# Воплощение Тьмы

Саяра Лайт

Страница книги <https://1.selflib.me/the_incarnation_of_darkness>

Мы не думали, я не думал, что результат окажется фатальным. Мы не осмелились на такие мысли, ни один из нас. Только смерть прояснила мой разум. Все пошло не так еще с того момента, когда Келвин пришел в нашу лабораторию и выложил перед нами бумаги,

подтверждающие его догадки. Этот мужчина был помешан на идее найти какой-то древний артефакт, о котором рассказывал его отец, побывавший в Китае. Я ответил ему отказом, Ллойд был настроен скептически, но смог бы передумать при наличии подтверждений и доказательств, а Уолтер был в восторге и всячески пытался нас убедить помочь Келвину. В дальнейшем, он и занялся заботой о финансировании раскопок. Когда Ллойд увидел своими глазами нашу первую находку – свиток, добытый в Таиланде, он занял сторону Келвина. Я присоединился к поискам только потому, что ему удалось меня уговорить. Семь лет потребовалось, чтобы определить окончательное место нахождения артефакта. А потом начались раскопки, продолжавшиеся еще полтора года. И вот, мы вернулись в нашу лабораторию, надели скафандры и зашли в изолированную комнату с тем самым артефактом. Он представлял собой огромную гладкую сферу диаметром в два метра мутного синеватого оттенка. По всем параметрам объект был лишен признаков жизни. Он не реагировал ни на химическое, ни на физическое, ни на биологическое воздействия. Мы не знали, что с ним делать. Я уже успел разочароваться и собирался удалиться. У меня были и другие стоящие проекты, интересующие меня. Пять с половиной лет своей жизни я потратил зря, и уже строил планы, как наиболее продуктивно возместить эту потерю.

Я направился к двери, когда Келвин схватил хирургическую дрель и с недвусмысленными намерениями подошел к сфере.

- Мы уже убедились, что оно мертво, - сказал я. – Что еще ты хочешь увидеть?

- Я собираюсь просверлить дыру и заглянуть внутрь, - агрессивно ответил Келвин.

- Ты видел подтверждение в книгах, оно живо. Алхимики в своих записях указывали, что оно кормится, издает звуки и походит на живой организм. Если этого нет, стоит узнать, по какой причине, - мирно произнес Уолтер, как всегда пытаясь улучшить атмосферу между мной и Келвином.

- Эд, не ты ли подгонял всех нас, возмущался, что поиски неудачны? Всем казалось, что ты даже более заинтересован в артефакте, нежели Келвин, - пошел в атаку Ллойд.

- Я объясню тебе причину. Я думал, что когда вы найдете эту дрянь, сможете успокоиться и бросить этого кретина! – я ткнул пальцем в строну Келвина. – Но, нет! Вы как овцы, послушно следуете за ним. Что он вам пообещал? Новое оборудование? Или же сотрудничество с НАСА? Чего я не знаю?

- Эд, - Уолтер поджал губы, с укором смотря на меня. – Неужели ты не хочешь знать больше?

- Я скажу тебе,чего я хочу. Я хочу, чтобы вы оба, наконец, осознали, что он просто сумасшедший, - я снова указал на Келвина. – Вы все, находя хоть что-то об артефакте, рвались дальше, лишь я один систематизировал новую информацию и составлял отчеты. Это когда-то считали богом, поклонялись ему и приносили человеческие жертвы. Ацтеки даже храм возвели в его честь. Потом, когда пропали все, кто помнил об этом, оно уснуло. И сейчас я не желаю будить это. Мы не знаем, что оно такое, и я не хочу, чтобы нам пришлось узнать.

- Эд! – Ллойд хлопнул меня по плечу. – Старина, мы всегда все делали вместе. Мы не хотим начинать это без тебя.

- Хватит, - я сбросил его руку. – Похоже, наши пути разошлись. Мне за эти годы предлагали работу в лучших университетах и лабораториях. Надоело жалеть об отклоненных предложениях.

- Когда артефакт оживет, тебя уже здесь не будет, - зашипел наушник голосом Келвина. Он зло смотрел на меня. Я видел лишь его глаза. – Ты не увидишь его силу и мощь. Твоего имени не будет в списке открывателей. Ты больше не сможешь даже взглянуть на него. Только идиот может отказаться от такого.

