# Двойное дно

Н.Сава

Страница книги <https://1.selflib.me/dvoinoe_dno>

Пролог

Мужчина средних лет, в темном плаще и серой шляпе следовал за сотрудниками тюрьмы для особо опасных и психически неустойчивых преступников. Он был служителем закона, ловил плохих парней, сажал их за решетки и, как он сам считал, делал мир немножечко лучше. Сегодня он был особым гостем для одной весьма незаурядной личности.


Сопровождали мужчину двое: охранник и местный психолог. Первым был молодой мужчина в синей форме, с дубинкой, перцовым баллончиком и рацией на поясе, он открывал двери, ведущие в самую мрачную часть этого места – в его сердце, где держали самых отличившихся маньяков-убийц. Следом за охранником, немного усталой походкой, плелся психолог, Гарри Мёрсен, ему было около пятидесяти лет, достаточно неприятный тип на внешность, да и нутро у него было не лучше. Про него много слухов ходило. Говорили, что доктор Мёрсен любил поиздеваться над своими пациентами-заключенными, самыми изощрёнными методами. Мёрсен был достаточно умен, но слишком ленив, всю дорогу он что-то бубнил себе под нос, словно браня все окружающее. Периодически его шепот становился громче, обращаясь к гостю.


– Прошло пять или шесть лет… - произнес мужчина хрипловатым голосом. – Не забывайте о мерах предосторожности, мистер.


Служитель закона ничего не ответил, а лишь слегка кивнул головой. Он и без этого сварливого человека знал, куда он пришел и к кому именно. Преодолев последнюю дверь, они прошли в длинный и широкий коридор, с бетонными стенами и одинокими лампами, висящими через каждые три метра. В конце этого коридора находилась единственная камера на этом подвальном этаже. Постепенно они стали приближаться к ней, их шаги эхом отдавались в этом изолированном и слишком тихом месте. Через несколько минут все трое стояли в двух метрах от прочного стекла, которое отделяло их от возможной опасности.  Данная камера была достаточно просторной, с хорошим освещением. В ней находились туалет с умывальником, кровать и стул, одиноко стоящий посередине камеры. Достаточно скудная обстановка, но для заключенного этого было достаточно, по мнению общественности. Психолог сделал пару шагов вперед, он внимательно смотрел на фигурку, восседавшую на стуле, к ним спиной. Оценив состояние заключенного, он немного выпрямился, прокашлялся.


– Эмили Браун, к вам посетитель, – громко произнес доктор Мёрсен, а после замолчал, ожидая ответной реакции, которой, собственно, не последовало. – Эмили?! Ты меня слышишь? – Мужчина звал ее несколько раз, но заключенная так и не шелохнулась. Когда психолог решил вновь попытаться привлечь внимание девушки, неожиданный посетитель прервал его.


– Эмили… - осторожно произнес темнокожий мужчина, и девушка тут же отреагировала. Она чуть дернулась, затем выпрямилась.


– Это… - осипшим голосом произнесла девица с прямыми рыжими волосами, которые небрежно спадали на ее плечи. Она

встала со своего насиженного места. – Джек Кроуфорд… Вот так сюрприз. – Обойдя стул, она встала в двух шагах от преграды между ними, и на ее лице тут же заиграла легкая улыбка.


Эта заключенная, под номером 367, по имени Эмили Браун, была определена в эту тюрьму после шести месяцев исследований ее психического состояния. Несколько лет назад ее обвинили в пяти умышленных убийствах и двух покушениях, и суд, признав ее виновной, приговорил к пожизненному заключению и прохождению обязательной психотерапии.


– Паршиво выглядишь, – отметил агент ФБР, на что девушка раздраженно хмыкнула. – Давно не виделись. - Целых пять лет, восемь месяцев и двадцать шесть дней.


Такая точность заставила мужчину улыбнуться, он не сомневался в ее умственных способностях. Она всегда славилась феноменальной памятью.


– Думал, что это место тебя сломает.


– Глупо было так считать, Джек, ты, один из немногих, кто знает меня  достаточно хорошо. Ведь мы несколько лет проработали вместе. – Эмили внимательно осмотрела агента с ног до головы, заметив маленькую выступающую венку в области виска, которая слегка пульсировала, она вновь улыбнулась. Агент Кроуфорд нервничал, как никогда, и это, несомненно, радовало заключенную, ведь именно она была источником его волнения. – В чем дело, Джек? – Мужчина молчал. – Ты нервничаешь и боишься, словно пятнадцатилетний мальчишка, который пытается закадрить девчонку. Твой вид совсем не впечатляет… Так что, давай сразу к делу. Зачем ты здесь?


– Ты хочешь выбраться отсюда? – немного подумав, ответил агент. Девушка пошатнулась, недоверчиво посмотрела на него, прищурив свои хитрые ярко-голубые глаза. От ее пристального взгляда бросало в дрожь, казалось, что она видит его насквозь.  – Мне нужна твоя помощь, – с трудом произнеся эти слова, продолжал Кроуфорд, после затянувшегося молчания.


– С чего бы тебе понадобилась моя помощь? – с некой потаенной злобой протараторила рыжая женщина. Она стала ходить вдоль стеклянной преграды, словно дикое животное, которому показали свежий кусок мяса. В ее глазах он увидел некий блеск. Джек знал, что выбраться из этой дыры, Эмили хотела больше всего на свете, но меньше всего она жаждала плясать под чью-то дудку. – Что тебя так беспокоит, Джек?


– Это касается Уилла Грэма.


– Уилл? – На мгновение Эмили задумалась,словно не понимая о ком идет речь. После она бросила взгляд на Кроуфорда. – Так кому нужна помощь? Тебе или Уиллу?


– Я был вынужден привлечь его к одному расследованию… - начал Джек.


– Так, он вновь работает на тебя. – Эмили нервно хмыкнула и сморщила нос. – И из всех людей в этом мире, ты решил просить помощи у меня?

– Ты на протяжении нескольких лет не давала упасть ему в бездну безумия. Именно поэтому я пришел к тебе.


– А как же та, молоденькая девица… - Рыжая вновь задумалась. - Психолог и консультант ФБР, доктор Блум, она не может справиться с ним?


– Грэм достаточно негативно относится к психологам, тебе ли не знать. – Джек тяжело вздохнул от усталости и разглагольствований. – Ты единственная, кому он доверял, и кто помогал ему держаться на краю.


– Именно я столкнула его в эту пропасть, предав его веру и чувства. Ты забыл про это? – Эмили подошла вплотную к преграде, от ее дыхания потело стекло. Она взглянула в глаза агента Кроуфорда. – Ты постарел, Джек. У тебя появились новые морщины на лбу… Ты вечно его хмуришь, чтобы выглядеть сурово, даже сейчас… Но знаешь, это выглядит жалко. – Она отвернулась, увидев гнев и раздражение в его глазах. Молодая женщина направилась к стоящему в центре стулу, вновь уселась на него, спиной к агенту. – Думаю, у тебя и без меня не проходящая головная боль. Уилл не примет от меня помощи… Но перед тем, как ты уйдешь, позволь кое-что сказать. Чтобы Уилл оставался в здравом уме, ему достаточно держатся подальше от тебя и твоих дел.


– Доктор Блум говорит то же самое. – Джек не собирался сдаваться и уходить из этого гиблого места с пустыми руками.


– Но при этом, она позволила ему работать… - Эмили тяжело вздохнула. – Еще  более бесполезная, чем я думала.


– Эмили, Уилл нужен нам, его способности…


– Они потрясающие, не правда ли? – Она чуть повернула голову. – Это его дар и проклятье. И ему действительно нужен кто-то, способный удержать его в этой реальности. Но я не тот человек, я лишь сделаю хуже.


– Ты его сломала, тебе его и чинить! – не сдержав злости, выкрикнул агент и стукнул кулаком по стеклу, из-за чего врач и охранник, все это время стоявшие поодаль, занервничали и тут же подскочили к нему.


– Спокойнее, Джек, не стоит так злиться. – Эмили вновь поднялась со стула и стала расхаживать по камере. Она молчала, лишь периодически издавала тихое мычание.


– Так каков будет твой ответ? У меня нет времени с тобой возиться.


– Ты совершенно не изменился, все такой же нетерпеливый… - Эмили замолчала. Через несколько минут раздумий она обратила

свое лицо к Кроуфорду. – Мне до ужаса надоело это место, поэтому я приму твое предложение. Но истерики Грэма будешь слушать сам.


– Тебя выпустят завтра же, – немного расслабившись, произнес Джек. – На тебя наденут отслеживающий браслет и доставят ко мне в офис, где мы все подробнее и обсудим.


– Джек! – окликнула агента женщина, когда тот уже начал уходить. – С нетерпением жду работы с тобой.


Агент Кроуфорд ничего не ответил, он лишь стиснул зубы и, отвернувшись, поспешил покинуть это учреждение. Попрощавшись с доктором Мёрсеном и дав ему распоряжение по поводу Браун, он буквально выбежал на улицу. Джек тяжело дышал, словно от нехватки воздуха. Лишь спустя минуту, после выкуренной сигареты, он смог успокоиться и сесть в машину, что была припаркована, в нескольких метрах, на стоянке.


Решившись попросить помощи у Браун, он подвергал опасности не только Уилла Грэма, ради которого все это затеялось, но и всю его команду.


Как давно это было… Их первая встреча?Лет шесть-семь назад? О, нет, нет. Они знали друг друга намного дольше. Да, около десяти лет назад, тогда еще Эмили Браун была начинающим молодым специалистом в психологии с огромным  потенциалом. Кроуфорду тогда сильно помог психоанализ одного серийного убийцы, составленный Браун. Это было тяжелое дело. Тот маньяк насиловал и зверски убивал молодых женщин. Новые тела находили каждые две недели. Тогда Эмили выдвинула теорию, основываясь на малом количестве улик, что их маньяк - на самом деле женщина до сорока, внешне больше напоминающая здорового мужика, у которой явные психические отклонения. По ее словам, она работала в каком-нибудь ночном заведении, например, в баре или клубе, где и находила своих жертв. Сопоставив ее слова и имеющиеся факты, Джеку удалось выйти на некую Джейн Росс. Прямых улик на нее не было, тогда было решено подослать к ней человека, который будет выступать в роли приманки. Хотя Джек был категорически против, но Эмили настаивала на своей кандидатуре, ссылаясь на то, что действовать нужно было быстро, к тому же та полностью подходила под типаж всех убитых несчастных. Агенту пришлось согласиться. Операция прошла успешно, Эмили отделалась легким испугом, а мисс Росс была поймана и приговорена к пожизненному заключению. Так Эмили Браун стала консультантом агентов ФБР.


Она была очень доброй и милой девушкой,всегда приносила кофе с пончиками, если приходила на обсуждение какой-либо резни, говоря, что пончики и отличный кофе – лучшее средство для сохранения нервной системы. А еще Эмили была очень наблюдательной и с рождения отличалась феноменальной памятью. И это очень помогало в работе Кроуфорда.


После года работы на ФБР Эмили познакомилась с Уиллом Грэмом. Поначалу их отношения не заладились, не только из-за того, что Эмили, ввиду своей профессии, старалась залезть в душу Грэма, который ненавидел это больше всего на свете. Но вскоре они поладили и стали работать вместе, а после выяснилось, что они и роман крутить начали. По правде говоря, Джек был рад за них, он считал, что эта парочка идеально подходит друг к другу, было в них что-то общее. Но как-то раз Грэм пришел к нему, он был чем-то подавлен и обеспокоен, они выпили, и тогда Уилл раскрыл природу своих страхов. Тогда он сказал, что с Эмили что-то не так. «Я чувствую что-то зловещее, скрытое под ее милой улыбкой». В тот день Джек не придал его словам никакого значение, и убедил Уилла в том, что это бред. А теперь, Уиллу нужна помощь, а Эмили числится в серийных-убийцах-психопатах… И как он мог такое допустить?


Кроуфорд вновь тяжело вздохнул и завел машину. Мысли о прошлом и грядущем будущем еще долго не покидали его, когда он вернулся в свой уютный теплый дом. Даже попытки его любимой жены не помогли отвлечься, и лишь две таблетки снотворного помогли ему уснуть.

Глава 1

В душном кабинете, за большим столом сидел Джек Кроуфорд. Его руки не могли найти себе применения, он то подпирал ими голову, то укладывал на стол и перебирал бумажки, то скрещивал их на груди и тяжело вздыхал. Постоянно поглядывая на часы, он мечтал о более быстротечном времени, чем сейчас. Ему казалось, что секундная стрелка издевается над ним, и вместо того, чтобы неумолимо двигаться вперед, она делала большую паузу, а иногда и вовсе порывалась изменить свой ход. Так же он периодически бросал взгляд на телефон, что стоял по правую руку от него. Всем своим видом он демонстрировал тревогу и нервозность. И все это из-за приезда Эмили Браун. Сказать по правде, Джек уже сто раз пожалел о своей затее. Но это была лишь часть проблемы, ему все еще предстояло оповестить Грэма о новом внештатном сотруднике.

В дверь постучались. Джек поднял голову и увидел невысокую темноволосую женщину. Она улыбнулась агенту и прошла в помещение, сев напротив Кроуфорда.

Ее звали Алана Блум, профессор психологии и действующий консультант агентов ФБР. Она была очень привлекательной женщиной, с красивой фигурой и милой улыбкой. Ей было тридцать пять лет, хотя внешне она выглядела моложе. Ее густые черные волосы аккуратными завитками опускались на ее маленькие плечи.

Алана уложила ногу на ногу, выпрямила спину и посмотрела на Кроуфорда, который слегка поджал нижнюю губу.  Она пристально на него посмотрела, словно сканируя и пытаясь прочесть его мысли. У нее была интересная манера  чуть выпячивать губы, от чего те казались более пухлыми.

– Что? – спросил Кроуфорд.

– Ты выглядишь не здоровым. – Произнесла женщина тихим голосом.

– Это нервы.

– Если нужна помощь, обращайся. – Алана улыбнулась, но Джеку было не до шуток. – Ее еще не привезли?

– Нет. – Кротко бросил мужчина. – А где доктор Лектер?

– Он будет с минуты на минуту, не переживай.

Доктор Ганнибал Лектер, достаточно известный психиатр, который с недавних пор стал работать с ФБР. Это случилось после того, как Уилл Грэм, по наставлению Блум и Кроуфорда, обратился за помощью к Лектеру, в поимке серийного маньяка-убийцы, которого Уилл никак не мог выследить. Не сразу, но они все же  находят общий язык, и вместе начинают охоту за коварным убийцей, после чего Лектер становится регулярным консультантом Уилла, а также пытается помочь ему справиться с психологической травмой.

– Джек, все будет хорошо, здесь полно охраны! – Попыталась успокоить агента женщина, но ее слова ему совершенно не помогали почувствовать то самое спокойствие, которое никогда не должно покидать его.  - К тому же Эмили, для психически неуравновешенной личности, слишком тихая.

– Этого я и боюсь… Как говорится: «В тихом омуте, черти водятся».

В кабинет вновь постучались, Кроуфорд и Блум взглянули на дверь в надежде увидеть опаздывающего доктора Лектера, а вместо этого увидели молоденького охранника, который сообщил  им о прибытии некой заключенной.  Джек напрягся и стиснул зубы, тут же встал с места, его примеру последовала и женщина, и они оба вышли из кабинета.

Быстро пройдя по широким коридорам отдела, Джек и Алана зашли в комнату для допроса, где их уже ждал доктор Гарри Мёрсен. Они поприветствовали друг друга, после Джек повернулся к затонированному стеклу, через которое он видел, как двое охранников пристегивали Эмили Браун наручниками к стулу, на котором она уже удобно уселась. Рыжая девица, слегка улыбалась, смотря на черное стекло, за которым агент Кроуфорд сверлил ее взглядом. Вздрогнуть и отвлечься от мыслей Джека заставил, вошедший в комнату, доктор Лектер, который прошел с невозмутимым видом и произнес слова извинения за свое опоздание. Если бы Кроуфорд не был обеспокоен сидящей преступницей за стенкой, он обязательно кинул бы какую-нибудь колкость в адрес психиатра.

– Ганнибал, - с улыбкой произнесла Блум, и мужчина ответил ей тем же, слегка приподняв уголки рта.– Доктор Лектер, вы как раз вовремя. – Нахмурившись, произнес Кроуфорд.

– Что именно вы от меня хотели? Из нашего телефонного разговора, я лишь понял, что вы нашли некий «рычаг тормоза» для Грэма. – Вежливо и учтиво проговорил Ганнибал.

– Да, позвольте вам представить, - Джек жестом руки указал на привезенную заключенную, - это Эмили Браун, психически неуравновешенная преступница, убившая немало народа… - Джек сделал паузу, а Ганнибал слегка сдвинул брови. – Кхм… Лишь ей одной Уилл доверял, как никому другому.

– А разве она не пыталась убить его? – Припоминая газетные заголовки пятилетней давности,  решил уточнить доктор.

– Да, и все же, она нам нужна.

– Агент Кроуфорд, она нужна вам или все же Грэму?

В комнате повисло молчание. Алана переводила взгляд с Кроуфорда на Лектера, чувствуя нависшее напряжение между ними.

– Ганнибал, - решилась влезть в разговор женщина, - я считаю, что она необходима Уиллу… Вы  оба.

Психиатр тяжело вздохнул, он уже несколько недель работает с Уиллом Грэмом. Конечно, ему пришлось не сладко поначалу, ведь Уилл был категорически против того, чтобы лезли к нему в голову, но благодаря спокойному тону, разговорам на отвлеченные темы, Ганнибалу удалось немного расположить Грэма к себе. А после, тот и сам, порой без предупреждения, приходил к нему. И это доктор Лектер считал прогрессом, своим собственным достижением. Ему хотелось и дальше продолжить свое общение с ним с глазу на  глаз, дальше раскрывать дела вместе, а наличие третьего лица в их дуэте, Лектору, по правде говоря, не нравилось.

– Значит, вы хотите, чтобы она работала на ФБР? – Предположил мужчина. – Но как вы намерены ее контролировать, давая свободу?

– Ну, свободы ей никто не давал. – Уточнил Кроуфорд. – Однако ее, возможно, освободить на время, при наличии отслеживающего браслета и заключения от квалифицированного врача, о ее психическом состоянии.

– То есть, - продолжила Алана, - нам нужно знать, сможет она себя контролировать или нет.

– Разве убийство пяти человек, не следствие полного отсутствия самоконтроля? – Недовольно проговорил Ганнибал.

– Нет, мистер. – Подал голос доктор Мёрсен, который все это время вслушивался в планы ФБР. – Эмили - далеко не простой орешек, как вы могли подумать. Хоть на суде она признала, что, убив первую жертву, почувствовала некую власть, и по этой причине она не остановилась, после чего потеряла контроль над собой и убила даже родного брата… После этого ее признали психически неуравновешенной. Однако, есть уверенные в том, что Эмили совершенно здорова, и что она полностью отдавала себе отчет в своих действиях. Но тогда возникает вопрос другой… каков мотив? – Мистер Мёрсен, сделал небольшую паузу. – На него нет ответа.

– Даже Уилл долго ломал голову над этим, – произнесла Алана. – Он так и не смог понять, что именно спровоцировало ее на совершение убийств, но Уилл точно знал, что всем ее действиям есть весьма веская причина, которая способна ее оправдать.

– Вот как… - Лектер внимательно взглянул на рыжую девицу, которая уже явно маялась от скуки. – И совершенно никто не может найти объяснения ее поведению?

– Есть лишь догадки, - причмокнув губами, ответил Мёрсен. – Все усложняет ее осторожность и знания в области психологии. Она была очень талантливой девушкой, досрочно закончила обучение. Она знает все наши штучки психоанализа и не поддается нашим тестам. Эмили очень умна, мало кто из психиатров мог выдержать беседу с ней.  Есть даже парочка сошедших с ума.

– Из-за чего? – Поинтересовался Лектер.

– Видите ли, она запоминает каждое ваше слово, замечает движение каждого вашего мускула, смотря на вас, она анализирует. После, всего, что вы сказали, обращается против вас, даже выбранная вами утром одежда или парфюм будут орудиями в ее руках.

– Хм, - Лектер внимательно выслушал Мёрсена, затем улыбнулся, - интересный материал для исследований, не находите?

– Безусловно! – Воодушевился уже поседевший мужчина. – Жаль только она мне не по силам.

– Хорошо, агент Кроуфорд, - бодро произнес Ганнибал, - я займусь ей, но для начала… Алана, - обратился он к женщине, - не могла бы ты с ней поговорить.

– Решили понаблюдать издалека, а меня отдать на растерзание? – С легкой улыбкой выдвинула верное предположение Блум.

– Мне это необходимо, иначе мы никогда не сможем ее понять.

Алана Блум кивнула головой в знак согласия, а затем посмотрела на Кроуфорда, который так же кивком дал ей добро на разговор с заключенной. Она вышла, а трое мужчин, уставились в стекло, в ожидании начала, своеобразного допроса.   ***Эмили Браун со скучающим видом вглядывалась в темное стекло перед ней. Она знала, что там по ту сторону стены, в другой комнате, находится Кроуфорд, который наблюдает за ней, с ним, скорее всего, был Мерсен… да, он не мог оставить ее с ними наедине. А кто еще? Наверняка, Джек позвал другого психиатра, который через некоторое время зайдет к ней, усядется напротив и начнет задавать скучные вопросы. Интересно, а Грэм с ними? Эмили слегка встряхнула головой отгоняя мысли связанные с Уиллом, в тот самый момент она услышала, как в комнату допроса кто-то зашел. Не поворачивая головы, Эмили недовольно фыркнула.

Алана быстро прошла, и уселась на стул напротив заключенной, именно тогда Эмили удосужилась взглянуть на зашедшую. Совершенно пустой взгляд проскользнул по женщине, от чего той стало немного не по себе.

Это была их не первая встреча. Когда-то они виделись, работая над одним делом. Первое впечатление было достаточно приятным, Браун тогда предстала перед Аланой как трудоголик, отличный специалист и невероятно «светлый» человек.  Про таких говорят: «Луч света в темном царстве». Независимо от тяжести и кровожадности преступлений, а таковым было каждое второе, с появлением Эмили настроение окружающих улучшалось. Ее улыбка и приятный голос могли успокоить, она была очень внимательна ко всем окружающим себя людям. Алана понимала, почему именно ей Уилл смог доверится и открыться, почему именно к ней он смог испытать теплые и нежные чувства. С ней он был спокоен и уверен в завтрашнем дне. Именно из-за осознания ее важности в жизни Грэма, она согласилась с Кроуфордом, когда тот вообще только задумался о ее участии в расследованиях.

– Здравствуй, Эмили, - начала Алана, - ты помнишь меня?

– Алана Блум. – Коротко ответила рыжая девица.

– Хорошо. – Алана немного помолчала. По правде говоря, она не знала о чем говорить с Браун, но ей было необходимо как-то завязать разговор, что бы Лектер смог увидеть все, что ему необходимо. Она тихонько кашлянула, от того, что ее горло пересохло. – Ты хорошо выглядишь, Эмили.

– Да неужели? – Недовольно проговорила та. – Оставьте свой вежливый тон, для своих пациентов.

– Это проявление вежливости.

– Оставьте это, доктор Блум. – С безразличием и невероятно раздражающим спокойствием ответила Браун. – Я не хочу с вами говорить.

– Что же с тобой случилось, Эмили, что заставило тебя так измениться? – Алана решила вывести заключенную на эмоции, тем самым пробить ее непробиваемую невидимую стену между ними. – Ты можешь мне довериться, расскажи, и мы вместе сможем решить эту проблему.

– Ха. – Нервно произнесла Эмили и презрительно оглядела женщину с ног до головы, от чего той стало вновь не по себе, и по ее спине пробежались мурашки. – Алана... милая, но несчастная Алана. – Рыжая взглянула в глаза женщине, чуть прищурилась, а после улыбнулась и отвернулась. – Джек невероятно жесток с вами. Ну, впрочем, как и с любым, кто его окружает…

– Он жесткий, но не такой ужасный, как ты думаешь.

– Нет, он именно такой человек, жалкий и эгоистичный… - Начала объяснение Эмили, но Алана ее перебила.

– Почему он жесток со мной?

– Он заставил вас сейчас сидеть передо мной и вести не весьма приятную беседу.

– Это моя работа.

– Да… - Эмили тяжело вздохнула. - Если бы не ваш страх, разговор бы лучше складывался… - Алана чуть сдвинула брови. – Вы боитесь меня.

– Это не так. – Попыталась отрицать женщина.

– Нет-нет, - Эмили сморщила нос и покачала головой, - не пытайтесь себя в этом убедить, не поможет. – Блум решила вновь возразить, но Эмили ей не позволила. – Бояться меня вполне нормально, но не стоит беспокоиться, сегодня я не настроена на убийство. Можно вопрос?

– Конечно.

– Почему вы согласились? – Алана не до конца поняла вопроса и, увидев это, Эмили продолжила. – Почему позволили Джеку вновь привлечь Уилла?

– Уилл сам решил помочь в расследовании, поэтому…

– Вы не возражали!

– Нет, я…

– Вы позволили ему подойти слишком близко!

– Нет, я тут не…  причем!

– Если бы не вы, ему не стало бы хуже!

– Нет, это…

– И тогда бы не пришлось просить помощи у меня. И вам бы не пришлось сейчас сидеть здесь и трястись от страха, как забитой собаке, которую вот-вот прибьют палкой. Жалкая тварь.

– Хватит! – Алана не выдержала, не совладала с собой, вскочила со стула, ударила ладонями по столу, наклонилась к Эмили, в глазах которой она видела некий блеск. Алана пыталась успокоиться, но понимание того, что она повелась на провокацию Браун, только распыляло ее гнев.  – Ты безумна! – Злобно прошипела Алана.

– Только для вас.

– Довольно.

В комнату ворвался Кроуфорд, и остановил обеих женщин. Эмили не переставала улыбаться, ей определенно нравилась сложившаяся ситуация, и еще то, как все вокруг нее нервничали. Алана выпрямилась, тяжело вздохнула, вышла. Джек недовольно смотрел на заключенную, а та лишь пожала плечами.

За  спиной агента ФБР показался некий незнакомый ей мужчина. Он был высок, на внешность Эмили дала бы ему лет сорок, не больше. Элегантный и аккуратный костюм, зачесанные на затылок, а точнее, прилизанные волосы.  Он впечатлял. Эмили заинтересовалась им. Сейчас он стоял позади Джека и успокаивал разгоряченную и раздосадованную Алану Блум. «Видимо очередной психиатр» - подумала Браун. Когда незнакомец перестал разговаривать с Аланой, он взглянул на Эмили. Его пронзительный и острый взгляд, заставил ее вздрогнуть, отвернуться, и вновь уставится в черное стекло.

Спустя несколько секунд, она услышала шаги в ее сторону и закрывающуюся дверь. Она опустила взгляд вниз, он упал на дорогущие ботинки, вычищенные до блеска. Эмили стала осматривать севшего напротив мужчину. Ее взгляд прошелся по идеально отглаженным стрелкам брюк, по элегантным складкам на коленях, затем она взглянула на руки… худощавая кисть с длинными пальцами, маникюр. Да, таким рукам любая девушка позавидует! Она бросила взгляд на носовой шелковый платок, что мило торчал из его грудного кармана, после на пестрый галстук. «Буржуй» - подумала она про себя. Ей стало как-то тошно от такой аккуратности и чрезмерной идеальности. Она посмотрела на его лицо и их взгляды встретились. Браун слегка нахмурилась, и заметно напряглась.

Эмили чувствовала себя кроликом, помещенным в террариум к огромной змее, которая перед своей трапезой наслаждалась ее жалким видом и безвыходной ситуацией. Да, не чувствовать контроля над ситуацией, «совсем не круто» - как бы выразилась молодежь этого времени.  Эмили хотела отвести взгляд, но не могла. Их противостояние уже началось, она понимала, что незнакомец именно этого и хочет. Как только она перестанет смотреть в его «беспощадные» глаза, то в ту же секунду проиграет, и он разрушит ее защиту. Первые пятнадцать минут, Эмили была полностью уверенна в своих силах. На двадцатой минуте она начала тяжело дышать и мысленно убивать напротив сидящего. Эти мысли помогли ей высидеть еще минут десять. После она начала искать выход из этой ситуации, который, к ее сожалению, совершенно не хотел находиться. Спустя еще тринадцать минут восемь секунд, Эмили устало вздохнула и запрокинула голову назад.

– Нет, это не выносимо! – Разочарованно произнесла девушка.

– Сорок три минуты и восемь секунд… - подсчитав длительность противостояния, проговорил Ганнибал. – Должен признать, вы меня удивили, мисс Браун, я предполагал ваше поражение еще на двадцатой минуте.

– Что ж, позвольте и мне выразить свое восхищение, - Эмили вновь посмотрела на психиатра, но уже не чувствуя то напряжение и некую тревогу, - вы первый, кому удалось вывести меня за первые пять секунд.

– Вот как… - Мужчина ухмыльнулся.

– Кто вы такой?

– Меня зовут Ганнибал Лектер, я психиатр, консультант и друг Уилла.

– Друг? – Эмили недовольно фыркнула. – Невозможно.

– От чего же?

– Вы мало тянете на заботливого друга… скорее на потребителя.

– Потребителя?

– Да. – Она сделала паузу, тихонько промычав. – Мое первое впечатление о вас, таково: эгоистичный, самовлюбленный человек, выслушивающий чужое нытье лишь из-за того, что решение чужих проблем помогает отвлечься от своих собственных.

В помещение повисло молчание. Эмили с довольным видом смотрела на Ганнибала, в ожидание его ответа, на ее своеобразную правду. Пусть она и проиграла первое сражение, но их противостояние только началось.

Ганнибал не спешил с ответом, он на несколько секунд позволил себе порадоваться своей маленькой победе. Ему удалось заинтересовать ее, он заставил Эмили заговорить первой. Но что же дальше? Она просто так не сдастся, будет пытаться уколоть, да побольнее.

– Хитрая, лицемерная, провокатор и манипулятор… - После размышлений, ответил мужчина. - Вы тоже мало походите на человека, которому можно доверять.

– Хм, браво, доктор! – Эмили вяло улыбнулась, глубоко вздохнула. – Достаточно пустых разговоров.

– Хорошо, перейдем к делу. – Начал Ганнибал.  – Вы ведь понимаете, что без моего заключения о вашей вменяемости, вы не сможете покинуть места, из которого вас привезли. – Девушка кивнула. – Хорошо. Тогда, пожалуй, начнем… – Сделав небольшую паузу, он продолжил. – И помните, я рассчитываю на вашу честность.

– Считайте, что вы ее выиграли. – Недовольно бросила Эмили.

– Скажите, мисс Браун, это вы жестоко убили пятерых мужчин, и покушались на жизни еще двоих?

– Да.

– Вы намеренно это сделали?

– Да.

– Каков был мотив?

– Его нет. Мне просто нравилось их убивать. – Эмили сделала паузу. – Было приятно чувствовать их страх. Они молили о пощаде, молили их отпустить и клялись, что никому не расскажут, кто я…  Но они были слишком наивны. – Браун сжала руки в кулаки. – Все они… умирали в муках…

– Разве они это заслужили?

Перебив ее Ганнибал, чуть прищурился и внимательно следил за ней. Эмили бросила на него кроткий взгляд, а после отвела глаза в сторону, он заметил блеск от наступавших на глаза слез. Она, прикрыв глаза и глубоко вздохнув, взяла вверх над собой и вновь бросила на него пронзительный холодный взгляд. Эмили стиснула зубы, и  не спешила отвечать на вопрос психиатра.

– Не отвечать невежливо… - Устало вздохнув, проговорил Ганнибал.

– Доктор Лектер, хотите я раскрою вам один маленький секрет? – Эмили вяло улыбнулась и, приняв его молчание за согласие, продолжила. – О тех убитых мужчинах… Пять мертвы, одного я не добила, он умер после сам, покончил жизнь самоубийством… Но их должно было быть семь!

В этот момент все, кто находился в соседней комнате, напрягись, и особенно Кроуфорд, в его голове тут же начали всплывать материалы дела Эмили Браун. Он пытался вспомнить всех жертв, соотнести их и вспомнить кого-то еще, убитого или живого, но в голове ничего не всплывало. Кроме Грэма… Неужели он должен быть седьмой жертвой? Что тогда?

– Грэм? – Насторожено предположил мужчина.

– Нет.

Ответ молодой женщины Кроуфорда не сильно успокоил, а вот Ганнибал явно был доволен данной беседой.

– Хорошо, мисс Браун. – Начал Лектер. – Я немедля оповещу Кроуфорда и напишу соответствующую бумагу о вашей работоспособности, и вы вновь сможете выполнять обязанности консультанта ФБР.

– Ох, сейчас умру от радости. – Без особого энтузиазма проговорила Эмили.

– Но есть еще одно условие.

– Браслет? Это не проблема...

– Нет, я о другом. – Он сделал небольшую паузу. – Вам придется регулярно наблюдаться у врача.

– Хм, вот как… - Браун, явно была не в восторге от этой идеи. – Что ж, если так, то мне жаль «малышку» Алану.

– Почему?

– Ей придется туго со мной…

– А почему вы решили, что я отдам вас ей? – Эмили приподняла бровь и непонимающе посмотрела на Лектера. – Вы будете наблюдаться у меня.

– О нет! – Возразила та. – Только не вы! Собираетесь изучать меня и издать небольшой буклет?

– Скорее трехтомник. – Ухмыльнувшись, ответил Ганнибал.

– Нет-нет, я против. Лучше обратно на кушетку к Мёрсену!

– Почему вы так категоричны, чего-то боитесь?

– Нет.

– А что тогда?

– Ну, - рыжая девица на миг задумалась, - не в обиду, доктор Лектер, но нам с вами будет скучно.

– Не переживайте, я не дам вам заскучать.

– А вы сами-то не боитесь? – Эмили лукаво улыбнулась и чуть наклонилась к психиатру. – Я ведь как-никак убийца…

– Нет, я абсолютно уверен в своей безопасности.

– Достаточно самоуверенно!

– Возможно… - Ганнибал чуть помолчал, размышляя. – У вас нет выбора, мисс Браун. Алана хороший специалист, но как ее друг, я переживаю за нее, поэтому не позволю ей взять вас на себя. Но выбор все равно за вами… либо вы соглашаетесь с этим условием, либо возвращаетесь обратно. И не забывайте, для какой именно цели агент Кроуфорд позвал вас.

Эмили недовольно взглянула на Ганнибала. Да, ей совершенно не хотелось наблюдаться у него, а точнее у кого-либо, вообще. Но и возвращаться в этот ад, из которого она может выбраться, она не хотела еще больше.

С одной стороны она бы с радостью навещала Алану, выводила бы ее, провоцировала, иначе говоря, игралась бы с ней, как кошка с мышкой. Но это могло бы быстро надоесть и несчастной Блум, да и самой Браун. А вот доктор Лектер – это совершенно другое… Хоть ее и тошнило от его чрезмерной идеальности, но Эмили беседы с ним пришлись по вкусу. Правда, было в нем что-то такое, что заставляло ее испытывать некий страх. Это что-то и отталкивало от него, заставляя быть более осторожной и внимательной, но в тоже время, и притягивало к нему. Эмили  безумно хотелось раскрыть его карты, узнать секреты. И кто знает, может они и поладят.

– Хорошо, я согласна.

Глава 2

В большой овальной аудитории, в которой читались лекции по криминалистике, психологии и праву, было довольно тихо. Полумрак, лишь свет от проектора, находящегося под самым потолком, освещал небольшой стол захламленный различными бумагами и книгами, а так же мужчину средних лет. Это был Уилл Грэм, бывший агент ФБР, который в очередной раз рассказывал о мышлении серийных убийц и маньяков молодым людям, которые только начали познавать всю «прелесть» выбранной ими профессии.

Мужчина присел на краешек стола, поправил очки и вгляделся в темноту. Его слушателей не было видно, что определенно облегчало его работу, ведь Уиллу общение с людьми давалось не просто. За несколько лет своей педагогической практики, он редко заводил разговор с молодыми специалистами. Грэм ограничивался чтением лекции, после он старался быстро ретироваться из аудитории незамеченным. Но иногда ему это не удавалось, например, как сегодня.

Как только Уилл произнес завершающие слова, свет в аудитории загорелся, и раздались аплодисменты. Это его смутило, поэтому

кротко попросив прекратить, он отвернулся к столу и стал поспешно собирать свои вещи. Как только все было собрано, он развернулся и поспешил к выходу, но в дверях показался Джек Кроуфорд. Уилл не был против визитов его старого знакомого, но в последнее время его визиты ничего хорошего для него не несли. Мужчина стиснул зубы, поправил свои, чуть сползшие на нос, очки и поприветствовал агента ФБР.

– Уилл, нам надо поговорить.

Грэм чуть напрягся, ибо в интонации Кроуфорда он почувствовал некую тревогу и волнение. Но что именно могло вызвать это, он пока не знал. И, по правде говоря, и не хотел знать. Хотя выбора у него, видимо, нет.

Уилл кивнул в знак согласия на беседу, и оба вернулись к столу. Грэм поставил свой толстенький и тяжелый портфель на стул, и поднял взгляд на Джека. Тот мялся, тянул с началом беседы.

– Что случилось, Джек? – Обеспокоенно и немного раздраженно спросил Грэм.

– Уилл… - Кроуфорд вновь замолчал на мгновение, а затем, выдохнув, произнес. – Разговор пойдет о Браун.

Услышав эту фамилию, Грэм поменялся в лице. В его глаза тут же отразилась тревога, он нахмурился. В его голове сразу же возникли сотни мыслей. Что могло случиться? Она сбежала? Вновь убила? Умерла? А может все сразу? Уилл был немного напуган, встревожен и взбешен из-за того, что Кроуфорд тянул время.

– Уилл, понимаешь…

– Джек, не тяни. Говори! – Недовольно воскликнул тот.

– Я обеспокоен твоим состоянием, поэтому решил обратиться к ней, чтобы…

– Стоп! – Грэм, всплеснул руками, а затем замолчал, собираясь с мыслями. Сняв очки, он потер пальцами переносицу, сильно зажмурил глаза, после тяжело вздохнул и продолжил. – Ты… Ты… Это шутка? Я хоть и безумен, но не на столько!

– Это для твоего же блага, пойми.

– Я отказываюсь, это понимать, Джек! – Разгневался Грэм. – Как ты себе это представляешь? Чтобы псих лечил психа… Мне и Ганнибала хватает.

– Мы долго это обдумывали и решили…

– Мы?

– Я советовался с Аланой, и она поддержала мою идею, мы оба считаем, что тебе необходима ее помощь. – Грэм мотал головой, не желая слушать весь тот бред, по его мнению, что нес Джек, но тот не собирался отступать. – Только она могла держать тебя на расстоянии от всего того кошмара, что ты видишь чуть ли не каждый день. И не смей отрицать этого, Уилл, ты и сам это знаешь!

– А Ганнибал, по-вашему, уже не справляется со мной? – Немного успокоившись, поинтересовался он, поднимая на Джека свой усталый взгляд.

– Доктор Лектер, без сомнений, знаток своего дела, я в нем нисколько не сомневаюсь, и не отказываюсь от его помощи и услуг, но если рядом будет еще и Эмили…

– Рядом? – Уилл поморщился, перебивая агента ФБР. – Так ты еще ее и выпустить хочешь? Это безумие…

– Да, это безумие! Но, доктор Лектер уверил меня сегодня, что она полностью вменяема, и что опасности никакой нет.

– Лектер? Они виделись?

– Да, сегодня в полдень ее привезли к нам… Эй, Уилл… Стой! – прокричал в след Кроуфорд своему товарищу, который выбежал из аудитории и помчался по коридору в другой корпус здания.


***

Уилл мчался по коридорам, периодически сталкиваясь с навстречу идущими людьми. Пару раз он врезался в стену, когда не мог вписаться в поворот на скользком полу. Он не слышал в след кричавших ему ругательных слов, от всех тех, кого он толкнул или сбил. В его голове сейчас не было места ни для чего, кроме мысли об Эмили, о той, кем он когда-то дорожил, но кто жестоко предал его.

Достигнув другого корпуса, он помчался к аварийной лестнице, ждать лифт было невмоготу. Грэм стал задыхаться, пока перепрыгивал порожек за порожком, поднимаясь на шестой этаж. Перед глазами стало все плыть, а в ушах он слушал отчетливый стук своего сердце. Он устал, и отголоски здравого смысла, пробивавшиеся через шум сердца, говорили ему остановиться, отдышатся, взять себя в руки и повернуть назад. Но по какой-то причине, он не мог так поступить. Что-то заставляло его двигаться вперед навстречу со своим прошлым, навстречу обидам и сожалениям.

Когда Грэм достиг нужного этажа, он подскочил к первому повстречавшемуся человеку и спросил, где привезенная заключена. Получив нужную информацию, Уилл поспешил к комнатам допроса. Когда он повернул из-за угла, то в его глаза тут же бросилось ярко рыжее пятно, которое отлично выделялось среди серых стен и масс людей. Ненадолго замерев, он наблюдал, как Эмили Браун выходит, потирая свои тонкие запястья, видимо они болели от наручников. Рядом с ней два здоровых мужчины в форме, по их снаряжению было видно, что это охранники из психиатрической клиники. Они стали двигаться навстречу ему. Эмили опустила голову, смотря себе под ноги, поэтому она не видела его до тех пор, пока тот не оказался на ее пути. Эмили чуть нахмурилась и подняла взгляд…

Уилл стиснул зубы и напряг губы, от чего те стали сливаться в одну тонкую линию, по его вискам стекали меленькие капельки пота. Она посмотрела в его глаза и, не вынеся зрительного напряжения, отвела взгляд. Она была явно растеряна. Сейчас, она мало походила на преступника, скорее на жертву. И как она вообще могла убивать? Может своим невинным видом она и заманивала тех несчастным мужчин? «Да, именно так!» - убеждал себя Грэм, чтобы избавиться от возникшего чувства вины.

– Что происходит? – Послышался со стороны знакомый Уиллу голос, повернув голову, он увидел подошедшего к ним Ганнибала.

– Доктор Лектер? – Нахмурился Уилл. – Что вы тут делаете?

Лектер немного помолчал, переводя взгляд с Грэма на Браун, а после обратился к сопровождающим ее мужчинам, чтобы те побыстрее увели ее отсюда, однако Уилл возразил его просьбе.

– Мне нужно с ней поговорить! – Воскликнул Уилл, хватая женщину за руку. Конечно же его тут же схватил и скрутил один из ее сопровождающих, другой же схватил Браун. К месту потасовки уже стали подтягиваться и остальные сотрудники поведенческого отдела. – Отпустите меня! Лектер, мне надо с ней поговорить!

– Что, черт возьми, происходит?! – Закричал Кроуфорд, как только подошел к толпе. – Успокойся, Уилл! Держи себя в руках. – Джек перевел взгляд на здоровяка, что держал Грэма. – Отпустить его, немедленно. – Тот послушно выполнил приказ. После он перевел взгляд на другого сопровождающего. – Отведите, мисс Браун в мой кабинет, немедленно. – После Джек обратился ко всем. – Все работать, живо!

– Джек, я…

– Какого черта, Уилл? – Тихо и недовольно прошипел Кроуфорд. – Возвращайся на кафедру.

– Нет, Джек! – Тут же возразил Грэм. – Я должен с ней поговорить.

– Нет.

– Ты же сам привез ее сюда! Хотел, чтобы она помогла мне… А теперь запрещаешь мне с ней говорить. Ты противоречишь сам себе.

– Не сегодня, ты не готов!

– Это мне решать! – Уилл тяжело вздохнул. – Все будет хорошо, я просто хочу поговорить…

– Джек, - вмешался в разговор Ганнибал, - думаю, нет смысла откладывать их встречу и разговор.

Джек явно был не доволен тем, что Ганнибал Лектер принял сторону Уилла, но он был вынужден согласиться с его словами. Но не переживать он тоже не мог, уж слишком быстро стали развиваться события…

– Хорошо, но только недолго и под вашим присмотром, доктор Лектер. – Недовольно проговорил Кроуфорд.


***

Когда Уилл в сопровождении Ганнибала вошел в кабинет, Эмили сидела на месте Кроуфорда достаточно вальяжно. Но как только она увидела вошедших, тут же выпрямила спину, расправила плечи, чуть нахмурилась, и стала походить на большого начальника. Когда они сели напротив нее, она осмотрела их по очереди. Ганнибал почувствовал, что его присутствие ей не нравится, это не удивительно, ведь Эмили наверняка рассчитывала на приватную беседу. Что ж, оставить их наедине он не мог. Не только из-за беспокойства за Уилла, но из-за собственного интереса к данной персоне. Женщина отвернулась от психиатра, перед этим демонстративно сделав недовольный вид. Лектер находил это забавным, но все же раздражающим.

Уилл снял очки и потер переносицу. Его наверняка мучает головная боль. Эмили пристально смотрит на него, в глазах на секунду отражается беспокойство, что естественно не упускает внимательно за ней следящий Ганнибал. Он так же замечает, как она чуть напрягла плечи, видимо  сжимает руки в кулаки, чтобы сдержать свои чувства. Но какие именно? Гнев? Или все же что-то противоположное?

– А ты не так плохо выглядишь, как мне говорили. – Начала разговор Эмили. Грэм тут же поднял на ее свои глаза. Ее лицо было расслабленно, голубые глаза чуть поблескивали. – Я рада вновь увидеть тебя, особенно в такой день. – Тихонько, нежно произнесла женщина, она чуть улыбнулась, как только вспомнила про особенность сегодняшнего дня.

– Сегодня… - Уилл, замолчал вспоминая, что за день сегодня, дату, месяц, год… И когда его осенило он не был рад, скорее разочарован больше обычного. – Сегодня день твоего ареста.

– И день нашего знакомства. Не судьба ли это… Но как жаль, что ты забыл.

– К сожалению, я не могу забыть…

– Не стоит драматизировать, Уилл, все не так ужасно.

В комнате вновь нависло молчание. Казалось, что им было неловко рядом  друг с другом. Ганнибал заметил, что детский нрав и поведение Эмили улетучились, как только она сконцентрировала свое внимание на Уилле.  С ним она вела себя более осторожно, не дерзила, говорила спокойно, даже ласково.

– Уилл, я знаю, что ты хочешь сказать. – Продолжила Эмили.

– Почему ты отказывалась от встреч со мной? – Начал задавать вопросы Грэм. - Я приходил к тебе чуть ли не каждый день, но меня не пускали, говоря, что ты не стабильна… Но это ведь ты не желала меня видеть. Что это? Чувство вины? Презрение?

– Зачем ты искал встречи с той, что пыталась убить тебя?

– Мне нужны ответы.

– Знаешь же, что ты их не получишь. Только не от меня!

– Я постоянно думал… Искал. – Уилл тяжело вздохнул. За мнимым спокойствием скрывалась буря эмоций. Он был на пределе. – Я прокручивал в своей голове каждый день проведенный с тобой и искал… То, что мог упустить, не заметить.  Но ничего. – Уилл немного помолчал. – Ты всегда была рядом, помогала. Я думал, что знаю тебя… Но я ошибался. Какой же я был дурак. Ты обманывала меня все эти годы! И это…

– Больно. – Перебив, закончила чужую мысль Браун. Вновь ненадолго между ними повисло молчание. – Извиняться нет смысла. Так что этого делать я не стану. Я была достаточно откровенна с тобой, все те годы.

– Это ты называешь «достаточно откровенно»? – Возмутился мужчина.

– Да. Перестань сходить с ума, и винить себя за то, что те пять подонков умерло. Ты бы их не спас. – Все так же спокойно, но уже более резко ответила Эмили. – Уилл, я хорошо понимаю, что ты чувствуешь, и не буду настаивать, если ты откажешься от моей «помощи». Если ты, сейчас, скажешь мне категоричное «нет», я тут же вернусь в тот ад. Но позволь перед этим сказать… То, что ты неплохо выглядишь,  не значит, что я не заметила ухудшения твоего состояния. Тебя вновь стали мучить кошмары, ты не можешь сконцентрироваться на реальности и общаться с людьми стало еще труднее… Может, после доктора Лектера тебе и стало немного лучше, но ты ведь и сам понимаешь, что это не надолго. Это только вопрос времени, когда ты окончательно растворишься в той тьме, в которую ты себя загнал. Но я уверена, что мы с доктором Лектером, сможем вытащить тебя из этой бездны…

– Ты хорошо постаралась, сделав меня таким… - Раздраженно вставил Уилл.

– Я даже не старалась. – Угрозы в ее голосе не было, скорее это было некое разочарование. – Что будет, решать тебе. Я приму любой твой выбор.

Уилл молчал, не отвечал. Они смотрели друг другу в глаза, и в воздухе чувствовалось какое-то напряжение. Ганнибалу было не очень приятно слышать о том, что он не способен помочь Грэму, но он этого не показал, в угоду своего профессионализма. Но в словах Эмили была долька истины, порой он и сам сомневался, что Уиллу можно помочь. Ведь тот сам не особо жаждал спасения. И кто знает, может они с этой своенравной барышней и поладят, когда-нибудь.

Молчание затянулось. Эмили начинает терять терпение. Однако Грэм так и не дал ответа, он просто вскочил со своего места и вышел из кабинета.

– Видимо, это «да». – Усмехнувшись, произнесла Эмили. – Как считаете, - обратилась она уже к Ганнибалу, - мне стоит пытаться, или оставить его в покое?

– Решать вам. – Спокойно ответил психиатр, вставая со своего места. – Для себя он уже все решил.

Лектер вышел, и за ним тут же вошли те два охранника, которые сопровождали Браун. Перед тем, как вернуться к себе, он напоследок взглянул на заключенную, что бы убедиться в том, что не ошибся в своем личном решении и выводах. Эмили встала с кожаного кресла, отмахнулась, от рук охранников, вздернула голову, чуть улыбнулась и вышла из кабинета. Ганнибал был удовлетворен увиденным. Проводя молодую женщину взглядом, он поспешил удалиться.

Глава 3

Эмили Браун перевезли в ее новый «дом», точнее специальное учреждение, где содержали V.I.P.-преступников, если так можно было выразиться. Оно находилось недалеко от штаб-квартиры поведенческого отдела ФБР. По своим габаритам здание было не большое, но охраны здесь было в два раза больше, чем в тюрьмах строго режима. Этот факт объяснялся тем, что преступники, содержащиеся здесь, были людьми, которые помогли следствию, и теперь их жизни что-то угрожало, а тут под таким контролем и надзором, они были в безопасности. Хотя, по мнению Эмили, в мире нет места, где бы такие люди чувствовали себя в безопасности.

В сопровождении двух охранников она шла по длинному коридору, было слишком тихо, глухое эхо их шагов  звоном отражалось от стен. Позже выяснилось, что причиной такой мертвой тишины, было то, что по указу Кроуфорда, Эмили, как и раньше, должна будет содержаться в полной изоляции от остальных заключенных. Это заявление заставило молодую женщину  возмутиться и затаить обиду.

Перед тем, как уйти, охранники надели на тонкую щиколотку Браун отслеживающий браслет и проинструктировали ее. Выдали так же мобильный телефон, который отслеживался и прослушивался. По их словам, даже ее камера была напичкана всякими штучками, которые помогут следить за ней двадцать четыре часа в сутки. На эту новость она никак не отреагировала, ведь это было очевидно. Свободы ведь никто не давал, ей лишь увеличили клетку, из которой она будет выходить по желанию Кроуфорда.

Оставшись одна, Эмили стала осматривать свое новое жилище. По сравнению с прошлым, ее новая камера была в три раза больше. Так же в ее распоряжении была личная душевая с туалетом, хотя «личной» назвать ее было нельзя, при наличии двух камер. Узнав об их наличии даже здесь, Эмили неожиданно захотелось вернуться к надоеде Мёрсену. Но наличие кровати с удобным матрасом, большой тумбы, стола и трех стульев, сглаживали предыдущие недостатки ее нового места жительства.

