тяжело вздохнув, наклонился вперед, окинув взглядом свои перебинтованные руки. — Даже те, кому не следовало бы...

Словно в подтверждение озвученных мыслей, Билли услышал шорох крыльев и переливистый щебет. Опустившись на подоконник, где ждало лакомство, пересмешник огляделся по сторонам и принялся за трапезу.

— Вернулся, — ласково улыбнувшись, прошептал парень и осторожно потянулся за стоящей рядом сумкой.

Достав старенький Canion, Билли направил объектив на птицу, которая была так увлечена угощением, что даже и не думала обращать на это внимания.

— А я ему, типа: «Стиви, если у тебя нет баксов, так вали к херам», — послышался гнусавый, с нотками истеричности, голос, чья громкость нарастала по мере приближения.

Идиллия была нарушена. Вскоре, в объективе камеры появилось отражение Даррена, остановившегося напротив окна. Билли замер, на мгновение задержав дыхание. Он почувствовал, как все его тело напряглось, а пульс участился. С этим второгодкой, Билли был хорошо знаком еще с первого класса. Для подобных Даррену, тихий и неразговорчивый парень становился идеальной мишенью. Крепко сжимая зубы, Билли молча приходилось терпеть нападки в свою сторону. Он понимал, что помощи ждать не от кого. Родителям, на тот период времени, не было никакого дело до мальчика. Поглощенные собственными обидами и злостью, они порой даже забывали о его существовании, все глубже и глубже утопая в ссорах и скандалах. Бену Кларку, директору школы, Билли тоже не мог рассказать о происходящем, так как Даррен довольно быстро сдружился с его пасынком — Аароном. И не то, чтобы крепкие родственные связи заставляли мужчину закрывать на все глаза, скорее деньги, получаемые от жены, которая предпочитала откупаться от поступков родного сына, нежели вникать в их природу.

— Заканчивал бы ты с этим, Даррен, — посетовал второй голос, принадлежавший Мартину.

Услышав его, Билли судорожно выдохнул. Мартин был единственным из злополучной компании, в ком осталось хоть что-то человеческое. Появившийся не так давно в школе, парень быстро влился в коллектив, но держался поодаль, когда новые приятели планировали что-то выходящее за рамки морали. Проанализировав его поведение, Билли сделал вывод, что, скорее всего, он тоже был тихоней. И если Билли решил остаться собой, несмотря на обстоятельства, то Мартин предпочел быть более гибким, подстраиваясь под них.

— Нахрена? — хмыкнул Даррен и, спугнув птицу резким выпадом руки, облокотился на подоконник. — Я за этот месяц, на одних только таблах так поднялся, что сегодня попрусь брать новую тачку.

— Даррен... — понизив резко тон голоса, позвал его Мартин, заметив направленную в их сторону камеру.

— Стопорни! Я не все сказал, — прорычал Даррен, покраснев так сильно, будто мог взорваться в любой момент от невозможности закончить свой монолог. — Прикинь, че этот шакал тявкнул в ответ? Типа, у меня товар все-равно говно!

— Даррен, заткнись, — прошептал Мартин, быстро прикрыв лицо ладонью, как делают обычно звезды попавшие в объектив папарацци.

— Че? — тут же разразился криком его приятель, вытаращив глаза и крепко, до щелчка, сжав кулаки.

Даррен имел крайне вспыльчивый характер и если бы в его поле зрения не попал Билли, сидевший у противоположной стены коридора, Мартину пришлось бы отвечать за свои резкие слова.

— Какого хрена?

Даррен оскалился, оголив ряд пожелтевших зубов, скрипнувших от напряжения. На шее парня запульсировали вздутые вены. Некогда покрасневшее лицо, приобрело насыщенный багровый оттенок, а ноздри раздувались, с жадностью впуская в легкие кислород. Даррен стал похож на разъяренного быка, готового разнести что угодно на своем пути.

Билли не сразу успел среагировать, а когда опустил камеру, было уже слишком поздно. Даррен быстро преодолел дистанцию между ними и вцепившись в ворот толстовки, резким движением дернул вверх, вынудив Билли подняться. Мощный удар пришелся на живот парня, заставив его тут же согнуться. Билли прокашлялся, медленно осев на пол.

— Ты глянь, наш сопляк, походу, раскачался, — злобно хмыкнул Даррен, посмотрев на свой кулак, встретивший сопротивление, и опустился на корточки напротив парня.

Даррен не в первый раз выплескивал свою злобу на Билли. Если он получал плохую оценку или что-то не ладилось дома — шел на поиски своей личной груши для битья. Ему нравилась слабость противника и то, что даже будучи избитым до полусмерти, Билли никому не жаловался, а под градом многочисленных побоев — не издавал ни звука. Даррен долгое время развлекался подобным образом, пока не открыл в себе, с легкой руки Аарона, талант продавца. Увлеченный сбытом смертельных таблеток, он на время забыл о существовании Билли. Этот период мог бы стать самым спокойным, если бы не трагедия, унесшая жизнь единственного человека, который искренне любил и заботился о парне.

«Если ты не чувствуешь боли — это не значит, что ты не можешь умереть от ее последствий. Мышцы — хороший щит для внутренних органов, даже если ты не хочешь атаковать, ты должен защищаться.» — сказанные на смертном одре слова дедушки, прозвучавшие, словно последнее желание умирающего, въелись в мозг Билли, заставив пересмотреть хотя бы этот аспект в своей жизни.

— А силенок не прибавилось! Заснял компромат? Сдать меня решил, тварь?

С этими словами, Даррен вырвал у Билли камеру и, подскочив на ноги, стал ее крутить в руках.

— Даррен, успокойся, — боязливо оглядываясь по сторонам, проговорил Мартин, дернув парня за рукав. — Я слышал голос мистера Кларка. Если он увидит происходящее, то теперь уже точно не отмажешься дружбой с Аароном.

Даррен метнул взгляд в сторону Мартина. Его зрачки расширились, а уголки рта дрогнули, растягиваясь в кривой нервной ухмылке. Пусть директор школы и закрывал на все глаза, но на «горячем» ему еще никто не попадался, а проблем с родителями Даррену и так хватало.

— Пошли, — рявкнул парень, пнув грязным ботинком ногу Билли.

Не сводя взгляда с камеры, которая занимала сейчас все его мысли, Билли послушно поднялся и последовал за Дарреном в сторону мужского туалета.

Зайдя внутрь, Даррен достал пачку сигарет из кармана и прикурил. Сделав затяжку, он толкнул локтем раму, настежь отворив окно, и слегка высунулся наружу. Билли замер, почувствовав, что ему перестало хватать кислорода. Тело обдало жаром. Давление резко подскочило, а сердце с каждым ударом усиливало свой ритм. Жадно глотнув воздух, он крепко вцепился пальцами в толстый ремень сумки, думая лишь о том, что одно неловкое движение может привести к непоправимому — камера выпадет на улицу и, ударившись об асфальт, разобьется.

— Даррен, отдай, — пересилив себя, сбивчиво проговорил Билли, протянув дрожащую руку вперед.

— Это? — с наигранным удивлением спросил парень и, глубоко затянувшись, выпустил облако дыма в лицо Билли.

Билли поморщился. Запахов он не различал с рождения, так же как и не чувствовал боли физически, но ощущения все-равно были не из приятных.

— Плохо просишь, Билли, — зажав сигарету между зубов, усмехнувшись, процедил Даррен. — Даже на колени не встал, — добавил он и окинув презрительным взглядом парня, вытянув руку с камерой в окно.

Будто в замедленной съемке, Билли видел, как его Canion летит вниз. Оцепенение спало. С широко распахнутыми от ужаса глазами, парень дернулся вперед, вызвав волну громкого истеричного смеха у Даррена, в последний момент успевшего схватить ремешок камеры.

— Видел бы ты сейчас свою морду! — давясь гоготом, прокричал Даррен. — Вставай на колени и ползи ко мне, тварь!

Услышав этот приказ Билли почувствовал, будто внутри него все органы сдавило невидимыми тисками, а к горлу подступила тошнота. Крепко сжав кулаки, он медленно опустился на пол, обдав парня ледяным взглядом, который невозможно было увидеть за плотной завесой темных длинных волос.

— Мартин, глянь на этот кусок говна! — не унимался, перевозбужденный от чувства превосходства, Даррен.

— Завязывай, — отозвался тут же парень с болезненной гримасой на лице.

Мартин, все это время молча стоящий у двери и следящий за тем, чтобы в помещении не появилось нежелательных свидетелей, пытался абстрагироваться от ситуации, но происходящее уже давно вышло за рамки его морали. Парень считал так: одно дело — драка, в которой ты можешь выйти победителем, и совсем другое — смешивание с грязью.

Осторожно шагнув вперед, Мартин дотронулся до плеча парня.

— Билли, поднимайся, — дрогнувшим, почти умоляющим голосом, тихо проговорил он, но Билли даже не шелохнулся, хоть и отчетливо слышал каждое слово.

— Вот, правильно, псина, так и стой! — ликующе воскликнул Даррен.

— Хватит! Завязывай! Он просто сотрет запись и все. Не стоит из этого устраивать цирковое представление.

— А? — вздернув бровь и резко подавшись вперед, переспросил Даррен. — Тебе жалко этот мусор, что ль?

— Мне жалко мое время и остатки репутации, — прервав зрительный контакт, ответил Мартин. — Если у тебя всего этого — вагон и маленькая тележка, то я вишу на волоске от отчисления. Ты знаешь моего отца. Он от меня мокрого места не оставит. Мне не нужны проблемы с родоками.

От слов Мартина парень напрягся, поджав губы. Упоминание родителей было именно тем стоп-краном, который мог привести разошедшегося Даррена в чувства.

— Думаешь, наш дружок будет трепаться направо и налево? — оставив свой прежний тон, осипшим голосом, спросил парень, на лбу которого выступила холодная испарина только от одной мысли о собственном отце. — Забей! Он не будет. Этот, мелкий сученыш, никогда не жалуется. Сам накосячил. Нехер было нас снимать.

— Я не вас снимал, — будто вырвавшись из состояния транса, сухо прошептал Билли.

— Че?

— Там был пересмешник.

— Кто? — переспросил Даррен, подскочив к Билли и остановившись в полуметре от него.

— Птица такая, — тяжело вздохнув, уточнил Мартин, потерев болезненно занывшие виски. — Хоть иногда на буквы поглядывай.

— Завали, Мартин, — огрызнувшись прорычал парень, но даже не удостоив своего приятеля взглядом. — Мне насрать что ты там снимал изначально, говнюк.

С этими словами, Даррен занес руку с камерой над головой. Билли не успел опомниться, как в тишине раздался хлопок. Еще несколько секунд он не мог понять, был ли это звук его упавшего на пол тела или удар техники о грязную плитку.

— Дарен, какого хрена ты сделал? — выпалил Мартин, чей голос Билли уже слышал, словно доносящееся издалека эхо.

— Избавился от улик! — парировал Даррен, не видя никаких причин для паники.

— Ты хоть знаешь сколько стоит такая хрень? Ты в жизни не расплатишься!

— С кем? С этим куском говна?

— Это уже за гранью, — прохрипел Мартин и, сделав над собой небольшое усилие, добавил: — Если продолжишь в том же духе, кто-нибудь расскажет об этом директору.

Не дав Даррену ответить на провокацию, Мартин быстро вышел из уборной, громко хлопнув дверью. Грохот и, разразившийся руганью, голос Даррена заставили Билли вернуться к реальности. Слыша лишь обрывки слов, парень медленно поднялся на ноги и оглядел камеру со всех сторон. Его руки судорожно затряслись. Объектив был сломан. Подобно яркой вспышке, перед глазами всплыл образ лучезарно улыбающегося дедушки, который с нетерпением ждал, когда парень снимет блестящую обертку с коробки и увидит подарок. В голове Билли, будто что-то щелкнуло. По телу стало разливаться позабытое чувство, похороненное в памяти около четырех лет назад.

— Вот говнюк, — сплюнув, процедил сквозь зубы Даррен, переведя свой взгляд на Билли, неподвижно стоящего рядом. — Ну и хрен с...

Фраза оборвалась. Резкий, точный удар пришелся прямо в область солнечного сплетения. У парня перехватило дыхание. Он не успел опомниться как новая волна тупой боли заставила его рухнуть на пол.

— Сука, — попытавшись подняться, злобно прошипел Даррен, быстро отойдя от шока. — Да я от тебя...

Резко замолчав, он замер в полуприседе. Слова застряли в пересохшем горле, как только парень встретился со взглядом Билли — пристальным и холодным. Билли смотрел на Даррена, как на нечто неживое, обезличенное. Так смотрят на свою жертву хищники, перед тем, как напасть, и отец Даррена, приступая к наказанию. Поймав себя на этой мысли, парень невольно отшатнулся, попятившись назад. На побледневшем лице проступила испарина.

