пролог

О чистой искренней любви я эти строчки неумело

писать пытаюсь, ты прими их робкое порой дыханье...

1.1

Утро проникло в комнату вместе с солнечным потоком, и часть стены, где притулилась небольшая кроватка, мягко вылезла из полумрака.

Стена была окрашена масляной краской. Возможно, при покраске кисточка оказалась далеко не новой, и как следствие — редкие и тонкие волокна, отделившись от своих собратьев, вместе с крапинками мелких песчаных точек, оставили на стене свой рисунок. На первый взгляд, обычная окрашенная стена, но все далеко не так просто. И в подтверждение этого пара внимательных глаз, что неотступно следили за тем, как молочная пенка рассвета расползалась по шершавым бокам комнаты, с большим удовольствием находила среди хаотичных подтеков краски, с уже до этого озвученными вкраплениями, спрятанные и зашифрованные рисунки. Рисунки были нечеткими, и для их прочтения необходимо было иметь ясный и острый навык воображения. В поиске новых открытий на стене голова на подушке стала медленно освобождаться от одеяла. Мальчишка, лет четырех, незаметно для самого себя расставался с ночными снами и проникал в раскрывающиеся обнимашки этого летнего дня.

С самого раннего детства Димке нравилось придумывать разные истории, и его фантазия улетала вслед за проплывающими драконами-облаками или находила в разноцветных жилках на найденной гальке следы сказочных гномов. Книжные герои, пленившие его внимание, надолго становились лучшими друзьями, и он вместе с ними путешествовал в придуманных им самим мирах.

А что с реальной и повседневной действительностью? Да ничего особенного. Одно другому не мешает. Главное то, что переключение между этими двумя состояниями души происходит автоматически и незаметно. Навык, однако, очень важное дело в жизни.

***

Очень рано Димка задумался над важным вопросом: ну, вообще, зачем нужны девчонки? Понятно, что вопросов важных всегда хватает в жизни. Ну, как ни посмотри, девчонки — это опасные и вредные создания, и чем больше живешь, тем сильнее жизнь подтверждает правильность этих рассуждений.

Далеко ходить не надо. Взять, к примеру, детский садик. Каждый раз на Новый Год  выбирали Снегурочку, а вернее, назначали Наташку из Димкиной группы. И чего в ней такого особенного? Ну белолицая, ну голубоглазая, ну коса до пояса, ну и чё? На празднике она - вместе с Дедом Морозом - вся такая в улыбках и подарки раздает, и в конкурсах вся светится. Но это только один день в году. А прошел праздник, и ты у этой «Снегурочки» и снега не допросишься. А у всех знакомых ребят, тех, кому «посчастливилось» рядом с собой наблюдать в своей семье девчонок-сестренок, разные мнения, что сразу и не скажешь, кто из них вреднее, старшие или младшие. И что самое важное — чем у девчонки личико смазливее, тем большая вероятность, что внутри — далеко не факт, что все прекрасно-распрекрасно.

И вообще, держаться от них подальше — это самое умное решение в жизни мужчины. И если присмотреться, почти в каждой можно уловить тонкое или грубое желание управлять, подчинять себе, и как жалки пацаны, становящиеся в их опытных руках игрушками на побегушках. Вот поэтому Димка в пять лет четко обозначил свою позицию — я не женюсь! Орлы свободно летают где хотят. Короче, ясно с этим и точка.

1.2

Брошенная ловкой рукой речная галька быстро устремилась к намеченной цели. Большое дерево на лесной поляне подходило для этого очень кстати. Если присмотреться, то среди извивов мощных ветвей можно было разглядеть небольшое потемневшее от времени дупло. К нему и неслась, рассекая теплый воздух, отшлифованная речной водой эта каменная пуля.

Фигурка паренька замерла в ожидании, его левая рука крепко сжимала еще один камень, а правая была протянута в сторону выбранной мишени. Вдруг летящая галька остановилась и повисла недвижимо в воздухе. Сложилось впечатление, что во время полета она растеряла весь свой вес. От удивления глаза у паренька увеличились вдвое, правая рука опустилась вниз, и он непроизвольно сделал шаг назад. Воздух возле дерева стал укутываться белым серебристым туманом, постепенно скрывающим дерево от удивленного взора метателя камней.

Туман быстро стал рассеиваться, оставляя на земле тонкий шлейф серебристой пыли, сверкающей и переливающейся под лучами полуденного солнца.

Тишина наполнила все кругом… Эта тишина проникла и в сердце юноши, тихо погасив всю тревогу и волнение. В том месте, где стоял могучий древесный исполин, можно было разглядеть силуэт человека. Его прозрачный облик постепенно принимал все более четкие очертания. Это был уже пожилой человек, его серебристые волосы слегка светились и большими прядями опадали на серебристую накидку. Юноша понял, что перед ним волшебник. Но, по рассказам стариков, волшебники очень редко открывают себя людям. Оставаясь в неведении, он ждал, что произойдет дальше…

Волшебник медленно приподнял правую руку, и…

Толстый, переливающийся, с красно-серыми крыльями жук сильно шмякнулся прямо на страницы большой открытой книги. Димка от неожиданности вздрогнул, выпрямляя затекшие плечи. Словарь свалился с коленки и упал на мелкий песок прогулочной дорожки парка.

На скамейке он сидел не один, на другом краю скамейки расположился старичок. Держа в одной руке бутылку кефира, он читал газету. Димка положил толстую книгу на скамейку, предварительно стряхнув жука и нагнулся, чтобы поднять словарик.

И тут он заметил на разросшихся кустах шиповника небольшую ярко-белую полоску бумаги. Сам не зная почему, он решил посмотреть на неё. Стряхнув песок с упавшего словарика и водрузив его на книгу, Димка направился к заинтересовавшему его предмету.

Когда осталось сделать последний шаг, легкий порыв ветерка подхватил и перебросил белый листик через скамейку, и сквозь большие стволы лип бросил у самой ограды этого небольшого парка.

Со стороны улицы возле ограды вдруг появилась здоровая собачья морда как раз в том месте, где трепыхался неугомонный бумажный лист. Пробежав десяток метров большими прыжками, он успел схватить этот ярко-белый листок. Оказывается, этот лист только с одной стороны был белым, а на другой расположились две одинаковые фотографии. Наверное, по размеру это был снимок на документы, возможно, для паспорта. Разглядывая находку, Димка подошел к скамейке.

С фотоснимка на него смотрела девушка. Смотрела она с уставшей грустью. И весь её облик выражал не обычное позерство, подачу самой себя, а какую-то внутреннюю отрешенность, как будто это официальное фото ей было в тягость…

Рядом кто-то хмыкнул. Это дедуля с нескрываемым любопытством смотрел на застывшего во времени юношу.

— Ну и как улов? — прозвучал вопрос пожилого человека.

— Вот, посмотрите, — Димка протянул фотографию незнакомцу.

— А знаете, молодой человек, на соседней аллее я слышал голоса двух девушек, может, это они обронили?

В самом центре небольшого парка находился миниатюрный фонтанчик, а вокруг него были расположены кругами три аллеи. Получается, если их скамейка была на последнем ярусе, то на центральной аллее могли быть люди, потерявшие это фото. Аллеи были разделены газонами с живой изгородью в виде высокого кустарника. Чтобы выйти на другую аллею, необходимо пройти к главному входу. Димка положил отданное ему фото в книгу, закинул небольшую сумку на плечо и, пожелав доброго вечера, поспешил к выходу.

— Желаю Вам найти эту незнакомку! — добродушно обронил ему вслед старичок.

Махнув рукой в ответ, паренек прибавил шагу и скрылся за пахучими кустами шиповника. На центральной аллее двое мелких гоняли на самокатах, а их мамаши толком ничего ответить так и не смогли, только как-то странно заулыбались, посмотрев на показанную им фотографию. Димка вздохнул и потопал в сторону метро.

Облака на вечернем небе растянулись яркой красно-бордовой пастилой. Это, видно, август хотел в свои последние дни подарить всем в городе о себе сладкие воспоминания. И эти конфетки с красивым названием «Летние Дни» заканчивались. И сегодня вечером можно еще один фантик воспоминаний положить в шкатулку памяти, из которой, при желании, можно извлечь этот день и полюбоваться красивой панорамой вечернего неба, вдохнуть теплое дыханья больших серых плит набережной, взглянуть на сверкающее серебро реки и вновь встретиться с задумчивым взглядом незнакомки.

1.3

Тишина, что повисла невидимым пологом над небольшой поляной, помогала вспомнить все, что сохранила память о волшебниках.

Очень приятное и спокойное состояние души внутри себя почувствовал молодой камнеметатель. Он знал, как и все оставшиеся в городе жители, только о том, что нужно найти Фею — хранительницу города и всей страны. И в этот очередной сезон сухих дождей у жителей города остался последний шанс вернуть Фею обратно, таким было последнее откровение. Но для этого необходимо выпросить у Феи прощение и получить её благосклонность.

Процветавшая ранее красивая страна пришла в полный упадок. Почти все жители разбрелись по всему свету, лишь небольшая, но очень стойкая часть жителей оставалась в городе. Лишь немногие верили в возвращение Феи. Самым важным для жизни страны во все времена являлся источник Хрустальных Гор. Он пробивался из высокой расщелины в склоне горы, постепенно сам по себе расширяясь в хорошую полноводную реку, которая являлась единственным источником питьевой воды в стране. Все жители страны знали об этом.

Источник Хрустальных Гор был для страны всем: он имел удивительную силу лечить болезни, заживлять раны; во всех соседних странах очень ценились плоды, выращенные на земле, орошаемые этой водой.

Но как часто бывает — то, что человек имеет, он не ценит. Все знали, что этой водой мог любой желающий пользоваться, будь он гость или торговец из другой страны. Много больных людей, прослышавших об удивительном источнике, приезжали издалека.

Этим решили воспользоваться жители страны — они стали требовать с гостей оплату за доступ к источнику, забыв, что так себя вести нельзя. Спустя некоторое время, источник стал слабеть, река не стала такой полноводной и широкой. Но вместо того, чтобы одуматься и исправиться, жители еще больше стали поднимать плату. И никакие увещевания на них не действовали. Жажда легкого обогащения наполняла их сердца.

С каждым днем медленно и верно источник иссякал. И теперь осталась лишь маленькая, словно из узкого кувшина вытекающая, струйка воды, бережно собираемая оставшимися горожанами в опустевшем и почти вымершем городе.

Отныне все в городе ждали — кто будет посланником от города, кто пойдет к Фее, и на кого укажут волшебники.

Время пришло…

***

Глаза уже слипались от недосыпа, батарея на телефоне сдохла, и уже через четыре часа надо бежать на утреннюю тренировку.

«Хорошо бы найти более полный словарь», — подумал Димка, проваливаясь в глубокий сон.

Хлопнула входная дверь в парадной и от девятиэтажки по серо-белому снегу, в желто-голубой подсветке редких фонарей города промелькнула фигурка мальчишки, его спортивная сумка с коротким ремнем под мышкой топорщилась большим пузырем и на бегу периодически словно подгоняла легкими толчками спешащего молодого человека, успевающего хрумкать яблоко и старающегося как можно скорее прогнать липкую паутину крепкого сна.

Шесть утра, ровно. Большая стеклянная дверь в спортивный комплекс мягко поддалась, и шустрая тень проскользнула вовнутрь; в холле уже было пусто, на больших электронных часах, что висят в большом вестибюле, время замерло на 06.02.

«Значит, наши уже вошли», — мелькнуло в голове, и схватив сумку, Димка рванул в раздевалку, опасаясь встретиться с тренером — ведь шея у человека не для того, чтобы по ней получать тумаки.

После тренировки, и тоже бегом, чтобы успеть вовремя в школу, пришлось ускоряться. «Хорошо, что она недалеко», — мелькнуло на бегу у мчащегося по морозным улицам города шустрого паренька. И на этом все хорошее для него в этой школе заканчивалось. Только сам на себе испытавший сможет понять чувства человека, которому сразу после празднования Нового Года, приходиться менять свою родную школу, свой дом и всех ребят со двора, свой район, короче, и врагу такого не пожелаешь

Причина, по которой так быстро произошли все эти изменения, как кирпичи, из которых построен тот новый дом, в который Димкина семья переехала недавно, хочешь-не хочешь, а с ней надо считаться, оставив свое «хочу» уже где-то в далеком детстве.

« Зачем менять школу сразу после второй четверти во время учебного года?! Можно же было бы и доучиться этот год. Ну почему родители всегда решают все за нас? Подумаешь, в дороге на один час больше, ну и что такого? А теперь расхлебывай эту кашу», — вот с такими размышлениями, в легкой отрешенности от происходящего, он поднимался по ступенькам этой новой, но уже опротивевшей ему школы.

Большие ступени, припорошенные выпавшим недавно снегом, предлагали подняться на высокое и довольно широкое крыльцо школы. Высокие двери, поприветствовав уже узнаваемым тягучим и дребезжащим скрипом, нехотя впустили очередного ученика в большой тамбур. Стеклянные рамы в полстены образовывали широкий и длинный проход. Внутри тамбура на стеклах со стороны улицы белели, словно щеки снеговика, небольшие белые островки инея. По старой привычке он остановился на мгновение и провел ногтем по белой бахроме, в легком росчерке можно было разглядеть силуэт ёжика. Ёжик получился какой-то задумчивый и грустный. Услышав за спиной очередной стон входной двери и торопливо добавив пару линий своему рисунку, Димка быстро просочился в школу.

1.4

Вчерашний день оказался унылым и серым, впрочем, как и ожидалось. Вместо привычных и легко узнаваемых, даже по походке, знакомых в старой школе, тут как ни старайся — все чужое и незнакомое. Вчера пришлось долго ждать в приемной, у секретаря, чтобы отдать документы, потом ждать завуча для решения, в какой класс направят. Сказали, чтобы сегодня перед уроками зашёл в учительскую и там спросил.

«Значит, скоро я увижу своих новых одноклассников, — поднимаясь по лестнице на второй этаж задумчиво размышлял Димка, — А сама школа, наверное, старая и построена давно, — высокие потолки и широкие лестницы непривычно цепляли глаза, — Но для меня она будет всегда новой» — хмыкнул Димка и постучал в дверь учительской…

Неспешно проталкивая вперед точными щелчками светло-серый обломок спрессованного снега, и попеременно используя оба ботинка вместо импровизированных клюшек, серая расплывчатая тень подростка медленно продвигалась через городские задворки, сокращая дорогу к дому.

Память тягуче прокручивала киноленту первого учебного дня. Сбросив куртку в гардеробе, пришлось карабкаться аж на третий этаж школы. Белая дверь в класс была открыта и, немного потоптавшись возле нее, он перед самым звонком решительно сделал шаг вперед. Стараясь выглядеть как можно спокойнее, безразлично и невозмутимо, словно для него смена школы — это вещь вполне обыденная, Димка обратился к сидевшим за первой у входа партой девчонкам с вопросом, где есть свободное место. Они махнули на вторую парту в среднем ряду. За первой партой сидели тоже девочки, но за ними действительно находилась пустая парта. Вот к ней, не обращая внимания на легкое шумовое гудение, висевшее от разговоров в просторной комнате класса, он и направился. Буквально через несколько секунд прозвенел звонок, и одновременно с ним в класс вошёл учитель.

На первой перемене, сразу после продребезжавшего занудливого звонка, к Димке за парту подсел небольшого роста паренек с противными, шустро-бегающими глазками. Поприветствовав, он сразу засыпал вопросами — где, как, почему, откуда…

«Все правильно — новое лицо в классе, поэтому народ интересуетсяя», — пытаясь проанализировать новую жизненную обстановку и, в то же время, деликатно отлепиться от очень навязчивого собеседника, он вдруг обрадовался снова приглашавшему к учебному процессу всех учащихся, такому неожиданно-желанному для него, школьному звонку.

Класс, на первый взгляд, был разбит на какие-то свои группировки, и эта разобщенность была настолько ярко выражена, что сразу мысленно захотелось вернуться в свою школу, к родным пенатам…

Ловко щелкнув в последний раз свою ледяную шайбу, Димка остановился перед своим подъездом. Железная дверь хмуро смотрела на него свежей серой краской.

«Да, вот и наступили эти серые дни моей школьной жизни», — глубоко вздохнув, грустный человечек скрылся за железным полотном двери.

Рядом, в пятнадцати метрах, у соседнего подъезда тихо остановился еще один человек. Незаметно для Димки он всю дорогу от школы неотступно шел за ним по пятам. Человек тоже вздохнул, выпустив облачко своего дыхания в раскрытые глаза морозного дня и тоже скрылся за такой же, окрашенной в серый цвет, железной дверью.

1.5

Дома было тихо, лишь этот липучий запах свежей побелки и краски, что беззастенчиво хозяйничал в квартире, мешал в полной мере настроиться на режим отдыха.

До вечерней тренировки еще было время, но париться с уроками было в лом, и поэтому сумка с учебниками привычно шмякнулась под небольшой белый стол, но предварительно из нее был извлечен пакет с полотенцем и плавками, которые сразу разлеглись на горячей панели радиатора. Вздохнув, Димка аккуратно достал с полки большую потрепанную книгу, вложенную в крепкую картонную папку. Этой книгой он очень дорожил. Без обложки, с выцветшими буквами и с расползающимися страницами, которые имели такую фигурную кромку, словно внимательными читателями этой книги в одно время бы сплошные грызуны из породы мышей…

***

Мелкий дождик пытался забежать в распахнутые ворота высокого железного ангара, и когда ему это удавалось, по большой куче набросанных книг тихо шуршали его легкие шаги. В ангаре полтора десятка человек, словно муравьи, облепили большую кучу книг и старательно занимались переработкой. Это был небольшой цех приема и упаковки макулатуры. Димка иногда подрабатывал тут, и вот вместе с другими «читателями» он брал в руки очередную книжку и резким взмахом руки отделял твердую обложку от переплета, и пучок мягких страниц летел в пластмассовый ящик. Сортировка книг происходила, когда в цехе заканчивались запасы картона, газет и журналов. Все работали неспешно, пользуясь этой передышкой, чтобы набраться сил перед новым привозом бумажных изделий.

Очередная книга, выскользнувшая из высокого книжного кургана к ногам Димки, была без обложки. И все, что надо было сделать с ней — это просто поднять и забросить ее в пластиковую коробку. Книга из-за мокрых страниц, прилично оттягивала руку и норовила упасть на влажный асфальт под ногами. Перехватив книгу второй рукой, молодой работник смог удержать на весу свою ношу, но при этом одна страница не выдержала такого грубого к себе отношения и обидчиво соскользнула вниз. Пытаясь ее поймать, мальчишка опустил книгу на колени и нагнулся за капризной страницей.

Зловредные тучи, выдавив из себя армию мокрых солдатиков, напоследок решили выставить заслон для робких лучей засыпающего к вечеру солнышка. В ответ на эти грозные телодвижения туч в цехе включили освещение. Лампа над головой, медленно задрожав, вспыхнула, и ее серебристая ладошка опустилась на книгу. На новой странице книги не было текста, все ее пространство занимал рисунок. Черно-белый, он напоминал своим стилем гравюру. На рисунке юноша в руке держал небольшую корзиночку с маленьким цветком. Цветок был очень маленьким и хилым. Его весь вид говорил о том, что он болеет и чахнет. Для юноши этот цветок был очень дорог, он второй рукой придерживал еще нераспустившийся маленький бутон цветка и, видимо, от сильных переживаний слезы текли из его глаз и падали в эту крохотную корзинку с маленьким цветком. Но присмотревшись, Димка увидел, что выбегающие из корзинки тонкие листья, мягко опускались вниз, и чем ниже они опускались, тем крепче и сильнее они становились. И вот, переплетаясь, они вьют настоящую лодку и скамью, ту самую, на которой сидит этот грустный юноша. Но он об этом даже и не подозревает. Сама лодка плывет по большим волнам. Листья на этом не останавливаются и плетут беседку над лодкой, оберегая юношу от дождя и ветра.

Этот рисунок так заинтересовал Димкино воображение, что он решил во что бы то ни стало прочитать эту книгу.

1.6

Январь открывал новый год в легкой круговерти снегопада, в праздничных бликах цветной мишуры на витринах, в неуловимой нотке ожидания чего-то нового, еще неизведанного.

Горожане деловито спешили по заснеженным тротуарам, пыхтели на перекрестках вечно спешащие автомобили, и город переворачивал еще одну страницу своей истории. И в ней, во всей многогранности, переплетались всевозможные события этого дня. И каждому этот день дарил свои мгновения, неповторимые и такие быстротечные, что порою их легкое касание могло очень сильно перевернуть всю жизнь отдельного индивидуума.

Второй день учебы в новой школе тянулся долго и нудно. Шустро проскочив школьный двор, утомленный ученик взял курс в сторону своей домашней пристани. Пересекая наискось очередной дворик, Димка остановился возле детской площадки.

Снег редкими зарядами проносился в воздухе, и поэтому так непросто выловить и поймать хотя бы одну белую крупинку, летящую с голубого небосвода. Увлеченный этой ловлей, он резко развернулся, стараясь поймать самую большую, и…чуть не врезался в стоящего сразу за ним, на узкой тропинке, человека.

