# Плач Фемиды

Вероника

Страница книги <https://1.selflib.me/plach_femidy>

1 Слепая Фемида

1 глава (Ещё один обычный день)

- Алло! Агентство расследования сверхдетективами преступлений слушает!- радостно воскликнула длинноволосая брюнетка  с ярко сияющими зелеными глазами и ослепительной улыбкой, вскочив со своего рабочего места, услышав звон телефона. Несмотря на свой возраст, она была по-детски наивна и сейчас радовалась, как ребёнок. Она не умела скрывать свои чувства, и они очень ярко выражались во всех чертах её лица. Взгляд оставался неизменным в любой ситуации, лишь её жестикуляция и форма тонких губ выдавали истинно переживаемые эмоции, нос с маленькой горбинкой придавал ощущения доброты и теплоты во всем её лице, а всегда слегка приподнятая бровь делала её удивленной и заинтересованной всем, что происходит вокруг.Она уже более тридцати минут, сидела в ожидании звонка или сообщения, всматриваясь в экран своего компьютера, наблюдала, как течёт минута за минутой, а в ящике электронной почты ничего не меняется и телефон молчит. Она абсолютно не замечала никого и ничего вокруг.


Тонкие длинные лучики белого солнечного света проникали в темную большую комнату сквозь щели в закрытых ролетах на окнах. Но кроме этого был ещё один источник света в этом царстве тьмы днем. Два огромных монитора излучали электрический свет, который рассевался на небольшое расстояние. Оно отбивалось от лиц девушки и парня, сидящих друг напротив друга за компьютерами. От этого их лица казались белыми, как мрамор. Несмотря на все эти источники света по углам комнаты все ещё прятались тени, а по всей комнате прыгали мириады матовых розовых, оранжевых солнечных зайчиков. По темной поверхности пола растянулись две светлые полоски, как змейки, пересекаясь почти в центре комнаты. Эти полоски ползли из щелей в приоткрытых дверях друг напротив друга. Одна полоска была ярко желтого цвета, она выходила из двери, на которой не было таблички. В противоположной стороне комнаты из другой двери выходила полоска голубого электрического света. На этой двери в лучах проникающего солнца блестела табличка с надписью:  «Лаборатория. Без разрешения, приглашения или экстренной ситуации НЕ ВХОДИТЬ!». Каждые несколько минут тишину прерывал звук дротика, вонзающегося в диск для метания. И вдруг всех пробудил душераздирающий и такой долгожданный звук телефона.

- Пока ты произносишь название, человек может умереть, - отвечал голос из трубки.

- А, это вы мистер Айво, - с некоторым разочарованием произнесла она. Ведь она надеялась на звонок от клиента.

- Передай трубку Гилу, у меня к нему срочное дело,- попросил мистер Айво.

- Гилберт, подойди к телефону! - крикнула девушка в приоткрытые двери соседнего кабинета, прикрывая трубку рукой.


Через несколько секунд из двери, на которой не было таблички, показался молодой юноша. С виду ему можно было дать двадцать лет. Он был среднего роста со слегка вьющимися темными волосами, которые никогда не стриг коротко и синими, как ночное небо темными глазами. Все его черты были мягкими, но острый нос предавал выражению его лица какой-то отрешенности и гордости. Глаза смотрели на всё взглядом полным жалости и безысходности. Лишь раз, взглянув на него, можно было сделать вывод о том, что он уже все видел в этой жизни и его уже ничем не удивишь. Глаза и темные волосы бросали тень на белоснежную кожу лица, а длинные белые пальцы были по-деловому сжаты в кулаки. Одетый в черный костюм, среди этого царства розовых зайчиков, он казался посланником тьмы. Быстрыми шагами он приблизился к девушке и, отобрав у неё трубку, закрыл её рукой, так же как это раньше делала она.

- Кто это? - шепотом спросил он у девушки, слегка наклонившись к ней.

- Это мистер Айво, говорит, что у него есть срочное дело к тебе,- таким же шепотом отвечала девушка. Гилберт кивнул и, приставив трубку к уху, пустился расхаживать взад и вперед по комнате, поддакивая собеседнику и кивая головой. Он полностью погрузился в важные дела.

- Похоже, для нас нашлась работенка ,- предъявил свою догадку парень, сидевший напротив неё. Откинувшись на спинке стула, он заклал руки в замок за головой. При этом движении его русые волосы откинулись назад, открывая лоб. Он улыбнулся своей привычной саркастически-ироничной улыбкой и при этом его глаза заблестели в ожидании чего-то интересного.

- Похоже на то  очередное сверхсекретное задание,- ответила со вздохом девушка, садясь обратно за свой монитор,- По крайней мере, это лучше чем сидеть здесь без дела.

- Да уж, кое-кому не мешало бы поработать,- с язвительным тоном произнес он, указывая взглядом на своего коллегу.

В это время, парень, полулёжа на вишневом диване, приставленном к окну, замахнулся дротиком в диск на противоположной стене. Его волосы, имеющие голубоватый оттенок, острижены по последней моде, слегка качнулись, но через секунду челка вновь легла на своё прежнее место, скрыв левую половину лица. Белоснежная рука зависла в воздухе в той позе, в которой осталась после броска. Раздался глухой стук дротика, вонзившегося в диск. Он попал в девятку. Неспешно он опустил руку и перевёл свой светло-голубой взгляд на обвинившего его парня:

- Кое-кому, не мешало бы прекратить думать о том, как выглядела бы Лилина в  ,- совершенно спокойно произнес он.

- Тебе не обязательно договаривать до конца,- явно перебивая его, вставил Арнольд.  Девушка вскочила, вспыхнув от смущения:

- Арнольд, я, конечно, догадывалась, что у тебя за мысли, но такого подумать не могла!

- А кое-кому не мешало бы прекратить лезть в чужие головы,- уже сердито прикрикнул Арнольд. Гилберт не смотря ни на что, все так же продолжать ходить кругами по комнате, договариваясь о чем-то с мистером Айво.


Внезапно дверь лаборатории распахнулась, и оттуда выбежал молодой человек в белом медицинском халате с взъерошенными темными волосами и озадаченным видом. Сзади него в открытых дверях лаборатории Лилина могла увидеть, что всё в ней стояло вверх дном.

- Никто не видел мою ампулу с подавителем * для миссис Айво?- почти в панике спросил он.

- Я видел что-то похожее у Криса,- снова с язвительной улыбкой произнес Арнольд. Как раз в эту секунду Крис пытался метнуть дротик и попасть в десятку.

-Стой, стой, стой,- кинулся к нему доктор,- отдай мне дротик, то есть ампулу, то есть ампулу в форме дротика. Недоумевавший Крис, вложил ампулу в руку доктора и потянулся за новым дротиком к столу.

- Какой из тебя врач, брат, если ты так легко разбрасываешься препаратами, - бросил свою уколку Арнольд.

- Я,-  начал было оправдываться Франк, но его прервал приказ Гилберта:

- Выдвигаемся все, у нас срочное, неотложное и сложное дело,- объявил он своим привычным приказным тоном на всю комнату,- Арнольд, ты за рулем!