— Ты должен быть наказан, — медленно, словно смакуя каждое слово, прошептал Билли.

Сказанное эхом пронеслось в голове Даррена. Парень издал сдавленный звук и, вскочив на ноги, выбежал в коридор. Проводив его взглядом, Билли аккуратно положил камеру в сумку и вышел следом. Он понимал, куда побежит Даррен, в поисках убежища, а так же прекрасно знал более короткий путь до этого места — через плотный лесной массив, опоясывающий город до самого побережья.

Оказавшись в нескольких метрах от кованых ворот, за которыми располагался величественный особняк семьи Кларк, Билли осмотрелся. Выбрать место для наблюдательной позиции не составило труда — по периметру забора были высажены высокие густые кусты. Билли притаился. Не сводя взгляда с пустой дороги, он отсчитывал секунды до появления Даррена, который не заставил себя долго ждать.

Выскочив из засады, Билли мертвой хваткой вцепился в горло парня, утягивая его за собой, в заросли. Даррен пытался сопротивляться, но воздуха, с каждым движением, становилось все меньше. Перед его глазами начала медленно сгущаться тьма, а спокойное безучастное лицо Билли превращалось в абстрактный рисунок безумного художника.

Поняв, что жертва теперь полностью в его власти, Билли ослабил хватку. Тело с глухим звуком рухнуло вниз. Переведя дыхание, парень вцепился в ворот куртки своей добычи и направился в сторону леса, тропинки которого он знал наизусть. Выйдя к старому, на вид заброшенному, одноэтажному коттеджу, стоящему в конце улицы, Билли остановился напротив черного входа и вытащив из кармана ключи, открыл дверь. Дом встретил хозяина мертвой тишиной, прерывающейся лишь тихим стуком настенных часов.

Внутреннее убранство жилища не сильно отличалось от фасада, явно требующего ремонта. Из мебели здесь остался только кухонный гарнитур в просторной обеденной, соединенной с холлом, несколько тумбочек и кровать. Это все, что уцелело после последнего визита опекунов. А оставшиеся опустевшие комнаты навсегда были закрыты на ключ, словно ящики Пандоры, хранящие в себе жуткие воспоминания.

Затащив тело Даррена внутрь дома, парень направился к двери чулана. Каждый его шаг звучал все тяжелее, по мере приближения. Оказавшись в полуметре от своей цели, Билли застыл, почувствовав как желудок резко скрутило, а к горлу стала подступать тошнота. Облизав пересохшие губы, он крепко схватился за ручку двери, дернув ее на себя. С трудом заставив оторвать взгляд от пола, парень осмотрел помещение. Небольшая комната, отделанная звуконепроницаемым материалом была оборудована полками с инструментами, которые сейчас не представляли особого интереса для Билли, в отличие от бетонированной в пол крепкой цепи с регулируемым кольцом. Яркие вспышки воспоминаний, в то же мгновение, заполнили голову парня. Словно бурлящий, неконтролируемый поток водной стихии, они беспощадно рушили дамбу, что парень так тщательно выстраивал все это время.

Пока Билли пытался справиться с нахлынувшими эмоциями, со стороны двери послышался шорох. Даррен медленно начинал приходить в сознание. Эффект неожиданности сыграл в пользу Билли при похищении, но он не знал сможет ли противостоять Даррену один на один. Рисковать было нельзя.

Быстро приблизившись к парню, Билли подтащил его к чулану. В тишине раздался скрежет ржавого металла и звон. Удостоверившись в том, что кольцо плотно сжимает шею Даррена, а длина свободной цепи не позволит ему подняться в полный рост, Билли прикрыл дверь. Достав из сумки камеру, он, словно на ватных ногах, прошел до стоящего на полу ноутбука и рухнул рядом с ним. Подсоединив Canion Билли мягко улыбнулся и с облегчением вздохнул, когда в нижнем углу монитора появилось сообщение о подключении оборудования. Камера, несмотря на повреждение, была все еще рабочей. Решив проверить целостность записей, Билли открыл папку, но стоило курсору навестись на последний файл, как со стороны чулана послышался стук. Громкий и яростный, словно от удара ноги о деревянное полотно.

— Выпусти меня, ублюдок! — раздался приглушенный крик за спиной.

Улыбка тут же исчезла с лица. Билли медленно поднялся с пола и так же не спеша направился в сторону чулана.

— Тебе конец, сукин сын! — проорал Даррен, как только дверь распахнулась.

Увидев возвышающийся над ним темный силуэт, парень начал извиваться, пытаясь подняться с пола, но сковавшая его движения металлическая цепь не давала ни шанса.

— Ты создаешь много шума, — сухо, не скрывая раздражения, проговорил Билли. — От этого начинает болеть голова.

— Дай только подняться и я тебе башку оторву, чтоб не болела! — крикнул Даррен, дергаясь из стороны в сторону.

— Ты повредил объектив. Это наказание.

— Да, срать я хотел на твою мыльницу! — не унимался парень. — Больной ублюдок! Освободил меня сейчас же, иначе я кишки тебе вырву, тварь!

Той прыти, с которой Даррен пытался избавиться от цепей, можно было только позавидовать. Он выгибался и дергался, будто искренне веря в то, что ему под силу одолеть крепкий сплав металла. Пристально наблюдая за поведением Даррена, раздражение, которое испытывал Билли, сменялось на нечто иное. Парень почувствовал как резко подскочил уровень адреналина, заставляя кровь приливать к конечностям, как пульс учащается, а волоски на теле приподнимаются. Беспомощность жертвы — будоражило рассудок Билли. Происходящее вдруг стало напоминать игру, вызывая легкое ощущение эйфории при победе в ней.

— Может ноги?

— Че? — на мгновение перестав дергаться, выпалил Даррен.

— Может, ты бы хотел переломать мне ноги или пальцы? — уточнил свой вопрос Билли и, перешагнув через парня, остановился напротив полок с инструментами, до которых, в силу своего положения, не мог дотянуться Даррен. — Чтобы ты предпочел сделать сначала?

— Язык тебе вырвать, урод! — прокричал парень, сосредоточенно следя за действиями своего похитителя.

— Как скажешь, — отозвался Билли, пожав плечами.

Надев на руки перчатки и достав из деревянного короба зажимные клещи, Билли присел на корточки. Схватив парня за волосы, он резко дернул вниз, заставив Даррена запрокинуть голову.

— Какого хрена?

Не став отвечать на столь глупый вопрос, Билли крепко зажал челюсть Даррена пальцами, зафиксировав его рот в открытом положении. Даррен дернулся, попытавшись высвободиться, но не смог. Холодные клещи уже крепко сжимали его язык. Душераздирающий крик заполнил пространство, вскоре сменившись булькающим хрипом. Под пронзительным взглядом ненавистных ему глаз, Даррен стал захлебываться собственной кровью. Боль была невыносимой, заставляющей все тело содрогаться в конвульсиях. Адская агония, жадно пожиравшая тело, вскоре отступила. Сердце остановилось, а из приоткрытого рта вырвался последний вздох.

Билли молча сел у стены и с нескрываемым интересом наблюдал за тем, как жизнь покидает свою бренную оболочку. Когда тело Даррена обмякло в его руках, парень перевел взгляд на железный инструмент, в котором все еще была зажата окровавленная плоть. Из-за мутации гена Билли с рождения находился под угрозой гибели. Если бы он откусил себе язык, то умер даже не заметив этого, но Даррен оказался другим. Впрочем, сожаления от содеянного Билли не испытывал. Не пришло и чувство удовлетворения, что испытывало большинство маньяков, воплотивших свои безумные фантазии в жизнь. Игра быстро закончилась, оставив после себя лишь горькое разочарование и назойливо вертящийся в голове вопрос:

— Если ты был способен это испытать, если прекрасно знал, что такое боль, то почему вел себя так? — тихо спросил Билли, склонившись над искаженным лицом Даррена и тяжело вздохнул, прекрасно понимая, что ответа не последует.

Медленно поднявшись, Билли направился в сторону кухни. Скинув в измельчитель вырванный кусок мяса, парень нажал на кнопку. Дождавшись когда диспоузер закончит свою работу, Билли тщательно промыл щипцы и перчатки, после чего умылся сам. Вытерев лицо вафельным полотенцем, парень посмотрел на настенные часы. Для вывоза «мусора» было еще слишком рано, а салон по ремонту техники мог закрыться в ближайшее время. Расставив свои приоритеты, Билли окинул взглядом бездыханное тело Даррена. Быстро заперев дверь чулана на ключ, парень поспешил к выходу, захватив с собой камеру.

Ветер на улице поднялся, одаривая своей прохладой одиноких прохожих. Небо затянуло свинцовыми тучами, предвещая с минуты на минуту пролиться мелким дождем.

Билли поежился, посетовав, что не взял с собой куртку, но тратить время на возвращение домой — не хотел. Пробежав несколько автобусных остановок, Билли резко затормозил напротив стеклянной двери салона и переведя дух, зашел внутрь. Колокольчики, подвешенные над входом, переливчато зазвенели и находящийся за стойкой с компьютером парень широко улыбнулся посетителю.

— Добро пожаловать, — бодро отозвался он, но стоило Билли подойти ближе, как тон голоса тут же изменился: — Билли?

— Здравствуй, Мартин, — коротко поприветствовал одноклассника Билли и вытащив из кармана камеру, поставил ее на столешницу.

— Этот говнюк все-таки что-то с ней сделал, да? — нахмурившись, спросил Мартин, взяв в руки аппаратуру.

Осмотрев технику со всех сторон, парень спрятал ее за стойку и принялся что-то выводить аккуратным почерком на тонкой бумаге.

— Думаю, я быстро все исправлю, — вырвав лист из блокнота и протянув его Билли, начал Мартин. — Держи квитанцию и приходи за камерой завтра.

— А сегодня я не смогу забрать? — убрав листок в задний карман джинсов, тихо спросил Билли.

— Прости, приятель, мы скоро закрываемся, — покачав головой отозвался Мартин. — Это не моя причуда, просто график работы такой.

Билли осунулся. Его руки, словно резко потерявшие силу, опустились вниз. Мысль о том, что драгоценная вещь будет недосягаема какое-то время — выбивала из колеи. Виновнику сложившейся ситуации уже нечего было предъявить, а на Мартина Билли зла не держал. Его нейтральную позицию, парень прекрасно мог понять. Мартин просто предпочел находиться среди шакалов, нежели быть их очередной жертвой. Это мало чем отличалось от поведения остальных учеников школы, прячущихся за спиной Билли, способного выдержать любой натиск со стороны Аарона и его компании.

— Прости, — прошептал Мартин, почувствовав как в воздухе нарастает напряжение. — За все прости. Мне очень стыдно, что я не смог тебе помочь. Я правда хотел. Выйдя из туалета, я побежал к директору, но когда мы с ним подошли, вас уже не было и мне влепили выговор...

— Все в порядке, Мартин, — сухо отозвался Билли, не дав парню закончить свои душевные излияния и направился к двери.

Выйдя на улицу, Билли прислонился спиной к стене и, закрыв лицо ладонями, медленно опустился вниз. Множество мыслей в его голове начинали копошиться, будто назойливые насекомые и лишь одно высказывание их объединяло: «Если бы я мог, я бы воскресил Даррена и придумал для него кару пострашней».

— Простите, вам плохо? — послышался обеспокоенный бархатистый голос, заставив Билли поднять голову.

Перед ним, слегка наклонившись, стояла встревоженная девушка. Копна ее шелковистых светло-рыжих волос, заплетенная в толстую тугую косу, свисала до пояса. Сама незнакомка была невысокой с округлыми формами и чем-то отдаленно напоминала одну из тех фарфоровых статуэток, что любил коллекционировать дедушка Билли. Длинные светлые ресницы обрамляли большие, небесного цвета, глаза, смотрящие участливо на парня.

Билли нервно сглотнул, увидев в них свое отражение. Крупный, высокий парень, скрывающий лицо за темными густыми волосами, на мгновение показался Билли жутким чужаком, к которому он никогда бы не подошел, даже имея вескую на то причину.

— Я могу чем-то помочь? — вновь спросила девушка, присев на корточки, напротив изумленно смотрящего на нее парня. — Простите, но вы выглядите так, как будто у вас что-то случилось. Я могу вызвать скорую. У вас что-то болит?

Девушка замолчала, заметив на шее Билли темно-бордовые пятна. Ее глаза расширились, а руки нервно задрожали. Быстро найдя в своей маленькой сумочке спиртовые салфетки, она вытащила одну из них и приложила к шее парня. Билли замер, с недоумением наблюдая за незнакомкой.

— У вас... У вас кровь, — сбивчиво пролепетала девушка. — Вам точно не нужно в больницу?