- Разбирайтесь с этим сами, - я отпихнул его в сторону. Каким-то образом, незаметно для меня, он оказался рядом. Я мог коснуться его, даже не вытягивая руки. Келвин, едва устояв на ногах, угрожающе взглянул на меня. Я развернулся с четким намерением оставить их всех в этой комнате. Уже у дверей меня отвлек тихий странный свист. Не тот, который может создать человек. Он походил на механический, но я не знал ни один механизм, способный издавать такой звук. Я обернулся, понимая, что звук исходит от артефакта.

Огромная сфера оживала. Другого слова не было. Под оболочкой синюшного цвета происходили какие-то процессы, сопровождающиеся различными цветовыми реакциями. Я сам не заметил, как открыл рот. Неживое стало живым. Наибольший парадокс науки. Келвин, совершенно не замечая нас, завороженно смотрел на артефакт, а потом направился к нему. Подойдя, он начал стаскивать с руки перчатку. Ллойд закричал, чтобы он этого не делал. Но, Келвин был уже потерян. Его исступленное состояние восторга и эйфории заглушало все посторонние раздражители. Он сдернул с себя перчатку и положил ладонь на сферу. Она, словно живое существо, замерла. Мерцание цветов остановилось, а потом оно устремилось к оболочке, в то место, где к ней прикасался Келвин. Оно отреагировало. Оно было живо.

Келвин улыбнулся. Он повернулся к нам. Никогда он так не улыбался. Словно он увидел

саму жизнь и сейчас держал ее в своих ладонях. Ллойд и Уолтер облегченно вздохнули. Однако облегчение было не тем, что нам следовало испытывать. Свист прекратился. Я посмотрел на Келвина. В следующий момент у него в груди уже был огромный шип. Сотые, может тысячные доли секунды, заняло это движение. Оно не было предназначено для человеческих глаз. Шип, словно большой крюк, приподнял тело Келвина над сферой. Он был ее частью. Это не имело постоянной формы и когда тело оказалось над ним, раскрыло на две части и захлопнулось с тем же свистящим звуком, вместе с телом Келвина внутри. Свист продолжался. Оно переливалось всеми цветами радуги. И не смотря на то, что оно только что поглотило человека, все еще оставалось прекрасным.

Первым очнулся Ллойд. Он метнулся к двери смазанным пятном. Удивительно, что в тяжелом скафандре он мог так быстро двигаться. И еще более удивительным было то, что я думал об этом, а не о смерти Келвина. Мозг – поразительное устройство. И мой сейчас отчаянно работал над тем, чтобы сохранить меня в живых, не позволяя панике и страху сорвать люки.

Я схватил Уолтера и потащил к дверям. Он был зачарован зрелищем оживления сферы и не мог отвести взгляд. Как и Келвин.

Очевидно, что оно как-то влияет на мозг человека, заставляя забыть о самосохранении. Оказавшись по ту сторону стекла, я отпустил Уолтера. Сняв костюм, я посмотрел на Ллойда.

- Что будем делать? – спросил я. – Надо как-то изолировать объект. Лучшим выходом будет вообще уничтожить его.

Ллойд, яростносрывая с себя костюм, даже не смотрел на меня. Все его внимание ушло на то, чтобы избавиться от костюма. От шока, он забыл, где находятся застежки, и просто рвал его во все стороны. И все же у него ничего не получалось. Он издал истошный вопль и осел на пол. Я подошел и начал медленно ему помогать. Он пялился на мое лицо, пытаясь узнать меня, вспомнить. Я стащил с него костюм и оставил сидеть в углу. Потом помог Уотеру. Он все еще пребывал в состоянии сладкой эйфории. Люди, стоящие вокруг, не реагируя на нас, наблюдали за сферой.

Я поднялся и взглянул за стекло. Оно менялось, текло и переливалось. Словно пытаясь найти для себя более комфортную форму, и никак не могло определиться. Более, оно не лежало на полу. Оно приподнялось над ним и повисло в нескольких сантиметрах. Оболочки уже не было. Существо дернулось в нашу сторону. Не знаю, как я понял это, но оно нас заметило. Оно снова сменило форму. Теперь оно

походило на темное, воздушное облако, сверху торчали огромные черные шипы, их было больше десятка. Впереди «тело» переходило в некое подобие головы. Конечностей у него не было. Оно парило в пространстве. Обернувшись к нам, Оно повернуло голову и замерло.          Оно изучало нас, наблюдало, а мы следили за ним. Далее произошел метаморфоз, поразивший всех присутствующих. Существо

начало трансформироваться. Его тело приобрело четыре конечности, округлую голову и встало на пол. Оно уже не было инертным, Оно копировало человеческое тело. И копия эта была извращенной и мерзкой. На спине все еще торчали шипы, готовые пронзить нас, на месте глаз были два темных омута, его глазницы заполняла клубящаяся тьма. Вместо рук свисали куски темной плоти, все еще  мерцающие, готовые в любой момент приобрести нужную форму. Сначала мне показалось, будто он стоит на полу, но я ошибся. То, что было стопами, все так же не касалось поверхности. Словно не могло сделать этого.