....................................................................................................................................................................................................................................................


- Почему я должен вести машину, сегодня ведь очередь Криса?- продолжал ныть Арнольд, но несмотря ни на что все-таки сел за руль.


На дворе стоял Апрель, сакуры были в самом цвету, запах их нежных цветов залетал в машину через настежь открытые окна, пока они ехали по шоссе. Среди всей этой красоты его недовольный резкий голос казалось, был призваний раздражать Лилину которая мечтала и предвкушала блестящее раскрытие дела и еще один бал на счету против полиции. На повороте их темно-синий «Сузуки»  слегка занесло и все почувствовали легкое укачивание. Но это ничего, они давно привыкли к этому. Этот знаменитый поворот предвещал начало центра города. Они выехали из окраин и оказались в совершенно другом мире. Маленькие опрятные домики в традиционном стиле медленно перерастали в большие, корявые, остроугольные многоэтажки , похожие друг на друга как близнецы. Единственное, что их отличало это яркие вывески, бегущие строки и экраны - дешевые побрякушки, гипнотизирующие сотни, нет тысячи людей, делающие их похожими друг на друга, так же как эти небоскребы без реклам. Толпы таких людей наводнили улицы. Они были своеобразными двигателями всего этого непрерывного механизма. Лилина попробовала представить этот город без людей. Ах, каким же пугающе одиноким он ей показался! Она смотрела на всех этих людей, мелькавших мимо неё, по мере того как они ехали, и понимала, что они больше похожи на бездумных эксплуатируемых сущьностей, нежели на людей, которым глубоко плевать на все. Что происходит вокруг и глубоко плевать на самих себя. Они показались ей настолько жалкими, что девушке захотелось, чтобы все они исчезли и не отравляли этот прекрасный мир своим присутствием. Но тут вдруг она вспомнила, каким ужасно опустошенным выглядит мир без этих живых мертвецов. И самой стало смешно. Какая ирония! Разве нет другого выхода? С этим вопросом она подняла взгляд в небо, если его так можно было назвать. Но её взгляд утонул в густом темно-сером, таком легком и подавляющем смоге, что она не могла даже разглядеть где заканчиваются небоскребы и начинается небо.Внезапно машина резко затормозила и остановилась на перекрестке, ожидая удобного момента, чтобы проскочить.

- Что с тобой Арнольд, водить разучился?- прикрикнул на него Гилберт.

- Это моя месть за то, что я сегодня вожу.

- Ты же знаешь, что это внеплановая ситуация и я не виновен, что шеф подписал выходной Криса в день его очереди.

- Легко все сваливать на шефа, когда он в командировке. А ты как зам, должен быть намного внимательнее его,- отстаивал себя Арнольд.

- Не учи меня работать, лучше смотри на дорогу,- уже привычным всем раздраженно-приказным тоном крикнул Гилберт. Это обозначало то, что его нервы на приделе. Чтобы не началась перепалка по больше Лилина решила внести свою лепту, и расспросить обо всём Гилберта. Всё-таки он был единственным, кто хоть что-нибудь знал о предстоящей работе.

-Кстати говоря, а на какое дело мы едем?- спросила она.

- Это убийство без взлома. Айво прослушивал каналы полиции и решил, что это дело стоящее. В полицию позвонила женщина, которая назвалась сестрой погибшей, она разговаривала с ней по телефону, когда связь внезапно прекратилась, она запаниковала и решила сходить к сестре. Когда она пришла, то обнаружила, что входная дверь заперта, но к счастью у неё был ключ от квартиры сестры. Когда она вошла, то увидела свою сестру, лежащую на полу лицом вниз в луже крови и сжавшую телефонную трубку в руке. Это всё, что я узнал от Айво, но судя по этому, для всех тут найдется работенка. Будем надеяться, что она ещё «свежая». Франк,  ты взял всё необходимое?- обратился к нему Гилберт, поворачивая голову назад к Франку, сидевшему на заднем сидении рядом с Лилиной.

- Сейчас, когда ты упомянул об этом, я вспомнил, что забыл номерки для улик,- с расстроенной миной ответил тот, продолжая рыться в своем чемодане.

- Они нам и не понадобятся, мы ведь не копы, к тому же пока у нас есть всёвмещаемый блокнот Гила, мы сможем раскрыть это,- успокоил его Крис.


Через несколько минут Арнольд завернул за угол, и они оказались во дворе девятиэтажного дома. Покинув машину, они подошли к двери.

-Похоже, ты начинаешь первым брат,- обратился Франк, к Арнольду указывая на домофон на входной двери подъезда.

- Что ж, тут ничего не поделаешь,- со вздохом Арнольд начал взламывать код домофона , подбирая разные комбинации номеров. После 10 цифры  тяжелая металлическая дверь открылась, издавая долгий монотонный, долгий, режущий ухо звук.

- Вуаля ! Нет двери, которую нельзя открыть,- гордясь собой, он первым вошел в подъезд.


Помещение было настолько темным, что было трудно разглядеть ступеньки, и Лилина чуть было не споткнулась, если бы не сильная рука Гилберта,  который поймал её и помог встать. Отовсюду летел запах сырости и затхлости. Пахло мышьяком и грибком, а насувающаяся отовсюду непроглядна темнота добавляла ощущения холода. Лифт находился на верхней площадке, на которую уже немного попадал свет с окна на первом этаже. Несмотря на всё это в подъезде было довольно чисто, что немного удивило Лилину, но у них не было времени рассматривать лестничную клетку, они спешили в квартиру под номером 131. Сойдя на девятом этаже, они легко нашли дверь, на которой весела табличка с номером квартиры. Лилина позвонила в звонок, но никто ей не ответил. Затем Гилберт тяжело постучал в дверь. Через несколько секунд замок повернулся и дверь приоткрылась.


_______________________________________________________________________________________________________________________

*Подавитель - медицинский препарат, приостанавливающий действие развитого гена. Человек становится обычным, без каких либо развитых черт.

Интерлюдия 1 Часть 1.(Истинная красота неприкосновенна и быстротечна)

Примечание от автора:

Интерме́дия (от лат. intermedius   находящийся посередине)   небольшая пьеса или сцена, обычно комического характера, разыгрываемая между действиями основной пьесы (драмы или оперы); то же, что и интерлюдия («междудействие»). В данном произведении- специальные главы, прочтение которых поможет лучше понять сюжет


Не судите строго моё творчество. Это первая попытка.


Главы будут выходить по возможности каждый месяц 4-5 числа.


Всё, что здесь написано, нарисовано - является выдумкой.


Запрещается распространять мой труд, но пиарить можно(


Приятного прочтения!