На столе стояло две небольших коробки, которые уже были распакованы. Подойдя к ним, она взглянула на бирки  коробок, в графе отправителя был указан адрес учреждения, где она провела последние пять лет, а на другой был указан адрес ее дома в Фениксе. Тяжело вздохнув и осмотрев вновь камеру, она взялась за телефон и набрала номер Кроуфорда. Мужчина долго не брал трубку, порой сбрасывал, но от нечего делать, женщина не переставала ему названивать, и на десятый звонок Джек все же ответил. Он не успел сказать и слова, как Эмили начала выказывать ему свое недовольство. Перепалка между ними длилась около пяти минут. За это время Браун успела попросить и кофеварку и телевизор, и даже новый гардероб, на что Джек сказал, что и в тюремной робе она выглядит ослепительно. Конечно же, такой ответ Эмили никак не мог устроить, и Джек это осознавая, быстро бросил трубку, и на последующие звонки женщины не отвечал. Эмили раздраженно кинула телефон на кровать.

Чуть успокоившись, она переключила свое внимание на коробки. Открыв первую, ту, что была прислана Мёрсеном, были одни книги и научные журналы по психологии, философии, анализу искусства и одинокий любовный роман, страницы которого пожелтели и потемнели, от частого перелистывания, уголки страниц были не ровными. Этот роман Эмили выпросила у Мёрсена, для того, чтобы отвлекаться от умных мыслей, высказываемых в других научных книгах, иногда хотелось почитать чего-то банального, и даже глупого. Но она не знала, что это желание будет посещать ее настолько часто. Все эти книги нашли свое место на небольшой книжной полке и столе.

Во второй коробке Эмили обнаружила три ежедневника, которыми она пользовалась, когда работала психиатром. В них были не только номера и записи назначения встреч с клиентами, но и ее личные записки и заметки. Иногда Эмили описывала, какую-то интересную ситуацию, случившуюся за день, или интересную фразу сказанную кем-то или ею самой. Например, как-то к ней пришел один мужчина в возрасте, он был сильно подавлен, и как только он сел перед ней, то произнес: «Никогда не думал, что у меня хватит ума впасть в депрессию». Таких фразочек в ее записных книжках было много. Но иногда попадались несколько листков, на которых были изложены душевные переживания самой Эмили. Перечитывать она их не стала, ибо знала, что хорошего в тех записях нет.

Взяв другой ежедневник, она раскрыла его и оттуда выпала фотография 10х15. Женщина нахмурилась, затем подняла, упавшее на пол, фото. На нем была изображена счастливая семья: чуть улыбающийся и приобнявший худенькую жену отец, с левой стороны от матери стояла высокая рыжая девушка, ей на плечо закинул руку, худощавый юноша с черными, как уголь, волосами. А на коленях у родителей сидела маленькая рыженькая девчушка, волосы которой были собраны в два хвостика, с рыжими точками на носу и щеках, которая улыбаясь, показывая свои маленькие новые зубки. Женщина провела пальцем по изображению, а затем вновь убрала фотографию в ежедневник, бросила его на стол, а после устало упала на кровать.

Сначала она смотрела на белый потолок и вслушивалась в тишину. Но слышала она лишь треск ламп в коридоре и свое дыхание. Ей все это было так привычно, что даже раздражало. Порой она боялась этой пустоты и одиночества.

Тяжело вздохнув, Эмили  перевела взгляд на стол, где лежали ежедневники. Немного подумав, она вновь отвернулась и закрыла глаза, но увиденное изображение не хотело покидать ее сознание.

На том снимке была изображена ее семья, когда ей было всего шестнадцать лет. Ее родители были врачами, мать - терапевт, а отец - хирург. Эмили – старший ребенок в семье, она была очень похожа на отца, не только внешне, поэтому все детство мечтала стать первоклассным хирургом, но как только на одном из уроков биологии им пришлось препарировать лягушек, она отказалась от этой затеи. Не потому что, ей было это не по силам, она просто не нашла это интересным. Тогда-то Эмили и решила связать свою жизнь с психологией. В их семье было еще двое детей: средний сын Томас и младшая дочь Анджела. У Эмили с братом разница в возрасте была всего лишь в два года. Том был очень привязан к старшей сестре, и порой это пугало саму Эмили, и все же она не переставала баловать его своим вниманием. «Малышка Андж» - так звали ее в семье, была младше сестры на целых десять лет. Анджела была очень милым и радостным ребенком. Так как она была младшей в семье, то любви она получала два раза больше, чем Эмили, но ее это никогда не обижало, в отличие от брата. Родители умерли достаточно рано. Мать умерла от рака, когда Браун было двадцать, а отец от большого горя и стрессов заболел пневмонией и через год последовал за своей любовью. Так Эмили стала главой семьи. И ей приходилось нелегко, не только из-за свалившихся на ее голову денежных проблем, но и из-за поведения брата. Ей было не просто поддерживать мир между младшими, так как Томас ревновал Эмили к Андж, ибо той уделялось больше внимания. В один прекрасный момент Томас закатил скандал и ушел из дома, правда, ненадолго.

Около шести лет назад этот скандал положил начало тем страшным событиям, которые навсегда изменили Эмили Браун, и она стала той, кем сейчас является – убийцей пятерых мужчин, включая своего родного брата Томаса Брауна.


Около шести лет назад.

Это был обычный, ничем не примечательный вечер. Эмили после работы заехала в магазин за продуктами, сегодня ей хотелось приготовить что-то особенное, чтобы разрядить атмосферу в доме.


Томас стал более раздражительным и грубым, даже по отношению к ней. Она уже давно пытается выяснить причину его поведения, но брат не шел на контакт. Как только Эмили начинала разговор, он тут же впадал в гнев и твердил, что не псих и разговор с психиатром ему не нужен.


Эмили припарковала машину около дома, взяла бумажные пакеты с заднего сидения. Все было как обычно, кроме громкой музыки, доносившейся из дома. Она устало вздохнула, у нее было неприятное чувство, но большого значения Эм этому не придала, за прошедший месяц, это чувство стало привычным. Она не спеша шла к двери, когда сквозь музыку она услышала девичий крик, а после грохот и звук бьющегося стекла. Эмили, тут же бросив пакеты с продуктами, забежала в дом. Перед входом, в нескольких метрах, на полу Эмили увидела свою младшую сестру, она старалась подняться, но у нее это не получалось.


– Андж! – Вскрикнула женщина и в момент, оказавшись около сестры, помогла ей встать. Анджелу всю трясло, ее рубашка была порвана, губа разбита, а по виску текла кровь. Браун перевела испуганный взгляд на брата. – Что тут творится?


В гостиной повисло напряжение, Эмили смотрела на брата, но тот стоял совершенно спокойно, без эмоций на лице, словно ничего не случилось. Убедившись, что Анджела может самостоятельно стоять на ногах и двигаться, Эмили отправила ее наверх, в свою комнату, чтобы остаться наедине с Томасом.


– Выключи музыку! – Приказным тоном произнесла женщина. Томас послушно выключил музыку, правда, не при помощи специальной кнопки, а разбив аппаратуру о пол. – Ты совсем с катушек съехал? Ты что творишь вообще?


– Почему ты всегда на ее стороне?


– Что ты сделал Андж? – Чуть помолчав, задала она вопрос, на что Том лишь усмехнулся.


– Сделал? – Брат сделал несколько шагов навстречу сестре. - Ничего… Не успел.


– Подонок! – Эмили не смогла сдержать эмоции, по ее щекам в момент покатились слезы, как только она поняла помыслы младшего. Раздался хлопок, ладонь ее руки заболела, а его щека покраснела. Эмили подняла руку, чтобы одарить брата второй пощёчиной, но тот ей этого не позволил, Том ловко увернулся. – Пошел вон. Уходи…


– Не уйду, это мой дом…


– Вон! – Эмили указала брату на дверь, но тот по-прежнему стоял на своем месте, тогда она достала телефон. – Если ты сейчас же не уйдешь, я вызову полицию.


– И что же ты им скажешь?


– Если думаешь, что из-за того, что ты мой брат, я не засажу тебя за решетку, то ты ошибаешься… Я с удовольствием сделаю это, потому что твои выходки меня уже достали… Ты меня достал! Я тебя ненавижу! Уходи из моего дома, и больше никогда не возвращайся!


Лицо Томаса преобразилось, на нем отразился гнев. Он преодолел расстояние между ними в один шаг, и выбил телефон из руки Эмили. Та не успела испугаться, как оказалась прижатой к стенке, Том держал ее руки, чтобы она не била его.


– Не смей! Отпусти!


– Эмили? – Послышался голос Андж, со второго этажа.


– Нет! Анджела, оставайся у себя! – Сквозь слезы кричала женщина. – Том… Прошу…


– Тише, тише… - Томас перестал целовать ее в шею, отстранился, коснулся ее лба своим. – Не плачь, - шептал он, - я ничего тебе не сделаю. Только не тебе…


– Почему, Том…? Почему?


– Я жизнь за тебя отдам…


– Уходи… И не возвращайся.– Эмс, я…


– Ты умер. Сегодня ты умер для нас. Если я увижу тебя, то ты сядешь, клянусь!


Послышались сирены полицейских машин…


Раздался стук в дверь. Браун открыла глаза и быстро встала с кровати. После дверь распахнулась, и в камеру прошли Джек и Алана. Без особого энтузиазма агент ФБР поприветствовал заключенную и, пройдя в помещение, сел около стола, за ним проследовала доктор Блум, мило улыбаясь.

– Что случилось, Эмили? Ты побледнела. – Обеспокоенно поинтересовалась Алана.

– Хорошо, что не позеленела, а то от такого вида Джека, меня обычно тошнит.

– Эй, осужденная Браун, - тут же возмутился мужчина, - следите за языком, иначе…

– Вернешь меня обратно.

– Кхм. – Джек немного помолчал. - Как тебе новый «дом»? – решил поинтересоваться он, быстро оглядев помещение.

– Претензий не имею… – ответила Эм. – Правда, от личного холодильника не отказалась бы, питаться три раза в сутки не по мне…

– Ты не на курорте.

– Как скажешь, начальник.

– Я тебе, кое-что принес. – Джек положил на стол толстенькую папочку. Эмили с любопытством подошла и открыла ее. - Это дело Гаррета Джейкоба Хоббса.

– Ах, что-то припоминаю из газетных заголовков. Это ведь первое дело Уилла, после возвращения, да?

– Да, - утвердительно кивнул Джек. - Он похищал девушек, чтобы не убивать собственную дочь. Но как только мы вышли на него, он убил свою жену, и если бы не Уилл, Эбигейл Хоббс тоже была бы мертва.

– Чокнутый урод. – Поморщив нос, проговорила Браун, просматривая записи. – Он не просто убивал их, он их еще и ел. Интересно, как он до такого дошел?

– А ты нам не можешь сказать?

– Я психиатр, а не медиум! – Эмили бросила недовольный взгляд в сторону Джека.

– Уилл пристрелил его… Выпустил всю обойму.

– Что? – Эмили была шокирована от слов Кроуфорда. Она хорошо знала Грэма, и знала, что стрелок из него не очень. Уилл не был любителем оружия.

– У них не было выбора. – Продолжил Кроуфорд. – Когда они с доктором Лектером прибыли на место, жена Хоббса уже лежала в луже крови на пороге, а его дочь была одной ногой в могиле…

– С ним был Лектер? – Сдвинув брови к переносице, выражение лица Эмили преобразилось, и на нем отразилось негодование.

– Что-то не так? – Поинтересовалась Алана.

– Как давно ты его знаешь?

– Достаточно. – Алана внимательно следила за Браун, та чуть поежилась. – Что не так, Эмили?

– Ничего, просто он меня пугает… – На секунду все замолчали. – О, прошу, только ему не говорите, а то общаться с ним станет совсем не интересно.

Алана не сводила с нее глаз, а Эмили всячески старалась избежать зрительного контакта с ней. Было ясно, что разговор о Ганнибале она развивать не хочет, но отступить, не узнав причину явного беспокойства Эмили, доктор Блум не могла. В комнате вновь возникло молчание, Джек переводил взгляд с одной женщины на другую, ожидая продолжение.

– Что за страх? – Настойчиво спросила Блум.

– Доктор Блум, выключите свою функцию психиатра и наслаждайтесь моим дружелюбием, - Эмили натянуто улыбнулась.

– Эмили, я должна знать…

– У меня уже есть доктор, - перебила ее Браун, - и это мистер Ганнибал Лектер, с ним я и буду разговаривать о своих страхах. – Секундное противостояние взглядами, и Алана смирилась со своим поражением. Эмили вновь принялась читать материалы дела. Ее внимание привлекла одна фотография с места преступления. – Что это? Еще одна жертва Хоббса?

На той фотографии была изображена нагая молодая девушка, внешне схожа с другими убитыми девушками. Она была насажена на рога оленьей головы. И вся эта картина была на открытой местности, недалеко от дороги.

– Мы точно не знаем, - отозвался Джек, - девушка была убита, до поимки Хоббса, но Уилл утверждает, что это…

– Подражатель. – Догадалась Эмили.

– Да.

– Он удалил какие-нибудь органы?

– Да, печень.

– Странно… – Эмили задумалась. – Джек, ты сказал, что когда Уилл приехал на место, Хоббс уже убил жену. Значит, он знал заранее, что кто-то едет по его душу. Его предупредили...

– Подражатель?

– Да, скорее всего.

– Значит, они знакомы?

– Не обязательно. – Браун отрицательно покачала головой. – Вся эта театральная постановка с трупом, с его деталями… Можно сделать вывод, что убийца был хорошо осведомлен о последней жертве Хоббса, но он мог и не знать его лично. А предупредил он его… Ха, вот ведь чудовище! – Воскликнула женщина, после нескольких секунд раздумья.

– Что? Что такое? – Засуетился Кроуфорд.

– Они не были знакомы. А предупредил он Хоббса лишь за тем, чтобы насладиться его безысходностью. Этот кто-то желал ему смерти… - Пояснила Эмили. – Не хотела бы я с ним встретиться. Что с дочерью? Эбигейл, кажется?

– С ней все хорошо. – Ответила Блум. – Уилл часто ее навещает.

– Отцовские чувства проснулись? Ну-ну… - Эмили цокнула языком. – Эта девочка свидетель последнего часа жизни Хоббса, думаю, она что-то знает. Как только она очнется, советую ее допросить.

– Мы уже это сделали, - отозвалась Блум, - она подтвердила, что Хоббсу звонил какой-то мужчина, после разговора с ним тот стал расправляться с семьей.

– Бедный Уилл, - протянула Эмили.

– Все хуже, чем кажется?

– Это дело оставило сильное впечатление, и оно не пройдет бесследно. Но пока он хочет быть в нашей реальности, все в порядке.

– Значит, не о чем беспокоиться? – С облегчением произнес Джек.

– Ему бы уехать на необитаемый остров к обезьянам и есть бананы, а не копаться в мозгах серийных убийц. – Эмили натянуто улыбнулась, чтобы Джек понял, что она пошутила. – Можешь оставить мне дело до завтра? Думаю, мы еще не раз вернемся к нему, я хочу знать все детали.

Джек положительно кивнул головой.

– Думаю, нам уже пора.

– Кстати, а когда меня навестит доктор?

– Через пару дней, а что? – Джек подозрительно посмотрел на заключенную.

– Отлично, у меня есть два дня, чтобы устроить доктору сюрприз.

– Браун, без выходок! – Пригрозил Кроуфорд.

– Так точно, начальник.

Джек и Алана встали с дивана. Браун обогнала их, встал около двери и любезно открыла ее, как подобает гостеприимным хозяевам. Перед уходом Джек решил еще раз напомнить женщине, что та не на свободе, и что все ее попытки бегства будут моментально пресечены. Эмили было немного обидно, и ей даже захотелось потрепать нервы агенту ФБР и специально совершить попытку бегства. Но вместо этого она лишь поблагодарила его за все, что он сделал для нее. И это было от чистого сердца, как не странно. Джек, увидев искренность в ее глазах, неоднозначно замолчал. Перед ним вновь стояла та, милая и доброжелательная, Эмили Браун.… Но это лишь внешне. Он прекрасно знал, что ее становление, как убийцы, произошло из-за какого-то внешнего фактора, который кардинально поменял ее внутренне. И хорошие воспоминания об их прошлой совместной работе, лишь мучали его, ибо знал, что помочь Эмили, он больше ничем не может.

Глава 4

Эмили спала, свернувшись калачом и укутавшись в теплое одеяло, когда рано утром, около пяти часов, дверь ее камеры распахнулась, и в нее зашли двое мужчин, личная охрана. Один из них громко окликнул женщину, от чего та тут же проснулась, но попыталась скрыть свое пробуждение, в надежде на то, что данные «человекоподобные особи» уйдут. Но охранники не собирались уходить, один вновь окликнул ее, и Эмили пришлось оторвать голову от подушки. Она подняла свой тяжелый взгляд на мужчин, те не заставили ее долго ждать с объяснениями. Ей протянули свернутый листок, который она вырвала из рук охранника. Весточка была от Джека Кроуфорда, он срочно требовал приехать ее на место преступления. Достаточно странный способ уведомления ее персоны о получение внеплановой работы, мог и смс отправить, хотя его она бы не прочла раньше полудня.

Быстро приняв душ, Эм натянула, на еще влажную кожу, джинсы и черную майку, сверху накинула куртку, а затем, завязав высокий хвост на макушке, вышла к охране.  На нее надели наручники, из-за чего Эмили стала возмущаться и всю дорогу не переставала надоедать сопровождающим своей бубнежкой.

Все путешествие заняло около часа. Все это время Эмили осматривала своих спутников, и выдавала им факты об их жизни, причем, далеко не приятные факты.  Но на ее удивление парни оказались достаточно стойкими, чтобы не повестись на провокации, и это уже заслуга Джека, тот, наверняка, лично отбирал ее «телохранителей». После того, как ей надоело разговаривать с пустотой, она решила сменить род деятельности и немного пофлиртовать с миленьким и молоденьким водителем. Он, как не странно, быстро отозвался на ее флирт, они мило побеседовали про взаимоотношения мужчины и женщины. Эмили дала ему пару советов, как психолог, а после намекнула на то, что и сама не прочь составить ему компанию в один из субботних вечеров, ибо одиночество ей надоело. Мужчина лишь улыбнулся и глянул на суровых ребят, что сидела по бокам Браун.

Их черненький джип остановился в пятистах метрах от трассы, с которой они съехали, дабы добраться до предполагаемого места преступления.  Не успели двери раскрыться, как к машине подбежали местные полицейские и Джек Кроуфорд. Эмили вывели как преступника, держа под руки, что, безусловно, возмутило женщину.

– Наконец-то, - начала Джек, - почему так долго?

– Слушай, Кроуфорд, - недовольно прошипела рыжая женщина, - прикажи этим ребятам отпустить меня и снять наручники.

– Я не могу…

– Джек, тут агенты и местная полиция, думаю, если я решу умереть, то обязательно попробую сбежать, но минут через тридцать, когда отойду от поездки. Меня немного укачало. – Начала тараторить в пылу раздражения Эмили. – И вообще, я послушно, почти без возмущений, доехала в тесноте с этими вонючими мужиками, даже позволила надеть на себя эти чертовы запястье-натератели… Но работать в таких условиях я отказываюсь!

Джек недовольно нахмурил лоб. Сейчас ему хотелось взорваться, наорать на эту наглую женщину, развернуть ее и пинком отправить обратно в клинику. Конечно, в тот момент, когда он подписывал бумаги об освобождении Браун под свою ответственность, он понимал, какой геморрой на себя берет. Но реальность всегда более жестока.

– Снимите с нее наручники. – Отдал приказ агент ФБР, но два охранника медлили, неуверенно  переглядываясь между собой. – Быстрее! – Крикнул Кроуфорд, и в туже секунду Эмили победоносно улыбалась, потирая свои запястья. – Следуй за мной.

– Так точно, сэр. – Женщина довольно улыбнулась и поспешила за начальством.

Они пробрались сквозь невысокий, но густой кустарник. К счастью женщины, толпа народа, которая сегодня приехала обследовать тело, вытоптала уже неплохую тропинку, по которой можно было идти вполне свободно. Когда они с Джеком подошли к месту, на Эмили тут же устремились несколько пар глаз. Ей не было неловко от того, что все находившиеся здесь смотрели на нее как на редчайшее опасное животное, которое сбежало из клетки, и может вот-вот напасть. Не обращая на окружающих никакого внимания, Эм подошла поближе к трупу, от которого тут же отскочили криминалисты и следователи, правда всего на метр, дабы внимательно наблюдать за тем, что бы оставшиеся, еще не собранные улики не были потревожены и  испорчены.  Среди этих отскочивших были и хорошо забытые друзья и знакомые Эмили, а именно Беверли Катц – следователь, специализирующийся на исследованиях био-материала, а так же Брайан Зеллер  и Джимми Прайс, последний специализировался по снятию отпечатков пальцев. Заметив, что Браун кротко взглянула на них, они как-то неуверенно улыбнулись, и лишь Катц махнула ей рукой в знак приветствия.

Эмили присела на корточки, прикрывая нос и рот рукой, чтобы хоть немного ослабить бьющий в нос тошнотворный запах гнили и разлагающейся плоти, и стала внимательно оглядывать место. Перед ней лежали три трупа молодых женщин, разной степени разложения. От первого тела остались почти одни кости, второе являлось относительно свежим, на скидку ему около трех месяцев, это тело было обезображено сильнее, чем два других. И наконец, последний труп девушки, на вид которой было не больше двадцати пяти лет. Она лежала в куче сухой листвы и веток, которую уже растащили, когда доставали остальные тела. С первого быстрого взгляда в глаза бросались синие отметины на шее, кровоподтек на виске и в уголке рта, порванный рукав рубашки, расстегнутые и чуть припущенные штаны, вывернутая ступня. Ее глаза были открыты, совсем безжизненные окутанные белой пеленой, они словно смотрели сквозь нее. Браун поморщина нос, еще раз оглядев находку, а потом поднялась.

– И что вы хотите от меня услышать? – обратилась она к позади стоящему Кроуфорду.

– А ты ничего не можешь сказать? – выразил недовольство начальник поведенческого отдела.

– А что тут говорить? Убили их не здесь, скорее всего в подворотне, рядом с ночным клубом, куда они ходили встречаться с мужчиной, это очевидно по их нарядам и украшениям. Мужчина, предполагаемый убийца, возраст от 30 до 35 лет, рост выше 1,75, левша, судя по синякам на правой руке последней жертвы. – Пожала плечами Эмили. – Жалко их, такие молодые. Что вы нашли? – Браун взглянула на Прайса.

– Пока ничего конкретного. – Ответил мужчина. – Но более тщательный осмотр тел и одежды в лаборатории поможет что-нибудь найти. К тому же мы сможем получить его ДНК, ведь он…

– Он не насиловал их. – Перебила Прайса Эмили.

– С чего ты взяла? – Поинтересовался Кроуфорд.

– Боже, с каких пор вы, ребята, стали работать спустя рукава? – Эмс встретилась взглядом с Джеком, и тут же поперхнулась, предчувствуя выплеск гнева на ее весьма не скромную персону. – Посмотрите на их одежду: шпильки, короткая юбка или облегающие штаны, достаточно откровенные кофты, украшения… Их не нужно заставлять, они сами на мужчин бросаются. Ему они не были  интересны, как женщины. Скорее всего, он гей, которому необходимо подлечиться.

– То есть мы имеем дело с очередным психом?

– О, это обычный, неинтересный случай. -  Эмили отрицательно покачала головой. – Скорей всего, наш «Казанова» получил психологическую травму в детстве, после которой возненавидел весь женский род. – Женщина закатила глаза, и ненадолго замолчала. - Но вот что интересно… Ее нога… Она как-то странно вывернута… - Эмс наклонилась, что бы рассмотреть ее. – Перелом?

– Да, это он. – Отозвалась Катц.

– Но она получила его явно, не подвернув ногу.

– Возможно, ее ударили…

– Вероятнее всего…  - Эмили замолчала, задумалась, оглядела место, взглянула в сторону трассы. – А кто ее обнаружил?

– Мужчина, - ответил Зеллер, - он проезжал мимо, захотел в туалет, остановился и пошел сюда, тут он и нашел их…

– Что? – Эмили нахмурила брови и вновь обернулась к трассе. – Он топал так далеко, чтобы справить нужду, когда в этой безлюдной местности, можно смело садиться посреди дороги и никто тебе  слова не скажет… Что за бред? – Повисло молчание, все переглянулись, а затем уставились на Браун, словно она сказала что-то невероятно глупое. – Да ладно вам! Неужели только мне кажется это странным? – Вновь молчание. – Серьезно? Шли бы десять минут в поисках кустов?

– Ну, возможно… - Начал Брайан.

– Все, молчи. – Эмили тяжело вздохнула.

– Вы проверили этого парня? Его машину? – Спросил Кроуфорд.

– Да, машина чиста, а алиби сейчас проверяем.

– Надеюсь, вы его не отпустили? – Поинтересовалась рыжая женщина.

– Нет, он вон там, – Зеллер указал на невысокого смуглого мужчину, который стоял около полицейской машины и беседовал с местным шерифом.

– Я поговорю с ним. – Эмили быстро развернулась и тут же бросилась к очевидцу, но Кроуфорд перегородил ей дорогу.

– Стой, ты не можешь!

– Почему? Могу. – Женщина быстро обошла агента, но тот вновь преградил ей путь.

– Ты не можешь! Не имеешь права, ты не агент, ты всего лишь… - Джек резко замолк.

– Да, Джек, я не агент, а всего лишь ненормальная. – Эмили взглянула на Кроуфорда, от ее пристального не человеческого взгляда ему стало не по себе. – Уйди с дороги, и дай мне делать то, что я умею.

– Эмили, если больше нечего сказать, то тебе стоит вернуться в машину. – Джек сделал над собой усилие, чтобы противостоять ей.

– Кроуфорд, ты…! – Эмили не успела высказать все, что она думала про свое начальство.

– Я смотрю, у вас тут весело? – Послышался знакомый голос со стороны.

– Грэм. – Произнес Джек, как-то особенно радостно, словно он увидел небесного спасителя, который спустился с небес, чтобы помочь ему в его нелегком деле.

Уилл улыбнулся Кроуфорду, правда как-то вяло и без особого энтузиазма, затем он кротко поздоровался с остальными ребятами, а после он перевел взгляд на Эмили. Все затаили дыхание. Напряжение между этими двумя было ощутимо. Браун притихла, сделала пару шагов в сторону, освобождая Грэму дорогу, казалось, что их зрительное противостояние не рушимо, но все прекратилось, когда за спиной Грэма возникла высокая фигура.

– Оу, и доктор здесь. – Буркнула Браун, узнав Ганнибала Лектера, который приехал на место преступления, вместе с Грэмом.

– И я рад вас видеть в прекрасном расположении духа, мисс Браун. – Казалось, Лектер проглотил ее колкость и оскорбление, он даже сумел дружелюбно улыбнуться ей.

– Пф, лицемер. – Пробурчала себе под нос Эм, так чтобы ее никто не услышал, а после отвернулась и отошла в сторону, чтобы не мешаться под ногами у Грэма.

Все отошли подальше, оставив Уилла наедине с трупами и местом преступления. Ему нужно было время, чтобы погрузиться в себя. А пока Грэм делал свою работу, все остальные сделали себе маленький перерывчик, ибо организм требует хорошего отдыха и здорового сна, которого он не получал уже несколько лет. Им привезли крепкий кофе и пончики, на которые все так охотно накинулись.

Эмили стояла в нескольких  метрах позади Грэма и внимательно наблюдала за ним, периодически отвлекаясь на горячий кофе в ее руке. Она облегченно вздохнула и чуть улыбнулась, на душе стало как-то тепло, и это не было следствием кофе, скорее это были воспоминания о былых временах. Ей было интересно, что чувствовал Уилл, когда сегодня увидел ее вновь. Лично ей было страшно, из-за дурацкого неведенья его переживаний. Как ему помочь, если Уилл сам этого не хочет? Эмили понимала, что нужно время… Но его не было! Женщина  погрузилась в свои мысли и не заметила, как к ней подошел доктор Лектер.

– О чем задумались?

От неожиданности Эмс вздрогнула, резко повернулась, ударилась рукой о подошедшего мужчину, той самой рукой, в которой был кофе. К счастью, одежда мужчины не пострадала, чего не скажешь о напитке, бумажный стакан выскользнул из руки, и его содержимое пролилось. Испуг моментально сменился легким раздражением, которое быстро покинуло носителя после нескольких глубоких вдохов.

– Уважаемый доктор Лектер, - с притворной любезностью произнесла молодая женщина, - впредь, прошу вас не подкрадываться ко мне, я не ручаюсь за себя в момент испуга… Могла ведь и ударить.

– Не беспокойтесь, я отлично владею техниками обороны и у меня отменная реакция, я бы остановил ваш удар.

– Самоуверен, как всегда. – Буркнула Эмс.

– А вы слишком грубы с человеком, который вам помогать собрался.

У Эмили от таких слов, и его слащавой вежливости, начал дергаться глаз. Она и сама до конца не понимала, что именно в этом мужчине ее так раздражает. Она подняла на него взгляд, чуть нахмурила лоб, Лектер в ответ улыбнулся, словно говоря ей: «Не стоит так нервничать, расслабьтесь». Так все психиатры улыбаются своим пациентам. И знание этого факта только сильнее распыляло раздражение женщины.

– Перестаньте это делать! – Стиснув зубы, прошипела Браун.

– Делать что?

– Официально обращаться, приторно улыбаться и быть предельно вежливым, как со своими пациентами.

– Но вы одна из них…

– Послушайте, доктор Лектер, - перебила она мужчину, - я не... – Эмили, до последнего не хотела принимать факта наблюдения у доктора, но отрицать его она тоже не могла. - Я прекрасно знаю, что вы не прониклись особой любовью ко мне с первой нашей встречи, собственно, как и я к Вам. Мы не заинтересованы в совместной работе. Однако сосуществовать нам как-то придется, раз сложилась такая ситуация, так что предлагаю сократить наше общение до приветствий и прощаний. – Эмили вздохнула и, обойдя Ганнибала, пошла к служебным машинам.

– Эмили, - окликнул он ее, - вы кое в чем ошиблись. Я заинтересован в нашем сотрудничестве больше, чем вы думаете, и с каждой нашей встречей мой интерес к вам только растет. – Он повернулся к ней, Эмили ухмыльнулась.

– Осторожней, Ганнибал, в попытках узнать мои секреты, ты рискуешь раскрыть свои, которых, я уверена, у тебя не мало.

– Не сомневайтесь.

Эмили вновь нахмурилась, гнев вспыхнул с новой силой. Она больше не могла находиться в обществе этого мужчины. Отвернувшись, она поспешила удалиться, но не успела молодая женщина сделать и двух шагов, как столкнулась с Джеком Кроуфордом. Подняв голову, Эмс встретилась с холодным недоверчивым взглядом агента ФБР.

– Есть какие-то проблемы, доктор Лектер? – под «какими-то проблемами» Джек имел в виду Браун. Женщина недовольно цокнула языком, но промолчала.

– Нет никаких проблем. – Отозвался Ганнибал.

– Джек! – Окликнул агента только что закончивший свою работу Уилл Грэм. Он уже спешил к своему другу и начальнику, чтобы сообщить результаты.

– Что ты выяснил Уилл? – Тут же поинтересовался Джек.

– Ну, я мало что узнал, так как убили их в другом месте, а сюда привезли. Все три жертвы, не интересовали его и как женщины и как люди, и убил он их… Они просто ему под руку попались, ему без разницы кто, главное - женщина. – Уилл нахмурился, когда Кроуфорд кашлянул и бросил кроткий взгляд на Эмили. – Что?

– Ничего, не обращай на этого упрямого осла внимание. – Быстро проговорила Браун, и тут же была одарена гневным взглядом начальства.

Признаться честно, она подумала о сказанном, после того как озвучила. И в своем маленьком провале Эмили тут же начала винить себя, но, естественно, не показывая это окружающим. Им не стоило знать о наличии у нее совести, или чего-то подобного. После  длительного заключения и свиданий лишь с доктором Мёрсеном, ей стало трудно контролировать свои эмоции и держать язык за зубами. Ей хотелось высказать все и всем!

– Извини, Джек. – После неловкого молчания, молодая женщина была вынуждена извиниться.

– С тобой всегда было нелегко, но сейчас ты просто невыносима! – Сорвался Кроуфорд. – Если тебе так не нравится работать с нами, зачем согласилась? Планируешь побег? Не выйдет! – Джек не давал возможности Эмили что-то возразить, он отчитывал ее, как отцы отчитывают своих еще глупых детей. И все это на глазах у Грэма и Лектера. Этот факт добивал ее. – Я могу прямо сейчас отправить тебя обратно в ту дыру, из которой я тебя вытащил!

– Отправляй! – Эмили не собиралась уступать Кроуфорду. К тому же его постоянная угроза о возвращении в клинику, ей порядком надоела. Он не уставал повторять это, при любой выпавшей ему возможности. – Думаешь, я буду ползать у твоих ног, и просить оставить около себя? Нет, Джек, этого не будет! Мое место в мире в обществе не изменится, буду ли я в тюрьме или в клинике. Я так и останусь психопаткой-убийцей… Мне уже терять нечего, поэтому молчать не буду!

– Я ошибался, ты сильно изменилась…

– Время идет… Мир меняется, как и люди. Жизнь меняет их.

– Мисс Браун, - вмешался в разговор Лектер, - вам стоит вернуться в машину. – Он подошел к ней, положил свои руки ей на плечи, а та тут же  отстранилась от него, и бросила на него раздраженный взгляд.

Ганнибал отошел в сторону, пропустил женщину вперед себя, а после последовал за ней. Эмс недовольно бурчала себе под нос, из-за того, что он пошел с ней, ведь она не маленькая, в трех кустах не заблудится, да и попытки побега совершать не станет, когда кругом одни агенты и полицейские.

Они дошли до машины, когда Эмили немного успокоилась и переключила свое внимание на трясущегося, явно нервничающего, мужчину. Это был тот несчастный, который обнаружил убитую девушку. Рядом с ним стояла пара полицейских. Она знала, что если сейчас ослушается Джека и заговорит со свидетелем, он в конец выйдет из себя, и сразу пристрелит ее. Но чем больше нам запрещают, тем больше хочется. Молодая женщина решила рискнуть, но как только она сделала шаг в сторону, то тут же наткнулась на препятствие. Лектер преградил путь, вытянув перед ней руку. Браун нахмурившись, хмуриться стало входить в ее привычку, чуть приподняла бровь и взглянула на мужчину.

– Что вы задумали? – Поинтересовался Ганнибал. – Джеку не понравится любая ваша самодеятельность.

– Какая самодеятельность? – Изображая глупость, произнесла Браун.

Лектер одарил женщину тяжелым взглядом, полным недоверия. Эмили тяжело вздохнула. Досада от того, что этот «джентльмен» видел ее насквозь, наполняла ее. Ее силы куда-то исчезли, после ссоры с Кроуфордом. Противостоять Лектеру было тяжело, уже сейчас… А что будет потом?

– Ладно, - спустя несколько секунд призналась женщина, - задумала, но это совершенно безобидно для окружающих…

Со стороны послышался звук хлопка двери автомобиля, Браун тут же обернулась, и увидела, как свидетеля куда-то уводят, она подалась вперед, забыв, что руку мужчина так и не убрал.

– Доктор Лектер, пропустите.

– Хотите поговорить с мужчиной, нашедшим девушку? – Поинтересовался тот.

– Да-да-да! Я должна с ним поговорить, это важно!

– Джек это не одобрит.

– Да плевала я на его одобрение!

Эмили быстро нырнула под руку мужчины, тем самым миновав единственное препятствие, бросилась к удаляющемуся свидетелю.

Как только она оказалась рядом, двое полицейских преградили ей дорогу, но фраза: «Меня послал Кроуфорд», позволила ей окончательно достичь цели. Мужчина, среднего роста, крепкого телосложения, оглянулся на подскочившую к нему женщину, и озадаченно посмотрел на нее.  Эмили поздоровалась, мило улыбнулась, чтобы чуть расслабить собеседника. Мужчина ничего не ответил, а лишь неуверенно кивнул ей головой.

– Меня зовут Эмили Браун, я работаю на ФБР консультантом. А вы, мистер…

– Перси… Перси Вэндом. – Неуверенно проговорил мужчина.

– Мистер Вэндом, вы не заметили ничего странного, когда вышли из машины? Например, какого-нибудь грузовика? Может что-то слышали?

– Я уже все рассказал и полиции, и ФБР. – Буркнул мужчина.

– Знаю, но я вынуждена побеседовать с вами лично. – Эмили ненадолго замолчала, чтобы дождаться ответной положительной реакции от Перси. – Подумайте, может вы что-то упустили до этого в своем рассказе?

– Нет. – Мужчина ненадолго задумался.

– Ладно. – Браун чуть улыбнулась, опустила глаза и заметила, что у свидетеля перебинтована кисть руки. – Вы поранились?

– Ах, это… - Мужчина кротко глянул на свою руку, а после завел ее за себя. – Небольшое ранение в борьбе с домкратом… Колесо менял.

– Ум, - Эмили прищурилась, и удовлетворительно покачала головой, - а кем вы работаете, Перси?

– Барменом в клубе «Восточный рай».

– Вот как… - Эмили широко улыбнулась. – Наверняка чудное заведение, с полным залом прекрасным молодых женщин…

– К чему вы ведете? – Насторожено поинтересовался Вэндом. – Я не убивал ту женщину!

– Я и не говорила…

– Я ничего не делал! – Закричал он. – Это не я!

Перси, в конец разнервничался, он больше не был в силах контролировать свои эмоции. Он стал громко причитать, что не виноват, что никого не убивал.  На его крики тут же прибежал Кроуфорд и Грэм. Эмили не успела открыть и рта, как Джек уже отдал приказ схватить ее. Двое здоровых мужиков, тех самых, что сидели рядом с ней всю дорогу сюда, скрутили ей руки, надели наручники.

– Увидите ее в машину!

– Джек, стой! Послушай! – Кричала Эмили, пока ее тащили к машине. – Да отпустите меня! Ай, больно… Джек!

– Джек, успокойся, - начал Уилл наблюдая за раздраженным начальником, - ты перегибаешь палку.

– С каких пор ты ее защищаешь? – Нахмурившись, поинтересовался агент.

– Я не защищаю, а выражаю свою точку зрения. Ты сегодня сам не свой, и срываешь все зло на ней… Это не правильно. Она лишь хотела помочь.

– А если нет?

– Джек, - в разговор влез Ганнибал, его спокойный и успокаивающий голос, был скорее профессиональной выработкой, чем первоначалом, - чем больше вы будете подозревать в каждом ее поступке злой умысел, тем быстрее доведете себя до сумасшествия. Не пытайтесь держать Эмили на коротком поводке.

– Хотите, чтобы я позволял ей делать все, что ей в голову взбредет?

– Вы считаете ее сумасшедшей? – Такой вопрос явно застал Кроуфорда врасплох, не дождавшись ответа, Ганнибал продолжил. – Чем туже ошейник, тем агрессивней собака. Поверьте мне на слово, Эмили очень умна, хитра и проницательна, если бы она хотела сбежать, то сделала это еще при выезде из клиники… Нашла бы способ. Не сковывайте ее, иначе, она откусит вам руку.

– И вы на ее стороне! – Обессиленно произнес Джек.

– Ну, я все же лечащий врач, пусть даже на бумаге…

– Джек, - Уилл устало вздохнул, - это будет не просто… Работать с ней, Эмс…

Грэм замолчал на секунду, поняв, что обратился к заключенной не официально, а как раньше, когда она была для него больше, чем другом. В ту секунду он захотел исправиться, но тогда бы это выглядело так, словно это что-то значило для него. А он всеми силами не хотел показывать этого. Прошлое доставляло ему немало боли, но от него было невозможно убежать, оно вечно будет следовать за ним и напоминать о своем существовании, поэтому его стоило принять, и встречать, как старого друга, нежели врага.

– Эмили изменилась, но она ценит ту возможность, что ты ей предоставил. Правда «спасибо» ты от нее не услышишь.

Джек переводил взгляд с одного мужчины на другого, обдумывая все сказанные ими слова, и пообещал себе не искать более во всех действиях Браун злого умысла, хотя и понимал, что пару неделек придется попить успокаивающие средства.

– Тебе больше нечего добавить по следствию? – Перевел тему разговора нахмурившийся агент ФБР.

– Мотив я могу предположить, но он может быть не точным, все же надо поискать настоящее место преступления.

– Это все равно, что искать иголку в стоге сена. – Буркнул Кроуфорд.

– Не в первый раз ведь.

– Ладно, Уилл, можешь ехать, если вдруг возникнет прозрение, позвони.

Джек вернулся к своим обязанностям, оставив Уилла на Лектера.

Грэм не спешил покидать это место, сегодня он мало чем смог помочь в расследовании, и это его немного опечалило. Он огляделся по сторонам, убедился, что больше никто не нуждается в его помощи или совета. Лектер внимательно наблюдал за ним, по Уиллу было видно, что он был немного подавлен.

Грэм тяжело вздохнул и двинулся с места.

– Уилл? – Окликнул мужчину Ганнибал, когда тот в спешке направился к машинам.

– Со мной все хорошо. – Быстро проговорил он, предугадывая дальнейшие слова Ганнибала, который более не стал  задавать вопросы, а просто последовал следом. – Вы сравнили ее с собакой… - Вдруг произнес Грэм, когда тот поравнялся с ним.

– Что-то не так? Тебе не по душе это сравнение?

– Нет, весьма точно… - Уилл сделал паузу. – Но ты аккуратней с такими высказываниями, она, кстати, больно кусается.

Мужчины остановились, переглянулись. Лектер неоднозначно посмотрел на своего друга, а тот кашлянул и отвел взгляд. Пока, они так стояли, из рядом стоящей машины высунулась Браун. Она прищурила глаза, когда Лектор заметил ее.

– Про меня говорите? – С подозрением произнесла молодая женщина.

– О ком же нам еще говорить? – Ганнибал чуть улыбнулся, на что женщина недовольно цокнула языком, и вновь скрылась в глубине салона авто. – Кстати, Уилл, - произнесла Эм, когда мужчина уже отошел от ее машины на пару шагов, - ты заметил?

Грэм остановился, обернулся и бросил на женщину заинтересованный взгляд. Однако Браун не спешила с продолжением своей мысли, она с удовольствием наблюдала за растущим напряжением в Грэме, пока удовольствие не прервал Лектер. Мужчина окликнул женщину, тем самым привлекая ее внимание к себе.  Он чуть качнул головой в сторону Грэма, прося ее продолжить, и не томить их любопытство.

– У той женщины, последней жертвы, - продолжила Эмили, - нет нескольких зубов, и волосы поредели…

– К чему ты ведешь?

– Боже, вы ребята совсем заработались. Привыкли работать с маньяками-интеллектуалами, и теперь элементарное дело раскрыть не можете. – Разочарованно произнесла Браун.

– Перестань. – Недовольно и устало буркнул Грэм. – Говори, что знаешь.

– Ха! Так ведь не интересно. - Женщина тяжело вздохнула. В машину сели ее сопровождающие. – Уилл, советую поболтать со свидетелем… - Грэм нахмурился, он все еще не понимал, к чему она вела. –  Его на днях собака покусала. – Эмили бросила взгляд на Лектера, а после покинула место преступления.

Глава 5

Этим же вечером Лектер находился в своем кабинете, в ожидании своего особого клиента – Эмили Браун. Это будет их первая встреча с глазу на глаз, без лишних наблюдателей и начальства. В связи с этим Ганнибал надеялся на достаточную откровенность со стороны женщины. Естественно речь шла не об словесной откровенности, а скорее поведенческой. Он надеялся, что Браун будет вести себя естественно. Однако эта особа была слишком непредсказуемой, пытаться предугадать ее дальнейшие действия, было сложно, но для него все же возможно.

На сегодняшний день в списке его посетителей было указано лишь одно имя, он специально освободил этот день и перенес встречи на другое время. После того, как он отвез Уилла, Ганнибал направился сюда, чтобы тщательней изучить дело и досье Эмили, которое, по его просьбе, было предоставлено Джеком Кроуфордом.

Лектор внимательно прочитал бумаги. Из них он узнал, что Эмили была действительно поразительной и талантливой. Окончила школу, поступила в престижный институт, который закончила на два года раньше, в свои двадцать три года она получила премию за исследование в дифференциальной психологии*, после которой начала читать лекции в университетах и академиях. Ее труды «Психологические различия и типологические различия психологических проявлений. Том 1,2» и «Систематизация индивидуальных различий и разных методов их диагностики» - были неоднократно напечатаны известнейшими изданиями. Так же ее статьи о патопсихологии**  и педагогической психологии***  печатались в научных журналах. В двадцать семь она устраивается на  должность консультанта ФБР, работая под руководством Кроуфорда. Тогда  она и познакомилась с Уиллом. Алана рассказывала ему, что они быстро сблизились друг с другом, а их коллеги поговаривали, что у парочки и вовсе возник роман, правда до конца в этом никто не был уверен, ибо оба были скрытными. Но когда Эмили уже посадили, а Уилла выписали из больницы, он признался Алане, что они встречались почти два года.

Ганнибал принялся за чтение ее дела, в котором было подробное описание всех жертв, мест преступлений, прилагались фотографии. Лектер отметил тщательную подготовку к каждому убийству и их сложность. На фотографиях он увидел весьма кровожадные изображения, растерзанные тела мужчин, у некоторых могли отсутствовать части тела, или вырезанные куски мяса. Лектер нашел эти убийства достаточно необычными. Посмотрев на такое, не верится, что на такое была способна женщина. Что же послужило причиной таких зверств, ему лишь предстояло выяснить у Эмили.

Лектер устало вздохнул, посмотрел на часы, которые показывали шесть. Браун опаздывала, этот факт не заставлял его сильно нервничать, для этого он и освободил целый день. Она наверняка специально заставляет его ждать, чтобы позлить.

Через несколько минут в дверь все же постучались. Ганнибал поднялся со своего места, одернул пиджак, выпрямился, и поспешил к входу. Он открыл дверь и, поприветствовав Эмили легкой улыбкой, жестом руки попросил ее войти. Женщина прошла в кабинет, не сводя взгляда с психиатра. Пока Лектер был отвлечен разговором с ее эскортом, Браун быстро оглядела огромный кабинет.

– Располагайтесь, не стесняйтесь, - вежливо проговорил мужчина, и указал на удобные черные кожаные кресла. Однако Эмили не спешила садиться.

Они оба стояли и смотрели друг на друга, лишь тикающие настольные часы разрушали тишину в этой комнате. Их зрительный контакт продлился около двух минут, это противостояние было намного короче первого, когда они только встретились, но и в этот раз Эмили первая сдалась. Сегодня это развлечение она не находила столь уж забавным. Женщина слегка улыбнулась и стала ходить по кабинету, тщательнее осматривая его.

Помещение, отведенное под кабинет, было впечатляющим. Комната была очень просторной, разделенная на несколько зон. Интерьер был аккуратен и чист, а точнее стерилен. Эмили специально провела пальцем по краю книжной полки, на них не было ни пылинки, собственно, как и на остальных предметах в помещении. Скорее эта была операционная, нежели кабинет психиатра. Словно подтверждением своих мыслей, она заметила маленький скальпель, лежавший на краю красивого массивного стола. На этом столе так же расположились большие листы бумаги, накрытые белой полупрозрачной пленкой, которая защищала их от внешних факторов воздействия. Женщина подошла, кончиками пальцев провела по гладкой поверхности обработанной древесины, затем коснулась пленки, и с любопытством заглянула под нее. Увиденные ею работы выполнение в карандаше были очень строги и графичны, сильно детализированы и больше походили на чертежи архитектора. Они были настолько аккуратны, и кропотливы, что были похожи на распечатку, но видные следы карандаша на бумаге, говорили о подлинности и мастерстве автора.

– Очень грамотное выполнение работы. Ваши?

– Да. Вы разбираетесь?

– Как никто другой. – Эмили на мгновение дружелюбно улыбнулась психиатру. – Изучение искусства было моим маленьким хобби. А та картина тоже ваша? – Женщина указала на работу, что весела недалеко от двери, но которая явно была детищем другого мастера.

– Нет, - ответил Ганнибал вновь концентрируя свое внимание на Эмили, - это копия гравюры 17 века, не моя.

– Ясно, - немного разочарованно  произнесла Браун, а после вновь огляделась, - как-то все слишком аккуратно…

– Я люблю порядок. – Просто ответил мужчина.

– Жаль, люблю наводить беспорядки.

Эмили вытянула руку в сторону, дотягиваясь до книжных полок. Ее пальцы ловко уцепились за две толстых книжки, долго не думая, она потянула их, и те с грохотом упали на пол. Эмили невинно отвела взгляд в сторону и произнесла тихое «упс». Внешне Лектер никак не отреагировал на такую шалость женщины, он специально показывал совершенное равнодушие, которое, по его мнению, было самым действенным оружием по усмирению Браун. Он не проронив ни слова, подошел к ней. Эмили заметно напряглась и сделал шаг назад.

– Книги не виноваты в том, что я вам не нравлюсь. – Лектер наклонился и поднял упавшие сборники. - Поэтому, прошу, не вымещайте свое недовольство на них. Лучше выскажитесь, я, как ваш психиатр внимательно выслушаю Вас.

– Хорошо, - Эмили пожала плечами и стала отходить назад, двигаясь к кожаной софе. Добравшись до нее, она присела, удовлетворительно закачала головой. - Поговорим о сегодняшнем. – Она сделала небольшую паузу. – Вы сравнили меня с собакой.

– Значит, вы все слышали.

– Ну, вы и не старались быть не услышанными. То, что вы остановились около машины, в которой я сидела, это воля случая. И только. – Разводя руками, протараторила она.

– Да, - Лектер устало вздохнул, - я и правда сравнил вас с собакой, но если вас это успокоит, то вы не какая-то дворняга, а  скорее доберман. – Эмили недовольно приподняла бровь, даже более конкретизированное сравнение не успокаивало ее. Но Лектер не собирался останавливаться. – Эта порода была выведена для того, чтобы охранять своего хозяина, но ее часто берут работать в армию и полицию. Эти собаки известны своей выносливостью, а еще своенравностью. У добермана на всё своя точка зрения, и, например, если вы успеете надоесть ему своими командами, во время очередной тренировки, то он может просто уйти или даже укусить. Но больше контроля, внимания, времени на воспитание, и доберман станет великолепным домашним любимцем. Что касается конкретно Вас… Нам всем нужно больше времени и терпения.

– А вы умеете расположить к себе. – Саркастично проговорила Эмили.

Лектор сделал всего шаг в ее сторону, как женщина вскочила со своего места, словно испуганное животное и отошла на пару шагов. Он знал, что у этой особы свои странности, но ее неприязнь к нему была слишком очевидна. Она этого не скрывала, что разочаровало. По его мнению, у Эмили не было чувства такта. Ему не нравились такие люди. Но что-то ему подсказывало, что не стоит делать поспешных выводов.

– Вы боитесь меня?

– Это не страх… - Женщина на мгновение задумалась. – А может и он. Я испытываю к вам весьма странную смесь эмоций, Лектер. Признаюсь честно, я вам симпатизирую, однако чем больше я к вам приглядываюсь, тем больше мне хочется убежать от вас.

– Что же вам не нравится во мне?

– Ваше «совершенство».

Ганнибал бросил на женщину удивленный взгляд. Она переместилась, увеличив расстояние между ними. Мужчина ухмыльнулся тому, как напряженные плечи Эмили чуть расслабились и опустились, сейчас, будучи в другой части кабинета, она чувствовала  себя более спокойно и уверенно, нежели вблизи него. По правде говоря, такое поведение ему было по душе, Ганнибалу было любопытно наблюдать за тем, что та кто без сожаления жестоко убила пятерых мужчин, теперь оказавшись с ним наедине, боялась. Это ему льстило? Возможно.