— Это не...

— Билли, — раздался рядом голос вышедшего на улицу Мартина, внезапное появление которого вмиг отрезвило парня.

Билли с облегчением вздохнул. Если бы не Мартин, растерянный парень сказал бы этому маленькому ангелу то, что ему явно не следовало знать.

— Со мной все в порядке. Спасибо, — с трудом шевеля губами, проговорил Билли, выпрямившись в полный рост.

Девушка кивнула и мягко улыбнувшись, вложила в руку парня шоколадный батончик, который он тут же крепко сжал в кулаке. Билли иногда видел, как взрослые утешают подобным образом своего плачущего ребенка. Порой, он даже с завистью смотрел на то, как кто-то на детской площадке падал и разбивал коленки в кровь. Пусть сверстник и мучался в этот момент, но вскоре получал внимание и заботу родителей.

— Берегите себя!

С этими словами, незнакомка направилась дальше по своим делам. Не в силах оторваться от того как легко покачиваются ее бедра и красиво развивается подол длинной юбки, Билли неподвижно стоял, молча провожая ее взглядом и казалось напрочь позабыл о существовании Мартина.

— Прости, я, наверное, помешал.

— Все в порядке, — резко качнув головой, будто пытаясь избавиться от навязчивой иллюзии, отозвался Билли.

— Я тут нашел кое-что, — усмехнувшись не свойственному поведению, начал Мартин. — Она, конечно, не идет ни в какое сравнение с твоей, но думаю, до починки, вполне способна скрасить время.

Билли опустил взгляд на протянутую ему маленькую камеру, после чего с недоумением посмотрел на Мартина.

— Она не краденая, — мягко улыбнувшись, сказал парень. — Просто иногда хозяин салона скупает на запчасти технику. Ты же знаешь, в нашем городе полно всякого сброда, который выносит из дома все подряд и сдает за жалкие центы то, что стоит намного дороже.

— А моя камера?

— Завтра ее заберешь. Будет, как новенькая, — Мартин на мгновение запнулся, пытаясь подобрать правильные слова. — Ну, и оплачивать ее починку тебе не нужно.

— Почему?

— Считай, что таким образом я извиняюсь.

Мартин резко замолчал. Пронзительный взгляд Билли, пусть и был скрыт за прядями длинных волос, но, будто чувствовался на коже.

— Билли, а ты не думал поговорить с директором о происходящем? — осторожно начал Мартин и, достав из кармана пачку сигарет, прикурил. — Даррен — меньшее из зол. Сам знаешь. Если это трепло разболтает о записи Аарону или кому-то из его компашки, боюсь даже предположить, что будет. Они же все повязаны на дряни. Прикинь, какая жижа у них теперь вместо мозгов?

— Аарон — сын директора.

— Да, ты прав, но пускать все на самотек — тоже такое себе, — поморщившись, проговорил Мартин. — Я бы и сам настучал, но... Черт! Парень, я так переживаю за Роуз, — жадно затянувшись и, выпустив в воздух облако дыма, продолжил он. — Сейчас они не обращают на нее внимания и Роуз может спокойно посещать школу, но боюсь даже представить на что способны эти ублюдки, если...

— Ты любишь ее? — тихо спросил Билли, переведя свой взгляд на дом, за углом которого исчезла незнакомка.

— Тупой вопрос, приятель, — покачав головой, с улыбкой отозвался Мартин и мечтательно посмотрел в небо. — Она весь мой мир перевернула с ног на голову. Нет, даже не так. Она стала целым миром для меня. В жизни не встречал кого-то более милого и очаровательного.

Билли кивнул, удовлетворенный подобным ответом и, спрятав камеру в карман, накинул на голову капюшон, будто почувствовав, что в это самое мгновение начнет накрапывать дождь.

— Слушай, а может я тебя пивом угощу? — с воодушевлением спросил Мартин.

Он никогда толком не разговаривал с Билли, лишь обменивался парой фраз, и даже не мог представить насколько умиротворяющим оказалось его общество. Тихий и спокойный, подобно воде во время штиля, Билли располагал к себе. Образ парня уже не казался Мартину мрачным и отталкивающим.

— Я не люблю алкоголь, но спасибо.

— Ну, если что, всегда буду рад составить тебе компанию, — немного разочарованно отозвался Мартин, похлопав парня по плечу.

Билли кивнул на прощанье и направился в сторону дома, где его ждало одно неотложное дело.

Когда до порога оставалось всего ничего, в небе сверкнула яркая молния, сопровождаемая гулкими раскатами грома. На асфальт начали падать капли холодного дождя. Билли поднял голову вверх и невольно поморщился, предположив, что копать влажную глинистую почву будет сложнее. Впрочем, у него был еще один вариант — море. Когда-то в детстве, Билли часто сбегал из дома, чтобы посидеть на берегу. Несмотря на свой страх, шум воды, всплески и прохлада помогали разобраться в себе. Теперь, море могло поспособствовать ему очистить не только мысли, но и скверну, что некогда ходила по этой земле.

Захлопнув входную дверь, Билли скинул с себя мокрую толстовку на пол и не спеша подошел к чулану. Лежащий навзничь Даррен, будто смотрел в потолок пустыми остекленевшими глазами. Этот взгляд мало чем отличался от того, что был при жизни. Даррен никогда не брезговал лично проверять каждый продукт, которым планировал торговать.

Освободив тело от цепей, Билли уложил его посреди комнаты на мульчирующую пленку, использовавшуюся когда-то матерью для рассады. Вернувшись в чулан, парень огляделся. Инструментов было предостаточно и самых разнообразных. Пытаясь укрыться от очередного скандала с женой, отец пробовал себя во многих творческих профессиях. Сварка, резьба по металлу, по дереву. Все то, что заглушало бы шум исходящий от истеричной женщины. Жаль, ни одно занятие, он так и не смог довести до конца, в отличие от его приемного сына. Выбрав среди всего многообразия пилу, Билли посмотрел на часы. Прикинув в уме примерное время за которое он сможет управиться, парень приступил к работе. Слегка проржавевшая от времени ножовка рвала плоть, врезаясь в белые кости. Билли ни о чем не думал в этот момент. Его действия выглядели так естественно, будто он просто разрезал, приготовленную на день благодарения, фаршированную индейку.

Сэм. Городок разрушенных надежд

Утреннее солнце наполняло своим мягким светом просторную типовую кухню двухэтажного дома, заставленную многочисленными коробками. Из-за частой эксплуатации, они выглядели немного потрепано, но надписи были все еще читабельны.

— Да где же эти штуки? — надрывно простонала невысокая рыжеволосая женщина, пытаясь отыскать два бокса для ленча.

— Попробуй посмотреть в коробке: «Посуда-пластик», — отогнув страницу газеты и поправив тонкую роговую оправу очков, предложил мужчина, сидящий за обеденным столом.

— Нет, там я уже смотрела, Джо, — всплеснув руками, на выдохе, ответила женщина, рухнув на стоящий рядом стул. — А я говорила, что стоило все разобрать еще вчера, как только приехали. Может, я их вообще засунула в: «Кухонные мелочи»? Хотя, зачем, если они всегда лежали в: «Посуда-пластик»? С другой стороны, приказ начальства поступил так неожиданно. Целых три года на одном месте, а тут снова переезд. Собирались в дикой спешке, вот и получилось то, что получилось.

— Лидия, не волнуйся, — мягко улыбнувшись, проговорил мужчина и протянув руку к жене, нежно сжал ее ладонь. — Я уверен, что даже если ты не найдешь контейнеры, наши дети голодными не останутся. В конце концов, что это за школа, если у них нет столовой?

— Нет. Она там имеется, конечно же, но кто знает, что в ней подают и в каком виде...

— Доброе всем утро, — послышался голос девушки, наблюдавшей за происходящим со стороны. — Мам, не напрягайся так. У Питера всегда с собой мини-аптечка, а боксы ты вчера убрала в шкафчик рядом с холодильником, — пройдя на кухню и расположившись за столом, напротив отца, добавила Сэм.

— Точно! — подскочив тут же с места и подлетев к кухонному уголку, воскликнула Лидия.

— Доброе утро, Тыковка, — отложив газету в сторону, поприветствовал Джо, расплывшись в улыбке. — Ну, как? Ты готова к новым приключениям?

— Скорее суетливое, судя по всему, — отозвалась молодая копия матери. — И если для тебя история искусства и литература — приключения, то определенно готова. Кстати, когда мы напомним маме, что еду и напитки проносить с собой нельзя? — с прищуром спросила девушка, взяв с тарелки подгоревший тост с джемом.

— Видимо, никогда, — раздался рядом голос паренька, только что спустившегося к завтраку. — Доброе утро.

Окинув взглядом сонно зевающего брата, Сэм невольно хмыкнула. Питер всегда с трудом поднимался. С темными кругами под глазами, бледной кожей, растрепанными светло-русыми волосами, и общей худобой, которой его наградили отцовские гены, мальчик, в это время суток, больше походил на зомби, нежели на человека.

— Мам, нам уже пора идти, — кинув беглый взор на тосты и поморщившись, проговорил Питер.

— Хорошо, хорошо.

Лидия повернулась к столу и протянула своим детям контейнеры уже наполненные едой.

— Питер, не связывайся с плохой компанией. Милая, будь милой, — пролепетала свои наставления женщина, внимательно наблюдая за тем, как боксы исчезают в сумках.

— Мам, что за странное напутствие? — вздернув бровь, удивленно спросила Сэм и накинув ремешок на плечо, направилась к выходу.

— Ничего не странное, — тут же возразила Лидия. — Улыбка и вежливость — великая сила.

— Она у нас точно из этого века? — шепнул сестре Питер, потянувшись к дверной ручке. — В современном мире к тебе могут прикопаться даже из-за вежливости.

— Милая, а может завтра пойдешь? — неожиданно предложила женщина в тот момент, когда Питер с Сэм уже перешагнули через порог. — Все-таки мы только приехали, еще обжиться не успели, — подбежав к двери, добавила она.

— Лидия, оставь ребенка в покое, — послышался голос отца семейства. — Дети, хорошей вам дороги!

— Эй, а я могу пойти завтра?

— Нет, Питер. Ты можешь пойти сегодня. В отличие от сестры, у тебя нет проблем с вливанием в новый коллектив, — нахмурившись, ответила женщина, покачав головой.

— У нее тоже не было бы проблем, если бы мы не переезжали с места на место. Могли и до выпускного подождать, — разочарованно буркнул Питер, направив носок ботинка в сторону дороги, словно готовясь ринуться вперед, в любой момент.

Лидия открыла рот, жадно глотнув воздух. Слова сына прозвучали, как укор, кольнувший в самое сердце. Глядя на это, Сэм прикусила губу, ожидая, что мать сейчас взорвется словесной тирадой, которую ей не хотелось бы выслушивать с самого утра. Девушка вполне могла понять недовольство матери и позицию брата, но, тем не менее, старалась всегда придерживаться нейтралитета, предпочитая следовать тактике отца — не принимать участие в баталиях этих двоих, которые могли спорить без устали до скончания веков.

— Вы только посмотрите кто заговорил, — словно подтверждая опасения Сэм, растягивая фразу, нараспев, сказала женщина. — А на работу ты предлагаешь забить, значит?

— Забить? Ого! Мам! Так совет про плохую компанию больше под...

— Ой! — перебив брата, воскликнула Сэм, и дернув его за рукав школьной формы, демонстративно уставилась на наручные часы. — Время то как поджимает! Если сейчас не поторопимся, то опоздаем!

Быстро проговорив последнюю фразу, Сэм поцеловала мать в щеку и, подтолкнув брата вперед, направилась в сторону дороги, ведущей к школе.

— Люблю тебя, мам! — крикнул Питер, поспешив следом за сестрой.

Сэм покачала головой, сунув руки в карманы пиджака. Она была на сто процентов уверена, что мать продолжает прожигать своим взглядом спину брата. Не имея возможности высказать все накипевшее, Лидия обычно заливалась багряным румянцем и выставляла нижнюю губу вперед, так, как это делают расстроенные груднички. Схожая повадка прослеживалась и у Питера, лет до семи. Порой Сэм ловила себя на забавной мысли, что несмотря на внешнюю схожесть с матерью, она переняла характер отца, а Питер — с точностью, да наоборот. Пожалуй, единственное разительное отличие в их поведении состояло в том, что мать все принимала близко к сердцу и из-за этого ее часто посещали тревожные мысли по поводу и без.

— И зачем ты ее так изводишь? — зачесав пальцами выбившиеся из косы рыжие пряди, спросила Сэм. — Знаешь же, что она теперь до конца дня только и будет думать о вашем разговоре.

— А я против дискриминации любого рода. Если она предложила тебе побыть сегодня дома, то почему я не мог? — подбив носком ботинка мелкий камушек, лежащий на асфальте, спросил Питер.