Этим человеком оказался высокий худощавый парень. Неловкая улыбка прилипла к его губам, глаза растерянно бегали на большом овальном лице, а прижатые к груди руки обнимали судорожно небольшую сумку.

Димка пытливо и недоверчиво уставился на незнакомца, внимательно рассматривая возникший перед ним силуэт.

— Я Юра, — торопливо представился незнакомец и, слегка запинаясь от волнения, добавил, — Мы в одном классе учимся и живем в одном доме, тоже вот.

— Неужели? — хмыкнул Димка, переваривая полученную информацию, — Ну лады, потопали тогда ближе к дому, а то мне надо еще в магазин забежать. И две цепочки следов направились по мягкому снежному коврику к ближайшему магазину.

Встреча… Димка еще не знал, что это мгновение потянет за собой целый клубок непредсказуемых и удивительных событий в его, до этого такой ровной, жизни.

****

Юрка тоже переехал в новый дом недавно и также перевелся в эту же школу, только он пришел на неделю раньше. Он жил в центральном районе и поэтому был очень рад встретить собрата по несчастью. Высокого роста, с тонкой, но очень подвижной шеей, слегка сутулый и немного угловатый, он явно нуждался в приобщении к спортивным упражнениям, о чем ему в назидательном тоне Димка пытался донести.

— Вот, возьми гантели и начни хоть немного приводить себя в порядок, ты же парень как ни как. А то скоро тебя без учебников даже ветер сдувать будет с дороги, — буркнул в очередной раз Димка, при этом недовольно наблюдая за перемещениями увязавшегося за ним в очередной раз, в его квартиру, как оказалось, очень любопытного нового товарища.

Пока хозяин пытался на диване дочитать взятую в библиотеке книгу, гость бесцеремонно изучал содержимое полок, закрепленных над письменным столом.

— Слушай, Дим. Вот мы уже целый месяц проучились в этой школе и… — обронил Юрка, внимательно перебирая расположенные на полках книги и журналы.

— И что? — всё также настороженно, присматривая за вертлявой фигурой надоедливого гостя, обронил Димка устало в ответ.

— И знаешь, в этой школе проводится праздник валентинок, говорят ребята, это уже второй раз будет, правда интересно?! — увлеченно добавил Юрка.

— Ерунда! Тебе времени не жалко этой ерундой страдать? Возьми лучше гантели.

— Можно даже послать свою валентинку на астрологический прогноз, и тебе дадут ответ. А еще там можно…

— Тупая школа и тупые праздники и, короче, давай по домам! — стал закипать в явном раздражении неожиданно заволновавшийся Димка.

— Да…да… Но все-таки, может, там у тебя в секции есть девчата симпатичные, — миролюбиво добавил Юрка, пристально разглядывая очередную находку.

Юрка в руке держал небольшого ёжика.

«Ну, почему этот балбес его нашел, — пронеслось в голове у Димки, — Поставь его на место и побыстрее!» — мысленно приказал он длинному и худосочному пацану с очень любопытной головой на тощей шее.

1.7

Ёжик был сделан из глины, с острыми иголками он легко помещался в руке, и с ним у Димки было связано много воспоминаний. И не только…

Вообще-то этот ёжик с маленьким носиком, выглядывающим из-под лохматой, но при этом очень острой шевелюры, с двумя озорными бусинками-глазками, был призом за победу в веселом конкурсе, а точнее, за соревнование — бег в мешках. Вся средняя полка над столом была в его полном распоряжении. Вот и сегодня Димка с утра задвинул ежа между книгами и еще сверху насыпал на него мелко нарезанных бумажных квадратиков — ну типа это снег подразумевается, и торопливо добавив: «Давай, дрыхни, и да — сладких снов! А мне сегодня как всегда — ноги в руки».

Часто ему колючий друг помогал при чтении — придерживал нужную страничку, и что самое важное, всегда с большим вниманием выслушивал все Димкины разглагольствования.

Пару раз ёжик путешествовал в другие города на соревнования — за компанию. И для этого была подготовлена дорожная коробочка с маленькой вязаной рукавичкой внутри вместо одеяла.

И ещё… Ёжику было доверено хранить самый настоящий секрет! Но об этом знали, как и положено, только двое.

Секрет перестает быть секретом, если о нем становится известно другим. Тогда пропадает всё очарование секрета. И вот, прямо сейчас, очень длинный человек с тонкими и очень подвижными пальцами, похожими на щупальца осьминога, держит в воздухе беззащитное тельце ёжика, и два глаза-телескопа скрупулезно сканируют каждый микрон поверхности маленького коричневого комочка.

— Что-то он очень легкий, — неспешно проговорил Юрка, взвешивая на руке притихшего ёжика, и медленно переворачивая красивую колючую шубку ежа вниз, продолжая при этом изучать подопытный колючий объект, оживлённо добавил, — Да он внутри, оказывается, пустотелый!

Димка, пытаясь предотвратить неотвратимое, придав голосу максимально возможное равнодушие, хотя от напряжения пальцы у него непроизвольно сжались крепко в кулаки, прохрипел тихим не своим голосом:

— Да поставь ты его на место, знаешь, Юра, я этого ёжика нашел в парке на скамейке. Ты там с ним поаккуратней, — и чтобы сменить тему разговора, добавил, — Может, чая? Я могу и бутербродов накрошить.

Но Юру уже было невозможно остановить.

— А это что?! — громко выдохнул дотошный исследователь, и его пальцы-манипуляторы стали что-то старательно вытаскивать из перевернутого, и от этого такого беспомощного, ёжика.

Димка, чтобы скрыть всю гамму бурлящих эмоций, уставился в книгу, тупо изображая глубокое проникновение в текст книги и полное безразличие ко всему происходящему.

В комнате воцарилась тишина, только тихо тренькали стрелки часов, разрезая голову Димки на короткие всполохи сознания. «Вот влип, очкарик! " — пронеслось в его пустой голове.

Тишина была недолгой, но следующий Юркин вопрос Димка мог предсказать с абсолютной точностью! Он знал, что скажет буквально через несколько секунд разворачивающийся в его сторону на своих подвижных шарнирах Юра. Димка не знал только одного — что он, Димка, должен сказать в ответ?!

— А…это…кто?! — тишина покачнулась и рассеялась от Юркиных слов, всего три слова материализовались в пространстве и пришли в этот мир.

На протянутой к Димке руке Юра держал небольшой аккуратно вырезанный кружок фотографии.

1.8

«А это кто?!» — эти слова крепко застряли в сознании, и Димка вновь стал погружаться в пласты своей памяти, пытаясь найти такой необходимый самому себе ответ.

***

… Димке нравился этот небольшой скверик, рядом с ним набережная вместе с рекой делали плавный поворот, а с другой стороны к нему прислонялась небольшая площадь, с расположенным на ней старинным зданием небольшого храма. Это место было, как правило, немноголюдным и тихим…

И снова легкими отголосками в памяти стала проявляться встреча с книгой, а вскоре новая встреча с черно-белым оттиском незнакомых и задумчивым глаз на белой полоске бумаги. А сверху в те воспоминания мягко вливался размеренный и густой напев храмовых колоколов, их мелодия провожала Димку в тот памятный летний день.

Книга, что была найдена на подработке, оказалась зарубежного издания, и пришлось взять кучу словарей и переводить каждое слово на родной язык. Но самое печальное — в книге отсутствовали последние главы. История, которая хоть и расплывчато стала проявляться в процессе перевода, не имела своего завершения. Поэтому Димка решил попробовать самостоятельно дописать её.

В книге он так и не нашел изображения главной героини — Феи! А так хотелось представить её образ, пусть даже в легком наброске, хотелось увидеть, пусть даже придуманный тонким воображением, хотя бы чуть заметный контур этого персонажа. И вдруг он находит эту фотографию девушки! Не зная, что с ней делать, он оставляет её в книге на той лавочке в скверике. Почему фотография так и осталась в этой книге? Вначале — в качестве закладки, а потом уже — как необходимая и неразрывная часть книги. Да, Димка и сам не заметил, как человек с фотографии из реальной жизни плавно и так естественно переместился в мир волшебной истории…

— А это кто?! — снова повторил свой вопрос Юра, протягивая такой знакомый кружок фотографии Димке.

— Я…не знаю… — тихо ответил Димка, оправдывая себя тем, что ведь он и на самом деле не знает — кто этот человек.

— Ты смотри, какой у тебя ёжик удивительный! — и ничего не подозревая, Юрка продолжил, — Такая красивая девушка! Интересно, а сколько ей лет и где она живет?! И почему эта фотография внутри ёжика спрятана?

— Да, вопросов много, вот только где найти ответы? — философски подытожил Дима.

— Слушай! Есть идея, давай эту фотографию я на валентинку наклею, и тогда ее можно на астрологический прогноз отправить, например — пусть рассчитают возможную вероятность встречи. Ведь интересно встретить этого человека в жизни? — протараторил возбужденно Юрка, размахивая своими клешнями, — Я даже к случаю и валентинку приобрел сегодня, а то завтра последний день, — добавил Юра и вопросительно посмотрел

в сторону хозяина комнаты.

— Я особо не парюсь над этим, ну встретишь ты этого человека, к примеру, а ему эти встречи — по барабану, только побеспокоишь зря его.

— А может и не по барабану, кто знает? — Юрка в это мгновение был самим воплощением эталона настойчивости.

— Да делай, что хочешь, — в легкой прострации буркнул Димка, облегченно осознавая, что у него осталась еще одна фотография.

Юра, вместе с отобранным у ёжика секретом, скрылся за дверью. В квартире опять наступила тишина. Стали слышны размеренные щелчки секундной стрелки в часах. Но внутри у притихшего на диване мальчишки вдруг поселилась необъяснимая легкая встревоженность.

Глубоко в душе он не хотел, чтобы эта фотография покидала пределы его комнаты, словно его главная героиня из его придуманных и сказочных миров взяла и вышла из-под волшебного покрывала сказки и шагнула в этот реальный и такой непредсказуемый мир людей.

«Заберу фотографию обратно, а этого шкета, больше к себе домой  не пущу! И это без вариантов!» — довольный этими размышлениями, Димка стал собираться на вечернюю тренировку.

1.9

Коротко звякнул школьный звонок, оповещая всех об окончании первого урока, и сразу пара тысяч ног незамедлительно пришли в режим активного движения. Димка направился в сторону библиотеки, захватив с собой пару книг. Юрка же зашелестел своими ластами в сторону актового зала. В то время, когда в библиотеке внимательный читатель выбирал новую порцию чтива для себя, товарищ, с длинной шеей, неуверенно топтался возле небольшого импровизированного киоска в фойе актового зала.

— Эта перемена последняя, больше принимать валентинки не будем, поэтому давайте быстрее решайте! — громко объявила девчонка с большой брошью в виде сердечка на шее.

— Вот, возьмите у меня валентинку. И можно записать её на астропрогноз? — наконец решился Юрка и судорожно протянул, еще вчера полученный, свой экземпляр.

— Так, посмотрим, поля заполнены — всё хорошо. А ответ мы тебе занесем позже, у нас тут много курьеров, так что постараемся быстро. И, сам понимаешь, астропрогноз не дает точности высокой, но в любом случае, благодарим за участие, и пусть сбудутся твои ожидания! — проворковав свою речь приятным голосом, девушка быстро передала Юркину валентинку рядом стоящим девочкам.

Не успел Юра сделать и пяти шагов, как вдруг за его спиной послышались громкие вскрики и аханья. И еще, буквально через пару шагов его остановил чей-то резкий и громкий окрик:

— Молодой человек, можно вас на минутку!

Голос принадлежал Любке Сабининой. Она была организатором и идейным вдохновителем этого праздника. Высокая и статная девушка с высоким чувством собственного достоинства. Любка смотрела на всех окружавших её старшеклассников снисходительно, по одной простой причине — все вокруг были словно из детского сада. Ёще с первого класса она заполняла свои тетради, вырисовывая своё имя только в одной единственной форме — Любовь. И категорично требовала даже от учителей обращаться к ней только так, не реагируя и оставляя без внимания всякие там Люба, Любочка

и тому  подобное.

В прошлом году данное мероприятие прошло под её руководством с большим успехом, и даже учителя школы отметили это. Соответственно, рейтинг у Любови Сабининой значительно вырос. Этот год у неё был выпускным, и поэтому она хотела снова подтвердить своё реноме.

Юра вздрогнул от окрика и в недоумении оглянулся назад. Три десятка рук, словно легкий дамский веер, приветливыми взмахами приглашали его вернуться обратно.

Когда тонкая и почти прозрачная от перенапряжения фигура молодого человека предстала перед оживленно-гудящей толпой, то этот шум по необъяснимой причине стал увеличиваться и разрастаться. Вдруг, незаметно для Юры, он оказался полностью окружен появившейся из ниоткуда большой толпой. Его стали теснить, и он понял, что по непонятной причине все его окружившие школьники смотрят на него с нескрываемым интересом. Тонкие ножки его задрожали, и он в росте уменьшился на одну треть, если не больше.

— Не тесните! Тихо! — властно ударила своими словами толпу Любовь Сабинина, — Ты у нас новенький? — добавила она, смягчая свой голос и обращаясь к оробевшему старшекласснику.

— Да, я только после нового года перевелся, — выдавил тихо Юра.

— Ясно. Слушай, я сейчас тебе все объясню. Твоя валентинка — двойная, да еще и школьная! Поэтому она сегодня может участвовать в праздничном розыгрыше. Так что давай сейчас зайдем к твоему получателю, и если ответ будет положительный, — тут она ненадолго сделала паузу, — То у тебя есть шанс получить наш главный приз! А теперь, вперед, Дмитрий Светин, пойдем узнаем, что день сегодняшний тебе подарит.

— А, это не я, — довольно быстро прохрипел осипшим от волнения голосом Юрка.

— Так, Дмитрий Светин, 9 В класс, я правильно прочитала? — приподняла свои брови Любовь Сабинина, разглядывая в своих руках валентинку.

— Он, в нашем классе, он тоже новенький, мы с ним в одно время перевелись, — выдохнул из последних сил, ничего не понимающий и бледный Юрка.

— Понятно.Так, всем срочно! Найдите этого ученика и узнайте, где сейчас Фея! Время пошло! — властно приказала Сабинина.

Толпа, окружавшая Юру, моментально испарилась. Все, находившиеся рядом ученики, бросились на поиски озвученных личностей.

1.10

Возле Юры сразу стало тихо, лишь рядом в киоске две девочки негромко шептались о чем-то.

— Можно у вас спросить? — обратился к ним, с гудящей от вопросов головой Юра, поспешив добавить, — Подскажите, что это значит — двойная валентинка?

— Двойная валентинка, это когда получатель валентинки и отправитель её  являются учениками нашей школы, — быстро затараторили девочки. — И еще, надо, чтобы они были открытыми, чтобы были известны их имена и фамилии, а если отправитель не подписывается, то это одинарная валентинка и таких у нас большинство. Двойных валентинок всегда немного, потому что их вручают получателю тоже открыто, и самое важное — эту валентинку получатель может и не принять.

— Но на той, что я вам отдал, там ведь только подписан отправитель и всё! — непонимающе воскликнул Юра.

— А зачем подписывать получателя, если его знает вся школа, ну разве только кроме тебя! — засмеялись девочки, — Там же была приклеена фотография нашей Феи!

— Феи?! — почти неслышно прошептал раздавленный этой информацией, тонкий, в виде шуршащего тростника, силуэт мальчишки.

— Да, наша Фея! И как же нам хочется сейчас увидеть, как ей вручат валентинку такого смелого мальчика!

— Смелого? — Юра наконец осознал, что он совершил что-то непоправимое и неподдающееся осмыслению в ближайшем временном отрезке.

— Конечно, смелого! В этом году он единственный, кто вообще решился послать Фее валентинку! Да еще и двойную-школьную! Вот в прошлом году ей эти валентинки даже на подносе несли. Так много было: и одинарных, и двойных! И знаешь, что она сказала в ответ?! —  целая река восторга и восхищения выливалась парню из киоска.

— Что? — машинально спросил ошарашенный молодой человек.

— Она сказала: «Я мыльные пузыри не заказывала!» — торжествующе добили девчата Юру, уже давно превратившегося в полную окаменелость.

На самом деле, тем смелым мальчиком был никто иной, как стоявший с полностью выгоревшим мозговым процессором, он самый, Димкин одноклассник, Юра.

У себя дома он быстро вклеил в красивое сердечко получателя взятую у Димы фотографию. А вот с сердечком отправителя Юра забуксовал, как грузовик на трудной и непроходимой дороге. И после недолгих раздумий решил вписать Димку, оправдывая себя тем, что всё-таки это его находка. Но теперь за свою смелость будет отдуваться другой человек…

***

Время, словно удав, проглатывало последние, тихие и беззаботные секунды, оставшиеся умиротворенному читателю, что уютно пристроился в школьной библиотеке за столом и внимательно перелистывал страницы новой книги. И эти секунды закончились, когда в дверь библиотеки прошмыгнул небольшой силуэт девочки-подростка, и возле стола, за которым расположился одинокий читающий человек, прозвучал очень вежливый тонкий голосок:

— Вы Светин Дмитрий?

— Да, я, а что? — отлипая от книги, обернулся в сторону подошедшей девочки Дима.

— Благодарю! — радостно улыбнулась девчушка и мгновенно растворилась среди больших шкафов с книгами.

Время порою быстротечно, а иногда тянется, словно бурлак со своей тяжелой ношей по зыбким пескам пространства к намеченной цели. Димка, отложив библиотечную книгу и используя свой отработанный прием — мысленно и успешно переключаться в режим отрыва от реала, выстраивал сюжетную линию следующей главы, той главы, которой еще не было в книге — в книге, найденной им. Но для продолжения истории ему явно не хватало чего-то. Уж больно сложный и серьезный был задан вектор задач в тексте книги. И поэтому так непросто найти нужный ответ. И чем сложнее задача, тем интереснее искать решение, и это решение — но пока этого Димка еще не осознавал — ему придется искать в этом, для него сознательно отстраненном им — реале, со своей непредсказуемостью в калейдоскопе событий и в трудном поиске своих жизненных шагов.

1.11

И эта реальность в виде большой толпы, которая шумно влетела в библиотеку и, заарканив под белы ручки витавшего где-то в своих нарисованных мирах Дмитрия, быстро несла его по лестнице на третий этаж к кабинету физики — это единственное, что понял старшеклассник, подвешенный множеством рук в воздухе, словно драгоценная добыча, парящий над ступеньками. Провидение легким невесомым облаком несло его над землей, давая последние мгновения побыть в мире своих грез перед тем, как опустить на поверхность этой реальной жизни возле больших белых дверей кабинета физики.

Крепко держащие свою ношу руки опустили Диму на исшарканные от времени черно-белые квадраты плитки пола. В затихающем пространстве коридора громко прозвучала непонятная для Димы реплика:

— Фея! Можно задержать тебя на одну минутку, — это Сабинина Любовь громко обратилась к входящим в класс двум девушкам, что-то обсуждающим на ходу. Девчонки остановились в дверном проеме и одновременно стали разворачиваться в сторону подошедших учеников.

Толпа медленно расступилась, образуя небольшой полукруг, оставляя в свободном пространстве держащего в руках библиотечные книжки Дмитрия, и в полном недоумении разглядывающего стоящую рядом с ним высокую и статную девушку, которая только что так громко произнесла такое знакомое для него слово. Это очень важное слово, надежно спрятанное им в его волшебном мире, теперь вдруг стало открыто и доступно всем. Дима еще не мог понять и осмыслить того, что и в этом реальном мире есть человек, который присвоил себе уникальное и значимое для него слово.

Обе девушки, развернувшиеся в дверях, выжидательно смотрели на высокую и статную Сабинину. Любовь Сабинина, чувствуя всю значимость данного момента, ведь сейчас внимание всех окружающих принадлежало ей одной, выдержала небольшую паузу, во время которой в коридоре стало так тихо, словно все вслушивались в те незримые часы, отсчитывающие последние секунды перед чем-то важным и особенным.

— Фея! У нас для тебя есть валентинка, и есть тот, кто её отправил тебе! — медленно, чётко проговаривая каждое слово, объявила для всех Любовь Сабинина.

В воздухе пробежала волна легкого гула и осеклась, позволив тишине вновь заполнить весь школьный коридор. Теперь глаза всех были устремлены в сторону открытых дверей класса…

***

… В большом, высотой в несколько метров, окне спортзала, разделенного полосками металла на большие квадраты, появились легкие солнечные нити. Они возвещали о том, что серые дождевые тучки выбрали новое направление для своего путешествия. Прошедший дождик был несильным, он только слегка сбил теплую пыль с тротуаров, и его следы медленно таяли, убегая от солнечных зайчиков в тень.

Недалеко от главного входа большого спорткомплекса был построен небольшой водоем. Вода в нем уже давно вся испарилась, и только ржавые обломки труб напоминали о красивом фонтанчике, незатейливо украшавшем когда-то небольшую площадку для отдыха.