Существо повернулось к нам и протянуло руку. Оно звало, призывало подойти. Уолтер, вскрикнув, поднялся и распластался по стеклу.

- Он приветствует нас. Он не понимает, почему мы не отвечаем ему. Пустите меня! – он достал из кармана карту и подошел к двери. Я побежал к нему, но не успел.

Уолтер уже был внутри. Он размеренными шагами направлялся к существу. Я знал этого человека с восемнадцати лет, мы были лучшими друзьями. Я не мог позволить этому поглотить его. И сделал самую глупую ошибку. Я пошел следом.

Я зашел в комнату и подтолкнул Уолтера к двери. Понемногу толкая его, я оттеснил его. Как только дверь открылось, Ллойд и наши ассистенты втащили его обратно. Дверь закрылась, когда я собирался протиснуться. Я поднес карту к сканеру. Дверь не открылась. Я попытался еще раз. Ничего не произошло. Там, за стеклом, Уолтер бился в тщетных попытках вернуться в комнату. Он кричал и рвался сюда, но не на помощь мне, а на съедение существу. Я не слышал ничего. Многослойное стекло изолировало меня от окружающего мира. Я повернулся и посмотрел на существо. Пустые глазницы уставились на меня. Звуков не было. Ничего не существовало в этот момент. Только он и я. Я не хотел кричать и бежать. Он движется быстрее любого зверя или машины. Если он пожелает меня сожрать, я умру быстро. Я сделал шаг навстречу. Я видел его, смотрел на него и не мог понять, что Он такое. Что это за существо? Похоже, что тело его не состоит их тех элементов, что наше. Он способен на то, что можно увидеть только в фантастических фильмах. Словно какой-то злой разум вылепил его из темной материи. Но, возможно ли создать «Это»?

Мозг мой был возбужден, места страху не осталось. Но, я слышал, как громко стучит мое сердце, как кровь стремительно бежит по венам. Адреналина, даже если до этого он был в моем организме, теперь стало больше. Страх испытывало мое тело, но не разум. Странное чувство. Еще один шаг и существо так же сделало шаг. Он мерно покачивался в воздухе, поверхность его тела вибрировала из-за каких-то волн, исходящих из глубин его тела. Когда я приблизился к нему, Он оказался выше меня на пару дюймов. Он протягивал мне руку, точнее то, что ему удалось скопировать. Я так же протянул руку, взял его ладонь и пожал ее. Он ответил мне тем же. На ощупь Он был как гладкий камень, отшлифованный непрестанной работой волн. Такой же твердый. Не было ощущения, что Он расплывается под моими пальцами или же пытается поглотить меня. Это все походило на обычное рукопожатие, только его рука была чуть прохладной. От него не исходило тепла. Температура Его тела была на пару градусов меньше человеческой. Глаза пристально смотрели на меня. Он

испытывал меня. Я слышал его недоумение. Что-то во мне Его удивило. Конечно, если Он мог испытывать это чувство. Я попытался забрать свою руку, освободиться от рукопожатия. Он не отпустил. Мой пульс подскочил. Я пытался контролировать дыхание, но разум проигрывал битву. Он смотрел в мои глаза. Он был спокоен, я бы сказал, мертв. Хоть Он и двигался, питался, менялся, Он оставался мертвым. В Нем не было жизни. Он был сделан из смерти, был ее живым воплощением. Я нервно улыбнулся этому каламбуру.