Пролог


Интерлюдия Часть 1.(Истинная красота неприкосновенна и быстротечна)

Темно  Звук колес трущихся об асфальт и шум автомобиля...  Луна  она светит так ярко, будто солнце взошло ночью...  Запах цветов залетающих сквозь открытое окно и ослепительно розовые лепестки сакуры, подхваченные ветром, отбивают лунный свет и порхая словно бабочки в ночи, постепенно падают под колеса машины.Мама за рулем, мне кажется, она что-то говорит мне, но порывы ветра и песнь сверчков заглушают её голос  Как приятно, хочу чтобы это мгновение никогда не кончалось  А? Что это за яркий свет впереди, фары машины? Грузовик? Звук сигнала режет ухо и резкий толчок нетто сзади, а может слева, заставляет потерять равновесие и упасть на сидение. Я уже ничего не вижу. Какой-то полный мрак  О Нет! Яркий свет, ещё толчок  внезапный душераздирающий крик  а чей он?... Опять мрак и бесконечная, подавляющая тишина.

..........................................................................................................................................................................................................................................

- Хикки! Мы опаздываем!- кричит молодая женщина, стоя у своего автомобиля. Она уже готова распрощаться со старым домом и всем, что связывает её с ним, со всем кроме одного.

-Уже иду!- с двери выбегает девочка с рюкзаком на плечах и подбегает к машине.

- Ну как, попрощалась со старым домом?- спрашивает её мать.

- Ага, мы ведь никогда сюда больше не вернёмся?- немного грустно спрашивает девочка, садясь на задние сидение.

- Кто знает - с присущей легкостью и невинностью отвечает женщина и садиться за руль,- Ты не рада?- спрашивает она.

- Нет, очень даже рада, говорят, что тот дом очень красивый,- с вдохновением и глазами, светящимися в предвкушении, отвечает девочка.

- Ну, посмотрим,- мама заводит автомобиль, и машина трогает с места, оставляя прошлое вместе с его недостатками, с его желаниями, надеждами и мечтами позади.


Они медленно едут по шоссе усаженом слева сакурами, справа же невысокое ограждение. Там, за ним видно вдалеке море. Волны бьются о скалы обрыва. Легкий ветер залетает через открытое окно, неся с собой нежный аромат цветов. Девочке показалось, что идеальное место для их нового дома. И как всякая девочка её лет, она с жадностью пожирала глазами пейзаж, стараясь записать его в своём сознании и создать новые воспоминания. Она  никогда не думала, что на окраине такого большого города, может быть так красиво и приятно. В конце концов, что ещё может видеть и знать человек в её годы, тем более такой мечтательный, но по-детски наивный и безмятежный, какой была Хиккири. Она никогда не задумывалась о мелочах, предпочитая мыслить обширно и глобально, она никогда не задумывалась, что люди могут быть плохими, что у них нет ни капли сочувствия и сострадания, никогда, пока самый близкий человек не обманул её. Она чувствовала себя ужасно, но как и все наивные люди, прятала слёзы под маской улыбки, стараясь хоть чем-нибудь помочь матери, которая  осталась абсолютно беззащитной. Хиккири старалась держаться и вести себя как обычно, в глубине души, всё ещё надеясь, что он одумается, попросит прощения и всё разрешится само собой.


Наконец то алея сакур закончилась и начался ряд опрятных милых домиков построенных в японском стиле.

- Считай до 13,-сказала мама, когда начался ряд домиков.

- Один, два, три - девочка, совсем как ребёнок начала вслух считать каждый дом, который они проезжали, игриво тыкая на каждый указательным пальчиком,- двенадцать, вот, тринадцатый номер!- воскликнула она, и машина тут же остановилась.

- Ну вот, мы и приехали,- огласила мама и, отстегнув ремень, вышла. Девочка в восторге выбежала из автомобиля и направилась к дому под номером 13. Её ни чуть не смущал этот номер, она не верила в такого рода вещи, наоборот, он показался ей самым милым из всех, что она видела прежде.


Деревянные подпорки, на которых он держался, стояли на бетонных блоках, сложенных один на другой. Сам дом был огромным. На каждой стороне было как минимум по четыре отдвижных стены. Все они были обтянуты бумагой, словно сейчас на дворе январь империи Мейдзи. Голубой шифер на крыше блестел под лучами солнца, казалось, что он - продолжение неба, нависающего над домом. С левой стороны дома выделялась небольшая деревянная веранда, с которой можно было выходить в сад, окружавший дом с трёх сторон. С четвёртой стороны пролегал выход к калитке и деревянному забору, который ограждал всю территорию вместе с домом и садом.Сам сад был по истине великолепным! Казалось, его полностью создала природа, но на самом деле   это было творением рук человека. Все цветы: гортензии, ирисы, нарциссы, розы, камеи были посажены в форме иероглифа «двойного счастья» и занимали довольно большую часть сада. Но из деревьев, тут были только сакуры. В это время года они были в самом цвету и казалось, будто огромное бледно-розовое легкое нежное пушистое облако спустилось с Небес на землю и укрыло это место от всего, что могло принести ему вред. Когда Хикки увидела это, она остановилась от изумления и, благоговения утопая глазами и сознанием в этой чистой красоте. Она замерла, словно в ожидании чего-то возвышенного, духовного. Вдруг мощный порыв ветра вскружил в безумном танце всех этих прекрасных дам в роскошных розовых платьях. В одно мгновение тысячи лепестков сорвались с ветвей и, заслонив взор Хикки, закружились, соприкасаясь, и сбивая друг друга, но в тоже время, действуя, как один вихрь. Потом они упали на землю, которая и так уже была застелена ковром из миллионов нежно-розовых лепестков. Девочке показалось, что это было похоже на минутную метель, о которой она читала в книжках о далёком Севере.


Когда всё улеглось, она смогла разглядеть самую большую и самую старую сакуру. Ветер всё ещё сдирал лепестки с её вялых ветвей, но уже не так беспощадно как раньше. Девочка, не осознано подошла к дереву. Она никогда в жизни не видела столь пышно цветущую сакуру. Невзирая на свою старость, она выглядела лучше всех остальных. Но вдруг Хикки заметила, что на ближайшей к ней ветке цветёт только один единственный цветок. Она подошла ближе и начала внимательно разглядывать ветку, ей показалось немыслимо то, что она увидела в первый раз, ведь в этом году не было никаких заморозков весной. Почему же на этой ветке цветёт только один цветок? Да ещё и как цветёт! Лучше всех остальных, он будто бы гордится своим одиночеством. Хикки вдруг почувствовала неудержимое желание прикоснуться к этому чуду. Она протянула руку, но в то мгновение, когда е пальцы уже были готовы прикоснуться к лепесткам, порыв ветра сорвал цветок и все лепестки разделились и посыпались на землю. Тщетно она пыталась поймать хоть один, они будто нарочно выскальзывали из-под её пальцев и падали на землю, теряясь среди тысячи других, похожих на эти как две капли воды, становясь неотъемлемой частью живого ковра.


«Поистине, прекрасно только то, что для нас не доступно»,- подумала Хикки и тут же, услышав, что её зовет мать, поспешила из сада в дом.


Внутри, дом также ничем не отличался от традиционной японской обстановки. Татами, очаг, передвижной столик, шкафы, подушки для сидения, красочная расписная бумага на стенах- вот вся мебель и ровным счётом полный список того, что соблаговолили оставить прежние хозяева дома.