В спортзале быстрый перестук резких щелчков напоминал о проходившей тренировке по настольному теннису. Окончив свою разминку с напарницей, девушка подошла к прозрачной стене и с интересом наблюдала за передвижением карапуза, тащившего за собой на веревочке большую игрушечную машину. Это был сын её подруги — Дениска, собственной персоной. Но вот его мамаши поблизости пока не наблюдалось.

Малыш покатил свой большой лимузин прямо к прямоугольнику уснувшего фонтана. Попыхтев немного и взгромоздив своё авто на невысокий бортик, облицованный серой плиткой, он старательно покатил его по гладкой поверхности. Через несколько шагов мальчик решил составить своей машине компанию и старательно полез на бетонный бортик водоёма...

«Да где же эта маманя, в конце-то концов!» — озабоченно вздохнула про себя девушка, сильно сжав руками крепкую паутину сетки, натянутой от пола до самого потолка спортивного зала.

Дорога для больших пластмассовых колес была с определёнными трудностями. Гладко отшлифованный камень, да еще при этом слегка смоченный пробежавшим дождем, а к тому же, надо добавить, малый стаж водителя - привели к небольшой аварии.

Вначале задние колеса робко соскользнули с дорожного покрытия, и вскоре вся машина повисла на Денискиной руке, беспомощно качаясь вдоль стенки сухого водоёма. Силы были примерно равны — мальчишка пытался вытянуть своего друга на колесах из воздушной ямы на твердое покрытие, но его автомобиль приглашал продолжить их совместную прогулку на отметке ниже уровня земли. Нога карапуза, поскользнувшись на мокром островке плитки, нарушила этот баланс сил, и малыш отправился в свой полет вслед за своим четырехколесным другом. И в эту же самую минуту с противоположной стороны в воздухе промелькнула синяя куртка парня, прыгнувшего в сторону малыша.

Угол обзора не позволял девушке увидеть из окна спортзала, что происходит на дне этого усохшего бассейна. Через несколько секунд над небольшим бортиком появилась голова смеющегося карапуза, а потом показались чьи-то руки поднимавшие его кверху, но тут весь обзор закрыла прилетевшая неведомо откуда молодая мамаша. Катя быстро подхватила своего сына вместе с машинкой и стала что-то выговаривать находящемуся на дне водоема человеку.

Облегченно вздохнув, девушка отошла от окна и торопливо стала собирать свои вещи в спортивную сумку.

Вся спина и левый бок куртки, на котором Димка скользил по влажной грязи к падающему малышу, приняли весь основной удар на себя. Их можно было попытаться отстирать, но сейчас они реально не очищались от настойчивых усилий их хозяина. Свернув грязную куртку в валик, Дима стал вылезать из бетонной чаши водоема. Неглубокая, чуть ниже плеча, высота, позволяла сразу, одним махом, выпрыгнуть наверх. Опустив руки на верхний край плитки, он понял, что одним махом сейчас у него не получится. Левая рука, а вернее, кисть левой руки от прикосновения просигнализировала резкой и неприятной болью. «Похоже, выбил при падении большой палец», — решил Дима, определяя свое повреждение.

1.12

Прикрыв за собой дверь в раздевалку, девушка быстро спустилась в главный холл спорткомплекса. Разменяв крупную купюру в буфете, она поблагодарила женщину за оказанную услугу и спросила:

— А сегодня народу чересчур много?

— Ага, у нас сегодня проходит первенство города по плаванию, — довольным тоном ответила буфетчица и добавила, — Выручка должна быть неплохой.

Недалеко от буфета, в широком коридоре, были установлены торговые автоматы. Выбирая для себя и Кати на панели автомата напитки, девушка задумалась над своим выбором и невольно услышала чей-то громкий мужской голос:

— Слушай, я не знаю, кого ставить в эстафету сегодня, у меня парень на этапе вольным стилем только что травму получил. Зайди в судейскую, сними его с участия в соревновании. Да…да… я скоро подойду.

Купив напитки, девушка отправилась к выходу. Проходя мимо гардероба, она обратила внимание на лежащие возле небольшой ниши с зеркалами пару кроссовок и спортивную куртку — они были полностью испачканы грязью.

Рядом с ними кто-то небрежно бросил свою сумку. Хозяина этих вещей поблизости не наблюдалось, и девушка посмотрела в сторону гардероба. Пожилой мужчина, облокотившись на гардеробную стойку, поймал её взгляд и шутливо обронил:

— Надо хорошо постараться, чтобы так испачкаться, да еще в такую погоду! А когда я спросил, где он нашел столько грязи, парень ответил, что решил поплавать в бассейне, но там почему-то не оказалось воды. Да, а еще этот чудак буквально пять минут назад руку умудрился повредить, и это называется — человек приехал соревноваться на первенство города! Ха-ха!

Девушка нагнулась и поправила брошенную сумку, затем кивнула в ответ мужчине и подошла к большим стеклянным дверям спорткомплекса.  Пропуская входившую группу спортсменов, она услышала за своей спиной чей-то возглас:

— Димка Светин! Ты чего весь такой забинтованный? Испугался нас?! И даже в штаны уже наложил! Ха-Ха!

— Да, есть такое, — прозвучал чей-то звонкий голос.

Девушка толкнула прозрачную дверь перед собой. Оборачиваться она не стала. Когда молодой парень в пластиковых тапочках, подошел к своим вещам, то увидел на своей сумке кем-то положенную новую упаковку влажных салфеток.

***

Любовь Сабинина добавила свою последнюю фразу мягко, словно ей было немного жаль этого взъерошенного парня, обнимающего свои книжки и явно находящегося не в своей тарелке:

— Разрешите представить, недавно переведенный, ученик 9 В класса Дмитрий Светин! — отступая на полшага назад, произнесла она медленно, охватывая своим взглядом собравшуюся возле неё толпу школьников.

В этот момент время для Димки остановилось… Он понял, что ничего не понял. Тут его взгляд упал на красивую карточку валентинки в руке высокой старшеклассницы. На валентинке была прикреплена фотография Феи! Его Феи!

Медленно…очень медленно в Димкиной голове стал двигаться механизм, отвечающий за работу мыслительного процесса. На валентинке в одном сердечке были вписаны чьей-то рукой его данные, потом от сердечка была нарисована стрела, летящая в другое нарисованное сердце, с вклеенной в него фотографией Феи.

Подсознательно отвергая происходящее, Дима медленно поворачивал свои глаза к возникшей действительности, ожидающей его всего в нескольких шагах — в открытых дверях кабинета физики.

1.13

Дмитрий неотвратимо поворачивался к ожидающей его действительности. В дверном проеме стояли две старшеклассницы. Яркая блондинка, с переливающимися маленькими блёстками на светлой блузке, с нескрываемым удивлением рассматривала Диму, разбирая его на мельчайшие частицы своим прожигающим взглядом. Рядом с ней другая девушка, пониже ростом, в элегантной дымчатой брючной паре, глядела на Дмитрия спокойно.

Его тревожный взгляд остановился именно на ней. Незнакомка, с перекинутой через плечо небольшой сумкой-рюкзачком, невольно притягивала внимание. Что-то в её облике было уже знакомо. Вдруг острое ощущение догадкой промелькнуло в голове — он уже где-то встречал этого человека. Но где?

Память буксовала, а недоумение увеличивалось стремительно. Желание остановить эту нелепую сцену созрело и искало подходящего момента. Девушка-Фея смотрела поверх Димы задумчиво и пытливо. Лишь на миг в её глазах мелькнул живой интерес, когда Любовь Сабинина представила — Дмитрий Светин. Пропали все звуки, в полной и абсолютной тишине два человека молча смотрели друг на друга. Целая минута вечности пронеслась, но ни тот, ни другой ни словом, ни каким-либо движением не проявили своего участия к происходящему.

На помощь пришла Любовь Сабинина. Сделав два шага вперед, встала между ними и вынесла вердикт:

— Фея! Ты принимаешь валентинку? —  подняв в руке на тонкой цепочке красивый брелок, выжидающе посмотрела на застывшую девушку.

Об этой традиции Дима не знал, но сейчас наступил самый важный момент в его роли-отправителя валентинки. Всё просто — если брелок принимается второй стороной, то валентинка считается на деле полной, и соответственно, она имеет право участвовать в специальном конкурсе валентинок. Такая вот романтическая составляющая этого праздника. Но, это, если брелок принимают!

Дима понял вдруг, что этот брелок в данный момент и является самой главной проблемой, и чтобы дальше не ставить девушку в неловкое положение, он просто должен ей помочь. Резко бросившись вперед, он выбросил свою руку к сверкающему, слегка покачивающемуся украшению. Быстрый взмах руки, и ладонь уверенно хватает… воздух.

На какую-то долю секунды Фея опередила его. И вот теперь уже она держит в своей руке красивый брелок. Димкин мозг выпал в осадок… Полностью и безоговорочно.

И тогда ему тихо стала подсказывать Любовь Сабинина:

— Возьми брелок!

Димка машинально взяв брелок, тихо крутившийся в воздухе, стал разглядывать его — из тонкой белой проволоки были ажурно сплетены четыре руки в форме цветка. Долго разглядывать не пришлось, не дали. В этот момент Фея спокойно развернулась к нему спиной, и перед Димкой нарисовался компактный кожаный рюкзачок Феи, темно-коричневый, с боков имел светло-коричневые вставки, на которых черным тонким шнурком были прошиты ноты, летящие как дождинки. И вновь ему подсказали, что надо пристегнуть карабинчик брелока к блестящему колечку маленького кармашка на рюкзаке Феи.

Брелок вместе с Феей шагнул в кабинет физики. Димка тоже двинулся за брелоком, он все ещё хотел разрулить всю эту ситуацию, но на плечо ему опустилась властная рука высокой и статной девушки:

— Ты, как представитель от пары, сейчас идешь на розыгрыш призов. У нас и так мало времени, — посмотрев на часы, начальник и организатор праздника добавила, — Так, в актовый зал  его— в темпе вальса.

И толпа девчонок-помощниц бодро потащила отчаянно сопротивляющееся тело в актовый зал.

1.14

Очень сложно бороться с самим собой. Дима в полной мере ощущал эту борьбу всем своим естеством. Он сразу понял, что перед ним стоит человек, как он определил для себя, «очень похожий» на ту, которая уже давно шагала по страницам увлекательной книги, а в новых главах даже помогала дорисовывать историю, сильно значимую для него.

Его желание — не отпускать свою героиню в этот нежелательный для него мир реальности, было настолько огромным, что он до последнего убеждал себя в иллюзорности происходящего.

Но взгляд Феи прожигал все возводимые им бастионы. Фея смотрела тем взглядом, который он легко мог узнать из миллиарда взглядов. Спокойный внешне он нёс в себе тонкое абстрагирование от всего происходящего, и даже вспыхивающие искорки внимания быстро гасли где-то в глубине красивых глаз. Глаза такие принадлежали только ей.

Дима и сам не знал, почему он так отчаянно не хотел встречаться с настоящей Феей. Может, это было от того, что образ Феи из книги он хранил как мечту и хотел ей открыть свой мир, доверить свои переживания и вместе с ней пройти по дорогам новых открытий. Действительность уже давно сняла с Димкиного носа «розовые очки» и если она проникнет в его сокровенный мир, наверняка, рано или поздно разрушит его.

Толпа тащила его по лестничным маршам к актовому залу, а он думал только об одном — «Скорее бы это все закончилось!»

В актовом зале было оживленно, и все с нетерпением ожидали последнего участника. Димку воткнули в кресло в первом ряду, а на сцене стали готовить большой прозрачный ящик для розыгрыша призов. Вдруг за спиной Дима услышал тяжелое сопение, и чей-то довольный голос громко прошептал прямо Диме в ухо:

— Ха! Группа поддержки прибыла! Так, держим за тебя с Феей кулачки! — это та яркая блондинка, которая вместе с Феей заходила в класс. И она, с горящими от возбуждения глазами, пристроилась во втором ряду.

— Приз в студию! — проорала блондинка на весь зал. Галдеж стал нарастать ещё сильнее, но тут на сцене появилась Любка Сабинина.

— Всех приветствую в этот изумительный день! Сегодня у нас к финалу добрались — ровно одиннадцать пар! Финалистам — мои поздравления! У нас разыгрывается всего один приз! Но поверьте, это не просто приз, это супер приз!

В барабане запрыгали белые шарики, и вот маленькая девочка, наверное, первоклашка, вся в сверкающем платьице, достает счастливый шарик и дрожащим от волнения голоском читает вслух:

— Один!

— Ура! — заорали рядом счастливые победители.

«Пронесло», — прошептал Дима, довольный тем, что можно сваливать отсюда.

— Один и еще один…- погромче добавила малышка, держа вытянутый шарик.

— Выиграл одиннадцатый номер! — громко рявкнула в микрофон Сабинина, выхватывая из руки девчонки шарик. И этот шарик она бросает прямо в Димку, уже направившегося к выходу. Под громкие вопли и хлопки, Диме вручают два билета в театр. И снова блондинка, появившаяся внезапно, загадочно подмигивает обладателю главного выигрыша и говорит:

— Я уверена, что вы с Феей и раньше были знакомы, давай колись!

— Я сегодня первый раз в жизни её увидел, — недовольно буркнул не очень счастливый обладатель выигрыша.

— Да не ври! Чтобы Фея взяла от первого встречного приглас… Ищи дураков! — пристально уставилась на него назойливая девушка.

— Да я даже её имени не знаю! — не отводя взгляда, отрезал прямо в лицо белобрысой до предела заведенный Димка.

— Что, правда?! — беззвучно выдохнула девушка и остановилась, не в силах сразу переварить полученную информацию. Воспользовавшись её замешательством, Димка под градом любопытных глаз стал протискиваться к выходу.

***

— Фея! Он даже не знает, как тебя зовут! Как будто кто-то поверит в этот бред. И только не говори мне, что ты его видишь в первый раз! — насела с вопросами на Фею, прибежавшая из актового зала взволнованная девушка.

— Да, ты права, сегодня увидела впервые, — сухо обронила Фея

и добавила. — У меня, может быть, сегодня сумка тяжелая, пусть поработает.

— Ха! Ты просто решила развлечься? Я права? — услужливо кивнула в ответ светловолосая девушка.

Фея в ответ подарила такой полновесный и вразумляющий взгляд, что блондинка сразу притихла и затараторила:

— Всё, всё, молчу. Ну… это…занесло…малость.

Вся школа была в недоумении от произошедшего события, поэтому всевозможные версии тихо (а где-то и не очень тихо) обсуждались. Причиной, всколыхнувшей всю школу, была девушка, которую все привыкла называть этим удивительным именем — Фея!

1.15

… Фея. Она пришла в эту школу год назад. Тоже перевелась из другого района города.Она сразу обратила на себя внимание своим, именно своим стилем: в поведении, в одежде, в манере говорить. И это было так разительно, словно это была юная, но в то же время очень взрослая девушка. В диалоге она смотрела прямо в лицо тому, с кем говорила, и речь её не менялась, будь то учитель или ученик — всегда ровно и негромко, без всяких эмоциональных всплесков, так присущих многим девочкам. Свой характер каждый человек проявляет в поступках, и Фея — прямое этому подтверждение…

В первый же день в новой школе она освободила себя от всех уроков физкультуры, положенных в течение года ученикам — согласно школьному расписанию. Эта история была хорошо известна в школе…

Первого сентября в тренерскую школьного спортзала вошла старшеклассница, и поздоровавшись с присутствующими учителями физкультуры, спросила:

— Кто здесь старший? У меня к нему дело…

— Слушаю тебя, — крутанувшись на тонкой оси кресла и переключив внимание от монитора компьютера к девушке, задумчиво произнёс Костик, который владел информацией по учебной нагрузке для физруков.

— Есть предложение — отдохнуть от уроков физкультуры в течение года, — повернувшись к учителю, девушка озвучила своё желание.

— Что у тебя? — мгновенно среагировал Костик.

— Настольный теннис.

— По району — в призеры, а по городу — в первую десятку? Если…

— Без всяких «если», — отрезала девушка и добавила, — По рукам.

— Только во время уроков будь в школе — можно в библиотеке, к примеру, — только и успел вымолвить вслед уходящей ученице обалдевший физрук.

— Наш человек! — бросил свою реплику, наблюдавший за этим диалогом Сергей, ведущий секцию футбола в школе, — И мне кажется, ты Костя, насчет города прогадал,

мне показалось, девушка даже немного обиделась на поставленную тобой задачу.

— Монстр! — восхищенно щелкнула пальцами Александра — тренер легкоатлетов, прихлебывая из кружки кофе.

— Так, и в каком она классе? Она новенькая у нас?! — защелкал клавиатурой Костик, — Ребята! За последние пять лет, её нет ни в одном протоколе по теннису в нашем городе! Да кто она такая?!

— Не переживай — будет! — медленно процедил Сергей.

— Жаль, что команды не наберем, только в личном зачете будем заявляться, — снова прилип к монитору Костик.

В итоге, эта девушка выиграла районные соревнования и попала на первенство города, где стала серебряным призером. И желание многих ребят увидеть новенькую ученицу в спортивной форме так и осталось неосуществимым.

***

В тот же учебный год Любовь Сабинина организовала свой первый праздник валентинок, и когда принесли для новенькой целый поднос с валентинками, то она всех кавалеров отправила в аут своей репликой, ставшей легендарной:

— Я мыльные пузыри не заказывала, — спокойно ответила она на предложение уделить внимание своим поклонникам.

Правда, один человек упорно не сдавался. Это Кирилл Фролов, одноклассник Любки Сабининой. Он занимался борьбой в спортивной секции и приходил в класс к Фее, предлагая соревнование, борьбу на руках, всем желающим. Вел он себя тактично. Но поглазеть на Фею приходил на каждой перемене.Такой вот деликатный ухажер. Но даже в таком режиме он Фее порядком надоел. Однажды она его очень грамотно отшила. Кирилл, для пущей наглядности во время борьбы на руках, стягивал запястья обоих участников крепким ремнем. Чтобы борьба была конкретно-честной. Когда в очередной раз в классе появилась довольная физиономия Кирилла с очередным предложением посоревноваться, то из-за парты встала Фея, и подойдя к нему, стянула свое и его запястье ремнем. Приглашая его пройти к окну, она открыла окно и запрыгнув на подоконник, сказала:

— Давай — полетаем! — махнув с третьего этажа рукой в сторону пролетавших голубей, девушка выжидательно посмотрела на задумавшегося парня.

— Летают только Феи! — ответил неробкий парень, аккуратно опуская девушку обратно в класс. Так, впервые в школе, с этого момента к новой ученице приросло это удивительное слово — Фея! Больше Фролов в класс к Фее не заходил, он умел признавать свои поражения. Хороший парень…

…      — Вот, это всё, что я смог узнать! — торопливо глотая слова выпалил свой монолог в Димкино ухо раскрасневшийся от волнения Юра.

1.16

Димка, вместо оставшегося последнего урока, набросив куртку, вышел подышать свежим воздухом на школьное крыльцо. Сложно думать об учебе, когда абсолютно все, не скрывая этого, пялятся на тебя. Он еще ни разу не испытывал такого момента публичности в своей жизненной практике. Крыльцо прямоугольной формы было большим. По центру крыльца проходила лестница, занимавшая примерно одну треть длины, а по краям выступали вперед, как крылья, две площадки. Вот на таком белом квадратике и застыла фигурка старшеклассника. Снег тихо гладил своими белыми рукавичками островок светлых волос на «дымящейся» голове школьника. Мозговой генератор просил пощады, и Димка, пожалев его, нырнул под одеяло детских воспоминаний.

В детском садике он всегда мечтал зимой о том, чтобы вечером его забирал отец. Он и маме тоже был рад, но тут дело упиралось в технические характеристики — возможности родителей. Когда возле окна, из которого можно было увидеть, предварительно расплющив на стекле пол-лица, входную калитку в ограде детсада, вдруг слышался чей-то крик — Димка! За тобой пришли! — то сразу необъяснимое волнение охватывало детскую душу от ожидаемых впереди радостных событий, и все комплектующие шарниры детского организма ощущали легкую вибрацию. Быстро, насколько это было возможно, Димка безропотно натягивал, застегивал все необходимые составляющие зимнего обмундирования детсадовца.

Торопливо бежал под лестницу на первом этаже, где его с самого утра ожидала личная машина. Да, для взрослых это были обыкновенные санки — две железные полоски с небольшим сидением. Но у Димки они трансформировались, хотя тогда он еще и не знал этого слова, в разные и удивительные образы. Если мама, в лучшем случае, тянула свою поклажу, сама того не подозревая, в виде ослика или лошадки, то отец мог быть самым настоящим танком, когда водитель его направлял на реально-трудные участки бездорожья — большие сугробы, и если происходила авария, и танк переворачивался, было так весело, и водителя приходилось часто откапывать из сугробов. А мама всегда удивлялась и говорила: «И где вы снег находите, я даже у него из ушей вытряхиваю».