Вдруг, на меня накатила волна умиротворения. Сердечный ритм быстро вернулся к норме, дыхание стало спокойным. Только что я готов был упасть в обморок от гипервентиляции, а в следующий момент я стал холоден. Это не моя работа. Существо смотрело на меня, следило за моей реакцией. Я был рад, что теперь могу спокойно думать. Похоже, моя благодарность пришлась ему по вкусу. Однако его недоумение никуда не пропало. Он сжал мою руку крепче. Что-то поползло по коже. Холодное сковывающее чувство. Я опустил глаза и увидел, что Его рука расплылась в моей. Его текучая плоть опутала мою кожу. Перед глазами проступили темные круги. Когда же темная пелена полностью застелила мне кругозор, я поднял голову и посмотрел туда, где должно было быть Его лицо. В темноте, мимо меня, словно в кинотеатре, проносились какие-то картинки. Я отрывками видел, как перед Ним падают на колени люди со шкурами на телах, как Он, смотрит на преклоняющихся египтян, как наблюдает за золотым городом Эльдорадо. Картинки беспорядочно следовали друг за другом пестрым водопадом. Вскоре я понял, что Он показывает мне свои воспоминания. Когда ко мне пришло это осознание, картинки сменились. Теперь Он показывал настоящее. Я увидел все, свершившееся в лаборатории до этого, но со стороны. Вот я спорю с Ллойдом, Уолтером и Келвином, я ухожу, и в тот момент Он решил пробудиться. Нет, Его пробудили мы, вернее Келвин. Он верил, был убежден, что это существо живое и именно эта вера вернула Его из глубоко сна. В этот момент я понял, что передо мной не что иное, как дитя магии и тьмы. Я никогда не имел дела с волшебством и вообще не касался этой темы. Но, думаю, в глубине души я знал, что такое возможно. Мне довелось своими глазами увидеть подтверждение тому, что меня не интересовало всю мою жизнь. Это существо было сгустком магии, силы, энергии и первобытной тьмы, той, которая сбивала первых людей в группы, загоняла в пещеры и заставляла их зажигать огонь. Еще тогда Он был с людьми. И Он был не один. Таких как Он было много. Он понял, о чем я думаю и показал мне другие картины, на сей раз, уже давая мне возможность заглянуть в недалекое будущее. Эти существа могли размножаться, но ни один  известный мне способ размножения не подходил под это описание. Они заражали человека, оставляли его голодным, покинутым, он оставался наедине с собой и страхом, а когда сознание его подводило, и грань между логикой и невозможным становилась неразличима, возвращались, забирали его душу, обещая покой. Что Они делали с ней, мне не удалось понять, но вместо нее Они вкладывали в человека что-то иное. Тьму, которая была в каждом из Них, и человек больше не был собой, он становился одним из них. Оживить Его могла только вера. Мы застали того, кто когда-то был человеком.

Я поднял прояснившийся взгляд и посмотрел на Него. Тьма уже была во мне, пожирала меня изнутри, выедая все человеческие чувства и оставляя после себя  выжженную пустыню страха и ужаса. Процесс начался. Он выбрал меня своим продолжением, и пути обратно не было. Я свалился на пол. Сил больше не осталось. Я обхватил свои колени руками и сжался. Он уйдет, оставит меня и вернется уже не один. Вот только мой случай куда ужаснее. Они решили действовать, решили, что людям больше здесь не место. Ничто не остановит Их. Они уничтожат каждого человека, которого найдут. Почему я волнуюсь по этому поводу? Я не мог вспомнить. Раздался громкий звук бьющегося стекла. Он вышел из комнаты. Я услышал знакомые голоса. Не могу вспомнить, откуда я их знаю. Они кричали что-то о том, что надо убить Его, другие настаивали на том, что бы бежать, третьи просто вопили. Эти крики были полны ужаса. Они видели Его иллюзию. Он мог внушить все, что найдет устрашающим в их собственных умах. Каждый видел то, что для него было наиболее пугающим. А после следовали мягкие звуки раздираемой плоти и плеск крови. После каждого влажного звука одним голосом становилось меньше. Спустя несколько минут в помещении воцарилась абсолютная тишина. Он направился дальше. Ни одна дверь не

могла сдержать Его. Как можно остановить то, что не имеет материального тела? Он просачивался сквозь стены и уже в других помещениях слышались душераздирающие вопли. Неважно количество людей, не имело значение место и время. Он не остановиться. Не тогда, когда Ему нужно приготовить место для превращения. Сюда спешили другие. Они приближались. Я уже мог почуять Их. Они не дадут мне умереть, а вместо этого сделают одним из них. Может, эта участь не так страшна. Я стану совершенным существом, тем объектом, который я исследовал. Для ученого это наиболее удачная судьба –постичь суть неизведанного создания. Они прекрасны, они сильны, идеальны. Я буду таким же. Они не забирают ничтожных или обыкновенных, только лучших, наиболее умных, способных, талантливых. Это честь, что Он выбрал меня. Я убью ради Него, сделаю все, чтобы стать таким же. Нет ничего более важного. Это все, что я должен знать.

Страница книги Воплощение Тьмы в интернете