- Звонили из службы доставки,- объявила мама, входя в комнату, которую Хикки уже выбрала для себя,- Они сказали, что не смогут привезти наши вещи завтра. Это какой-то кошмар!- она была в негодовании,- За что им в конце концов платят?- спросила она девочку, будто не знала ответа.

- А когда же они их привезут?- в изумлении спросила Хикки.

- Они сказали, что свободны сегодня вечером, и во вторник,- уже немного спокойнее объяснила мама.

- Но ждать вторника слишком долго.

- Да, вот именно поэтому я должна сегодня вечером ехать обратно в город и смотреть, как бы они не натворили чего там, перевозя наши вещи без нас.

- Я поеду с тобой,- не стараясь скрыть своей радости, сообщила Хикки.

- Тебе незачем туда ехать,- возразила мать.

- Нет, я хочу поехать туда с тобой,- уже твёрдым тоном повторила девочка.

- Что ж, тогда собирайся, скоро стемнеет,- побеждённая мать, видя, что её не переспоришь, сдалась и покинула комнату. Хикки была счастлива.

........................................................................................................................................................................................................................................

Темно  Звук колес трущихся об асфальт и шум автомобиля...  Луна  она светит так ярко, будто солнце взошло ночью...  Запах цветов залетающих сквозь открытое окно и ослепительно розовые лепестки сакуры, подхваченные ветром, отбивают лунный свет и порхая словно бабочки в ночи, постепенно падают под колеса машины.

Уже ночь, но Хикки видно всё отчётливо. Её преодолевает какое-то сильное чувство дежавю. Ей кажется, что она уже раньше была в этой ситуации. Мама за рулем, мне кажется, она что-то говорит мне, но порывы ветра и песнь сверчков заглушают её голос. Хикки захотелось, чтобы эта приятная минута никогда не заканчивалась. И вдруг, яркий свет фар машины впереди ослепляет её. Она едва может различить очертание грузовика в этом ярком свете. Внезапно она услышала сигнал машины и почувствовала сильный толчок слева. Из-за этого Хикки упала на заднее сиденье. Она уже ничего не могла видеть, словно какой-то ужасный мрак застелил ей взор, потом она услышала душераздирающий крик и подумала: «А чей он?». Затем послышался скрежет метала, и теряя сознание, она успела заметить, что опять наступила темнота и бесконечная, подавляющая тишина.

2 глава (Красноречивый детектив)

II

В дверном проеме показалось женское лицо. Оно было измучено и заплакано до такой степени, что посмотрев на неё, можно было подумать, что она только что перенесла смертельную болезнь. Она не спешила открывать дверь и уставилась на Гилберта. На какой-то миг воцарилось всеобщее молчание. Гилберт, вдруг спохватился и сунул руку в карман своего длинного черного плаща. Он вытащил оттуда своё удостоверение, раскрыл и протянул женщине:

– Ми служащие АРСДП, прибыли на место преступления. Вы позволите войти?

- Я вызывала полицию, а не подпольные шайки, – сдавленным хриплым голосом отрезала она. Глаза её сверкнули ненавистью и недоверием.

– Но мы приехали быстрее, – спокойно ответил Крис. Женщина призадумалась и сжала пальцы в кулак.

– Прошу Вас, может, мы ещё сможем её спасти – Гилберт подошел ближе к двери и уставился на неё понимающим взглядом. Её лицо вдруг изменилось и потемнело, по нему опять пролетела тень ужаса, но лишь на короткий миг. Она вздохнула и спокойно отошла, открывая им дверь.

Все вошли внутрь. Перед глазами Лилины постала ужасная картина. С тех пор, как она работает в АРСДП, видит трупы, чуть ли не каждый день. Но разве к такому можно привыкнуть? Она не из тех, кому плевать на все происходящее вокруг. Она просто не могла не пропустить это сквозь себя, и не особо задумывалась, что будет с нею самой после всего. Но как-то с их помощью, она справлялась. Гилберт учил её как не терять самообладание и здравый ум в таких ситуациях. Девушка понимала: ей надо быть сильной, перетерпеть всё. И сейчас, она должна проглотить это, открыть широко глаза и помнить: не она одна видит это, не она одна страдает. Может Франку и Крису легче переносить виды трупов, а вот этой женщине и Арнольду, наверное, ещё тяжелее, чем ей. «Да, Арнольд может и скрывает свои чувства за улыбкой и развязным поведением, но вот Гилберт. Я никогда не видела его переживаний или смешанных чувств. Недаром он так любит повторять: «Охлади свою голову»». Лилина искреннее восхищалась им. И как только можно рассуждать рационально в такой ситуации?! А вед он как-то это проделывает, значит и для неё это возможно. Лилина приняла решение: как бы тяжело ей не было, она должна охладить свою голову, открыть глаза и встретиться с неприятным лицом к лицу. В конце -концов, от этого никуда денешься.

Она сглотнула комок, подступивший к горлу, и едва сдержалась, чтобы не закричать. Запах крови, который она так тяжело переносила поначалу давил снаружи, а инстинкт отвращения душил изнутри. Размытая пленка начала падать на глаза, как только она подумала, что ещё каких-то полчаса назад эта женщина ходила, разговаривала, дышала, жила! А теперь, все это оборвалось в одно мгновение. Она все ещё не могла этого осознать. И маленькое неконтролируемое отчаяние начало зарождаться где-то глубоко внутри неё.

Как шальной, непослушный ребёнок, оно начинало разыгрываться и навязываться ей. Но тут она вспомнила слова Гила, которые всегда спасали её в таких ситуациях. И эта неконтролируемая бездна внутри неё враз исчезла, вновь оставляя за собой бездонную пустоту неведения, от которой она страдает уже не первый год.

На полу в коридоре лежала женщина лицом вниз, её отчасти окоченелая рука сжимала трубку переносного телефона. На лице застыло выражение удивления от неожиданности и жуткой боли. Спина женщины была рассечена настолько глубоко, что можно было увидеть раздробленные кости хребта и разрезанные внутренние органы. Лужа крови растекалась по полу, казалось, уже вся кровь вытекла из организма, но рана всё ещё кровоточила.

Арнольд тихо присвистнул, увидев это. Гилберт кинул на него мгновенный неистовый взгляд, затем серьезно спросил у женщины:

– Сколько времени прошло с тех пор как вы здесь?

– Не знаю точно, я вызвала полицию сразу же, как пришла, затем приехали вы, – сдавленным голосом ответила она.

– Сколько времени занимает путь от вашего дома к сестре? – подсчитывая минуты в голове, спросил Гилберт.

– Примерно 10 минут.

« Значит, плюс пять минут пока она собралась, пришла сюда, уже 15, дадим ещё примерно 10 минут на то, что она увидела и впала в истерику, ведь у неё хриплый голос. Уже 25 минут, плюс 5 минут, пока она позвонила и объяснила всё полиции, плюс 5 минут на мой разговор с мистером Айво и дорогу сюда. Выходит, что она мертва уже больше получаса»- размышлял Гилберт. Тем временем Крис подошел ближе к трупу.