Отца можно было уговорить даже на самый длинный маршрут. Тогда они сворачивали в сторону нескольких улиц с частными домами, которые еще не проглотил, вечно растущий, городской массив. Дорожки рядом с небольшими деревянными строениями были очень узкими, и поэтому здорово получалось на ходу оставлять тонким прутиком на сугробах свои отметки.

В морозном воздухе дым из труб клубился белесыми кольцами, и его подкопченный аромат тихо стелился по заснеженному штакетнику и уснувшим деревьям. А если откинуться на спинку санок и смотреть в черный колпак небосвода, то можно представить себя летящим космолетом, открывающим новые созвездия…

… Снежинки немного остудили задумавшегося паренька. Шум заскрипевших дверей рассеял последние штрихи нахлынувших воспоминаний из детства.

«Может стоит пойти домой», — подумалось Дмитрию, пропыленному белой крошкой снега. Из школы уже поползла целая вереница уставших от учебного процесса учащихся. Застёгивая куртку, Дима стал проверять карманы на наличие денежных знаков.

Толпа нарастала, и уже целые водовороты, состоящие из выбравшихся на свободу школьников, забурлили возле замершего во времени и в пространстве одинокого, уставшего от всего, юношу.

Он держал в руке валентинку, обнаруженную в кармане. Валентинку с вложенными в неё призовыми билетами. Он не хотел верить, что это он, и что всё это происходит именно с ним.

1.17

Димка смотрел на билеты, ожидая, что они распадутся на мелкие кусочки и унесутся вдаль, подружившись с мелькающим перед глазами снегом. Но билеты оказались не иллюзией, и время исчезновения их, видно, еще не пришло. Словно крепкими наручниками бумажные полоски беззастенчиво привязали его к этой данности.

«Надо скорее от них избавиться, — подумал Дима, — Но, как это сделать?»

Послышались беспорядочные голоса.

— Фея! Фея! — беспокойно зашушукались школьники вокруг него.

Из школы вышла девушка в темно-зеленом плаще с рюкзачком, уже знакомым для Димы. Она неспешно спускалась по лестнице одна. Ровно и невозмутимо пройдя все ступеньки, на последней ненадолго остановилась, и Димка даже не успел заметить, как в его сторону, по большой дуге, уже летел этот светло-коричневый рюкзачок.

Сделав быстрый шаг навстречу и схватив пущенный к нему снаряд, Дима с удивлением обнаружил, что половина школы внимательно наблюдает за его движениями. Спрыгнув с крыльца на побелевший асфальт и стараясь тоже быть спокойным ко всему происходящему, Димка потащил свою ношу, следуя за уходящей от школьного крылечка девушкой.

На Диминой спине тихо, в такт шага, покачивались два груза переносимой им поклажи.

Ёжик, крепко пришитый к голубой материи спортивной сумки, с удивлением рассматривал появившиеся рядом с ним вышитые ноты на небольшом и аккуратном рюкзачке Феи. Возможно, ёжик старался запомнить эту новую мелодию, которая сегодня появилась так внезапно в Димкиной жизни.

Свернув от школы в сторону оживленного проспекта, две фигурки школьников перед первым на их пути перекрестком синхронно замедлили шаги. У Димы было ощущение, что девушка думает о том же, что и он — как можно быстрее завершить эту нелепость. «Давай! Не тяни!» — мысленно подбадривал девушку Дима, придумывая подходящие реплики и для себя, и для Феи.

Димка шел, отставая на пару шагов, изредка бросая короткие взгляды на стройную фигуру девушки. Он хотел остановить её и отдать так надоевшие ему призовые билеты.

«Вот только надо постараться поймать подходящий момент для этого», — размышлял озадаченный старшеклассник.

Девушка шла легким упругим шагом, не делая остановок и не обращая внимания на своего носильщика.

«Надо ей просто сказать — хорош на сегодня», — мозг «носильщика» предлагал свои варианты расставания с Феей …

«И тогда я ей в ответ — благодарю. И всё!» — додумывал Дмитрий своё завершение этой встречи.

На кармашке рюкзачка покачиваясь трепыхался ажурный брелок.

«Ну зачем она его взяла? — вздыхая размышлял парень, — Мой мозг выдаёт ноль вариантов!»

Снег на воздушных лапках мягко вальсировал рядом с девушкой, рассыпая белые серебристые шарики над её головой. Дима, незаметно для себя, почти поравнялся с Феей. Голова устала выстраивать варианты еще несостоявшихся реплик, необходимых при расставании совсем незнакомых, в общем-то, людей.

Но тут Дмитрий отметил, что во всех предполагаемых вариантах расставания, выдаваемых его серым веществом, принимает решение и предлагает расстаться только один человек и, что самое интересное — это не он. Неожиданное наблюдение немного задело Димку, и он решительно напряг свои уставшие извилины. «Извини за доставленные неудобства, благодарю за все и всего хорошего…ну вот так, наверное, прокатит», — решил окончательно Дима, стараясь запомнить эту фразу, которую он надеялся в скором времени произнести.

Дима еще не знал, что перед самым выходом Феи из школы, в длинном прямоугольнике входного тамбура, Юрка попытался объяснить девушке это недоразумение с валентинкой и лично извинился перед ней.

Еще два квартала городских домов, задремавших в белой дымке легкого снегопада, незаметно были пройдены.

Перед небольшим пешеходным перекрестком, обгоняя вставшую для поворота легковушку, шустрый грузовик, решивший проскочить мимо неё, прижался к самому краю дорожного полотна, и… большая струя грязного снега черно-белым веером раскрылась над тянувшейся рядом дорожкой. И веер этот угрожающе быстро двигался в сторону неспешно идущих Димы и Феи.

Этот городской циклон ребята заметили одновременно. Но в эту же минуту Фея вынула из кармана свой телефон и сосредоточенно стала вслушиваться в небольшую пластинку сотового. Она остановилась и, не прерывая звонка, вполоборота развернулась к несущейся волне грязи, лишь рукой приподняв узкую полочку воротника. Её цепкий взгляд смотрел прямо, но Димка понял, что сейчас этот звонок для неё очень важен, да и прятаться особо было некуда — лента тротуара граничила с высокой шеренгой длинных домов.

Нахлобучив поглубже вязаную шапочку, Димка шагнул к девушке. Вспомнив в последний миг про рюкзак Феи, он резко развернулся лицом к несущейся на полном ходу машине и мысленно буркнул про себя:"Танки грязи не боятся!»

Крупные ошметки грязи плавно скользили по белой курточке, оставляя на память свой неповторимый орнамент. На мгновение Димке показалось, что Фея прислонилась к нему, когда он стоял спиной, защищая её от этой стихии. А может, он сам случайно коснулся девушки.

Когда они снова пошли — теперь уже Дима выдвинулся на полшага вперед, стараясь не показывать свои недавно приобретенные «узоры».

Девушка замедлила шаги возле широкой арки, прорезанной в серой махине многоквартирного дома. Немного склонив голову, Фея замерла, возможно, ожидая чего-то от своего спутника.

У Димки все заготовленные варианты испарились в неизвестном направлении, и он просто молча стоял. Протянув Фее рюкзачок, Димка машинально стал теребить пальцами пришитого к своей сумке ёжика, будто спрашивая у своего верного товарища хорошего совета, так необходимого сейчас. Димка не знал, как лучше сказать — он еще никогда не провожал девушек. И опустив глаза, он решил просто развернуться и уйти — ведь и так все понятно.

Он не видел, что Фея всё это время внимательно рассматривала пришитого к его сумке ёжика.

— Хороший ёжик, — услышал Дима за спиной ровный голос Феи.

— Да…наверное, — ответил Дима, не понимая до конца, о чем идет речь.

— Светлана… — снова за Димкиной спиной тихо прозвучал тот же голос.

1.18

Лёгкая воздушная ткань, простёганная белыми нитями, тихо проплывала в затемнённом проёме арки дома. И в этом проходе сейчас исчезла девушка, с которой Дима всю дорогу хотел попрощаться и разойтись, как в море корабли — каждый своим курсом.

Снег хоть и постарался быстро накрыть отпечатки её шагов на тротуаре, но был бессилен спрятать от Димы те следы, что оставила девушка в его душе. Эта школьница только что так тихо и спокойно, сама того не подозревая, своими… сказанными словами, проникла в тот незримый проход, соединяющий два мира, так тщательно оберегаемый Димой. А он-то был уверен, что только ему одному доступен это путь…

«Ну зачем она вообще стала говорить со мной?!» — неустанно вертелось в голове, — «Просто бы промолчала… и всё бы закончилось на этом!»

Дима вытянул из-за спины свою сумку и бросил взгляд на своего верного товарища — ёжик крепко держался на своём месте. Димке вдруг показалось, что тот улыбается ему.

— А ты чего тут лыбу строишь? — буркнул ему Дима и, высоко подняв голову к летящему снегу, рассеянно добавил. — Хороший… ёжик.., — Димкины глаза пытались найти зашифрованный ответ в этой снежной круговерти.

«Ей понравился мой ёжик? Не понимаю, что она хотела этим сказать», — пытаясь найти объяснение, терялся в догадках Дима.

Не в силах понять значение этой фразы, произнесённой совсем недавно Феей, мысли мальчишки перебирали уже другие слова, услышанные им сегодня, а если быть точнее — одно слово…

«Светлана! Это значит, Света! То есть, Фея Света!» — Дима вздрогнул — эта мысленная цепочка только что крепко соединила его два мира, охраняемых им так старательно.

«Фея Света! Так вот как должно быть! Её магия — свет!» — это уже громко щёлкнул незримый тумблер-переключатель, соединяющий сказочную вселенную с Димкиным воображением. Быстро зашелестели в его голове страницы заветной старой книги, где рисовалась красивая и удивительная история про Фею, где он тоже был участником.

«Своей алчностью люди рассердили Фею Света, и её свет утратил своё тепло, стал холодным, он перестал греть и дарить тепло, и тогда собранная в Хрустальных горах вода стала замерзать без этого волшебного тепла, даруемого её магией. И движение реки, дающей жизнь всей стране, тоже прекратилось».

Радостный мальчишка мысленно уже рисовал новую главу в своей книге. Многие пазлы в сюжете сразу же сложились в красивую и увлекательную картину…

Снег мягко одевал в белую накидку задумавшегося юношу, который ещё не осознавал, что его сказка и его реальность уже сплелись в этом снежном росчерке февральского дня.

1.19

— Дима… — в сторону затихающих шагов девушки белым облачком слетели с губ мальчишки буквы, составляющие его имя. Словно что-то внутри, так долго сдерживаемое, прорвалось через все преграды и, оторвавшись от всех помех, наконец-то устремилось в свой полёт.

«Ну вот и познакомились…» — словно подводя итог насыщенным событиям этого дня, отметил про себя задумавшийся парень.

Дима, как и любой человек, имел свои определённые и устоявшиеся правила или, проще говоря, привычки. И одна из них была — если уж не полное игнорирование всех девчонок, то самый минимум общения с ними. Во всех компаниях, в которых он иногда проводил время, были одни только мальчишки. И если девочки пытались уделить ему внимание, как он считал, больше необходимого в данной ситуации, то тогда он просто обрывал все разговоры. А сам же обращался к ним только в случае крайней необходимости — в жизни бывают разные ситуации — только по делу и без всяких глупостей.

Незаметно для самого себя, Димка прошагал мимо арки дома, ставшей уже такой памятной для него, миновал ещё несколько кварталов, и его следы теперь замерли на набережной большой реки. Облокотившись на холодный мрамор парапета, он снова прокручивал весь минувший день.

«Почему не получилось остановить весь этот хаос? Что происходит со мной сегодня? — вопрошал внутренним голосом себя и бегущую перед его глазами хмурую массу воды в каменном окладе. — Ну всегда же получалось, так почему такой прокол случился вдруг сегодня?»

И тут почему-то память на своей волне унесла его в тот морозный праздничный день.

***

Этот день Димка уже забыл за давностью лет, но отчего-то именно сейчас он вспомнился так отчётливо. Тогда Дима учился во втором классе. И на новогодние праздники мамина начальница отдала свой билет на праздничную ёлку — накануне у той неожиданно заболел ребёнок. И вот уже перед самым выходом, когда мама с Димкой были готовы двинуться на это праздничное мероприятие, вдруг, изучая адрес, мама перевернула в очередной раз этот праздничный билет, и оказалось — необходимо всем пришедшим иметь маскарадный костюм, иначе подарок вручаться не будет. Сие было нацарапано на красивом билете очень мелким шрифтом.

Димка наивно решил, что поездка отменяется, и можно с ребятами погонять в хоккей во дворе. Но тогда он был ещё очень наивен и не знал, на что способны женщины, когда им чего-то очень надо.

Маскарадный костюм был изготовлен в течение пяти минут. Первым делом мама нашла на антресолях запылённую маску зайчика, в которой Дима, наверное, ещё в детском саду выступал. Потом заменила свитер — вместо его любимого чёрного на него был водружён огромный белый папин. И в довершение всего этого действа она старательно пришила что-то сзади к его штанишкам. На попытку сына оказать сопротивление ею был произнесён железобетонный аргумент: «Подарок хочешь?!»

Подарок Димка хотел получить и поэтому, послушно нахлобучив шапку и защёлкнув молнию куртки, он перешагнул порог, отправляясь на праздник.

На входе Димку, добросовестно напялившего маловатую уже для него маску, благополучно пропустили в большой концертный зал, где была установлена очень высокая и пушистая ёлка. Возле этой стройной лесной гостьи и происходил сам праздник. Все присутствующие дети при желании могли участвовать в представлении — не было, как обычно бывает, длинных рядов из стульев и кресел для зрителей. Тут ведущие очень грамотно использовали маскарадные костюмы пришедших ребят, вплетая их образы в сюжетную линию праздника.

Диме это было не очень интересно, а если быть более точным — не очень удобно. Это неудобство у него вызывал крепко пришитый к его штанам светлый меховой обрезок, намекающий, как нетрудно догадаться, на заячий хвостик. В отличие от других ребят, у которых были шикарные костюмы, Диме не хотелось в такой экипировке изображать перед всеми зайчишку. Поэтому он тихонько прошмыгнул за ёлку, где можно было спокойно переждать этот весёлый и шумный карнавал.

Ёлка была украшена самодельными игрушками, сделанными ребятами со всего города. Поделки были очень интересными — на эту ёлку отбирались самые лучшие работы.

Доносившийся с обратной стороны ёлки шум не мешал погрузиться в разнообразный мир творчества, где чья-то фантазия и переживания воплотились в эти зримые образы. Их можно было потрогать и рассмотреть не спеша — благо он был тут один.

Лёгкий шорох сзади дал понять, что помимо него тут всё-таки есть кто-то ещё. Быстро опустив свою маску обратно к переносице — он решил на людях не открывать лицо по причине конфуза от своего маскарадного костюма — он посмотрел в сторону шуршания. Оказалось, шуршало платье или что-то очень похожее на платье, накрученное на невысокую девочку. Её наряд состоял из разноцветных обрезков ткани, которые и создавали этот лёгкий шорох. Присмотревшись, можно было разглядеть, что это были самые настоящие платки. Они были разных размеров, искусно скреплены и создавали красивый и запоминающийся образ. Девочка, не обращая внимания на Диму, тоже проявляла нескрываемый интерес к поделкам на ёлке. Она так же, как и он, не участвовала в весёлом представлении, но в отличие от его «зайчика», её костюм был очень необычным и красивым… А за такие интересные образы на этой ёлке давали специальные призы!

Не зная как поступить, Димка хотел дать задний ход и остаться незамеченным в этой ситуации. Но было уже поздно, и к нему сквозь раскидистые ёлочные ветви медленно поворачивалась обмотанная в блестящий платок голова девочки. Пытаясь спрятаться, мальчик присел на корточки и прикрылся висевшей перед самым его носом большой ёлочной игрушкой. Этой игрушкой оказался рыцарь. Он был сделан из блестящих полосок тонкого металла и украшен ярким малиновым плащом. На металлической поверхности его доспехов Дима вдруг разглядел рисунок. Это были очень искусно прочерченные узоры, обвивающие рыцаря со всех сторон. Забыв о том, что он, вроде, как бы и спрятался тут, мальчишка аккуратно снял интересную находку и, чтобы лучше разглядеть эти узоры, раздвинул ветки, впуская свет, так необходимый ему сейчас. И этот свет, в лице незнакомки, пришёл ему на помощь. Димка вздрогнул, когда чья-то тонкая рука очень бережно сняла с рыцаря малиновый плащ и, аккуратно перевернув его, снова закрепила на рыцарских доспехах. На этой стороне плаща открылись буквы, отливая яркой позолотой, они сплетались в слова, образуя, наверное, девиз этого рыцаря. Оказалось, что не он один разглядывает стройный рыцарский силуэт. Девочка тоже, присев на колени, внимательно изучала поделку в Димкиных руках.

Увлекаясь чем-то по-настоящему захватывающим, Дима терял временной отсчёт, улетая надолго в воображаемый мир фантазий.

«И давно она тут сидит?» — быстро промелькнуло в разгоряченной голове мальчишки. Держа в руках настоящий шедевр, парнишка не мог скрыть своей радости, его глаза заблестели чистым детским восторгом, проникая через маленькие кругляшки отверстий в надетой маске. И даже присутствие этой девочки не мешало ему восхищаться своей находкой.

Тонкие руки её снова коснулись рыцаря и расправили на шлеме воина разноцветные нити, украшавшие головной убор. Дима протянул фигурку железного бойца девочке и стал выбираться из зелёных зарослей. Под маской было немного жарко и хотелось вытереть тонкий налёт влажного пота. Достав из карманчика брюк носовой платок, он сделал пару шагов от ёлки, приподнял маску и протёр влажное лицо. «Скоро все закончится, получу подарок и домой», – облегченно вздохнув, подумал мальчишка.

Обернувшись назад, Дима вдруг оцепенел, и холодный морозный ветерок заструился по его спине.

1.20

Белый листок, старательно откреплённый из тетрадки в линейку и сложенный вчетверо, по непонятным причинам сейчас находился в руках этой незнакомой девочки. И этот листок принадлежал ему, мальчишке в огромном свисающем волнами белом свитере, из-под которого выглядывал куцый хвостик. Под маской Димке снова стало жарко, и от волнения, наверное, у него задрожали уши — те, что были прикреплены к маске зайца. Сидящая возле ёлочки в рассыпанных на полу конфетти и блестках девочка в своём костюме была похожа на сказочный персонаж, и даже лицо её было красиво укрыто лёгким полупрозрачным платком.

Благодаря своим карнавальным костюмам, которые так тщательно маскировали их лица, вряд ли они смогут узнать друг друга в будущем. От этого Димке стало чуть-чуть легче на душе. Девочка, похожая на сказочную лесную фею, держала в руках Димкин листок и смотрела в сторону окаменевшего паренька. Листок был развернут и по белому квадратику бумаги быстро пробегали всполохи от разноцветных огоньков ёлочной гирлянды. Ещё быстрее сейчас бежали мысли в дымящейся «заячьей» голове.

Ну, как он мог забыть про свой первый порыв вдохновения! Ведь буквально вчера вечером у Димы был такой знаменательный творческий прорыв — он впервые написал свой первый в жизни рассказ! Рассказ… Нет… Это, скорее, сказочная история или сказка. Героями в ней были три друга: заяц, медвежонок и ёжик. И вот про их приключения и была написана эта история Димкиной дрожащей от волнения рукой. Он ещё никому не показывал и даже не говорил про неё. Да и когда говорить? Ведь он не знал, что его с самого утра, ещё сонного, переделают в зайца и отправят на этот праздник. А листок, видно, выпал из карманчика, когда он платочек доставал.

«Что же мне делать?» — задумался на мгновение мальчишка.

Пусть на самую малость… ну такая махонькая, почти микроскопическая… она вдруг появилась — и это была незримая борьба Димы с самим собой. Любой автор хочет услышать отзыв на свою работу от читателя. И мальчишка с большими заячьими ушами тоже был не исключением в этом списке. Единственное, что его сейчас сдерживало, так это то, что он хотел свою первую работу на литературном поприще показать более старшему и опытному человеку, но никак не девочке-ровеснице.

Сама атмосфера праздника, необычная одежда, скрытые лица двух детей — всё это как-то необъяснимо подействовало на него. Сам того не осознавая, он кивнул смотревшей на него девочке, разрешая стать первым в его начинающейся творческой жизни читателем…

… Холодный ветер с реки приятно освежал виски. Пытаясь остановить эту ленту воспоминаний, Дима подумал: «Лучше бы я тогда не делал этого. Вот тогда, получается, и был мой первый прокол!» — подытожил он с усмешкой.

И как ни пытался он отвлечься от своих воспоминаний, память всё-таки смогла протолкнуть перед его глазами тот, такой для него неприятный, последний праздничный фрагмент из тех карнавальных событий…

… Получив одобрение, девочка углубилась в чтение. Неожиданно в её руке появился красный карандаш, и она стала делать в листочке какие-то записи. Волнение у Димы зашкаливало через край, поэтому он отошёл в сторону и стал рассматривать висящие над головой ёлочные украшения. Несколько минут для него длились как целая вечность.