— Ай, да ладно тебе! — хмыкнула девушка, слегка толкнув брата плечом. — Ты бы сам не остался. Нет смысла начинать разговор, если в конечном счете его исход ни на что не влияет.

Услышав эти слова, Питер поник, опустив голову.

— Сам не знаю, что на меня нашло, — тихо проговорил парень, постукивая кулаком по бедру. — Мне просто казалось — с переездами покончено. Надоело как-то. Мы даже, вон, коробки толком не разобрали в этот раз, — Питер замолчал на мгновение и, кинув беглый взгляд на сестру, осторожно спросил, будто боясь услышать ответ: — Как думаешь, насколько мы здесь?

— Понятия не имею, — тяжело вздохнув, честно сказала Сэм. — Радует только то, что это выпускной класс и если я вдруг снова окажусь изгоем, мне не придется терпеть игнор три года.

— До сих пор, кстати, не могу понять почему они так с тобой поступили.

— Надеюсь, что кара «новенького в школе» тебя никогда не постигнет и ты не узнаешь ответа на свой вопрос, — вялым голосом отозвалась Сэм и, мягко улыбнувшись, потрепала брата по волосам.

Питер замер на месте. Сэм озадаченно посмотрела на него. Прежде, брат никогда не реагировал так на ее прикосновения, значит причина его резкой остановки заключалась в другом.

Проследив за взглядом Питера, Сэм заметила идущего через дорогу высокого парня. Он выглядел странно и, казалось, немного знакомо.

— Глянь, какая жуть идет, — кивнув в сторону прохожего, взволнованно проговорил Питер.

— Обычный парень. Возможно, даже милый, — отозвалась Сэм дрогнувшим голосом, будто сама сомневалась в этом утверждении.

— Ага, прям как Дух Самайна, — в глазах Питера блеснул огонек заинтересованности.

Будучи рьяным поклонником жанра ужасов, парень выискивал везде странные знамения и чуть ли ни в каждом третьем незнакомце стремился разглядеть маньяка. Первые несколько лет после появления подобного интереса, родители еще пытались что-то сделать — отключали кабельное, ставили контроль на сайтах, но в итоге сдались, понимая, что старшая сестра не будет содействовать им в этом деле. Полюбив бессмертную классику жанра еще в средней школе, Сэм втихаря проносила брату книги из своей коллекции и читала их на ночь. Впрочем, в отличие от девушки, которой пришлось яро отстаивать свою точку зрения, Питера довольно быстро оставили в покое, поняв что его новое увлечение никак не влияло ни на учебу, ни на общее поведение.

— Интересно, а он еще учится в школе? Выглядит как студент.

— Похоже, кому-то пора завязывать с ужастиками, — вздернув одну бровь, проговорила Сэм. — И, если ты не в курсе, то пялиться так на незнакомцев — неприлично.

— Да, он реально на маньяка похож!

— Ага, а я — балерина, — скептично хмыкнула Сэм и подтолкнув брата вперед, возобновила ход.

С этого замечания мирный поход в школу превратился в бестолковый спор, длящийся до самых ворот учебного заведения. Питер пытался приводить какие-то аргументы в пользу своего утверждения, но все они для Сэм звучали довольно глупо и наивно.

— Питер, если мы переехали в маленький тихий городок — это еще не значит, что на каждом шагу должны обязательно быть убийцы, маньяки или чудовища внеземного…

Оглушенная гудком, летящей на огромной скорости, машины, Сэм не успела среагировать. Резкий толчок сбил девушку с ног. Она крепко зажмурилась, отчетливо слыша как в ушах гулом раздается сердцебиение. Все происходило слишком быстро и прийти в себя ей удалось только после тихой фразы, произнесенной бархатистым голосом:

— Вы в порядке?

Открыв глаза, девушка увидела нависшего над ней парня с темными, скрывающими лицо, волосами. Быстро поняв, что опасность миновала, незнакомец подскочил на ноги и протянул руку.

— Смотри куда прешь, урод! — послышался крик Питера, которому тоже понадобилась пара минут, чтобы осознать происходящее.

— Да, — схватившись за ладонь незнакомца и поднявшись с земли, ответила Сэм. — Кажется, немного локоть содрала, но с моей грацией гиппопотама, это вполне нормальное явление, — попытавшись улыбнуться своему спасителю, добавила она.

— В воде они достаточно проворны, — озадаченно отозвался парень, не спеша отпускать Сэм.

«Кажется каким-то заторможенным слегка. Почему он все еще ее держит?» — подумала про себя девушка, медленно вытягивая свою руку из теплой шероховатой ладони, покрытой ссадинами и побелевшими мелкими шрамами.

— Ну, да... Проворные, наверное.

— Сэмми? — взволнованно позвал сестру, подбежавший Питер.

Посмотрев на свою ладонь, незнакомец тут же отшатнулся от Сэм, словно пробудившись от сладкой дремоты.

— Все хорошо. Не стоит волноваться.

— Не волноваться? По моему мнению, имбецилы за рулем — это отличный повод поволноваться!

— Питер, не ругайся, — невольно поморщившись, тихо проговорила Сэм и тут же обратила все свое внимание на стоящего неподалеку парня. — Спасибо, что помог.

— А вы... — сбивчиво, будто пытаясь подобрать нужные слова, начал незнакомец, но тут же замолчал.

— Да?

— Простите. Обознался, — тряхнув головой, будто отгоняя от себя какие-то мысли, еле слышно сказал парень и направился в сторону невысокого здания, скрытого за широкой кроной деревьев.

— И Дух Самайна, похоже, все-таки учится в нашей школе, — дождавшись, когда незнакомец окажется на достаточном расстоянии от них, проговорил Питер.

— Но я была права. Он, вроде как, милый, — глядя на отдаляющийся силуэт спасителя, отозвалась Сэм, мягко улыбнувшись.

— Ну да, — хмыкнул Питер. — Прямо, как гиппопотамы, когда рядом их дети или начался период спаривания.

— Ох, Питер...

Пройдя до школы, брат с сестрой остановились у самого входа. Их внимание привлекло заброшенное крыло, соединенное с главным зданием крытым переходом. Судя по внешнему виду, эта часть школы была давно закрыта и уже вполне могла именоваться «аварийной». Разбитые стекла, потрескавшиеся стены, поросшие вьюнком и плющом, зловеще выглядывали из-за плотной листвы высоких кустарников.

— Сэмми, мне уже пора, — потянув сестру за руку, чтобы привлечь ее внимание, сказал Питер. — Тебя можно оставить здесь одну?

— Определенно, — с улыбкой отозвалась девушка, понимая, что до начала занятий у нее еще есть немного времени оглядеться.

— У тебя же хватит мозгов не лезть туда? — настороженно спросил Питер, кивнув в сторону сооружения.

Несмотря на свои опасения, паренек и сам был не прочь исследовать это мрачное и таинственное здание, но только издалека. Питер не рискнул бы зайти внутрь помещения, стены которого могут в любой момент обрушиться, а вот насчет сестры у него были сомнения. Паренек считал, что ее инстинкт самосохранения был явно слабо развит для ее возраста.

— Не глупи. Я просто пройдусь рядышком.

— Ну, ладно, — нахмурившись, с нотками недоверия в голосе, отозвался Питер и, похлопав сестру по плечу, пошел к главному входу.

Как только брат скрылся за стеклянными дверями школы, Сэм направилась к зеленой ограде, окружавшей старое крыло. С каждым шагом девушка все отчетливее слышала чьи-то голоса. В ее голове тут же начали всплывать кадры из фильмов с приведениями, которые они с братом недавно пересматривали. Сделав глубокий вдох и поджав губы, Сэм продолжала двигаться вперед, чувствуя как сердцебиение плавно наращивает свой темп.

«Их не существует. Мы же не в каком-то ужастике. И вообще, они не выходят из своих укрытий до наступления сумерек. Подожди! Кто не выходит, если их не существует?»

Ведя столь странный немой монолог, Сэм прошла до самого конца здания. Голоса уже звучали разборчиво, не оставляя сомнений в том, что их обладатели были из плоти и крови. Прильнув к холодной стене, Сэм осторожно выглянула за угол.

Рядом с грудой разбитого стекла и прочего строительного мусора, в закутке заброшенного здания, стояло трое старшеклассников, возвышающихся над незнакомцем, которого Питер нарек «Духом Самайна». Парень лежал в позе эмбриона, поджав колени к груди и закрывая лицо руками.

— Ну и где твой хозяин, шавка? — присев на корточки перед своей жертвой, спросил высокий, коротко стриженный блондин, в дорогой брендовой куртке.

Получше разглядев старшеклассника, Сэм подметила про себя, что многие девушки могли бы счесть его привлекательным из-за четких, можно сказать, модельных черт лица и той энергетики, которую он излучал.

— Да что ты до него докопался, Аарон? — подал голос стоящий неподалеку, явно скучающий, парень, чья «серая» внешность сильно контрастировала на фоне того, к кому он обращался. — Даррен, сто пудов, опять лежит где-нибудь под мостом, весь в слюнях.

— Плохо, когда хозяин не следит за своей скотиной.

— Ты уж определись, наш Билли — парнокопытный или псовый, — разразился хриплым смехом курильщика последний из троицы, явно копирующий внешность главаря.

— А ты, шибко умный стал, я посмотрю, — усмехнулся Аарон, переведя свой взгляд на приятеля. — Тебя так потянуло к знаниям, из-за частных занятий с мисс Пруденс, да, Айк?

— Если бы у меня репетитором была такая милфа, я бы тоже за чем-нибудь потянулся, — подал голос скучающий парень и потряс ладонями в воздухе, словно изображая округлые женские формы преподавательницы, о которой шла речь.

— Не мечтай. Ты мордой не вышел, Руди, — еще громче расхохотался Айк, растягивая по слогам имя парня, что мгновенно вывело последнего из состояния спокойствия.

— Я сказал звать меня Волком! — преодолев дистанцию в два прыжка, прорычал Рудольф, крепко вцепившись в ворот куртки Айка и слегка его тряхнув.

— С какого хрена я буду...

— Заткнулись! Оба! Мы сюда приперлись не для этого! — прикрикнул Аарон, вновь обратив все свое внимание на лежащего перед ним парня. — Где Даррен, шавка?

Задав вопрос, Аарон схватил Билли за волосы и потянул вверх, заставляя свою жертву слегка приподняться.

— Я уже ответил, — скривившись, тихим голосом проговорил Билли.

— Меня не устроил твой ответ, умник.

В наступившей тишине раздался щелчок.

— Может это тебя лучше разговорит? — усмехнувшись, спросил Аарон, направив острие карманного ножа к зрачку парня.

От увиденного глаза девушки расширились, а мышцы напряглись. Крепко сжав зубы, Сэм потянулась к сумке, в которой лежал электрошокер, когда-то давно подаренный родителями. Сердце билось так сильно, что каждый удар отзывался гулом в ушах.

Выбежав из укрытия, Сэм со всей силы толкнула Аарона, повалив его на землю. Парни, стоящие рядом, молча переглянулись. По озадаченным лицам легко можно было понять — никто из присутствующих не ожидал, что им посмеют помешать.

— Отстаньте от него!

Лежащий неподвижно Аарон, придя в себя, скользнул взглядом по девушке и, довольно усмехнувшись, облизнулся.

— Билли, ты подружку завел? — медленно поднимаясь, спросил он. — Сладенькая.

От сального взгляда парня, по телу Сэм пробежали мурашки. Она стояла неподвижно, внимательно следя за каждым движением главаря, не спеша приближающегося к ней. Как только дистанция сократилась, Сэм выхватила из сумочки электрошокер, направив его в сторону опасности.

— Полегче, конфетка! — вскинув руки вверх, усмехнулся Аарон, но не остановился, а лишь замедлил свой шаг. — Ты откуда такая вообще взялась? Я тебя раньше не видел. Новенькая? — подойдя к девушке вплотную, спросил он.

— Не твое дело, — процедила сквозь зубы Сэм, продолжая сохранять зрительный контакт и думая лишь о том, кто окажется быстрее — она с шокером или этот тип с ножом.

— Все происходящее в стенах и на территории школы — мое дело. Здесь все — мое. Теперь и ты.

После этих слов, Аарон слегка наклонился к Сэм и глубоко вдохнул запах ее волос, издав тихий протяжный звук. Почувствовав горячее дыхание на своей коже, Сэм отскочила в сторону, нервно сглотнув. Девушка поморщилась, поймав себя на мысли, что ей захотелось немедленно принять душ, при этом используя вместо мочалки жесткую пемзу.

— Место! — послышался со стороны крик Руди, за которым тут же раздался звук глухого удара, заставив Сэм повернуть голову.