– Нет, стой, Крис, уже слишком поздно, тут мы бессильны, – пытался остановить его Гилберт.

– Дело не в этом, – спокойно ответил Крис, и уставился на труп: – Она такая же.

– Не может быть! воскликнула Лилина, и, осознав, что она делает, закрыла руками рот. Женщина, стоявшая в углу, тихо заплакала.

– Франк, ты знаешь, что делать, Арнольд, скопируй все данные с телефона и камер видео наблюдения и попробуй проанализировать, – отдал свои приказы Гилберт.

– Вы не возражаете, если мы с Лилиной зададим вам пару вопросов? – обратился он к заплаканной женщине. Она, молча, кивнула и жестом пригласила их войти в комнату. Гостиная была очень опрятная. Было понятно, что в этой квартире живёт поистине одинокая женщина. Мебели было мало, зато та, которая была, блестела, словно только что протёртая, в лучах солнца. За стеклянными дверьми серванта хранились фарфоровые статуэтки, большая редкость в наше время. Посередине комнаты стоял небольшой деревянный круглый стол, тоже отполирован, полакован и начищен до блеска. Вся комната напоминала антикварную лавку или дом коллекционера, но повсюду стояла такая чистота, что все старые вещи казались новыми. Женщина села на стул возле стола и пригласила служащих занять места на диване напротив неё. Присаживаясь на диван, Гил мельком взглянул на её руку: « Мозоли и покраснения, твердая кожа в местах изгибов пальцев, тонкие и крепкие. Скорее всего, парикмахерша»- сделал он для себя такое заключение. Гилберт достал свой темно-зелёный блокнот и ручку с внутреннего кармана пиджака. Открыл на чистой странице. Это был знак для Лилины, можно было начинать.

– Расскажите, пожалуйста, всё в подробностях, что произошло сегодня, – обратилась она к женщине. Та, немного посомневавшись, кивнула

-Утром, когда мой муж ушел на роботу, я решила прибраться в доме. Где-то, через полчаса, мне в голову пришла мысль, что надо бы позвонить Юки, моей сестре и пригласить её на ужин. Так я и сделала. Мы немного поговорили, а потом связь внезапно прервалась. Я не знала, что случилось, и попробовала перезвонить, но никто не ответил. И я решила зайти к ней, так как мы живём не далеко друг от друга. Когда я позвонила в дверь, никто не ответил, – голос её начал заметно дрожать, – я открыла дверь ключом, а когда вошла, то увидела, – она замолчала и всхлипнула.

– Вы рассказывали об этом уже своим родственникам или близким? – спросила Лилина.

– Сначала я позвонила в полицию, а затем своему мужу и Китами.

Гилберт и Лилина непрерывно наблюдали за реакцией этой женщины, на каждое их слово, на каждый вопрос. И тут Гил заметил, что произнося последнее имя, она прищурилась и отвела взгляд куда-то в безвозвратность.

– Китами это, – переспросил Гилберт

– Китами Мамору жених моей сестры и наш школьный товарищ. У них была запланирована свадьба на следующий месяц, хотя в последнее время, они не очень ладили, – со вздохом ответила она и, словно уставилась куда-то в будущее, которому не суждено было сбыться, – он сказал, что скоро приедет, – добавила она. Гилберт продолжал записывать в свой блокнот

– А ваши родители? спросил он, не отрывая взгляд от бумаги

– Они умерли в автокатастрофе 3 года назад, – она будто вернулась в реальность.

– Я прошу прощения, но не назовете ли вы своего полного имени и имени вашей сестры? – вспомнив, что они толком ничего о ней не знают, спросила Лилина, – и расскажите немного о вас. Женщина кивнула, но не успела она открыть рот, как дверь в комнату приоткрылась. В проеме показался Арнольд: « Гил, копы приехали, ты будешь удивлен», – с насмешкой сказал он, даже не извинившись за прерванный разговор.

– Простите, можем мы продолжить позже? – спросил Гилберт у женщины, покидая диван, и направляясь к двери. Та просто кивнула и все вышли в коридор.

На мгновение Гилберт замер от удивления, но осознав, кто перед ним находится, выражение неожиданности на его лице сменилось ехидной улыбкой.

– Мир действительно тесен, не так ли, мистер Чак? – с издёвкой произнёс он, медленно пересекая коридор, направляясь к двум мужчинам, которые стояли у двери. Один из них был молоденький парень, которого Гил видел впервые. Ну а второй, это старый, хорошо ему знакомый, вечно опаздывающий, строгий, но с хорошим чувством юмора, инспектор второго отдела полиции Йокогамы.

– Так и есть, глупый мальчишка, – произнёс он грубым, но давно просевшим от сигарет хриплым голосом. – Неужели нас свела сама судьба?

– А вы вовсе не изменились, в этот раз вы опоздали на, – Гилберт небрежно поднял левую руку и взглянул на часы, – 17 минут. Согласитесь, для такого как вы, так опаздывать, – он саркастически покачал головой, причмокивая языком.

-Да как ты смеешь разговаривать с инспектором в таком тоне?!- яростно воскликнул юноша, стоящий за спиной у полицейского. Но инспектор вдруг поднял левую руку, жестом приказывая парню замолчать. Тот потупил взор, не веря в собственный стыд.

– Вам следует, научить свою собачку хорошим манерам, – сделал замечание Гил.

– Тот, кому тут не хватает манер, так это ты и твоя шайка, и сейчас вы немедленно выметаетесь отсюда. Это дело полиции! – прикрикнул инспектор.

– Какие же вы грубые, – насмешливо, поддельно огорчился Гилберт. – А вот я думаю иначе. А ещё, я думаю, что вы просто не сможете отказаться от нашего предложения.

– Слишком много думаешь, но зная тебя, я выслушаю это предложение, – немного смягчившись, инспектор оперся плечом на стену и серьезно уставился на Гилберта. Гил довольно усмехнулся про себя, но внешне остался спокойным. Он знал, что уже выиграл.

– Итак, я предлагаю вам отдать это дело АРСДП и если мы его успешно раскроем, то преступника передадим полиции, а вы признаете нас легальной государственной организацией*. У инспектора глаза расширились от таких слов:

– И ты, правда, подумал, что я поведусь на эту чушь! – громко воскликнул инспектор Чак, и начал хвататься за живот от смеха. – Ты меня разочаровал, Гил.

– Хах! А знаешь Чак, я тут вспомнил, что есть один закон в кодексе полиции, по которому за 3 опоздания на вызов больше, чем не 5 минут, обеспечено увольнение из организации, аннулирование всех выслуг и привилегий и даже пенсии. А если память мне не изменяет, то это уже ваше третья опоздание. Понимаете, к чему я веду? – он игриво поднял бровь и скорчил недовольную мину, как будто ему и вправду было жаль инспектора. Лилина, стоявшая позади, чуть не подавилась со смеху, но она аккуратно отвернулась, имитируя кашель.

– Ах, ты ж мелкий гадёнышь, – процедил сквозь сомкнутые от злости, зубы, инспектор. Подумать только, его обошел какой-то малец! Но тут, вспомнив, что сзади него стоит его ученик, он ухмыльнулся, вздохнул и похвалил Гилберта:

– А ты смышлёнее, чем я предполагал. Вздумал меня шантажировать?