– Я не доверяю вам, - продолжила Браун. – Чем безупречней человек снаружи, тем больше демонов у него внутри. – Женщина покрутила указательным пальцем, указывая на Лектера. – Надевая деловой костюм, вы производите определенное впечатление на окружающих, и на самого себя. Как говорится: «Одежда меняет людей». Я считаю, что за всей этой красивой и вежливой оболочкой скрывается весьма скверное содержание. Но зачем вам это? Для кого весь этот спектакль? На эти вопросы я еще не нашла ответов.

– Любопытно.

Ганнибал медленно стал сокращать между ними расстояние. Реакция Эмили не заставила себя ждать. Он делал шаг вперед, она отступала назад, если он шел в сторону, она шла в противоположную. Безусловно, всю эту ситуацию Лектер находил забавной, ему захотелось поймать ее в ловушку, загнать в угол, из которого она бы не смогла сбежать.  И все ради того, чтобы посмотреть, что она предпримет, когда окажется в крайне неудобной ситуации.

– Вы тоже далеко не та, кем желаете казаться. – Эмили с интересом посмотрела на мужчину, в ожидании продолжения его мысли. – Вы грубы, непредсказуемы, невыносимы, вы бешеная собака, которую надо бы усыпить. - Женщина недовольно хмыкнула, скрестила руки на груди. Она могла смириться со сравнением ее персоны с доберманом, но нахальное преувеличение, касательно ее неуравновешенности, проигнорировать не могла. Не обращая на ее недовольство никакого внимания, Ганнибал продолжил: - На первый взгляд вы выглядите сильной, невозмутимой, и равнодушной к окружающим, но на деле все иначе… Вы слабый и чуткий человек, который готов пожертвовать собой ради других. Но зачем вам скрывать своё истинное лицо под маской жестокого убийцы? – Он сделал небольшую паузу, наблюдая, как Браун недовольно хмурит брови. – Вы не хотите подпускать к себе людей, чтобы те не узнали, что вам до сих пор больно от событий случившихся шесть лет назад.

– Зачем мне это?

– Вас перевели из клиники четыре дня назад… - Лектер перевел тему разговора, и вновь сделал пару шагов к ней, женщина осталась на месте, лишь сильнее обхватила себя за плечи. – Уиллу стало хуже, за это время. Он не перестает думать о вас, убежден, что всех тех мужчин вы убили не случайно. Говорит, что когда он закрывает глаза и оказывается на вашем месте… - Психиатр сделал короткую паузу, а затем продолжил: - Прежде такой ненависти и сожаления он никогда не испытывал.

Лектер заметил, как ее глаза стали поблескивать, от слез которые так жаждали пролиться, но все же Эмили не проронила ни единой слезинки. Он знал, что попал в точку, возможно, затронул старую душевную рану, о которой она старалась забыть. Сейчас ей, определенно, было плохо и физически и морально, но она продолжала держаться.

Эмили отвела взгляд в сторону, она чувствовала, что готова поддаться эмоциям и расплакаться, но этого бы не случилось, если бы даже очень того хотела. У нее не осталось слез, она выплакала их в день, когда замарала руки в крови своего родного брата. Для нее слезы были не слабостью, а признаком сожалений, но в тот день они оставили ее, ушли с последним вздохом Томаса, и больше Эмили никогда не плакала, даже если было невыносимо больно или обидно, или страшно. Она сама выбрала тот путь, сама вырыла глубокую яму и прыгнула в нее. Это была ее жертва и плата за все, что она сделала. Ей было немного обидно, что Лектер так быстро начал понимать ее внутренний мир, но до раскрытия всей правды еще было очень далеко.

– Еще он говорил, - продолжил Ганнибал, - истинный мотив, который вы умалчиваете, был способен перевернуть весь ход следствия.

– Это всего лишь его домыслы, далекие от реальности. – Сухо проговорила женщина. -  Видимо Уилл был привязан ко мне больше, чем я думала. Даже после нападения на него, он не перестает искать во мне что-то хорошее…

–Кстати об этом, - Лектер чуть улыбнулся, что сразу вызвало в Эмили новую волну подозрительности, - совсем недавно он поведал мне о том дне… - он увидел тревогу на ее лице.

– Что он вам сказал?

– В тот день он был готов пожертвовать всем ради вас…

Эмили замерла и затаила дыхание, ее глаза чуть округлились, словно от удивления. «Почему он рассказал? Почему именно ему?» - крутилось в ее голове – «Ему нельзя доверять, Уилл…». Все было именно так, как и сказал доктор Лектер. В тот день, когда ее арестовали, когда Грэма нашли на ее кухне с колотым ранением в живот, она убила ту часть себя, что желала спасения, ту часть, что любил Уилл и хотел спасти, пожертвовав всем.


День ареста, 5 лет 8 месяцев назад


Эмили выскочила из машины, оставив ключи в зажигании и не закрыв дверь, она бросилась в дом, в ее маленькую крепость. Она забежала на кухню схватилась за стакан трясущимися руками, налила себе воды и выпила ее одним большим глотком. Тыльной стороной руки она вытерла рот и попыталась успокоиться.


Ее всю трясло, дыхание перехватывало, а в ушах звенело. Случившиеся несколько минут назад потрясло ее.


– Он узнал… - Прошептала Браун. – Теперь ничего не осталось.


Стеклянный стакан со звоном разбился о пол. Медленно Эмили опустилась на пол, хватаясь за голову и отрицательно  ей покачивая. «Чертов Росс» - думала она, - «как ты мог выжить? Нет. Зачем я пошла туда? Не стоило спешить… Надо было добить его потом. Уилл…».


Ее последняя жертва Эмет Росс был найден в подвале собственного дома с сильными ранениями, однако мужчина не был мертв, его тут же госпитализировали. Врачи несколько часов боролись за его жизнь, проводя сложнейшую операцию, зашивая все колотые раны, нанесенные преступником. Узнав, что Росс выжил, Эмили удивилась. Пусть в отличие от других жертв, Росс мучился меньше остальных, но  выжить он не должен был. Тогда при последнем ударе ножом в ребра она была уверена в том, что Эмет обязательно умрет.


Как смогла допустить такую ошибку? Она корила себя за то, что не перерезала этому подонку глотку. Он видел ее лицо, поэтому она должна была закончить начатое.


Долго не думая женщина дождалась, когда Росса переведут из реанимации и отправилась к своей жертве. Проблем с посещением больного не возникло. Браун прошла в палату. Эмет выглядел лучше, чем она думала. Подойдя к нему, Эмили не желала медлить, вытащила маленький шприц, перед тем как вколоть смертельное вещество в капельницу, она наклонилась к нему.


– Ты заслужил смерть, - прошептала женщина, - так прими же ее.


Эмили вновь отстранилась, и преступила к своему плану, когда позади она услышала чьи-то тяжелые шаги.


– Что ты делаешь?


Этот спокойный, но немного дрожащий голос, она узнала бы из тысячи. Женщина замерла, напряглась, чтобы сдержать возникшую дрожь в руках и коленях. Что ей сейчас сделать? Как поступить? Стоит ли что-то объяснять или просто попытаться сбежать? Все эти вопросы мгновенно возникли в ее голове, вместе с болью в груди.


Задавая свой вопрос, Грэм не нуждался в ответе. Как только он увидел ее со шприцом в руках у постели пострадавшего, вмиг нашел ответы на большинство мучавших его вопросов по этому делу. Все это время жестокий убийца, которого он искал,  был  рядом. Эмили убила всех этих мужчин. Правда? «Невозможно», - крутилось в его голове, - «этого не может быть». Они обсуждали дела,  ели за одним столом, она  обнимала его и спала в его постели… Любимая Эмс – спасительница, радость его жизни, на самом деле оказалась садистом.


Она развернулась к нему, ее взгляд был пустым и холодным. Грэму стало не по себе. Сейчас большего всего на свете он желал, чтобы все это казалась его кошмаром, который вновь вернулся к нему спустя столько месяцев. Эмили сделала пару шагов к выходу, Грэм не сразу, но отреагировал. Мужчина вытащил пистолет и направил его на Браун.


– Стой. – Послышался щелчок снятого предохранителя. – Стой, где стоишь.


– Стреляй, Уилл… - До ужаса спокойным голосом проговорила женщина. – Если это будешь ты, так даже будет лучше.


– Эмили Браун, - Уилл сделал над собой усилие, чтобы произнести ее имя достаточно строго и равнодушно, - вы арестованы и обвиняетесь в убийстве пятерых мужчин и в покушении на жизнь мистера Эмета Росса.


Женщина повернулась к нему. Он не опуская оружия, стал подходить к ней, чтобы задержать, но как только он схватил ее за руку, то тут же получил отпор. Эмили мгновенно выбила у Грэма оружие, затем ударила его коленом в живот и, когда боль заставила его склониться вниз, нанесла еще один удар локтем в спину, от чего мужчина упал на пол.


– Тебе стоило выстрелить, - женщина подобрала оружие, пока тот пытался встать, - я лучше умру от твоей руки, чем подохну за решеткой. – Сказав это, Эмили взяла вазу с цветами со стола больного, и разбила ее об голову Грэма, тот вновь рухнул на пол. Послышался сигнал от аппаратов, ее «лекарство» подействовало. – Я буду ждать тебя, Уилл…Эмили поспешила покинуть больницу.


– Вы ничего не знаете! – Стиснув зубы, проговорила Эмили, отступая на шаг назад, и прислоняясь к прохладной стене.

Ганнибал сделал еще один шаг, сократив расстояние между ними до нескольких сантиметров, лишая ее возможности убежать. Он был доволен собой, ему удалось загнать ее в угол, заставил чувствовать себя некомфортно. Страх читался в ее больших голубых глазах, которые смотрели прямо на него, в надежде увидеть то, что он задумал. На самом деле Лектер и сам до конца не был уверен в правильности своих действиях. Эмили как животное, загнанное в угол, могла укусить.

Браун чувствовала, как ее руки холодели, а в горле возник некий ком, который не давал нормально дышать. Давно она не испытывала подобного чувства. Внутри нее все трепетало от желания разрушить его самомнение. Последние полчаса она бегала от него по всему кабинету, создавая видимость тревоги и страха, все больше и больше заманивая его в свою ловушку. С самого начала Эмили знала, что увидев хоть каплю страха в ее глазах, Лектер не упустит возможности насладиться ее слабостью перед ним. Поэтому она решила доставить ему такое удовольствие, позволила почувствовать превосходство над собой, чтобы не оставить сомнений в ее невозмутимости и равнодушии.

Она отвела глаза, опустила голову, усиливая иллюзия неловкости рядом с ним. «Да, все хорошо», - убедила она себя, ибо до конца не была уверена в своей победе, - «подойди ближе, Ганнибал, и я откушу тебе руку по локоть».

– Человеку свойственно бояться. – Начал психиатр. – Однако страх является его злейшим врагом. Он парализует…

– Вам это не грозит, доктор Лектер, - грубо проговорив, перебила она мужчину.

– Думаю, это ваш способ защиты. – Немного помедлив, Ганнибал вновь сменил тему разговора. Он чуть подался вперед, Эмили рефлекторно выставила перед собой руку, которая уперлась в грудь психиатра. – Ваше поведение, оно отталкивает. Окружающие считают вас головной болью и не хотят связываться. – Он вновь подался вперед, рука, упиравшаяся в его грудь, чуть дрогнула, но не согнулась. – Умно. Чем больше окружающие видят в вас угрозу, тем дальше отходят. А чем они дальше, тем меньше видят, слышат, знают…

За секунду Ганнибал сократил расстояние между ними до минимума. Ее рука все так же была препятствием между ними. Он был выше ее на полторы головы, Лектеру пришлось немного наклониться, чтобы разглядеть выражением ее лица, которое, по его мнению, должно было выражать испуг и панику. Однако вместо этого он смог увидеть ее немного нахальную улыбку.

– Вам понравилось это представление? – Заглянув в его глаза, поинтересовалась женщина.

Вмиг Эмили нанесла удар маленьким скальпелем, что тайком стащила со стола и спрятала в задний карман джинс. Однако Ганнибал смог быстро среагировать. Он схватил ее за руку, остановив удар. Не собираясь сдаваться, женщина решила нанести другой  удар свободной рукой, но и тут она потерпела неудачу. Эмили была далеко не слабой, однако при таких обстоятельствах и положении дела, она мало что могла сделать. Лектер резко дернул ее за руку, от чего та невольно подалась вперед, он схватил ее за плечо, развернул к себе спиной и прислонил к стене, крепко удерживая и не давая пошевелится.

– А вам мое понравилось?

Эмили поморщилась от боли, но не издала ни звука. С каждой секундой Лектер сильнее выкручивал ей руку, чтобы та разжала пальцы и бросила скальпель. Женщина не смогла сдержать тихий стон, когда и без того сильная пульсирующая боль в плече усилилась. Она тяжело дышала, на лбу проступили капельки пота, однако сдаваться не собиралась. Эмили всегда была выносливой и терпеливой, она могла  довести все и до перелома руки, но  это было бы  глупостью и бессмысленной потерей работоспособности конечности минимум на месяц.

Ганнибал был уверен в ее нежелании проигрывать, и возможно он и дальше бы поиграл с ней в эти игры, если бы не был так зол. Ее чрезмерная храбрость в сочетании с глупостью его сильно разозлили. Пусть он и знал о ее затее, однако продолжил играть в ее же игру, рискуя если не жизнью, то своим костюмом. Если бы он не отреагировал или чуть помедлил, она бы без сожаления вогнала в его живот острое орудие до самого конца. Лектер сильней дернул руку женщины на себя, боль, пронзившая ее, заставила вскрикнуть, но он вовремя зажимает ей рот. Эмили разжала тонкие пальцы, и маленький скальпель со звоном падает на пол. Он вновь разворачивает ее к себе лицом, крепко держа за плечи.

– Хитрости вам не занимать. – Начал Лектер.

– 80% хитрости лисицы зависит от глупости курицы…

Лектер приподнял брови и удивленно посмотрел на женщину, которая лукаво улыбалась, радуясь тому, что смогла отомстить ему за сравнение ее персоны с собакой.

–  Вы всегда говорите все, что у вас на уме?

– Я заболею и умру, если не выскажу все, что думаю.

– Глупо было считать, что я не замечу пропажи скальпеля для точения карандашей, со своего собственного стола, - Ганнибал отпустил женщину, но уйти никуда не дал, преградил дорогу рукой. – А еще это нелепое отвлечение моего внимания. Как человек изучающий искусство, не смог не узнать руки настоящего мастера?

– Каюсь, - женщина пожала плечами, - ничего лучше в голову не пришло. В следующий раз…

– В следующий раз, - перебил ее мужчина, - если он будет… - он потянулся рукой к ее лицу, Эмили не шелохнулась. Лектер убрал несколько выпавших прядей ее волос за ухо. - Вам так просто это с рук не сойдет.

– Может, уже отойдете от меня? – Невозмутимо проговорила она, демонстративно вскинув голову.

– Не переживайте, - Лектер сделал шаг назад, улыбнулся и добавил, - живую вас не съем.

В помещение повисло неловкое молчание, которое прервал стук в дверь.


Примечание:

*Дифференциальная психология — раздел психологической науки, который изучает психологические различия, типологические различия психологических проявлений у представителей различных социальных, классовых, этнических, возрастных и других групп. Дифференциальная психология систематизирует индивидуальные различия и разные методы их диагностики, а также количественно оценивает эти различия в разных сферах.


**Патопсихология — практическая отрасль клинической психологии, «изучающая расстройства психических процессов (например, при психических болезнях)» и состояний психологическими методами, осуществляя анализ патологических изменений «на основе сопоставления с характером формирования и протекания психических процессов, состояний и свойств личности в норме».


***Педагогическая психология (или психология образования) — раздел психологии, изучающий методы обучения и воспитания, повышающие эффективность выполнения образовательных задач, эффективность педагогических мер, улучшающие психологические аспекты преподавания и т. д. По предмету и методу тесно примыкает к социальной психологии, с одной стороны, и когнитивной психологии, с другой.

Глава 6

– Что все это значит?

Вошедший в кабинет психиатра Уилл Грэм, увидев Браун, замер и удивленно посмотрел на своего «лечащего врача».  Он пришел уже в привычное для него время на прием к Ганнибалу, но совершенно не ожидал встретить здесь кого-то еще. Он посмотрел на женщину, которая тоже удивилась его появлению. Случайностью все это не казалось, а значит, это были проделки Лектера.

– Прошу, Уилл, - начал Ганнибал, закрывая дверь, - проходи, сегодня мы будем не одни. Надеюсь, ты не против.

– Думаю, мое мнение вас мало интересует, да? – Произнесла Эмили, однако на нее никто не обратил внимания.

– Так как вам придется работать вместе, - начал разъяснять психиатр, - вы обязаны наладить взаимоотношения, иначе вся моя проделанная работа будет напрасной…

Эмили нахмурилась и недовольно посмотрела на психиатра. По ее мнению, Ганнибал мог бы и не делать акцент на ее разрушительном влиянии на Уилла. На первый взгляд может показаться, что она согласилась на эту работу лишь для того, чтобы оказаться за стенами клиники-тюрьмы, что способствовало бы ее дальнейшему побегу, если бы тот вообще задумывался, однако она была движима иной причиной. Пусть эта женщина  и закрыла свое сердце, отгородилась от людей,  она по-прежнему не утеряла чувство привязанности и верности. Ганнибал был прав, сравнивая ее с собакой. Как и это животное, она была верной, всегда желающей оказаться у ног любимого хозяина.

Уилл перевел взгляд с Ганнибала на женщину, что смотрела на него тусклыми почти безжизненными  голубыми глазами. Когда Джек сообщил ему новость, что Эмили выпускают под его ответственность, чтобы та помогла ему в работе, как в былые времена, он был взволнован и немного возмущен. Уилла задело то, что Джек считает его слабым, неспособным справится в одиночку с самим собой, но это чувство было второстепенным. На первый план вышло волнение. С того дня он окончательно потерял сон, к повседневным кошмарам добавились те, что рвали его сердце на части. Это невыносимо… Ему хотелось верить, что Эмили, после стольких лет, все же откроется ему. Но ее глаза, в которых он отчаянно пытался увидеть что-то знакомое и родное, лишали его последней надежды.

Лектер внимательно наблюдал за всем происходящим. Решение по поводу совместного сеанса было принято им спонтанно, а именно сегодня утром, когда встретил бледного и измученного Уилла в кабинете Кроуфорда с синяками под глазами. В тот момент он понял, что с главным, на данный момент, его недугом – Эмили Браун -  нужно что-то делать.

Уилл прошел вглубь кабинета и сел на одно из кресел, он бросил кроткий взгляд через плечо на Лектера, тем самым давая тому понять, что согласен пойти на контакт. Психиатр, в свою очередь, подойдя к Эмили, жестом руки пригласил ее сесть напротив. Женщина все еще была зла на Ганнибала, однако не заставила мужчин ждать, и послушно села на указанное ей место.

– И что же вы для нас запланировали, доктор? – Женщина выпрямилась, скрестила руки на груди, чуть напряглась, словно солдат готовый немедленно вступить в бой.

– Чтобы наладить отношения, - начал Ганнибал, - для начала вы должны высказать друг другу все, что накопилось за этот долгий срок.

У Грэма вырвался нервный смешок. Высказать все что накопилось? Это вообще возможно? По его мнению, одного дня не хватило бы, чтобы он смог вылить все свое негодование на Эмили. И вообще, он не был уверен в действенности этого приема.

– Если вы считаете, что это сработает… - Эмили тяжело вздохнула. – Тогда думаю, я начну первая…

Мужчины подняли на нее удивленные взгляды. Ожидали ли они, что она пойдет им на встречу и начнет? Нет. Ганнибал хотел, чтобы Уилл  высказал все Эмили, и отпустил те переживания, что мучают его, именно поэтому он не отменил его сегодняшний визит. Однако ответного «подвига» от Браун он не ждал, не говоря уже о перехвате инициативы.

– Что ж, Эмили, - собравшись, произнес Лектер, - начинайте.

– Уилл, прости меня.

Мужчина чуть вздрогнул после того, как Эмили произнесла его имя, он поднял на нее глаза и замер. Она растянула губы в несчастной улыбке. На миг Уилл увидел перед собой ту Эмили, шестилетней давности. В груди тут же что-то кольнуло. От чего же? От воспоминаний? Нет, от того, что она заставила его чувствовать себя виноватым, и от осознания всего это фарса.

– За что ты просишь прощение?

– Не знаю. – Она пожала плечами. – Просто чувствую, что должна это сказать.

– Просишь прощение, не осознавая всего того, что сделала. – Уилл стиснул зубы, и вновь отвел взгляд. – Это раздражает…

– Я всегда была такой, просто раньше ты это не замечал… - Немного язвительно проговорила она. – А может, не хотел…

– Ты хоть представляешь, что было со мной, когда я очнулся в больнице? – Уилл проглотил ком, застрявший в его горле. – Мой и без того шаткий мир перевернулся с ног на голову. Но знаешь, что самое печальное в моей истории? Пытаясь найти ответы, я все больше оправдывал тебя.

– Ты должен оставить прошлое и идти дальше.

– А ты? Что насчет твоего прошлого?

– Мое? – Эмили ненадолго замолчала. – Ну, кошмары меня не мучают, да и совесть давно умерла. Так что я вполне уживаюсь со своим прошлым. – Женщина вновь пожала плечами. – Уилл, ты должен смириться с тем, что я совершила, и перестать искать во мне что-то хорошее, его не осталось.

– А как же ваше желание помочь Уиллу? – Втиснулся в разговор Лектер. – Как вы это назовете, если не следствием добрых помыслов? Сочувствием?

– Справедливость.

– Что? – Грэм нахмурился и устремил свой возмущенный взгляд на женщину, которая искренне не понимала причину его негодования.

– Ну, конечно, тут не обойтись без отголосков моей преданности и любви к этому человеку, - Эмили указала пальцем на Грэма, - но основной мотив все же справедливость. Раз я ухудшила его состояние, то мне это и исправлять.

– Так значит, вам не все равно, что с ним будет? – Уточнил Ганнибал.

– Безусловно.

– Эмили, - немного дрожащим голосом произнес Грэм, - ты не думала, что  самый действенный способ, который избавит меня от мук и ночных кошмаров – это правда.

– Правда? Возможно. – Женщина утвердительно закачала головой, после она  наклонилась к нему. – Но, правда, у каждого своя. Что ты ожидаешь услышать, Уилл? Что я никого не убивала, что я ради забавы призналась в пяти убийствах? Такая правда тебя успокоит?

– Я не знал чему верить… Все улики, что были найдены являлись косвенными, ни одна из них не указывала на тебя напрямую, но когда я увидел тебя в больнице у кровати Росса… Все встало на места. Мой разум говорил, что это ты, но что-то внутри заставляло меня сомневаться.

– Поэтому, мое прощание с тобой, так плохо и закончилось. Я хотела, чтобы ты отказался от меня, но твои чувства оказались намного глубже…


5 лет 8 месяцев назад

Подняться на ноги у Грэма получилось не сразу, от удара тяжелой стеклянной вазой голова сильно болела, перед глазами все плыло, а в ушах звенело, но даже через этот шум он мог различить писк аппаратов жизнеобеспечения около кровати мистера Росса. Собрав все силы, он смог подняться и дойти до кнопки вызова врача, и уже через несколько секунд в палате стало тесно.

Уилл, чуть покачиваясь из стороны в сторону, вышел в коридор, по какой-то неведомой ему причине полицейских, которые должны были охранять свидетеля, на месте не было. Прислонившись спиной к стене, он начал рыскать по карманам куртки в поисках сотового телефона, когда тот был найден, его пальцы стали  набирать номер Джека. Поднеся телефон к уху, Уилл отпрянул от стены и поспешил к выходу.

– Да? – После нескольких длинных гудков, прозвучал хриплый голос Кроуфорда.

– Джек, срочно выезжай, - тяжело дыша, проговорил Грэм.

– Уилл? Что случилось?

– Быстрее Джек, бери людей и выезжай к Эмили, я буду там. Поторопись.

Не дождавшись ответа, Грэм отключился и сел в только что пойманное такси. Он протянул деньги водителю, назвал адрес и попросил ехать быстрее. Времени у него на разговоры с Джеком не было, сейчас для него было важным встретиться с ней, чтобы узнать правду. Но нужна ли она ему? Уилл и сам не знал, от чего ему будет легче, от своих домыслов, или от слов Эмили.

Подъехав к названному месту, водитель сбросил скорость, чтобы остановится и высадить пассажира, однако тот не дотерпел до окончательной остановки транспорта. Грэм выскочил из машины и бросился к дому Браун, забыв, что остался без оружия.

Дверь была не заперта. Уилл осторожно прошел внутрь, он медленно и осторожно двинулся по узкому коридору, дойдя до гостиной, в которой никого не оказалось, он остановился и стал прислушиваться, с кухни доносился какой-то шум. Долго не раздумывая, он вышел на кухню, где его ждала Эмили.

– Я заждалась.

Когда Браун обернулась к нему, Уилл замер. В ее руках был пистолет, готовый выстрелить в любой момент. Он смотрел на нее с ужасом в глазах .Что стало с его Эмили? Почему сейчас, смотря на нее, он видел перед собой женщину лишь внешне напоминающую ее, лишь оболочку. Вся теплота и спокойствие, которую он раньше чувствовал рядом с ней, куда-то улетучились, и оставили вместо себя холод и страх. Когда она стала такой?

– Эмили, убери пистолет, - с  тревогой в голосе он начал разговор, - давай поговорим.

– О чем? Хочешь признание? Да, это сделала я, - она вытянула руку с оружием, нацеливая его на Грэма, - без капли сожаления.

– Зачем?

– Мир полон гнилых людей, ты и сам это знаешь. – Она на миг  замолчала. – Жаль… Я оказалась в их числе.

На какое-то мгновение Уилл подумал, что это конец, когда Браун опустила предохранитель на пистолете. Он весь напрягся, его тело обрело тяжесть. Он чувствовал, как нарастающее напряжение начинает давить ему на голову и плечи. Неужели он умрет здесь, от ее рук? Нет. Эмили приставила дуло пистолета к своему виску. Грэм в ужасе посмотрел на нее, и увидел женщину полную отчаяния, которая потеряла все силы, чтобы жить дальше, чтобы бороться. Она опустила руки, и приняла решение оставить этот мир. Но Уилл не мог допустить ее смерть, пусть лучше он посадит ее за решетку, что бы та предстала перед судом и понесла наказания за свои деяния, чем позволит ей умереть на его глазах.

Тяжелый, но ровный вдох, небольшая внутренняя дрожь от страха перед смертью. На миг Эмили усомнилась в своем решении, но, что-то внутри нее твердило, что это лучший исход. Она смирилась со своей участью, ведь окажись она перед судом, ее наверняка бы приговорили к смертной казни. Закрыв глаза, женщина приготовилась выстрелить, но палец непослушно дрогнул, но не спустил курок.

Уилл бросился к ней, схватился за оружие и отвел его в сторону. Он тут же попытался вырвать пистолет из ее крепкой хватки, но это оказалось не простой задачей. Эмили стала сопротивляться, поэтому Уиллу пришлось уворачиваться от ее ударов, что было тоже сложно, так как возможности увернуться, практически не было. Он навалился на нее всем телом, чтобы прижать  к кухонному шкафу, от того, что Эмили пыталась оттолкнуть его, она сама же и ударялась спиной и головой о гарнитур, что вскоре позволило Уиллу вырвать пистолет из ее руки. Но сильный удар коленом в живот, заставил его отпрянуть от женщины. Она тут же отскочила от него на несколько шагов, и позволила выпрямиться, когда вновь замахнулась на него, так вовремя подвернувшейся под руку, кастрюлей. Грэм успел увернуться и перехватить инициативу. Он схватил новоиспеченное оружие массового поражения, когда Эмили вновь попыталась нанести удар и, вырвав его, бросил в сторону. Попутно что-то разбив, кастрюля со звоном упала на пол. Эмили перестала нападать, она чуть отдалилась от него и пыталась восстановить дыхание.

– Я позвонил Джеку, - начал Уилл, - он скоро приедет сюда.

– Зачем ты мне это говоришь?

– У нас не так много времени, что бы ты рассказала мне что случилось. Почему ты убила тех людей.

– Что? – Женщина нахмурилась, а после усмехнулась. – Хочешь услышать оправдания? Их не будет. Мне нечего тебе сказать, Уилл.

– Ты хоть представляешь, что тебя ждет? – он покачал головой, словно пытаясь отогнать нахлынувшие неприятные мысли. –  О чем ты думала, что послужило причиной этих убийств? Ответь, и возможно, я смогу тебе помочь.


– Помочь? – Женщина ненадолго замолчала. – Почему ты пришел? Почему хочешь спасти, после всего? Я не заслуживаю…


– Не верю, что все эти годы, я ошибался в тебе, - Уилл стал медленно подходить к ней, - поэтому  и хочу все выяснить пока не поздно.


– А что, если уже слишком поздно?


Сейчас Уилл был в замешательстве, минуту назад женщина, которую он любил «сражалась» с ним не на жизнь, а на смерть. Она пыталась его убить? Без сомнений, так оно и было. Но почему тогда он так отчаянно хочет спасти ее, пожертвовав всем?


– Эмили, я не оставлю тебя, - Уилл положил руку  ей на плечо, а после притянул к себе и обнял, - вместе, мы сможем это преодолеть, только доверься мне.

– Уилл…

Эмили отпрянула от него, загляну в его глаза, которые были полны боли, сожаления и надежды. От такого взгляда Грэма ей становилось плохо, он давал ей понять, что пути назад нет, ничего не исправить. Немного разгневавшись на себя и на него за то, что тот  не мог самостоятельно отпустить ее, она решила пойти на крайние меры.

Больше не намереваясь ничего слушать, она быстро подалась вперед, чуть приподнялась на носках и поцеловала Уилла. То, что она почувствовала, было любопытной смесью обиды и желания. Поцелуй был, как бездна. Не грубый, не властный, но горячий. Обжигающе горячий. Теплые, влажные, открытые губы встретились с его ртом. Она провела языком по внутреннему краю губ, затем проскользнула глубже. Откровенно призывающий поцелуй сделал свое дело, Уилл ответил ей. На какое-то мгновение она забылась в поцелуе и прижалась к нему.

Контроль. Она почти никогда не теряла над собой контроль. И эта ситуация была не исключением. Ее рука скользнула по его плечу, затем к голове, запуская пальцы в его шелковистые темные волосы. Он держал ее лицо в своих ладонях, она затаила дыхание. Что-то не так… Он открыл глаза, посмотрел на Эмили, и резкая боль в низу живота пронзила его.

– Никому нельзя верить… - Со слезами на глазах прошептала женщина.

Уилл посмотрел вниз и увидел красное расплывающееся пятно на своей рубашке и нож, который Эмили вонзила в него. Он вновь в недоумении посмотрел на нее, приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но не смог произнести ни слова.

– Прости…

Перед тем, как упасть и отключиться Грэм почувствовал легкое прикосновение ее теплых губ. Так же, сквозь шум и топот прибывших агентов ФБР, он расслышал ее последние слова: «Я действительно любила тебя».

Уилл рухнул на пол, и в ту же секунду Эмили услышала, как ее дом начал заполняться посторонними людьми. Они быстро нашли ее и Уилла, истекающего кровью. Они что-то говорили ей, но она не слышала. Эмили посмотрела на свои руки, которые самовольно дрожали. Сейчас, все это казалось ей страшным сном, но реальность начала разговаривать с ней голосом Джека Кроуфорда.

– Эмили Браун! – Жестко проговорил мужчина. – Руки вверх. Вы арестованы, и имеете право хранить молчание…


В кабинете наступила тишина. Грэм вжался в кресло, нахлынувшие воспоминания того дня, заставили его пожалеть о своем согласие на эту беседу. Для него это было слишком тяжело, чего не скажешь об Эмили. Женщина выглядела вполне расслабленной, даже немного воодушевленной.

– А эту главу в нашей с ним истории, - начала Эмили, обращаясь к Ганнибалу, - Уилл вам тоже рассказывал?

– Да, но о некоторых подробностях он умолчал.

– Вот как…

– Это его право. – Вздохнув, ответил психиатр.

– Что такое…  Я слышу нотки разочарование в вашем голосе. Не уж то вы…

– То, что случилось тогда, - перебил Уилл, привлекая к себе внимание, - лишний раз доказывает, что все те жертвы были не продуктом твоего безумия. Ты это сделала намеренно. Но твоим словам об убийстве ради получения острых ощущений, я никогда не поверю.

– Ты опять об этом… - Эмили устало выдохнула, облокотилась о спинку кресла, посмотрела на Уилла, а после одобрительно покачала головой. – Хорошо, я расскажу тебе. Но не рассчитывай услышать все сразу. – Женщина бросила кроткий тяжелый взгляд на Ганнибала, с которым она не хотела делиться своими секретами.

После услышанного Грэм замер и затаил дыхание, хоть он и настаивал на получении от нее ответа, он никак не думал его получить, явно не сегодня, поэтому ее неожиданное согласие его сильно удивило.

– Меня сводило с ума, то желание… убить, тех шестерых мужчин. Я хотела, чтобы они умирали мучительной, по случаю долгой смертью, - с хищной улыбкой проговорила она, -  хотела, чтобы они умоляли меня сохранить им их жалкие и ничтожные жизни. Они должны были раскаяться и умереть, заслужив прощение. К сожалению, получить прощение никому так и не удалось.

– Что они сделали?

– Они кое-что забрали у меня. – После небольшой паузы, Эмили добавила: - И не забыли прихватить с собой мою веру в людей.

Глава 7

Это был очередной рабочий день Джека Кроуфорда, полный бумажной работы. Сегодня он практически не выходил из своего душного кабинета. Несмотря на неинтересный, но вынужденный труд время шло достаточно быстро, поэтому от скуки мужчина не успел устать.

Когда Джек закончил со всеми бумагами, он удовлетворенно покачал головой, посмотрев на большую стопку папок, которая постепенно перекочевала с одной части стола на другой. Оценив всю проделанную за сегодня работу, начальник поведенческого отдела ФБР уже решил уйти домой пораньше, когда раздался звонок служебного телефона. Джек от неожиданности вздрогнул. Снимать трубку он не спешил, что-то подсказывало ему, что этот звонок ничего хорошего не сулит.  Но в его принципах не было пункта: игнорирование звонков  в рабочее время. Ответив, он узнал о срочном вызове. Джек обреченно вздохнул. Новые трупы? Это было явно не то, что ему  хотелось видеть. Вот вызвали бы его часа два назад, он, возможно,  был бы и рад этому звонку, но не сейчас, когда мысль о доме завладела им. Поднявшись с кресла, он взял сотовый, набрал номер  и отдал определенные указания своим подчиненным, уже через пару минут будучи на пути к месту преступления.

Ехать пришлось не долго. И без того усталый Кроуфорд был неприятно удивлен, когда при выходе из машины на него налетела толпа репортеров, жаждущих подробности о случившемся и походивших на свору голодных собак.  Откуда все эти люди узнали о неразглашенных моментах следствия, ему оставалось только гадать. Джеку с трудом удалось убежать от этих стервятников, которые завтра выпустят омерзительные, далекие от истины статьи.

Быстро проскользнув под желтой лентой, ограждающей место преступления, где мужчина себя почувствовал более защищено и комфортно, он с облегчением вздохнул. На месте уже работали его люди, под временным руководством Катц. Увидев начальника, женщина поспешила к нему на встречу.

– Привет, Джек, - чуть улыбнувшись, произнесла она. На ее приветствие мужчина лишь кивнул и вновь обернулся на шумевшую толпу репортеров, - а они тут как тут.

– Да, - угрюмо ответил Кроуфорд, - и откуда их только черти приносят…

– Говорят, что с прессой дружить надо.

– Это невозможно… - возмутился он, после чего его вниманием завладело место преступления. – Что у нас здесь?

Джек снял свои черные очки и спрятал их в карман. Подойдя поближе, он присел на корточки, чтобы внимательнее все осмотреть. Перед ним лежало шесть трупов женщин, предположительно разного возраста, разного этноса и разной степени разложения. Все шесть тел были сильно изувечены, а точнее растерзаны, словно диким животным. Вся эта картина показалась ему знакомой, за исключением нескольких деталей.

– Они похожи на тех троих, что мы нашли несколько дней назад. – Поднимаясь и обращаясь к Катц, проговорил Джек. – Что насчет этого зверства с телами?

– Это не животное, если ты об этом, хотя, возможно, пару частей тел и органов мы не досчитаемся. Однако я смело могу заявить, что привезли их сюда уже такими. И да, это очень похоже на прошлое место преступления. – Подтвердила женщина. – Такой же пустырь у дороги, маскировка места, мы так же нашли колею неподалеку, видимо он привозил их на каком-то фургоне.

– Значит, очередной неконтролирующий себя психопат, да?

– Такова уж наша работа.

– Уиллу звонили?

– Да, он и Эмили скоро будут.

– Браун? – Джек удивленно посмотрел на Катц. – А она зачем тут? Хотя какая уже разница…

– Как в былые времена, - с ностальгией произнесла Беверли, на что Джек лишь удивленно на нее посмотрел, - я говорю о том времени, когда они с Уиллом работали вместе. Правда, большую часть ее старой работы сейчас  выполняет Лектер.  Мне кажется, что между Ганнибалом и Эмс есть что-то общее.

– Надеюсь это не страсть к разделыванию человечины. – Недовольно буркнул Кроуфорд, затем развернулся и направился к офицеру местной полиции.

– Да уж, Грэм вряд ли переживет еще один подобный удар судьбы…

Беверли вернулась к работе. Ей предстояло собрать нужные ей биологические материалы для тщательного исследования их в лаборатории. Пусть она уже многое на этом свете повидала, но подобные убийства все еще заставляли ее сердце сжиматься от ужаса. Чем все эти женщины заслужили такую смерть? После ужаса Катц всегда охватывал гнев, пусть внешне это никак не выражалось, но внутри она кипела от злости от несправедливости этого жестоко мира.  Мысль о  поимке убийцы, успокаивала ее.

Катц закончила сбор биоматериала, когда на место прибыл Грэм. Сегодня, как ей показалось, Уилл выглядел более свежим и не таким угрюмым как обычно. Даже наличие репортеров на нем никак не отразилось, и Беверли стало любопытно, что же послужило причиной его приподнятого настроения.

– Привет, Уилл, - воодушевленно поприветствовала мужчину Катц, - ты сегодня в необычайно хорошем настроении.

– Да? – Он улыбнулся, отвел взгляд в сторону, словно был немного смущен тем, что она заметила его небольшую перемену в настроении. – Сегодня ночью мне удалось избежать очередного ночного кошмара, этому нельзя не радоваться.

– Что ж, надеюсь после увиденного твое настроение останется прежним.

Беверли и все агенты ФБР, что сейчас были задействованы на месте преступления, ушли, оставляя Уилла наедине с тишиной и жертвами. Он бросил кроткий взгляд в сторону, на ряд лежавших женщин. Грэм долго стоял на месте, не решаясь подойти ближе, для начала ему нужно было успокоиться и сосредоточится. Перед его мысленным взором, в темноте, качался серебряный маятник. Уилл ждал, пока тот остановится. Постепенно, он, словно собака, начал чуять безумие, которое с каждой секундой становилось более осязаемым, более реальным. Каждый раз, когда он пытался восстановить события убийства в своей голове, его пронзал страх. Грэм с ним был на короткой ноге. Да, это несло эмоциональное напряжение, но мужчина знал, что будет продолжать смотреть, несмотря ни на что.  Грэм медленно закрыл глаза…


Раннее утро, солнце уже начало подниматься из-за горизонта, и темное, некогда черное, небо начало приобретать  голубизну. Это прекрасное место на окраине города, куда забредало мало людей, было слишком тихим. Мокрая от росы трава наполняет воздух свежестью, почва здесь по утрам гораздо мягче, чем днем,  под  неистово палящим солнцем. Это то, что нужно для моего дела.

На большой, открытой территории есть небольшой пятачок заросший кустарником, к которому легко можно подъехать на простой невысокой машине. Сюда вряд ли кто-то пойдет, а значит, мой тайник никто не обнаружит долгое время. Я открываю багажник, достаю мешок с уже изуродованным, возможно разорванным на части телом. Я спрячу его здесь в этом кустарнике, но просто избавиться от тела мне не достаточно. Взяв лопату, я выкапываю не глубокую яму, в которой потом спрячу большую часть трупа, остальное обязательно прикрою сухой травой и ветками, тогда животные не сразу смогут сожрать эти останки.

Закончив все приготовления, я освобождаю мешок от содержимого и начинаю укладывать тело женщины. В яму помещаются ноги и пол туловища, оставленные на поверхности грудь и руки, я присыпаю землей, но оставляю нетронутым лицо. Ее лицо, на котором отражается умиротворенность, спокойствие и отблеск счастья, должно остаться чистым… Словно лицо ангела. Грязь не должна попасть  в ее открытые глаза. Да, теперь она та, кем должна быть. Я исправил ее, она больше не падшая. Я возвысил ее,  освободил от ужасов этой жизни. Я вернул ей веру в лучшее существование, и позволил переродиться. Таков мой замысел…


Уилла вновь неожиданно пронзил страх, но он настойчиво продолжал смотреть, ибо только так он сможет найти преступника и отдать его на растерзание правосудию. Но что это за чувство? По его спине пробежали мурашки, от ощущения пристального взгляда на себе. Кто-то наблюдает за ним… Нет, не за ним, а за тем, кто спрял здесь всех этих женщин. Кто же это может быть? Случайный свидетель, друг-сообщник или враг?

Уилл сделал над собой усилие, чтобы не раскрыть глаза и не вернуться в реальность, он желал углубиться в это состояние, чтобы сильнее прочувствовать преступника и попытаться узнать о неизвестном.


Темнота и вновь качающийся серебряный маятник. Постепенно из этой черноты начинает появляться силуэт, с каждой секундой он становится все конкретнее, и через какое-то время перед ним появляется Эмили. Женщина стоит неподвижно, словно манекен в магазине, но спустя несколько секунд она плавно и медленно опускает голову, а взгляд Уилла скользит вниз на алое постепенно проявляющееся на белоснежной блузке пятно. Его охватывает паника и ужас, он хочет кричать, но не может. Почувствовав что-то в своей руке, он переводит  взгляд и видит окровавленный нож.  Уилла начинает трясти, он вновь смотрит на женщину, что все так же неподвижно стоит, но теперь за ее спиной он может различить еще один силуэт. Мужчина. Тот неизвестный, чье лицо все так же было скрыто тьмой, одобрительно  кивает, а после, обхватив женщину за плечи, утаскивает ее обратно во тьму.

– Нет! Стой! Эмили…


– Уилл… - Хриплым голосом протянула Браун, когда тот крепко сжал ее в своих объятьях. – Задыхаюсь…

Изумленная публика во главе с Джеком Кроуфорд наблюдали за столь трогательной, но немного болезненной для Браун сценой. Когда женщина прибыла на место преступления, Уилл уже погрузился в себя, и мешать ему было нельзя. Поэтому она стояла в стороне и наблюдала за ним. Наличие прессы значительно усложнило ее пребывание на месте преступления, ибо репортерам  не нужно было знать, что на ФБР работает психопат-убийца, это могло привести к огромному скандалу. Если такое случится, ее наверняка отправят обратно в больницу, а этого ей совсем не хотелось. Именно поэтому сегодня она скрывала свое лицо в тени черной кепки.

Неожиданно Уиллу стало плохо, его затрясло. Как только Эмили увидела это, она тут же бросилась к нему. Раньше у него никогда не было серьезных приступов, поэтому, когда Джек рассказывал о сложившейся ситуации с Грэмом, она до конца не понимала всю серьезность его состояния. Но сегодня, когда она увидела трясущего Уилла, словно в один момент его ударило током, она не на шутку испугалась за него.

– Уилл! – Джек подскочил к товарищу и, схватив его за плечи, оттащил от Эмили, хотя с первого раза у него это не получилось. – Приди в себя!

Грэм распахнул глаза и в замешательстве смотрел по сторонам, лишь через несколько секунд он смог сосредоточить свой взгляд на чем-то конкретном, и это были его руки, чистые без единой капли крови.

– Уилл? – Осторожно произнесла Браун, и мужчина тут же поднял на нее свои испуганные глаза. Он схватил ее за плечи.

– Ты здесь… Все в порядке… С тобой все в порядке… Но только что, ты…

– Тише, тише… все хорошо, я в полном порядке, - ласковым и нежным голосом произнесла женщина, но Уилла все еще трясло, страх и волнение не хотели покидать его. Она взяла лицо в свои ладони, заглянула ему в  глаза. – Сделай глубокий вдох, а теперь выдох. Посмотри на меня, Уилл, видишь, я здесь, рядом с тобой.

Уилл почувствовал, как некий груз на его плечах становится легче, а в душе тревога сменяется на спокойствие. Как и раньше… Рядом с ней он чувствовал себя свободным от всей той чертовщины, что преследовала его каждый день. Лишь Эмили могла держать его на расстоянии от безумия и сумасшествия. Она делала его мир чуточку лучше, чуточку теплее и светлее.

– Ну как? Уже вернулся в нашу реальность? – Шутливо спросила Браун.

– Да. – Кротко и сухо ответил Грэм, и, убрав ее руки от себя, отступил на один шаг.

– Точно? – Обеспокоенно уточнил Кроуфорд.

– Если можно так сказать… - Уилл на миг обернулся на трупы, по его спине вновь пробежали мурашки. – Джек насчет всей этой картины… Это один и тот же человек.

– А мотив?

– Он очищает их… - Все в недоумении посмотрели на Грэма в ожидании более понятного объяснения. – Все эти женщины, вели весьма разгульный образ жизни, их беспорядочные связи, вот что послужило причиной их смерти.

– Ух, по его логике половина человечества достойны смерти по этой причине, но что за несправедливость… Мужчины ведь похлеще нас будут. – Эмили почувствовала какое-то напряжение. – Ой, вот только не надо строить из себя святых, каждый из вас за свои годы думал об измене. – Женщина бросила взгляд на Кроуфорда.

– Я всегда любил только свою жену.

– Изменять можно и без любви, это чисто физиологическая потребность. – Женщина пожала плечами. – Ну, мы сейчас не об этом. Я веду к тому, что убивать из-за такой причины недостаточно, тут что-то посерьезней будет. У нашего убийцы явные психические расстройства и откровенная ненависть к женскому полу, возможно, он импотент, опять же из-за женщины, все это и послужило причиной того, что мы видим.

– И что должна была сделать женщина, чтобы сделать его таким?

– Джек, тебе все варианты перечислить или самые «сладкие»?

– Это вполне логично, - вклинился в диалог Уилл, - я не совсем согласен с его ненавистью к женщинам… Но то, что наш убийца импотент вполне возможно, это бы объяснило то, что у него не было с жертвами сексуального контакта. Однако…

– Однако? – Джек случайно перебил Грэма. Ему никогда не нравилось это «однако» или «но», за ними всегда следовали весьма неприятные факты или предположения, которые меняли всю картину следствия.

– Он не один.

– Что? – Опасения Джека были не напрасны. – То есть их еще и двое?

– Ну… Когда я смотрел, я почувствовал кого-то, кто… - Уилл резко замолчал и бросил взгляд на Эмили, женщина чуть нахмурилась. – Было чувство, что я все это сделал для чьего-то одобрения.

–То есть, убийцу заставили?

– Нет, тот второй лишь наблюдатель, а все это что-то вроде… - Уилл замолчал, пытаясь подобрать слова.

– Зачетная работа… - Произнесла Эмили, после ее слов повисло молчание.

– О чем ты? – Раздраженно спросил Джек, вся эта ситуация ему совершенно не нравилась.

– Наш убийца, чей-то «ученик». – Разъяснилась Эмили. – Сначала он действовал по указке, возможно даже жертв они выбирали вместе. Те, трое, что мы нашли пару дней назад… Они были свалены в кучу, смешаны с грязью. Это значит, что месяц назад его не волновало, как их найдут. Здесь же все иначе. Он спрятал их тела и оставил на виду лишь лицо с открытыми глазами. – Эмили сделала интонационный акцент на последних словах. – Глаза – зеркало души, в них мы должны были увидеть ее очищенную душу. Неизвестный принес в его резню особый, даже философский смысл, он дал ему новую жизнь… И эти шесть тел, как контрольная работа.

– Из твоих уст это звучит пугающе. – Буркнул Кроуфорд, на что женщина недовольно цокнула языком.

– Судя, по почве вокруг, - присоединилась к беседе Катц, - закопал он всех шестерых в одно и то же время, но убивал примерно с промежутком в три дня.

– Видимо, у него есть место, где он их держит. – Сделал вывод Джек.

– А это значит, - Эмили посмотрела на трупы, а потом перевела взгляд на Кроуфорда, - перед тем как убить он над ними издевается.

– С чего ты взяла?

– Очищение, прощение, как и смерть… Надо заслужить.

Браун не дожидаясь какой-то ответной реакции от слушателей, поспешила оставить их. Это дело оставляло на ее душе неприятный осадок. Все это заставляло ее мысленно возвращаться в прошлое.

Эмили подошла к машинам, около которых она могла остаться незаметной для прессы, ее работа здесь была закончена, осталось только дождаться указаний Джека и отправиться обратно за решетку. Эмили сняла кепку, и ее тяжелые рыжие волосы упали на плечи, она потерла шею, которая неожиданно заболела. Шумные репортеры немного приутихли, но расходиться не собирались, они все еще надеялись урвать какой-нибудь интересный кусочек новости. Желтая пресса всегда любила истории про серийные убийства. Особенно, когда в них убийца-страж порядка, который пытается скрыть свою истинную личину под маской правосудия. Посмотрев на них, она вспомнила, как шесть лет назад на главных страницах всех газет было ее лицо и имя, рядом с надписью «Безжалостная убийца пятерых невиновных мужчин». Эмили лишь улыбнулась своим мыслям.

– И что тебя рассмешило?

Женщина слишком погрузилась в воспоминания, и не заметила, когда к ней подошел Грэм. От неожиданности она вздрогнула, а ее руки автоматически сжались в кулаки. Уилл чуть отклонился назад, опасаясь непредвиденного нападения.

– Нельзя ко мне подкрадываться, я же псих, не забывай. – Расслабляясь, буркнула женщина.

– Ну, если тебя это успокоит, я тоже далеко не нормальный. – На мгновение повисло молчание, а после Эмили кротко улыбнулась. – С твоими усилиями…

– Да-да, - перебила его женщина, - но я постараюсь с этим что-нибудь сделать. Но не стоит быть со мной любезным, лучше злись и ненавидь.

– Иначе тебе будет тяжело вновь уйти, я прав?

– Мистер Грэм, - женщина лукаво улыбнулась, - вы пытаетесь анализировать меня?

– Думаю, я имею право, ведь ты это делала каждый день на протяжении двух лет.

– Год и десять месяцев. – Уточнила женщина. – Но ты позволял мне это.

– Только тебе.

Его слова заставили ее сердце на мгновение остановиться. Она взглянула на Уилла, с каплей боли в глазах, а он лишь улыбнулся ей. Зачем? Что-то внутри нее оборвалось, и она, не отдавая себе отчета, сделал шаг ему на встречу и крепко обняла.  Она сильнее прижалась к нему, словно это были последние объятия в ее жизни. Однако Уилл взяв ее за плечи, отстранил от себя. Заглянув в его глаза, она увидела сожаление.

– Правильно, - отступив на пару шагов, произнесла Эмили, - вот так оно и должно быть. Не забывай этого.

Глава 8

– Тик-так, тик-так. – Устало проговорила рыжая женщина, и откинулась на спинку кресла. – Долго мы еще будет так сидеть? Рабочее время уже закончилось.