Лежащий на земле Билли пытался подняться, но прихвостни Аарона не давали ему и шанса.

— Ну, надо же. Похоже, наш Билли реально завел подружку. И как он тебе? — усмехнулся Аарон, с нескрываемым удовольствием наблюдая за мечущимся взглядом растерянной Сэм. — У этого типа хоть что-нибудь есть в штанах, а то мы уже начинаем сомневаться?

— Есть, в отличие от тебя, — процедив сквозь зубы, отозвалась девушка. — А у вас, я так понимаю, настолько маленькая пипетка, что комплексы неполноценности на мозг давят.

Только закончив фразу, Сэм осознала — не все свои мысли стоило озвучивать, в данный момент. В голове парня, будто щелкнул какой-то переключатель. Молниеносным движением, Аарон схватил девушку и оттолкнул к стене. Ударившись о жесткую кирпичную поверхность, она на мгновение потеряла связь с реальностью, что было только на руку главарю. Выбив электрошокер, Аарон прижал Сэм к стене, навалившись на нее всем телом.

— Знаешь, сладкая. Я бы на твоем месте борзости поубавил, — прошептал на ухо Аарон. — Я — сын директора этой школы.

— Понятно, очередной мамкин защитник, — будто перестав отвечать за собственное тело, огрызнулась Сэм, умом понимая, что она не в том положении, чтобы продолжать вести словесные баталии. — Не надоело еще за юбкой прятаться? Хотя, нет. Прости. За брюками папочки?

Тело Аарона затряслось. На его лице стали появляться багровые пятна. Крепко сжатые зубы скрипнули, а на шее запульсировала вена.

Сэм вжалась в кирпичную кладку, почувствовав, как на коже проступил холодный пот. Словно зажатая в тиски, девушка прекрасно понимала, что не сможет избежать расправы.

Костяшки пальцев Аарона щелкнули. Сэм зажмурилась, уже представляя как крепко сжатый кулак обрушится на нее, но этого не произошло.

Сумев подняться, Билли кинулся на главаря и, не теряя времени, нанес удар первым. Аарон издал гортанный рык, сделав ответный выпад, но Билли даже не шелохнулся.

— Там копы! — прокричал один из замешкавшихся парней.

Завязавшаяся драка, которая могла обернуться трагедией — моментально закончилась.

— Валим! — крикнул Аарон и, махнув рукой своим прихвостням, побежал в сторону главного здания.

Переведя дыхание, Сэм посмотрела им вслед. Неподалеку от ворот школы действительно стояла полицейская машина, из которой вышли два офицера.

Громко выдохнув, девушка медленно сползла вниз и сев на землю, перевела свой взор на Билли. По подбородку парня стекала кровь, собираясь в маленькие алые капли, падающие на траву. Его тело слегка трясло, а пальцы машинально, то сжимались, превращаясь в мощные кулаки, то вновь разжимались. Сделав рывок из последних сил, Сэм подбежала к Билли.

— Где у вас здесь медпункт? — сбивчиво спросила Сэм, попытавшись убрать волосы парня в сторону, чтобы увидеть масштаб повреждений. — Тебе надо...

— Я в порядке, — аккуратно отодвинув руку девушки от своего лица, отозвался Билли и, немного помешкав, добавил: — Времени нет.

После этих слов, он кивнул и направился в сторону школы, оставив озадаченную Сэм наедине со своими мыслями. Как только парень скрылся за углом здания, девушка посмотрела на наручные часы и невольно вскрикнула. Подхватив с земли электрошокер и сумку, она поторопилась следом за своим новым знакомым.

«Я опоздала! В первый же день!» — назойливо пульсировала мысль в голове, пока Сэм неслась по лестницам и коридорам альма-матер. Девушка ненавидела опаздывать и не любила кого-то ждать, но судьбу ее предпочтения нисколько не волновали.

Остановившись напротив нужной двери, Сэм быстро привела себя в порядок и, сделав глубокий вдох, постучала.

— Войдите, — послышался, за деревянной преградой, низкий уставший голос.

— Простите за опоздание, — не смея поднять взгляд на преподавателя, проговорила Сэм, шагнув за порог.

По аудитории прошлась волна тихих насмешек и шепотков. Сэм уже была морально готова к чему-то подобному. При переходе из одной школы в другую, такое поведение одноклассников стало в ее жизни негласной традицией. Мало кто мог удержаться от обсуждения внезапно появившейся новенькой.

— Тихо! — хлопнув ладонью по столу и, кивнув Сэм на последнюю парту, стоящую у окна, мужчина быстро прервал нарастающий шум.

Не став дожидаться повторного приглашения, девушка прошла в конец класса, стараясь не поднимать голову. Питер считал подобное поведение неправильным. «Зрительный контакт говорит о твоей уверенности и готовности к конфронтации. А так, ты, будто приклеиваешь себе на лоб стикер: “потенциальная жертва”.» — тут же всплыли в сознании слова брата, стоило лишь Сэм сесть на свое место. Смысл этого высказывания девушка полностью поддерживала, но была слишком уставшей, чтобы следовать ему. Сэм не хотелось сейчас видеть заинтересованные лица новых одноклассников, по крайней мере, до конца занятия.

— Значит, так. У меня есть новости. Сами решите какая хорошая, а какая плохая, — обведя взглядом учеников, зевнув, начал преподаватель. — Даррен Пинкерман — числится пропавшим. Если кто-то из вас знает его местоположение — просьба сообщить директору школы.

— А чего они зачесались так быстро? Разве не должно пройти какое-то время? — послышался голос одного из учеников, чей пронзительный взор Сэм все еще чувствовала на себе.

— Вы правы, Дженкинс, — отозвался мужчина и, издав странный кряхтящий звук, сел за стол. — Если бы ваш одноклассник не числился в других делах, его поиски начались бы намного позже.

— Да, сторчался где-нибудь и все!

— Вот, если увидите где именно как выразился мистер Андерсон, Даррен Пинкерман сторчался, сообщите директору. А теперь ко второй новости, — сказав это, преподаватель махнул рукой Сэм. — У нас в классе пополнение. Мисс Барнс, будьте добры.

В большинстве школ, которые посчастливилось посещать Сэм, ради новенького не прерывали учебный процесс и девушка всем сердцем надеялась, что и здесь придерживаются подобной тактики. Впрочем, на то, чтобы полностью прочувствовать разочарование, времени не было.

Опершись ладонями о столешницу, Сэм с трудом поднялась. Ноги гудели, а сердце все еще билось так сильно, словно пыталось выпрыгнуть из груди.

— Меня зовут Сэм Барнс. Я...

— А мне про торчка было интересней, — перебил девушку знакомый голос.

У Сэм мгновенно перехватило дыхание, когда она подняла взгляд на источник звука. Через две парты от нее, в полуобороте сидел Айк, с кривой усмешкой на лице. Сжав кулаки с такой силой, что ногти стали впиваться в кожу, Сэм попыталась сохранить хладнокровие.

— Я бы попросил, мистер Фишер, — прокашлявшись, устало одернул его мужчина. — Кстати, не забудьте оповестить ваших друзей о том, что я поставил им прогулы.

— Даже Аарону?

— Мистеру Кларку — в первую очередь.

«Какая же ты чертовски везучая, Сэм! Отлично! Просто прекрасно, мать вашу! Комбо! Все три шизика посещают этот предмет!»

— Продолжайте, мисс Барнс, — прервав поток неутешительных мыслей Сэм, одобрительно кивнув, сказал мужчина.

— Я рада буду учиться с вами в одном классе, — попытавшись выдавить из себя максимально дружелюбную улыбку, проговорила Сэм и тут же опустилась на место.

— Может быть, что-то еще добавите? — озадаченно спросил преподаватель.

Судя по удивленному виду, вступительная речь Сэм была самой короткой на его практике. Впрочем, не исключено, что зевающий преподаватель с удовольствием бы послушал о том, откуда приехала новенькая ученица, где жила и как, вместо того, чтобы проводить занятие.

— Нет, — оборвав последнюю надежду на отдых, ответила Сэм.

— Хорошо. Тогда начнем урок.

Сэм с облегчением вздохнула, когда внимание одноклассников наконец-то переключилось на мужчину.

Занятие, впрочем, как и вся первая половина дня пролетела незаметно. Когда подошло время обеденного перерыва, Сэм, забрала из библиотеки недостающие учебники и вышла во внутренний двор школы, где расположилась небольшая парковая зона.

В переполненном шумящими людьми пространстве, девушке с трудом удалось отыскать пустующее место. Присев на скамью за столиком, она достала из сумки бокс и, приоткрыв крышку, с подозрением оглядела содержимое. Лидия Барнс могла мастерски приготовить любое простое блюдо, но, по какой-то неведомой причине, всегда старалась экспериментировать, словно надеясь вывести новый рецепт. Не успев приступить к своему, с виду, вполне аппетитному обеду, Сэм ощутила за спиной чье-то присутствие. Появившаяся, словно из неоткуда, компания не заставила себя долго ждать, устроившись за столиком.

— И снова здравствуй, конфетка. А ты, оказывается, в нашем классе учишься, — усмехнулся Аарон, придвинувшись ближе к Сэм.

«Просто игнорируй его. Слишком много свидетелей, чтобы этот тип что-нибудь мне сделал. Он уйдет, если я не буду обращать на него внимания.» — пыталась успокоить себя Сэм, вновь почувствовав, как начинает сводить мышцы от напряжения.

— Значит, с этого дня я постараюсь не пропускать ни одного занятия, ради тебя, — продолжил свой монолог Аарон и аккуратно вытащив из косы прядь рыжих волос, вдохнул их аромат. — Мы, кажется, не договорили, в прошлый раз.

— Аарон, или как там тебя, мне не нужны проблемы, — тщетно пытаясь сохранять спокойствие, проговорила Сэм и дернув головой, отодвинулась на самый край скамьи.

— Ни о каких проблемах не идет речь, конфетка. Пока.

— Слушай, — Сэм сделала глубокий вдох и, закинув бокс обратно в сумочку, поднялась. — Мне плевать, что ты важная шишка в школе. И не таких видали. Я просто хочу спокойно получить свой аттестат и уехать куда-нибудь. Вы — издевались над парнем, я — не смогла пройти мимо. Все. Давай на этом и закончим.

— Значит, ты у нас защитница, да? — хмыкнул парень, не сводя сосредоточенного взгляда с девушки.

— Электрошокер все еще у меня в сумочке. Поверь, в этот раз, я успею опередить тебя и не посмотрю на то, чей ты сын.

Сидящие напротив парни громко загудели, так, как это делают обычно футбольные фанаты, когда чужая команда забивает гол. Лицо Аарона начало покрываться багровыми пятнами, а на лбу проступила набухшая жилка. Сэм легко могла понять, что за эмоцию сейчас испытывает Аарон, вот только странный блеск, появившийся в его глазах, сбивал с толку.

«Спокойно, Сэм. Здесь очень много людей. Он не посмеет.»

— Мне кажется, у нас возникло некое недопонимание, сладенькая, — медленно поднявшись и, перешагнув через скамью, сказал парень. — Все, что здесь находится — в прямом смысле принадлежит мне. Если я захочу — тебя пустят по кругу.

— Себя пусти по кругу! — на пике напряжения, не в силах больше сдерживаться, выпалила Сэм, толкнув парня в плечо.

Сидящие, по другую сторону стола, резко замолчали, уставившись на девушку остекленевшими глазами. Они, словно не могли поверить собственным ушам.

— Я не ослышался? — оскалившись, переспросил парень, выглядящий так, будто внутри него сейчас боролись две, казалось бы, противоположные эмоции.

— Не ослышался, — медленно проговорила Сэм, стараясь следить за тем, чтобы ее голос звучал твердо и уверенно. — Свали. У меня нет ни малейшего желания заводить здесь знакомства, от которых появляется несварение. Если так сильно бушуют гормоны, обратись к своей подружке. Может, она снимет напряжение, — кивнув на правую руку Аарона, добавила Сэм, уже не в силах остановить запущенную защитную реакцию: «бей, но не беги, не замирай».

— За язычком то следи, конфетка. Тебе повезло, что у меня есть еще кое-какие дела, а так, я бы с удовольствием продолжил тему напряжения, — наклонившись к Сэм, шепотом проговорил Аарон, обжигая кожу девушки своим горячим дыханием.

— Вот и иди куда шел, — с трудом выдавив из себя последние слова, отозвалась Сэм, медленно опустившись обратно на скамью.

Аарон довольно хмыкнул и, кивнув своим приятелям, направился в сторону здания.

— Ты это так оставишь? — донеслись до девушки слова одного из удаляющихся парней.

— Мне нравятся дикие сучки. Их приятно приручать.

Услышав это, Айк и Руди разразились громким смехом. Судя по всему, ответ Аарона показался им весьма исчерпывающим.