И тут громко в микрофон объявили о том, что начинается выдача подарков. Не столько пытаясь скрыть свои переживания, а сколько не желая пересечься с этой девочкой уже без своей маски, он быстро выхватил у неё из рук свой листочек и, кивнув ей головой, быстро дал дёру, пересекая зал огромными прыжками, как и положено зайцу.

Выскочив на улицу и пробежав ещё пару улиц, Дима перешёл на тихий шаг. Развернув свой помятый и многострадальный листочек, он вытаращил глаза и стал внимательно изучать то, что оставил в красных росчерках карандаша первый его читатель.

Видно, эта девочка с рождения мечтала быть учительницей – иначе, как понять все ею подчеркнутые Димкины ошибки в тексте и отмеченные при этом на полях? А на последней третьей странице его рассказа стояла большая жирная красная двойка.

Свой первый и долгожданный отзыв от первого читателя он наконец-то получил!

2.21

Настроение опустилось дальше некуда, и согбенный мальчишка понуро плёлся по улицам города. Скомкав в руке своё литературное произведение, он брёл безостановочно с затуманенными глазами, пытаясь хоть как-то успокоить себя самого.

«Неужели кроме ошибок она ничего не увидела? Как ёжик спасал своих друзей, какими они были дружными товарищами… Я так старался… За что со мной так жестоко обошлись?!» — хмуро разглядывая ползущий буксир по реке, грустно размышлял мальчишка. Нервный комок подступил к горлу…

Остановившись, Дима поднял перед глазами свой листочек и… Рвак, рвак..! Исписанная бумага, разрываясь на части, медленно полетела белыми лепестками в бегущие глаза задумчивой реки. В руке остался лишь последний бумажный кусочек с огромной красной двойкой в центре. И тут у Димы внезапно возникла мысль — ирония над самим собой, которая вылилась целой волной самобичевания: «Может, мне его оставить на память как талисман писателя-неудачника, да ещё и в рамочку вставить?»

Ветер пытался вырвать из его руки этот горький отпечаток красного карандаша и усердно раскачивал бумажный обрывок в разные стороны. Как ни старался ветер, не смог стряхнуть нарисованную девочкой двойку с тонкого листочка. Вдруг Дима заметил, что на бумаге появилось ещё что-то… Только с другой стороны… Нацарапанное и тоже в красном цвете. Останавливая второй рукой трепыхание бумаги, мальчик внимательно расправил листочек и нехотя стал его переворачивать с тоскливой мыслью: «Наверное, она передумала и влепила кол вместо двойки». На обратной стороне на него с любопытством смотрел нарисованный ёжик, с хитрой как у лисёнка вытянутой мордочкой и внимательными глазками… А на оставшемся клочке можно было разглядеть по рваному краю небольшие уцелевшие фрагменты от букв. Значит, там было ещё что-то написано, на последней четвёртой странице. Но что там было — теперь знала только быстрая река, скользившая в расплывчатых бликах больших фонарей на набережной.

Не зная что делать дальше, Дима машинально положил бумажный обрывок в карман. «Все, с меня хватит! Пусть другие сочиняют, а я буду читателем», — подвёл итог всему случившемуся Дима и, в утешение себе, стал открывать полученный на карнавале праздничный подарок.

***

Димка убрал этот рисунок в папин старый альбом с марками и благополучно забыл про него. Писать придуманные истории он больше не стал. Но прошлым летом, перебирая свой архив, он наткнулся на заброшенный клочок, и эта находка тогда пришлась очень кстати — с его изображения он сделал точную копию ёжика на кожаном обрезке и пришил на свою боевую спортивную сумку, даже и не вспомнив, откуда тот рисунок появился у него…

***

«Стоп… стоп… это что же получается? — ошарашенный своей запоздалой догадкой юноша мысленно вздрогнул и философски добавил. — Ну что мне сейчас отрывать его что ли?»

Смахнув рукой насыпанный снег с ёжика, что тихо замер на сумке, ожидая своей участи, Дима, обращаясь к нему, добавил: «Ладно, кто старое помянет… Да и я, наверное, был тогда неправ, даже не прочитал, что она написала… Проехали… Короче, прорвёмся, братишка!» Развернувшись к реке спиной, он рванул лёгкой трусцой в сторону дома.

«Может, за выходные всё и утрясётся само собой. Главное, с Феей постараться не пересекаться в школе», — подумал на бегу уставший паренёк.

2.22

«Выходные пролетели незаметно» — да, есть такая популярная фраза, так часто произносимая многими горожанами. Только на этот раз в обширном списке не будет подписи одного конкретного человека. И этим человеком, неожиданно для самого себя, стал скользящий по ледяным накатышам тротуара повзрослевший от переполняющих его в эти дни проблем парнишка в белой куртке с заброшенной за спину спортивной сумкой.

Когда твоё время расписано, и реальность диктует жёсткий распорядок каждого дня, очень трудно выкроить даже минуту свободного времени. Арифметика простая: тренировка утром — два часа, вечером — почти пять, в итоге набирается семь. Идём дальше: в школе надо отсидеть столько же, и на дорогу в течение дня уходит два-три часа… На сон и на разные мелочи остаётся всё те же семь часов. И так из года в год.

Поэтому единственным выходным днём оставалось воскресенье. Дима ждал его с большим нетерпением, и в лёгком предвкушении, как вкусный пирог, распределял время на аккуратные кусочки… Как правило, все эти кусочки соединялись на страницах старой и сильно потрёпанной книги.

Прошедший выходной день тянулся утомительно долго, и то драгоценное время, предназначенное для написания новой главы с участием Феи, вдруг суровая реальность неожиданно забрала себе, словно она незаметно вклеила свою страницу в ту старую книгу, и уже другая, реальная Фея, становилась новым персонажем в написании новой жизненной главы с Димкиным участием.

Весь выходной Дима пытался уйти в свой любимый сказочный мир, но всякий раз натыкался на эту вклеенную страничку… Он пытался забыть или задвинуть подальше в своих воспоминаниях прошедший школьный праздник, но всё напрасно — появление этой незнакомки просто невозможно было стереть из памяти. Все думы возвращались к её образу и, что самое главное, он, как ни старался, не мог понять ход её мыслей. «В прошлом году все пацаны в школе отлетали от неё мыльными пузырями, а тут вдруг она принимает эту нелепую валентинку от меня… И зачем ей это?» — словно по замкнутому кругу, безостановочно кружилось в голове.

Самое обидное — он не знал, как выйти из этого положения, что делать и как себя вести дальше? Он понимал, что Фея уже давно закрыла бы эту тему, если бы захотела. Но она, напротив, решила познакомиться с ним. И для чего? Почему сам он не проявил большей решимости, чтобы остановить этот закрутившийся круговорот событий. Но всё произошло так быстро, спонтанно и непредсказуемо, что до сих пор он не может понять — что же на самом деле-то произошло? Может, это просто шутка такая, розыгрыш или ещё что-то? Ну случилось это знакомство… И что дальше? Не замечать её или что? Как понять, что этому человеку надо от него? И вообще… что она за человек? Всё так запутано, и надо ли ему, Димке, во всё это вникать?

Дима удивлялся её спокойствию и выдержке. Фея — его ровесница, а всё делает так невозмутимо и уверенно, как считает нужным для себя, словно взрослый человек, а не школьница.

Это незапланированное для него знакомство сильно нарушило его внутреннее равновесие. «Надо просто принять правильное решение! Сказать-то легко, а вот как найти это решение и не ошибиться при этом», — мысленно проговорил юноша, обращаясь к самому себе.

Живой человек — это целый мир, а взаимоотношения между людьми — так это вообще дремучий лес, где заблудиться легко, и поэтому Дима предпочитал не углубляться в эти дебри, а быть на своей волшебной полянке, где тихо и сказочно красиво.

Снежинки тихо сбегали со своих прозрачных пьедесталов и дарили свой лёгкий полёт сонно зевавшим многоэтажкам. Дима раскрыл ладонь навстречу редким небесным путешественницам, но самая красивая снежинка, подарив ему на мгновение неповторимый узор, на своих воздушных санках ловко проскочила мимо него.

Вот и ему захотелось сегодня пролететь мимо этой школы такой же снежинкой! Но как ни мечтай, а идти надо. Тем более, тренер попросил получить освобождение от уроков на несколько дней для участия в соревнованиях в другом городе.

2.23

Школа появилась в лёгком прищуре сгрудившихся домов, и Дима, на мгновение бросив свой взгляд на её светло-серый бок, утыканный белыми квадратиками больших окон, резко свернул с заданного вектора движения и ловко нырнул в небольшой полуподвальчик маленького магазина. Стекло на дверях было облеплено короткими по содержанию плакатами — на трёх разноцветных полосках крупными буквами было написано: авиа/жд.билеты, фото, ювелир.

Дёрнув дверную ручку, которая при этом осталась неподвижной, остановился, и пара светлых глаз с удивлением прилипла к небольшому листочку, на котором разборчивым почерком красовалась надпись «СВЕТА НЕТ»…

Как рука крепко держала холодный металл тонкой трубочки, согнутой в форме продолговатой скобы, так и память, слегка запыхавшегося Димки, крепко держала в себе недавний, после утренней тренировки, разговор с тренером…

— Ты когда эту фотографию делал? — с усмешкой остановил Диму возле тренерской хриплый бас мужчины.

— Не помню, — буркнул юноша, ожидая продолжения нравоучений.

— В детском садике?

— Ну, меня на вахте не останавливали пока…

— Вообще-то, ты и не изменился за эти годы, можно бы и эту оставить, но…

— Что?

— Ты новую форму с эмблемой клуба получил?

— Да, вчера ещё.

— Тогда сегодня сфотографируйся в этой форме и вечером отдашь мне две штуки, одну на пропуск, а вторую в личную карточку.

— Постараюсь, конечно, но…

— Вот давай без этих «но» и там в школе смотри, чтобы оценки и поведение были в норме.

— Да… да, хорошо, я всё понял, — выскальзывая в открытую дверь от цепких глаз тренера, быстро проговорил озадаченный паренёк с мокрыми и взъерошенными волосами.

… «И что теперь мне делать?» — выпуская из руки согретую им ручку двери и разворачиваясь в сторону школы, подумал Дима.

Для похода в фотомастерскую ему пришлось отпроситься с первого урока — благо это была физкультура. Но какой ценой! Теперь ему придётся отдуваться на районных соревнованиях по лыжам, защищая честь школы. «Значит, после уроков опять сюда топать надо», — задумчиво хмыкнул Дима, и расплывчатым силуэтом, выплывающим на поверхность из-под снежного козырька маленького магазинчика, поспешил дальше. Свернув с протоптанной тропинки, он остановился возле насыпанных сугробов, возвышавшихся небольшими светлыми сопками вдоль расчищенных тротуаров.

Яркий фосфор, убегая с подвешенных люлек, которые гордо держали высокие стальные аисты-столбы, в мерцающем полёте терял свою яркость, прилипая к снежной бахроме на земле мягким лунным порошком и слабо высвечивая цветные хрусталики хрупких самоцветов.

Диме было достаточно одного беглого взгляда на свою обувь, и его понятливые кроссовки, как всегда, прочитав зашифрованный сигнал, быстро трансформировались в лунные снегоступы с усиленными вакуумными фиксаторами новейшей модели. «Погнали, короче, на корабль», — сам себе определяя задачу, выдал в центральном отсеке новоиспеченного лунного модуля довольный оператор лунохода. Первая опора очень аккуратно продавила тонкий коржик спрессованной лунной пыли и, пройдя через мягкий грунт, произвела фиксацию на твёрдом основании. «Сканирование местности, активация балансировки», — прозвучала новая вводная в кабине оператора, и уже вторая опора стала медленно опускаться в направлении заданного маршрута…

Вскоре лунные сугробы закончились, и Димке пришлось произвести очередную трансформацию в обычного городского пешехода. К школе он подходил сбоку по небольшой, проходящей через многие дворы, дороге. Не широкая, но достаточная для проезда машин, она служила одновременно и пешеходной дорожкой. Мимо него медленно проехала, поблескивая свежей краской бывалая иномарка, и мягко притормозив, стала парковаться в небольшой карман возле кирпичного квадрата электрической подстанции.

Разглядывая сквозь высокую ограду окна школы, приближающейся с каждым шагом всё ближе и ближе к нему, Дима решил сделать небольшую остановку и передохнуть. Он не устал, но обдумать свои дальнейшие шаги на сегодня ему точно стоило. Задумавшись, он вздрогнул от неожиданного прикосновения — чья-то рука цепко ухватилась за его куртку и не выпускала. Это был водитель машины, возле которой он и остановился, погружённый в свои размышления.

— Ха! Прогуливаем уроки! — из кабины через открытое стекло прозвучал откуда-то уже знакомый ему голосок.

— А ты что, в пробке застряла? — выдавил из себя ошарашенный Димка, узнав за рулём авто светловолосую девушку, так активно болевшую за него на розыгрыше валентинок.

— О! А ты, оказывается, умеешь комплименты дамам делать, учтём этот момент, – поблёскивая огромными зеркальными очками, хихикнула девушка, решив выпустить целую тираду в адрес, так кстати оказавшегося поблизости, внимательного слушателя.

— Да кто же мне даст права на машину в девятом классе? Ну ты и чудо, это я у брата выпрашиваю, когда он на сутки заступает. А он ещё права не получил, поэтому я и могу в эти дни немного покататься. Мы живём тут рядом, во дворе за школой, а иначе он мне и не разрешил бы взять её, — девушка внезапно замолчала, но тут же, с нотками лёгкой грусти, продолжила. — Мне ехать через все наши дворы до школы всего две минуты… Вот я тут на первом уроке и отрываюсь — круги наматываю — пока тихо и машин нет.

— Красивый цвет подобрали, — обронил Дима, чувствуя, что весь свой лимит желания общаться с девушкой он уже использовал.

— Да, и мне очень нравится. И не скажешь, что ей двадцать лет. Как новенькая! Я тоже помогала с покраской, — оживленно ответила отчаянная девушка.

— А моей лошадке почти тридцать, и тоже бегает как часы, — вспомнив свой велик, медленно произнёс Димка, незаметно отодвигаясь на полшага от машины в сторону школы.

— Знаешь, Фея — это человек, которого я очень уважаю. И ты.., – зазвеневший в машине телефон прервал эту неожиданную фразу девушки.

Воспользовавшись заминкой, Дима быстро скрылся за ближайшим поворотом, и вскоре его белая курточка промелькнула на школьном крыльце.

2.24

Время пришло…

***

Молодой камнеметатель неотступно следил, как в поднятой руке волшебника из маленького сгустка серебристого тумана стала вырастать аккуратная полупрозрачная сфера. Она легко отделилась от руки волшебника и, плавно пролетев поляну, замерла перед молодым охотником. Имея возможность разглядеть её поближе, юноша увидел, что внутри сферы находится небольшая шкатулка, которая легко умещалась в раскрытых ладонях.

Красивый узор, вырезанный на крышке шкатулки, обозначал герб их семьи. Эту шкатулку он видел в первый раз. Во второй руке у волшебника появилась ещё одна сфера, но она оставалась на месте. Что находилось в ней — можно было только предполагать.

Вернувшись домой, юноша узнал, что его старший брат сегодня тоже встретил на охоте волшебника и также увидел две сферы. Но в той, что приблизилась к нему, он смог узнать большой светильник, который находился над письменным столом в кабинете отца.

Соединив эти два видения, братья нашли в большом светильнике, который по вечерам освещал комнату стража северных ворот города, коим являлся при жизни их отец, искусно устроенный тайник. Посовещавшись, ребята поняли, что теперь им обоим предстоит отправиться в путь — попытаться найти Фею и вернуть её благосклонность к жителям города.

Такая встреча произошла много лет назад: в то самое время, когда отец расчищал сильный обвал в горах, почти полностью перекрывший движение воды источника, он встретил Фею. Она в благодарность подарила ему свой подарок. Но, рассказывая об этом, отец никому не показывал этот подарок, лишь только говорил: «Время придёт — сами увидите».

Отец был одним из четырёх главных советников, несущих на своих плечах ответственность за всех горожан. И с его кончиной многие связывают начавшиеся проблемы в городе и стране, словно он мог каким-то неведомым образом удержать благосклонность Феи, и этот подарок, наверняка, имел большое значение в этой незримой связи. Поэтому на совете города решили — шкатулка, так бережно хранимая в тайнике отца, должна помочь братьям в поиске Феи...

***

... Димка старательно собирал переведённые слова в тетрадке, заключая их в предложения. Получалось сумбурно, но смысловая ниточка постепенно начинала соединять в одно целое историю, написанную на пожелтевших страницах.

Несколько страниц, с бо́льшими от времени повреждениями, он аккуратно убрал в самый конец книги, добавив туда листы со стихами — перевод их был пока ему не по силам.

Но он упорно продолжал открывать для себя старые страницы книги, на которых жили эти удивительные герои.

***

... Старший брат — крепкий парень, прямой и открытый, всегда настроенный на результат, привык всё делать быстро, и его горячность иногда мешала разобраться в очень важных «мелочах». Когда братья остались вдвоём, старший открыл шкатулку и рассеянно промолвил: «А… она… пустая…»

Младший брат — полная противоположность старшему, при этом искренне уважавший и любивший своего брата, задумчиво произнёс в ответ:

— Значит, нам надо будет наполнить её…

2.25

В этот же день, взяв самое необходимое для долгой дороги, братья отправились в путь. Они понимали, что шкатулка являлась таинственным ключом, необходимым для встречи с Феей. Но теперь братьям надо было понять, как им пользоваться. Шкатулка однозначно имела свой секрет, который и предстояло раскрыть.

Глубоким вечером после длительного перехода, устраиваясь на ночлег в небольшую пещеру, младший брат попытался вспомнить прошедший день во всех деталях, тщательно и неспешно.

Вопросов было много. Во-первых, почему шкатулка пустая? Ведь достаточно было одного беглого взгляда, чтобы понять — её открывали очень часто, можно сказать даже –ежедневно. Но зачем доставать пустую шкатулку и открывать её каждый день? Что-то тут не сходится. Мысли засыпающего охотника переплетались с голубоватыми языками небольшого походного очага и улетали в звёздное небо.

Во-вторых, в кабинете отца от шкатулки отчётливо ощущался тонкий магический след. Да, он был еле уловим, но он присутствовал там, это точно. А сейчас, когда они вышли из города, этот след пропал.

В-третьих, находящийся в кабинете отца светильник ни разу никто не зажигал, внутри него, за разноцветными стёклами, было очень чисто, и лишь одна шкатулка там находилась всё это время. Но других светильников в кабинете они с братом не нашли. Тогда как объяснить, что вечерами, когда отец работал у себя, со двора было хорошо виден яркий свет в окне кабинета? Ну и в-четвёртых, ни волшебники, ни отец не дали им, братьям, подсказок — что надо сделать, чтобы шкатулка открыла им путь — дорогу к Фее. Значит, это они должны сделать сами. Получается, это их задание.

Незаметно сон накрыл уставшего юношу, но не смог остановить его переживаний. Ему снился тот день, когда после закончившейся силовой тренировки на мечах, которую проводил для них отец, старший брат сразу убежал с друзьями к реке — освежиться. А младший брат остался — он дорожил тем временем, что уделял ему отец после тренировок.

— Слушаю тебя внимательно, — присев на крепкую скамью, мужчина устремил свои голубые глаза на стоящего перед ним сына.

— Отец, а как понять, настоящие чувства у человека или нет? — выждав, задал свой заранее заготовленный вопрос юноша.

— Настоящие? Хм, дай подумать, — сильная рука звонко хлопнула по шершавой древесине скамьи, приглашая присесть рядом с ним. — Думаю, что в твоём вопросе находится и ответ на него. Настоящие — это значит, что чувства, как мужественные воины, крепко стоят перед всеми испытаниями, не падая и не колеблясь, несмотря ни на что. И даже угроза смерти их строй не изменит.

— Значит, время не может их изменить?

— Да, они вне времени! И я тебе желаю обрести эти чувства и выстроить правильное отношение ко всему, что тебя окружает. Ведь в этом заключена мудрость жизни. Будут, конечно, ошибки на этом пути, людям свойственно ошибаться, но если твои заблуждения искренние, то это поправимо. И запомни крепко — нет в жизни «мелочей», в каждое мгновение этой жизни нам необходимо делать свой выбор — решать, как поступить в той или иной ситуации, и если даже человек захочет быть безучастным в конкретном случае, то эта его безучастность тоже будет его выбором.

Сон на дрожащих ресницах юноши медленно таял в лёгких светлых бликах, дружной стайкой вспорхнувших в тёмный каменный воротник пещеры. Но память о нём уже бережно хранилась в душе молодого охотника...

***

... Школа встретила Диму прозвеневшим непривычно громко для него звонком, оповещавшим об окончании первого урока. Освободившись в раздевалке от куртки, он поплелся к расписанию, что висело в фойе первого этажа. Бегло пробежав глазами по мелким строчкам, он нашёл свой класс, и тут он вдруг почувствовал — что-то мешает ему. Какая-то помеха ему сейчас явно не даёт прочитать всего одно слово — название предмета. В недоумении он медленно стал оборачиваться назад.