– Оно закончится, когда я скажу. – Буркнул агент ФБР.

Эмили капризничала, словно маленький ребенок, вот уже последние полчаса. После осмотра места преступления, Джек не отпустил ни ее, ни Уилла, его решение о продолжении их рабочего дня был спонтанным и необратимым. Поначалу женщина даже обрадовалась такому повороту событий, так как почувствовала свою надобность в этом маленьком обществе, однако все быстро сменилось на противоположные чувства. По возвращению в офис, Джек усадил их напротив себя, и стал спрашивать подробности о преступнике. Если Уилл и мог сказать что-то новое, то женщина нет, поэтому ей быстро все наскучило, но всем своим видом она показывала озабоченность сложившейся ситуацией. Но после двух часов бессмысленных, по ее мнению, разговоров душевное спокойствие и самоконтроль стал медленно покидать ее, давая волю капризам и раздражению.

– Какой смысл сидеть по пятнадцать минут в молчании, а потом вновь повторять те факты, что мы имеем, не делая из этого никаких выводов? – Раздраженно проговорила женщина. – Просто посидеть в тишине я и в своей «уютной» камере могу.

– Мисс Браун, вы не отрабатываете своего содержания. – Начал Кроуфорд, который устал не меньше других. – Вместо того чтобы быть в моем кабинете просто сборником пыли, могла бы и подумать над тем, как нам поймать этого психопата.

– Вообще-то, я уже предложила вариант с…

– Нет! Никакой приманки.  – Перебил Джек.

– Но это идеальный способ…

– Это опасно. – Мужчина тяжело вздохнул, и потер лоб, словно это может снять головную боль. – Рискованно…

– В нашем деле без риска нет дороги.

– Я согласен с Джеком, - отозвался Грэм, - мы должны  придумать другой способ.

– Уилл, мы знаем слишком мало, для его поимки. Или вы ждете еще одной находки с неизвестным количеством трупов? – В кабинете повисло молчание. – Ладно, повторим… Что мы имеем? Он не руководствуется внешними признаками при выборе жертвы, но ему не все равно кого убивать. Это может быть женщина от 20 и до 40 лет, с любым цветом кожи, волос, глаз, но она обязательно должна быть вызывающе одета и поведение должно соответствовать внешнему виду. Так же мы знаем, что все они любительницы баров. Так что давайте найдем нужный нам бар, возьмем девушку, и будем ловить на живца. – Браун переводила взгляд с Грэма на Кроуфорда в надежде на их одобрительную реакцию.

– Нет, этот план не годится. – Вновь отказался Джек. – Ты права, мы слишком мало знаем, надо искать новые зацепки, к тому же «приманку» не так просто найти.

– Зачем искать? У вас же есть я. – Женщина улыбнулась, а после наивно смотрела на хмурых и немного обеспокоенных мужчин.

– Нет, это немыслимо! – Джек вскочил с кресла и стал метаться от одного угла кабинета к другому. Что заставляло его так нервничать и негодовать, Эмили искренне не понимала. – Признайся, ты послана на эту землю, чтобы убить меня, да? – Мужчина тяжело вздохнул и уложил руку на грудь в область сердца, чуть поморщился. – Нет, я точно умру по ее вине.

– Прости Джек, но думаю твоя смерть – это моя не первостепенная задача, так что пока можешь расслабиться.

– Ты ненормальная! – вспылив, воскликнул агент и поспешно вышел из кабинета.

Эмили лишь удивленно приподняла брови, такие срывы были не естественны Джеку. Что же это могло значить… Можно ли было списать такое поведение на усталость, или все же воспринимать как свою заслугу? Женщина ненадолго задумалась над этим, но уже через минуту она встала со своего места, потянула руки в стороны, чтобы размять плечевой пояс.

– И чего он так взъелся?

– Ты,  в самом деле, хочешь пойти на это? – Уилл поднялся следом за женщиной.

– Быть приманкой? – Эмили улыбнулась и утвердительно кивнула головой. – Лучше я, чем кто-то другой. Ведь мне терять нечего.

– Не говори подобного. – Грэм схватил ее за плечи и бросил на нее хмурый взгляд. – Больше такого не говори, никогда.

– Я и забыла, - Эмили убрала его руки, чуть придвинулась к нему, - каким милым ты можешь быть. – Женщина вновь стала приближаться. Уилл замер, он знал, что сейчас она собирается сделать - поцеловать его, но что-то внутри него начало сжиматься от тревоги. Это чувство могло заставить пресечь ее действие, однако она опередила его. Эмили быстро поцеловала его в щеку и отстранилась. – Прости мне эту секундную слабость, Уилл, такого больше не повториться. Спишем этот поступок на мое психически нестабильное состояние и усталость.  До встречи.

Как только Эмили покинула кабинет Джека Кроуфорда, ее встретил охранник, что стоял все время за дверью, в ожидании окончания ее рабочего дня, чтобы сопроводить обратно в камеру. Уилл остался один в тишине и с чувством тоски на сердце, он устало вздохнул, затем взял куртку и поспешил покинуть это учреждение.

– Я ведь тоже далеко не нормальный… - Пробубнил он себе под нос.***

Уилл сидел в небольшой приемной, где не было ни секретаря, ни других посетителей. Он послушно ждал времени, когда откроется дверь, и он сможет пройти в уже досконально изученный кабинет. Ганнибал наверняка удивится его внезапному визиту. Уилл и сам  до конца не понимал, что заставило его прийти сюда в не свое время приема. Он вновь запутался в своих мыслях и чувствах, сейчас ему нужен был тот, кто выслушает его, и этим единственным человеком был доктор Лектер. С ним Уилл был знаком не так давно, но и этого времени хватило, чтобы начать доверять ему.

Спустя двадцать минут, послышался замочный щелчок, и дверь кабинета распахнулась, Грэм тут же поднялся с кресла и обратил свой измученный взгляд на Ганнибала. Как Уилл и предполагал, сегодня его здесь не ожидали. Лектор несколько секунд молча смотрел на своего пациента, а после без лишних слов отодвинулся в сторону, давая возможность Уиллу пройти в кабинет.

– Неожиданный визит, - проговорил Лектер, закрывая дверь, - сегодня что-то случилось?

– Много чего… - Устало ответил мужчина и, уложив куртку на спинку низкого кресла, сел, позволив себе немного расслабиться.  Ненадолго в помещение повисло молчание.

– Предположу, что речь пойдет о Эмили. – Начал Ганнибал, садясь напротив Грэма. При произнесении этого имени Уилл чуть нахмурился и подозрительно посмотрел на психиатра. – Я прав? – Уилл ничего не сказал, но тому ответ и не требовался, он прекрасно знал, что большую часть мыслей Грэма занимает именно эта женщина. – В последнее время мы только о ней и говорим…

– Мы можем и не делать этого.

– Нет, это скорее необходимость, чем мое желание.

– Я настолько надоел вам со своими рассказами? – Угрюмо проговорил Уилл.

– Дело не в твоих рассказах, - Ганнибал сделал небольшую паузу, - я бы предпочел разговаривать с ней лично.

– Разве не вы значитесь ее психиатром? Сеансы с Эмс должны быть впечатляющими.

– Да, однако после того совместного посещения, я ее больше не видел в стенах этого кабинета. – Немного разочарования послышалось в голосе Ганнибала.

– Вот как…  - Уилл кротко улыбнулся. – Не расстраивайтесь сильно, - чуть лукаво произнес он, - она лишь намерена завладеть вашим вниманием.

– Я не совсем понимаю…

– Вы заинтересовали ее больше, чем я предполагал. – Грэм ненадолго задумался. – Она всегда так поступала…  Игнорируя сеансы, Эмили пробуждает ваш интерес к себе. Пусть вы виделись всего несколько раз, но за столь короткий срок она, должно быть, успела выкинуть какой-нибудь фокус, что бы привлечь ваше внимание.

– Да, - Ганнибал чуть улыбнулся, вспоминая сцену устроенную Эмили на их первом сеансе, - у нее достаточно специфический метод оставлять о себе приятное впечатление.

– Когда я с ней познакомился, - Уилл тяжело вздохнул, - мне захотелось убежать на край света, лишь бы не видеть ее. Она была слишком прямолинейной и резкой, такое было трудно вынести.

– И все же, вскоре, между вами возникли глубокие теплые чувства.

– В определенный момент я понял, что нуждаюсь в ней.


Несколько лет назад.

Это был обычный рабочий день Уилла в стенах большой аудитории, где он читал лекцию по психоанализу. Ему нравилось преподавать, студенты академии всегда аплодировали ему, иногда подходили с вопросами, но это нравилось ему чуточку меньше. Общение не было его козырем. Во время лекций, он гасил свет, включал проектор, и начинал высказывать свои мысли вслух, часто забывая про то, что он не один. Отчитав лекцию, Уилл всегда стремился избежать лишнего общения со студентами, поэтому он частенько выходил раньше их, или всем своим видом показывал отрешенность, так студенты сами теряли желание что-то спрашивать.


Сегодня лекции велись до позднего вечера, поэтому Уилл устал больше чем обычно. В его горле пересохло и ему захотелось пить. Студенты, выходя, благодарили его, на что Уилл лишь скромно и неохотно улыбался. Когда все ушли, он упал в кресло, снял очки, потер переносицу, и позволил себе расслабиться. Стоило ему прикрыть глаза, как сон в тот же миг начал брать над ним вверх. Уиллу пришлось приложить усилия, чтобы не отключится прямо на рабочем месте. Неизвестно сколько он так просидел, но послышавшиеся шаги из глубины темной аудитории заставили его вздрогнуть, вскочить с кресла и насторожиться. Уилл прищурился, чтобы попытаться разглядеть неожиданного гостя, однако он видел лишь смазанный силуэт.


– Я вас напугала? – Прозвучал бодрый женский голос.


– Ах, мисс Браун… - Уилл быстро одел очки и вновь сел на место.


Усталость навалилась на него с новой силой. Эта женщина, Эмили Браун, была психиатром – консультантом ФБР. Они познакомились пару дней назад в допросной комнате, когда Уилл перепутал двери и зашел не туда,  Эмили в тот момент разговаривала с главным подозреваемым. После,  их друг другу представил Кроуфорд. Уилл не знал, предупреждал ли  ее  Джек  о том, что он не любит, когда в нем начинают копаться, но даже если женщина и была предупреждена, она наверняка пропустила это мимо ушей. За пару дней их знакомства Уилл успел невзлюбить эту настырную особу, которая упорно не хотела прекращать свой психоанализ его личности.


– И давно вы здесь? – Решил поинтересоваться Уилл.


– С начала лекции, - улыбнувшись, ответила женщина, - у вас интересный метод чтения предмета. Было очень познавательно.


– Вы меня преследуете?


– Возможно… Самую малость. – Подойдя к столу, Эмили поставила перед Уиллом бутылку с водой. Уилл подозрительно взглянул на женщину. – Это просто вода, мистер Грэм.


– Спасибо. – После нескольких секунд раздумий произнес мужчина и, взяв бутылку, сделал несколько глотков.


– Ваша паранойя  ни к чему хорошему не приведет.


– Думал, что я  ясно дал понять…  Не надо меня анализировать! – Уилл недовольно посмотрел на женщину, которая никак не отреагировала на его раздражение. – Зачем вы пришли?


– Скажу прямо, вы мне нравитесь… - Мужчина нахмурился, в его глазах читалась настороженность, Эмили лишь шире улыбнулась ему в ответ. – Не только как хороший материал для исследования, но и как человек.


– Радует... вы помните, что я человек. – Уилл отвел взгляд, когда женщина чуть наклонилась и попыталась заглянуть ему в глаза.


– Вы не сторонник зрительного контакта.


– Глаза сильно отвлекают.


– Вот как… - Эмили выпрямилась, скрестила руки на груди и задумалась.


– То видишь слишком много, то слишком мало. – Продолжил Уилл. – Трудно сосредоточится. Когда это возможно, я пытаюсь отвести взгляд.


Как только Грэм закончил краткое разъяснение причины, он бросил взгляд на женщину, которая, как он понял, даже и не слушала его, она была слишком занята своими мыслями. Было в ней что-то странное, что-то необычное, не свойственное людям ее профессии. Порой она была не тактичной, настойчивой и чрезмерно прямолинейной, это раздражало, выводило из себя, но вместе с тем внутри, при общении с ней, что-то менялось.


Уилл задумался, смотря на нее, но вернуться в реальность его заставила сама Эмили, которая резко ударила ладонями по столу и наклонилась к нему, заглядывая в его серо-голубые глаза. Вздрогнув, он откинулся на спинку кресла. Их зрительный контакт длился полминуты, по какой-то причине, Уилл послушно смотрел ей в глаза, словно под гипнозом, и не мог отвести взгляда, пока Браун сама не отстранилась от него.


– Видите, - начала женщина, - это не так страшно. – Эмили взяла свою папку и пиджак, который ранее она уложила на край стола, собираясь уходить.  – Глаза, мистер Грэм, очень важная составляющая человека, игнорировать которую нельзя. Хотя бы изредка смотри… Глаза помогут вам определить кто друг, а кто враг.


– Я так и не смог научится смотреть людям в глаза. – Разочарованно произнес Уилл.

– После этого момента, ты изменил свое отношение к ней?

– Да. – Грэм ненадолго задумался. – Если я не ошибаюсь в нашу первую встречу, вы тоже заметили, что я не фанат зрительного контакта. Вспоминая, я все больше убеждаюсь в том, что у вас с Эмили много общего.

– Возможно, что-то и есть. – Подтвердил Ганнибал. – Только я тебя не предавал.

Повисло молчание. Лектер заметил, что при каждом упоминание этого малоприятного факта, Уилл всегда менялся в лице. Ему должно быть больно, это было бы естественно, однако вместо боли на его лице была тень сожаления.

– Но можешь не переживать по этому поводу, как твой психиатр и друг, я всегда буду на твоей стороне. – Продолжил Лектер, в ответ Уилл лишь вяло улыбнулся.

– Она никогда не желала мне зла…

– И все же она пыталась убить тебя.

– Нет, - резко возразил Уилл, - она сделала это специально. Ей не нужна была моя смерть.

– По ее словам…

– Слова – это ничто. – Перебил он Ганнибала. – В тот день мне все было понятно и без слов. Ей было больнее, чем мне, я видел это в ее глазах. Она решила отказаться от всего, даже решила расстаться с жизнью. И ей бы это удалось, если бы я не вмешался. Пусть Эмили этого никогда не признает, но она жаждала спасения в тот день, поэтому она ждала меня.

– Так что же побудило ее взять нож и вонзить его в твой живот?

– Она не хотела, чтобы я следовал за ней, не хотела, чтобы я узнал ее секрет о том, что убивала она ради мести.

– Так ты понял…

– Я понял это  в тот момент, когда пришел к ней. Но я до сих пор не знаю, что они сделали.

В комнате в очередной раз повисло молчание. Ганнибал наблюдал за измотанным от собственных мыслей  Уиллом, которого, на данный момент, мало что волновало. За эти несколько дней он изменился, стал более нервным и более отстранённым от него. Уилл был больше похож на одержимого, чем на простого больного. Это не нравилось ему. В их маленький мир ворвался призрак прошлого, который тянет Уилла назад. Даже сейчас, находясь наедине с ним, он чувствовал присутствие Эмили.  Словно тень, она стояла за его  спиной. Внутри него зародилось некое чувство, которое было для него чуть ли не в новинку. Соперничество. Только сейчас он осознал, что Эмили – его соперник, некая угроза, и огромная преграда между ним и Грэмом. Пока есть она, ему нет места рядом с Уиллом, ни как психиатру, ни как другу, Эмили не позволит этого, до тех пор, пока она не удостоверится в нем, как в надежном и безопасном человеке.

У Ганнибала не было сомнений в том, что Уилл испытывает некие чувства к мисс Браун, но он не мог назвать их любовью, скорее привязанность к прошлому, с отголосками сожаления. Этот факт может сыграть ему на руку. Так Уилла будет проще заставить отказаться от этой женщины. И если это случится, то Эмили не сможет встать между ними, так как  вечно верить и прощать он ее  не будет.

– Ты должен отпустить Эмили. – Произнес Ганнибал.

– Нет. – Вновь резко возразил Уилл. – Я от нее не откажусь, я не могу.

– И все же, Уилл, я призываю тебя задуматься над этим вопросом. Или боюсь в следующий раз, ты действительно умрешь от ее рук…

– Возможно сейчас она в большей опасности, чем я.

– Что тебя беспокоит? Ее охраняют 24 часа в сутки.  – Устало произнес Ганнибал.

– Ну, помимо того, что Эмили решила стать приманкой для серийного убийцы, есть кое- что еще… - Уилл замолчал и бросил кроткий взгляд на Ганнибала, который продолжал сидеть с невозмутимым лицом и ждал продолжения его слов. – Сегодня, когда я был на месте преступления и смотрел… Я увидел что-то не относящиеся к убийству. – Уилл вновь замолчал.

– И что ты увидел? -  С каплей заинтересованности в голосе спросил Лектер.

– Я увидел Эмили, с ранением в живот и силуэт, который затянул ее во тьму.

– Это был мужской силуэт?

– Скорей да, чем нет.

– И по этой причине, ты решил, что Эмили грозит некая опасность? – Уилл ничего не ответил, он замялся и отвел глаза. – То что ты видел… Есть ничто иное, как отображение твоих чувств. Ты можешь не показывать окружающим обиды, что затаилась в глубине тебя на Эмили, но она есть. Вспомнив те неприятные чувства от ее предательства, твое подсознание отобразило их в таком виде.

– То есть, вы хотите сказать, что тем силуэтом был я?

– Именно.

– Нет, это не возможно. – Начал отрицать Уилл.

– Отрицание, хороший метод для лечения многих болезней, но не в твоем случае, Уилл. – Ганнибал поднялся с кресла. – Знаешь, почему я согласился с ее освобождением? Не потому что считаю ее «таблеткой» для тебя, которая вмиг исправит все те сломанные механизмы в твоей голове. А лишь затем, чтобы ты смог оставить ее в прошлом.

– А я думал, что вы заинтересовались ей, как специалист… - Угрюмо произнес Уилл.

– Я пытаюсь получить максимум выгоды и удовольствия от сложившейся ситуации. – Чуть улыбнувшись ответил Ганнибал.

– И все же, я не согласен…

– Думаю, на сегодня достаточно. – Строго произнес психиатр. – У тебя был сегодня тяжелый день, тебе стоит хорошенько отдохнуть и выспаться.

– Если получится… - Раздосадовано произнес Грэм, вставая с кресла, и забирая свои вещи. – Спасибо, что уделили мне время, доктор Лектер.

– Помни, я всегда готов выслушать тебя.

Уилл кивнул головой и покинул кабинет. Лектер облегченно вздохнул,  он подошел к своему столу, на краю которого лежал журнал с записями приемов. Ганнибал открыл его, взглянул на часы и окончательно убедился в том, что на сегодня его работа закончена. После он перевернул страницу, где находилось расписание на завтрашний день. Он провел пальцем по своим записям и остановился на пометке: «14.00 – Эмили Браун».

– Надо что-то решать…

Глава 9

«В каком безвыходном положение должны были оказаться агенты ФБР, чтобы просить помощи у серийных убийц и психопатов? Что это? Действительно беспомощность или халатность?


Все мы уже знаем, что начальник поведенческого отдела ФБР  пользуется услугами  одного безумца, чтобы поймать другого. Но видимо,  лишь сил Уилла Грэма не достаточно, поэтому ФБР призвали на помощь еще одну персону, более опасную. Печально известный психиатр-консультант по имени Эмили Браун, жестоко убившая нескольких мужчин, теперь вновь работает вместе с мистером Грэмом, который считается единственной выжившей жертвой мисс Браун.


Стало известно, что Эмили работает на особых условиях. Хотя она до сих пор считается опасной неуравновешенной личностью, все же ей разрешено покидать стены своей камеры. После всего остается лишь гадать, когда начнется новая волна убийств от рук этой женщины. Может ее первой жертвой станет выживший Уилл Грэм?»

Ганнибал отложил планшет, на котором прочитал свежие новости от свободного корреспондента по имени Фредди Лаундс. Данная особа частенько писала про Уилла, называя его психом и угрозой для общества. Эта женщина была слишком упертой и слишком бесстрашной. По мнению Ганнибала, существуют пределы, за которые не стоит переступать, вещи, которых лучше не касаться, но Фредди, видимо, это никогда не интересовало. Она была готова на все лишь бы  получить свою сенсацию.  Ему не нравился такой тип людей, они были слишком назойливы и лишь мешались под ногами, и договориться с такими особями было практически невозможно.

Лектер посмотрел на часы, которые показывали половину третьего, он тяжело вздохнул и потянулся за своим журналом с записями. Как и ожидалось, Эмили Браун вновь не явилась на сеанс. Вчера вечером, он звонил Джеку Кроуфорду и доложил о сложившейся ситуации. Джек был взбешён, за те несколько минут их разговора Ганнибал многое услышал о Эмили. Глава поведенческого отдела ФБР обещал с этой проблемой разобраться, однако Ганнибал настоял на том, чтобы  лично найти решение этой проблемы, так как его вмешательство, по мнению психиатра, только  усугубит положение. Джек не спешил соглашаться, но доктор Лектер убедил мужчину в том, что все пройдет как надо, и что тот сам сможет убедиться в этом сегодня вечером.

Как гласит народная мудрость: «Если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе». Спустя сорок минут, Ганнибал был на пороге учреждения, где содержали Эмили. Пока его осматривала охрана на наличие запрещенных предметов, он представлял себе удивленное и недовольное выражение лица женщины, что по наивности надеялась скрыться от него в этом учреждение. Его план был прост и коварен, исполнить который оказалось не так уж и легко. Трудности начались еще с Кроуфорда. Хоть тот и доверял Ганнибалу, в вопросе касательно данной дамочки Джек был особенно насторожен и боязлив. Психиатру пришлось приложить много усилий, чтобы убедить Джека в безопасности его замысла. А теперь ему предстояло заманить женщину, которая не доверяет ему так, как никто на этом белом свете.

Он следовал по пустынным коридорам за работником больницы, который любезно согласился сопроводить его, а точнее этот человек был тем, кто навязался в попутчики. На вид ему было лет сорок, он был высок и достаточно крепок, чрезмерно приветлив и назойлив, в общем, обычным человеком. Но что-то в нем Ганнибала настораживало. Пока они шли, он рассказал, что недавно Эмили перевели в другую камеру, где ей совсем не нравится, поэтому она уже который день находится в плохом настроении. Мужчина не переставал говорить, но Ганнибалу это не мешало, он лишь следовал за ним, периодически обращая на попутчика свое внимание, чтобы тот не заподозрил, что его совсем не слушают. Когда они остановились около нужной двери, Ганнибал с облегчением выдохнул.

– Эмили, - начал сотрудник, открыв дверь и пройдя в маленькую камеру, - я принес тебе журналы и газеты, что ты просила.

Женщина стояла  спиной к входу, у стены, на которой были развешаны какие-то фотографии, вырезки из газет, журналов и личных записей. Когда дверь открылась, она даже не шелохнулась, осталась такой же неподвижной, словно ничего не заметив.

– Спасибо, Джеймс… - Неохотно ответила Браун. – Когда приедет доктор Мёрсен?

– Как грубо с вашей стороны, - начал Ганнибал, проходя в камеру, - наблюдаться у другого врача, не поставив меня в известность.

В комнате повисло молчание. Эмили словно окаменела, и никак не реагировала на происходящее вокруг. Ганнибал стоял с безразличием на лице, но внутри него неожиданно что-то переключилось. Он посмотрел на Джеймса весьма не дружелюбными глазами, и тот понял, что ему стоит удалиться. Как только работник больницы оставил их наедине, Лектер подошел поближе к пациентке, встал рядом и начал рассматривать фотографии на стене.

– Пытаетесь понять убийцу глядя на его жертв? – Проговорил Ганнибал, на что Эмили лишь чуть нахмурила брови. – От того, что вы меня игнорируете, я никуда не денусь.

– Что ж… - Женщина опечалено вздохнула и пожала плечами. – Попытаться стоило.

Эмили развернулась, подошла к столу, на котором лежали свежие газеты, взяла одну из них, быстро пробежалась глазами по каждой странице, после, отложив газету, принялась осматривать другую. Ганнибал продолжал наблюдать за ней, женщина усиленно продолжала что-то искать в этих напечатанных статьях, но судя по ее морщинке на лбу, все это было впустую.

– Вы так и будете там стоять? – Поинтересовалась Браун. – Или все же скажете, что привело вас в мою скромную обитель?

– Я приехал за вами, так как сами вы со мной видеться видимо не желаете.

– Просто у меня нет времени на ваши сеансы, уж извините.

Женщина устало вздохнула и, обойдя Ганнибала, вновь вернулась к стене. Он обернулся, сегодня она и впрямь выглядела измотанной, ее напряженные чуть сутулые плечи, небольшие круги под глазами говори о том, что Эмили всю ночь и половину дня провела на ногах, разглядывая фотографии жестоко убитых женщин. На мгновение, Лектер был готов поверить ее словам, но все же теория о ее неприязни к нему, быстро пресекла его сомнения.

– Как насчет ужина?

– Не рановато? – Браун подняла брови и удивленно на него посмотрела.

–Его для начала надо приготовить.

– Вы еще и готовите? – она усмехнулась. – А есть то, чего вы не умеете?

– Проигрывать.

Эмили замолчала, его самоуверенность раздражала ее каждый раз. Она ненавидела людей, которые считали себя лучше других, и еще больше она ненавидела тех, кто неосознанно превозносил себя на вершину. Каждый раз, когда она его видела, ей хотелось сорвать с него костюм, надеть обычную «человеческую» одежду, взъерошить его прилизанные волосы, чтобы он хоть немного стал похож на простого человека, а не на короля в наглаженных одеждах.

– Так что вы решили? – Прервал молчание Ганнибал. – Поужинаем?

– Это вызов? – Скрестив руки на груди, и встав перед мужчиной, гордо задрав нос, поинтересовалась она.

– Если вам будет угодно…

– А Джек позволил?

– Об этом не беспокойтесь, он и Уилл к нам присоединятся…

– Отлично, значит, сегодня никто не умрет. – Эмили улыбнулась, обошла психиатра, подошла к двери, постучала по ней, и ее тут же открыл Джейсон. – Что ж мне нужно время, чтобы собраться.

Ганнибал вышел из камеры, а после последовал к проходной, где ему пришлось заполнить несколько бумаг, без которых Эмили бы не выпустили за двери данного учреждения. По правилам, Браун должны были сопровождать двое охранников – надзирателей, однако благодаря умению убеждать Ганнибал уговорил Кроуфорда отправить эскорт обратно, как только они доставят Эмили на место, а точнее к нему домой. Разделавшись с бумагами, он вышел из здания и отправился на парковку к своей машине.

Спустя полтора часа Эмили Браун стояла на пороге дома доктора Ганнибала Лектера и с нетерпением ждала проникновение в его частное пространство, дабы больше узнать про этого весьма странного и скрытного человека. Ганнибал слишком быстро открыл дверь, будто бы он стоял все это время за дверью и ждал, когда они приедут. Вновь поприветствовав друг друга, Эмили и ее спутник перешагнули порог его дома. С нее сняли наручники, что-то подкрутили на отслеживающем браслете, и после она словно вольная птица могла быть везде, но не за пределами этого дома.

– Пройдем на кухню. – Проговорил Ганнибал и, пустив женщину вперед себя, повел по своему дому.

– Очень мило, но немного мрачновато. – Высказалась Эмили, пройдя гостиную и столовую, которая была выполнена в одном тоне, в одном цвете. Конечно, стоило отметить то, что все было сделано с особым изысканным аристократическим вкусом. - Разве от этой темноты не устаешь?

– Нисколько.

Они прошли на кухню. Увидев ее, Эмили  была немного ошарашена. Кухня Ганнибала – это было стерильное место, где до блеска были начищены шкафы, столы, различные приборы. Было сразу видно, что для мужчины это было особенное место, где он проводил много времени. И именно это так поразило ее. Разве это нормально? Нет, это вполне приемлемый факт для любого, но не для Эмили. Хотя сочетание мужчина и кухня никак не укладывались в ее голове, она была убеждена что Ганнибал готовит на отлично, так как иначе быть просто не могло у человека который умеет… все?

– Что же будет на ужин? – Поинтересовалась Эмили, в ее глазах виднелся блеск любопытства и предвкушения, заметив это, Ганнибал слегка улыбнулся.

– А чего бы вы хотели?

– Ну… - Женщина задумалась, в голове сразу возникли прекрасные и аппетитные образы еды, красиво уложенные на тарелках, но не одного названия. – Прошу, удивите меня.

– Не сомневайтесь в этом.

Ганнибал начал доставать все необходимые ингредиенты, пока Эмили внимательно наблюдала за каждым его движением, она походила на ребенка, которому раскрывали какой-то необычайный секрет. Это забавляло его, и ему действительно захотелось поразить ее до глубины души, получить ее оценку. Этот задуманный ужин – не все сюрпризы на сегодня, было кое-что еще, что он приготовил для нее. Нечто, что обязательно не понравится Эмили.

Она стояла рядом и внимательно наблюдала, как Ганнибал виртуозно обращается с ножом, разрезая большие куски мяса. Его движения были быстры, аккуратны с каплей грациозности и чувственности. «Он даже готовит идеально, разве такое возможно?» - подумала Браун. В этом было что-то сексуальное. Эмили неосознанно облизнула губы и тяжело вздохнула.

– Боюсь вам, придётся подождать несколько часов, чтобы попробовать. – Воодушевленно проговорил Лектер. Женщина лишь смущенно отвела взгляд в сторону. – Вас что-то стесняет, мисс Браун?

– О нет, - быстро ответила она, закачав головой, - я просто задумалась.

– Вы умеете готовить?

– С вами мне не сравниться! – Воскликнула женщина.

– Желаете помочь? – Спросил Лектер, и  Эмили подняла не него удивленные глаза.

– Вы доверите мне нож?

– После того что случилось… Думаю не стоит этого делать, если конечно, вы не передумали меня убивать.

Эмили бросила взгляд на набор кухонных ножей, которые поблескивали, завлекая, предлагая взять один из них. После она перевела взгляд на психиатра, в глазах которого не было ни капли страха и сомнения. Он был уверен в своей безопасности. Это немного раздражало, ведь Эмили уже привыкла считать себя опасной, неконтролируемой личностью.

– Думаю, не стоит, доктор Лектер, - Эмс лукаво улыбнулась, - соблазн слишком велик.

– Тогда обойдемся без ножа. – Ганнибал обошел угол стола, подошел к холодильнику, достал оттуда зелень и овощи, уложил все в умывальник, затем развернулся и обратился к женщине. – Постарайтесь не убить меня этими овощами.

Эмили рассмеялась, а Ганнибал широко улыбнулся в ответ. Как он и предполагал, настоящая Эмили Браун – это простая уставшая от жизни и одиночества женщина, которая хочет выглядеть сильной и независимой, порой жестокой и хладнокровной, но, по сути, она та, кто нуждается в человеческой теплоте и понимании. Подготавливая мясо, он периодически бросал взгляд на женщину, которая очень старательно намывала порученные ей овощи, казалось, она хочет сделать их стерильными. Она аккуратно укладывала их в тарелку, перед этим встряхивая от воды, потом Эмили оставляла все на столе и принималась за новую порцию. Он с восхищением смотрел на ее горящие глаза. Привезти ее к себе домой, чтобы разбавить серость ее будней, пообщаться с ней в непринужденной обстановке и понаблюдать за ее поведением, оказалось хорошей затеей. Но Ганнибал понимал, что такое поведение мимолетно, и это его огорчало, они вполне бы могли поладить, если бы не ее невежество, за которым она пытается спрятать свое настоящие «Я».

– Я закончила… - Проговорила женщина, вытирая руки.

– Очень хорошо.

Ганнибал нарезал мясо тонкими кусочками, которые потом аккуратно  скручивал и укладывал в тарелку. Эмили чуть наклонилась, что бы лучше все разглядеть. «Нож должен быть невероятно острым, что бы так легко и тонко разрезать мясо», - подумала она, а затем посмотрела на свою ладонь. Задумавшись, она вспомнила то ощущение, когда острый нож скользит по плоти и отрезает кусок за куском. То чувство, когда лезвие вонзается в мягкую плоть, она никогда не забудет. Вслед за этим Эмили вспомнила жалобные мольбы своих жертв, их крики, их плач. По ее спине пробежали мурашки, некая тяжесть на сердце не давала дышать полной грудью, в голове зазвучали голоса, она закрыла глаза и сжала руку в кулак.

«– Зачем все это? Что я такого сделал? Прошу просто убей…   – То, что случилось тогда… Это полностью твоя вина!


– Она решила пожертвовать собой. На ее месте должна была быть ты…


– Все это бессмысленно… Это твой грех, не мой, сама за него и расплачивайся.


– Хочешь, чтобы я раскаялся? Иди к черту!»

Эмили вздрогнула, когда почувствовала, как на ее плечи легли чьи-то большие руки. Она распахнула испуганные глаза и, увидев Ганнибала, тут же отпрянула, отталкивая его. Он что-то сказал, но она не слышала, в ее ушах звенело. Лектер вновь приблизился, поднял руки и, как в чашу, взял ее голову, приподнял, чтобы заглянуть ей в глаза, в ее безумные мутные глаза. Эмили понадобилось полминуты, чтобы прийти в себя, когда это произошло, и она смогла сфокусироваться на лице перед собой, она сильнее напряглась и запаниковала, однако никак это не показала.

– У вас соус убегает. – Холодно произнесла женщина. Ганнибал моментально отпрянул от нее и глянул на плиту, на которой, естественно, все было в полном порядке, томатный соус мирно томился в небольшой кастрюльке, не намереваясь никуда сбегать.

– С вами все в порядке? – Вновь обращая свое внимание на Эмили, поинтересовался Ганнибал. Женщина удовлетворительно кивнула. – Вы слишком напряжены и нервозны, вам стоит расслабиться. – Мужчина подошел к плите, зажег еще одну конфорку и поставил на нее чайник.

– Что вы делаете?

– Собираюсь угостить вас хорошим чаем, он поможет вам снять напряжение.

Эмили до сих пор находилась в небольшой растерянности. Она уже давно не позволяла себе быть слабой, и тем более на глазах у кого-то. Сейчас, ей хотелось провалиться сквозь землю, поэтому не удивительно, что она напряжена, и тут, к слову, никакой супер чай не поможет.

– Это ни к чему. – Недовольно проговорила женщина.

– Эмили, - Ганнибал был настроен серьезно, - в вашем положении и снотворное перед сном  не помешало бы. – От услышанного Браун сильнее нахмурила брови и надула губы. – Вы не спите, из-за нового дела, вы постоянно беспокоитесь о Уилле, Джеке… - Эмили хотела возразить, как только услышала о своем беспокойстве о ком-то, но Ганнибал не позволил ей это и продолжил: - Вам постоянно приходиться скрывать свое настоящие «Я», свои намерения и тайны, это так же отнимает много сил, и я уже не говорю о сексуальном напряжении…

– Стоп-стоп! Сексуальное напряжение? Серьезно? – Лицо Эмили немного покраснело от злости.

– Вы стесняетесь об этом говорить? – Ганнибал не смог удержаться от возможности позлить эту вспыльчивую особу. – Я ваш психиатр, вам не стоит стесняться меня, все, что вы скажете, останется только между нами.

– Доктор Лектер, - злобно процедила сквозь зубы Браун, - не провоцируйте меня, а то мало ли что может случиться…

– Вновь нападете на меня с желанием убить?

– Ну… - Эмили хитро улыбнулась. – Нападу, обязательно нападу, но совершенно с другим желанием… - Женщина вновь нахмурилась, показывая свое недовольство данной темой разговора.

– И все же этот факт, может послужить причиной ряда психических заболеваний…

– Слушайте, - вновь перебила мужчину Эмили, - создается впечатление, что вы хотите помочь мне снять это напряжение. – В помещение повисло молчание, Ганнибал не спешил с ответом, тогда женщина на миг засомневалась в своих домыслах на его счет.

– Я не смешиваю работу с личной жизнью. – Наконец произнес Ганнибал.

– Правда? – Браун усмехнулась. –  Вы лишаете себя удовольствия…

– В отличие от доктора Мёрсена? – Ганнибал заметил тень удивления на ее лице. – Значит я прав? Удовлетворялись с его помощью или он  с вашей?

– Не могу сказать, что эти акты были сугубо обоюдные, и их вообще было не так много, как вы могли себе предположить. – Эмили пожала плечами. – Я женщина в полном расцвете сил, мне это было нужно. К тому же Мерсен оказался не так плох, в его-то годы… - Она бросила на Ганнибала кроткий взгляд, мужчина был моложе Мерсена всего на три года.

– Поэтому он должен был навестить вас сегодня?

Эмили молчала, ей не хотелось отвечать на этот вопрос ни «да», ни «нет», лишь из-за того, что бы Ганнибал сам голову поломал. На самом деле Гарри Мерсен был не таким плохим человеком, как о нем говорили. Да, он частенько прибегал к нестандартным методам лечения, которые далеко не были приятными для пациента. Однако к Эмили он всегда относился по-особому, словно к какой-то драгоценности. Это порой раздражало, но она никогда не жаловалась, так как ее существование было вполне сносным именно благодаря Мёрсену. За эти шесть лет он стал ее покровителем, ее другом и реальностью.

Тишину прервал чайник, свист которого больше походил на визг. Ганнибал снял его с плиты, затем он достал красивую чашку, а из ящика несколько металлических коробок с различными травами, которые он заварил в этой маленькой емкости. После Лектер поставил чай перед Эмили. Женщина недоверчиво посмотрела на него, а затем на сомнительный напиток, запах которого, признаться честно, был невероятно приятный.

– И все же я советую вам выпить это. - Начал Ганнибал. -  Станет легче, поверьте.

– Поверить… - Женщина ухмыльнулась, взяла чашку с чаем, поднесла ее ко рту, вдохнула манящий аромат, а после сделала пробный глоток. Как и ожидалось, чай был восхитителен. – Ум… Неплохой вкус. Что в нем? – Припозднившись, поинтересовалась она.

– Травы. – Коротко ответил мужчина.

Эмили вновь посмотрела на чай, ответ Ганнибала показался ей каким-то странным и скрытным. Травы ведь разные бывают. В этот момент, женщина и вовсе пожалела, что решилась попробовать данный отвар. Эмили поставила чашку и аккуратно отодвинула ее от себя, чтобы не пролить чай.

– И часто вы приводите домой своих пациентов? – Поинтересовалась Эмили.

– Вы с Уиллом первые.

– Мы особенные…

– Да, - чуть улыбнувшись, отозвался мужчина, - вы и в самом деле не обычные. К вам и подход нужен особый.

– Так значит, вы привезли меня сюда, чтобы найти на меня управу? – Женщина усмехнулась. – Я вас недооценивала. – Эмили ненадолго задумалась. – Интересно чтобы было, если бы мы встретились с вами при других обстоятельствах и в другое время…

– Думаю, мы нашли бы много общего.

– Вот как…

Эмили резко замолчала, ее горло стало немного щекотать. С каждым вдохом ей становилось все тяжелее дышать, она почувствовала, как ее уши и щеки начинают гореть, а по спине пробежались мурашки. А через несколько минут она почувствовала слабость в ногах и легкое головокружение. Женщина покачнулась и оперлась о стол, ее бросило в жар.

– Эмили? – Прозвучал спокойный гипнотизирующий голос Ганнибал, где-то совсем рядом. – Вам плохо?

Лектер положил руку ей на плечо и провел ладонью по спине. У Эмили перехватило дыхание, она чуть выгнулась в пояснице, когда он коснулся ее. Ганнибал вновь потянулся к ней и аккуратно взял за плечи, женщина тут же выкрутилась и, покачиваясь, отошла на несколько шагов назад. С каждой секундой ей становилось все хуже, перед глазами начало плыть, она схватилась за стол, чтобы не упасть.

– Видимо я перестарался. – Спокойно произнес Ганнибал, наблюдая за всей картиной.

Эмили прищурилась, чтобы сфокусировать свой взгляд на нем. На мгновение, она подумала, что умирает, но он бы этого не сделал, не сейчас и не так. Она бросила кроткий взгляд на стол, и увидела ту чашку с чаем.

– Снотворное? – Ослабшим голосом произнесла Браун.

– Не только…

Женщина вновь покачнулась, но как только Ганнибал попытался к ней приблизиться, она быстро шагнула назад, прилично увеличив между ними расстояние. Напряжение, нависшее над ними, было практически осязаемым, они оба смотрели друг на друга глаза в глаза. Эмили понимала, что она уже проиграла, ей не хватит сил с ним справиться, а через какое-то время она и вовсе отключится. Но Эмили не могла просто так легко и без боя сдаться ему. Собираясь с последними силами, она мысленно воссоздала кухню в ее мельчайших подробностях, а после стала проживать вновь несколько минут проведённых в этом помещении, ища что-то, что поможет ей хоть немного  заставить Ганнибала пожалеть о содеянном. Спустя несколько секунд Эмили поняла, что рядом с ней по левую руку лежит нож для удаления костей – это прибор с острым прямым лезвием для удаления косточек из птицы, мяса и рыбы. Он бы подошел для того, чтобы всадить его Ганнибалу хотя бы в живот, если, конечно, ей хватит сил.

Словно слыша ее мысли, Лектор перевел взгляд на тот самый нож. Ему хватило бы и секунды, чтобы схватить его, но Браун оказалась быстрее. Женщина, не теряя времени, тут же начала махать им, и Ганнибалу пришлось вновь отступить назад. Секундная передышка и вот она вновь нападает, но в этот раз уже не с мыслями об обороне, а с мыслью об убийстве. Словно загнанное в угол животное, она бросается на своего обидчика, не задумываясь о последствиях. Но она слишком слаба, если бы Эмили была чуть быстрее, если бы ее силы не забрал этот чай, она непременно бы смогла вонзить этот нож в его сердце. Ганнибал схватил ее руки, одним рывком он разворачивает ее и укладывает спиной на стол. Женщина глухо вскрикнула от боли в пояснице. Навалившись на нее всем телом, Лектер пресёк все попытки Эмили вырваться из его цепкой хватки. После он вырвал нож из ее ослабших пальцев и… Эмили замерла и замолчала.  Ее широко раскрытые стеклянные глаза смотрели сквозь него, страх парализовал ее, несколько секунд она даже не могла дышать. Нож, что был в ее руке, теперь блестит в нескольких миллиметрах от ее лица.

– Я ведь уже предупреждал, - начал Ганнибал, - что в следующий раз тебе это с рук не сойдет.

– Ха, - Эмили выдавила подобие улыбки, - я же просила не провоцировать меня, разве не так? – У Эмили вновь поплыло перед глазами. – Вы меня отравили?

– Нет, это не яд, это нечто приятнее… - Лектер коснулся пальцами ее ключицы и шеи, и Эмили тут же отреагировала, она чуть прогнулась в спине, ее руки тут же уперлись в его грудь. – Когда человек возбужден, он совершенно беззащитен.

– Значит, афродизиак? – Тяжело дыша, произнесла женщина.

– Именно.

– Зачем все это?

– Я должен быть уверен, что в дальнейшем вы будете хорошо себя вести. – Ганнибал расстегнул пару пуговиц на ее блузке.

– Ты об этом пожалеешь, - вцепившись мертвой хваткой в его воротник рубашки, прошипела женщина, - я все расскажу…

– Нет, не расскажешь, - перебил он ее, - ведь это для тебя так унизительно, к тому же… Кто тебе поверит? Даже Уилл не будет на твоей стороне, уж я об этом позабочусь.

– Чего ты добиваешься? – Теряя сознание, из последних сил спросила Эмили. – Какова твоя цель?

Браун закрыла глаза и перестала сопротивляться, ее тело обмякло. Ганнибал взял ее на руки и отнес  в свою спальню, где аккуратно уложил на кожаный диван. Затем мужчина потянулся к столу, на котором уже лежал заготовленный шприц с каким-то веществом. Он закатал один рукав ее блузки, открывая вену, для того чтобы ввести препарат. Когда тонкая иголка пронзила белую кожу, Эмили чуть нахмурила брови, приоткрыла рот, будто что-то хотела сказать, но уже через секунду на ее лице отразилось умиротворение и покой. Лектер чуть улыбнулся, когда заметил в уголке ее глаза меленькую слезинку, которая застыла на пышных ресницах. Она наверняка сильно испугалась, но не смерти, а скорее того, что он мог с ней сделать. Эмили оказалась сильнее, чем он предполагал. Но теперь это не имело значения.


***

Когда Уиллу позвонил Джек и сказал, что сегодня вечером их пригласили на ужин к доктору Лектеру, он охотно согласился. С Ганнибалом они знали друг друга не первый месяц, поэтому Уилл уже успел познакомиться с восхитительными умениями психиатра в области кулинарии. По мнению Уилла, для мужчины холостяка это было не плохое хобби.

Около пяти часов вечера за ним заехал Кроуфорд, вместе с ним была Алана. Женщина широко улыбнулась, поприветствовав Уилла, когда тот удобно уселся на переднем сидении небольшой иномарки. Они проехали половину пути, когда Джек решил раскрыть Грэму всю правду, а именно то, что на этом ужине помимо них будут присутствовать Фредди  Лаундс и Эмили. Грэм удивленно посмотрел на Джека. Он, конечно, недолюбливал Лаундс за то, что та всегда лезла, куда не следовало, за ее статьи, которые всегда выходили не вовремя и, как правило, приносили уйму проблем. Однако его больше беспокоила другая рыжеволосая женщина, которая ненавидела вольных репортеров как никто другой. Оставалось уповать на то, что Эмили не видела последнюю статью  Лаундс, иначе на спокойный ужин можно было не рассчитывать. Нахождение Фредди и Эмили в одном помещении, за одним столом… Это не укладывалась в голове. И как Ганнибал вообще додумался до такого?

Прибыв на место, Уилл поспешно вышел из машины и отправился к двери. Не успел он постучаться в дверь, как она открылась, и на встречу вышел Лектер. Несколько секунд они лишь смотрели друг на друга, по какой-то причине  Уилл оцепенел, не в силах произнести ни слова. Ганнибал отошел в сторону, поздоровавшись с Аланой и Джеком, приглашая их войти.

Грэм прошел, разделся, прошел в гостиную, где уже находилась Фредди Лаундс. Рыжая женщина встала и поприветствовала всех прибывших. Наверно лишь одна Алана не казалась враждебной к данной персоне. Уиллу даже не хотелось здороваться с ней, но приличие сегодня было на первом месте. Он осмотрел комнату, чуть прошелся по ней, заглядывая в коридоры, что вели в остальные части дома.

– Что-то не так, Уилл? – Наблюдая за поведением друга, поинтересовался Джек.

– А где Эмили? – Грэм перевел взгляд на Лектера, который, как ему показалось, был чем-то слегка недоволен.

– Она уже здесь, - холодно произнес психиатр, - скоро я ее позову.

– Эмили Браун? – Переспросила Фредди, по ее немного обеспокоенному выражению лица было ясно, что о наличии еще «одного безумца» на ужине, ей никто не сказал.

– Что такое, мисс Лаундс, - не менее холодно, чем остальные, обратился к женщине Ганнибал, - вас что-то не устраивает?

– Нет, что вы! – Взяв себя в руки, задрав повыше нос, и показывая свое безразличие к сложившейся ситуации, произнесла репортер. – Я с нетерпением жду нашего знакомства.

– Все в порядке, Эмили ничего не натворила? – Обеспокоенно поинтересовался Кроуфорд.

– Не беспокойся Джек, - Лектер перевел взгляд на Уилла, - Эмили была сильно измотана, я дал ей немного чая с ромашкой и позволил занять диван в спальне. Она скоро  выйдет.

– А что с рукой? У тебя кровь… - Обеспокоенная Алана подошла к мужчине, схватила его за руку и аккуратно приподняла ее, чтобы лучше разглядеть небольшой порез, который тянулся от основания кисти и ниже вдоль по предплечью. – Надо обработать рану. – Женщина, тут же поспешила за аптечкой.

– Это… - Начал Джек.

– Видимо  зацепился за что-то. – Перебив агента чуть улыбнувшись, проговорил Лектер. – Не стоит беспокоиться, это всего лишь царапина.

– Хотелось бы верить, - Фредди подозрительно прищурила глаза, - вы как никак провели половину  дня с Эмили, она вполне могла попытаться…

– Давайте оставим этот разговор. – Вмешался Уилл, ему совершенно не хотелось выслушивать домыслы Лаундс ни по какому поводу.

– Я лишь…

– Не стоит, Фредди… - Уже Джек, суровым тоном, пресек попытку женщины оправдать свои действия.

Мисс Блум вернулась с аптечкой в руках, она хотела проявить заботу о своем друге и коллеге помочь ему с раной, однако Ганнибал вежливо отказался от ее помощи. Он забрал аптечку из ее рук, убедив в том, что с ним все порядке и ее беспокойство излишне. Попросив всех немного подождать в гостиной, мужчина отправился в свою спальню, чтобы обработать рану.

Открыв дверь, Ганнибал увидел Эмили, которая вытирала свое лицо и шею влажным полотенцем, которое он принес ей несколько минут назад. Собственно, в тоже время произошел очередной инцидент, благодаря которому, Лектер теперь был вынужден обрабатывать рану на руке и лицезреть довольную улыбку на губах женщины, что оставила на нем этот маленький порез.

Несколько минут назад, до приезда гостей.

Ганнибал закончил приготовления всех блюд, которыми он планировал накормить его сегодняшних гостей. Специально для одной персоны ему пришлось готовить пару потрясающих салатов, так как гость являлся вегетарианцем. По мнению мужчины, отказ от мясного – лишение себя одного из удовольствий употребления еды.


Посмотрев на часы, он решил проведать спящую женщину в его спальне. Действие препарата, которого  он ввел ей, должно было закончиться, а Эмили проснуться с легкой головной болью. Лектор налил стакан воды, бросил туда таблетку от головы, та быстро растворилась и окрасила прозрачную воду в желтоватый оттенок. Взяв поднос, он уложил на него влажное полотенце, для того, чтобы женщина смогла немного освежить себе лицо, и стакан с обезболивающим.


Тихо зайдя в спальню, Лектер подошел к дивану, на котором должна была быть Эмили, и на котором ее не оказалось. Он поставил поднос на край столика, выпрямился, сделал пару шагов вперед, чтобы оказаться в самом центре комнаты.


– Не делай глупостей, Эмили, - спокойно произнес психиатр. – Впоследствии вы будете жалеть об…


Ганнибал замолчал, почувствовав, как чья-то рука скользнула по его талии, обхватывая и укладываясь на живот. Эмили подошла бесшумно, быстро, он не почувствовал ее. Как это могло случиться? Как ей удалось подкрасться к нему со спины, словно хищник к своей долгожданной добыче? Ганнибал ощущает, как она прижимается к нему, затем приподнимается на носочки, дотягиваясь подбородком до его плеча. Он чувствует, как она дышит, как бьется ее сердце, как что-то прохладное касается его руки. В следующее мгновение, вырвавшись из ее рук, он повернулся  и увидел,  как ее тонкие пальцы сжимают осколок стекла.


Она вновь напала, вновь попыталась его убить, или… Нет, в этот раз это было просто представление, это стало  ясно, как только она повернулась к нему спиной и уложив осколок на поднос, взяла стакан и выпила его содержимое. Этот инцидент стоило оценивать, как предупреждение и намек на то, что она может с ним сделать, если пожелает. Это напоминание ему о том, что она не простая пациентка с глупыми проблемами, а та, кто сумела справиться с пятью здоровыми мужчинами в одиночку.


– Что с вашей рукой? – Саркастично поинтересовалась женщина.

– Будто вы не знаете.

У Ганнибала не было желания с ней говорить, не после случившегося, ведь его эго было уязвлено. Он в очередной раз недооценил ее, а если подобное и дальше будет продолжаться, кто-то из них точно умрет.