«Да из какой дыры такие вылезают?» — мельком взглянув на наручные часы, подумала Сэм.

Обеденный перерыв подходил к концу. По расписанию, следом шли еще два занятия, а вот сил уже не было. Даже в самой худшей из тех школ, что оставили темный след в памяти, девушка не могла припомнить ничего подобного. Словно попавшая под влияние демона, питающегося энергией, Сэм чувствовала себя абсолютно разбитой. Тешась мыслью, что совсем скоро она сможет вернуться домой, скрывшись ото всех в новом убежище, девушка пошла на занятия. Впрочем, увлечься предметами и раствориться в знаниях ей не удалось. До самого окончания учебного дня, Сэм ощущала на себе пристальный взгляд Аарона, сидящего через парту от нее. Парень сдержал слово, удивив своим присутствием не только одноклассников, которые, судя по запуганным выражениям лиц, были не очень рады его видеть, но и преподавателей, почему-то наоборот пришедших в восторг от этого.

Когда последнее занятие подошло к концу, Сэм дождалась пока все покинут класс и только потом вышла в коридор. Оглядевшись по сторонам, девушка глубоко вздохнула и, крепко сжав в руке лямку сумки, направилась к выходу.

Встретившая тишина улицы и свежий воздух немного приободрили Сэм. На долю секунды, девушка поймала себя на мысли, что потрясения на сегодня закончены и она может спокойно вернуться домой, вкусно поужинать и хотя бы немного морально подготовиться к предстоящему завтрашнему дню, но у судьбы на этот счет были абсолютно другие планы.

В кустах, неподалеку от заброшенного крыла, где состоялась утренняя стычка с Аароном и его компанией, Сэм заметила странное движение. Приглядевшись, она увидела рукав толстовки, не оставивший и тени сомнения, что там лежал человек, которому, возможно, нужна была чья-то помощь.

«Мы не пойдем туда! Нет! Сэм, пожалуйста, одумайся!» — пульсировал в голове девушки голос, по мере приближения к зеленым зарослям.

Преодолев расстояние, Сэм увидела лежащего на земле Билли. Сердце, словно пропустило удар. Парень выглядел так, будто уже не дышал. Волосы, свалявшиеся из-за запекшейся крови, прилипли к лицу, на одежде поблескивали темные пятна, а под головой парня пожухлая трава окрасилась в алый цвет. Сэм судорожно вздохнула, издав приглушенный звук. К горлу подступил ком, живот резко скрутило, а легкие, словно сдавленные тисками, не пропускали достаточно воздуха, вызывая удушье. Окружавшие ее звуки, казалось, усилились, превращаясь с каждой секундой в еле переносимый громкий гул.

С трудом выйдя из состояния оцепенения, Сэм подбежала к Билли и без сил рухнула рядом с ним. В нос ударил едкий запах пота и крови. Пытаясь справиться с нахлынувшей дрожью, она протянула руку к парню, приложив пальцы к сонной артерии. Ощутив еле заметные удары, Сэм громко выдохнула.

— Билли, — похлопав по щекам, в надежде, что это приведет парня в чувства, дрогнувшим голосом позвала его Сэм. — Билли, очнись!

— Ангел...

Билли. Бессмысленная жизнь

Несмотря на свои слова, Билли все же последовал совету рыжей незнакомки и направился в школьный медпункт, хоть и не видел в этом особого смысла. По какой-то причине ему просто хотелось сделать так, как она сказала. Прежде, кроме деда, никто не заботился ни о чувствах Билли, ни о его состоянии. Это застало парня врасплох. Привыкший к тому, что сверстники шарахаются в сторону, как от прокаженного, участливая девушка, обратившая на него внимание, вызвала искренний интерес. Впрочем, Билли знал, что его внешность лишь отчасти влияла на отношение окружающих. Парень был в курсе негласного соглашения, заключенного между школьниками и местным Дьяволом. Переданная на растерзание жертва по имени «Билли», давала другим уверенность в завтрашнем дне и до недавнего времени, парня это даже устраивало. Билли искренне верил, что, принимая, весь удар на себя, он хоть как-то сможет оправдать свое существование. Эдакий смысл жизни, о котором, в этом городе, вещали чуть ли не из каждого утюга.

Дойдя до кабинета медсестры, Билли вошел внутрь. Окинув взглядом уже ставшую привычной обстановку, парень в очередной раз поймал себя на мысли: какой же запах здесь мог витать от всевозможных медикаментов, которыми были наполнены стеклянные стеллажи.

— Эванс? — вместо приветствия, спросила женщина в белом халате, подняв изнуренный взор покрасневших глаз.

Билли молча кивнул, присев на стул напротив нее. Хоть парень и не являлся частым посетителем этого кабинета, но его сложно было не запомнить. Билли приходил сюда лишь в крайнем случае: когда не мог самостоятельно обработать раны, во время учебного процесса, или, если на нем почти не оставалось живого места.

Обследование прошло довольно быстро. Несколько новых пластырей и свежие бинты на руках. Это все казалось таким привычным и даже обыденным, что Билли позабыл скривиться и шикнуть, якобы от боли, когда медсестра обрабатывала раны.

Поблагодарив женщину, парень вышел в опустевший коридор, с досадой подумав, что идти сейчас на занятие не имеет смысла, ведь половину он уже пропустил, а выслушивать причитания мистера Хиггинса о «вопиющем неуважении к преподавателю» — не было никакого желания.

Пройдя до лестничной клетки, Билли услышал чей-то тихий голос, позвавший его. Опустив взгляд, он увидел стоящего внизу Мартина, боязливо озирающегося по сторонам. Спустившись, Билли остановился в нескольких метрах от него.

— Я это... — начал сбивчиво Мартин и тут же принялся рыться в своей спортивной сумке, стоящей на полу. — Просто подумал, что будет лучше вернуть ее тебе, как можно быстрее.

Достав небольшой сверток, парень протянул его озадаченному Билли.

— Разворачивай. Там твое сокровище, — опередив вопрос парня, сказал Мартин и одобрительно кивнул. — Ты без нее целый день какой-то потерянный ходишь. По крайней мере, мне так показалось.

У Билли, на мгновение, перехватило дыхание, когда он понял о чем шла речь. Посмотрев на врученный ему сверток, парень почувствовав легкое покалывание в пальцах. Теплая волна трепета стала разливаться по телу, вновь заполняя собой образовавшуюся внутри пустоту. Уголки губ дрогнули, расплываясь в лучезарной улыбке. Если бы не темнота, в которой утопало пространство под лестницей, даже за волосами, Мартин смог бы разглядеть, как засияли глаза Билли в этот момент. Он, словно вновь погрузился в то счастливое воспоминание из детства.

— Спасибо, — прошептал парень, прижав дедушкин подарок к груди.

— Не стоит. Во-первых: это моя работа, а во вторых: я не смог бы спокойно спать по ночам, из-за чувства вины. А тебя, смотрю, опять донимали? — спросил Мартин, окинув взглядом бинты и пластырь на подбородке, которые он не сразу заметил. — Уверен, что пускать все на самотек — хорошая идея? — не дождавшись ответа, задал он новый вопрос Билли, который, проверяя работоспособность видеокамеры, сейчас слушал его вполуха. — Ты мог бы сходить в отделение, снять побои, по крайней мере.

— Я как-то пытался, — ответил парень и, удостоверившись, что все в порядке, аккуратно положил Canion в свою сумку.

— Не дали ход делу, да? Аарон со своими дружками откупились? — нахмурившись, спросил Мартин, заранее предполагая каков будет ответ.

— Не знаю, — пожав плечами, отозвался Билли. — Они сказали нужны более веские доказательства.

— Что может быть более веским, чем переломанные кости? — возмутился Мартин, но быстро опомнившись, вновь перешел на тихий тон. — Не пробовал это обсудить с кем-нибудь? С родственниками, например? Я знаю про твою ситуацию с семьей, но опекуны то у тебя наверняка есть.

— Считай, их нет, — сказал Билли и невольно усмехнулся, подумав, что если бы это было возможно, он почувствовал приступ головной боли от количества заданных ему вопросов.

— Мда... Хреново, когда и заступиться некому, — слегка осунувшись, констатировал факт парень.

По Мартину было видно, что за то короткое время, которое он провел наедине с Билли, он смог проникнуться далеко не радужным положением школьного изгоя. Парень бы хотел помочь ему, вот только не знал, как и чем. Впрочем, Билли всегда создавал впечатление человека не особо нуждающегося в чьей-то поддержке. Привыкший к одиночеству, он вполне мог обходиться своими силами.

— Я в порядке, — озвучил Билли, набившую оскомину фразу, и только сейчас вспомнил о видеокамере, которую ему отдал в пользование Мартин.

«Временную замену» парень даже ни разу не включал, ведь суть содержалась не в возможности что-то снимать, а в самом физическом носителе.

— Прости, я не взял с собой...

— Не парься. Хозяин вообще ее списал, поэтому можешь просто оставить на память, — не дав договорить, перебил Мартин и, боясь возникновения неловкой паузы, постучав кулаком по бедру, добавил: — Ладно. Я хотел до начала занятия к Роуз заглянуть. Береги себя.

Билли одобрительно кивнул. Попрощавшись с Мартином, и еще раз поблагодарив его за Canion, парень направился вверх по лестнице, где должен проходить следующий урок.

Зайдя в пустующую, открытую аудиторию, Билли сел за свою парту, у окна. Достав камеру из сумки, он вновь оглядел ее со всех сторон. Мысль о том, что к ней кто-то, кроме владельца, прикасался, немного раздражала, но парень вполне мог это пережить. Главное, что видеокамера была цела, невредима и вновь находилась в его руках.

По мере того как минутная стрелка лениво щелкала на циферблате настенных часов, класс стал наполняться. Каждый, переступивший через порог аудитории, заметив сидящего в дальнем углу Билли, резко отводил взгляд в сторону или просто опускал его. Одноклассники, будто боялись признать существование Билли. Словно, в тот самый момент, когда они это сделают — разверзнется пол и их с жадностью поглотит жаркое пламя преисподней или испепелит сверкающая шаровая молния, влетевшая через открытое окно. Единственные люди, испытывающие искреннюю радость от появления изгоя — были преподаватели. Тихий, прилежный ученик, с табелем успеваемости, который не стыдно даже в рамочку на стене повесить, являлся для них глотком свежего воздуха. И все же, несмотря на это, учителя тоже предпочитали закрывать глаза на происходящее в стенах школы. Разница была лишь в источнике страха. Если одноклассники Билли боялись Аарона и его компании, то преподаватели переживали за свою карьеру и спокойную жизнь. Никто не знал точно насколько далеко простираются связи Кларков и не мог дать гарантий, что после поднятого бунта, их жизнь не превратится в ад.

Когда ученики расселись по своим местам и в класс вошел мистер Стивенсон — урок начался, вот только совсем не с нового материала. Объявление об исчезновении Даррена Пинкермана, которое должен был огласить каждый преподаватель в своем классе, эхом отдалось в ушах Билли, заставив мышцы напрячься. Перед глазами стали появляться темные пятна, с жадностью поглощая все цвета окружающего мира. Парень невольно сжал кулаки. Обрывки воспоминаний, словно кадры отснятой пленки, всплывали в его памяти. Билли охватило странное чувство, как если бы он стоял посреди глубокой темной ямы, а откуда-то сверху до него доносились приглушенные голоса. Попытавшись отогнать от себя эти мысли, Билли тряхнул головой и протянув руку к сумке, крепко сжал пальцами камеру, ухватившись за нее, словно за спасательный круг. Реальность постепенно стала возвращаться.

Когда стрелки часов оповестили учеников о предстоящем обеденном перерыве, Билли первым выбежал из класса, прямиком направившись в сторону парковой зоны. Ему хотелось как можно быстрее оказаться на улице, вдали от этих душных помещений. Пробегая по коридорам, Билли показалось, что стены школы начали сдвигаться, будто пытаясь его раздавить. Сердце невыносимо громким гулом отдавалось в ушах. Парень не жалел о содеянном, но не хотел вновь переживать воспоминания тех событий, что толкнули его на самосуд.

Добравшись до своего излюбленного места, в отдаленном углу, откуда открывался отличный вид на всю зеленую площадку, Билли рухнул на землю. В какой-то момент, двери резко распахнулись и, словно из огромной пасти чудовища, на улицу повалила толпа шумящих подростков разных возрастов. Среди них, парень заметил Сэм. Она оглядывалась по сторонам в поисках свободного места. Быстро нащупав в сумке камеру, Билли включил ее, направив объектив на девушку. Словно завороженный, наблюдая за каждым движением Сэм, через толстую линзу Canion, Билли не сразу заметил подошедшую к нему одноклассницу, которая поправляла волосы, короткую юбку, полупрозрачную блузку и, тихо покашливая, пыталась всеми силами привлечь к себе внимание.