2.26

Развернувшись, он понял, что сейчас вместе с ним это расписание читали ещё человек двадцать, не меньше. Но читали они его как-то странно, на приличном расстоянии, и у него сложилось впечатление, что для этой, вдруг ниоткуда возникшей толпы, он был вроде увеличительного стекла. Иначе, как объяснить эту «близорукость», ведь взгляды всех находившихся за его спиной учащихся, были просто прикованы к нему.

Эта публичность поневоле сковывала его каким-то тягучим панцирем. Пропала куда-то лёгкость в шагах. Да и голова заметно потяжелела.

Толпа незаметно увеличивалась в размерах, появился слабый гул от перешёптывания, и что самое неожиданное — мальчишек и девчонок было примерно поровну, заметил боковым зрением Дима, поднимаясь по лестнице.

«Им что больше делать нечего?» – хмуро пробурчал про себя весь скукоженный от напряжения Дима. С каждой ступенькой это незримое, но явное давление увеличивалось, и тут он осознал, что хочет лишь одного — хотя бы сегодня, вот прямо сейчас, не встретить Фею. Он согласился бы даже внезапно заболеть, но его ноги не отваливались от туловища, и голова продолжала ещё держаться на взмыленной шее.

Человек, который всю свою сознательную жизнь очень грамотно избегал любой публичности, теперь попал в самый её эпицентр. Дима мог уже не оглядываться по сторонам, он уже понял, что сейчас на него смотрит вся школа.

Просочившись к двери, где находился его класс, он решил, что здесь этот нездоровый ажиотаж вокруг него утихнет. Но этим ожиданиям не суждено было сбыться. В классе его ждали. Очень. И в подтверждение этого, чтобы у только что вошедшего ученика не было ни капли сомнений, из угла класса, с последней парты у самого окна, к нему прилетел этот громкий, на всю школу, радостный возглас:

— Заждались! Какие люди в нашем классе сегодня! Просим вас уделить нам немного своего внимания!

В классе, куда недавно перевёлся Дима, весь коллектив был уже давно разбит на несколько группировок, и одна из них — вот эта четвёрка пацанов, от которой прилетел к Димке звучный и громкий голос. Он принадлежал их главному заводиле — Кочану. Это прозвище — производное от его фамилии — Кочин.

Кочин — высокий здоровяк, выше Димки на целую голову, с огромными массивными руками, по телосложению был довольно плотным, но со спортом не дружил. Обычно про таких людей говорят — имеет крепкое здоровье от рождения. Мелкий парень, что притулился рядом с ним, был тем пацаном, что подсел с расспросами к Диме в первый же день. Его звали Гаврик, тоже, наверное, от фамилии сокращение. Ещё один парень, жилистый, с узким лбом и резкими, глубоко посаженными глазами, стоял сразу за широкой спиной Кочина. Четвёрку замыкал рыжий парень. Облокотившись на подоконник, он с нескрываемым любопытством разглядывал приближающегося к их компании ученика.

Дима повернулся на оклик. Расположившись возле окна в конце класса, вся четвёрка дружно улыбалась ему. Сам Кочин, оседлав последнюю парту, которая жалобно скрипела от такой запредельной для неё нагрузки, ласково манил Диму к себе рукой.

За целый месяц от этой компании кроме короткого кивка головы в свой адрес, в лучшем случае, Дима ничего другого и не получал. А тут, оказывается, вдруг его заметили, и ещё эти фальшивые улыбки приклеили к своим ртам… Для чего?

Явно ожидая какого-то подвоха, Димка подошёл к грузной фигуре главаря.

— А мы только тебя одного и ждём с самого утра. Всё-таки в нашем классе не каждый день появляются такие выдающиеся перцы! — причмокивая, растягивая каждую букву, запел Кочин и, продолжая свою тираду, показал Диме в своей руке белый квадратик бумаги. — Смотри, тут люди старались тебя запечатлеть в истории нашей школы. Ты первый, кому мы предоставляем возможность оценить это произведение искусства. А потом размножим этот шедевр и представим всей школе наслаждаться такой красотой.

Толстые пальцы Кочина крепко держали в протянутой руке лист бумаги. Почти весь листок занимал тщательно выполненный рисунок. В этом рисунке Дима сразу узнал человека, с которым сегодня он так сильно не хотел встречаться.

2.27

Фея на листочке была нарисована очень точно, её миниатюрная фигурка на рисунке находилась в центре распустившегося цветка. Она с задумчивым выражением лица стояла вполоборота к огромному, нарисованному почти на весь лист, лягушонку, который тянулся к Фее большими перепончатыми лапами, вытянув вперёд свои непомерно большие зелёные губы. Выпученные лягушачьи глаза и чёрный бантик на жирной шее делали этот рисунок запоминающимся.

Присмотревшись, Димка смог увидеть в лягушонке прорисованные и вполне узнаваемые детали, которые делали облик этого зелёного кавалера очень знакомым. Лично для него этот образ определённо и предназначался — на это указывали большие ласты, закреплённые на задних лапах и яркие плавательные очки, огибающие выпученные глаза лягушонка. Для полной узнаваемости образа за спиной у любителя болот и разных луж выглядывала досконально прорисованная Димкина спортивная сумка, с которой он не расставался и в школе.

— Не похоже, — выдавил из себя Дима.

Разглядывая внимательно слегка подрагивающий в руке Кочина рисунок, он пытался найти правильное решение в данный момент времени. На первый взгляд, эту карикатуру на себя он мог бы и переварить, да и Фея была нарисована очень аккуратно, но тут здоровяк зашёлся громким смехом:

— Не похоже?! Ха-Ха! — перехватив листок другой рукой, он ткнул дрожащим от хохота пальцем в толстый живот нарисованной лягушки, добавляя. — Да, ты, внимательней смотри, неужели не узнаешь?

Массивное тело снова затряслось в безудержных конвульсиях, и рука Кочина приблизила бумажный лист к самым глазам Димки. Под рисунком Дима теперь смог разглядеть несколько рифмованных строчек, они предназначались двум нарисованным персонажам. Текст имел двойственное значение, и самое неприятное было для Димы — упоминание в нём Феи .

Перед Димкой сразу возник такой чёткий образ — тысяча гогочущих пузырей, в виде самодовольных рож Кочина, быстро разлетающихся по всей школе.

Прикрыв от удовольствия глаза, голова крупного парня, оседлавшего парту, невольно откинулась назад от громкого, на всю школу, смеха.

Сделав ещё один шаг к парте, Димка склонился над бумажкой, изображая усиленное внимание к предложенному художеству и слегка согнул колени. Неожиданно для Кочина он резко выпрямился, вкладывая всю силу удара своей головы в этот широкий и крепкий подбородок, мельтешащий перед ним. Громко щёлкнули зубы, перекрыв возможность выливаться безудержному смеху, и вместо него внутри притихшего старшеклассника появился звук, похожий на мычание удирающей от слепней коровы. Сложилось впечатление, что смеющийся до этого человек прикусил свой язык. Тело верзилы резко дёрнулось от боли и, теряя равновесие, медленно стало падать с парты спиной назад. Желая остановить падение, Кочин резко вскинул свои ручищи в стороны, но это ему не помогло, и вместо этого он своей левой рукой врезал по лицу узколобому парню, совсем не ожидавшему такого развития событий. Рыжий, что сидел у окна, кинулся к падающему телу, пытаясь удержать главаря, но, явно переоценив свои возможности, был просто раздавлен упавшей на него массой. Вся эта куча тел влетела в стоящий в конце класса шкаф с книгами и папками, нарушив сильным грохотом тишину, появившуюся на короткое время в классе.

— Дилетанты, — подытожил Дима, разворачиваясь к выходу и, раздвинув плечом толпу непрошеных зрителей в дверях класса, медленно побрёл по длинному коридору школы.

Пытаясь обойти двух учителей, что-то оживленно обсуждающих, он неожиданно услышал требовательный голос, обращённый к нему:

— Посмотри, какие тяжести приходится носить учителям, где твоё самосознание, молодой человек?

— Извините, — буркнул Дима, машинально перехватывая две внушительные пачки бумаги.

— Пойдём, одну пачку в учительскую, а вторую к завучу отнести надо, — уже мягче прозвучал над его головой голос учителя.

Прозвеневший звонок загнал всех учеников в классы, и лишь одинокая фигурка мальчишки, неспешно пересчитывающая каждую ступеньку, карабкалась вверх по школьной лестнице.

2.28

Освободившись от полученного груза, Дима не торопясь заковылял к своему классу. Вдруг мысль о необходимости сегодня принести и отдать фотографии остановила его на этом пути.

Спускаясь по лестнице к гардеробу, одновременно прислушиваясь к собственному разуму, Дима резонно отметил: «Да, надо сохранить на данный момент свою фотогеничность и сходить сделать фотографию, а эти разборки школьные оставить на завтра».

Быстро выполнив задуманное, мальчишка растворился в оживлённой суете города.

Ноги сами были озадачены выбором маршрута, и расплывающаяся тень Димы уже скользила вдоль длинной набережной, автоматически останавливаясь на перекрестках.

Река всегда притягивала к себе. Вот и сейчас, находясь рядом с ней, понемногу рассеивался мысленный хаос, а думы молодого человека пытались выстроить опору, необходимую для дальнейших жизненных шагов, которые предстояло сделать. Однозначно, эти шаги были непростые.

«Фея, ты же наверняка знала, что всё это просто так не закончится...», — пересекая большие мраморные плиты набережной, Дима мысленно вёл разговор с недавней незнакомкой.

Зима в этом году была мягкая, без сильных морозов, с сумбурными снегопадами и переменчивыми ветрами.

Вспомнился телефонный разговор с отцом. Часто бывая в командировках, отец старался периодически звонить домой, учитывая разницу в часовом поясе…

— Слушай, а если, к примеру, произошла нелепая ситуация, и в результате два совершенно незнакомых человека познакомились... И в итоге один из них называет другому своё имя, то что это может означать? — поделился Дима по телефону своими заботами с отцом.

— Доверие. Я думаю, что человек, пусть даже и незнакомый другому, в итоге оказывает доверие, представляя своё имя.

— Всего лишь пару раз взглянув? – удивлённо переспросил Дима.

— Тут есть один очень важный момент: если тебе оказали доверие, то ведь его надо ещё и сберечь, а в жизни это порою не так-то просто сделать. И время знакомства с этим человеком не имеет большой роли. Оказали своё доверие люди — сделай всё возможное, чтобы сберечь его. Но это процесс взаимный, доверие между людьми сохранится, если оба человека приложат усилия для этого.

— Хорошо, я понял, — заканчивая разговор, согласился Дима...

Ветер с реки приносил резкие крики чаек и белый пух мягких снежинок.

«Интересно, сегодня я оправдал её доверие? — неожиданно задал сам себе вопрос задумчивый юноша и, размашисто смахивая налипший снег с рукава, продолжил свои размышления. — О чём я вообще думаю? Надо отдать ей эти уже надоевшие билеты и перестать думать об этом. Какое тут ещё доверие? Просто обычная вежливость воспитанного человека и всё».

После уроков домой к Диме забежал Юрка и передал сумку. Его глаза возбуждённо бегали на взволнованном лице, и он с придыханием, сочувственно и громко затараторил:

— Ты знаешь, с этими ребятами даже выпускники стараются не связываться. А Кочин после этого стал даже прихрамывать, и ты бы видел какой он классный фингал влепил своему напарнику. В школе все только о тебе и говорят. А ты что будешь завтра делать?

— Завтра? В школу пойду, конечно. Что, дома теперь сидеть что ли? — устало ответил Дима и добавил вопросительно. — А про Фею ничего не говорили в школе?

— Нет, только о тебе. Её сегодня не вспоминали, — быстро ответил Юра, внимательно разглядывая Диму.

— Значит, всё правильно... — не договорив до конца фразу, Димка подмигнул своему однокласснику и, завершая утомительный для него разговор, обронил. — Прорвёмся.

2.29

В школе на удивление было тихо. В классе вся пострадавшая накануне компания вела себя спокойно, излучая полное безразличие к Димкиной персоне. Завершая последний урок, натужно прозвенел школьный звонок, и все в классе дружно повскакивали со своих мест, шумно выбираясь на долгожданную свободу.

Тихо прозвучал зуммер от закрывающейся молнии на сумке, и Дима тоже стал пробираться к открытым дверям класса. В коридоре возле него сразу появился Гаврик и деланно вежливым голосом предложил составить компанию очень дружному коллективу одноклассников и прогуляться немного.

«Ну, это вполне ожидаемо», — отметил про себя Дима, внутренне готовясь к наступающей развязке вчерашних событий. Обогнув школьное крыльцо и небольшое плечо школьной ограды, они вскоре оказались перед большими железными воротами, через которые производился въезд машин во внутренний двор школы. Ворота были открыты, и рядом с ними Диму поджидали все действующие лица вчерашней разборки.

Кочин демонстративно вытянул свою руку, приглашая пройти в сторону серо-белой полоски дороги, проходящей между уснувшими зимним сном кустами на небольшом пришкольном газоне. Через десять метров дорога расширялась, образуя большую просторную площадку. С одной стороны к ней примыкал длинный ряд строительного сооружения, построенного из бетонных блоков с большими железными дверями, а с другой стороны через редкий ряд высоких тополей на этот двор глазела школа, вытянутая в форме длинной подковы. Школа была так построена, что окна всех классов выходили на фасадную часть здания, а в обратную сторону, в сторону внутреннего дворика, смотрели окна всех школьных коридоров. И сейчас все эти окна внимательно разглядывали пятерых школьников, медленно вышагивающих по серому квадрату школьного двора.

Дима ещё не знал, что очень многие ученики в школе не торопились сегодня покинуть учебное заведение, а вместо этого, дружно заполнив коридоры, зачем-то очень внимательно рассматривали свой школьный двор.

— Фея! Ты знаешь? — громко выкрикнула светловолосая девушка, вбегая в умиротворенную тишину библиотеки и, обращаясь к своей однокласснице, быстро добавила. — Там! Сейчас, твоего…хм…ну, в общем, Димку повели!

— Куда? Кого? Скажи яснее, — прозвучал тихо спокойный голос Феи.

— Да, точно, тебя же не было на физкультуре. К нам в конце урока забежал этот, вредный парень из 9 В класса, Гаврик, и он всех пригласил на шоу.

— Какое шоу? — поднимаясь из-за стола, переспросила Фея.

— Он сказал, что для всех будет классное представление. И надо только после последнего урока остаться и смотреть из окна на школьный двор, — ответила девушка и, изумлённо подняв свои глаза, воскликнула. — Так это сейчас будет!

Быстро освободившись от сонного библиотечного полога, девушки дружно шагнули в широкий коридор школы.

Когда медленная процессия остановилась в самом центре школьного дворика, один из парней стал ногой расчищать бледную плёнку серого снега, внимательно разглядывая рубцы старого асфальта, открывавшиеся перед его глазами. По его поведению можно было понять, что он что-то тщательно ищет под снегом. Ему пришёл на помощь другой парень, держащий в руке обрезок арматуры, которую Дима только сейчас смог разглядеть.

Подошедший парень спросил:

— Точно здесь?

— Да тут где-то, это точно, я летом видел, когда они чистили канализацию, вот рядом с этими дверями, — и рыжий парень махнул на находящиеся невдалеке от него высокие железные двери с потрескавшейся краской.

Попытка в поиске так необходимого им у парня с железкой в руке оказалась более успешной и вскоре, простукивая прутом тонкий снег, он радостно крикнул:

— Нашёл!

— Молодец, а теперь открывайте аккуратно его, — вставил свою реплику Кочин и, повернулся к Диме. — Немного терпения и сейчас вам, уважаемый, будет предоставлен личный мини-бассейн. Большого мы не смогли найти поблизости, к сожалению, но надеемся, что мастер по плаванию и тут сможет показать нам своё мастерство.

Димка сквозь редкие снежинки начавшегося снегопада рассеяно слушал монолог высокого парня. «Какой ещё бассейн тут, во дворе?» — его мысли кружились также беспорядочно, как и снежинки в этом лёгком еле ощущаемом воздухе.

Кочин, видя Димкино недоумение, старательно стал объяснять происходящее:

— Сейчас мои ассистенты подготовят всё необходимое. И от вас, уважаемый, мы все дружно ожидаем мастер-класс по нырянию или плаванию, на ваш выбор, в небольшой водоём. Да, про самое главное забыл сказать: вы показываете нам своё мастерство, а мы, соответственно, забываем вчерашнюю историю, произошедшую между нами.

Его речь вдруг прервал резкий крик и характерный лязг металла. В это время пара старательных помощников смогла наконец поддеть арматурным прутком ухо тяжёлой чугунной крышки, что накрывала спрятанный под снегом колодец, и почти полностью приподнять её вертикально. Но тяжёлая и влажная крышка выскользнула из их рук и, крутанувшись, с громким стуком, упала на своё привычное место, при этом отбросив арматуру на чьи-то ноги и выпустив на волю из колодца специфический неприятный запах.

Картина происходящего постепенно стала вырисовываться, и Дима теперь уже мог понять, для чего у них этот железный прут, кусок длинной верёвки, и самое интересное, что он заметил, быстро осматривая территорию вокруг него, это пять-шесть парней, стоящих в раскрытых дверях на въезде, через которые недавно он прошёл.

«Хорошо подготовились, ничего не скажешь», — усиленно ища выход из сложившейся ситуации, подумал застывший в напряжении юноша.

В это время, слегка прихрамывая, Кочин направился на помощь своим дружкам.

— Надо подложить камень и брать её руками всем сразу, а то она с прутка съезжает и падает, — послышался голос кого-то из сгрудившихся возле колодца школьников.

Разглядев на снегу отложенную в сторону арматуру, Дима прикинул расстояние до неё и приготовился уже к спланированному броску. «Лишь бы успеть», — проскочила в голове шальная мысль. Но, словно читая его мысли, Кочин, поднимая огромную руку над собой, зловеще выдохнул в прохладный воздух февраля:

— Если в нашем плане появятся проблемы, то она первая будет нырять туда, – в руке он держал валентинку с фотографией Феи и выигранные билеты, бережно сложенные Димой в прозрачный файлик.

Все варианты самозащиты быстро растворились, и лишь одна мысль о возвращении украденных, таких важных для него предметов, прожигала сознание Димы. «Надо спасти фотографию Феи любой ценой», — выдохнул он про себя, понимая, что придётся соглашаться на все их условия.

«Обложили со всех сторон», — отрешённо размышлял Димка, разглядывая в воздухе редкие снежинки. Юноша скользил своим взглядом по убегающим белым кристалликам, которые, словно длинное многоточие в тексте, никак не хотели заканчиваться, будто не хотели впускать в этот текст новую строку.

2.30

В коридоре было оживлённо. Возле больших окон собралась приличная толпа школьников. Среди равномерного шушуканья учащихся вдруг выделился чей-то громкий голос:

— Ха! Был водоплавающий, а сейчас станет говн… — голос резко осёкся, видимо, тот, кому он принадлежал, увидел приближавшуюся к высокому окну Фею.

Обеих девушек пропустили к прозрачной плоскости стекла, за которой можно было увидеть на фоне серого снега одиноко стоящего юношу с поднятой вверх головой, словно он вышел на прогулку и задумчиво любуется танцующими вокруг него белыми пушинками снега. В нескольких метрах от него бригада Кочина самозабвенно боролась с упрямой крышкой от колодца.

По задуманному сценарию вот-вот должна наступить кульминация этого представления, и ожидание скорой развязки наполняло многочисленные глаза школьников неподдельным интересом к происходящему.

— Шоу захотелось? Шоумены недоделанные, — чуть слышно проговорила Фея, но в абсолютной тишине, мгновенно окружившей девушку, эти слова донеслись до каждого, кто стоял рядом. Сделав несколько шагов вглубь коридора, Фея обратилась к подошедшей светловолосой девушке:

— Лена, ты сегодня на машине?

— Да, — удивлённо ответила та, показывая брелок с ключами.

— Я возьму у тебя их минуты на три, не больше, машину прогрею, а ты пока тут побудь, посмотри на шоу, потом мне расскажешь.

— Да, конечно, а… ты умеешь? — растерянно пролепетала Лена, не ожидавшая такой просьбы от Феи — за всё время их знакомства Фея была абсолютно безразлична ко всем разговорам на автомобильные темы.

Фея быстро растворилась в школьном лабиринте, так ничего не ответив и оставив Лену в полном неведении. «Три минуты — это же немного. Она хочет, чтобы я её прокатила по нашим дворам?» — сумбурно кружилось в голове девушки, возвращающейся к большим окнам школьного коридора.

Снежинки плавно завершали свой белый танец. Синхронно с ними завершали свой танец с чугунной стокилограммовой крышкой начинающие школьные шоумены.

За Димкиной спиной послышались довольные возгласы — это старательные ассистенты Кочина вместе с ним смогли наконец укротить упрямую крышку и теперь всей толпой катили её подальше от колодца.