Он положил аптечку, закатал рукав рубашки, которую в последствии и вовсе менять придется. Достал перекись, чтобы промыть рану, затем бинт, чтобы перевязать, но как оказалось сделать это левой рукой не так уж и легко.

– Позвольте мне. Это ведь по моей вине. – Насмотревшись на мучения мужчины, решила предложить свою помощь Эмили. Она подошла к нему, взяла его руку, размотала наложенный им бинт, чтобы сделать все правильно. – Я убрала осколки в ванной, - начала женщина.

– Благодарности не ждите.

– И не ждала. – Эмили ненадолго замолчала. – Извините, доктор Лектер, я наверняка задела ваше самолюбие. – Чуть улыбнувшись, произнесла она, но мужчина ничего не ответил. – Но вы сами напросились, когда накачали меня всякой сомнительной гадостью. И знайте, я ужасно спала.

– Зато сил набрались.

– Вы неправильно выбрали тактику. – Женщина на мгновение оторвалась от своего занятия и посмотрела ему в глаза. – Не стоит пытаться управлять мной, просто станьте моим другом, и все проблемы сразу же исчезнут.

– Это наверняка не просто…

– Легче, чем вы думаете.

Эмили закончила перевязку раны, и начала собирать аптечку. Ганнибал посмотрел на свое запястье, оценивая проделанную работу женщины.

– У вас хорошо получилось.

– Годы практики, курсы первой помощи, и я всесильна. – Шутливо ответила Эмс.

– Это было необходимо? - Ганнибал заинтересованно посмотрел на нее, в ожидании продолжения истории.

– Курсы первой помощи? Да. – Женщина отвела взгляд, немного задумалась. – Когда ты старший ребенок в семье, а родители постоянно заняты, приходится брать все на себе. А дети, они же такие непоседы…

– Томасу часто нужна была первая помощь? – Задав этот вопрос, он не думал, как-то задеть ее чувства, ему  было любопытно, и только, однако Эмили не спешила с ответом.

– Нет, Том, мог сам о себе позаботься… Это Андж. – Женщина тяжело вздохнула, а затем чуть улыбнулась. – Самая младшая из нас. Она была непоседой, и мне частенько приходилось за нее беспокоиться.

– Она умерла?

– Глупо спрашивать о том, что уже и так знаете. – Немного раздраженно проговорила женщина.

– Вы вините себя в ее смерти, я прав? – Ганнибал вновь задал вопрос, который не требовал для него ответа, он видел по ее реакции, что попал в самую точку.

– Мы с вами еще не друзья… - Эмили напрягла челюсть, словно сдерживая свой гнев. – Не заставляйте меня жалеть о несделанном.

Женщина забрала аптечку и покинула спальню, давая психиатру возможность переодеться и побыть наедине со своими мыслями, чтобы тот мог обдумать свои дальнейшие действия касательно ее скромной персоны.

Глава 10

Этим утром Джек Кроуфорд проснулся с неприятным чувством на душе. Хотя, если подумать, какое-то гнетущее чувство не покидало его уже несколько дней. А началось это после ужина у доктора Лектера с весьма необычной, по своему содержанию, компанией. Тот вечер был полон напряжения, суматохи и сюрпризов.

Кроуфорд ехал в своей машине по  трассе А66 на очередной вызов. По предварительным данным, преступление было совершенно тем же преступником, чьи «тайники»  они нашли пару  недель назад. Этот сумасшедший был его головной болью, ночным кошмаром, очередной сложной головоломкой.

Его вновь стало охватывать отчаяние, хотя  Джек не был из тех, кто способен сдаться. С этим чувством он столкнулся несколько лет назад, когда по округе стали находить растерзанных мужчин. Дело Эмили Браун… Он до сих пор винит себя за то, что все те долгие месяцы она убивала у него под носом. Это был первый раз, когда Джек познакомился с отчаянием и беспомощностью. Во второй раз он познал эти чувства, когда посланный им агент был убит Чесапикским потрошителем, которого он до сих пор поймать не смог. А теперь этот ненормальный праведник ненавидящий блуд.

Прибыв на место преступления, он поприветствовал своих «рабочих пчелок». Они были не многословны,  а их лица выражали беспокойство. Джеку стало не по себе, и лишь спустя минуту он смог понять чувства своих коллег.

Кроуфорд подошел к большому необъятному полусухому дереву, что находилось недалеко от дороги в километре от населенного пункта.  У его могучих корней находилось немного опухшее тело женщины. Он остановился в нескольких метрах, словно окаменев от увиденного, а его ноги отказались двигаться. Он почувствовал, как на его плечи ложиться невыносимой тяжести груз, голова тут же начала гудеть, а в груди кольнуло сердце. Увиденное в этом месте напомнило ему события шестилетней давности, день, когда они обнаружили тело Гарри Рида – первой жертвы Эмили.

«Это она… Вновь она…» - пронеслось в его голове, но в ту же секунду он отбросил все подобные мысли. Все это не могла совершить Эмили. Ведь не могла? Она двадцать четыре часа в сутки находится под охраной, за ней всегда следят. Она не могла все это провернуть. Нет!

Мужчина потер бороду, сжал губы, он был в смятении. Стал сомневаться в окружающих, но в первую очередь в себе, в своих поступках и мыслях. Что происходит? Когда он стал таким?

Кроуфорд тяжело вздохнул, а после подошел к трупу и начал его внимательно осматривать. Конечности жертвы были связаны, руки были подняты вверх с помощью веревки, которая была обмотана вокруг одного из нижних суков дерева. Полностью нагая, с обритой головой, отрубленными пальцами на руках и прошитым ртом, она смотрела на него своими помутневшими глазами, от которых по щекам были проведены красные полосы, акцентировавшие внимание на «зеркалах души». Ее рот не был сомкнут полностью из-за сломанной нижней челюсти, и мужчина смог увидеть отсутствие нескольких зубов сверху и снизу, из-за чего кончик ее языка чуть высовывался наружу. На обеих ногах были перерезаны пяточные сухожилия. Внутренние стороны бедер, пах были покрыты кровью, которая превратилась уже в тёмно-коричневую корку. Джек резко отпрянул от тела, отвернулся и поспешил убраться подальше. Он даже побоялся предположить, что пережила эта несчастная женщина.

Глава поведенческого отдела ФБР подошел к своим коллегам, которые позволили побыть ему наедине с трупом. Чему, собственно, он не особо обрадовался.

– Это ведь… - Начал  Брайан Зеллер, но Джек одним жестом руки заставил его замолчать.

– Я знаю, о чем вы могли подумать, но это невозможно. Так что давайте больше этого вопроса не касаться. – Устало произнес мужчина. – Но Боже… Это убийство…

– Оно полностью повторяет жертву Эмили Браун. – Зеллер выглядел немного обеспокоенным.

– За исключением нескольких вещей. – Решила заметить Беверли Катц. – Во-первых, то кровавое месиво, что он сделал из ее половых органов… По сравнению с Эмили… Это слишком.

– А что сделала, она? – Возмутился Прайс. – Она отрезала ему яички и…

– Ты эту несчастную видел? – Нахмурившись, прикрикнула Катц. – Ей словно… миксер засунули и хорошенько все перемешали, а после оставили умирать.

– Думаешь, она была жива, когда все это происходило? – Спросил Джек с каменным лицом.

– У нее рана на затылке от удара тупым предметом. Скорей всего, она была получена раньше. Но порезы на сухожилиях были сделаны при жизни, видимо, он где-то держал ее и перерезал их, чтобы она не сбежала. – Женщина немного замялась. – Во всяком случае… Есть кое-что еще, чего не было в смерти Гарри Рида.

– Рот. – Уверенно произнес Джек. Мужчина сразу заметил это отличие, собственно оно и вернуло его мысли из прошлого в реальность.

– Да. – Подтвердила Беверли. – Эти факты, если не брать в расчет акцент на глазах, которые можно считать его визитной карточкой, являются его деяниями. Он словно дополнил убийство Эмили новыми деталями.

После сказанного Беверли, Джек замолчал и задумался. «Дополнил… Улучшил» - пронеслось в его голове. И в этот момент его словно ударило током. Мужчина вспомнил, что совсем недавно уже слышал подобное, но уже из уст Эмили. Он обеспокоенно посмотрел на свою команду.

– При осмотре тела, вы ничего не нашли? – Начал агент. – Не было ли при ней какого-нибудь послания?

– Послания? – Переспросил Зеллер, который осматривал несчастную. – Нет, не было ничего подобного.

– Нет, должно быть что-то. – Возразил Кроуфорд. – Мы что-то упускаем.

Вся команда непонимающе смотрела на своего начальника, который знал о чем-то, чего не знали они. Джек же, развернулся и вновь направился к трупу. Он вновь пробежался по телу внимательным взглядом в поисках чего-то, что он упустил.

– Джек, что ты ищешь? – Поинтересовалась Катц.

– Должно быть послание… На этот раз он не мог не оставить его. Но где?

– Рот… - Тихо произнесла женщина, после несколько минут раздумий. – Рот! Оно может быть там.

Женщина-криминалист посмотрела на начальника, тот утвердительно кивнул ей, давая право действовать. Беверли подошла к трупу, присела на корточки и стала аккуратно разрезать нити. Когда рот был освобождён, то нижняя челюсть тут же скользнула вниз, широко открывая рот жертвы. Катц чуть приподняла голову, чтобы заглянуть в гортань. После она взяла пинцет, и осторожно вытащила небольшой клочок бумаги.

– Невероятно. – Произнес Прайс, а после протянул пакет для улик.

Когда бумажка запачканная кровью была уложена в пакет, она была передана Джеку. Мужчина прищурился, чтобы разглядеть маленький печатный шрифт:


«А если стал порочен целый свет,


То был тому единственной причиной


Сам человек: лишь он – источник бед,


Своих скорбей создатель он единый.»


– И что это значит? – Поинтересовался Прайс.

– Если бы я знал… - Ответил Кроуфорд. Он вновь прочитал послание, пытаясь понять смысл этих слов и соотнести их с преступлениями.

– Может Уилл разберется? – Катц посмотрела на Кроуфорда, ожидая дальнейших распоряжений, однако мужчин не спешил с раздачей поручений. – Джек, что будем делать?

– Заканчивайте с местом, - начал начальник поведенческого отдела, - забирайте тело и продолжите искать улики у себя в лаборатории.

– А что с запиской? Уилла звать?

– Мы знаем достаточно, - нахмурившись, произнес мужчина, вновь бросив кроткий взгляд на труп.

Джек быстрым шагом прошагал к своей машине. Сев за руль, он открыл окно, чтобы свежий и прохладный воздух смог выгнать ту духоту, что скопилась в салоне. Он чуть ослабил галстук, который беспощадно душил его. Выжав педаль газа, Кроуфорд помчался по пустой трассе подальше от этого места.

Свист ветра в ушах не мог заглушить его мысли. Сейчас он вспоминал тот «прекрасный» ужин у Ганнибала в присутствии Эмили Браун. И слова этой женщины словно застряли в его ушах: «Пусть почувствует себя ничтожеством… Пусть возьмется за мою работу и усовершенствует ее. И когда чувство превосходства возьмет над ним верх, он допустит ошибку… И мы его поймаем».  Еще тогда, ему не понравился этот разговор, провоцировать маньяка - это был не лучший вариант.  И вот он вновь жалеет о своем «жесте доброй воли». Он не должен был выпускать ее. Было глупо думать, что он знает кто на самом деле Эмили Браун.

Вытащив телефон из внутреннего кармана пиджака, он набрал некий номер. И через несколько секунд гудки сменились обеспокоенным «Алло».

– Уилл, это Джек, срочно приезжай в офис.

Без лишних слов он повесил трубку и стал быстро набирать другой номер телефона. Поднеся к уху сотовый, ему пришлось достаточно долго слушать глухие и раздражающие гудки, но когда на другом конце провода, наконец, ответили, он еле смог сдержать себя и не высказать все накопившееся.

– Немедленно доставить ко мне в офис Эмили Браун! Нет… Это Джек Кроуфорд! Нет… Нет… Это срочно, мне плевать на ваш режим! Доставьте ее.


Несколько дней назад. Вечер. Ужин у Ганнибала Лектера.


Джек и все остальные гости сидели в гостиной ожидая начала ужина, когда по коридору послышались слегка шаркающие шаги. В комнате, с аптечкой в руках, появилась Эмили, которая завидев прибывших, широко улыбнулась и поприветствовала их. Но что-то в этой улыбке Джека насторожило. Что-то ему подсказывало, что этот ужин закончится скандалом, или еще чем похуже.

Рыжая женщина улыбнулась ему и Алане, словно старым и хорошим друзьям, на Уилла она бросила короткий чуть подозрительный взгляд, словно чувствуя его нервозность, а Фредди Лаундс она встретила, как хорошего знакомого.

– Фредди Лаундс, - воодушевленно воскликнула Браун, сделав несколько шагов навстречу женщине, разведя руки в стороны, словно желая ее обнять, но, явно не собираясь этого делать, - мы ведь с вами так давно не виделись, а вы совсем не изменились.


Журналистка на мгновение немного оторопела от такого показушного, по ее мнению, радушия, которое было свойственно ее оппоненту, однако это на миг заставляло задуматься о правильности своих мыслей.


– Зато вы сильно изменились, мисс Браун. – Слова Фредди словно холодное оружие встретили напыщенность Браун, которой она пыталась запудрить ей мозги.


– Вот как…


Эмили сменила радушие на безразличие, обошла женщину, и завела разговор с доктором Блум на случайную тему. Лаундс нахмурившись, обернулась, и хотела было что-то сказать, но подоспевший Ганнибал, возможно, предотвратил некое несчастье, что могло случиться в жизни не скромного журналиста.


Ганнибал пригласил всех к столу. Пройдя в столовую и заняв места за большим столом из качественного темного дерева, они с предвкушением стали ожидать угощения. Гости расселись весьма интересно. Как и положено хозяину дома, Ганнибал восседал во главе стола, по правую руку от него сидела Эмили, а затем Уилл, по левую руку сидела Фредди, затем Джек и Алана.


Оказавшись напротив Эмили, журналистка заметно напряглась. Сидящая женщина перед ней не сводила с нее своих голубых глаз, в которых виднелись некая колкость и насмешка. Фредди это раздражало, ей не нравились двуличные люди. И пусть она не меньше других жаждала узнать «историю Эмили», связываться с этой безумной женщиной ей не хотелось. Не после того, как чуть не умерла от ее рук.


Историю об их первой встрече мало кто знает, потому что та состоялась уже после ее ареста, в клинике для душевнобольных. Фредди пришла тогда к ней, чтобы просто поговорить, так сказать по душам, естественно не без тайного умысла. В попытке разузнать о случившемся, она чуть не была задушена руками Эмили Браун. К счастью, медперсонал подоспел вовремя, и смог утихомирить разбушевавшуюся пациентку.


С тех пор Фредди не искала встречи с данной персоной. Однако судьба вновь столкнула их лицом к лицу.


– Что не так, Фредди? – Начала Эмили, не в силах больше терпеть это удручающее молчание, собственно, чьим виновником и была сама она. – Вам неприятно сидеть за одним столом со мной?


– Что ж, не скрою, я бы предпочла другую компанию для ужина.  – Фредди чуть растянула губы в подобие улыбки, она старалась держаться уверено и невозмутимо. И у нее это почти получалось. Небольшие паузы между слов выдавали ее напряженность.


– Боюсь, вам придется терпеть меня ближайшие полтора часа, - Эмили довольно ухмыльнулась, - раньше этот ужин не закончится. А по сему, старайтесь не выводить меня.


– Вы мне угрожаете?


– Спокойно дамы, - произнес Ганнибал, который, наконец, принес потрясающие блюда из мяса для своих гостей, и роскошный салат для мисс Лаундс, так как та была вегетарианкой. – Прошу, - обратился он к  журналистке, - простите Эмили, я уверен она не имела ввиду ничего подобного… Ведь так?


Эмили почувствовала, как на ее плечи легли его тяжелые руки, который чуть надавили на нее, напоминая о возможных последствиях. Она напряглась и стиснула зубы от злости. Ганнибал не прислушался к ее словам.  Он вновь пытается контролировать ее, и даже управлять. Как неразумно с его стороны. Она не собиралась идти у него на поводу.


– Отчего же? – Эмс  бросила кроткий взгляд через плечо на Лектера, а затем вновь обратила свой взор на Фредди. – Я думаю, мисс Лаундс все правильно поняла, и последует моему совету…

– Эмили, это уже слишком. – Решил влезть в разговор Джек, который больше не желал слушать об угрозах.


– Спокойно Джек. – Лектер сел на свое место во главе стола. – Не вина яблока, что в нем гниль.


На несколько секунд в помещение повисло напряженное молчание.


– А я смотрю, вы не перестаете кидать камни в мой огород, доктор Лектер. – Эмили испепеляющим взглядом смотрела на психиатра, которому, казалось, было все равно. – Будьте осторожны, я вновь могу укусить.


– Раскидываться угрозами… - Начал Уилл. – Немного неправильно, в твоем положении, ты так не думаешь?


– Напротив, - Эмили пожала плечами, - мне это позволительно, ведь каждый сидящий здесь именно этого от меня и ждет…


– Это не так. – Возразил Грэм и, нахмурившись, взглянул на свою соседку, что всем своим видом выражала надменность. – Если бы ты хоть чуть-чуть позволила помочь тебе…


– Оставь это Уилл, - вмешался Ганнибал, - для наших совместных сеансов. А теперь, прошу, попробуйте эти чудесные блюда. – Он попытался разрядить обстановку, и это ему почти удалось.


– Как жаль, что я перебила себе аппетит вашим потрясающим травяным чаем.


Ганнибал кротко бросил взгляд на женщину, что никак не могла отступить в их маленькой игре. Это его определено забавляло. Он чуть заметно улыбнулся, когда увидел ее напряженное лицо. Он был уверен, что находиться сейчас здесь ей было не по душе. Она хотела сбежать, спрятаться от него в той камере за железной дверью, где она чувствовала себя в безопасности. Одно лишь то, что Эмили пыталась избежать с ним встречи, заставляло его желать назойливо втискиваться в ее жизнь, надоедать, раздражать. Он словно вирус, к которому она будет вынуждена адаптироваться. Теперь, когда он знает, на что она способна, ей не сбежать. Он сделает все, чтобы завладеть ею. И когда этот день настанет, она полная отчаяния придет к нему, как к единственному человеку, кто примет ее.


Несколько минут ужина прошли спокойно. Гости восхищались стряпней доктора Лектера, вели чуть ли не светские беседы о погоде, они старались не касаться рабочих вопросов, однако был кое-кто, кто желал выжать максимум пользы из этой встречи. Фредди, весьма тактично и плавно перевела тему разговора в русло о недавних убийствах женщин и об их неизвестном убийце. Джек явно не был доволен таким поворотом, в отличие от Эмили, которая находила эту тему весьма значимой на ближайшее будущее.

– Может, есть что-то новое в расследовании? – поинтересовалась рыжая журналистка.


– А вы не знаете? – Чуть вздернув бровь, поинтересовалась Браун. – Вы же чуть ли не первая прибываете на место преступления. Кстати, я лишь недавно прочитала вашу статью, она очаровательна. Как же там было… «Печально известный психиатр-консультант», «серийный убийца», «психопат»… Ах, и мое любимое, не дословно, конечно, но смысл таков: «И после всего остается лишь гадать, когда она вновь начнет убивать». – Напряжение, нависшее над столом между гостями сильно давило, оно почти стало осязаемым. – Вы достаточно талантливы, я была удивлена. Но фото нас с Уиллом, вы выбрали неудачное.


– Не знаю, радоваться ли вашей похвале…


– Это не похвала. – Перебила она Фредди. – Благодаря вам, мы вынуждены отказаться от моего плана, и теперь поймать этого гада-потрошителя будет сложнее.

– Эмили… - Предупреждающе произнес Кроуфорд, однако никакого эффекта на женщину это не произвело.


– Что ж придется прибегнуть к «плану Б». – Все непонимающе переглянулись, пока Эмили выдерживала паузу, заинтересовывая вокруг сидящих. – Правда, без помощи мисс Лаундс нам не обойтись.


– О чем вы? – Фредди насторожено смотрела на женщину, и что-то ей подсказывало, что затея безумна и ни к чему хорошему не приведет.


– Нам стоит воспользоваться вашими талантами, милая Фредди. – Эмили чуть подалась вперед, укладывая руки на стол, и заглядывая в глаза журналистки. – Вы должны будете кое-что написать про нашего преступника.


– Зачем это? – Возмутился Джек, однако Эмили вновь проигнорировала мужчину.


– Вы напишете статью, - продолжила она, - в которой будете сравнивать мои «достижения» с его весьма хилыми и никчёмными потугами. Пишите как можно более красноречиво про его неумения и беспомощность. Пусть почувствует себя ничтожеством… Пусть возьмется за мою работу и усовершенствует ее. И когда чувство превосходства возьмет над ним верх, он допустит ошибку… Мы его поймаем. – Эмили довольно улыбнулась. – Не подведите, мисс Лаундс, а то, кто знает, может, моей новой жертвой станете вы?


После этого, ужин можно было считать окончательно испорченным.

Джек восседал в неудобном кресле за своим рабочим столом, оперившись на локти и уложив подбородок на сомкнутые в замок пальцы. Он смотрел в никуда, размышляя о последних событиях. Сейчас в его жизни и без работы были весьма малоприятные события.

Его любимая, дорогая жена Белла больна… Она умирает на его глазах, а он ничего не может с этим поделать. Если Белла смирилась со своим положением, то Джек нет. Если бы он мог, то продал душу самому Дьяволу, лишь бы она осталась жить.

Первое время Белла скрывала свое состояние, то ли из-за того, что диагноз был неокончателен, и в ней все еще теплилась надежда на свое «спасение», то ли она так проявляла заботу о нем самом. Да, скорей всего, ей не хотелось добавлять ему лишних проблем.  А потом пришло время откровения. Он до сих пор помнит тот тяжелый разговор. Белла выглядела тогда спокойной, она даже выдавила подобие улыбки, когда выносила себе смертный приговор, отказываясь от лечения. Данная выдержка и ее решение, по мнению Джека, несомненно, были достойны уважения, однако он не смог скрыть обиды на нее.  «Нет смысла злиться на рак за то, что он рак. Рак не жесток. Крохотная клетка отпадает от печени, теряется и находит дорогу в легкое, и пытается лишь выполнять свою работу – вырастить печень» - эти слова до сих пор звоном отдаются в его голове.

Ему всегда было достаточно проблем и головной боли, особенно теперь. Джек взял бы перерыв, чтобы больше времени проводить с Беллой, но это было невозможно. Только не сейчас!

Тяжело вздохнув и потерев переносицу, мужчина попытался отогнать неприятные мысли. Он встал со своего места, подошел к кулеру, что стоял в углу его кабинета, налил себе стакан воды и бросил таблетку от головы, которая моментально стала растворяться, заставляя воду окраситься в светло-желтый оттенок. Осушив бумажный стаканчик в пару глотков, он смял его и одним точным броском выкинул в мусорное ведро.  В этот самый момент в кабинет вошел Уилл.

– Ну, наконец-то! – Произнес Джек, слегка всплеснув руками.

– Что случилось, Джек? – Обеспокоено поинтересовался мистер Грэм. – Ты так быстро отключился, толком ничего не объяснив.

– Это насчет нашего маньяка женоненавистника… - Джек прервался. В дверь постучали, и в кабинет заглянул Ганнибал. – О, доктор Лектер, проходите. Вы приехали вместе?

– Да, - пройдя в кабинет и усаживаясь на стул, произнес Ганнибал, - ваш неожиданный звонок прервал наш только начавшийся сеанс.

– Прошу прощения, доктор Лектер, но это не терпит отлагательств.

– Нет никаких проблем, я все понимаю.

– Джек, - начал Уилл, - вы нашли очередной его склад трупов?

Ненадолго в кабинете повисло молчание, Кроуфорд решил ничего не говорить, а просто показать фотографии с места преступления, которые уже были напечатаны и доставлены ему. Он уложил папку с документами перед Уиллом.

Грэм, перед тем как открыть папку, взглянул на агента ФБР все с тем же беспокойством в глазах. Джек положительно кивнул, подталкивая его взглянуть на фотографии. Когда Уилл увидел первое фото, на котором складывалось полное изображение места преступления, он был ошеломлен. Сделав над собой усилие, он отложил первую фотографию и начал смотреть другие. Спустя минуту Уилл отодвинул от себя папку, не желая больше на это смотреть. Тогда фотографии завладели вниманием Ганнибала, который спокойно и быстро проглядел их, а затем положил на место.

– Не совсем на него похоже…

– Это без сомнений он, - перебил психиатра Джек, - вы правы, это не его манера, но, думаю, все мы знаем, кто приложил усилия к его переменам.

Оба мужчин неоднозначно посмотрели на начальника поведенческого отдела, который лишь кивал головой, убеждая их в правоте своих домыслов.

– Нет, Джек, постой, - начал Уилл, но продолжить ему не удалось.

В кабинет вновь постучались, и, после того как Кроуфорд дал позволение войти, его подчиненный вошел и уведомил всех, что Эмили уже привезли. Через минуту та стояла в дверях его кабинета, ожидая, когда с ее тонких запястий снимут наручники. Сопровождающий ее охранник, полез  за ключом, достал его, даже потянулся к наручникам, когда Джек остановил его.

– Оставь их, она надолго не задержится.

Эмили с явным недоумением посмотрела на Кроуфорда, который старательно пытался избежать с ней зрительного контакта. Когда ее сопровождающие ушли, она прошла в кабинет и села на место, которое ей вежливо уступил Грэм. Оказавшись перед  Джеком, женщина слегка кашлянула, привлекая к себе его внимания. Жаль, безуспешно. В комнате повисла некая неприятная неловкость. Эмили взглянула на Уилла, который быстро отвел от нее глаза, затем она посмотрела на Ганнибала, который перевел ее взгляд на агента ФБР. Больше этой тишины и недосказанности она терпеть не могла.

– Мы так и будем сидеть, или мне все же расскажут что случилось, и почему со мной так обращаются? – Недовольно произнесла рыжая женщина, обращаясь к Кроуфорду. Она демонстративно подняла руки и помотала ими перед ним, показывая наручники, которые чуть позвякивали.

– А ты будто не знаешь, что случилось?

– Понятия не имею, Джек… Я же не умею читать мысли!

Кроуфорд стиснул зубы, его губы стянулись в узкую линию, он еле себя сдерживал, чтобы не сорваться. Не желая что-либо объяснять, он открыл папку с фотографиями и ткнул в них пальцем. Женщина с безразличием взглянула на фотографии, и через секунду на ее лице отразилась некое подобие улыбки. Зловещая ухмылка, от которой мурашки пробежались по спине мужчины.

– Вот так сюрприз. – Произнесла Эмили. – Достаточно аккуратно, он даже ее вымыл… Интересно, почему он выбрал именно ее?

– Невероятно, - Джек с отвращением глядел на женщину, сидящую пред ним. – Как я мог связаться с тобой? – Он тяжело вздохнул. – Ты хоть понимаешь, что ты сделала?

– Простите? – Браун чуть нахмурилась. – Джек, к чему ты клонишь?

– Эта несчастная убита по твоей вине… Ты убила ее. И не известно, сколько еще умрет.

На несколько секунд в кабинете вновь воцарилось молчание. Эмили пронзительно смотрела на Джека, в чьих глазах она видела море ненависти, злобы и обиды. Сейчас, пожалуй, он винил ее во всех человеческих бедах. На это Эмили лишь выдавила смешок.

– Послушай, Джек, - женщина уложила руки сжатые в кулаки на стол, чуть наклонилась вперед, чтобы быть поближе к Кроуфорду, - за свои годы, я многое пережила и немало плохого сделала, но я не буду нести ответственность за чьи-то никчемные потуги найти понимание в этом гнилом, пропитанном кровью мире. Не вешай на меня вину за то, чего я не делала.

– Если бы ты, не надоумила Фредди написать очередную статью, ничего бы это не было…

– Не будь наивен, Джек! – Чуть повысив голос, возразила Эмили.

– Прошу вас успокоиться, - обратился Ганнибал к Кроуфорду, который уже вскочил со своего места в порыве гнева. – В том, что произошло, нет ни чьей вины. Даже без статьи он бы убивал, пока его не поймают.

– Доктор Лектер, вы опять ее защищаете. – Возразил Джек, но уже более спокойно. Он вновь сел на свое место и взглянул на Браун. – Сути это не меняет, мы все равно ничего о нем не узнали. Остается ждать очередной горы трупов.

– А он ничего не оставил на месте? Какой-нибудь записки? – Поинтересовалась женщина.

– Откуда ты… - Агент ФБР нахмурился, услышав такой вопрос, и в недоумении посмотрел на женщину, а затем на двух других мужчин, что и вовсе не понимали о чем идет речь. Джек достал пакет с обрывком и положил его перед Эмили.

– «… Человек: лишь он источник бед. Своих скорбей создатель он единый». – Прочитав вырванный кусочек из книги, Браун отодвинула от себя «записку» и заметно напряглась. Ее легкая игривость и безразличие моментально сменились на подозрительность и настороженность.

– Данте Алигьери. – Утверждающе произнес Ганнибал.

– Он самый. – Хрипловато проговорила Эмс, в ее горле пересохло, а воздуха понемногу стало не хватать. По всему ее телу пробежала дрожь.

– Эмили? Тебе не хорошо? – Обеспокоенный Уилл схватил ее за плечи и, наклонившись, заглянул в ее поблескивающие глаза. – Что с тобой?

– Этот потрошитель… - Начала она. – Я не была уверена… Но теперь.

– Господи! О чем ты? – Воскликнул Джек.

– Возможно, он знает меня, и знает о том, что случилось семь  лет назад.

И вновь тишина повисла между ними. Джек почувствовал, как тяжесть в груди становиться все сильней. Новая головная боль добавилась к той, что была и не успела пройти. Если Эмили была права, то ему вновь придется разбираться в ее старом, всеми забытом, как страшный сон, деле. Ему не хотелось возвращаться к прошлому, ему не хотелось знать причин тех следствий, что он уже видел. Ему просто не хотелось быть виноватым.

– Уилл, - обратилась к нему Браун, - во внутреннем кармане куртки, есть конверт. Достань его, пожалуйста.

Мужчина, долго не думая, послушно нашел и достал небольшой, уже немного помятый, конверт с единственной надписью на нем: «Эмили Браун». Уилл открыл конверт и достал его содержимое. Одна фотография размера 10х15 на котором были изображены трое: Эмили, ее брат Томас и малышка Анджела. Обернув фотокарточку, он увидел наклеенный обрывок, похожий на тот, что нашли у сегодняшнего трупа. Уилл немного помедлил, прежде чем отдать фото Джеку.


«Мы истину, похожую на ложь,


Должны хранить сомкнутыми устами,


Иначе срам безвинно наживешь.»


Кроуфорд, после того, как прочитал эти строки вслух, неоднозначно посмотрел на Эмили, в ожидании хоть каких-либо объяснений.

– Пару дней назад, - начала женщина, - мне как всегда принесли почту. Среди всякого было и это письмо. Я не сразу решила открыть его, потому что думала, что это очередное письмо с просьбой публикации моей истории, собственно, которой они и не знают, или просьба разрешить меня проанализировать. Однако, не обнаружив на конверте отправителя, заинтересовалась. Содержание вам уже известно.

– И ты считаешь, что это наш убийца? – Решил уточнить Джек.

– Это он!

– Но к чему все это?

– Думаю, данное письмо это ответ на статью.

– Нет. – Возразил Уилл. – Ответом на статью Фредди, стоит считать сегодняшний труп, а это письмо… Оно адресовано лично к Эмили, к ее жизни. Похоже на предупреждение или угрозу.

– Я согласен с Уиллом, - присоединился к разговору Лектер, - однако считаю, что это не предупреждение и не угроза. Как сказала сама Эмили, он знает ее и то, что она скрывает. Возможно он участник событий прошлого или свидетель…

– Это не возможно! – Возразила Эмили. Она сжала руку в кулаки и стиснула зубы, пытаясь взять над эмоциями верх. – Никого не осталось… Никто не выжил…

– Эмили, - спокойным бархатным голосом начала Ганнибал, аккуратно уложив руку женщине на плечо, - возможно, пора открыться. Возможно, твоя история поможет нам поймать его.

– Да неужели? – Эмили взглянула на него глазами полных слез. – Что вы хотите услышать? Как и за что я их убивала?

– Нет, нам нужно знать, почему он выбрал именно эту фотографию, где есть Томас и Анджела. Ты ведь знаешь, что выбор был не случайным.

Эмили побледнела. Она смотрела на Ганнибала и понимала, что больше хранить свой секрет она не в силах. Но почему из всех присутствующих открыться она хотела именно ему? Почему не Уиллу, который заслуживает знать правду больше остальных? Скорей всего, она, как другая знакомая ей женщина, не хотела добавлять ему лишних проблем и боли. Так она оберегала его. Видимо, жертвенность неотделимая часть любви.

– Эта фотография из дома в Фениксе, - начала Эмили. Она немного помолчала, а затем продолжила: - Знаете, говорят, что время лечит. Но как оказалось, не все возможно излечить. Все эти годы, проведенные в одиночной камере, я пыталась забыть… Не то, что я сделала, а тот момент, когда решилась на это. – Эмили замолчала.

– Тебе будет легче рассказать, если мы поедем в Феникс? – Словно убеждая ее в этом, произнес Лектер.

Эмили ничего не отвечала, она лишь кивнула головой, решившись, наконец, рассказать о нескольких месяцах своего ада и своей семейной трагедии, что положила начало ее становления на тропу насилия и крови.

Глава 11

Уилл ехал в машине Ганнибала Лектера, которая плелась за служебным автомобилем ФБР, где находились Джек и Эмили. Его пробивала мелкая дрожь от волнения и нетерпения: поездка в родительский дом Браун, где случилась трагедия ее семьи, должна была поставить точку в его личном расследовании тех событий. Должна была ответить на все интересующие его вопросы. Однако было чувство, что все это лишь усложнит ситуацию. По его мнению, Эмили, что так яростно хранила свои секреты, не могла взять и все им рассказать, и, казалось, эта поездка задумалась специально, чтобы отсрочить время и придумать, как выкрутиться и что-то утаить. И все же ему хотелось верить, что после услышанного, он, наконец, сможет ей помочь.В машине было тихо, они с Ганнибалом молчали, но  не потому что им не о чем было поговорить, напротив, тем для разговора было очень много, в виду последних событий, однако оба считали, что сейчас какие-либо беседы не имеют смысла.

Ганнибал, который периодически поглядывал на своего друга, был обеспокоен. Он бы пожелал, чтобы Уилл остался дома и не ехал вместе с ними.  Но на такое Грэма было невозможно уговорить. По мнению доктора Лектера, Эмили не случайно скрывает случившееся шесть-семь лет назад, не только из-за того, что сама не хочет лишний раз об этом вспоминать, но так же и для  того, что бы уберечь от этого кошмара других дорогих ей людей. В это число, определенно, входил и Уилл.

Было ранее утро, когда они подъехали к небольшому двухэтажному домику, что уже потерял свой свежий прелестный вид: краска облупилась, крыльцо, крыша и боковая стена заросли пышным и зеленым плющом. Нет, однако, было в этом что-то романтичное и очаровательное.

Солнце совсем недавно показалось из-за горизонта. Такое время прибытия на место было специально выбрано Джеком. Пусть дом и находился на окраине небольшого городишка, где все про всех знали, любопытные соседи только помешали бы их, так называемому, расследованию.

Джек припарковал машину напротив входа и вышел из нее и направился к задней дверце. Эмили, открыв дверь машины, смотрела на свой родной дом, где она отсутствовала так долго. Казалось, женщина должна чувствовать ностальгию и тепло от хороших воспоминаний,  но она не ощущала ничего кроме страха. Ком, который подкатил к горлу, был болезненно проглочен.  Когда к машине подошли Уилл и Ганнибал, Эмили, взяв свои чувства под контроль, вышла и тут же направилась к дому.

Доски крыльца жалобно заскрипели, когда женщина ступила на них. Каждый ее шаг сопровождался звуками, которые порой походили больше на мучительные стоны, нежели на скрип. Она остановилась перед самой дверью. Керамические горшки, в которых когда-то росли красивые и пышные цветы, теперь покрылись большим слоем пыли и грязи, а некоторые из них раскололись. Цветы, некогда украшавшие вход в дом, начали погибать еще тогда, когда мать Эмили заболела, а после ее смерти они и вовсе исчезли. Качели, что тоже висели здесь, на этом небольшом крылечке, как и цветы, что не смогли пережить утрату той, кто за ними ухаживал, сломались, рухнув, через несколько дней после смерти отца. Ведь именно он, по просьбе своих детей,  Эмили и Томаса, смастерил их своими руками.

Вмиг Эмили стало плохо - она побледнела. Воспоминания, что нахлынули на нее, казались ей слишком реальными: в ушах звенел детский смех, слышался топот быстрых ног. Она никогда не думала, что вернуться сюда будет для нее почти непосильным испытанием.

– Эй… Эмили? – Послышался обеспокоенный голос Уилла. Он подошел к женщине, и, легко касаясь, провел по ее спине рукой. – Ты в порядке?

– Да. – Приходя в себя, Браун помедлила с ответом. – Все отлично.

Без лишних слов Джек протянул ей ключи от этого дома. Эмили быстро схватила их, нашла нужный. Глубоко вдохнула еще свежий утренний воздух. Сунула ключ в замочную скважину и провернула, пока не послышался щелчок. На миг повисла мертвая тишина, которая сменилась нудным скрипом дверных петель.

Запах нежилого дома тут же ударил в нос. Частички пыли, что были потревожены легким ветерком, тут же проникнувшим в дом, беспорядочно парили и переливались в луче солнца,  который попал сюда через открытую дверь.

Эмили переступила порог дома, и ее сердце охватила чудовищная тоска и боль. Порой она жалела, что не сожгла его в тот день, когда решила больше никогда сюда не возвращаться. Да, возможно, так и стоило поступить, однако ее рука не поднялась бы разрушить это место, хранившее столько счастливых воспоминаний.  Этот дом не отобрали и не продали, благодаря одному знакомому, который поддерживал женщину на протяжении всего этого времени, и ее совсем не смущало, что этот человек был ее лечащий врач – Гарри Мерсен. Он всегда говорил, что каждому человеку нужно место, куда он мог бы вернуться, чтобы поставить точку. Браун тогда и не представляла, что ей и впрямь понадобиться такое место.

Они прошли маленький коридор, который вел в гостиную. Небольшая, аккуратно обставленная комната была очень уютной. Мягкие бархатные кресла и диванчик, накрытые покрывалами в клетку, несколько небольших картин на теплых тонов стенах, ажурные занавески - создавали романтическую и немного сказочную атмосферу. На дверном проеме, что вел на кухню, находились засечки с подписями роста и имени. На комоде и камине стояли различные фигурки фарфоровых животных, которые были соседями фоторамок с фотографиями семейства Браун.

Ганнибал подошел к камину и стал внимательно разглядывать фото. На одной из них были запечатлены все члены семьи на заднем дворе их дома. Около мангала стоял отец, готовящий мясо, неподалеку, на стуле, расположилась его жена с маленькой рыжей девочкой на коленях, что измазала рот и щеки в шоколадной конфете. Рядом с ними стояли двое: брат и сестра, что обнимали друг друга за шею и смеялись. По бокам стояло еще по несколько фотографий, на которых были изображены только дети.  Ганнибал внимательно осматривал фотографию за фотографией, подмечая, что чем старше становилась Эмили, тем серьезней и тяжелей становился ее взгляд, тем больше на фото она отдалялась от своего брата, и тем больше Томас превращался в отверженного и обозленного. На последних фотографиях, когда родители уже умерли, и они остались лишь втроем, на фото искренне улыбалась лишь самая младшая, что всегда находилась между своей сестрой и братом, чьи улыбки были явно натянуты.

– Эмили, - начал Лектер, повернувшись к женщине, что стояла в центре комнаты вот уже пять минут, не обращая ни на что внимание, - ваши отношения с Томасом… Он ведь видел в вас не сестру, а любимую женщину, я прав?

В комнате повисло молчание. Джек нахмурился, Уилл тревожно посмотрел на Эмили в ожидании ответа, та лишь грустно улыбнулась. Этот «маленький секрет» знали лишь его непосредственные участники. Эмили никогда и ни с кем не говорила на эту тему, а Томас старательно скрывал свою любовь к ней на людях, и проявлял только когда они были одни.

– Да, вы правы, доктор Лектер. – Эмили тяжело вздохнула, замолчала, отдаваясь воспоминаниям. – Я не знаю, в какой момент у него это началось, но ко мне осознание серьезности ситуации пришло, когда ему было восемнадцать. Я разговаривала с ним, пыталась объяснить, что он обманывается, и вскоре это пройдет… Но, видимо, я заметила это слишком поздно.

– Почему ты… - Уилл не стал продолжать свой вопрос, ведь он уже знал ответ.

Грэму было больно и обидно из-за того, что никогда не знал правды о женщине, которая была его опорой, его другом и любовью. Он не смог стать для нее тем, кому бы она могла довериться. Как же так получилось? Быть может Эмили просто старалась оградить его от лишних проблем

– Вы жили столько лет, принимая это? – Продолжил Ганнибал. – И что в итоге получилось?

– Принимая? – Эмили с обидой в глазах посмотрела на психиатра. – Мне это было ни к чему. После нашей беседы Томас жил, как и раньше: делал все тоже, скрывая свой секрет. Я думала, он одумался. Но я была слишком озабочена проблемами других, при этом, не замечая, что творится в моей собственной семье. И что в итоге получилось? – Эмили нервно усмехнулась. – Я убила своего младшего брата, который до последнего твердил о своей любви, и… - Женщина резко замолчала, она открыла рот, но словно в миг, потеряв голос, не смогла произнести не звука.

Лектер быстро подошел к женщине, положил руки ей на плечи, чуть наклонился, чтобы заглянуть ей в глаза и оценить ее состояние. С Эмили было все в порядке, просто резко нахлынувшие эмоции и воспоминания, заставили ее ненадолго онеметь. И как только с ней стали обращаться, как с пациентом, у которого приступ, она оттолкнула от себя руки психиатра, сделала шаг назад и недовольно нахмурилась.

– Не думайте, что я потеряю рассудок, доктор Лектер, от каких-то ничтожных воспоминаний, - резко и грубо проговорила женщина. – Мне не нужна ни ваша, ни чья либо еще помощь и жалость. Так что, - обращалась она уже ко всем присутствующим, - оставьте это все при себе.

В гостиной повисло молчание. Тихий свист от сквозняка не давал тишине зазвенеть. С улицы доносился далекий лай собак и шум одинокой машины. Эмили вновь осмотрелась. Время изменило не только внешность дома, но и его внутреннее состояние. Пусть тут было не так грязно, как могло бы быть, пусть мебель была не такой измученной, однако запах сырости и плесени выдавал долгое отсутствие здесь человека. Только сейчас она поняла, что этот дом медленно умирал вместе с его жильцами, а теперь он, подобно ей, готов испустить последний вдох, рассказав напоследок все томившиеся в нем секреты.

Джек и Ганнибал, которые полностью осмотрели весь первый этаж, стали подниматься наверх. Там маленький коридор вел в три комнаты, которые принадлежали детям Браунов: родительская спальня  находилась на первом этаже.

Эмили стояла перед лестницей и не решалась ступить на нее. К горлу женщины вновь подкатил ком, она опустила голову, и на ее руки упала пара больших капель. Она быстро смахнула новые слезы, что так отчаянно хотели скатиться по ее бледным щекам. Ей нельзя было плакать, ведь это проявление слабости, а она должна быть сильной, больше не для себя. Для окружающих.

Браун глубоко вдохнула, собралась с силами, но идти наверх, туда, где все случилось, ноги категорически отказывались. Обида вмиг охватила ее, однако неуверенное прикосновение к ее руке, заставило ее отвлечься и обернуться. Рядом стоял Уилл, он чуть улыбнулся и сжал ее пальцы, когда она подняла на него свои ярко голубые глаза.

– Я рядом, - тихо произнес мужчина, - я с тобой.

Резкая боль в груди заставила ее напрячься, и в ответ сильнее сжать руку человека, который не отвернулся от нее, после всего, что она сделала. Ему не нужно было говорить этих слов, ведь все было ясно и без них. Он все еще любит ее. Пусть это чувство уже не то, что было раньше, но оно по-прежнему живо. Но ответно ли оно? Ей захотелось разрыдаться, как маленькой девочке, на его плече, крепко обнимая, словно в последний раз. Она не заслужила такого человека рядом с собой. Она не была достойна его любви, его переживаний.  Даже после причиненной ему боли, Эмили эгоистично не желала его отпускать или делить с кем-то, но и быть с ним рядом она тоже не хотела. Возможно, это и есть ее непонятная любовь.

– Помнишь, - вновь начал Уилл, - одно из первых наших совместных дел? То чудовищное преступление, от которого мне стало плохо?

– От того зрелища, всем было плохо…

– Да. Даже наш невозмутимый Джек Кроуфорд позеленел, - мужчина тихонько хихикнул, и Эмили улыбнулась в ответ. – Но мне предстояло взглянуть на более ужасную картину, что предшествовала итогу. Это было не просто и… Страшно. Помнишь, что тогда было?

– Я крепко взяла тебя за руку, - Эмили на секунду замолчала, справляясь с эмоциями, - и сказала: «Как бы тяжело и страшно не было, я не отпущу твою руку и буду всегда рядом с тобой, на твоей стороне».

– Правильно. – Уилл повернулся к женщине, а затем приблизился и крепко обнял, не отпуская ее руки. – Эмили, я всегда буду рядом, крепко держа тебя за руку, чтобы не случилось.

– Не говори так, ведь ты еще ничего не знаешь.

– Я обещаю тебе, - он отстранился, взял ее лицо в свои руки, заглянул в глаза полных слез, - что не оставлю тебя.

Он медленно наклонился к ней и аккуратно поцеловал в лоб. Ее слезы вновь скользнули по щекам, сталкиваясь с его пальцами, что тут же убрали их. И пусть раньше Уилл был зол на нее, но сейчас, любовь, которую он хранил в глубине своей души, за несколькими замками, вновь вырвалась и затрепетала в его груди.

Эмили отстранилась и широко улыбнулась, словно больше ее ничто не беспокоило. Как же ей захотелось оказаться с ним сейчас где-нибудь далеко от этого места, на берегу океана, где не будет никого кроме них. Но судьба решила напомнить ей о том, что это всего лишь мечты.

– Уилл! Эмили!

Со второго этажа донесся обеспокоенный и немного неуверенный голос Джека, который сразу вернул парочку в настоящее. Уилл и Эмили переглянулись и, недолго думая, поспешили наверх. Поднявшись, Эмили увидела Джека и Ганнибала стоявших у входа в комнату, которая когда-то принадлежала ей. Не спеша, еле перебирая ногами, она стала подходить. Мужчины расступились, освобождая ей дорогу. Ее сердце билось так сильно, что под его ритм можно было станцевать чечетку. Сейчас, идя туда, она боялась увидеть то, что заставило двух мужчин напрячься и беспокоиться.

Перед самым порогом Эмили остановилась, посмотрела на Ганнибала, а затем на Джека, который отвел глаза, не собираясь ничего объяснять. Тогда женщина нерешительно шагнула в комнату. Повернув голову, она увидела то, от чего не смогла сдержать эмоций. На ее лице отразился ужас, а рука самовольно метнулась ко рту, чтобы на всякий случай сдержать крик. На кровати, на белоснежных простынях, которые были окрашены в красный цвет крови, располагался труп совсем молодой девушки, на вид ей было 17-18 лет. Ее длинные рыжие волосы были заплетены в косу и обмотаны вокруг шеи. Рот девушки был прошит, от глаз по щекам тянулись красные полоски. Сомнений не было, ее убил их неуловимый потрошитель.

Эмили чуть затрясло. Не от того чудовищного зрелища, а от смысла, который убийца пытался донести. Она не сомневалась, что все это было сделано специально для нее, в ее родительском доме, в ее спальне. Теперь было ясно, что тот, кто все это совершает, знает не только ее лично, но и те секреты, что никогда не оглашались. И тут женщину, словно током ударило. Неужели, семь лет назад, она вычислила не всех своих жертв? Есть кто-то еще?

Взяв себя в руки Браун отогнала все ненужные, на данный момент, мысли и принялась дальше разглядывать место преступления. Как и раньше убийца зверски расправлялся со своими жертвами, но перед тем, как их оставить и придать красивый вид, он тщательно вымывал тело. И зная его предыдущие деяния, стоило во всем этом искать какой-то подтекст, сообщение, которое могла понять только Эмили.

Убитая восседала на кровати, словно индийское божество, на ее ногах лежала отрубленная рыжая голова женщины, предположительно тридцатилетнего возраста. Ее глаза закрывали ладони молодой убитой девушки. Только сейчас Эмили поняла, на что все это похоже.

– И что все это значит? – Поинтересовался Джек, который уже собрался вызывать своих людей и местную полицию.  – Эмили? Этот псих все сделал для тебя, надеюсь, ты довольна!

– Успокойся Джек, - начал Уилл, - Эмили здесь не при чем.

– Хватит, ее защищать!

– Джек!

– Он прав, Уилл, - Эмили повернулась к мужчинам. – Помните, я говорила, что возможно знаю его. Я ошиблась… Это он знает меня, мое прошлое и настоящее, он все подготовил, зная, что мы приедем сюда.

– Со времени их убийства прошло не больше суток, - предположил Ганнибал, - если так, то как он узнал, что мы приедем именно сегодня?

– Совпадение? – Джек быстро пробежался по всем взглядом.

– Сомневаюсь. – Возразил Уилл.

В комнате воцарилось молчание. Джек, был явно недоволен таким поворот события, однако, его злость подогревал тот факт, что это убийство могло являться предупреждением, зеленым светом, к убийству самой Эмили. По его предположениям, убийца все ближе подходит к ней именно затем, что бы в итоге лишить ее жизни. Кроуфорду не хотелось однажды стоять над ее бездыханным телом.

Все вышли из комнаты в широкий коридор. Джек поспешил вниз по лестнице, параллельно набирая телефон местной полиции, за ним последовал Уилл. Эмили не спеша, а точнее, еле перебирая ногами, шла по направлению к лестнице, Ганнибал следовал за ней, пока не поравнялся с дверью, что вела в другу комнату, на которой была прибита табличка с разноцветными буквами: «Анджела».  Мужчина остановился, прислушался, а затем подошел и открыл дверь. Эмили тут же отреагировала, она развернулась и бросилась к Ганнибалу, готовая сорвать на нем все свое накопившееся недовольство, однако она остолбенела, когда увидела, на что он так пристально смотрит.

У боковой стены по центру стоял небольшой телевизор, который, по неизвестным пока причинам, транслировал видео весьма нерадостного и жестокого события. Эмили побледнела на глазах, казалось, она вот-вот упадет в обморок, однако твердо стояла на ногах. Она со стеклянными глазами смотрела на экран, руки сжались в кулаки, а дыхание от гнева участилось и потяжелело.  В ее ушах зазвенело, а сердце больно сжалось, словно кто-то схватил его и пытался раздавить в своих ладонях.

Воспоминания не спеша захватили ее…

«Джон… Джон! Полегче с ней, а то больше не протянет. И вообще, дай и другим насладиться этой крошкой.


Вик, ты так ее удушишь, бери пример с Гарри, с этого грязного ублюдка…(смех)


Пол? А ты никак все? (громкий смех) Скорострел!


А ты что расселся в сторонке? Или у нашего малыша Томи встает только на старшую сестренку, а? Эй-эй! Давай без кулаков, брат.


Эммет брось эту чертову камеру, и оставь Тома в покое, лучше присоединяйся к развлечению».