— Вот ты где, Эванс! — поняв, наконец, что Билли никак не реагирует на столь очевидные попытки обозначить свое присутствие, воскликнула девушка, сев рядом. — А я тебя везде искала.

— Был на занятиях, — отрешенно отозвался парень, даже не кинув беглого взора в ее сторону.

— Следишь за новенькой? — хмыкнула одноклассница, заглянув, через плечо Билли, в маленький монитор. — Похоже, Аарон положил на нее глаз. Странно. Такие его обычно не привлекают. Слишком серая.

Слова девушки набатом прозвучали в голове Билли. Он и сам прекрасно все видел, не нуждаясь в каких-то сторонних подтверждениях, но сделать пока ничего не мог. Точнее, мог, но в отличие от исчезновения Даррена — наркомана со стажем, с несколькими приводами в отделение полиции, до которого никому, кроме офицеров, не было дела, вокруг Аарона могла подняться настоящая шумиха.

— И что в ней такого интересного? — вытянув ноги вперед и, сверкнув нижним бельем, на радость проходящих мимо старшеклассников, прошипела недовольно девушка. — Ладно бы еще хоть красивая была, а так, вообще ни о чем. Волосы только что яркие. Нос вздернутый, конопатая. У меня губы куда аппетитней смотрятся.

Поняв, что нарушительница спокойствия не замолчит и не отстанет пока не получит желаемого, парень неохотно опустил камеру, посмотрев на назойливого собеседника.

— Я слушаю, Аманда, — тихо проговорил Билли, продолжив сверлить девушку своим пронзительным взглядом, который хоть и не был толком различим, но, будто ощущался каждой клеточкой кожи.

— Мне опять нужна твоя помощь, — уткнувшись заостренным подбородком в плечо парня, надув пухлые алые губы, отозвалась Аманда. — В этот раз заплатить не смогу. Мать оставила меня без карманных. Видите ли, я слишком много потратила в прошлом месяце. Но в этом есть и твоя вина. Мог бы мне сделать скидку, как постоянному клиенту.

Билли нахмурился и дернул плечом, ощутив, как волна липкого и мерзкого чувства, именуемого «отвращение», вмиг захлестнула его, а перед глазами, призрачной дымкой, появился образ матери.

Аманда являлась эталоном красоты, по мнению редакторов школьной газеты. Легкодоступным эталоном. Не то, чтобы Билли придерживался пуританских взглядов, считая, что женщина до свадьбы должна сохранять невинность, просто у этой дамы было слишком много партнеров, несмотря на наличие, так называемых, серьезных отношений. Впрочем, за руку ее никто не поймал, а те «счастливчики», которых девушка удостоила своим вниманием, решившиеся об этом разболтать — получали сполна, уже в травматологии ругая себя за излишне длинный язык.

— Мы могли бы договориться, если ты понимаешь, о чем я, — не придав реакции парня никакого значения, томно прошептала Аманда, проведя длинным ногтем по его щеке. — Уж я то знаю, что всем вам нужно от девушек только одно.

Билли крепко сжал кулак, пытаясь побороть в себе нарастающее раздражение. Единственное, что лично ему требовалось, только от одной девушки, это внимание.

— Зачем тебе замухрышка? Ты же знаешь, если Аарон на нее позарился, то уже ловить нечего.

— Аманда, мне не интересно, — отмахнувшись от девушки и выпрямившись в полный рост, отозвался Билли, с огорчением заметив, что Сэм уже куда-то ушла.

— Ты не понимаешь от чего отказываешься, Эванс! — подскочив следом, возмутилась Аманда, приложив свою ладонь к внутренней стороне бедра парня, заставив его замереть.

Во рту появился горько-кислый привкус тошноты. Там, где прикоснулась девушка, кожа, под плотной тканью джинсов, словно начинала гореть и плавиться, покрываясь крупными волдырями.

— Тебе нужна помощь с домашкой? — с трудом сглотнув, осипшим голосом спросил Билли, схватив Аманду за запястье и сжав его с такой силой, что она невольно вскрикнула. — Тогда прекрати выпрыгивать из трусов.

— Ч... Что? — сбивчиво переспросила девушка, не в силах сейчас думать ни о чем, кроме боли, плавно растекающейся по ее телу.

— Пошли, — отпустив руку несчастной, коротко отозвался Билли и, накинув ремень сумки на плечо, направился в сторону библиотеки.

Аманда поспешила следом, озадаченно глядя на широкую спину парня. Она и подумать не могла, что за ее действиями последует именно такая реакция. Страх за свою сохранность, который еще пару минут назад занимал все ее мысли, резко сменился злостью. Аманда поняла, что это был отказ, в грубой форме. Ее, королеву школы, отшил изгой. В голове девушки подобная фраза прозвучала равносильно приговору.

— Идешь? — остановившись рядом с высокой деревянной дверью, спросил Билли и обернулся, окинув холодным взглядом замешкавшуюся позади одноклассницу.

— Да! — прикусив ноготь на мизинце, резко отозвалась Аманда и подбежала к парню.

Зайдя внутрь просторного помещения, заставленного книжными стеллажами с буквенными и цифровыми обозначениями, Билли взглянул на потолок, где висели камеры слежения. Определив удобное место, попадающее под их видимую зону, Билли направился туда, предварительно взяв несколько учебников. Аманда не в первый раз обращалась к нему за помощью, поэтому парень прекрасно знал что нужно брать.

— Тетрадь, — сев за стол и расположив перед собой книги, сказал Билли, протянув руку.

Аманда лучезарно улыбнулась, напрочь позабыв о своих недавних переживаниях. Все же, табель успеваемости, на данный момент, был важнее, чем пошатнувшаяся на доли секунды самооценка, которую тут же поправили немногочисленные посетители библиотеки.

Просматривая задания и восполняя чужие прорехи в знаниях, Билли чувствовал на себе внимательно изучающий взгляд, словно пытающийся прожечь в нем дыру. Аманда, не моргая, следила за каждым его движением, тихо постукивая ногтями по деревянной крышке стола. Билли ощущал дискомфорт, не понимая, откуда вдруг взялась такая заинтересованность. Прежде, Аманда старалась держаться на расстоянии, но по какой-то причине, сейчас, наоборот, пыталась заполнить собой все его личное пространство.

— Ты никогда не думал сменить прическу? — вдруг спросила Аманда, протянув руку к волосам Билли. — Я не припомню, чтобы когда-нибудь толком видела твое лицо.

— Отвлекаешь, — схватив девушку за запястье, нахмурившись, прошептал Билли. — Сиди тихо.

Заметив, как лицо Аманды скривилось в болезненной гримасе, Билли тут же разжал пальцы и вновь обратил все свое внимание на учебники.

— Я поняла, — закусив край ногтя на мизинце, неохотно отозвалась Аманда, которую Билли уже не слушал.

Пространство вновь наполнилось тихим шепотом и щелчками стрелок настенных часов, висевших над входными дверьми. Все еще чувствуя на себе испытывающий взгляд, парень постарался сконцентрироваться на заданиях.

— Странно, что я сегодня Даррена не видела, — наигранно скучающим голосом проговорила Аманда, выносливости которой не хватило и на двадцать минут. — Он же как приклеенный за тобой ходил. Может сторчался где-то или его грохнул кто-нибудь из-за товара, которым он приторговывал? Помнится, когда объявили о пропаже, в классе кто-то предположил такой вариант. Но я бы не стала жалеть. Так себе потеря. Одним таким больше, одним меньше. А ты как считаешь?

— Я закончил, — резко захлопнув учебник и поднявшись из-за стола, отозвался Билли.

Аманда удивленно посмотрела на свою тетрадь. Все задания были выполнены, а на полях красовались заметки и комментарии, выведенные аккуратным почерком.

— Ты просто мой спаситель! — вскрикнула Аманда, чем тут же привлекла к себе внимание окружающих, впрочем, это заметил только ее спутник.

Молча сложив книги в стопку и кивнув в сторону висящего на стене плаката, надпись которого гласила: «Сохраняйте тишину и не мешайте другим», Билли направился к стойке библиотекаря. Аманда поморщилась, прикусив губу, но не стала больше ничего говорить до тех пор, пока они не вышли на улицу.

— Так что ты хочешь взамен за помощь, Эванс? Знаешь, от моего... — начала девушка, как только дверь позади нее захлопнулась, но тут же осеклась, заметив проходящих мимо парней.

«И почему я не отказал? Какое мне вообще дело до ее табеля успеваемости? Она раньше платила деньги, но сейчас то у нее их не было. По привычке?» — с досадой подумал Билли, прекрасно понимая, что уже попал в поле зрение Айка с Руди и спокойно уйти домой ему не удастся.

— Аманда? Какого хрена? — разразился криком Рудольф, заметив свою пассию на ступеньках библиотеки. — Я тебя везде ищу, а ты с этим отсталым тусуешься?

Девушка открыла рот, словно в немом крике и, кинув беглый взгляд на своего спутника, отскочила в сторону.

— Он... Он мне угрожал! — указав пальцем на неподвижно стоящего парня, сбивчиво проговорила она, не придумав лучшего оправдания.

«Кто-нибудь, выпишите антипремию для Руди, если он поведется на подобный бред.» — промелькнула фраза в голове Билли, вызвав легкую насмешку. Эта мысль, сама по себе, звучала иронично, ведь парень прекрасно знал, что Рудольф поверит любому слову Аманды, а сам Билли вновь пострадает, оказавшись в нужное время, в нужном месте. Школьный сценарий не менялся вот уже на протяжении многих лет, ведь парень сам не спешил вносить в него коррективы.

— В смысле? — опомнившись и быстро преодолев дистанцию, прорычал Руди, в глазах которого вспыхнул огонек безумия. — Ты на мою женщину позарился, мразь?

— Он сказал, что сначала сделает свою домашку, а потом мы с ним развлечемся. Типа, заснял какой-то компромат и теперь будет меня им шантажировать, — подливая масла в огонь, протараторила Аманда, спрятавшись за спиной подошедшего парня.

Каждое произнесенное слово моментально отражалось на состоянии Руди. Его тело начинало потряхивать. Налившиеся кровью глаза, словно через плотную пелену смотрели на Билли, не моргая. Набухшая на лбу вена пульсировала, показывая с какой силой сердце перегоняет кровь. Рудольф, будто из последних сил боролся с самообладанием, понимая, что здесь слишком много свидетелей, а он — не Аарон, которому все спускают с рук.

— Волк, это было так страшно, — натужно пытаясь выдавить хотя бы одну слезинку, не унималась Аманда, прекрасно понимая, какое влияние оказывает на своего парня. — Он даже не постеснялся мне в библиотеке, при всех, рассказать о своих грязных фантазиях.

«Единственная грязная фантазия, которая мне приходит в голову на твой счет — это зашить тебе рот, чтобы оттуда больше не вылетала подобная чушь.» — тяжело вздохнув, подумал Билли.

Слушать бесконечный поток вранья, у Билли не было ни сил, ни желания, но уйти ему все равно бы не дали. Единственное, что оставалось — это ждать, когда воображение Аманды иссякнет, вместе с терпением Руди.

— Тебе Аарон последние мозги отбил утром? — наконец взвыл Рудольф, не в силах больше слушать девушку и крепко схватив Билли за толстовку, потащил его в сторону заброшенного крыла.

Не видя достаточных оснований для протеста, парень не стал сопротивляться и молча последовал за разъяренной жертвой систематических измен. Хищник, стерший с лица земли того, кто посягнул на подарок деда и защищавший Сэм от нападок Аарона, крепко спал где-то в глубине души. Жертвенный агнец не мог превратиться в волка по щелчку пальцев, для этого нужна веская причина, которой у Билли сейчас не было. Все его размышления на тему: «Почему я это терплю?» — зачастую сводились к неутешительным выводам о тщетности собственной жизни.

Завернув за угол и оказавшись неподалеку от места утренних разборок, Билли почувствовал сильный толчок в спину, заставивший его рухнуть на землю.

— Поднимайся, скотина! — заорал Руди, но парень не спешил следовать этому приказу.

В подобных действиях Билли тоже видел мало смысла. Что изменится, если он встанет на ноги? Его просто снова ударят и тело, по инерции, окажется там же, где находится сейчас. Возможно, будучи на голову ниже Билли, Рудольф таким образом поднимал самооценку, представляя себя Давидом победившим Голиафа. Впрочем, у Билли было еще одно предположение на этот счет. В отличие от Аарона, Руди просто трусил. Ему не хватало духа избить человека, не оказывающего никакого сопротивления. Если бы кто-нибудь из преподавательского состава стал невольным свидетелем расправы, то у парня не было бы возможности оправдать свои действия обычной самообороной.