– Ну что вы, как я могу, я всего лишь предложил вам выгодную сделку. Ну, а если вы на неё не соглашаетесь, то прошу меня простить, – он сделал вежливый поклон, – но я должен поступить как верный и преданный своей стране гражданин. То есть рассказать о нарушении закона самим полицейским.

После этих слов Арнольд, который всё это время копался с телефоном, тихонько хихикнул, ибо не мог больше сдерживаться. Но поймав злобный взгляд Гила, он кашильнул и тихонько извинился.

– Какая же это сделка, если ты не оставляешь мне выбора, – всё ещё пытался выкрутиться полицейский.

– Ну, я бы так не сказал, выбор всегда есть, – он протянул инспектору руку и его черный плащ тихо зашелестел от резкого движения. Юноша, стоявший позади инспектора, в недоумении переводил взгляд то на своего учителя, то на Гилберта. Чак вздохнул как бы с облегчением и пожал руку:

– Ну что мне остается делать, ты же знаешь, не люблю быть в долгу.

– Вы оплатите свой долг одной единственной подписью, – с улыбкой заверил его Гилберт.


* * *

-И всё-таки, я не понимаю, зачем вы приняли его предложение, – добивался ответа молодой ученик, когда они уже вышли на улицу.    Инспектор мечтательно поднял голову и устремил свой глубокий, задумчивый взгляд в невинно-голубые небеса. Он вытянул сигарету изо рта и испустил легкое облако дыма.

– А он поумнел за то время, что мы не виделись. Я принял его предложение только потому, что знаю, через что ему пришлось пройти, достигая этого, а не дать ему обещанную награду, было бы слишком жестоко. Он снова затянулся.

– Посмотрим, что из него выйдет, – он встряхнул окурок и, вставив сигарету обратно в рот, направился к участку, а его подчинённый последовал за ним.   ___________________________________________________________________________________________________________________  *легальная государственная организация любая организация, работники которой получают зарплату от государства, ведет дела на государственном уровне, и подчинятся непосредственно государству. Любая организация может стать такой, если другая легальная государственная организация, занятая в той же сфере деятельности подпишет специальный документ о признании это организации легальной и государственной.

Пролог Интерлюдия I Часть 2 (Когда внутри тебя темно, ты найдёшь свет в других)

Пролог


Интерлюдия I Часть 2 (Когда внутри тебя темно, ты найдёшь свет в других)

Темно...  Звук колес, трущихся об асфальт и шум автомобиля...  Луна  она светит так ярко, будто солнце взошло в ночи...  Запах цветов, залетающих сквозь открытое окно и ослепительно розовые лепестки сакуры, подхваченные ветром, отбивают лунный свет. Они порхают, словно бабочки в ночи, постепенно падают под колёса машины.

Это было последнее, что она видела перед тем как широко и медленно открыть глаза. Взор врезался в ослепительно белый потолок. Он резал ей глаза. Она прищурилась и начала часто-часто моргать. Что-то мешало руке, она повернула голову чтобы взглянуть. Капельница. Голова откинулась на подушку с тяжким выдохом. Она в больнице. Но почему? Что случилось? Она не помнила. В поиске ответов на бесчисленный рой  вопросов, зародившийся в её голове, начала крутиться, искать что-то. И тут вновь, что-то резко белое ухватил её глаз. Это был лист бумаги на столике у кровати. Он двигался будто призывая её поднять его. Но она понимала, что это всего лишь ветер из открытого окна. Невзирая на расстояние к столу, она протянула руку дабы достать лист. Почти, ещё немного и она ухватится за него. Не хватает всего каких-то пару сантиметров. Вдруг, пронзительная боль. Рука с грохотом падает на стол. Пальцы властно загребают лист, всячески жмякая его при этом. Всё, что было на столе, да и сам лёгкий медицинский стол валятся на пол. Стеклянные бутылочки разбиваются вдребезги и тысячи микроскопических осколков рассеиваются повсюду. Их жалкий взвизг тут же заглушает мощный гром алюминиевого столика. Капельница натянулась. Девушка почти повисла на ней. Но ей было плевать на боль и выдёргивающийся шприц, ей было плевать на израненную руку, оглушительный шум и не щадящую боль в голове, которая любого другого человека затянула бы уже в чёрную дыру безумия. Ухо уловило быстро приближающиеся шаги.

Кто-то спешит к её палате. Рука инстинктивно запихнула лист под подушку и в ту же секунду, когда она её вытащила, дверь распахнулась. В палату вбежал молодой опрятный врач, за ним влетела медсестра на каблуках, что вызвало у девушки внезапную мысль: « Как она может так носиться в подобной обуви? Я ведь слышала этот грохот из коридора будто стадо лошадей пробежало, а это оказывается только одна кобыла » ей почему-то стало смешно. А увидев недоумение вперемешку с испугом на их лицах, она не смогла сдержать смех. Он будто комком подошел к её горлу и сдавил глотку. Ей было трудно дышать, но она не могла остановиться. Увидев это, врач без промедления схватил стакан с водой, который стоял на подоконнике и принялся поить её, поддерживая за спину. Вот как, это было вовсе не желание смеяться, она просто задыхалась. Впрочем, никто точно не узнает, что творилось с ней в те минуты.

Ей полегчало, и она извинилась, оправдываясь, что хотела встать, но не смогла.

- Твоё тело после операции, оно ещё слишком слабое,- объяснил доктор, засунув руки в карманы своего халата.

- Как ты себя сейчас чувствуешь?- голос у медсестры показался ей на удивление  приятным, он не подходил под её тело.Только после этого вспомнила, до неё дошло, что  жутко болит голова, и она призналась в этом. Врач громко вздохнул, то ли с досадой, то ли с облегчением.

- Ты помнишь, что произошло?- спросил он.Она боялась себе признаться, что даже думать об этом не могла, но рано или поздно приходиться сталкиваться с обжигающей реальностью. А реальность была в том, что внутри её головы не было ровным счетом ничего кроме удушающей пустоты. Она открыла рот, не задумываясь  о том, что должна была сказать, ведь ей было страшно:

- Я  - она произнесла это тихо, затем громче,- Я- это не помогло, рефлекторно её уста не могли ничего выдать. Она громко сглотнула и капли пота начали проступать на её побледневшем лбу. Она почувствовала резкую боль в висках, как будто кто-то сдавливал её голову тисками. Она ухватилась обеими руками за волосы и в отчаянии начала оттягивать их от корней, как будто это могло чем-то помочь. А в глубине сознания зарождалась ужасная и горько острая первая осмысленная трезвая, но пока ещё слабая мысль: «НЕ ПОМНЮ!»С каждой секундой её влияния на организм увеличивалось, и она щурила глаза всё сильнее и сильнее, отказываясь принимать реальность. Врач и медсестра попробовали ослабить её атаку на собственную голову. По началу это не совсем получалось, но в один миг она ослабла, тело обмякло, глаза широко раскрылись, а руки опустились на одеяло. Она открыла рот, потому что больше не могла удержать этот голос в своей голове. А он становился всё громче и громче, что-то кричал внутри, а она сидела неподвижно, даже не моргала. Внутренний крик достиг стадии слияния с её голосом. Она давно уже всё осознала, просто боялась признаться себе. Для неё сказать всё это вслух означало рассказать это не только другим, но и себе, поверить в это.