Эмили вытащила диск из компьютера и бросила его на стол. Ее переполнял гнев и боль. Она вскочила со своего места, достала сигареты, сделала пару затяжек, и постепенно стала брать над эмоциями верх. Не докурив, она затушила окурок о тот самый диск. Затем женщина подошла к доске, что висела в углу, недалеко от рабочего стола. На ней весели фотографии, которые были связаны красной нитью. На самом верху висело изображение молодой рыжей девушки, а внизу шесть фотографий мужчин, в числе которых был и Томас Браун. Четыре фотографии, что были до Тома, уже были перечеркнуты красным крестом.

Гарри Рид, Джонатан Харинг, Виктор Казинс и Пол Стюарт уже были найдены убитыми местной полицией. Все они умирали долгой и мучительной смертью. Убить их для Эмили не составило труда, не зря она несколько недель следила за ними, изучала, общалась, принимала соболезнования… И вот пришло время еще одного.

Томас был ее родным младшим братом, которого она любила, воспитала, оберегала. И теперь ей предстояла убить его своими собственными руками. Она понимала, что это будет сложнее, чем с остальными, но лишь морально.

Это похоже на сумасшествие, правда? Да, очевидно, что так оно и есть. Эмили наверняка тронулась разумом еще в тот день, когда обнаружила Анджелу повешенной в своей комнате. Именно в тот момент ее мир перевернулся, внутри нее что-то сломалось.


«Прости, но жить дальше я не в силах, не после того, что случилось. Если бы только я была такой как ты, тогда бы мне хватило смелости посмотреть тебе в глаза и рассказать всю правду. Но я не ты, поэтому решаюсь на такое… Не плачь по мне и живи дальше, ради тех, кто тебя любит.


С любовью, Анджела. »


Ее предсмертную записку Эмили нашла у себя на тумбочке, около изголовья кровати, раньше, чем саму Анджелу. До сих пор она корит себя за то, что не смогла разглядеть тяготившие сестру проблемы. До определенного момента, она и понять не могла, что же такого могло постыдного произойти, о чем и говорить нельзя даже ей, той кто заменила ей родителей. Да, Эмили терялась в догадках по этому вопросу, но это было до того, как в ее руки попал этот диск с истязаниями ее младшей и любимой сестры.


И тогда одни вопросы сменились на другие, а ее жизненной целью стало возмездие…


Эмили думала, что так она сможет заглушить ту боль, что угнетала ее. «Я заставлю их страдать. Заставлю раскаяться. Я убью их всех!»


Но тогда она еще не знала, что все это принесет ей еще больше боли…


Эмили выдернула шнур из розетки, и телевизор тут же прекратил свою работу. С кожей белой, как снег, она без лишних слов развернулась и поспешила удалиться из комнаты, растолкав при этом Джека и Уилла, которые уже несколько минут стояли у входа. Женщина решила спуститься вниз, ее ноги заплетались, но она решительно двигалась вперед, к лестнице. Однако, силы резко оставили ее, в глазах потемнело, и сознание покинуло тело.

Лектер успел подхватить падающую женщину. Уилл тут же оказался рядом, он сильно занервничал и испугался за нее. Мужчина дрожащими руками потянулся к ее лицу, но так и не смог к ней прикоснуться. Ганнибал подхватил Эмили на руки, бережно прижал ее к себе и поспешил отнести вниз в гостиную, где уложил ее на диван.

– Что с ней? – Обеспокоенно поинтересовался Грэм.

– Она в обмороке, - спокойно ответил Лектер, - это не смертельно, успокойся, Уилл.

– Нужно привести ее в чуства, у меня в машине есть аптечка... - Джек поспешил за средством, оставляя женщину на своих товарищей.

Ганнибал взял кисть женщины и проверил пульс, тот был не ровный, но уже не такой быстрый, каким наверняка был. Он посмотрел на Уилла, что склонился над лицом Эмили, в его глазах читались боль и страх. Стоит признаться, что за все их время знакомства, он впервые видит Грэма таким. Это поражало его. Он до конца не понимал причину его привязанности к этой женщине, но Ганнибал признавал, что эта особа умела расположить к себе и завладеть вниманием. Это определенно помогало ей по жизни, однако секреты, которые были очевидны окружающим, напротив, вредили ей. Ведь людям так неумолимо хочется залезть в души другим, чтобы узнать что таиться там, в глубинах.

Сейчас, смотря на Уилла, он знал, о чем тот думает. Он задается вопросами: «Почему она не поделилась со мной? Почему не позволяла себе помочь?». И, конечно же, во всем он винил себя за невнимательность и слепоту, за эгоизм. Это можно было бы посчитать глупостью, если бы не знание их истории. Ганнибал понимал Уилла и не осуждал его, так же как и Эмили, которая собиралась хранить свои тайны до последнего вздоха.

– Уилл, не стоит винить себя, - начал психиатр. Грэм тут же хотел возразить, но Лектер пресек его попытку и продолжил, - в том, что случилось с Эмили нет твоей вины.

– Я знаю, но… Я думал, мы доверяли друг другу. Неужели, я не заслужил знать правду?

– Конечно, заслужил.

– Тогда почему?

– Разве ты не понимаешь, что есть вещи, о которых невозможно рассказать, не потому, что ты не хочешь этим с кем-то делиться… Я уверен, Эмили держала все в себе, чтобы уберечь окружающих от того кошмара, что свалился на ее плечи. Разве ты не поступил бы так же? – На несколько секунд повисло молчание. – Вы похожи больше, чем ты думаешь… Может поэтому Джек перешагнул, через свои принципы и вновь обратился к Эмили, потому что знал, что лишь одна она способна тебе помочь. Да, это определенно так, пусть мне и сложно это признавать.

Уилл не успел ничего ответить, в гостиную вошел Кроуфорд с нашатырем и ватой. Ганнибал тут же принял из рук агента раствор, и, чуть намочив кусок ваты, поднес его к носу женщины. Понадобилось несколько секунд, чтобы Эмили начала морщиться, а затем противный запах заставил вернуться ее в сознание. Рукой она схватилась за психиатра, словно за спасательный круг. Женщина попыталась приподняться, но это вышло у нее не с первого раза, голова немного гудела и кружилась. Уилл, держа ее за плечи, помог встать.

– Со мной все в порядке, - Эмили оттолкнула Уилла и сделала пару неуверенных шагов, после чего покачнулась и оперлась о стол, что удачно попался под руку, - перестаньте суетиться и нянькаться…

– Ну, что за человек… - Кроуфорд недовольно  сжал губы, чтобы не выругаться. – Научись принимать помощь, черт бы тебя побрал!

– Спокойно, Джек, спокойно. – Вежливым и умиротворенным тоном произнес Ганнибал. – Вы вызвали полицейских?

– Они будут здесь через десять минут.

– Нам следует вернуться к машинам, - проговорил Уилл, и все одобрительно кивнули головой.

Эмили уже стало легче, голова больше не кружилась, в глазах не плыло, а силы постепенно вернулись к ней. Теперь она могла самостоятельно идти, пусть и не так уверенно как раньше. Она обошла стол, диван и направилась к выходу, когда почувствовала как некий груз, что давил ей на грудь, падает. Выйдя из дома и сев в машину, она вновь сможет нормально дышать и мыслить. И пусть это считается бегством от реальности, но это ее выбор.

Женщина почти перешагнула порог дома, когда неожиданно для всех послышался звон телефона, что доносился с кухни. Эмили вздрогнула и резко обернулась. Мужчины переглянулись между собой.

– Какого черта? – Недовольно буркнул Джек, вновь зайдя в дом. – Телефон должен быть отключен. Что за фокусы?

Потеряв остатки терпения, начальник поведенческого отдела ФБР бросился на кухню к телефону, что висел на стене. За ним тут же поспешили и остальные. Быстро найдя взглядом трезвонящий аппарат, Джек, не на миг не сомневаясь, схватил трубку и раздраженно произнес: «Алло!». Секунда. Щелчок. И в трубке заговорила запись рекламной компании. Мужчина ту же отключился, повесив трубку. Джек с облегчением выдохнул и успокоился. Облегчение, собственно, накрыло и всех остальных, особенно Эмили, для которой уже каждый неожиданный скрип или шорох в этом месте, вызывал приступ паники. Однако они быстро расслабились.

Не успел Джек перевести дыхание, как телефон вновь зазвонил. Теперь он не спешил срывать трубку. Плохое предчувствие, что не так давно покинуло его, вернулось и с большей силой стало давить. Он бросил короткий взгляд на Эмили, что подошла к нему. В ее глазах он прочел страх, что тесно сосуществовал с решимостью. Ему было понятно без слов, что в этот раз говорить будет она. И сейчас, Джеку, как никогда, хотелось, чтобы на другом конце провода включился злосчастный автоответчик, постоянно крутящий запись реклам.

Эмили глубоко вдохнула, а затем потянулась рукой к телефонной трубке. Все затаили дыхание. Мертвая тишина окутала помещение. Сняв ее, она не спешила подносить аппарат к уху. Она выжидала, в надежде услышать щелчок и начала записи, но вместо этого послышался шум, через который можно было отличить тяжелое дыхание.  Надежды больше не осталась, и Эмили, наконец, прижала трубку к уху.

– Эмили… - Проговорил хрипловатый голос мужчины. – Эмили, надеюсь, тебе понравился мой подарок? Я старался напомнить тебе о прошлом, что ты так сильно жаждешь забыть.

– …

– Ну, не стоит молчать, скажи мне хоть что-то… Знаешь, та девушка, что в твоей спальне… Я долго выбирал, но никак не мог найти похожую на Анджелу. Но пару дней назад мне повезло. Они ведь как две капли воды. Правда, страдала она не так, как твоя сестра, времени для развлечений было не много.

– Чего ты добиваешься? – Сквозь зубы прошипела женщина.

– Тебе больно? – Мужчина замолчал, в ожидание ответа, которого не последовало. – Больно, я знаю. И вообще, никогда не думал, что ты можешь выглядеть настолько жалкой. Куда делось все хладнокровие и невозмутимость? Мне, конечно, льстят твои слезы, но этого мало… Я хочу, чтобы ты страдала больше…

– Ты мне мстить, что ли решился? – Усмехнувшись, бросила она.

– Месть? – Мужчина замычал и задумался. – Мне не за что тебе мстить. Однако есть человек, которому ты особенно интересна. Скажем так, он твой тайны поклонник.

– Значит, ревность?

– Своего рода… - Мужчина рассмеялся. – Тяжело быть вторым, поэтому я решил убрать тебя, но перед этим решил немного помучить тебя воспоминаниями. Ну, у меня получилось?

– Не сомневайся.

– Чудно, тогда у меня есть кое-что еще для тебя, - он сделал небольшую паузу, послышался некий щелчок, - знаешь, ты убила совершенно невиновных людей.

– Что? Что ты несешь?!

– Ты ошибалась… Волк в овечьей шкуре всегда был рядом с тобой…

Послышался выстрел. Секунда и Эмили оказалась на полу. На миг ее словно оглушило, и она не понимала, что вообще происходит. Рядом был Уилл, он закрывал ее собой, пригибаясь ближе к земле. Послышался еще один выстрел – ответный. Стрелял Джек.

– Это он, тот убийца… - Выкрикнул агент ФБР.

Быстро сориентировавшись в пространстве, Эмили выхватила оружие из кобуры Уилла. Пока тот замешкался, она смогла его оттолкнуть и быстро встать на ноги. Она ринулась к двери, что вела на задний двор, который граничил с лесной опушкой. Джек, что уже не раз словесно попытался остановить ее, ринулся следом. Он схватил Эмили за руку, в которой был пистолет, и попытался заломить ее, однако женщина ловко выкрутилась и нанесла ему удар в голову банкой для специй, что удобно подвернулась ей. От этого удара Джек тут же рухнул на пол, а она помчалась в лес за человеком, что стрелял в нее.

– Джек! – Обеспокоенно воскликнул Уилл, подбежав к мужчине. Вместе с Ганнибалом они подняли его на ноги.

– Она ударила меня… Сумасшедшая… - Он не мог не возмутиться такой выходки Браун.

– Я отправляюсь за ней, - Уилл схватил оружие с пола и, не дожидаясь ответа, бросился следом за женщиной.

Эмили бежала по лесу, не обращая внимания на бьющие в лицо ветки. Она не чувствовала боль от их ударов. Спотыкаясь, падала, затем быстро вставала и продолжала бежать, словно ищейка по следу своей дичи. Ярость полностью завладела ей. Откуда-то позади доносились оклики Уилла, но она их не слышала, в ее ушах до сих пор звучал тот хриплый голос и его дыхание. «Ты ошибалась». Это словно горючая смесь, подлитая в огонь, сильнее распыляло ее гнев. Она прекрасно знала эту окраину леса, эти места совершенно не изменились. Раньше она каждое утро бегала по этой тропе, как и многие другие жители этого городка. Эмили могла предположить и просчитать путь преследуемого, и непременно поймать его.

Через пять минут погони, Эмили, наконец, удалось настичь свою жертву. Она выскочила на тропу и столкнулась с неизвестным лицом к лицу. Ее рука незамедлительно вытянулась, ноги уверенно стояли на земле, она  отодвинула предохранитель пистолета, и сделала предупредительный выстрел, специально промахнувшись так, чтобы пуля пролетела максимально близко к его голове. Что-что, а стреляла Эмили невероятно точно.

Мужчина даже не дрогнул, когда выпущенная в него пуля со свистом пролетела около его уха. Его лицо скрывал капюшон и врачебная повязка, поэтому, даже когда тот поднял голову, чтобы поточнее прицелиться, Эмили не смогла бы узнать его.

– Ну же, - начал мужчина, - стреляй, чего ты медлишь?

– Я выбираю, куда мне стрелять… - Эмили улыбнулась, хотя это было больше похоже на звериный оскал. – Выстрел не должен убить тебя быстро, я заставлю тебя захлебнуться в собственной крови. Я прострелю тебе шею, не задев ни одной артерии, это парализует тебя, ты будешь испытывать невыносимую боль, но поделать с этим ничего не сможешь.

– Такой, ты ему нравишься больше…

– Кому, ему? – Нахмурившись и помедлив, поинтересовалась Браун.

– Твоему поклоннику и… Моему наставнику? – Он сделала небольшую паузу. - Я ведь могу вас так называть?

Эмили стала разворачиваться и в ту же секунду, когда она полностью повернулась к человеку, что неожиданно возник за ее спиной, она получила удар по лицу. От неожиданности Браун упала на колени. Во рту тут же почувствовался соленый привкус крови, она попыталась встать, ее пальцы сильнее сжали оружие, но воспользоваться им ей так и не удастся. Сильный толчок ногой, заставил женщину упасть спиной на землю, затем она почувствовала, как на ее кисть наступили. Это было больно, она разжала пальцы, и пистолет был откинут в сторону. Она морщилась, но сдерживала крик.

– Уходи, - отдал приказ новый незнакомец, своему «последователю», сообщнику.

– А как же она?

– Это не твоя забота, проваливай! – Грозно проговорил он.

Эмили услышала удаляющиеся шаги. Она попыталась освободить зажатую руку, за что тут же получила  пулю в плечо. Женщина вскрикнула и закорчилась от боли.

– Ты уж прости, моя милая, - чуть наклонившись, произнес незнакомец, - я не хотел тебя убивать.

– Ты? – Эмили, которая только сейчас смогла разглядеть лицо возвышающегося над ней мужчины. На миг, от удивления, забыла про боль. – Невозможно…

– Уж такова реальность, извини…

Прозвучал выстрел. За ним второй. И третий, … а затем наступила тишина.

Уилл бежал так быстро, как мог, но нагнать женщину ему никак не удавалось. Он звал ее, срывая голос, но все было бесполезно. После нескольких минут преследования он услышал выстрел и женский крик. Его сердце сжалось. Он бросился туда, откуда доносился крик, молясь о том, чтобы с Эмили все было в порядке. Но в туже секунду Уилл услышал еще несколько выстрелов, после которых последовала мертвая тишина. Птиц, что до этого периодически пели свои песни, не было слышно, и даже ветер не теребил кроны деревьев. Казалось, что время остановилось. Лучше бы оно так и было. Тогда бы он смог успеть… Спасти ее.

После услышанных выстрелов он плутал в лесу несколько минут, пока, наконец, не вышел к нужному пустырю. Увидев ее лежащую без единого признака жизни, сначала он остолбенел. Не в силах пошевелиться, он лишь смотрел. А после его словно хорошенько толкнули, Уилл сорвался с места и бросился к ней. Упав рядом на колени, по белой рубашке в районе груди медленно продолжало расползаться кровавое пятно.

– Нет, нет, нет… - Запричитал Уилл со слезами на глазах. – Не умирай, прошу, не умирай.

Он дрожащими руками приподнял Эмили. Ее голова безжизненно  качнулась. Уилл провел рукой по ее лицу, по волосам. Душевная боль давила на грудь и норовила вырвать из него.

– Эмили… Нет…

Он уткнулся в ее рыжую макушку, крепко сжимая за плечи, он прижимал ее к себе, а безудержные слезы скатывались по его раскрасневшимся щекам. Волна боли с новой силой захлестнула его, и из его глотки вырвался крик, который больше походил на рев дикого зверя.

Глава 12

***

«Прошлое, несомненно, оставляет след. Оно способно окутать тебя мягкими и легкими воспоминаниями, которые поддерживают тебя в трудные минуты и дают силы жить дальше. Но мое прошлое другое… Оно больше похоже на черный густой туман, который, словно тень, всегда следует за мной.


Мне нельзя было оглядываться назад, стоило найти в себе силы и идти вперед, но лишенная самого дорогого… мне оставалось лишь выбирать между прощением и беспощадным возмездием. И я сделала выбор. Смысл моего существования стал предельно прост – месть за тех, кого я любила. Месть за Анджелу, за Тома и, конечно, за себя.


Я не собиралась искать понимания, и, уж тем более, просить прощение после сделанного. Мне просто хотелось унять ту боль, что разрывала меня изнутри. И лишь кровь моих обидчиков могла сделать это. По крайней мере, мне так казалось.


Когда в первый раз мои руки обагрились кровью, меня трясло. Не от страха, нет. Эта дрожь была от того чувства удовлетворения, что я ощутила. Стало ли мне хоть чуточку легче? Нет. После была лишь пустота. Но мне по-прежнему удавалось убедить себя в том, что путь, выбранный мной, единственно верный. Тогда я продолжила убивать.


Никогда не зацикливайтесь на прошлом, не оплакивайте его, не оборачивайтесь назад, находите в себе силы жить дальше. Я в себе эти силы не нашла, зациклилась на горьких воспоминаниях, что заволокли мне глаза и погрузили в бездонный мрак отчаяния и еще большей боли.»


– Эми! Эй, Эми! – раздался звонкий девичий голос. - Сестрица, пора подниматься, уже солнце встало.

Молодая девушка семнадцати лет с копной рыжих волос, что неуклюже была собрана в пучок на макушке, заскочив в комнату, тут же направилась к окнам, чтобы раздвинуть тяжелые ночные шторы, дабы впустить солнечный свет, способный разогнать мрак данного помещения и разбудить дремлющую женщину.

Лучи утреннего солнца бесцеремонно вторглись в пространство комнаты, освещая большую кровать, что стояла в центре. Спящая женщина недовольно зажмурилась, и, схватив одеяло за край, накрылась с головой.

– Сестра, вставай, тебе разве не надо на работу? Ну же, поднимайся, - девушка тащила одеяло на себя, раскрывая спящую, - из-за тебя мы опоздаем. Эмили Браун, немедленно покиньте кровать и спускайтесь вниз, иначе останетесь без завтрака. Том с радостью съест и твою порцию…

«Как болит голова, не могу открыть глаза. Что за шумное дитя? И почему я должна вставать? Кто она и этот Том? Что вообще происходит…»

– Анджела, из тебя плохой будильник. – Послышался мужской голос.

«Какие знакомые голоса. Кто… Стоп. Анджела?»

– Если ты такой всесильный, братишка, - проговорила девушка с неким сарказмом, - то прошу, разбудите нашу спящую красавицу.

– Думаю, поцелуй, пробудет ее…

«Что? Поцелуй? Только посмей, Том, получишь большую оплеуху, я клянусь, только посмей. Он что серьезно…»

– Сейчас же остановись! – Недовольная Эмили нахмурила брови, лениво приоткрыв глаза, в тот самый момент, когда Том был в нескольких миллиметрах от ее лица. – Тебе жить надоело?

– Учись, Андж. – Молодой мужчина широко улыбнулся, сел на край кровати и вновь обратился к Эмили. – Ты слишком много работаешь, тебе нужен хороший отдых!

– И подальше от тебя! – Вставила слово младшая Браун.

– Эй, юная мисс, следите за языком, я все же старше…

«Что происходит? Ах, это чудовищная головная боль.»

Эмили привстала, и Том тут же накинулся на нее с объятьями. Она не стала возражать, напротив, обняла брата в ответ, да так крепко, словно после долгой разлуки. Она почувствовала, как по ее щекам побежали слезы. Внутри что-то задрожало, и грудь пронзило болью. Она чувствовала его тепло, его дыхание.

– Эй, милая, тише. – Тихонько зашептал мужчина. – Ты дома, здесь с нами.

– Эми, теперь мы вновь можем быть вместе… - Анджела подошла к кровати, опустилась на колени рядом и, последовав примеру брата, заключила ее в свои объятья.

– Да, можем.

– Так, все, прекратим эти нежности, - Том встал и направился к выходу, - пойдемте завтракать, я жутко голоден. Ах, а еще хочу крепкого черного чая…

– А я горячего шоколада… Сестра, ты же сделаешь мне его?

– Конечно.

Эмили следом за братом и сестрой встала с кровати и пошла к двери. Но что-то заставило ее остановиться. Она повернулась к окну, за которым был совершенно незнакомый ей пейзаж. Вместо улицы, что была забита жилыми домами, за окном виднелись стройные тесно поставленные деревья, которые больше напоминали стену, нежели лес. Некое сомнение зародилось в ее голове.

«Эмили!»

– Ты слышала? – Вздрогнув, женщина обратилась к сестре.

– О чем ты?

– Только что… Кричал мужчина. Слышала?

«Нет! Эмили… Не уходи!»

– Вот! Опять. Слышишь?

– Да что с тобой, Эм? – Анджела отрицательно покачала головой. – Никто не кричит, ты просто еще не проснулась.

Эмили почувствовала, как что-то холодное коснулось ее руки, мурашки тут же пробежались по ее спине, она опустила взгляд. Ее кисть сжимала рука Андж. Девушка мило улыбнулась, а затем потянула ее за собой на кухню. Это холодное прикосновение заставило ее сердце сжаться.

«Не уходи… Не оставляй меня… Эмили!»

«Что-то не так… Кто меня зовет? Этот голос… Он такой знакомый. Не могу вспомнить. Это безумие!»

Браун следовала за своей младшей сестрой. С каждым шагом она чувствовала, как некая усталость оставляет ее тело, а все тревоги, непонятные переживания, боль щемящая сердце отступают, а крики некого незнакомца становятся все тише. Дыхание больше не перехватывало, ее движения постепенно становились плавными, тело чувствовало невероятную легкость. Это ощущение было новым и приятным.

Спустившись в кухню, женщина ненадолго зажмурилась и даже прикрыла глаза рукой, так как яркий солнечный свет, что струился и больших окон, сначала ослепил ее. Понадобилось несколько минут, чтобы глаза привыкли. Когда Эмили, наконец, смогла открыть их, то увидела большой стол, за которым достаточно вальяжно сидел ее брат, перед тарелкой с оладьями политыми клубничным джемом. С его губ не сходила радостная улыбка, однако в глазах виднелась грусть и тоска. Эмили вновь перевела взгляд на Анджелу, что стояла напротив с пустой протянутой к ней кружкой.

– Горячий шоколад, ты обещала, сестренка.

– Да-да. - Эмили улыбнулась, взяла кружку, и направилась к плите. – Кстати, Томас, с каких пор тебе нравится бейсбол?

– Что? – Молодой мужчина на миг задумался, осмысливая заданный ему вопрос, а затем перевел взгляд на свою кофту на молнии с эмблемой одной бейсбольной команды под названием «Синие коты». – Ах, это… Кофта Джеймса, старшего брата Рида… Это тот, что Гарри.

– Вот как…

Приготовление шоколада не заняло много времени. Женщина ловко перелила его в белую керамическую кружку. Запах горячего напитка защекотал нос. Она сильнее втянула воздух, пропитанный вкусным ароматом, чтобы в полной мере насладиться им, однако в нос резко ударил неизвестно откуда взявшийся запах сырости, перемешанный с запахом лекарств. Эмили невольно поморщилась и закрыла нос рукой. В ту же секунду она почувствовала запах крови.

«Что за черт? Что со мной?»

Женщина посмотрела на свои руки и ужаснулась. Ее пальцы и ладони были покрыты кровью. Дыхание вновь перехватило, ужас сковал ее, а крик застрял в глотке. На какое-то мгновение перед ее глазами стали сменяться картинки. Разные места, разные люди… Мертвые люди… Эмили затрясло. Найдя в себе силы, она подошла к умывальнику и поспешно начала смывать кровь.

– Эм, ты в порядке? – Произнес немного отстраненный мужской голос.

Эмили почувствовала, как на плечи ложатся чьи-то холодные ладони. Все еще дрожа, она не торопясь повернулась к Тому, что пристально смотрел на нее. Женщина глотнула комок, образовавшийся в горле, и отрицательно покачала головой.

– Все хорошо. – Кротко ответила она и, обойдя брата с кружкой горячего шоколада, подошла к столу и села рядом с Анджелой.

– Спасибо, Эми. – Анджела натянуто улыбнулась и сделала пару глотков.

Молчание, повисшее в помещении, продлилось до тех пор, пока Том вновь не сел на свое место напротив Эмили. Женщина следила за каждым его движением, по ее спине пробежали мурашки, некая тревога вновь зародилась где-то глубоко внутри. Томас поднял на сестру глаза полные грусти, он вяло улыбнулся.

– Давай уедем…

Эмили удивленно посмотрела на брата, в его глазах четко читалась решимость. Он не шутил. Такая серьезность еще больше насторожила женщину.

– О чем ты? – Буркнула Эмили. – Уехать? Зачем куда-то ехать?

– Неважно куда и зачем… - Том стиснул челюсть, тень от его злобы отразилась в напряженных губах. – Главное, что мы уедем вместе… ты, я, Анджела. Туда, где никто нас не найдет. Где мы будем счастливы.

«Разве это реально?»

– Томас, давай оставим этот разговор, он ни к чему не приведет. – Эмили встала со своего места, и отошла к окну, она старалась не смотреть на своего брата, который нахмурившись, не сводил с нее своих глаз полных недоумения. По не понятным ей самой причинам, эта тема была ей не приятна.

– Эмс, ну, почему…

– Хватит! – Вмешалась Андж, отрицательно покачивая головой, давая понять Тому, что ему действительно лучше прекратить этот разговор.

Обхватив себя руками, Эмили стояла и смотрела в окно, за которым, на вид, был прекрасный летний солнечный день. Однако она ощущала некую прохладу, проникающую в дом с улицы. Невольно поежившись, женщина продолжила всматриваться в пейзаж. Широкая улица их маленького городка, заполненная однотипными домиками с пристроенными рядам гаражами. Около соседнего дома, расположился мелкий декоративный кустарник, верхушка которого была ровно выстрижена, а рядом расположились прекрасные клумбы с милыми бледно-розовыми маргаритками. Среди яркой свежей зелени газона, эти цветы, что были тесно посажаны, больше походили на цветочный ковер. Эмили невольно улыбнулась. Она вспомнила, как в детстве помогала тетушке Джен, милой одинокой пожилой соседки, высаживать их и ухаживать за ними. Да, это было прекрасное беззаботное время. Когда Эмили пошла в старшую школу, тетушка Джен скончалась, а дом был быстро продан. Новых соседей не сильно интересовали цветы, поэтому без должного ухода прекрасные маргаритки исчезли, а клумба заросла травой. Вновь видеть эти цветы было немного странно, но это чувство меркло рядом с ностальгией и умиротворением, которые с каждой минуты разрасталось в душе Эмили все больше.

– И все же нам уже пора. – Тихонько произнесла Анджела.

– Да, не стоит больше терять время. – Согласился с сестрой Том.

Эмили обернулась, брат и сестра уже стояли за ее спиной. Женщина чуть отклонилась назад и настороженно посмотрела на них.

– Пошли, Эм, мы опаздываем. – Том схватил ее за руку и потянул за собой к выходу.

– Стой… Подожди…

– Давай, сестренка, не отставай, а то потеряешься… - Прокричала Анджела, быстро идущая впереди.

– Да, что с вами?

Хватка брата была достаточно сильной, чтобы удержать Эмили, и не дать ей возможности вырваться. Паника постепенно начала овладевать ей. Некое необъяснимое чувство, подсказывало ей, что не стоит идти за ними.

Когда они достигли двери, Эмили схватилась за дверной косяк, резко дернув руку на себя, и смогла выдернуть ее из крепкой хватки брата. Переводя дыхание, она в ужасе смотрела на Томаса и Анджелу, что стояли по ту сторону двери. Их глаза полные грусти и обиды смотрели сквозь нее. А через секунду она увидела, как на шее Анджелы появляется след от веревки, на которой она повесилась, а кофта Тома стала пропитываться алой кровью. От резкой боли в груди Эмили вскрикнула и согнулась. Она еле устояла на ногах, схватившись за косяк двери. В тот же миг перед глазами вновь стали мелькать картинки. Она видела себя… Женщину, убившую стольких людей, ту, что сидела почти шесть лет в изолированной от всех камере. Видела доктора Мерсена, Джека и Алану, Уилла и Ганнибала Лектера.

«Правильно… Вот она… Реальность! Как же я могла забыть».

Постепенно боль начала притупляться. Голос мужчины, который раньше ей был не знаком, вновь стал достигать ее ушей.

«Эмили, я здесь рядом с тобой, только вернись… Прошу приди в себя».

Женщина обернулась на голос. В паре метров от себя она увидела Уилла, он улыбнулся в своей вялой манере, а затем протянул ей руку призывая взять ее и пойти с ним.

– Эмили, - Послышался хриплый голос, окончательно преобразившегося в жуткое зрелище, Тома. - Прошу тебя… Пойдем с нами. Мы вновь будем вместе, как раньше.

– Сестренка, я так скучаю по тебе…

Эмили тяжело вздохнула, прикрыла глаза и взяла себя в руки. Она вновь взглянула на них уже глазами без слез. Ответ был очевиден.

– Не мучай себя еще больше, Эм…

– Это мой выбор. – Она слегка улыбнулась. – Простите, вам придется еще немного подождать… но обещаю, скоро все закончиться.

Эмили отступила назад и закрыла дверь, которая скрыла тот возможный мир спокойствия и умиротворения, мир в котором она будет свободна от бремени своих поступков и счастлива со своей семьей. Обернувшись, она увидела глубокую тьму, и лишь Уилл был своеобразным лучом света, способным указать ей путь в ее реальность. Больше не задумываясь ни на секунду, она схватила Уилла за руку…

И вновь яркий слепящий свет, не позволяющий открыть глаза. Но спустя какое-то время он начинает меркнуть. Она начинает чувствовать тяжесть своего тела и ту ноющую боль, что являлась следствием неприятной встречи. Она начала чувствовать запах больницы. Звон в ее голове не позволял различать какие-либо звуки. Делая над собой усилие, Эмили пыталась открыть глаза. Не сразу, но у нее все же получилось это сделать. Расплывчатый образ перед ее глазами стал постепенно собираться воедино, и Эмили смогла увидеть Уилла, на лице виднелся отпечаток бессонницы, переживаний и облегчения вперемешку с радостью.

– Уилл… Уилл… - Зашептала женщина.


***


«Ценность утраченного всегда познаешь, только когда оно ускользает…


Я вновь теряю ее… Ту, что люблю…


Да, люблю! Глупо было отрицать это столько времени, но я был зол, обижен. Ты хоть представляешь как мне было больно, когда придя в себя в больнице после ножевого ранения, я осознал… Это не сон. Возможно в тот миг часть меня все же умерла. Потому что такой пустоты я раньше никогда не испытывал.


Со временем, конечно, все чувства притупились. Я усиленно работал, стараясь отвлечься и забыться. И когда я забыл, ты вновь появляешься передо мной. Я злюсь на тебя, на Джека, который привел тебя, на Лектера, что явно был заинтересован тобой, и, конечно, на себя за то, что до дрожи в коленях рад вновь видеть тебя. Стараюсь не показываться своей тревоги, но ты же все прекрасно видишь и знаешь.


Мы вновь начинаем работать вместе. Теперь все мои мысли о тебе. Я стараюсь свести наше общение до минимума, но это не так просто. Лектер говорит, что я помешан на тебе. Да, возможно это и так… Нет, это должно быть так, ведь я люблю тебя до сих пор… Поэтому, Эмили, прошу тебя, не оставляй меня вновь.»

Прошло уже пять дней с той поездки в Феникс. За это время Уилл практически не спал и не ел. Все свое время он проводил в палате интенсивной терапии около Эмили, которая чуть не умерла на операционном столе, но впала в комовое состояние. Пять долгих и мучительных дней Уилл не находил себе места. События того дня никак не хотели отпускать его. Какое-то чувство тревоги преследовало его по пятам, и это еще больше сводило с ума.

Он часами сидел рядом с Эмили, сжимая ее руку и моля о конце этого кошмара наяву. Ее ровное дыхание, стабильные показания на монотонно сигналящих приборах, говорили о жизни, что все еще таилась в ее теле. Однако Уилл боялся, что она больше никогда не очнется. И с каждым днем этот страх усиливался. Но даже если и так, он был категорически против того, чтобы отключить ее от аппарата жизнеобеспечения и позволить умереть.

Уилл старался не покидать надолго палату, так как переживал, что стрелявший в Эмили человек вернется, чтобы завершить начатое. Наличие за дверью охраны нисколько его не успокаивало, так как он не доверял ни им, ни врачам. Порой, это доводило до абсурда. Лектер, который каждый день навещал его, всячески старался уговорить Уилла, отправиться домой и хорошенько выспаться, но тот был непреклонен. Не помогали уговоры Джека, и даже Аланы.

После недели проведенной в больнице, Грэму все же пришлось съездить домой, оставив свой пост Ганнибалу. Вернулся он на следующий день, к обеду. Когда Уилл вошел в палату, то увидел в компании своего психиатра доктора Мёрсена. Нахмурившись, он поприветствовал мужчину, правда, весьма недружелюбно. Неприятную внешность психиатра дополняла некая аура, которая заставляла окружающих чувствовать себя рядом с ним некомфортно, в том числе и Уилла. Однако были и исключения, наподобие Лектера, который вполне нормально держался рядом с ним, или Эмили, которая находила общение с Мёрсеном весьма интересным. К маленькой радости Грэма, мужчина долго не задержался и, попросив сообщить ему, когда Эмили очнется, ушел.

– Что ему было нужно? – Обратился Уилл к Ганнибалу, немного подождав после ухода Мёрсена.

– Ничего особенного. – Психиатр сделал небольшую паузу. – Он беспокоился, ведь стрелявшего так и не нашли.

Грэм внимательно посмотрел на своего товарища, в его взгляде четко читалось сомнение и недоверие, однако Лектер вряд ли примет это за что-то серьезное.

Прошло еще полторы недели. Надежда постепенно покидала Грэма, оставляя его с отчаянием и страхом. С каждым днем он все больше начинал винить и ненавидеть себя за свою слабость и беспомощность. Ганнибал, что был постоянным свидетелем данных сцен его самобичевания, лишь молча все выслушивал, так как считал, что никакие слова на Уилла не подействует. Но делать что-то нужно было, поэтому он все чаще стал говорить о том, что нужно идти дальше, и отпустить всю эту ситуацию, а Эмили отключить от аппарата.

В тот день Ганнибал пришел около пяти вечера, Уилл сидел на диване с папкой в руках, в ней были записи о нападении на Браун в Фениксе. Он столько раз уже читал эти материалы, что знал все наизусть. Но вновь просматривая их, Уилл надеялся увидеть то, что мог возможно упустить. Мужчина настолько был погружен в изучение, что не заметил прихода доктора Лектера. Психиатр, в свою очередь, чуть задержавшись в проходе, прошел в палату, к небольшому столику, аккуратно уложил свою верхнюю одежду на стул и достал из бумажного пакета несколько контейнеров с едой.

– Уилл, - обратился к товарищу мужчина, - поешь, ты наверняка весь день не ел.

– Несколько кружек кофе и пара шоколадок из местного автомата.

– Надеюсь, ты не будешь отрицать, что то не еда…

Грэм устало вздохнул и отложил папку в сторону. Подняв усталые глаза на Ганнибала, он вяло улыбнулся. Уилл был рад ему. Рад тому, что хоть кто-то не оставляет его. И он был действительно благодарен за это доктору Лектеру.

– Выглядит аппетитно. – Усевшись за столик, произнес Уилл.

– Джек звонил?

– Он заходил пару часов назад, разговаривал с врачами…

– И что они говорят?

Уилл помедлил с ответом.

– Мы можем только ждать.

Лектер бросил короткий взгляд на бессознательную Эмили, а затем вновь обратился к Грэму.

– Уилл, я понимаю, что это тяжело принять, но все же будет лучше, если…

– Нет. – Резко возразил мужчина. – Не стоит больше касаться этой темы.

Мужчина с трудом проглотил ком пищи, а затем резко встал. Эта тема, вновь поднятая Ганнибалом, заставила чувствовать себя плохо. Аппетит моментально пропал, сменяясь тошнотой. Ему неожиданно стало некомфортно с ним. Долго не думая Уилл вышел из палаты, оставляя невозмутимого Лектера в помещении.


***

«Терять в жизни более необходимо, чем приобретать. Зерно не даст всходы, если не умрет.»


Ганнибала совершенно не волновал тот факт, что данный разговор неприятен Уиллу. Он был убежден, что чем скорее тот отпустит Эмили, тем скорее ему станет легче существовать в этом мире и выполняться свою собачью работу в ФБР.

Кто-то мог подумать, что Ганнибал действительно переживает за Грэма, как за человека, товарища и, возможно, даже как за друга. Однако это было не так. Уилл для него, возможно, и мог бы стать другом, но сейчас был лишь интересным объектом для наблюдения. Стоит отметить то, что их взаимоотношения весьма сложны, особенно, если учитывать еще одну небольшую их составляющую – Эмили Браун. Для Лектера эта составляющая своеобразная помеха, которая имеет особое влияние на Уилла, пусть тот и не осознает это. Но так же Эмили, является тем самым ключиком, который поможет Лектеру взрастить в Грэме иные жизненные ценности, мотивы для существования, она способна изменить его, сделать таким, каким его хочет видеть Лектер. Уилл должен стать тем, кто способен принять и понять его таким, какой он есть на самом деле. Смерть Эмили, незамедлительно даст свои плоды. Она должна умереть. Однако Лектер может столкнуться с трудностями, неподвластными его разуму.

Ганнибал подошел к аппаратам жизнеобеспечения стоящие около койки Эмили. Сигналы от них не позволяли глубокой тишине захватить все пространство небольшой палаты. Он посмотрел на ее лицо, что выражало умиротворение и покой. Словно хищник, без доли жалости и сожаления, Лектер наблюдал за показателями на мониторе. Он потянулся к аппарату и, коснувшись нужной ему кнопки,  был готов нажать ее, но неожиданно показатели изменились. Пульс Эмили резко повысился, ее затрясло. Ганнибал тут же отошел на пару шагов.

Вернувшись, Уилл тут же кинулся к ней. От паники его дыхание перехватило, и он с трудом мог вымолвить хоть слово. Ганнибалу пришлось потрудиться, чтобы удержать его и вывести в коридор, чтобы не мешать подоспевшим врачам выполнять свою работу. Они стояли за дверью и слышали каждое слово, каждый звук.

Через несколько секунд послышался ровный монотонный писк.

– Эта остановка сердца, - послышался голос врача, - мы ее теряем. Быстрее…

В этот момент сердце Уилла на миг остановилось, он медленно сполз по стене. Лектер стоял рядом и, казалось, сложившаяся ситуация его вновь мало волновала, но все же это было не так. Пусть он и был невозмутим, но что-то внутри него все же екнуло в тот момент, когда монитор аппарата показал остановку сердца Эмили. Скорее всего, он никогда не признается даже самому себе, что за столь короткий строк успел привязаться к этой неугомонной и ненормальной женщине.

– Все будет хорошо, Уилл, - произнес Ганнибал, - она не умрет.

Уилл поднял на психиатра свои глаза полные грусти и боли. Он чувствовал его уверенность и веру в Эмили, и это придало Грэму сил. Мужчина слегка кивнул головой, чуть улыбнулся.

– Да, ты прав.

Спустя пару минут из палаты вышел доктор и оповестил, что жизни пациентки ничего не угрожает.


Уилл был измотан и обессилен. Последние пару дней он совсем не спал. Накачивая свой организм кофеином, мужчина справлялся с немаловажной потребностью организма в виде сна. Алана, решившая навестить его, была весьма обеспокоена состоянием Грэма. Однако все ее беспокойные речи пролетали мимо ушей мужчины, который был больше похож на живой труп, нежели на человека.

Как бы Уилл Грэм не поддерживал себя в «деятельно-способном» состоянии, после подобного потрясения усталость взяла над ним верх. Сидя около Эмили и держа ее за руку, он не заметил, как уснул. Блаженный, но пусть и не глубокий, сон окутал его, позволяя хоть на миг оставить свои волнения и переживания.

Он не знал, как долго продлилась его дрема, но когда Уиллу пришлось вернуться в реальность, он почувствовал, как что-то касается его волос. Не понимая, что происходит, мужчина выпрямился, потянулся, потер глаза. Веки все еще были тяжелыми, а взгляд никак не мог ухватиться за окружение.

– Уилл… - Послышался тихий и хриплый, почти безжизненный голос.

Мужчину словно ударило током. Его сердце словно остановилось, когда увидел, что Эмили, наконец, пришла в себя. Не веря своим глазам, он боялся пошевелиться, боялся, что все это окажется сном. Но это была реальность. Эмили звала его, тянулась к нему.

– Эмили… Эмили!

Грэм кинулся к ней. Схватил за руку и прижал ее к щеке. Он не мог сдержать эмоций, и слезы побежали по его щекам. Он дрожащими руками коснулся ее лица, стер маленькие соленые капли, что уже успели собраться в уголках ее глаз. Уилл был так счастлив от возможности вновь видеть ее в сознании.

– Эмили, не бросай меня… больше никогда не бросай меня.

– Уилл…

– Тише, ничего не говори…

– Никто… - Женщина с трудом произносила слова. – Никто не должен знать… Не должен…

– Что? – Грэм непонимающе смотрел на нее.

– Он здесь… Рядом.

– Кто? Тот, кто стрелял в тебя? Кто он?

– Никто не должен знать… Никто…

– Эмили? Нет, нет, нет… Только не снова, нет!

Браун вновь потеряла сознание, так и не успев ничего сказать.

На крики Грэма сбежались медсестры, врачи и охранники, которые впоследствии вновь оттаскивали мужчину силой, чтобы медперсонал мог делать свою работу.

Глава 13

- Ааа… Ум… Ты… тварь! Я убью тебя! УБЬЮ! – Вновь закричал несчастный.      Мужчина дернул руками в надежде вырваться из крепко связывающих его веревок, в которые была вставлена нетолстая прямая палка, с помощью которой ему периодически выкручивали руки. Ноги были сильно повреждены, все лицо было в кровоподтеках, несколько зубов отсутствовало. Его явно мучали уже несколько дней.


Эмили, наконец, прекратила выламывать своей жертве руки. Вытащив палку, она отшвырнула ее в сторону, обошла стул, наклонилась и, схватив обессиленного мужчину за подбородок, рывком подняла его голову.


- Ну, как тебе такое? Понравилось?


- Не прощу, тварь… Я тебя не прощу…


- Мне не нужно твое прощение. – Эмили усмехнулась. – Я тут кое-что еще приготовила, думаю, ты будешь в восторге.


Неделей ранее.       Часы показывали половину девятого вечера. Доктор Лектер распахнул дверь своего кабинета, чтобы убедится в отсутствие нежданных пациентов или гостей. Однако, вместо пустого коридора, в дверях мужчина увидел Гарри Мерсена. Ганнибал, чуть помедлив, жестом руки пригласил своего коллегу войти.

Гарри Мерсен – известный психиатр, правда, получивший свою славу далеко не за качественность его деятельность, а, скорее, за грязные приемчики и порой некорректными методами лечения. Он был немного старше Ганнибала, но его внешность явно не отображала реальные цифры его возраста. С глубокими морщинами на лбу, сдвинутыми к переносице бровями, сутулыми плечами, в слегка помятом костюме с лиловым галстуком: мистер Мерсен оставлял весьма недоброжелательное впечатление. За всей же этой внешностью скрывались острый ум, хитрость и любознательность. Гарри Мерсен был очень начитанным человеком. Помимо своей работы в качестве психиатра для «особых» заключенных, мужчина уже больше двадцати лет преподавал психологию в нескольких высших учебных заведениях. Так же мужчина частенько печатался в различных научных журналах, и выпускал книги своих исследований. Кстати, благодаря одной из них Лектер немало узнал об Эмили. Конечно, в книге не указывались настоящие имена объектов исследований мистера Мерсена, однако Ганнибалу, который довелось лично немного поработать с этой женщиной, не составило труда «сложить два плюс два». Особый интерес он проявил к статье под названием «Психологическая травма и ее влияние на личность», в которой, без сомнений, говорилось о Браун. Так как Эмили была из тех, кто не любит говорить о своем прошлом и тем более о чем-то слишком личном, Ганнибалу стала непомерно любопытна та психологическая травма, которая послужила толчком для ее становления на роль серийного убийцы. Хотя Лектер и находил статьи Гарри Мерсена весьма интересными, обсуждать их, как и лишний раз встречаться с автором, он мало хотел.

- Что привело вас ко мне, мистер Мерсен? – Наконец начал Ганнибал, когда его коллега прошел и быстро осмотрелся. – Надеюсь, вам не нужна моя помощь, как психиатра.

- О, сарказм… - Мужчина прищурился, а затем чуть улыбнулся. – Я вижу вы весьма в хорошем расположении духа, доктор.

Ганнибал холодно и безразлично смерил пришедшего взглядом, смиренно вздохнул.

- Так, по какому вы вопросу?

- Слышал, Эмили пришла в сознание… - Мерсен ждал подтверждения, однако Лектер не спешил его давать. – Признаюсь честно, я уже и не надеялся.

- А у вас из-за этого проблемы?

- Вы же все прекрасно знаете, так к чему задавать этот вопрос?

На мгновение в помещение вновь повисло молчание. Ганнибал отвел от собеседника свой взгляд, всем своим видом показывая свою терпимость к данной персоне.

- Мистер Мерсен, вам ведь уже сообщили, что Эмили Браун несколько дней назад пришла в себя и быстро идет на поправку… Прошу, оставьте бесполезные разговоры и перейдите к самой сути вашего визита.

Мужчина чуть качнулся, приподнявшись на носки, поджал губы, медля с продолжением беседы. Его намеренное нежелание побыстрее закончить эту встречу, значительно раздражало Ганнибала.

- Мне сказали, что у нее временная амнезия, вызванной психологической травмой или переживанием экстремального стресса.

- Да, видимо шок от случившегося в Фениксе сильно повлиял на нее, поэтому она совершенно не помнит тех событий, ни разговоров, ни видео, ни самой поездки, и лицо стрелявшего, конечно. Поэтому вы можете быть спокойны. – Ганнибал кротко переглянулся с коллегой, который заметно напрягся. – Правда до тех пор, пока это не пройдет.

Напыщенная вежливость и маска доброжелательности быстро сменилась на суровость и угрюмость. Однако его зеленые глаза все так же блестели неким огоньком азарта. Вся сложившаяся ситуация была для него игрой в «кошки мышки» с Эмили. Этот факт Ганнибал понял в тот день, когда невольно стал свидетелем одной сцены в больнице.

Однажды Лектер решил навестить Уилла, который практически не отходил от кровати коматозной больной, но вместо него обнаружил Гарри Мерсена склонившегося над Браун. Мужчина что-то прошептал ей на ухо, затем на его лице появилось горестная улыбка. В тот день Ганнибал и узнал, что именно он стрелял в Эмили, намереваясь убить. Сомнения насчет него у Лектера появились еще с их первой встречи, а после поездки в Феникс его догадки только подтверждались. Но, не смотря на все это, он решил молча понаблюдать со стороны за всем этим представлением, что разворачивалось перед ним, однако были несколько вопросов, которые требовали незамедлительного ответа.

В тот день, до прихода Уилла, Ганнибал успел убедить Мерсена в его полном бездействии в этой ситуации. Но он никак не ожидал того, что этот мужчина увидит в нем сторонника.

- Надо действовать незамедлительно. – Немного хрипловато произнес Мерсен.

- Почему вы ее сразу не убили? – Поинтересовался Ганнибал.

Мужчина не спешил отвечать, он лишь молча смотрел на своего собеседника, подбирая слова и оценивая перспективы своего ответа.

- Думаю, это стоило сделать еще несколько лет назад, но ни тогда, ни в прошлый раз у меня это не вышло. Против нее я оказался бессилен. – Он слегка усмехнулся. – Надеялся, что смогу перебороть себя, но все же не смог. Видно знаю слишком много, чтобы убить. Парадокс, не правда ли?      - Тогда как собираетесь устранять ее? Вряд ли, вернув себе память, Эмили решит оставить вас в живых.

- Для этого я взрастил того, кто сделает это вместо меня.

Ганнибал внимательно посмотрел на собеседника, а затем чуть улыбнулся.

- Раз вы не в силах сделать это сами, не стоило и начинать.

- Все не так просто, мистер Лектер. Когда ты сильно чего-то желаешь, но не получаешь этого, то порой ты решаешь уничтожить объект своего желания, чтобы он случайно не достался кому-то другому. – Мерсен заметил во взгляде Ганнибала тень презрения. – Не надо на меня так смотреть. Разве вы сами не испытывали подобного? – Психиатр ждал ответа, но того так и не последовало, тогда он продолжил. – А разве с Уиллом Грэмом дела обстоят не так?

- Мой интерес к Уиллу отличен от вашего извращенного мнения. – В голосе Лектера слышалось предупреждение, требовавшее больше не поднимать данную тему.

- Ну а что же ваш интерес к Эмили, так же отличен от моего «извращенного мнения»? – Намеренно слащаво искаженная процитированная фраза Мерсеном, была словно наглой насмешкой над Лектером.

- Да.

Мерсен рассмеялся.

- Чтож, пусть будет по-вашему. – Мужчина направился к выходу. – Скорей всего вам так и не посчастливится быть одураченным этой женщиной.

Гарри Мерсен покинул кабинет, четко обозначив свою роль в небольшом предстоящем представлении, однако Ганнибал предвидел совершенно иной исход событий.


Эмили лежала в полной тишине. Прошло уже несколько дней с того момента, как она пришла в сознание, и ее постоянным посетителем, кроме лечащего врача, был Уилл Грэм. Большую часть своего времени мужчина проводил рядом с ней, иногда тот оставался ночевать в больнице. Ей было приятно осознавать, что существует тот человек, который переживает за нее, сейчас она вновь чувствовала себя нужной. Однако ее радость омрачала некая гнетущая боль в глубине ее души. Возможно, чувство вины, за тот раз, когда по ее вине Уилл оказался на больничной койке с ножевым ранением, до сих пор не оставляло ее в покое. Эмили стоило попросить прощение, сказать что сожалеет, и Уилл наверняка бы принял и простил… Да, простил без колебаний. Но она не заслуживала прощения, ни его, ни чьего-либо еще, только не после того что собирается сделать.