Усмехнувшись этим умозаключениям, Билли все же приподнялся, решив проверить свою догадку. Яростный удар, словно подтверждение, тут же обрушился на него. Трясущийся от переизбытка адреналина Рудольф хмыкнул и вновь атаковал, начиная постепенно впадать в раж. Ему было уже все равно в каком положении находится его противник, а Билли, лежа в привычной позе эмбриона отсчитывал секунды до момента, когда силы парня наконец иссякнут и он сможет отправиться домой.

«Зачем я вообще появился на свет? Разве не было бы лучше биологической матери вовремя сделать аборт, на ранних сроках? Законом это сейчас не запрещено. Какой смысл был рожать ребенка, потом отдавать его в детдом, чтобы он в итоге оказался здесь, лежащим на земле, в луже крови? Может, я один такой особенный? Урод, от которого отказались. Интересно, другим больше везет? Вполне вероятно, если ты милый, улыбчивый и похож на херувима. Нет. Все равно не вижу смысла в том, чтобы приводить в этот мир нежеланного ребенка только из-за боязни, что тебя осудит общество. Стоило раньше позаботиться о безопасности…» — лезли в голову Билли неуместные философские мысли, в ожидании, когда Руди сполна насытиться своей местью за посягательство на его легкомысленную собственность.

Продолжая выкрикивать ругательства в адрес жертвы, парень вертелся вокруг, выбирая место, где удар будет наиболее ощутим. До этого момента, Раньше Билли предполагал, что единственным из всей компании, кто обладал достаточной силой, был Аарон, но теперь уже начинал сомневаться. Каждый выпад разъяренного Руди чувствовался точным и, возможно, крайне болезненным. В какое-то мгновение, Билли почувствовал во рту соленый металлический привкус, а под головой что-то влажное. Перед глазами парня стали появляться темные пятна, закрывая собой все поле зрения, а каждое движение начинало вызывать позывы тошноты. Билли замер, стараясь не шевелиться, в надежде, что, в скором времени, избавится от неприятного ощущения.

— Волк! Стой! — послышался неподалеку крик Айка. — Он уже в отключке!

— В следующий раз, так легко не отделаешься, — сплюнув рядом с Билли, процедил сквозь зубы Руди.

— Кретин, пошли быстро отсюда! Следующего раза может и не быть!

Когда голоса затихли, сменившись шелестом травы, парень услышал, что рядом с ним кто-то присел, аккуратно потрогав его за плечо.

— Прости, Эванс, — дрогнувшим голосом, прошептала напуганная происходящим Аманда, которая даже предположить не могла, чем обернется ее вранье. — Я сказала первое, что в голову пришло. Руди такой ревнивый. Он бы ничего не понял насчет домашки. Он думает, я сама способна во всем разобраться. Мне очень жаль, но я ничего не могла поделать...

— Аманда! — прикрикнул Руди и девушка, подскочив на ноги, кинулась к нему.

Дождавшись, когда посторонние звуки затихнут, Билли устало закрыл глаза. Хотелось спать. Забыться, лежа на прохладной мягкой земле. Утонуть, в обступившей его тьме и никогда не возвращаться в мир живых.

— Билли, очнись! — словно пытаясь вырвать парня из цепких костлявых пальцев, кричал чей-то взволнованный голос.

С трудом заставив себя открыть глаза, Билли увидел перед собой рыжую девушку, чье миловидное лицо было искажено гримасой ужаса.

— Ангел...

— Слава Богу, — выдохнула Сэм и тут же подтолкнула ладонь под спину парня. — Я помогу подняться. Вот так, аккуратно, — словно успокаивая маленького ребенка, пытаясь унять дрожь в собственном голосе, приговаривала она. — Господи, надеюсь, медпункт еще работает.

— А ты в курсе, что при травме головы лучше человека не трогать, а перевернуть на бок и не давать ему засыпать до прихода врача? — не в силах сдержать улыбки умиления, тихо спросил Билли, медленно поднимаясь на ноги.

— Да?! — вскрикнула Сэм и тут же замерла, почувствовав как в сердце кольнуло от одной только мысли, что ее действия могут усугубить состояние парня. — Боже! Прости, я запаниковала! Я помогу тебе лечь обратно, если в этом еще есть...

— Я в порядке, — перебив девушку, проговорил Билли, не желая обрывать эти нежные прикосновения.

— Хорошо, но обязательно скажи, если почувствуешь себя хуже, — помогая сделать первый шаг, отозвалась Сэм.

Билли молча кивнул, посмотрев в глаза девушки, которая, казалось, всеми силами пыталась сдержать слезы. Парню было абсолютно плевать на то, что его Ангел все делала неправильно для оказания первой помощи. Он просто наслаждался ее заботой. Опершись на плечо Сэм, он медленно шел рядом, по направлению к главному зданию, где располагался кабинет медсестры.

— Как ты вообще от болевого шока не откинулся... — озвучила свои мысли Сэм, аккуратно ведя парня по лестнице.

Билли в ответ смог только пожать плечами. Девушке не обязательно было знать о его особенности, впрочем, как и остальным. Парня и так многие считали монстром, а мысль о том, что Сэм может пополнить эти ряды сейчас ужасала больше, чем треснувшее стекло на видеокамере.

Оказавшись у нужного кабинета, Сэм осторожно сняла руку парня со своего плеча и постучала. Ответа пришлось подождать несколько минут, прежде чем дверь открылась и на пороге возникла заспанная медсестра, явно не предполагавшая, что в это время у нее могут быть посетители.

— Простите! Нам нужна помощь! — быстро проговорила девушка, протискиваясь мимо женщины в белом халате.

— Давай его сюда, — сухо скомандовала, резко очнувшись от дремоты, медсестра, жестом указав куда Сэм должна отвести Билли.

Доведя парня до кушетки, девушка поспешила выйти за дверь, чтобы не мешать. Следующие двадцать минут для Билли прошли в напряженной тишине. Парень, буквально кожей чувствовал, как накалена атмосфера, словно он был не на осмотре, а в зале заседания, где ему суд присяжных выносил смертный приговор.

— Вот так больно? А так? — притрагиваясь к многочисленным гематомам на теле парня, спрашивала женщина, хмуря брови.

Билли в ответ лишь морщился, изображая болезненные ощущения, предполагая, что этого будет вполне достаточно.

Обследовав побои и наложив повязку на голову, женщина подошла к стеклянному стеллажу и, вытащив оттуда небольшую баночку, протянула ее парню.

— Примешь одну таблетку сейчас, а потом все по рецепту, — заметив озадаченный взгляд Билли, проговорила медсестра, похлопав ладонью по карману халата, где вырисовывались очертания пачки сигарет. — Кости — целы. Рана на голове не такая большая. Можно ее не зашивать. Если почувствуешь себя хуже, сразу в больницу.

Закончив наставления, женщина вышла из кабинета, оставив Билли одного. Поправив одежду, парень положил в сумку бесполезные для него таблетки и, перед выходом, кинул беглый взор на небольшое настенное зеркало. Билли никогда не был высокого мнения о своей внешности, но мог с точностью сказать, что теперь он выглядел более жутко, чем обычно. Медсестра не стала убирать его волосы с лица и обработав рану, просто повязала бинт поверх.

«Главное, что кровь не будет хлестать, остальное поправлю дома.» — подумал парень, направившись к двери, но резко остановился, услышав, по ту сторону деревянного полотна, голоса.

— Что с ним случилось? Он только утром был здесь.

— Я понятия не имею. Нашла его в таком состоянии и повела к вам, — растерянно ответила Сэм и, не дав возможности медсестре вставить слово, тут же спросила: — Если нечто подобное происходит систематически, почему вы не придадите это огласке? Понятно же, что он не с лестницы постоянно падает. В отличие от нас, вас могут выслушать.

— А кто будет свидетельствовать? Здесь, я хотя бы в состоянии помочь ребятам. Если меня уволят, у них и этого не останется.

— Вы просто боитесь! Кроме Билли, я не видела ни одного ученика в школе с подобными проблемами!

— Боюсь, — тихо отозвалась медсестра, подумав, что отрицать очевидные вещи будет глупо. — У мистера Кларка, точнее у миссис Кларк, очень много связей, а у Билли нет никого, кто бы мог встать на его сторону. Даже если я обращусь в полицию, это не даст результата.

— Да вы не пытались!

Голос Сэм по прежнему дрожал, вызывая у Билли смешанные эмоции. Слушая его, парень чувствовал, как начинает быстро биться сердце, а пустота в душе плавно наполняется теплом. Окружающий мир вдруг стал казаться более живым и ярким. Даже тусклые лучи солнца, проникающие в кабинет через тонкие жалюзи, светили как-то по-особенному. Фраза, сказанная Мартином: «Она стала целым миром для меня.» — наконец обрела смысл. Билли больше не хотел исполнять отведенную ему роль щита для одноклассников, только для нее одной. Пусть пока и кажется, что Сэм вполне способна постоять за себя, но рано или поздно, девушка будет нуждаться в нем. Сэм — станет смыслом его, казалось бы, бесполезной жизни.

Уголки губ дрогнули. Приложив ладонь ко рту, парень попытался подавить улыбку, прекрасно понимая, что данная эмоция будет неуместна в сложившейся ситуации, но не успел он до конца справиться с нахлынувшими чувствами, как в кабинет ворвалась Сэм. Девушка выглядела раздраженной и хотела быстрее покинуть это гиблое место, где человеческая жизнь ценилась гораздо меньше каких-либо деловых связей.

— Пойдем отсюда, — взяв парня за руку, сказала Сэм и повела его к выходу, не спеша проходя мимо озадаченной женщины.

Выведя Билли на улицу, Сэм, перешагнув через невидимую границу школы, остановилась в нескольких метрах от ворот и растерянно посмотрела вперед. Стоящие стройным рядом, однотипные дома с небольшими зелеными лужайками, казались неподходящими для парня, вроде Билли. Быстро поняв, что без посторонней помощи она не справится, Сэм подняла голову вверх и посмотрела на своего спутника.

— Где ты живешь?

— Ты хочешь меня проводить до самого дома? — мягко улыбнувшись, спросил парень. — Не стоит. Ты и так мне очень помогла. Спасибо.

— Так дай помочь еще! — запротестовала Сэм, желая лично удостовериться, что Билли не настигнут новые неприятности.

— Если ты проводишь меня до дома, то уже я начну переживать за тебя, — тихо отозвался Билли, крепче сжав маленькую нежную руку девушки, казавшуюся очень хрупкой в его большой ладони.

— Бессмыслица какая-то получается. Мы же не можем до завтрашнего дня ходить туда-сюда по улицам, провожая друг друга.

Слова Сэм прозвучали подобно фразе персонажа из детского мультика, но она их произносила с таким серьезным видом, что Билли невольно хмыкнул, с трудом сдерживая неуместный смех.

— Не переживай, Сэм, — заставив себя наконец отпустить руку девушки, проговорил Билли. — Со мной все будет хорошо.

— С трудом верится.

Сэм тяжело вздохнула, но спорить дальше не стала, понимая, что каждая из сторон останется при своем мнении. Облизав пересохшие губы, она поправила ремешок сумки на плече и, кивнув Билли, пошла вперед.

Дождавшись, когда Сэм отойдет на достаточное расстояние, Билли посмотрел на свою открытую ладонь и направился вслед за девушкой. Парень все еще чувствовал тепло от прикосновений и старался запечатлеть это приятное ощущение в своей памяти, подобно видеокамере, которой, впервые за долгое время, почти не пользовался. Проводив, ни о чем не подозревающую Сэм и убедившись в ее сохранности, Билли отправился домой.

Добравшись до старого коттеджа и зайдя внутрь, парень резко остановился на пороге. По какой-то причине, окружающая обстановка казалась сейчас более мрачной и, словно чужеродной. Весь его мир, еще совсем недавно пышущий красками, вдруг снова погрузился во тьму.

Билли нахмурился и, закрыв за собой входную дверь, направился в ванную. Стянув грязную одежду, он посмотрел в зеркало, удивившись, что при виде такой красоты Сэм даже бровью не повела. Сняв запачканные бинты, парень залез в ванную, включив душ. Раны с запекшейся кровью привычно пульсировали, а напряженные мышцы стали расслабляться, наводя на парня дремоту.

Закончив с водными процедурами и перевязав поврежденные участки тела, Билли вышел в комнату. Подключив к ноутбуку камеру, он рухнул на кровать и запустил плеер. Спустя несколько секунд загрузки, на черном экране монитора появилась Сэм. Девушка растерянно оглядывалась по сторонам в поисках пустующего столика.

Страница книги Билли в интернете

Table of Contents

1 Билли. Ни боли, ни сожалений

2 Сэм. Городок разрушенных надежд

3 Билли. Бессмысленная жизнь

О книге