Провожая взглядом последнюю проплывающую мимо него снежинку, Дима вдруг заметил странное оживление возле ворот. Стоявшая в воротах толпа пацанов вдруг вспорхнула, как стайка испуганных воробьёв, и мгновенно исчезла с поля зрения. Через секунду в воротах показалась машина — сложная гамма краски, нанесённая на неё, придавала бронзовому колеру звучание неустрашимой решительности.

Проехав открытые ворота мягко и беззвучно, машина вдруг стала резко ускоряться в сторону школьников, копошащихся возле колодца. Дима, не веря в происходящее, невольно отступил на несколько шагов в сторону. Машина уже подлетала к ничего не видящим школьникам, и в самую последнюю секунду водитель, резко притормозив, заложил шикарный разворот.

Нарисовав на сером снегу красивый и чёткий круг, машина, словно могучий древний ящер своим мощным хвостом, правой стороной кузова легко отбросила метров на десять в сторону от себя всё, что находилось в зоне разворота.

Дима, ошарашенный увиденным, в изумлении смотрел, как по серой плёнке снега катились вдаль школьного двора фигурки школьников и весь их инструментарий.

Завершив разворот, бронзовый ящер замер в двух шагах от восхищенного юноши. Неожиданно дверь открылась, приглашая молодого человека вовнутрь. Спохватившись, Димка подбежал к упавшему на снег возле колодца файлику с валентинкой и, быстро вернувшись к машине, опустился на пассажирское место рядом с водителем. Повернувшись к водителю, он понял, что впервые в своей жизни потерял дар речи.

2.31

На следующий день, на редкость очень морозный и ветреный, после этого феерического шоу на школьном дворе, в гардеробе пропала верхняя одежда Феи. Её, всю испачканную краской, нашли под лестницей запасного выхода. Поэтому Фее пришлось после уроков идти домой налегке, за что её сильно отчитала Лена. Сама Лена перестала парковать машину возле школы, по вполне понятным причинам. Кочин, принявший основной удар на себя, как и положено главному заводиле, получив во время столкновения сильные ушибы и вывих ноги, в школу прийти не смог.

После случая с одеждой Феи в Димкин класс приходил Кирилл Фролов с ребятами из выпускного класса Любови Сабининой и предупредил — если подобные "фокусы" в адрес Феи повторятся, то вся компания начинающих шоуменов дружно отправится на больничную койку к своему другану.

В отличие от Димы, который был новичком, Фею знали почти все в школе. Многие поняли, что к Фее можно обратиться за помощью по любому серьёзному делу, и она всегда поможет, если это в её силах. Девчата советовались по вопросам моды и в выборе своего стиля. Мальчишки же зауважали её после случая, когда она спасла котёнка. Котёнка кто-то загнал на тополь возле школы, и тот от страха вскарабкался на самый верх почти тридцатиметрового дерева и своими громкими воплями «помогал» школьникам в процессе обучения. Многие пытались его снять, но животное проползло на край длинной тонкой ветки, которая не выдержала бы вес человека. Мешало и то, что у тополя очень слабая и хрупкая древесина.

А вот Фее удалось. Она смогла добраться до бедолаги. Но в какой-то момент ветка всё-таки обломилась. Пролетев несколько метров в воздухе, держа в одной руке вцепившегося в неё когтями ошалевшего кота, а в другой обломок ветки, Фея смогла всё же зацепиться за нижний ярус веток и благополучно спуститься на землю. А ребятам, обступившим её, она скромно сказала, убирая за спину расцарапанные руки:

— Я просто легче вас, поэтому и смогла дотянуться до него.

В школе Фея со всеми вела себя сдержанно и ровно, стараясь быть в стороне от шумной и активной жизни. Поэтому никто не ожидал, что вдруг она так конкретно себя проявит и станет защищать этого нового ученика. Но больше всех этого не ожидал сам новичок.

Приехав вечером в субботу с соревнований, Дима весь воскресный день думал только об одном. Думал о человеке, который, не обращая внимания на его внутреннее сопротивление, может быть, и сам того не подозревая, всё настойчивее проникал в его жизнь, в мир его Вселенной, привнося новые и до этого неизведанные размышления и переживания...

…Когда в тот день он закрыл за собой дверь машины и повернулся в сторону водителя, то от неожиданности просто все слова и мысли у него застыли где-то в подсознании. Машину, которую накануне он уже видел, Дима узнал без труда. Но почему-то он был абсолютно уверен, что за рулём находится брат светловолосой девушки, решивший его выручить в этот трудный момент.

Но, это был не он. За рулём сидела Фея. Тихо урчал укрощённый двигатель машины, дворники на лобовом стекле своими ресничками медленно смахивали лёгкий белый налёт. А время тягуче отсчитывало удивительные секунды. Они проехали, наверное, меньше минуты до уже знакомой парковки, но эти секунды для Димы были уже вне счёта – они жили внутри него сами по себе и могли легко растянуть свой бег во времени, в чём он и смог достоверно убедиться за прошедшие дни.

По сути, незнакомая девушка, сказавшая ему лишь своё имя, случайная встреча с ней в такой нелепой ситуации – всё это вдруг закручивается в какой стремительный водоворот событий, в котором Димка ещё не плавал, да и не очень-то и хотел. Но его желания этот капризный февраль совершенно не учитывал и открывал с каждым днём всё новые сюрпризы. Но пришло время притормозить этот неуправляемый и несущийся ком событий.

«Всё дело в этих, уже таких многострадальных, билетах в театр. Надо срочно вручить их Фее и закрыть эту тему. А там, глядишь, всё и утрясётся. Больше не хочется другим людям доставлять неудобства», — к выстраданному за эти дни решению подводил свои умозаключения парнишка, вышагивающий в сторону знакомой арки дома.

Дима не хотел признавать, но он прекрасно понимал, что его, парня, выручила из очень трудного положения обычная школьница, его ровесница, и это обстоятельство очень задевало. Хотя трудно назвать эту неординарную девушку обычной — он вообще такого человека встречает впервые в своей жизни. Он понимал, что она, предпочитавшая спокойную школьную жизнь, нарушила эту привычную тишину из-за него.

— Ну зачем она так себя ведёт? — обращаясь к искрящимся на солнце снежинкам, недоумевал Дима. Сам того не осознавая, он уже несколько дней сильно переживал за эту удивительную школьницу из параллельного класса.

2.32

Димка очень надеялся встретить Фею на улице, поэтому минут двадцать старательно курсировал в районе известной ему арки, но знакомого силуэта среди прохожих разглядеть так и не удавалось. Если пройти через арку, то можно попасть в большой вытянутый двор, образованный несколькими домами, но он понятия не имел, в каком из них проживала Фея.

Да и цель была одна — встретить её на улице, отдать этот призовой выигрыш, поблагодарить за всё и разойтись.

Вспомнилось, что все эти действия он не раз уже проделывал мысленно и совсем не сомневался, что в этот воскресный день у него всё и получится. Главное — увидеть Фею.

Задумчивость юноши, одиноко патрулирующего у ближайших улиц, внезапно была прервана. Прервана довольно забавным способом. Его левая нога, потеряв устойчивость, стремительно поехала сама по себе, словно на неё, без ведома хозяина, надели скользкие полозья. Покачнувшись всем корпусом, Дима смог удержать равновесие и вытолкнуть из-под ноги скользкий предмет. Пригнувшись, он с удивлением поднял с заснеженного тротуара разбитый телефон и стал внимательно осматривать пространство вокруг того места, где обнаружил его. В двух шагах от него находилась небольшая полукруглая площадка с парой скамеек. На одной из них сидела молодая женщина, внимательно наблюдавшая за ним. Сжав в руке обломки телефона, Дима направился к ней. Она же, облокотившись рукой о спинку скамьи, с нескрываемым любопытством смотрела на подходившего юношу.

— Извините, я тут задумался и случайно наступил на ваш.., – неловко начал Дима.

— Подарок! — почему-то резко оборвав парня, произнесла женщина.

— Он оказался таким скользким, что я.., – запнулся Дима, не понимая смысла сказанного.

— Верно подмечено, он был на самом деле очень скользким, — непонятными загадками продолжала говорить незнакомка.

— Кто?

— Да теперь не важно… уже не важно, — тихо и как-то устало выдохнула из себя незнакомая женщина, пытаясь изобразить подобие улыбки, а потом продолжила, обращаясь к нему. — А ты здорово прокатился на нём! Мне понравилось.

— Да, вот я задумался и.., — не зная как закончить этот странный разговор, растерянно проговорил юноша.

— Наверное, о девушке задумался? — не дав ему договорить, предположила женщина.

— Да, наверное, — от неожиданного вопроса Димкин голос просипел совсем тихо и неуверенно.

— Это подарок, — снова меняя тему, женщина ткнула указательным пальцем в сторону пострадавшего телефона.

— Мне жаль, — посочувствовал юноша, не зная, что можно ещё сказать в данной ситуации.

— А как мне жаль, что я не смогла на нём прокатиться, как ты. Но не переживай, я тоже его два раза ударила, но, видно, плохо получилось. Наверное, к тебе он и улетел с третьей попытки. Зато ты его профессионально прихватил, молодец.

— А зачем? — спросил Дима, пытаясь прояснить, почему его хвалят за раздавленный телефон.

— Выбрось, окажи любезность, — попросила женщина вместо ответа, делая в воздухе движение указательным пальцем в сторону урны, стоящей рядом со скамейкой.

— Не оправдал доверия? — неожиданно для самого себя, произнёс Дима, выкидывая в урну подарок.

— Хорошо сказано, — грустно заключила женщина, отвернувшись и сложив руки на коленях.

Стало тихо. Редкие гудки машин, обрывки фраз прохожих заглушались и не мешали этой тишине, которая безмолвствовала рядом. Присев на край скамьи, Дима заметил, как подрагивают женские плечи, и чисто человеческое сопереживание наполнило его сердце. Он понял, что надо немного побыть с этим незнакомым человеком, молча посидеть рядом. Через некоторое время чуть слышный голос женщины нарушил тишину:

— Спасибо.

Осознавая, что теперь можно и уйти, Димке захотелось напоследок поддержать эту незнакомку. Сделав несколько шагов к скамейке напротив, он быстро слепил небольшой снежок, придав ему форму птички, а из мелких сухих веток пристроил к этому белому шарику небольшой клюв и крылья. Бережно посадив птичку на край скамьи рядом с незнакомкой, он смущённо произнёс:

— Вы, тут поговорите немного, а я пойду.

Его спортивная фигура быстро растворилась в толпе прохожих в надежде встретиться с таким необходимым ему человеком.

2.33

«На тёплую крышу домика, дремлющего в полуденных лучах, большие кучерявые яблони неспешно роняли свои серёжки, и спелые сочные плоды время от времени гулко «бумкали», соприкасаясь с выцветшими остатками зелёной краски, ещё сохранившейся на плавных изгибах железной шляпы.

И казалось, что это яблочные часы мирно тикают и в светлых бликах плывущего над прозрачными облаками весёлого небесного светлячка отсчитывают такие долгожданные мгновения бабьего лета.

В открытое окно сентябрь мягко проникал духмяным ароматом разнотравья и стрекотанием кузнечиков. Собранный очень давно из старой риги дом, словно гриб-боровик, основательно врос в землю, позволяя весело шуршать дружной компании мышек в изгрызенных брёвнах сруба.

В комнате, возле окна, пристроился старый диванчик, и на нём в лёгком полумраке можно было различить два силуэта. Мужчина, облокотившись на спинку дивана, читал книгу, подсовывая жёлтые страницы под тонкую полоску света, исхитрившуюся добраться до него через плотную паутину многочисленных веток и стволов. А женщина, прислонившись головой к широкой мужской спине, укрытой светло-голубым свитером, полулежа устроилась рядом, внимательно наблюдая, как на низком потолке домика дрожат скользящие солнечные отражения, передаваемые с круглого экрана воды в бочке, так уютно расположившейся возле дома.

Светлые локоны молодой женщины разбежались по плечам, подсыхая после недавнего бултыхания в тёплой речке, а в голове также вольготно растекались мягкими клубочками разноцветные мысли, и в своей задумчивости она решала на каком клубочке ей сейчас остановиться.

Тётушка уехала в город по делам на пару дней и доверила ей с мужем своё нехитрое хозяйство. Выбраться из мегаполиса, пусть даже на короткое время, и побыть вдвоём на природе, в тёплой тишине — чем не сказка?!»

… Пожилая женщина завершила чтение вслух электронных строчек на экране монитора. Задумавшись ненадолго, она щёлкнула клавишей и перенеся свой взгляд на окно, за которым скользили редкие снежинки, громко воскликнула, вытягивая онемевшие руки перед собой:

— Хочу сказку! Хочу тоже бабье лето! Кнопа! Пойдёшь купаться? — она развернулась от стола в сторону кресла-качалки, где, мирно покачиваясь и внимательно изучая толстый иллюстрированный журнал, уютно расположилась девушка с небольшой собачкой на коленях.

Кнопа, так сокращённо звали собачку, навострила ушки, посмотрела на хозяйку, и, не изъявив большого желания поддержать этот призыв, снова уткнулась под локоть девушки.

— Так, интересно, что там дальше? Надо дочитать, пожалуй, — вновь повернувшись к экрану, проговорила женщина и продолжила своё чтение, наполняя комнату зычным голосом…

«Единственное задание, порученное тётушкой, для городских жителей было довольно сложное, но его с большим трудом удалось всё-таки выполнить. Нужно было один раз в день, вечером, уговорить, укротить – короче, любым путём – извлечь молоко из однорогой бандитки по прозвищу Чернушка, то есть выдоить это непредсказуемое создание животного мира из класса парнокопытных, а попросту говоря — козу домашнюю. Тут надо добавить ещё — с тигриным характером.

Это «удовольствие», в виде дойки козы, сегодня они решили отложить на более позднее время. Для этой операции нужен особый настрой и полная мобилизация всех явных и скрытых резервов человека. В этом они убедились с первой же попытки. Измучившись, пара приобрела бесценный опыт, который наверняка ей пригодится. Первое — крепко привязать верёвками все конечности подвижного козьего организма. Это главное. Но, чтобы получить молоко, его, увы, недостаточно. И тут на помощь находчивым горожанам пришли… бананы. Неожиданно, но очень кстати.

Вчера, поступив очень разумно, они стали доить во время кормления. Но коза, сразу выбрасывая цепкими зубами из ведёрка аккуратно нарезанные на кусочки яблоки, дала понять, что она уже не может на них смотреть и, в конце концов, она же не завод по переработке яблочной продукции. Комбикорм она тоже жевала нехотя, при этом умудряясь пританцовывать, чем внесла ясность — подойники с ней бесполезны. Но даже выдаивая молоко на землю, необходимо хоть на короткое время добиться во всех подвижных шарнирах этой чёрной и злобной морды тишины или, проще говоря, спокойного, устойчивого на четырёх копытах, стояния.

Тут городские начинающие животноводы заметили, как ест бананы эта грозная и опасная козья особь! Вернее, не сам банан, а самое вкусное что есть в нём — банановую шкурку! Первым делом — Чернушка вылавливала из ведёрка это лакомство, затем поднимала голову кверху, сладко закрывала свои глаза и начинала размеренно жевать, жевать, жевать. Сразу же все её конечности приходили в состояние полного покоя, и можно было делать с ней всё, что хочешь, только вовремя успевай-подсовывай банановые шкурки…

Женщина вздохнула, словно осталась довольна распутанным ярким клубочком нитей и, разглядывая подвижные блики на потолке, задумчиво переключилась на другой мысленный клубочек. «А ведь, если всё сложится, то это могут быть отражения не от воды в бочке, а от настоящего моря». И опять в её голове стала прокручиваться больная для неё тема — тема отпуска. С отпускными графиками на работе постоянная чехарда, и от этого мечта об отдыхе на море с завидным постоянством остаётся только мечтой. Но, возможно, на следующей неделе всё решится положительно. Правда, для этого надо, чтобы кое-кто согласился на неделю передвинуть свой отпуск, а ещё кое-кто дал бы добро на подстраховку в графике работ. Этот клубок размышлений оказался таким насыщенным, что женщина не выдержала и громко произнесла проблему, так сильно заботившую её:

— Увижу я море когда-нибудь в своей жизни? Чувствую, и в этом году у некоторых опять будет куча всяких непредвиденных обстоятельств. Я вот всем стараюсь идти навстречу. Ну, почти всем, — она вопросительно повернула свою голову в его сторону, ожидая ответа от мужчины, погрузившего в чтение.

— Не в этом, так в следующем поедем, — безразлично произнёс в ответ слегка хриплый мужской голос.

От услышанного в голове женщины всё резко потемнело, словно радужная гамма клубочков вмиг померкла, и всё окрасилось в чёрный цвет. Без права на выбор. В воспалённом сознании стремительно вырастал огромный пиратский корабль, гордо поднимался на мачте флаг с черепами, и из открывающихся пушечных портов на врага выкатывалась целая батарея, готовая уничтожить любого, стоящего на пути. А объект для стрельбы в это время, прислонившись к спинке дивана плечом и ничего не замечая, тихо переворачивал очередную страницу интересной книги.

Ядра непостижимых слов и даже целых фраз, в виде шрапнели, уже были заложены в наведённые орудия, и оставалось только дать команду на открытие огня.

«Ну почему он спокоен, как танк? Я три года выгрызаю отпуск летом, а мне достаётся только бочка дождевой воды в итоге. Даже не посочувствовал мне.., " — негодуя, кипел разъярённый капитан корабля.

И уже не имея сил сдержаться, она, выпустив из себя неразборчивое восклицание, быстро вскочила и выбежала из комнаты. Ноги сами привели её в уже знакомую каморку кладовки. Тут, возле маленького окошка, уткнувшись горячим лбом к запылённому стеклу, она нервно опустила руки в корзину с яблоками. Ногти сильно вонзились в сочные бока фрукта. В стекле на неё смотрел очень расстроенный человек.

«И чего я опять завелась на пустом месте? Хорошо хоть в этот раз смогла сдержаться и не наговорила кучу всякой ерунды, а то потом снова бы два дня ходить с извинениями».

Вдруг ветер бросил в окошко лёгкую горсть мелких дождинок, и они смело разбежались по отражению лица. «Правильно, надо рыдать над своим поведением», — поблагодарила женщина дождик и, немного успокоившись, вышла из тесной каморки.

«А в тот раз были сливы», — она вспомнила, как в прошлом году в похожей ситуации выдавила все косточки из целого ведра слив. Воспоминания заставили женщину покраснеть, и она быстро вернулась в комнату, оставленную в пылу ярости.

Мужчина невозмутимо продолжал читать. Забравшись на диван и уткнувшись лицом в колючие нитки вязанных рядов связанного ею свитера, женщина вспомнилось, как обрадовалась, увидев пряжу красивого цвета, оказавшейся такой колючей. Но она всё равно была довольна, что её изделие исправно используется по назначению.

«Надо другой связать, мягонький, а то в этом даже и не обнимешь толком», — укоряя себя, женщина прижалась ещё сильнее, останавливая пытавшегося повернуться к ней человека. Вытирая вспотевший лоб, она невольно задела его яблоком, которое до сих пор крепко держала в своей руке. Внимательно рассмотрев его, с одной стороны обнаружила небольшую червоточину и, сочно надкусив этот бок, передала яблоко через плечо задумчивому читателю. Прижавшись губами к её руке, в знак благодарности, мужчина тоже откусил от яблока, аппетитно причмокивая. Улыбнувшись, женщина успокоилась, и на память ей сразу пришли слова, несколько лет назад сказанные тётушкой:

— За любовь надо бороться.

— Ха, это ещё зачем? И с кем это мне бороться за неё? Тогда это вовсе и не любовь, — ответила она, не понимая тогда слов тётушки.

Но сейчас, спустя годы, пришло понимание того, что бороться надо обязательно, и эта борьба со своим «сказочно-волшебным» характером очень нужна ей самой»...

Дама в летах погасила экран монитора и, обращаясь к девушке в кресле, сказала:

— Всё. Дочитала до конца. И знаешь, как называется этот рассказ? — сделав небольшую паузу, она задумчиво проговорила. — «Женский фантом».

Тихо звякнули часы на стене и, встрепенувшись на коленях девушки, собачка вопросительно посмотрела на хозяйку.

— Света, может, сходишь с Кнопкой, прогуляешься, а я пока оладьи тут организую со сгущёнкой.

— Можно, — тихо ответила девушка, направляясь в прихожую.

Вскоре за окном появилась стройная фигурка в спортивном костюме с шустрой собачкой на поводке. Пожелав мысленно из окна девушке Ангела-Хранителя, хозяйка улыбнулась и отправилась на поиски всего самого необходимого для обещанной выпечки.

2.34

… Время безостановочно съедало день за днём, но всё было без изменений. Старание двух братьев не приносило ожидаемого результата. Даже на сильные магические предметы, которые они с большими трудностями приобретали в своём путешествии, шкатулка никак не реагировала.