- Я не помню!- она закричала, роняя слёзы на и без того мокрое от пота одеяло, которое она ещё и скомкала за эти пару минут.

- Этого я и боялся,- ей показалось, что врач слишком быстро ответил. Значит такие случаи в его практике не редкость

- Мы не будем вам рассказывать о том, что произошло. Ваш мозг не сильно травмирован, так, что думаю ваша амнезия- дело времени. Рано или поздно вы всё вспомните, а пока не впадайте в отчаяние, как только что ,- с этими словами он и молодая медсестра уже спешили покинуть её,- но амнезия ума ещё ни у кого не отбирала.

- У меня должны быть родственники, с ними всё в порядке? Могу я с ними увидеться?- спросила она.

- С вашей матерью всё хорошо, не беспокойтесь,- с улыбкой ответил доктор, оборачиваясь к кровати.

- А отец?- увидев его реакцию, она сразу поняла, этот вопрос задавать не стоило.

- Не переживайте, с ним тоже всё в порядке. К сожалению, я не  могу вам встреться с родными, пока ваша память не восстановится. Поправляйтесь,- добавил он уже в дверях.

Комнату снова заполнила тишина, но она её не слышала. Неупорядоченные мысли вырывались наружу. Словно кто-то прорвал плотину в её голове и поток чистой воды смешался с грязной и застоянной. Она бурлит, шипит и с шумом несётся, заглушая даже боль в висках. И враз, как будто кто-то бросил тяжелый булыжник в этот поток. Выринула ясная мысль. «Письмо. Я его так и не успела прочесть». А рука уже доставала бумагу из под подушки.

Элегантно выведенные чёрные буквы вводили в ещё большее заблуждение:


«Я знаю, тебе сейчас очень тяжело. Не хочу на тебя давить, поэтому спрашивать о том, как ты не буду. Я знаю, ты сильная и справишься со всем. И даже если ты ничего не помнишь о себе в прошлом,  не надейся, что другие люди смогут тебе помочь вспомнить. Я поспешу тебя утешить, такие выводы не из-за того, что мы были знакомы.  Мы даже никогда не встречались, но я всегда знал о твоём существовании, а ты о моём. Почему- то ощущал его так же ясно, как и своё собственное. И нет, я не твой отец, или родственник, мы даже не друзья. С точки зрения человеческих отношений, я тебе ровным счётом никто. Но я не признаю жалкие человеческие устои и взаимоотношения. В конце концов, ты мне не чужая. И пусть ты ничего не помнишь, знай, я на твоей стороне, я всегда приду на помощь, ты только позови. Прошу тебя, не отчаивайся и не теряй голову что бы ни случилось. Помни, тебе есть ради кого и ради чего жить.


Я буду тебе писать как можно чаще, но увы увидеться мы пока не можем. Я не прошу отвечать на мои письма, лишь будь так добра, сделай так, чтобы их никто не увидел.


Поправляйся


Г.Х.»

На дворе стояла глубокая ночь. Но окно в палату было приоткрыто. В воздухе витал запах чистоты и стерильности. Девушка крепко спала под звуки песни сверчков. А розовые лепестки вишни тихо залетали в комнату, вороша шторы. Они медленно ложились на белый лист бумаги. В полоске лунного света можно было распознать строки:  « Дорогой Г.Х...

3 Глава (Улики от убийцы)

III

Входная дверь громко захлопнулась за инспектором. Он был настолько недоволен своим положением, что решил возместить свое негодование на двери. Эхо от этого звука раздалось по всей квартире. Лилина невольно почувствовала вибрацию от стен. Несколько секунд все стояли в гробовой тишине. Кто-то был уверен, что все прошло по его плану, кто-то старался разобраться в ситуации и сложной терминологии, кто-то искреннее радовался предстоящим возможностям соперничества с полицией, а кто-то чуть не помирал со смеху. Арнольд понимал, что в присутствии этой женщины не следует смеяться, ибо для неё это трагический день, но он ничего не мог с собой поделать. Такой уж он человек, не привык сдерживаться. Арнольд расхохотался на всю квартиру, приговаривая сквозь смех и слёзы, выступившие у него на глазах, то ли от радости, то ли от смеха: « Простите  не могу сдержаться, Гил отлично его обставил, меньшего от тебя и не ожидал  а он »- Арнольд снова схватился за живот. Гилберт понимал всю неловкость ситуации и то, что Арнольд выставляет их в дурном свете перед этой женщиной. Поэтому он грозно прикрикнул на него и начал было извиняться за такое непристойное поведение своих подчиненных.

- Нет, вам не стоит извиняться, но я почти ничего не поняла из вашего разговора с полицейским. Что же это получается, они не будут искать убийцу моей сестры!?- озадачено спросила женщина. По её реакции можно было догадаться, что она была готова сию секунду впасть в негодование на пару с яростью.

- Позвольте, Вам всё объяснить,- вмешалась Лилина. Она знала, что Гилберт ненавидит пересказывать одно и тоже несколько раз, ещё она знала, что он на дух не переносит объяснять и учить кого-то, потому что считает это пустой тратой времени.

«Несмотря на это, он лично обучал меня и помогал освоиться, когда я только попала сюда,- подумала она - мне никогда не искупить свой долг перед ним».

- Да, полиция не будет заниматься расследованием, но это сделаем мы,- она начала объяснять ситуацию женщине.

- Как это? Вы?! И вы сможете поймать преступника?!- женщина сорвалась. Это и не удивительно, в наше время мало кто верит частным детективным агентствам.

- Да, и поверьте, сделаем это куда быстрее обычной полиции,- впервые за долгое время подал голос Крис. А всё потому что он не терпел людей, который предвзято относятся к чему-либо, особенно, если это касалось агентства. Может, это было и не заметно, но он считал его своим домом.

- Мы ещё ни разу им не проигрывали,- поддержал его Франк, закрывая герметический пакет для улик. В нём лежало что-то кровавое, поэтому он быстро спрятал его в карман, чтобы женщина не увидела.

- Они правы, не волнуйтесь об этом, а когда мы найдем преступника, то передадим его полиции, та в свою очередь суду для понесения справедливого наказания,- пыталась заверить её Лилина. Женщина помякла и заметно поменялась в лице, когда услышала о наказании.

- А что это за легальная государственная организация о которой вы говорили,- всё никак не унималась женщина.

- Для Вас это не имеет никакого значения, если всё пройдет гладко, то это будет наш будущий статус.