Женщина смотрела в окно, за которым медленно проплывали серые облака. «Скоро пойдет снег», - подумала она, - «надо успеть». Чуть приподнявшись, женщина облокотилась о спинку койки. Раны от выстрелов все еще немного побаливали, по этой причине некоторые движения довались ей с трудом. Но эта боль была ничем по сравнению с тем, что испытывала ее душа. Перед глазами, до сих пор стояли ее брат и сестра, изуродованные и молящие уйти с ними. Эмили поежилась, закрыла глаза, и попыталась прогнать от себя эти воспоминания бессознательного бреда. Ей понадобилось немало для этого времени, когда она, наконец, открыла глаза, то увидела перед собой Уилла. От неожиданности она чуть вздрогнула.

- Эй, с тобой все хорошо? – Обеспокоенно поинтересовался мужчина.

Эмили, стиснув зубы, проглотила застрявший в глотке выкрик. Она смотрела на него испуганными глазами, а внутри презирала себя за то, что начинала ненавидеть его ласковый снисходительный тон, его полные беспокойства и тревоги глаза, его страх за ее жизнь. С каждым разом ей становилось все хуже от своих собственных запутанных в тугой узел чувств.

- Ты опять пришел. – Отвернувшись, произнесла она.

- Я обещал, что буду рядом. – В его голосе слышались нотки обиды.

Женщина почувствовала, как от этих слов, ее маска безразличия раскололась. На глазах навернулись слезы, она окончательно запуталась в своих чувствах и эмоциях, которые переполняли ее и готовились вырваться наружу. Эмили, схватила Уилла за руку, потянула к себе и, когда тот оказался подле нее, обвивая его шею руками. На мгновение мужчиной овладело сковывающее волнение, но быстро придя в себя, он крепко прижал ее к себе.

- Прости меня, Уилл, - сквозь слезы проговорила Эмили, - Прости за все… Я не должна была…

Уилл молча слушал, поглаживая ее по спине, успокаивая. Для себя он уже давно решил, что когда этот момент настанет, он без доли сомнений простит ее. Но что-то внутри него все же сопротивлялось, этому решению. И как бы он не старался, заглушить это чувство он не мог.

- Эмили, - Грэм отстранил от себя женщину, крепко держа за плечи, и устремил на нее свой, полный решимости, взгляд, - не стоит винить себя и просить прощения, в этом нет необходимости. Но… Я должен знать. Что произошло на самом деле? Тогда шесть лет назад?

Браун никак не была готова к такому повороту. Зря она думала, что Уилл остался прежним, и предположила, что все будет так просто. Его догадки и желание знать правду были для нее помехой. Однако она знала, как превратить его сомнения в свой главный козырь.

- Почему ты убила всех тех мужчин?

- Я… - Эмили отвела взгляд, затем вновь посмотрела на мужчину, ее немного трясло, словно испуганное животное. – Я не… Никого. Нет… Никто не должен узнать, никто… - Женщина закрыла уши руками, покачиваясь вперед и назад, она не переставала повторять: - Никто не должен узнать.

- Эмили? Эй… Эмили! – Уилл затряс ее за плечи.

- Нет! – Закричала женщина, отбиваясь от Грэма. – Нет, не трогай! Не прикасайся ко мне…!

На крики в палату прибежали врач и медсестры, которые тут же попросили Уилла удалиться и приготовили успокоительное для Эмили. Им понадобилось немало усилий, чтобы удержать ее и вколоть лекарство.

Спустя несколько минут, когда доктор вышел из палаты, Уилл смог узнать подробности о весьма странном поведении Браун. По его словам такое поведение, несомненно, было связано с психологической травмой, которое обострилось в связи с временной амнезией. Врач, считал, что некоторые воспоминания, впечатление от которых притупилось с годами, вновь обрушились на Эмили с новой силой.

Уиллу вновь разрешили войти в палату спустя пару часов, когда Эмили под действием препарата вновь пришла в нормальное состояние, и истерика прошла. Он вошел, аккуратно подойдя к койке, Эмили лежала неподвижно, словно кукла, а ее взгляд был пуст. Уилл сжал кулаки, пытаясь сдержать свои эмоции. Ему было тяжело и больно смотреть на нее и видеть слабую, беззащитную и психически больную женщину.       Грэм подошел, вновь сел рядом, взял ее руку, и почувствовал, как она чуть сжала его пальцы. Он аккуратно коснулся ее волос, затем щеки.

- Уилл… - Тихо прошептала Эмили и сильнее сжала руку мужчину. – Мне нельзя здесь оставаться. Я должна уйти…

- О чем ты, Эмили?

- Если я останусь здесь, он вернется и убьет меня.

Мужчина удивленно посмотрел на Браун, предполагалось, что в следствии амнезии, она не могла вспомнит того, кто в нее стрелял.

- Так ты все помнишь… - «Нет, никакой амнезии», - Кто? Эмс, скажи мне кто он? Я смогу тебя защитить…

Женщина немного помолчала, а затем вяло улыбнулась.

- Ты и себя защитить не сможешь… Он уже был здесь, но ты даже не заметил. Уилл, я должна уйти из больницы, помоги мне.

- Здесь ты в безопасности, Эмили. – Утвердительно проговорил Уилл, словно пытаясь убедить в этом самого себя. – Верь мне. – Мужчина встал, и поспешил к выходу. – Все будет хорошо.

- Нет… Уилл. – Но Грэм уже не слышал женщину.

Выйдя в холл данного этажа, мужчина вытащил из кармана телефон и набрал номер Джека. После пары гудков в трубке раздался уставший голос агента ФБР. Не дожидаясь никаких вопросов, Уилл стал рассказывать Кроуфорду о случившемся, а так же он высказал свои предположения. Из слов своего подчиненного глава поведенческого отдела понял, что стрелявший в Эмили человек, уже появлялся в больнице, и им предстоит узнать его личность как можно скорее. Так же Уилл просил его об усиленной охране или переводе Браун в другое место. Не то, чтобы Джек не мог устроить ни то, ни другое, просто в дополнительной охране он не видел смысла, а подготовка к переводу займет некоторое время. И если быть совсем уж честными, то именно сейчас, когда помимо Эмили и ее «проблем», у него и других психов хватало, которые требовали к себе не меньшего внимания, ему не хотелось что-либо делать. Однако это была его работа, и все пустить на самотек не мог. По этой причине он согласился на дополнительную охрану. Помимо тех двоих, что уже были на страже около палаты Эмили, Джек определил еще пару полицейских. Это все, на что он сейчас был согласен.

Разговор длился не больше пятнадцати минут. Закончив говорить, Уилл поспешил вернуться. Теперь то он точно не оставит ее ни на секунду. Однако подходя к палате, он заметил, что охраны на своем месте не было. Сердце на мгновение остановилось, страх тут же завладел им. Уилл бросился к двери, и когда он распахнул ее, то увидел двух полицейских, которые были без сознания, Эмили в палате не было. Он наклонился к первому мужчине, что в полулежащем положении находился около входа. Судя по ране на голове, его ударили чем-то тяжелым, Уилл проверил его пульс на сонной артерии, мужчина был жив. Затем он подошел к другому полицейскому, что лежал около больничной койки, вокруг его шеи была обмотана трубка от капельницы, его пытались задушить. К счастью оба мужчины были живы. Осознав это, Уилл тут же выбежал в коридор и стал звать на помощь. На его крик тут же отреагировали медсестры.

Позвав на помощь, Уилл бросился на поиски Эмили. Вместе с охранниками больницы, он обыскал каждый уголок здания, в надежде на то, что женщина все еще не покинула больницу. Но когда поиски не дали результатов Уилл взял телефон и вновь набрал Джека.

- Ну что еще? Я уже отправил ребят! – Послышался раздраженный голос Кроуфорда.

- Эмили пропала…

- Что?!

- Ее нет в больнице…

- Я уже еду. – Коротко произнес мужчина, и прервал звонок.

Спустя сорок минут Уилл и Джек смотрели записи с камер наблюдения. Камеры с лестниц эвакуационных выходов показали, как Эмили спускается вниз на стоянку. Следующие камеры показали, как она вновь вырубив двух санитаров и водителя скорой помощи, угоняет машину и скрывается в неизвестном направлении.

Джек не в силах себя сдержать, как следует выругался.

- Вот тебе и беззащитная, требующая дополнительной охраны. – С упреком произнес Кроуфорд, обращаясь к Грэму.

В тот момент, когда Уилл увидел записи видеонаблюдения, и понял, что похитителя, на которого он так старательно сбросил все происходящее, и вовсе нет, что-то внутри него вновь оборвалось. Неужели все те слова, что сказала ему Эмили, были ложью, пылью, что та бросила ему в глаза, чтобы притупить его бдительность. Неужели он вновь был обманут этой женщиной? Она дождалась подходящего момента и сбежала. Да, все это было ради побега. Ложная амнезия, человек стрелявший якобы посетивший больницу… Все это была ложь. Но покушение, тогда в Фениксе, ведь было настоящим? Или все то, так же является тщательно спланированным планом? Тогда у нее есть сообщник, или их несколько?

Погруженный в мысли, Уилл не замечал происходящего вокруг себя. Он был подавлен и шокирован. Он вновь почувствовал беспомощность и презрение к самому себе, как тогда, шесть лет назад. Однако вернул его в реальность голос Лектера, который только что подоспел после тревожного звонка Кроуфорда.

- Уилл. – Вновь позвал мужчину психиатр.

- Доктор Лектер.

Грэм даже не посмотрел в сторону Ганнибала, он лишь дал понять, что слышит его, однако говорить, обсуждать что-либо желание у него не было. Но разве психиатра это когда-либо останавливало? Нет.

- Тебе стоит поехать домой и хорошенько отдохнуть. – Продолжил Ганнибал, однако Уилл вновь никак не отреагировал на его слова. – Не переживать из-за того, что случилось. Эмили достаточно хитра и умна, чтобы запланировать все с самого начала. Я не удивлюсь, если еще до Феникса, все шло по ее плану.

Уилл бросил на доктора хмурый неодобрительный взгляд. Ганнибал в очередной раз разгадал суть его переживаний, и не забыл озвучить его мысли, которые он предпочел бы похоронить глубоко внутри себя. Подошедший Джек, немного разрядил накалившуюся атмосферу между ними, отвлекая Уилла на себя.

- Только что, в паре кварталов от сюда, - начал агент ФБР, - была найдена та самая машина скорой помощи. Однако Браун и след простыл. – Мужчина тяжело вздохнул, усталость переполняла его тело, он потер заболевшую шею. – Уже давно стемнело… Быстро поймать ее нам не удастся.

- Куда она могла пойти? – Задал вопрос Грэм, только скорей он был риторическим, или адресовался самому себе.      - У нее не много вариантов… - Посмел себе заметить Кроуфорд.

- Если все это было спланировано, то ей есть куда идти. – Утвердительно проговорил Лектер. – Однако, если все же, это побег был вынужденной мерой, она отправится к тем, кому она доверяет, в ком она будет уверенна.

- Это, несомненно, Уилл. – Воодушевился Джек.

- Ко мне она не придет. – Чуть повысив голос, проговорил Грэм. – Не доверяет. Иначе бы все рассказала, и не сбежала…

- И все же думаю, к нему стоит отправить полицейский.

- Вам, доктор Лектер, присмотр тоже не помешает. – Джек достал телефон. – Я немедленно распоряжусь насчет вас двоих.

- Подожди, Джек, - прервал агента Лектер, - стоит отправить полицейских еще к одному человеку. На мой взгляд, именно к нему отправится Эмили.

- И кто же он?

- Гарри Мерсен, предыдущий лечащий врач из клиники.

- Что? Мерсен? – Немного возмущенно переспросил Грэм.

- Да, не стоит так удивляться, Уилл. – Ганнибал бросил на товарища холодный взгляд, от которого у того по спине пробежали мурашки. – Их отношения начинаются задолго до попадания Эмили в его клинику. Он был не только ее учителем в институте, но так же другом семьи. К тому же за шесть лет работы с ней, он мог добиться не только ее доверия.

- К чему ты клонишь? – Уилл нахмурил брови.

- Я клоню к тому, что Гарри Мерсен единственный, кто знает о Эмили все. Она не придет ко мне, ни к тебе, Уилл, так как думает, что мы просто не понимаем ее, в отличие от Мерсена.

- Хорошо, я немедленно с ним свяжусь, однако вас двоих я со счетов не списываю. – Бросил на последок Кроуфорд.


***

Вот уже целых пять дней Ганнибал Лектер находится под бдительным присмотром полицейских. Мужчина пару раз пытался поговорить с Джеком Кроуфордом по поводу «охраны», но все это было в пустую, агент был не приклонен в своем решении. Но все же, после хорошо аргументированных доводов, мужчины сошлись в решение, что слежка будет вестись только за его домом. Так работа для Лектера стала местом отдыха.

Возвращавшись в этот раз домой, он намеренно поехал по более длинной дороги. Подъехав, он заметил небольшой фургон, стоящих в нескольких метрах. Бросив в ту сторону недовольный взгляд, он вышел из машины и поспешил в дом.

Как обычно, Ганнибал переобулся, аккуратно повесил пальто в шкаф, а затем направился в спальню, чтобы сменить одежду. Размеренными шагами он ходил по своему дому, стараясь не думать о том, что за каждым его движением следят. Кстати об этом… Сегодня чувство, что за тобой пристально наблюдает, было особенно ощутимо. По его спине даже пробежался некий холодок. Это его все больше раздражало.

После того, как мужчина переоделся, он отправился на кухню, чтобы поужинать. Он еще не знал, что, возможно, ужинать он будет не один. Включив свет, он не сразу заметил, точнее не сразу осознал, что кто-то еще присутствует на кухне. Он замер и, не поворачивая головы произнес:

- Как грубо врываться в чужой дом без приглашения. – Произнес мужчина, и повернулся к нежданному гостю. – Надеюсь, вы принесли вино с собой, а не взяли его без спроса.

Послышался не громкий женский смех.

- Не переживайте, доктор Лектер, вино мое. – Эмили улыбнулась и, поднеся бокал к губам, попробовала напиток. – Не так уж и плохо.

Лектер чуть нахмурился, в его глазах читалось неодобрение и возмущение.

- Ох, прошу, простите мне мою наглость, доктор Лектер.

Женщина состроила виноватое личико, однако мужчина остался безмолвен. Тогда Эмили, быстро допив вино, взяла еще один бокал. Наполнив оба, и пододвинув один к Ганнибалу, предложила присоединиться к ней.

- Прошу выпейте со мной.

- Вас ищут. – Наконец произнес психиатр. – Зачем вы сюда пришли?

- Не беспокойтесь, те двое, что следят за вашим домом… - Женщина усмехнулась. – Они нам не помешают. – В воздухе повис предсказуемый вопрос. – Нет, я их не убила.

- Что тебе здесь нужно? – Вновь поинтересовался психиатр.

- О, Ганнибал, - позволяя опустить формальности, женщина аккуратно произнесла его имя, словно пробуя его на вкус, как недавно открытое вино, - я не могла не прийти. – Она сделала шаг, не спуская с него своих поблескивающих глаз. – Когда же ты, наконец, поймешь причину моих действий касательно тебя?

Лектер чуть сощурил глаза, в его голове тут же раздались слова Гарри Мерсена: «вам так и не посчастливится быть одураченным этой женщиной». Так ли это? Что если он уже был под некой ее властью, как Мерсен… как Уилл? Нет, только не Уилл. Он знал, что как бы Эмили не поступала, чтобы не говорила, с Грэмом она была предельно честна, пусть и утаивала многие вещи. А что же он? Здравый смысл говорил Ганнибалу, что это очередная игра, а возможно и ловушка. Ему хотелось узнать ее мысли, и его роль в очередном представлении. И это желание пересилило его здравый смысл, он был готов пойти на поводу ее льстивых и лживых речей.       - И что же ты мне уготовила?

Эмили вновь приблизилась на один шаг, и расстояние между ними сократилось до вытянутой руки. Она хитро улыбнулась, взяла ранее придвинутый к мужчине бокал и протянула ему. Под ее ожидающим взглядом, Ганнибал принял напиток. Тогда Эмили слегка коснулась его бокала своим и, улыбнувшись, повторила:

- Выпейте со мной.

Ганнибал медлил, понимая, что с напитком что-то не так. Хотя, возможно, он мог и ошибаться.

- Что-то подмешала в вино?

- Конечно, - продолжая хитро улыбаться, произнесла Браун, - разве я могу оставить безнаказанным тот инцидент с чаем на «особых» травах?

Мужчина не сдержал легкой улыбки, вспоминая тот день, когда он решил немного проучить ее, и подмешал в чай не только снотворное, но и афродизиак. Перед глазами тут же всплывает картинка: раскрасневшаяся женщина, толи от ярости, толи от действия препарата, прижатая спиной к столу, извивающаяся в попытках выбраться из его крепкой хватки. Ослабленная и разгневанная Эмили Браун, не прекращающая угрожать ему, тогда на миг он возжелал ее, как мужчина. Лишь на миг… Да наверно тогда, она стала для него не просто объектом наблюдения. И как так могло получиться? Но Ганнибал не Гарри Мерсен, и не Уилл Грэм. И она знала это.       Лектер быстро, в пару глотков, опустошил бокал, как она того и хотела. Эмили удовлетворительно улыбнулась и отпила напиток из своего бокала, которые потом поставила на стол, освобождая руки.

- И что же дальше? – Поинтересовался Ганнибал.

- Ничего, - со всей серьезность ответила женщина, - я просто уйду, а вы, доктор Лектер, продолжите свой отдых, а может, позвоните Джеку и он посреди ночи примчится к вам, чтобы… так ничего стоящего и не узнать.

- Или попытаюсь тебя задержать.

Женщина вновь не громко рассмеялась. Затем отошла от мужчины на пару метров, раскинула руки в разные стороны.

- Ну, вот я. Задерживай, если сможешь, конечно. – Женщина опустила руки. - Я уже достаточно окрепла, так что без боя не сдамся. Но ты же не станешь мне мешать, так ведь?

- От чего же?

- Мерсену ты сказал, что не будешь вмешиваться. – Улыбка исчезла с лица женщины, а в глазах Ганнибала читался очевидный вопрос: «Как узнала?». – Я не сидела сложа руки эти пять дней.

- Значит, ты его все же поймала…

- О, поверь, для этого не потребовалось никаких усилий. Сегодня днем, его секретарь позвонил Джеку и сообщил: «Мистер Мерсен отправился в командировку по неотложным делам в другой штат». – Женщина изменила голос, пародируя секретаря психиатра.

- Он даже не сопротивлялся, я прав?

- Конечно. – Эмили усмехнулась. – Узнав, что воспитанная им шавка была поймана несколькими днями ранее, и уже в полной мере успела насладиться нашими беседами с глазу на глаз… Он не сопротивлялся.

Ганнибал молчал, пока она в ожидание смотрела на него. И спустя минуту тишины, Эмили, наконец, произнесла:

- Как думаешь, почему я пришла именно к тебе?

- Я и сам задаюсь этим вопросом. – Психиатр пожал плечами.

- С самой нашей первой встречи, я знала, что ты не простой человек, - начала Браун, - что-то подсказывало мне, что от тебя стоит держаться подальше. Если бы не мое положение, мы, наверняка, никогда бы не встретились. А ведь, чутье меня не подвело. Ты опасен, Ганнибал Лектер. Ты хищник, притаившийся и выжидающий момента. – Эмили вновь стала приближаться к мужчине. – Я переживаю за Уилла, он даже не представляет, с кем имеет дело.

- А ты? – Не громко спросил Лектер. – Ты представляешь?

Она, максимально сократив между ними расстояние, сначала легко коснулась его рубашки на груди, он тут же схватил ее ладонь, но руки не убрал. Тогда Эмили вновь уложив свою руку ему на грудь не торопясь опробовала на ощупь мягкую ткань. Сначала рука скользнула вниз по животу, после устремилась вверх к шее. Он внимательно следил за ней, за тем как она его соблазняет. Хитрые глаза Эмили были полны желания. Мужчина почувствовал, как некая внутренняя дрожь пронеслась по всему его телу, а ее прикосновение становились более обжигающими. Вытягиваясь, женщина потянулась к его лицу.

- И все же мы с вами похожи… Такой же как я… - Прошептала женщина.

Ганнибал, укладывая свои руки ей на плечи, приостановил Эмили, и заглянул в ее глаза. Быстро осмотрев ее лицо, он тяжело выдохнул, окончательно сдаваясь и принимая поражение.

- Нет, я хуже. – Почти шепча ей в губы, произнес мужчина.

Горячим поцелуем он впился в ее губы. Она охотно подалась к нему, прижимаясь к его груди, а ее рука, лежавшая на его шее, медленно скользнула вверх, зарываясь пальцами в волосах. Жесткие пальцы потирали позвонки шеи, кожу под подбородком – медленно и, заставляя затаить дыхание.

Волна возбуждения накатила Эмили, она охотно отвечала на его поцелуй, призывая к продолжению. И хоть желание и соблазн были велики, она ни на секунду не забывала то, зачем она здесь. Ее рука вновь спустилась на его грудь, затем к животу, а после, перебираясь на спину, быстро пробежалась по его позвоночнику. В это время другая рука не спеша доставала маленький шприц из переднего кармана своих джинс. Будучи незамеченной, она сильнее подалась вперед, толкая и поворачивая мужчину, чтобы тот уперся в стол. Несколько секунд игла шприца вонзается в яремную вену на шеи, а его содержимое попадает в организм.

Ганнибал почувствовал резкую, но терпимую боль в шее. Он моментально оттолкнул женщину, и его рука метнулась пульсирующее место укола. Уже через секунду осознав, что произошло, мужчина бросил яростный взгляд на Эмили, которая уже успела отойти достаточно далеко. Он сделал шаг к ней, и в глазах тут же поплыло, голова потяжелела.

- Не беспокойтесь, - произнесла Браун, - это всего лишь снотворное.

Мужчина упал на колени, сознание уже начало покидать его. Он уселся, облокачиваясь о кухонный шкаф. Конечности постепенно немели, а через некоторое время он и вовсе перестал их чувствовать. Он видел, как она вновь приближается к нему, а сквозь гул в голове слышал ее слова:

- Прости, но иначе никак, - она погладила его по щеке. - Если бы мы только встретились при других обстоятельствах и в другое время…

Ганнибал уже не слышал ее, потеряв сознание.


- ААА! … Тварь! АААА!

Лектер постепенно стал приходить в себя. Вначале он почувствовал сильную головную боль. Затем неприятное чувство тошноты, от которого желудок сжимался в комок. Через несколько минут к нему вернулись чувства, которые позволяли ему почувствовать окружающую среду. В нос ударил запах сырости, плесени и щелочи. До ушей доносился звук капающей воды, некий скрип, предположительно от небольшой лампы на потолке. Приоткрыв глаза, психиатр увидел, в нескольких метрах от себя, стул на котором сидел крепко связанный мужчина, который корчился и кричал от боли. В пару шагах, стояла Эмили.

- Ааа… Ум… Ты… тварь! Я убью тебя! УБЬЮ! – Вновь закричал несчастный.

Мужчина дернул руками в надежде вырваться из крепко связывающих его веревок. Так же в веревки была вставлена не толстая ровная палка, с помощью которой Браун могла выворачивать своему пленнику руки. Ноги мужчины были сильно повреждены, все лицо было в кровоподтеках, несколько зубов отсутствовало. Его явно мучали уже несколько дней.

Эмили, наконец, прекратила выламывать своей жертве руки. Вытащив палку, она отшвырнула ее в сторону. Она обошла стул, наклонилась и схватив обессиленного мужчину за подбородок, рывком подняла его голову.      - Ну, как тебе такое? Понравилось?

- Не прощу, тварь… Я тебя не прощу…

- Мне не нужно твое прощение. – Эмили усмехнулась. – Я тут кое-что еще приготовила, думаю, ты будешь в восторге.

Женщина вновь обошла мужчину, взялась за спинку стула и не торопясь поволокла его к небольшой ванне, что стояла почти в центре комнаты под светильником, около которой находилось несколько больших емкостей, некоторые из них были полупусты. Собственно они, а точнее их содержимое и было источником запаха едкой щелочи.

Когда Эмили подтащила мужчину к ванне, тот пытался упираться, правда, с его связанными руками и переломанными ногами все его упорство оборачивалось лишь сильной болью.

- Полегче, мой дорогой, Джеймс. – Женщина погладила того по голове. – Мы так давно с тобой знакомы, в клинике ты был одним из немногих, кому я доверяла… А оказалось, что ты шавка этого напыщенного индюка, что считает себя всезнающим психиатром.

- Я ни в чем не виноват…

- Что? – Женщина вновь усмехнулась. – А как же те несчастные женщины, что ты изнасиловал и жестоко убил. Хах, а еще и меня копировать пытался. Плохо, Джеймс, плохо!

- Ты больна…

Эмили наклонилась к его уху и прошептала:

- Да, ты прав. Будь я нормальной, давно была бы трупом и гнила в сырой земле. – Она выпрямилась. – Отдохни немного, силы тебе понадобятся. А я пока займусь другими.

Лектер увидел, как ее глаза блеснули в тусклом свете светильника, немного покачивающегося из стороны в сторону. Эмили как-то загадочно улыбнулась и направилась к нему. Не спеша, словно растягивая удовольствие, она делала небольшие шаги. Ганнибал чувствовал ее подавляющую немного зловещую ауру. Психиатр не был уверен в том, что у этой женщины нет намерений его убить, однако что-то ему подсказывало, что желай Браун того, то он уже давно был на месте того несчастного мед-брата Джеймса.

Эмили не могла сдержать улыбку. Ее забавляло видеть Ганнибала в растерянности. Да, она не собиралась его калечить и тем более убивать. Нет, ему была отведена особая очень важная роль. Ганнибал должен остаться в живых.

Женщина встала напротив Ганнибала, который успел окончательно прийти в сознание. По правую сторону от него сидел Гарри Мерсен, в том же положение: руки и ноги были крепко привязаны к стулу, что был прикручен к полу. Правда в отличие от Лектера, Мерсен был немного побит, пара видимых ссадин и синяков на лице. Эмили переводила взгляд с одного психиатра на другого в ожидании того, что кто-то из них решится что-то сказать, но ее ожидание оказалось бесполезно. Браун разочарованно вздохнула.

- Как себя чувствуете, доктор Лектер?

Данный вопрос требовал не ответа, который бы поведал окружающим о состоянии физического самочувствия Ганнибала, скорее ей требовалось знать его эмоциональное состояние. Без сомнений, Эмили знала, что он достаточно зол на нее за выходку и похищение. Но если быть совсем откровенным с собой, не желай он идти у нее на поводу, в любопытстве узнавая ее намерения, дела бы сложились совершенно по-другому.

- Поверьте, я не хотела прибегать к подобному…

- Что ты собираешься делать? – Перебил ее Лектер. – Зачем я здесь?

- Всему свое время. Не спешите. – Женщина покачала головой, затем огляделась, увидев табурет, она взяла его и, установив напротив двух психиатров, села. – Для начала хочу узнать… Как много вам рассказал мистер Мерсен?

- Конкретно о вас?

- Ну, обо мне, моей семье. Может он поддался воспоминаниям и растрепал обо всей моей жизни и семейных трагедиях…

- Например, о смерти Анджелы? – Вновь перебил Ганнибал.

В тот же миг, он заметил, как в глазах Эмили промелькнула печаль. Она чуть сдвинула брови.

- Она повесилась… Не смогла жить дальше, после случившегося.

- Хаха. – Рассмеялся Мерсен. – Сколько раз мне нужно повторить, чтобы ты, наконец, поняла? Твоя обожаемая сестра, не была той, ради которой стоило ломать себе жизнь. В том, что произошло с Анджелой нет виноватых, кроме нее самой!

- Ты… - Эмили стиснула зубы, сдерживая себя, и это ей удалось. – И как у тебя язык поворачивается такое говорить о ней! Она в тебе души не чаяла, постоянно твердила, какой ты «замечательный». Знал ведь, что ты ей не безразличен…

Мужчина молчал, на его лице не было не доли удивления или сожаления, лишь холодный взгляд выражал его полное безразличие к человеку, о котором шла речь.

- Ты прогнивший до костей от зависти и какой-то нелепой ненависти! Если бы только она знала, каков ты на самом деле…

- Ничего бы не изменилось. – Мерсен чуть ухмыльнулся. – Да, девчонка была по уши влюблена в меня, в ее юном возрасте это не удивительное явление, поэтому ей было легко манипулировать, ей было легко воспользоваться…

- Хватит.

- Анджела постоянно липла ко мне, пыталась соблазнить…

- Прекрати.

- Не мог противиться своему желанию, в конце концов, я мужчина. Оооо! Если бы ты слышала те прекрасные стоны, что вырывались из ее глотки, когда я брал ее раз за разом. Но с твоими, они, конечно, не сравнимы…

Эмили не смогла сдержать себя. Соскочив с табурета, она подскочила к Мерсену, и, сконцентрировав всю свою ненависть и злобу в небольшом кулачке, ударила мужчину по лицу. Затем еще раз… и еще. Но мужчина лишь смеялся, что еще сильнее раздражало Эмили. Перестав его бить, она сделала пару шагов назад, завела руку за спину и, достав спрятанный пистолет, наставила его дуло на все еще ухмыляющегося Гарри Мерсена.

- Ну же, дорогуша, - хрипло отозвался мужчина, сплевывая кровь, - стреляй… убей меня и все закончится.

- Убить тебя… - На глазах Эмили навернулись слезы, но она не позволила горести взять над собой верх. – Тебе еще рано умирать, «дорогуша».

Женщина спрятала пистолет обратно за спину, и чуть помедлив, вновь обратила свое внимание на Ганнибала. Подойдя к мужчине, она аккуратно коснулась его щеки, вытирая только что замеченное пятно грязи. Лектер чуть дернулся, но прикосновение к себе стерпел. Она обошла его, встала за спиной и уложила свои руки ему на плечи.       - У нас не так много времени, - начала Браун, - Уилл скоро найдет нас.

- Ты связалась с ним?

- Несколько дней назад, я дала ему пищу для размышлений. По мои предположениям, в течение шести часов он будет здесь.

Ганнибал никак не мог понять, к чему ведет Эмили.

- Что же будет к его приходу?

Женщина провела руками по его шее, задевая пальцами подбородок, отстранилась, и не произнеся не слова вновь вернулась к Джеймсу, который уже успел набраться немного сил и продолжил свои попытки освободиться от веревок. Рукой она провела про его темным волосам, отчего тот замер, словно испуганное животное, оцепеневшее от встречи с хищником.

- Когда Уилл приедет, здесь будет два трупа, один убийца, и вы, человек, который оправдает меня и очистит мое имя.

После этих слов, Эмили схватив Джеймса резким неожиданным рывком подняла его и перекинула через край ванной. Несчастный пытался выбраться, но без посторонней помощи у него это никогда не выйдет.

Глава 14

Вот уже несколько дней Уилл не находил себе места. После того как Эмили сбежала из больницы прямо у него из под носа, он потерял сон. Все его мысли были только о ней и это походило на безумие. Джек был не на шутку обеспокоен его состоянием, и Грэм чувствовал вину, что заставляет всех волноваться за себя, по его мнению, все их тревоги были беспочвенны и не обоснованны. К нему приставили охрану, которая следила за ним двадцать четыре часа в сутки. Он был возмущен этим не меньше доктора Лектера, однако вида не показывал, ибо знал, что Джека после случившегося ничто не переубедит.      Шел второй день поисков и никаких результатов. Уилл сидел на жестком диване в кабинете Джека Кроуфорда. Он вновь был погружен в свои мысли, поэтому не заметил, как в кабинет вошла Беверли Катц. Женщина молча присела рядом, и лишь тогда Грэм почувствовал чье-то присутствие. Мужчина вяло улыбнулся, видя взгляд Катц, полный жалости.

- Неважно выглядишь. – Аккуратно начала женщина.

Грэм лишь усмехнулся и провел руками по лицу, потер колючий подбородок. Катц протянула мужчине стаканчик с горячим кофе, он принял его.

- Знаешь, я не близко знакома с Эмили, поэтому не могу сказать, что ей движет, но, проанализировав последние события, мне кажется, что побег – это необходимость.

- Она боялась… Поэтому и сбежала. – Уилл нахмурился. – Я бы защитил ее.

- А что, если не она нуждалась в защите?

- О чем ты?

- Я могу ошибаться… - Катц немного помолчала. – Когда мы работали вместе, я наблюдала за ней, и, знаешь, ты был единственным человеком, на которого она смотрела по-иному. Она беспокоится о тебе больше, чем, наверно, о себе. Поэтому я считаю, что сбежала она, чтобы уберечь тебя от возможной опасности.

- Это ей угрожает опасность, не мне! – Возразил Грэм.

В помещение воцарилось молчание. Беверли не знала, как подбодрить коллегу, ведь сейчас никакие слова не способны были вернуть Грэму силу духа, разве что внезапное появление хоть какой-то информации об исчезнувшей.

- Как думаешь, кто стоит за всем этим?

- Если бы я знал…

Неожиданно дверь кабинета распахнулась. На пороге, тяжело дыша, стоял Джимми Прайс. По нему было видно, что он в спешке добирался сюда. Пытаясь отдышаться и произнести хоть слово, мужчина не на шутку заставил нервничать и без того обеспокоенного Грэма.

- Что стряслось? – Не менее взволновано поинтересовалась Катц.

- Конверт… прислали конверт.

На Прайса устремились два взгляда, в которых читалось непонимание ситуации.

- Джеку доставили конверт, - наконец, начал нормальное объяснение Джимми, - отправитель… Эмили Браун.

- Уверен? – Вскочив с места, спросил Грэм.

- Вам стоит увидеть содержимое…

Уилл не желал больше ни о чем говорить, он хотел видеть содержимое этого конверта, что был прислан именно Джеку Кроуфорду. Всю дорогу, что он следовал за Прайсом, в его голове звенело и все мысли растворились в этом звоне. Все кроме одной. «Она жива… пусть будет жива…» - надеялся он. Когда они дошли до лаборатории, Уилл был настолько взволнован, что легкая дрожь завладела всем его телом. Джек, увидев товарища, как-то неоднозначно отвел взгляд, ничего не сказав. В эту секунду сердце Уилла сжалось, и страх отразился в его глазах. Он хотел задать банальный вопрос: «Что случилось?», но не смог вымолвить ни звука.

Джек Кроуфорд переглянулся со всеми присутствующими, прежде чем обратить свое внимание на Грэма. Он бы хотел огородить его от всего этого, но это было невозможно. За последний месяц не было ни дня, когда бы он не пожалел о том, что связался с Эмили Браун. Да, он с удовольствием вернулся бы в прошлое и сделал все иначе. К сожалению, теперь ему приходилось расхлебывать кашу заварившуюся даже не в последние дни, а в последние годы.

Начальник поведенческого отдела ФБР взял со стола небольшой ежедневник и, протягивая его Грэму, произнес:

- Это было в конверте.

Уилл взял черную книжицу и быстро осмотрел ее, покрутив в руках, лишь затем открыв. Он тут же признал аккуратный каллиграфический почерк Эмили. Он переворачивал страницу за страницей, бегло читая содержимое. И то, что попадалось ему на глаза, начинало его пугать.

- Это дневник? – Поинтересовалась Катц.

- Не совсем… - Джек, взволнованно посмотрел на Уилла.

“... То, что случилось, стоит забыть. Отпустить всю ненависть, скорбь и найти в себе силы жить дальше...”“... Слишком больно, я не могу отделаться от чувства, что здесь что-то не так. Я не верю! Анджела не могла покончить с собой...”


“... Томас избегает меня. Это более чем странно… Я уверенна ему что-то известно. Но он боится. Я должна узнать что конкретно…”


“... Я знала! ЗНАЛА! Бог, как ты допускаешь подобное? Что за игры ты устраиваешь с нашими судьбами? Анджела, Томас… Я найду их. И заставлю заплатить! ...”


- Что все это значит? – Уилл нахмурился и посмотрел на коллег. Его глаза были полны скорби и переживания. Он пытался осмыслить те фразы, что выхватывал его взгляд из текста на желтых листьях дневника.


“... Для кого-то мир словно поэма, а для меня он словно ад.Если бы мы могли залезть в чужую голову и прочесть чужие мысли, избавились бы мы от недопонимания и поводов для ссор? Думаю, что нет.


Уилл, если бы ты смог прочесть мои мысли, что бы ты сделал? Наверное, сказал: «Мир полон плохих людей, но хороших все равно больше. Позволь помочь тебе…». Как глупо. И все же мне тяжело скрывать от тебя правду. Это не честно по отношению к тебе, но...


Весь мир полон лжи...”


- Посмотри последние записи. - Сказал Джек Кроуфорд.

Грэм тут же последовал совету мужчины, и открыл несколько последних записей. Увиденное повергло его в ужас. Все последние заметки были о тех убитых мужчинах. Эмили записывала все, куда они ходили, с кем говорили, чем увлекались, что предпочитали на завтрак, обед и ужин. Все убитые: Гарри Рид, Джонатан Харинг, Виктор Казинс, Пол Стюарт, Эммет Росс и даже Томас Браун были записаны в этом дневнике под одним ярлыком – «убийцы».


“... У меня есть доказательства их преступления… Это видео, словно подарок судьбы. Благодаря ему я узнала правду. Теперь я добьюсь суда над этими ублюдками и не один адвокат не сможет им помочь…”


“... Дура! Как можно было подумать, что меня захотят слушать. Этот подонок Рид, его связи… Что за подлость? Если ты родился с серебряной ложкой во рту, это не должно освобождать тебя от ответственности за свои поступки. Но они глупцы, если думают, что я все это оставлю. Им меня не запугать, я добьюсь своего..."


- Я знал, что за ее действиями что-то стоит… - Взволновано произнес Грэм, отрываясь от чтения и обращаясь к Кроуфорду.

- Да, возможно, мы чего-то не знали, но это не освобождает ее…

- Джек…!

- Мы не можем верить тому, что написано! – Воскликнул Кроуфорд, перебивая Грэма. – Однако видео о котором идет речь, заставляет меня усомнится в том, в чем я был уверен на протяжении этих лет. Это мне не по душе. И я не могу так слепо вестись на все это…

- Где это видео?

- Ты уверен, что хочешь его видеть? – Поинтересовался Прайс, и неоднозначно отвел глаза, когда Грэм бросил на него сверкающий и явно разгневанный взгляд.

- Почему нет? Разве это не то же, что мы нашли в доме Браунов?

- То видео, это еще не все… - Продолжил Кроуфорд. – На присланном диске есть кое-что еще.

- И что же? – Нетерпеливо спросил Уилл.

- Анджела была не единственной… - Джек замялся, подбирая слова, - «жертвой» тех ребят.

Кроуфорд больше не стал ничего говорить. Ему не хотелось произносить эти слова вслух, но этого и не требовалось, Уилл сам обо всем догадался.

Когда на мониторе компьютера появилось изображение, Грэм ощутил душащую тишину. Его уши словно заложило, он не мог - точнее не хотел - слышать, о чем говорят участники видео. Хотя и слушать то было не обязательно… Ему казалось, что он перестал дышать, в висках застучало, а глаза пощипывали от слез, которые он еле сдерживал, наблюдая, как его любимая женщина пытается бороться. Она падает, но тут же встает, дает отпор одному, но на нее тут же налетает другой. Какой бы сильной она не была внутри, она всего лишь женщина…

- Достаточно. – Достаточно тихо произнес Уилл. – Мне нужно на воздух.

- Уилл… - Катц хотела было последовать за мужчиной, но тот тут же пресек ее попытку.

- Мне нужно побыть одному.

Грэм выскочил из кабинета. В голове перемешались все мысли. На мгновение ему захотелось вырвать у кого-нибудь пистолет и выпустить пулю себе в висок, чтобы, наконец, закончить весь тот кошмар, что на него свалился.

Он старался идти уверенно, не шатаясь. Стены коридоров давили на него, воздуха почему-то катастрофически не хватало. Уилл стал задыхаться. Наконец, выйдя из здания, он добежал до своей машины. Сев, он откинулся на сидении и, закрыв глаза, попытался успокоиться. В голове все еще мелькали кадры из видео.

«Подонки…» - зазвучал голос Эмили в его голове, – «разве они достойны жить? Я старалась, Уилл, осудить их по закону. Я, правда, старалась».      Грэм схватился за руль автомобиля. Вывернув его и нажав педаль газа, он со свистом выехал со стоянки. Полный решимости, Уилл решил вернуться в Феникс, туда, где была обнаружена последняя жертва маньяка «женоненавистника», где было совершено нападение на Эмили. Ему не удалось как следует осмотреть все после случившегося, так как мысли в тот момент были заняты другим.

День близился к концу.

Он мчался по трассе в Феникс. Туда, где по его предположениям он сможет найти ответы на все свои вопросы. Он был уверен в том, что именно в том доме Эмили оставила ему какую-то подсказку, которая до сих пор не была найдена им.

Была глубокая ночь, когда его машина затормозила напротив пустующего домика Браунов. Грэм вышел из машины и направился к двери. В его руке позвякивали ключи. Не медля ни секунды, он отворил дверь и вошел в небольшую уже знакомую ему прихожую. Нащупав в темноте выключатель мужчина проверил наличие электричества. Света не было. Тогда, достав из кармана подготовленный фонарик, включил его и проследовал в гостиную, где до сих пор остались следы их пребывания. Разбитые стекла, белый порошок, оставленный криминалистами. Пройдя на второй этаж, Уилл зашел в ту спальню, где транслировалось видео с Анджелой и где нашли труп несчастной девушки. Они до сих пор не имеют даже предположений по поводу возможного убийцы. Поэтому Уилл и приехал сюда. Чтобы узнать зачинщика всего этого кошмара, ему нужно на миг стать им. Поэтому он здесь, перед кроватью с окровавленными простынями.

Грэм закрыл глаза. И во мраке перед ним стал покачиваться маятник. Словно отматывая время назад, он начал восстанавливать события того дня.


Это было раннее утро. Время, когда я тайком пробираюсь в дом. Солнечные лучи только начали показываться из-за горизонта. Я зашел со стороны леса, с заднего двора, точно уверенный в том, что остался незамеченным. На подготовку у меня есть не больше двух часов, ибо я знаю, что «гости» приедут рано, дабы не привлекать к себе внимание.      Я все тщательно спланировал, поэтому проблем возникнуть не должно. Недавно убитую девушку, я привез на машине, которую оставил еще на въезде в город. Тело, завернутое в полиэтилен, простынь и покрывало, пришлось нести на себе через лес по заранее вытоптанному пути. Я сразу иду на второй этаж. Иду в комнату, когда-то принадлежавшую Эмили Браун. На кровать я аккуратно укладываю тело, растягиваю окровавленную простынь. Я заранее подготовил это прекрасное юное тело девушки: тщательно вымыл, протер ароматным лосьоном, заплел длинные рыжие волосы в косу. Осталось добавить пару штрихов и все будет готово. Я приподнимаю ей голову, обматывая шею косой, намекая на одну давнюю историю. Глаза девушки распахнуты. Я специально оставил их открытыми, а рот зашил. Это своего рода послание: «О твоих секретах могут знать другие. Но пока тебе об этом не скажут, ты ничего не будешь подозревать».


После того, как тело нашло свое место и приняло нужный вид, я отправляюсь в соседнюю комнату на двери которой красуется табличка с именем «Анджела». Заранее позаботившись об электричестве и телефонной связи, я передвинул телевизор к центральной стене. Подключаю проигрыватель с диском содержащим «интересное» видео. Проверяю, все ли работает. О, да, все просто замечательно работает! Поставив таймер включения на приблизительное время, я покидаю дом, заметая все возможно оставленные мной следы пребывания в доме. И остаюсь ждать неподалеку, чтобы наблюдать. Да, я хочу, чтобы хозяйка этой комнаты, увидев мой шедевр, сразу вспомнила тот ужас, что случился несколько лет назад. Хочу видеть ее замешательство, страх, скорбь, боль на ее лице. Желание уничтожить ее вместе с ненавистью переполняют меня. Она должна понести наказание, заплатить за все, что сотворила. И она заплатит.


Таков мой замысел…


Уилл открыл глаза и разжал кулаки. Все его нутро трепетало от нахлынувших на него чувств. Он поспешил покинуть комнату и спуститься вниз. В гостиной он откинулся на диван и уставился в темноту. Мужчина пытался освободиться от чужих мыслей, но удавалось это ему с каждым разом все сложнее. «Ты - не они…» - зазвучал в его голове знакомый, нежный и любящий голос Эмили, - «Просто верь мне». Грэм постепенно стал расслабляться, мысленно следуя за образом Эмс, которая вела его сквозь глухую тьму держа за руку. «Держи меня за руку… Крепче, Уилл, иначе ты потеряешься» - он сильнее сжал пальцы. Он слишком глубоко погрузился в мысли и не заметил, как уснул. Постепенно образ Эмили стал растворяться в ярком свете…      Яркие лучи солнца, заставили Грэма проснуться. Осмотревшись по сторонам, он не сразу понял, где находиться. Сняв очки и потерев глаза, мужчина встал и посмотрел на часы. Стрелки указывали на четверть девятого. Вытащив телефон, он обнаружил несколько пропущенных звонков от Джека, парочку от Катц. Желание перезвонить у него не возникло. Сунув телефон обратно в карман, он вышел на кухню. Предполагая, что в доме есть вода, он покрутил кран, который заскрежетал и загудел, однако воды не дал. Грэм разочарованно вдохнул, ему хотелось пить. Мужчина беглым взглядом осмотрелся, и решил, что больше здесь искать нечего. Он хотел было уже уходить, как неожиданно заметил, что один из ящиков комода приоткрыт. На какое-то время Уилл замер и стал прислушиваться, опасаясь, что пока он спал, кто-то проник в дом. Но осознав, что опасения его были напрасны, он подошел к комоду. В ящике были различные бумаги, счета и несколько фотографий. Заинтересовавшись, Грэм взял небольшую стопочку и начал рассматривать изображения. Все эти фото были сделаны после смерти родителей Эмили, и в основном на них был Томас. На некоторых с сестрами, на других один, на третьих с друзьями. Собственно, фотографии с друзьями и привлекли его внимание.

Конкретно его заинтересовала пара фотографий, где Томас в большой компании на бейсбольной игре. На некоторых болельщиках были футболки, кепки с эмблемой одной команды под названием «Синие коты». Среди них были знакомые ему лица. Он узнал Джонатана Харингтона, Пола Стюарта, Эммета Росса, Гарри Рида… Последний, к слову, на фото стоял рядом с молодым человеком, черты лица которого были схожи с чертами Рида. Уилл незамедлительно предположил, что эти двое братья. Консультант ФБР положил бы обратно эти фотографии, и покинул этот дом, если бы не странное чувство. Мужчина был уверен в том, что уже встречал этого парня, только вот никак не мог вспомнить, где именно.

Вновь схватившись за телефон и набрав номер Кроуфорда, Грэм поспешил покинуть дом Браунов. Он уже сел в машину, когда в трубке раздался взволнованный грубый голос Джека.

- Уилл! Черт тебя дери! Где ты? Куда пропал? Мы все телефоны оборвали! Мне и беглянки Браун хватает, почему я должен еще разыскивать и тебя?!

Начальник поведенческого отдела ФБР не мог сдержать своего гнева и волнения. Уилл это понимал, поэтому молча выслушивал все упреки и ругательства в свой адрес. И лишь когда Кроуфорд выплеснул всю свою ярость, Грэм смог заговорить.

- Джек, мне нужно было побыть одному и собраться с мыслями. – В этот момент агент ФБР вновь хотел что-то сказать, но на это у Уилла больше не было времени. – Джек, послушай, мне нужно кое-что узнать. Это связано с жертвами Эмили.

- Что именно? У тебя есть какие-то мысли?

- Помнишь Гарри Рида? Первую жертву…

- О, да! – Джек тяжело вздохнул. – Сколько же мороки было с этими Ридами… Его отец был очень влиятельный человек с большими связями. Тогда я думал, что лишусь не только работы. Как такое можно забыть! А что не так с этим Ридом?

- У него был младший брат?

- Вроде бы, он не был единственным ребенком в семье… Немедленно найдите мне информацию о Гарри Риде, узнайте был ли у него брат. – Послышалось указание Джека для подчиненных, а затем он вновь вернулся к разговору. – Уилл, ты что-то узнал?

- Возможно, - чуть погодя ответил он, вести машину и разговаривать по телефону по данному вопросу, было нелегко. – Я не знаю, приведет ли это к чему-то…

- Что значит «не знаю»? А кто должен знать, если не ты, Уилл?! – Вновь распалялся Джек. – Боже, как я устал! Пора уходить на покой… Да! Закончу со всей этой кутерьмой и просто уйду, буду высыпаться, наконец, займусь крыльцом, а вечером мы с Беллой будем сидеть в нашей гостиной и наслаждаться друг другом за это долгое время… - Уилл слышал, как дверь кабинета Кроуфорда открылась, кто-то прошел, а затем послышался шорох бумаг. – Так… Гарри Рид. Отец, мать… Вот, младший брат, Джеймс Рид, бывший студент медицинского института…

- Джеймс? – Перебил Грэм.

- Что-то не так?

- Ощущение, что я его знаю…

Грэм задумался. Он старательно пытался вспомнить встречу с этим молодым человеком. «Это должно быть как-то связано с Эмили», - проносилось в его голове, - «Эмили… Эмили… Эмили…». Джек что-то спрашивал у него, но он его не слышал. Он неустанно повторял имя молодого парня, словно некую мантру. И тут неожиданно в его голове промелькнуло: «Спасибо, Джеймс». Уилл вспомнил, что встречался с этим Джеймсом, когда приходил на встречи с Эмили, он был медбратом. Только вот его фамилия была не Рид, а О`Конах.      - Джек! Ты меня слышишь? – Воскликнул в трубку Уилл.

- Да! Говори уже! – Взволнованно произнес Кроуфорд.

- Найдите его… Джеймса Рида. Нет! Джеймса О`Конаха. Это он стрелял в Эмили, и он наш маньяк женоненавистник.

- Уилл… Как?

- Нет времени, Джек, я скоро буду.


…Агент ФБР положил трубку телефона и откинулся на кресле. Работать в постоянном напряжении и сохранять самообладание не каждый сможет. Но если бы он этого не умел, не был бы начальником поведенческого отдела.

Немного побыв в тишине и позволив себе отдохнуть, он вновь взялся за телефон и начал отдавать распоряжения по поводу поисков мистера О`Конаха. Он пока не мог уловить ход мыслей Уилла, но его вера в него не позволяла ему усомниться ни в едином его слове.

В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, в кабинет вошла Катц.      - Что за суета, вы нашли Уилла? – начала Беверли.

- Нашли, теперь ищем другого… - нахмурившись пробурчал Кроуфорд.

- Кого?

- Если бы я знал! Разве он может все нормально объяснить?!

И пусть Джек доверял Уиллу, неведение его убивало. Беспокойство и бессонные ночи оставили свои отпечатки на мужчине. Сейчас ему меньше всего хотелось просто сидеть и ждать, однако другого выбора у него не было.

- Значит с ним все в порядке, - выдохнув, тихонько произнесла женщина, а затем вновь обратилась к начальнику. – Джек, я проверила конверт, ежедневник, диск, все… Ничего подозрительного.

- От всей этой истории у меня несварение и постоянная мигрень.

- Нам всем тяжело… Ведь теперь все перевернулось с ног на голову. Джек, что если мы действительно ошибались все это время?

- Ты о чем? Об Эмили? – Насторожился мужчина. – И в чем же мы ошиблись? В том, что она убийца? Уилл - ненормальный, верит в ее невиновность после всего случившегося, после признания и того, как получил ножевое ранение… А теперь и ты туда же? Я что один здраво смотрю на вещи?

- Джек, но…

- Мы ни в чем не ошиблись! – Кроуфорд пресек попытку Катц перебить его. – Просто узнали то, чего не доставало. И это причина всех тех зверств, что она учинила.