- Вот как, теперь я начинаю понимать,- хоть она так и сказала, но всё равно задумалась. « Она совершенно не умеет скрывать свои эмоции,- подумала Лилина.- Это из-за того, что случилось или это у неё такой характер?» Но её дальнейшие раздумья были резким звуком настежь распахнувшийся двери. Все резко обернулись на звук и увидели запыхавшегося мужчину в дверном проеме. На вид ему было где-то двадцать пять, одетый по деловому: в костюме и в галстуке, в руке он держал ключи от машины. Стекла в специальных очках, защищающих от электрических излучений запотели. Очки накренились так, что из под них были видны тёмные круги и мешки под глазами. « Ясно, из компа он не вылезает, а ключи держит как человек, которым много печатает и работает с компьютером: все пальцы кроме большого, сверху, возможно программист, нет , точно программист»- думал Гил, окинув мужчину взглядом.

- Наото!- воскликнула женщина, вновь заливаясь слезами. Она кинулась к мужщине чуть было, не задев Гилберта и упала ему в объятия всё повторяя то имя её покойной сестры, то его.  Мужчина обнял свою жену и на глаза ему навернулись слёзы, как только он сумел разглядеть труп. « Так значит, это её муж, да»- наверное эта мысль пронеслась в ту минуту в головах всех служащих АРСДП.

- Юки, она,- совсем не скупая мужская слеза упала со щеки Наото, но вдруг он внезапно пришел в себя и начал подозрительно оглядывать всех присутствующих,- А вы ещё кто такие? Где полиция, медики?! Почему никто ничего не делает?!- он с яростью подошел к трупу и уставился на свою жену в ожидании объяснений. Женщина не знала с чего начать и как ей оправдаться, посмотрела на Лилину умоляющим взглядом полным слёз и безнадежной надежды. Лилина понимала, что это её удел- объяснения. Так было всегда, на каждом вызове на её памяти. « И как они раньше справлялись без меня?»- подумала она и начала всё заново разъяснять мужчине.

Гилберт  вздохнул с облегчением, как хорошо, что ему больше не приходиться возиться с этим как раньше. Хотя он понимал как несладко приходиться Лилине увы не мог ничего с этим поделать.

В это же время, пользуясь моментом, Франк подошел к нему. Он незаметно сунул что-то в карман плаща Гила и став чуть позади него шепнул:

- Взгляни, я нашел кое-что интересное.

Поняв намёк, Гил притворился что просто вытягивает блокнот из кармана, на самом деле положил два пакета во внутрь блокнота незаметно в кармане( это было то, что Франк отдал ему). Он достал блокнот, открыл его там, где были спрятаны пакеты, так, чтобы только он и Франк могли их видеть. Сделав вид, что он что-то записывает, Гил осторожно начал разглядывать содержимое пакетиков.

В первом лежали волосы. « Они явно принадлежат мужчине,- заключил он,- короткие, явно недавно остриженные, это видно по кончикам, жёсткие, тёмные»- он параллельно нотировал это в блокнот.

- Они были разбросаны возле головы жертвы,- объяснил Франк.- Но мне кажется, уж слишком щедро разбросаны,- он кинул подозрительный взгляд на женщину, стоявшую чуть дальше от них и её мужа. Они пытались понять то, что сейчас им объясняла Лилина.

-А она не плохо справляется, да? Не то что по началу - как бы между делом спросил он и ехидно перевёл взгляд на Гилберта. Тот словно в замешательстве, серьезно взглянул на другой пакет.

В нем лежал маленький клочок бумаги, ещё не полностью пропитанный кровью. Напротив, он настолько мало пропитался, что можно было прочесть фразу: « Прости, я больше не могу так жить. Я люблю тебя!» Для Гилберта это было настоящим шоком. Преступник оставил записку? Он что, какой-то ярый поклонник старых, богом забытых детективов?

- А это,- с явным запалом начал объяснять Франк,- я достал эту записку из-под головы жертвы, странно, правда?

- Она мертва уже больше часа, судя по ране, кровь должна была вытечь довольно быстро, тогда почему же эта бумажка так мало пропиталась кровью, даже прочесть можно! А где именно ты её нашел?- Гил не мог этого понять, это противоречило всем химическим и биологическим законам, если только записка была подставлена сразу после убийства. Но одно было ясно: что-то тут не чисто.

- Под виском. И ещё кое-что, Гил,- Франк притих ещё больше и наклонился ближе к уху Гила,- хребет, конечно, повреждён очень сильно, но пара хребцов шейного отдела повреждены не от удара оружием и не от ушиба, они рострощены и голова лежит немного не в том положении, как если она просто упала на пол. После сканирования я обнаружил, что они были повреждены позже.

- Ты имеешь в виду что ,- Гилберт не осмелился продолжить предложение, но Франк и так его понял, он незаметно кивнул. Это только подтвердило его слабую мысль о догадке.

- Ах да, чуть не забыл. Арнольд просил передать тебе это, - и он продолжил шепотом. Гилберт удивился, на секунду, затем вопросительно взглянул на Арнольда, никто кроме них не мог уловить этот осторожный взгляд среди всей этой суеты. Арнольд согласно кивнул, подтверждая слова Франка. И довольная улыбка появилась на бледном лице Гила, всего лишь на миг. « Ха, я так и не научился скрывать своё удовольствие, до чего же я тщеславный человек»,- подумал он.

- Теперь я понимаю, но разве так можно делать?- не унимался мужчина. Он всё тычил пальцем в труп и никак не хотел соглашаться со своей женой. Лилина было уже потеряла надежду на то, что ему можно что-то объяснить. Они явно не знакомы с законом. На помощь ей пришел Гилберт. Он оставил Франка позади, медленно и непринуждённо сунув блокнот с уликами в карман, направился к мужчине:

- Не волнуйтесь, тут нет ничего противозаконного,- заверил он.- Все-таки мы не меньше Вас хотим его поймать.

- Тогда почему вы ничего не делаете, только треплетесь!- он подступил к Гилберту и презренно смерил его сверху. « А он оказывается здоровый, и руки у него сильные,- Гил в свою очередь окинул его оценивающим взглядом,- он вполне способен завалить человека голыми руками»,- закончил он в своих мыслях. Гилберт улыбнулся и отошел от него со словами:

- Это потому что мы уже знаем кто убийца,- заявил он с самодовольной ухмылкой

- Как это? Вы ведь толком так и не опросили ни меня ни моего мужа,- подбежала к ним сестра погибшей. Это было странно, будто не хотела поверить, что убийцу её сестры нашли.

- Это невозможно! Я тут только каких то 15 минут, меня ещё даже не опросили.  А он тут выдает такое! Хватит издеваться! Вы- мошенники!,- вскрикнул мужчина сжимая кулаки. Он стиснул зубы и теперь намеревался серьезно подойти к Гилберту.

- Арнольд, звони в полицию, пусть едут обратно и прихватят с собой документы и наручники,- не обращая внимания на окружающих, невозмутимо продолжил Гилберт.

«Где же её жених в такой важный момент?»- подумал он. Это единственное, что его волновало, ведь не хотелось всё рассказывать без него. Но раз уж начал, надо закончить. Он поднял глаза и произнёс:

- Убийца это...

Страница книги Плач Фемиды в интернете