Беверли не стала продолжать этот разговор, так как знала, что это было бы бессмысленно. Она понимала Джека и скорее разделяла его точку зрения. Однако было что-то в этой истории, что заставляло ее усомниться в своих убеждениях и выводах. У медали всегда две стороны, и Беверли пыталась рассмотреть обе.

В кабинет вновь постучали. В дверях показался один из агентов, который по поручению разыскивал информацию об Джеймсе О`Конах.

- Что ты узнал? – Тут же потребовал отчета Джек.

- Джеймс О`Конах, настоящая фамилия Рид. Поменял фамилию после смерти брата. Смышленый парень, учился на хирурга в медицинском вузе, однако бросил на последнем году. Правонарушений нет. Какое-то время посещал психолога… Гарри Мерсена, того что заведовал клиникой в которой содержалась Браун. Что касаться работы… Числится медбратом в этой же больнице.

- В клинике Мерсена?

- Да, сэр.

Кроуфорд вновь нахмурился и сделался мрачным.

- Немедленно притащите его сюда!


…Когда Грэм, наконец, добрался до штаба ФБР, встречавшая его в коридорах суета, говорила о возникших неприятностях. Он поспешил к Кроуфорду. Дверь его кабинета была раскрыта, кто-то постоянно забегал внутрь и производил отчет о проделанной работе. Дела видимо были совсем плохи, так как из кабинета доносился громкий рассерженный голос начальства.

- Джек! Что случилось? – Забегая спросил Уилл. - Вы его нашли?

- Почему так долго?!

Кроуфорд был на пределе своего терпения. Его глаза были почти безумны, брови сдвинуты к переносице, на лбу проступил пот. Он тяжело дышал, и его ноздри раздувались, словно у быка, который в порыве ярости готовился напасть на раздражитель. Он сильнее оттянул узел галстука вниз, считая, что о этого ему станет легче дышать.

- Мы опоздали, Уилл… Опоздали! – Схватившись за голову, отозвался Джек. – Со вчерашнего дня его никто не видел. Этот Джеймс, словно сквозь землю провалился.

- Дела плохи…

- Еще бы! Мы упустили маньяка! Теперь он сбежит в другой город, штат, страну, а может и на другой континент!

- Успокойся, Джек, - аккуратно произнес Грэм, - он не покинет не города, ни штата, пока не убьет Эмили.

- Эмили? О Боже! – Взвыл Кроуфорд. – Почему все дороги ведут к ней? Уилл, меня до ужаса достала вся эта история! От одного ее имени, меня бросает в дрожь. Мне уже кажется, что появись она сейчас передо мной, я собственными руками задушил бы ее! И где ты был, черт возьми?

- Я ездил в Феникс, - начал Уилл.

Джек сел в кресло, и, уложив руки перед собой на стол, посмотрел на товарища исподлобья, ожидая подробного рассказа. Грэм послушно отчитался.

- Значит, этот ненормальный считает себя мстителем? – Джек постепенно остывал и успокаивался. – Он все время был около нее и не попытался убить? Как по мне, было проще отравить ее в клинике, и, поверь, никто даже не стал бы возражать и расследовать этот случай… но нет! Он решил дождаться случая из миллиона, когда она вышла на свободу? Как-то странно не думаешь?

- Как долго он работал в клинике?

- Пять лет. Целых пять долгих лет возможностей, Уилл!

На несколько минут в кабинете воцарилось молчание.

- Да, ты прав, - наконец, задумчиво произнес Грэм, - у него масса возможностей… Зачем тогда ждать?

- Может, он просто хотел сделать с ней тоже самое, что и она с его братом? – Предположил Джек. – Вспомни, Гарри Рид был самой первой жертвой, и это было самое жестокое из ее убийств. Она на нем не единого целого места не оставила. Он был больше похож на кусок отбивной, чем на человека. Думаю, для этого он и стал ей подражать, и последние его жертвы были, своего рода, демонстрационным материалом.

- Он мог бы ее выкрасть…

- Невозможно! Слишком сложно, одному не провернуть.

- Вот именно, но мы же знаем, что их было двое. Мы же нашли два разных следа мужской ноги в лесу, где стреляли в Эмили.

- Да, я почти с уверенностью могу сказать, что Джеймс был там, в его доме мы нашли кроссовки, которые подошли бы идеально, но на них не было частиц почвы или чего-то, что могло указать на него точно. Скорей всего, он просто избавился от одежды и обуви, в который был в тот день.

- И раз их было двое… Что если Джеймсу просто не позволяли ничего делать с Эмили?

- К чему ты клонишь? – В очередной раз насторожился Кроуфорд.

- Я думаю, что Джеймс не главное лицо во всем этом. Есть кто-то, стоящий за ним, кто-то, диктующий свои правила.      - Ну, почему все так сложно? – Устало произнес Кроуфорд, окончательно сняв галстук и бросив его на стол. – И что нам теперь делать? Эмили сбежала в неизвестном направлении, Джеймс тоже пропал… Как нам найти третьего неизвестного, без этих двоих?

- Хороший вопрос… Не останавливай поиски Джеймса, может он где-то покажется. Вы расспрашивали о нем?

- Конечно! Родных, друзей, коллег… Мерсена, к слову, нет, он уехал куда-то. Я думаю, он бы смог нам чем-нибудь помочь.

- Значит, тупик…

- Остается ждать и надеяться, что кто-то из них проявит себя. Кто знает, может наша беглянка неожиданно образумится и объявится.

Уилл не стал отвечать, так как надежды на подобную щедрость судьбы у него не было.

Рабочий день подходил к концу, а никакой полезной или новой информации не поступало. Грэм, пытался уговорить Джека, поехать домой и отдохнуть, но мужчина был непреклонен. Собственно, не ему его осуждать, ибо и сам Уилл не смог бы нормально отдохнуть, или хотя бы выспаться, пока они находятся в такой невыгодном положение.


…Прошло уже несколько дней, а никаких новостей о местоположении Джеймса или Эмили не было.

Джеку Кроуфорду все же удалось отправить Уилла Грэма домой, обещая, что если он что-то узнает, то немедленно сообщит. На самом деле, Уилл и сам понимал, что нуждается в отдыхе, ибо от того, каким он был сейчас, толку было мало.

Приехав домой, мужчина первым делом принял холодный душ, который помог ему немного остудить голову. А затем, усталость взяла над ним верх, и он уснул на диване в гостиной. Мужчине показалось, что он лишь задремал, но на деле его сон продлился около двенадцати часов. Он возможно так бы прибывал в стране снов, если бы не зазвонивший телефон.

Мужчина лениво потянулся. Казалось бы, за столь долгий сон усталость должна была покинуть его, но как бы не так. Радовало только, что головная боль стала терпимей, и ему не придется пить обезболивающее. Уилл протянул руку к мобильному телефону, что лежал на небольшом столике, случайно задев рукой торшер, который покачнулся и намеревался упасть. Мужчина успел вовремя его подхватить, вскочив с дивана. Когда светильник вновь оказался на своем месте, Грэм, наконец, ответил на входящий звонок.

- Да? Слушаю…

- Уилл… - проговорил женский дрожащий голос.

- Эмили?! – мужчина тут же вскочил на ноги, бросил быстрый взгляд на дисплей телефона: номер был не определен. Судя по цифрам, женщина звонила с автомата. – Эмили, с тобой все хорошо? Скажи мне, где ты.

- Уилл… - Неожиданно она зарыдала, от чего сердце Уилла сжалось в комок. – Мне страшно. Он нашел меня, Уилл! Он хочет меня убить. Спаси меня.

- Все будет хорошо… Слышишь? Скажи мне, где ты находишься и я замеру тебя.

- Около пекарни с французским названием…

- Я знаю это место…

- О, Боже! – Женщина замолчала.

- Эмс? Эмили! – Тут же закричал Уилл.

- Уилл, послушай меня, - всхлипывая, поспешно начала говорить Эмили, - чтобы не случилось, ты должен поймать эту сволочь.

- Кого? Джеймса?

- Нет. Джеймс всего лишь псина, которую он воспитал и натравил на меня. За всем стоит Мерсен. Он оказался двуличной сволочью. Это он стрелял в меня… - Женщина вновь замолчала.

- Эмс?

- Прости меня, Уилл, но боюсь это наш последний разговор. Я рада, что напоследок я смогла услышать твой голос…

Вскрик. Удар. Связь оборвалась.

Казалось, время для него остановилось. В такие моменты полагалось бы собраться, взять себя в руки, и немедленно кинуть на помощь, но Уиллу нужно было время для осознания всей сложившейся ситуации. Все стало слишком сложно.

Несколько лет назад, он пообещал себе, что навсегда забудет ту, что ранила его в самое сердце, но Уилл не смог сдержать этого обещания. Эмили во второй раз ворвалась в его мир, напомнив о боли утраты, а затем возродив надежду. Она вновь проникла в его сердце, и, поверьте, ни одно отрицание не сможет скрыть его радости. На самом деле, будь Эмили полностью откровенна с ним, Уилл бы ни на миг не посмел усомниться в ней, и, возможно, всего того кошмара прошлых лет и нынешних дней не было бы вовсе. Возможно, они были бы вместе, и жили в каком-нибудь тихом и уединенном месте, где открывается прекрасный вид на восход и закат солнца. В его мимолетных мечтах все было так. Но осознание реальности всегда приносит с собой разочарование и боль. Однако самое худшее для него сейчас было то, что Эмили могла больше никогда не вернуться к нему. С ее смертью, Уилл потеряет не только частичку себя, но и надежду, что когда-нибудь его мечты смогут стать явью.

Наконец, Грэм сумел собраться и начать действовать. Быстро собравшись, он сел в машину и направился к той самой пекарне с французским названием, про которое говорила Эмили. Он сразу понял, о каком месте шла речь. Ведь эта пекарня была своего рода их секретным местом. Они частенько встречались там за завтраком или заходили вечером после тяжелого дня, чтобы попить горячего кофе со свежей выпечкой. Как правило, в эти моменты они забывали обо всем и наслаждались лишь друг другом.

Набрав Джека, он приложил телефон к уху. Ответа ждать пришлось не долго, агент ФБР в подобных ситуациях не расставался с телефоном ни на секунду. Уилл не стал дожидаться, когда Кроуфорд произнесет хоть слово, сразу начал говорить.

- Джек, это я, нам нужно срочно отыскать Гарри Мерсена…

- Что? Мерсен… Зачем?

- У нас очень мало времени! – Перебил Уилл. – Он не тот за кого себя выдает. Это он стрелял в Эмили тогда в Фениксе. Это он воспитал в Джеймсе убийцу. За всем стоит он.

Грэм слышал, как Джек не знал, с каких вопросов стоит начать расспрос. Конечно, он бы мог с самого начала все объяснить и рассказать про звонок Эмили, но ему не хотелось этого делать. Он был полон решимости покончить со всем этим самостоятельно.

- Мерсен уехал в командировку в другой штат…

- Мы можем вычислить его место нахождения?      - Попробуем отследить… Черт возьми, Уилл Грэм, ты мне объяснишь что происходит или нет?

- Прости, Джек… Просто доверься мне.

- Только никаких глупостей. – Сквозь зубы и с тревогой на сердце произнес агент ФБР.

Уилл, закончив разговор, бросил телефон на пассажирское сидение и добавил газу. Чтобы добраться до нужного места ему понадобился час. Он припарковал машину выше по улице. Этот район был весьма многолюдный. Наверно причиной тому служили различные недорогие ларечки, уютные кафе и пекарни, ароматы из которых заполняли здешний воздух. Пекарня с французским названием была весьма популярна среди подобных местных заведений. Уилл быстро отыскал ее. Это было не сложно. Наверно потеряй он память и случайно окажись в этом районе, ноги сами бы привели его к этому месту. Телефонная будка, была в пяти метрах от пекарни. Зайдя внутрь, Уилл решил поспрашивать служащих, не видели ли они Эмили или кого-то подозрительного. Он, конечно, понимал, что это наверняка было бесполезно и лишь отнимает время, но выбирать не приходилось.

Больше часа он бродил по улице в поисках хоть какой-то подсказки или зацепки, но не было ничего. Время шло, а вероятность того, что Эмили еще жива, с каждой секундой становилась меньше. Долгожданный звонок от Джека, был своего рода свет надежды в кромешной мгле.

- Есть новости? – приготовившись к худшему, поинтересовался Грэм.

- Как выяснилось, штата Мерсен не покидал. Он такая же пропащая душа, как и Джеймс О`Конах. Мы пытались обнаружить его по сотовому телефону, но я могу сказать лишь откуда был воспроизведен последний звонок… Кстати, звонил он Джеймсу.

- Когда и где это было? – оживился Уилл.

- Часов десять назад… Сигнал в районе Национального музея истории.

- Это совсем рядом… Он знал, что она придет сюда. – Тихо, словно сам с собой, проговорил он, от чего Джек начал переспрашивать.

- Что? Эй, Уилл, мне надоело! Выкладывай все, что знаешь.

- Джек, нам нужно его найти… - Попытался уйти от просьбы начальства, и сделал вид, что ничего не слышал. – Должно быть место, где он мог спрятаться. Что-то не примечательное и уединенное…

- Что-то вроде охотничьего дома в лесу, да?

- У него такой есть?

- Нет… - Тут же ответил Кроуфорд. До Уилла доносился шорох бумаг, которые агент тщательно просматривал, в поисках чего-то полезного. – У него один дом, и небольшая квартирка. Дома чисто, ребята уже проверили.

- Все не то… - Уилл ненадолго задумался. – А что насчет Ридов? Джеймс ведь младший Рид. Что если Мерсен решил воспользоваться чужим имуществом?

- Секунду… - Послышалось клацанье от ударов пальцев по клавиатуре. Спустя пару минут, Джек продолжил: - У Ридов полно всего, два загородных дома, охотничий дом…

- Это должно быть самое не посещаемое семьей место, достаточно изолированное от окружающих.

- Небольшой домик недалеко от Блу-Ридж… Кстати, там-то семья и обнаружила Гарри Рида. С тех пор дом пустует.

- Это оно. Я еду туда!

- Стой! Уилл…

Однако Грэм уже не слушал своего товарища. Он спешил к своей машине, чтобы отправится в дом, в котором возможно он найдет Эмили… живой.

Глава 15

… Эмили схватив Джеймса резким неожиданным рывком подняла его и перекинула через край ванной. Молодой мужчина пытался выбраться, но без посторонней помощи у него это никогда не выйдет.      Несчастный Джеймс Рид, за последние годы известный больше как О`Конах, бился в конвульсиях, захлебываясь по его соображениям, щелочью, которая, на самом деле, оказалась простой водой. Его страх был сильнее здравого смысла, но именно этого Эмили и добивалась. Для Джеймса была отведена специальная, очень важная, роль, и, хотя его смерть, по планам Браун, была неизбежной, не она собиралась быть его палачом.

Руки молодого мужчины были связаны за спиной, ноги тоже стягивала веревка. Спустя почти минуту его муки закончились. Все также ловко и без особых усилий Эмили вытащила Джеймса из ванной с водой и усадила обратно на стул. Он жадно хватал ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег, а его глаза, словно у сумасшедшего, не могли сфокусироваться на чем-то одном.

- Спокойно, Джеймс, - начала успокаивать мужчину Эмили. Она взяла его лицо в свои ладони, заставила смотреть ей в глаза. – Все хорошо, ты в безопасности. Слышишь? – Ее голос был мелодичен, нежен и настойчив. - Все закончилось.

- Правда? – Произнес все еще испуганный, дрожащий и явно не осознающий всей ситуации Джеймс. – Все кончено? Больше ничего не будет… Теперь я умру?

- О, нет…

Эмили чуть улыбнулась и стала развязывать веревки, что сковывали движение Джеймса. Сначала ноги, затем руки. Молодой человек, будучи освобожден, остался сидеть на месте, лишь оглядываясь по сторонам и бросая кроткий взгляд на Браун.

- Что ты с ним сделала? – Недовольно произнес Мерсен, на его лице отражалось презрение.

- Неплохо, да? – Женщина чуть улыбнулась, а затем, чуть поморщившись, продолжила. - Правда, не думала, что понадобится так много времени для слома его сознания. Видимо хватка у меня уже не та, что прежде…

- Ты промыла ему мозги? Невозможно…

- А что тут невозможного, доктор Мерсен? Или вы думали, что вы один такой необыкновенный и способный внушать окружающим все что вздумается? Если так, то я сильно вас огорчу, в этом помещении есть кое-кто по сильнее в этой области, чем мы с вами. – Эмили бросила кроткий взгляд на Ганнибала, а затем вновь перевела свое внимание на Мерсена. – Однако, вы хорошо постарались, внушить парнишке, что убив меня, он сможет отомстить за брата…

- А разве не так?

Эмили усмехнулась.

- Почти. Как-то не справедливо получается… Ты сбросил всю вину на меня, а про свое участие в этом сумбуре ты ничего не сказал. – Мерсен хотел было что-то вставить, но Эмили пресекла его попытку. – Не стоит отрицать, мы оба знаем кто и в чем виноват.

Ганнибал внимательно наблюдал за происходящим. Выяснив свою роль «слушателя» в этом спектакле, пока он послушно следовал ей, пытаясь предугадать исход сегодняшнего вечера. В его голове сразу сложилось несколько сценариев с разными концовками, которые полностью зависели от него. Это без сомнений звучит слишком самоуверенно, но никак иначе быть не могло. Эмили предоставила ему право судить ее поступки, ее мотивы. Она отдала свою жизнь в его руки, и только ему решать умрет она сегодня или останется жить. Пожалуй, эти двое сами не осознают той негласной связи, что образовалась между ними.

- Сводить людей с ума, поистине нескучная наука… - Произнесла Эмили, наблюдая, как Джеймс, согнувшись, что-то бормотал себе под нос.

- Итак, Эмили, - начал Мерсен, - к чему все это? У тебя и так дела плохи, решила заработать себе смертную казнь?

Браун рассмеялась.

- Я уже давно готова к смерти, в отличие от вас. Ну, пожалуй, довольно бессмыленных разговоров.

Эмили достала пистолет, что до этого был убран за пояс, и положила его на стул, стоявший в паре метрах перед Мерсеном и Лектером. Она вновь подошла к Джеймсу. При ее приближении мужчина все больше сжимался, как забитое животное в ожидание очередного удара. Браун встала за спиной Джеймса, уложила ладони ему на плечи, удерживая его на месте.

- Гарри Мерсен, ты спрашивал к чему все это… Думаю, пришло время, наконец, покончить со всем раз и на всегда.

- Что ты можешь сделать, глупая девка? – Выпалил разгневанный мужчина. – На тебе и так шесть убийств… Хочешь очистить свое имя? ХА! Ты убийца! Это неопровержимый факт! Правда, от которой ты никуда не денешься!

- Да, правда упрямая вещь… Как ее не скрывай, она все равно всплывет на поверхность, но… я не собираюсь ничего скрывать.

- Тогда что?

- Один мудрый индийский писатель, как-то сказал: «Река истины протекает через каналы заблуждений». – Женщина хитро улыбнулась и перевела взгляд с непонимающего ситуации Мерсена на Ганнибала. – Ну, как вам моя затея, Доктор Лектер? – Поинтересовалась Эмили.

- Я не разочарован. – Сухо ответил мужчина, и незаметно для всех его губ коснулась легкая улыбка.

Интересно, с какого момента эти двое стали понимать друг друга без слов? Или это было с самого начала? Когда эта странная связь между ними образовалась? Может в их первую встречу, когда на протяжении сорока трех минут между ними происходило безмолвное противостояние. Да, вероятно, именно тогда они разглядели друг в друге что-то привлекательное для собственного любопытства. Позднее подковырки и каверзы сблизили их настолько, что ограничивающая черта взаимоотношений, как врача и пациента в один момент исчезла. И Ганнибал, проявив секундную слабость, поддался соблазну. Желание узнать, как далеко может завести его любопытство в поисках предела его заинтересованности в Эмили, оказалось намного сильнее, чем он мог предполагать.

Лектер уже понял, чего хотела добиться женщина от Джеймса, и что должен был сделать Гарри Мерсен, чтобы с нее могли сорвать ярлык «убийца». Ее замысловатый план, на самом деле не был сложен, однако он определенно требовал тщательно продуманных действий. А для того, чтобы все шло хорошо, нужно много времени на обдумывание. По мнению Ганнибала, план Эмили воплощался слишком уж хорошо.      - Как давно ты все это запланировала? – Поинтересовался психиатр.

- Ум… - Эмили на миг задумалась. – С самого начала. С тех самых пор как начала убивать.

На какое-то время в помещение воцарилась тишина. Мерсен хмурился в потугах осознать о чем идет речь.

- Ты обо всем знала, до убийства Рида? – Проговорил Мерсен.

- Знала ли я, что это ты подговорил этих недалеких парней припугнуть Анджелу, в итоге чего над ней надругались, и она покончила с собой…? Нет. На тот момент я лишь предполагала, что за ними кто-то стоит, и никак не могла подумать, что это ты. Я ведь тебе доверяла, ты был другом семьи, моим учителем… - Браун опечалено вздохнула. – Я старалась убивать не оставляя следов, или делала так, что улики были косвенные, конкретно не указывающие на меня. На самом деле, если бы не мое чистосердечное признание, никто бы не смог доказать моей вины.

- А зачем призналась? Разве не глупо…

- Глупо предполагать, доктор Мерсен, что действия мои были не разумны, а признание - это последствие угрызения совести и раскаяния.

- Если все получится, те улики будут указывать на Мерсена? – Поинтересовался Ганнибал.

- Так же косвенно. Но после сегодняшнего ни у кого не останется сомнения, что Гарри Мерсен жестокий манипулятор, садист и убийца, который заставлял брать свою вину других.

- Невозможно… - Мерсен в истерике рассмеялся. – Ничего не выйдет.

- Ты до сих пор сомневаешься во мне? – Эмили скорчила расстроенное лицо. – Знаешь, мне действительно нужно было время, чтобы все как следует обдумать. Я знала, что настанет день, когда Уиллу понадобится помощь и меня вновь позовут…

- Вот как… - Ганнибал поморщился от боли в руках. – Ты и не собиралась убивать Уилла…

- Ну, конечно! – Воскликнула женщина. – Не переоценивайте меня, я не настолько бессердечна, что бы лишать жизни единственного дорогого мне человека.

- А как же Томас? – Выпалил Мерсен. – Разве он не был тебе дорог?

- Был, он же мой родной брат.

- Но ты убила его…

Эмили замолчала, отвела взгляд. Она старалась не вспоминать о Томе. Возможно, из-за того, что где-то в глубине души она все же считала свои действия неправильными. А может, все дело было в желании забыть все плохое связанное с ним и Анджелой. Мерсен, проводя с ней беседы после года заключения, замечал, что порой Эмили не могла вспомнить какие-то моменты, связанные с семьей. А иногда ей и вовсе нужно было время, чтобы вспомнить кто такие Томас и Анджела Браун. Ее сознание старалось избавиться от разрушающих его воспоминаний, но это было невозможно по причине внешних факторов.

Вот и сейчас казалось, что Эмили пытается отыскать в своих воспоминаниях ответ для Мерсена.

- Да, - наконец произнесла женщина, - убила… Застрелила? Нет, вонзила нож в сердце. Его собственной рукой. Он улыбался, благодарил и просил прощения за то, что не смог нас защитить… - Она вновь на мгновение замолчала, а затем произнесла: - Не стоит сравнивать Тома и Уилла...

- Ты использовала Грэма…

- Это было больше спонтанное решение, чем запланированное. Я знала, что Уилл не успокоится пока не выяснит правду, и это будет медленно разрушать его сознание. С того момента, я словно в его голове.

- Он словно одержимый. Его желание узнать твою историю сильнее здравого смысла, - произнес Ганнибал, - ты обыгрываешь все так, чтобы в тебе Уилл увидел жертву, а в Мерсане убийцу. Но тогда зачем я здесь?

- Он вам верит, даже больше чем мне… и даже самому себе. – Эмили пожала плечами. – Это удручающий факт. Поэтому вы здесь, чтобы принять мою сторону и помочь Уиллу в осознании немного подкорректированной правды.

- С чего вы взяли, что я стану помогать?

Женщина растянула губы в улыбке, и она уверенно произнесла:

- У вас нет выбора. Видите ли, доктор Лектер, пока я вас ждала в вашем доме, нашла кое-что интересное…

Ганнибал заметно напрягся. А в голове тут же всплыли слова Гарри Мерсена: «Скорее всего, вам так и не посчастливится быть одураченным этой женщиной». И все же ему посчастливилось. Они, правда, похожи. Два игрока, жаждущие проиграть, но не позволяющие никому выиграть.      - Я с самого начала думала, что с вами что-то не так, - продолжила Эмили, - но кто бы мог подумать, что настолько. Интересно, как отреагирует Кроуфорд, узнав, что вы предлагали ему на ужин? А Уилл? Боюсь, вы разобьете ему сердце.

Лектер стиснул зубы, в его взгляде она видела желание уничтожить ее, дабы сохранить свой секрет. На самом деле, ей не хотелось на него давить. Она никогда не стала бы играть настолько грязно и подло, однако не была уверена в поддержке ее желания наказать невежественного и наглого Мерсена.

Напрасно она в нем усомнилась. Его любопытство жаждало продолжения истории. Он бы с удовольствием понаблюдал, как она выйдет сухой из воды. Боле того - очищенной. Хотел бы увидеть, что с Эмили будет дальше, как сильно изменится ее жизнь, чем она займется. Останется ли в ней желание нести свое «правосудие» дальше. Ведь он был уверен, что те шесть мужчин не были ее единственными жертвами. Он знал, что для такой чистой работы нужна практика, без нее нельзя было обойтись.

- Пожалуй, вернемся к делу. – Эмили закрыла ладонями глаза Джеймса, от чего тот занервничал, заелозил на стуле и чуть ли не начал кричать. – Спокойно, Джеймс… Тише. – Успокаивающе приговаривала женщина. – Все будет хорошо, тебе не сделают больно. Не бойся и слушай.

Словно по какой-то команде, молодой мужчина успокоился, замолчал и начал вслушиваться. Эмили все еще держала руки на его глазах, не давая ему видеть. Она продолжала успокаивать его всякими ободряющими словами, пока Джеймс полностью не погрузился в безвольное состояние.

- Что ты собираешь делать? – Тихо произнес Мерсен с ужасом на лице.

- Воспоминания есть воспоминания, их невозможно изменить полностью. Однако их можно немного подкорректировать. – В глазах Эмили загорелся победоносный огонек. – Наш с вами друг, пробыл здесь достаточно долго, чтобы принять мою версию событий как истинно верную.


Джеймс погруженный во мрак ничего не ощущал. Казалось, все его чувства: зрение, слух, осязание и обоняние, одновременно перестали работать. Но постепенно до него стал доноситься звук капающей воды. Кап… кап. Этот звук с каждой секундой становился сильнее. Он начал раздражать. И когда ему казалось, что его мозг вот-вот взорвется от унылого плеска воды, зазвучал плавный, мелодичный женский голос, который звал его по имени: «Джеймс… Джеймс…». Кроме его имени голос шептал что-то еще, но он не мог разобрать. Он стал концентрироваться на этом голосе, в попытках понять ведомый кем-то рассказ. «Ты должен вспомнить… события минувших лет. Вспомни, что случилось, кто заставил тебя стать тем, кто есть - чудовищем».


В одно мгновение в сознании молодого мужчины стали всплывать картинки. Он не был хорошо знаком с Браунами. Он лишь знал о существовании Томаса, который дружил с его страшим братом Гарри. Иногда они вместе ходили на бейсбол. Правда, Том не любил бейсбол, но, чтобы не быть изгоем в этой компании, он переступал через себя. Это касалось не только игр. Однажды брат пришел домой слишком пьяный. Отец был в бешенстве, а Джеймсу пришлось тащить братишку в комнату. В пьяном бреду он повторял: «Старый лис… Ты слишком жесток. Но спасибо, было слишком хорошо, чтобы быть правдой». «Старый лис» - так Гарри звал своего профессора по психологии Гарри Мерсена. Джеймс оставался в неведении о случившемся, пока какая-то безумная не объявила его брата насильником и убийцей. Это как-то было связано с Браунами, но дело даже не стали рассматривать, благодаря стараниям Рида старшего.


Спустя несколько месяцев изуродованное бездыханное тело Гарри находят в небольшом доме недалеко от Блу-Ридж. Подавленные горем родители с трудом смогли пережить это потрясение. В Джеймсе навсегда засело желание найти и отомстить убийце брата. Он начал искать, и ему на помощь пришел уже не профессор, а доктор Мерсен. Он рассказал ему о случившемся. Рассказал, кто убил брата и за что. Его желание мести было настолько сильно, что мужчине с трудом удалось уговорить Джеймса ждать и наблюдать. Еще не понимая зачем, тот согласился и устроился в клинике медбратом, чтобы быть поближе к предмету своей ненависти. У него было достаточно возможностей убить Эмили Браун, пусть более гуманнее, нежели она заслужила. Однако Мерсен стал внушать ему мысль, что отнять жизнь человека весьма несложно в исполнении, но для психики человека это практически непосильная задача. Поэтому он предложил ему испытать себя, убить кого-то иного, дабы познать каково то чувство, когда отнимаешь чью-то жизнь. Посчитав его слова разумными, он начал убивать.


Первой жертвой была какая-то проститутка, смерть которой никого бы не удивила. Джеймс задушил ее ремнем. Мерсен оказался прав: отнимать чьи-то жизни не так просто, как он представлял. В тот момент, когда несчастная женщина задыхалась, давилась собственными криками, которым никогда больше не суждено было вырвать из ее горла, он всячески старался убить в себе жалость, чувство вины и страх. И после того, как несчастная перестала сопротивляться, испустила последний дух, рухнув на землю, сердце его билось настолько сильно и быстро, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Каждый его удар отдавался болью. Он чувствовал, как что-то внутри него меняется, что-то тяжелеет, но перестает чувствовать. Его страх и человечность полностью умерли вместе с пятой жертвой, которую он убил, нанеся десять ножевых ранений. В тот момент он понял, что готов убить Эмили, но, к его несчастью, ее временно освободили, и она стала недосягаема для него.


Мерсен тоже был весьма обеспокоен таким поворотом событий. «С ней надо покончить, иначе все пропало» - повторял он, думая, что никто его не слышит. Тогда-то Джеймс и решил подражать ей. Он вновь продолжил убивать падших женщин, но теперь ему было мало их смерти. Насиловал, а затем убивал. Порою резал, как животных. Он тщательно готовил их, находил место и оставлял тела, уверенный, что их найдут. Как и задумывалось, ФБР тут же заинтересовались им, а где ФБР там и Браун. Оставалось только дождаться нужного момента. Однако Мерсен оказался недоволен действиями Джеймса. Но почему? Молодой человек не мог понять. И лишь в Фениксе ему открылась истина. Он не хотел ее убивать. Тогда, в Фениксе, Джеймс готов был убить ее, даже если бы сам лишился жизни, но у него не осталось и шанса, когда неожиданно появился Мерсен. Он приказал ему уйти, и пришлось удалиться. Однако Джеймс затаился неподалеку, чтобы увидеть своими собственными глазами смерть Браун. Гарри Мерсен выстрелил и не один раз, но ранения не были смертельны, Эмили лишь потеряла сознание. И в тот миг мужчина произнес: «Ты мое лучшее творение. Если бы не я, ты бы не стала такой, не нашла бы Рида и его друзей. Эмили, к сожалению, ты никогда не узнаешь, что Анджелу убил я». Он занес руку, чтобы вновь выстрелить, но послышался шум. Кто-то мчался на помощь, и у Мерсена не оставалась выбора. Он должен был уйти. После того дня Джеймс избегал Мерсена, ему требовалось время, чтобы все переосмыслить. Ему было тяжело поверить в то, что добрый доктор мог оказаться причастен к смерти его брата. Но это было так. Именно Гарри Мерсен виновен… Мерсен…


- УБИЙЦА! – вскочив со стула, закричал Джеймс.

Взгляд молодого мужчины был безумен. Его переполняли эмоции. Он чувствовал, что его предали. Ему хотелось верить, что это все розыгрыш, чья-то злая шутка. Неожиданно возникшее сожаление, словно волна накрыла его с головой. Он обернулся и увидел Эмили. В ее глазах он видел скорбь, сочувствие, ведь она была такая же как и он: обманута этим человеком.

- Мы не виноваты, - произнес Джеймс, - мы ведь не этого хотели, да? – Его голос дрожал, а на щеках оставались влажные следы, от накативших слез.

- Да, ты прав, мы не этого хотели.

Эмили казалась безэмоциональной, однако блеск ее глаз не был следствием наворачивающихся слез. Это был холодный блеск ненависти с примесью отвращения, которые давно завладели ее душой.

Джеймс посмотрел на Гарри Мерсена, который с опаской бросал свой взгляд то на него, то на Браун. Он чувствовал, как некий комок подкатывает к его горлу. Его неожиданно затошнило, но он сумел сдержать себя и проглотил накатившее.

- Что я должен сделать? – Вновь обратился он к Эмили. – Убить его… затем себя… Тогда ты будешь спокойна?

- Да.

- Хорошо, - немного помедлив, произнес молодой мужчина, - я сделаю это.

Когда Джеймс повернулся к стулу, на котором лежал пистолет, Мерсен, наконец, сумел справиться с веревками, что не давали ему двигаться. Он тут же кинулся к оружию, и, пока все были в замешательстве, ему удалось заполучить пистолет. Мужчина навел его в сторону Джеймса и Эмили, снял с предохранителя, и произнес:      - Ну, что? Поиграли и хватит.

Будучи на прицеле, Эмили насторожилась, напряглась, следила за каждым движением своего противника, поджидая момента, когда будет возможность выбить оружие из его рук. Младший Рид не был так терпелив, он попытался сделать шаг, но одного выстрела в пол хватило, чтобы заставить его оставаться на своем месте.

- Нет, нет, нет. Оставайтесь на месте. – Мерсен сделал пару шагов назад, увеличивая между ними расстояния, дабы чувствовать себя в большой безопасности. – Очень даже неплохо, Эмили. Тебе почти удалось. Так ловко переубедила этого недоумка. – Он бросил ненавистный взгляд на Джеймса. – Жалко будет его убивать, я немало сил на него потратил. Но не переживай, моя милая, ты в любом случае для меня на первом месте. И умирать тебе первой…

С этими словами Гарри Мерсен наведя пистолет на женщину, нажал на курок. Однако пуля не нашла своей цели. Прямому попаданию помешал младший Рид, который кинулся на вперед, и толкнул противника, изменив направление пули. А следом последовала возня. Джеймс пытался забрать оружие у Мерсена, но он ослаб после всех испытаний, что ему пришлось пройти. По этой причине в противостоянии против Мерсена у него не было ни шанса.

Вновь раздался выстрел, а после него гулкая тишина. Джеймс упал на пол, держась за ранение на груди. Он почувствовал, как рядом кто-то оказался. Эмили, опустившись на колени, приподняла молодого мужчину, придерживая его голову. Он захлебывался в своей крови. Пуля достигла своей цели. Она сжала его тянущуюся к ней руку, он хотел что-то сказать, но был не в состоянии.

- Нет, ничего не говори… Тебе страшно? - Произнесла Эмили, а мужчина лишь моргнул. – Не нужно. Боль сейчас пройдет, потерпи немного…

Джеймс дрожал, кровь смешалась с его горькими слезами. Как правило, когда мы жаждем о смерти, мы никогда не получаем ее. Однако, чем больше ты начинаешь любить жизнь, тем больше вероятности, что она скоро прервется. Это странный парадокс, но смерть невозможно предугадать. Она любит быть нежданной гостьей.

- Все закончилось, Джеймс, теперь это точно конец…

И после этих слов Эмили молодой мужчина попытался сделать свой последний вздох.

- Что это такое? – Язвительно произнес Мерсен. – Тебе его и правда жаль? Куда делась бессердечная тварь, которая без сожалений и колебаний убила его брата?

Эмили уложила тело скончавшегося на пол. Поднявшись, она еще несколько секунду смотрела на Джеймса, а затем подняла взгляд на Мерсена. Он приставил пистолет к ее лбу.

- А тебе страшно?

- Серьезно…? – На удивление мужчины, Эмили улыбалась. – Почему мне должно быть страшно? – Она схватилась за его руку, что держала пистолет, сильнее прижимаясь к его дулу лбом. – Вот он - твой шанс убить меня, наконец! Я готова умереть. А ты? Ты готов забрать мою жизнь?

Мерсен стиснул зубы. Он злился на себя. Ведь даже сейчас, в такой момент, его одолевали сомнения. Что-то внутри него не давало спустить курок.

- Это ты боишься… Ты - ничтожество! – Не в силах больше сдерживать эмоции, выкрикнула женщина. – Ну, давай! Это же так просто! Раз, и все кончено… - Никакие слова не способны были заставить его выстрелить в нее. – Значит, все же боишься… Поэтому заставлял убивать других? Почему молчишь? Ответь, трус!

Эмили невольно вздрогнула, когда возникшая тень за спиной Мерсена замахнулась, и стул, неожиданно обрушившийся на мужчину, разлетелся на куски. Гарри Мерсен тут же рухнул на пол ненадолго потеряв сознание. К счастью для женщины он не нажал на курок, и ее милая головка осталась целой.

- Ганнибал, ты…

Лектер потер запястья, на которых все еще осталось ощущение присутствия веревок. Он уже давно смог развязать себе руки, ибо узел, по его предположениям, намеренно не сделали тугим. Однако он не спешил вступать в игру. Ему было необходимо понаблюдать еще немного, дабы сделать выводы и понять, как следует ему поступить дальше.

Все шло относительно по плану. Эмили преднамеренно ослабила веревки, дабы рано или поздно эти двое, смогли освободиться. Она была готова к любому исходу. На самом деле, Эмили действительно не собиралась оставаться в живых после всего. Ей хотелось, наконец, покинуть этот мир и воссоединится с Томасом и Анджелой.

Женщина невольно отступила назад, когда Ганнибал начал подходить к ней, с пронзительно холодным взглядом. Она не сводила с него глаз, стояла неподвижно, даже когда его рука легла на ее шею. Он приподнял ее голову, и чуть сжал пальцы, не давая женщине нормально дышать.

Где-то наверху стали слышаться шаги.

- Время пришло… - Хрипя, выдавила Эмили. – Он здесь…

- И это все? Такой конец… скучный. Ты так не думаешь?

За спиной послышалось мычание и шорох. Мерсен пришел в себя и пытался подняться. Его голова болела, а в ушах звенело. Но вскоре все пройдет. Мужчина, чуть покачиваясь, встал на ноги, в его руке все еще находился пистолет.

Лектер, почувствовав копошение позади, одним ловким движением схватил Эмили, крепко держа ее со спины. Одной рукой он так же держал Эмили за шею, приподнимая подбородок, словно намереваясь вскрыть ее горло зубами. Другой - крепко прижимал ее к себе, пресекая любые попытки сопротивления. Большая часть его внимания теперь принадлежала Мерсену, который вытянув руку, был готов стрелять.

- Доктор Лектер, - начал Гарри Мерсен, - я говорил, что не люблю делиться с остальными. Я не имею ничего против вас. Собственно, вы мне совсем неинтересны… Поэтому оставьте мисс Браун и уходите.

- Я не могу последовать вашим словам.

- Вы… - Мерсен усмехнулся. – Все же она вас одурачила. Как печально… Что ж, тогда…

Мужчина начал спускать курок, и в этот момент Эмили закричала так громко, как только могла.

- УИЛЛ!

Выстрел, и оба падают на пол. Эмили не ощущала боли, лишь чувствовала, как кровь начала сочится, и растекаться по животу. Красное пятно быстро расплывалось по светлой ткани ее рубашки. Женщина попыталась приподняться, но у нее не получилось. Она начала давиться, в горле набиралась жидкость с металлическим привкусом.      Лектер навис над женщиной, закрывая руками рану. Дела обстояли плохо. В этот раз Мерсен промазал, пуля попала в верхнюю часть туловища. Была большая вероятность того, что был задет какой-то важный орган, и, по хрипам, можно было предположить, что это легкое. Она коснулась его рук. Он посмотрел на Эмили, и увидел улыбку на ее лице.

- С…спа…си…и…бо. – С трудом произнесла Браун, перед тем, как отвести взгляд и закрыть глаза.

Лектер нахмурился, чуть поморщил нос.

- Вот и все. Эмили Браун - мертва! – Воскликнул Мерсен.

Ганнибал, все еще не убирая рук с ранения Эмили, бросил на противника ужасающий взгляд, но тот был слишком ослеплен победой, чтобы испытывать что-то еще, кроме ликования и удовлетворения.

- Не нужно на меня так смотреть, мистер Лектер. Она и без этого прожила на несколько лет дольше… И, извините, ничего личного, но я не могу оставить вас в живых.

Опьяненный победой Мерсен вновь вытянул руку с оружием и нажал курок, но больше не смог никого убить. Дверь в помещение распахнулась. Через секунду подоспевший Уилл Грэм трижды выстрелил в вооруженного мужчину. Свой конец Гарри Мерсен принял быстро, но для самого себя неожиданно.

Уилл, пытаясь отдышаться, огляделся. Сначала его взгляд в полумраке выхватил тело мертвого Джеймса О`Конаха. Когда это произошло, он нервно взглотнул. Обернувшись, Грэм нашел взглядом доктора Лектера. В тоже миг его охватила мелкая дрожь. Кровь. Опять кровь. Эмили не двигалась и не подавала признаков жизни. Чувство, которое возникло в его груди, было неописуемым. В такие моменты начинаешь верить в существование души, ибо испытывать такую боль больше ничто не может.

Его пистолет упал на пол. Уилл бросился к Ганнибалу. Упав на колени рядом с Эмили, он хотел чем-то помочь, но для этого ему, для начала, требовалось совладать с собой и успокоится. Конечно, это было легче сказать, чем сделать.

- Уилл… Уилл! – Ганнибал пытался дозваться шокированного мужчину. – Нужно вызвать скорую… Ты слышишь? Она умирает… УИЛЛ!

Сейчас никакие слова не могли достичь ушей Грэма.

С улицы начали доноситься сигналы сирен служебных машин ФБР. Помощь была на подходе…


3 месяца спустя.

Это был холодный вечер. На горизонте светилось лиловое небо. Легкий туман, который потихоньку стал оседать на равнине, стирал границу между небом и землей. Казалось, что данное место является маленьким клочком земли, лежащим на трех китах, и эти массивные существа, путешествуя в бесконечном океане, в итоге должны были достичь места, в котором можно было бы найти покой.

Поежившись от прохлады, Уилл поднял воротник куртки, а затем вновь облокотился о перила, стоя на террасе своего дома. Рядом с ним были его верные друзья. Несколько собак бегали на лужайке перед домом, играя друг с другом. Они лаяли, прыгали, покусывали друг другу уши, и были весьма счастливы пребыванию хозяина рядом с ними. Одна собака по кличке Винстон лежала около ног Грэма и внимательно наблюдала за происходящим. Когда тихонько звякнул колокольчик на входной двери, Винстон вскочил на лапы и хотел было залаять на нарушителя его покоя, но, узнав направляющегося к ним человека, лишь фыркнул и завилял хвостом. В отличие от своей собаки, Уилл стоял неподвижно, словно и не замечал приближающегося человека.

- Держи. Будь осторожен, кофе горячий…

- Спасибо, Эмс.

Уилл с улыбкой принял кружку с горячим напитком, и, тут же поднеся его к губам и попробовав, обжегся. Мужчина замычал, от неприятного чувства на языке.

- Я же сказала, что он горячий.

- Извини, прослушал.

- О чем ты так замечтался? – Женщина обратила свой взор вдаль, пытаясь найти источник грез Грэма, однако кроме меланхоличного пейзажа с нотками романтики, она ничего не видела. Мужчина молчал. – Эй, Уилл… Ну, скажи. – Эмили аккуратно толкнула его плечом.

- Около трех месяцев прошло, - начал Уилл.

- Три месяца, 6 дней и… приблизительно 8 часов.

- Что? – Мужчина чуть улыбнулся. – Приблизительно? А секунды не успела подсчитать, или просто не захотела?

- Ну, извини, Эмили Браун, уже не та… - Недовольно буркнула женщина.

Грэм отставил кружку с кофе, и, притянув Эмили к себе, крепко обнял. Он уложил подбородок ей на плечо, закрыл глаза. Она гладила его по спине, как делает это мать, успокаивая расстроенного ребенка. Он пытался запомнить ее такой: нежной и ласковой, хрупкой и ранимой. Уилл никогда не забудет ее запаха, которым уже успела пропитаться соседняя подушка на его кровати, ее улыбку и горящие глаза. Образ Эмили навсегда отпечатается в его памяти.

- Ты можешь остаться? – Не отпуская женщину, тихо спросил Уилл.

- Знаешь же, что нет. Мой самолет уже завтра.

Она отстранилась, взяла его лицо в свои ладони. Он посмотрел на нее глазами полными печали, разочарования с долей трагизма. Кончиками пальцев Эмили слегка коснулась уголков его рта. Уилл улыбнулся, и улыбка получилась такой нежной, что сердце застучало чаще. Он наклонился, чтобы поцеловать ее.

Если бы было возможно, Эмили остановила бы время, чтобы в полной мере насладиться этим моментом. Она не хотела уезжать, бросать Уилла здесь одного, но другого выбора не было. После событий трехмесячной давности, ее жизнь переменилась. Все случилось так, как она и хотела. Дело, по которому она проходила, как серийный убийца вновь возобновили. Благодаря новым уликам, обстоятельствам и показаниям Уилла Грэма и Ганнибала Лектера, суд постановил вину Гарри Мерсена, а присяжные вынесли вердикт о невиновности Эмили Браун, сняв с нее все обвинения. Общественности же нужно время чтобы переварить всю эту кашу. Эмили не могла принимать участия во всех этих судебных разбирательствах, которые длились на протяжении двух месяцев, так как находилась в тяжелом состоянии в больнице. Если бы в тот день Джек Кроуфорд, будучи уверенный что без жертв не обойдется, заранее не вызвал бы скорую помощь по нужному адресу, Эмили бы не выжила. Было сильное внутренне кровотечение, которое хирургам с трудом удалось остановить. Ко всему прочему во время операции сердце женщины перестало биться, но все же смерть и в этот раз не забрала ее с собой.      Теперь, после всего, можно начинать все заново, с чистого листа. Но, к сожалению, не здесь. Ей нужно было время, чтобы вновь встать на ноги, и проще это будет сделать где-то еще. Там, где никто не будет знать имени Эмили Браун и ее истории. В виду еще некоторых причин, Эмили была вынуждена покинуть не просто город или штат.

- Так, ты мне скажешь куда отправишься? – Отстранившись, поинтересовался Грэм.

- Конечно, нет, иначе ты последуешь за мной… - Попыталась отшутиться она, но мужчина не находил ее слова смешными. – Не смотри на меня так… Мне просто нужно немного времени.

- Да, я понимаю…

- Тогда, прошу, не заставляй меня жалеть…

- Знаешь, - перебил ее Грэм, - у меня есть мечта. Я хотел бы жить где-нибудь недалеко от пляжа, в небольшом домике с видом на океан. И было бы не плохо, если бы ты была рядом.

Уилл вновь вяло улыбнулся и опусти глаза.

- Что думаешь насчет Флориды? – Когда Грэм поднял голову, то увидел ее нежную улыбку и поблескивающие от слез глаза. Эмили чуть шмыгнула носом и продолжила, обращая свой взор вдаль. - Можно попытаться заполучить дом на мысе Шугалауф. Я слышала, что закаты там сказочные.

- Мы ходили бы рыбачить?

- Конечно, - она шире улыбнулась, - но тебе не удастся ничего поймать.

- Почему?

- Пока я буду рядом, рыба тебя будет волновать меньше всего.

Эмили вновь прильнула к нему, обвила руками его шею и быстро чмокнула его в губы.

Эпилог

В аэропорту Эмили находилась больше часа. Самолет уже приземлился, поэтому посадку оставалось ждать недолго. Женщина крутила в руках паспорт с билетом, словно до сих пор сомневаясь в правильности принятого ей решения. Она с трудом уговорила Уилла не ехать с ней в аэропорт, ибо знала, что достаточно одного его взгляда, и она наплюет на все сложившиеся обстоятельства. Останется с ним, поставив под угрозу свою жизнь. Он наверняка обиделся, но на прощания с ним у нее не было сил. К тому же, ее намерение больше никогда не возвращаться усложнило бы ее прощание с ним.      А вот с Кроуфордом Эмили напоследок встретилась. Джеку было неудобно перед ней за все случившееся, за его сомнения в ней. Эмили находила это забавным, учитывая тот факт, что Джек, пожалуй, единственный кто был прав на ее счет с самого начала. И все же, пожелав ей всего самого наилучшего, они попрощались. Вернуться он не просил. На самом деле, агент ФБР вздохнул с большим облегчением, когда Эмили объявила об отъезде.

Так же Эмили навестила и милую Алану Блум. Причиной ее визита была просьба к женщине. Эмили попросила ее приглядывать за Уиллом, и всегда быть на его стороне, чтобы не произошло. Она хотела бы намекнуть ей о возможной грядущей опасности, но не стала, полагая, что любые намеки и туманные завуалированные фразы бесполезны. Алана пообещала, что не оставит Уилла одного. На сердце Эмили стало немножечко легче.

Единственного, кого Эмили не навестила перед своим отлетом, был Ганнибал Лектер. Ему женщина отправила немногословное письмо, в котором лишь говорит о своем отлете и сохранении секрета. Так же она поблагодарила его, за то, что помог с очищением ее «доброго» имени. Эмили не стала видеться с ним, не потому что не хотела, а потому что все же опасалась этого мужчину.

Она бы так и улетела, мысленно, наконец, простившись со всеми, если бы не маленький судьбоносный сюрприз.

Посадку на самолет объявили. Эмили направилась к указанному на посадочном талоне номеру выхода. Она тихо шла, неся в руке небольшой чемоданчик с вещами, когда кто-то позади аккуратно остановил ее за предплечье. Эмили вздрогнула от неожиданного прикосновения, а после обернулась.

- Ганнибал…? – На лице ее отразилось не только удивление, но и тень страха промелькнула в глазах. Эмили быстро совладала с собой, и вновь сделалась серьезной и невозмутимой. – Какая встреча. Надеюсь, вы не на самолет…

- Нет, я пришел проводить вас.

- Вот как... боитесь, что останусь? – Эмили усмехнулась. – Решили лично удостовериться, что вашему секрету ничто не угрожает.

- Если бы я боялся за свой секрет… - Ганнибал наклонился к ее уху и тихо произнес: - То сделал бы вас его частью.

- И что бы вы предпочли подать первым, мистер Лектер? Мое сердце? – Стиснув зубы, выдавила женщина.

- Его бы я оставил лично для себя.

Эмили больно глотнула подкативший к горлу комок страха и ужаса. Она была вынуждена уезжать именно из-за этого страшного человека. Однако ей все же не были до конца понятны его мотивы и мысли. Почему он ее отпускает? Неужели он так уверен в ее молчании?

- Почему вы пришли, доктор Лектер?

- Вы никому не сказали, куда отправляетесь, - начал психиатр, - поэтому мне пришлось поспешить сюда. Должен признать место вы выбрали превосходное.

- И что?

- Теперь я надеюсь читать о вашем пребывании за границей в газетах.

Браун с трудом растянула губы в улыбке. Ее лицо не выражало счастья, скорее ее выражение было похоже на гримасу отвращения. Не желая больше говорить, она без лишних слов развернулась и зашагала к выходу.

- Буду ждать нашей новой встречи, Эмили…

Фраза, брошенная Ганнибалом напоследок, заставила женщину замедлить ход и остановится. Он не ждал ее ответа, и она не собиралась его давать. Просто эти слова заставили ее убедиться в том, что возвращение обязательно состоится.

Страница книги Двойное дно в интернете