Недостаток воды немногочисленные жители страны ещё могли компенсировать плодами деревьев и то только теми, которые имели сильную корневую систему. Но таких деревьев было не так много и, вдобавок, достать на большой высоте эти плоды мог далеко не каждый: для этого необходимо иметь сильное и ловкое тело. Поэтому после долгого перехода, разбив вечером свой лагерь возле высокого лесного исполина, братья отдыхали, чтобы рано утром приступить к выполнению трудного задания по сбору плодов.

В очередной раз открыв шкатулку, старший брат задумчиво проговорил:

— Да, уже совсем серая стала, надо поменять её на новую, — стараясь при этом что-то вытащить из неё.

В его руках появилась небольшая серая тряпочка. Немного поразмыслив над увиденным, он добавил:

— А раньше была такой чистенькой, мне даже казалось, что она светилась немного. Но видно, это просто моё воображение разыгралось.

Младший брат в это время старательно изучал свою, а заодно и своего брата, прилично изношенную обувь, думая над тем, как можно её подлатать, чтобы она выдержала завтрашний день. Но, услышав от брата слово «воображение», удивлённо взглянул на него – раньше тот никогда не использовал его в своей речи.

— Какое ещё у тебя может быть воображение?

— Да я вот про это, — показывая небольшой кусочек серой ткани, равнодушно ответил ему старший брат, а затем более оживлённо добавил. — Я уже новую прикупил вместо этой. Посмотри, какая красивая, на ней даже узоры есть.

Разглядывая во второй руке брата нарядно расшитый платок, который действительно выглядел намного интересней и привлекательней, младший брат взволнованно спросил:

— Так это…она там, в шкатулке была, когда мы взяли её у отца в кабинете?!

— Да. Там в шкатулке она лежала… Лишь подкладка была, и на ней ничего не было. А сейчас я хочу другую туда положить, вместо этой серенькой.

Сердце младшего брата дрогнуло. Тихо, но вполне ощутимо. Он медленно и отчётливо повторил про себя всего два слова, произнесённые только что братом. Эти два слова заставили его резко вскочить и, прислонив свои руки к голове, сказать вслух:

— Туда… положить.

— Конечно, вместо этой, — ответил старший и положил серый лоскуток на сложенный хворост для костра.

— Тогда я возьму её себе? — осторожно снимая потемневший лоскуток материи с нарубленных сучьев, спросил младший брат.

— Бери, мне она не нужна.

Понимая, что все свои догадки, только что появившиеся, будет трудно объяснить брату, охваченный сильным волнением, он положил кусочек лёгкой ткани в свой маленький кожаный мешочек, что носил на шее, где находилась и небольшая бутылочка с водой из источника, которую младший брат очень бережно хранил.

2.35

— Подарок Феи — это её доверие… — обращаясь к холодной и пенистой шубке, наброшенной порывистым ветром на упругие плечи бегущей реки, после долгих раздумий извлёк из себя Дима, остановившийся на широких ступенях массивной лестницы, предлагающей ему выбрать дальнейшее направление своего путешествия.

Возможных вариантов было немного, можно было продолжить свой путь по набережной в двух направлениях: по течению реки или наоборот — навстречу плывущим бесчисленным гребням воды, подгоняемой сильным и протяжным ветром. После небольшой паузы Дима шагнул навстречу ветру по уставшим от беспокойных горожан квадратам каменных плит с маленькой, но ещё жившей в его сердце, надеждой.

За отшлифованной мраморной полочкой парапета бежал живой пульс водной стихии, и прямо сейчас река легко проталкивала перед его глазами невероятное количество воды за неуловимое мгновение. Мощь и стремительная сила природы, сконцентрированная в взметнувшихся кольцах мостов, щедро делясь и подпитывая своей энергетикой, всегда освежала в Димке восприятие жизни и помогала совершать свои шаги по городским протокам переулков и улиц.

Стихию воды надо уважать… Понимание важности этого для человека у Димы сложилось с раннего детства. В четыре года он с родителями отдыхал у родственников в деревне и, получив на свою просьбу о желании порыбачить стандартный ответ — подрасти сначала – решительно приступил к изготовлению удочки самостоятельно. В результате горе-рыбака, свалившегося в воду с лодки, причаленной в небольшом затоне, успели вовремя выловить, и уже на следующий год небольшой прямоугольник лягушатника, так называли маленький бассейн для начинающих плавать детей, принял в свои объятия будущего спортсмена, покоряющего водную стихию.

Ветер, растягивая верхушки волн в разные стороны, скрывал сильное течение реки. Снежинки шустро мчались мимо на воздушных рельсах причудливой формы, и немного уставший пешеход, внимательно разглядывая силуэты случайных прохожих, двигался, постоянно размышляя о своих, порою и для него самого удивительных представлениях, засевших в его голове.

За то короткое время, что Дима мог видеть Фею рядом, в его воображении непроизвольно рисовался картинный образ: девушка сидит за столом, на столе налитый чай в кружке и печенье на тарелочке. А стол на этой картине установлен в красивой беседке на высоком берегу реки.

Девушка смотрит на летящую над водой птицу. Во взгляде, да и во всём её облике, отражение только одного — простого созерцания. Ни удивления, ни интереса, таких присущих почти всем эмоций, в её облике трудно рассмотреть. Может быть, они и есть, но так глубоко спрятаны под этим бесконечным и абсолютным созерцанием.

Вот она видит, как птица в стремительном полёте задевает своим крылом гладь воды, потом подлетает к столу и устраивается на изгибе ажурной ручки, прикрепленной к чайной кружке. Взгляд девушки всё также спокоен и ровен, лишь лёгкое ощущение, как тонкий аромат изумительного чая, позволяет внимательному зрителю уловить в её взгляде, прикрытом красивыми ресницами, нотку задумчивости о чём-то своём.

Стараясь перейти от воображения к реальности, Димка решил побыстрее добраться до следующего моста и закончить на сегодня свою поисковую экспедицию…

Негромко пискнул телефон, напоминая о пришедшем сообщении и, перехватив длинный поводок в другую руку, девушка достала из кармана сотовый и стала читать текст. Она не видела, как по дороге, примыкающей к набережной, следом за ней уже несколько минут медленно ехал небольшой скутер. Словно дождавшись этого момента, водитель скутера притормозил, а его пассажир быстро зачем-то подбежал к тонкой ниточке поводка, соединяющего девушку с маленьким четвероногим питомцем… и уже через пару секунд маленькое тельце собаки по большой дуге беспомощно летело в свободном полёте навстречу холодным волнам реки, лишь жалобно взвизгнув от такого неожиданного обращения.

Ещё через пару секунд, уже стоящая на парапете девушка, тоже совершила свой прыжок.

2.36

«Успел!» — радостно отметил про себя человек, рванувшийся в стремительном полёте к взъерошенным прядям реки. Этим человеком был один из редких прохожих, решившийся на прогулку по набережной в этот ветреный и холодный день…

Дима заметил девушку после того, когда обошёл группу людей, состоящую из трёх бодреньких пенсионеров с лыжными палками в руках. Быстро прибавив шагу и не доходя до Феи метров тридцать, он невольно стал свидетелем произошедшего.

В тот момент, когда юноша увидел в воздухе силуэт испуганной собачки, мгновенно, словно выстрел стартового пистолета, его пронзила короткая мысль — надо её опередить!

Он был уверен в том, что произойдёт через пару секунд, и поэтому, резко сбросив свою куртку на холодный мрамор больших плит, сильно оттолкнулся от широкой полочки каменного барьера. Отметив боковым зрением место приземления маленького четвероногого купальщика, Димка вслед за ним шумно врезался в высокий гребень бегущей реки.

Вынырнув в пяти метрах от беспомощно барахтавшейся собачки, он уже через несколько больших гребков держал в руке тонкий обрывок от её поводка. Крепко прижав одной рукой к груди маленькое существо, пловец изо всех сил, максимально отрабатывая ногами и одной свободной рукой, старался как можно ближе приблизиться к высокой набережной.

Этот момент был очень важен. Сильное течение реки, делая вместе с набережной плавный поворот, с большей долей вероятности могло утянуть их далеко от берега на стремнину широкой реки, и тогда ближайший на набережной спуск к воде, что находился примерно в пятидесяти метрах по течению, стал бы недосягаемым. А следующий спуск к воде находился далеко, и если Дима за себя был относительно спокоен, то вот за своего напарника не мог поручиться.

В течение этой минуты река забрала много тепла и сил у активно прокладывающего свой курс плывущего человека. Ноги заметно потяжелели, и холод тонкими колючками стал понемногу обволакивать всё тело, но невзирая на это, юноша отчаянно продолжал сопротивляться быстрому движению реки.

Долгожданная площадка спуска-пандуса к реке появилась за небольшим округлым выступом набережной. Сделав последний гребок, Димка прикоснулся рукой к холодной и влажной кладке каменной пристани. Пытаясь ухватиться за верхнюю кромку площадки, он вдруг с удивлением обнаружил перед собой рукав своей куртки. Ухватившись за него, он вначале вытолкнул наверх своего мокрого пассажира и, схватив рукав второй рукой, стал медленно выбираться из зыбких объятий недовольной реки.

Димка с большим трудом смог втянуть себя на долгожданную и уже никуда не убегающую твёрдую поверхность пристани. Перевернувшись на бок, он неожиданно увидел следующую картину — Фея, обхватив ногами старинную причальную тумбу, установленную на этой площадке, лежала вытянувшись в струнку на сером мокром снегу, крепко удерживая руками связанные вместе две спортивные куртки.

2.37

Нарушив тишину падающих снежинок, до Димки, который пытался втиснуть в куртку свои озябшие руки, донёсся резкий и пронзительный звук тормозов. Так же внезапно звук этот и стих где-то над головой. Обернувшись к широкой лестнице, что двумя плавными линиями убегала вверх, и никого не обнаружив рядом, Дима подхватил небольшой пакет, лежавший неподалёку, накинул куртку на плечи и торопливо стал подниматься по высоким ступеням.

Быстро шагать не получалось, зимние кроссовки непривычно всхлипывали, словно были недовольны таким необдуманным обращением и двумя тяжёлыми гирями замедляли восхождение своего хозяина. Преодолев последние ступени, он сразу упёрся глазами в большой сверкающий самовар, обвешанный бубликами и крендельками, а нарядная пожилая женщина наливала в чашку чай и на блюдечке протягивала Диме аппетитные пирожки. Разноцветные буквы чуть выше соединялись в очень востребованную для такой погоды фразу — «Всегда свежая выпечка!»

Отвлёк Диму от дальнейшего изучения этой вкусной картинки громкий окрик водителя газели, чей раскрашенный фургончик он сейчас и рассматривал. Делая круговые вращения рукой, шофёр автомобиля предлагал ему обойти машину, указывая на место рядом с собой.

«Да я и сам дойду», — подумал заторможено юноша и уже хотел сделать отмашку рукой, но вовремя вспомнив про пакет девушки, шуршавший на ветру, направился к машине.

Дверь с другой стороны газели была приоткрыта и, осторожно потянув её на себя, он стал протягивать девушке оброненный ею пакет. Но Фея вместо того, чтобы взять пакет, немного подвинулась на сиденье в сторону водителя. Рука с пакетом повисла в воздухе. Димка замер в нерешительности, не зная, что делать дальше. Тут на помощь ему пришёл громкий окрик мужчины:

— Ты долго там стоять будешь? Залезай скорее, пока в сосульку не превратился.

Фея ещё немного подвинулась и стала медленно поворачивать свою голову в его сторону. Почему-то встречаться с её взглядом Дима сейчас не очень-то хотел. Ему подумалось, что Фея может вообразить, что он следил за ней. Но вспомнив про билеты в театр, о которых он совершенно забыл, вымокший паренёк шагнул в кабину грузовичка.

Двигатель автомобиля запел свою песню, и машина стремительно поколесила по мокрой дороге. Буквально через несколько секунд промозглый холодный ветер с реки, попав в раскрытую дверь машины, был побеждён вкусным и удивительным ароматом —запах горячего хлеба крепко обласкал своим объятием всех присутствующих.

— Значит, некоторые товарищи уже в феврале плавательный сезон открывают?! — с улыбкой произнёс водитель, выискивая весёлую музыку на радиоволне приёмника. — Ну и как водичка? — снова спросил мужчина, доставая из-за водительского кресла два белых хлеба и протягивая их Диме в руки. — Возьми их и под куртку свою спрячь, они тебя хорошо согреют. Я всегда себе на хлебозаводе покупаю пару свежих.

Кивнув в знак благодарности, юноша бережно взял протянутый подарок и чуть было не вскрикнул от неожиданности — хлеб был настолько горячим, что обжигающей волной обдал замерзшие руки. Две хлебные грелки приятно согревали грудь и руки мальчишки, уставшего от промелькнувших коротких, но таких запоминающихся минут.

— А как у Вас дела? — обратился разговорчивый мужчина к девушке.

— Греемся, — спокойно ответила Фея, поглаживая выглядывающую из её куртки маленькую мордочку притихшей собачки.

Девушка смогла запихнуть собачонку под свою куртку целиком и теперь старательно согревала её своим телом. Дима обратил внимание на то, как уморительно выглядит вопросительно разглядывающая всех вокруг эта небольшая животинка — она словно пыталась понять, что ещё ей предстоит испытать в этот и без того запомнившийся февральский день.

От быстрого движения силой инерции на поворотах машину раскачивало в разные стороны, и Димка, всем телом вжавшись в фигурный вырез двери, старался как можно больше места освободить для сидящей рядом девушки. Их разделял лишь пакет, подобранный юношей возле реки. Димке почему-то становилось жарче с каждой минутой, и в этом тепловом эффекте горячий хлеб имел лишь незначительную долю своего участия. Весь основной вклад в основу этого жара вносили бесконечные переживания молодого человека, сумбурно проскакивающие мысленными всполохами под вязанной спортивной шапочкой, нахлобученной на мокрую макушку. Совсем не так он представлял завершение сегодняшней прогулки.

За окном машины быстро проносились городские строения разных размеров, и так же быстро пролетали разные мысли в измученной Димкиной голове. В его представлении всё сегодня должно было закончиться просто — встретить Фею, отдать билеты и валентинку. Правда, в отношении валентинки у Димы были немного другие планы, но это уже не главное, а самое главное — ему хотелось завершить эту нелепую ситуацию как можно быстрее, и поэтому он так обрадовался, увидев вдалеке знакомый силуэт девушки.

Но в итоге он почему-то не идёт к себе домой, а едет вместе с ней в машине.

Взглянув лишь краем глаза на свою соседку, он неожиданно почувствовал, что Фея сейчас какая-то другая. Поправив рукой воротник испачканной куртки, она пыталась убрать непослушную прядь своих волос под опущенный капюшон. На её лице промелькнул неподдельный интерес к притихшему от накативших раздумий соседу. Их взгляды на мгновение встретились, но в этот момент автомобиль опять сильно качнуло, поэтому Димка, пытаясь ответить на её взгляд, только и успел выдохнуть негромко:

— Да… — а всю остальную свою реплику «всё хорошо», — он смог договорить уже про себя.

Но видно и этого короткого ответа для Феи оказалось достаточно, поэтому посмотрев в большое вытянутое зеркало над лобовым стеклом машины, она стала аккуратно очищать небольшим платком серые пятна грязи на своей курточке. А ещё через несколько минут за окном замелькали знакомые переулки, и вскоре машина въехала в арку многоэтажного дома.

2.38

Горячая вода стремительно лилась из изогнутой блестящей трубки в подвижный пенный островок, увеличивая в объёме и оживляя белые хлопья, из-под которых под светло-жёлтым плафоном ванной комнаты появилась задумчивая макушка мальчишки. Побеждаемые теплом ароматной пенной шубки, последние частички холода ощутимо покидали его.

Перекрыв воду, Димка от усталости уже был не в состоянии осмыслить всё произошедшее сегодня. Слишком много событий уместилось в этот обычный зимний день. Случившееся было для него настолько неприемлемо, что Дима просто сознательно пытался не впускать это в свою реальность. Пока у него ещё получалось мысленно самоустраниться от эмоционального облака, влетевшего в его жизнь невесомым сгустком таких неожиданных мгновений.

Наработанная и отшлифованная до чёткого правильного круга орбита движения личного корабля под управлением молодого пилота была проложена вокруг нескольких основных точек жизнедеятельности: дом, школа, секция. И спокойно передвигаясь по заданной траектории можно было просто включить автопилот, и как это делают многие — незаметно день за днём наматывать круги этой повседневной жизни. Но почему-то в последнее время этот круг в Димкиной жизни принял форму эллипса, и свой корабль ему вынужденно пришлось перевести в ручной режим управления — автоматика оказалась бессильна на этой новой орбите. Упорные попытки пилота вернуть свой корабль к привычной схеме полёта терпели полную неудачу. Буквально несколько минут назад он даже и не предполагал, насколько далеко окажется это отклонение…

За дверью, в коридоре, послышался громкий шум, неотвратимо напомнивший Димке тягостные пережитые минуты…

…Притормозив, а затем развернувшись, возле многоэтажного старого дома, машина растворилась в тёмном проёме арки, оставив своих пассажиров у высоких дверей подъезда.

Пропиликавший свою короткую мелодию домофон позволил Фее открыть дверь, ведущую в дом. Машинально сделав в её сторону пару шагов, Димка остановился, не решаясь идти дальше. Но тут, почуяв близость родных стен, жалобно заскулила собака, а девушка, остановившаяся в открытых дверях, громко чихнула, и её плечи при этом сильно вздрогнули. Рука, упиравшаяся в холодную дверь, сжалась в небольшой кулачок, и только тогда Дима понял, что ей сейчас холодно находиться на улице, и он её задерживает. Юноша торопливо шагнул к подъезду — надо же закончить миссию по вручению билетов. Узкие и длинные пролёты лестничных маршей тянулись утомительно долго, и с каждым шагом Димке приходилось преодолевать тяжесть мокрой и холодной одежды.

Дрожь тела усиливалась, справиться с ней не удавалось, и юноша пытался как можно быстрее догнать убегающий силуэт девушки, но крикнуть и попросить подождать его сил не было. Холод своей цепью сковал тело так, что даже язык потерял свою обычную подвижность. Где-то над головой открылась дверь, и Дима, опираясь на перила, с опаской стал завершать это непростое для него восхождение.

В серый полумрак лестничной площадки из открытой двери струилась яркая полоска света, и, осторожно заглядывая в этот светлый луч, Дима попытался расстегнуть молнию на внутреннем кармане куртки. Молния упрямо сопротивлялась, и поэтому пришлось распахнуть куртку, чтобы рассмотреть, что мешает открытию кармана, в котором хранились эти несчастные билеты в театр.

— Сейчас поможем! — незнакомый женский голос вдруг мягко прозвучал над склонившейся головой мальчишки. Кто-то быстро втянул его вовнутрь квартиры, и дверь за ним сразу же закрылась, звонко щёлкнув дверными засовами и замками. Юноша опешил от такого развития событий и попятился назад, но почти сразу упёрся в крепкое полотно двери.

— Тебя как звать-величать?! — обратилась к нему пожилая женщина, проворно извлекая Димку из куртки.

— Дим… Дим… — только и смог проговорить Дима, пытаясь назвать своё имя. В тёплом помещении его вдруг стало знобить, и, стараясь собраться с рассыпанными в беспорядке мыслями, он потянулся к заветному кармашку куртки.

— Дим-Дим! Ха! Это как колокольчик! — неожиданно проговорила женщина, убирая куртку в сторону и разглядывая своего гостя.

— Я пойду… — пытаясь освободиться от опеки внимательных и почему-то смеющихся глаз, юноша добавил неожиданно для самого себя, — бабушка…

— Ну наконец-то, свершилось! — звучно пропела хозяйка квартиры, ловко снимая прилипшую к ногам Димы обувь, предварительно лёгким тычком посадив замерзшего юношу на небольшой табурет в прихожей.

— От сына не дождёшься, когда он мне погоны бабушкины принесёт! А вот же — есть добрый человек! — стаскивая с паренька мокрую толстовку, проворковала с улыбкой седоволосая дама в нарядном переднике и, приветливо заглядывая в глаза смутившегося паренька, попросила. — Скажи ещё разочек!

— Софья Ивановна, а где фен? —вопрос Феи, раздавшийся из ближайшей комнаты, выручил Диму из затруднительного положения.

— Я пойду, — робко повторил юноша, воспользовавшись тем, что внимание к нему ослабло.

— Пойдёшь, пойдёшь! — одобрительно кивая головой подтвердила хозяйка, заталкивая сопротивляющегося молодого человека в ванную комнату, где уже вовсю бурлила вода, а терпкий запах хвои приятной волной заполнял небольшое помещение. — Через две минуты заберу одежду твою на просушку, — не терпящий возражения громкий голос заставил Димку не мешкать, а торопливо спрятаться под тёплыми хлопьями пены…

2.39

Шум стих… В приоткрытую дверь после короткого стука проникла рука и, задержавшись на секунду, быстро исчезла, оставив на светлом фоне двери слегка покачивающийся пакет с одеждой.

Сквозь мысленный туман, плывущий в тёплом воздухе этой уютной и восстановительной капсуле-комнате, Дима давно обратил внимание на задумчивый взгляд незнакомца, с лёгкой хитрецой прищуренных глаз посматривающего в его сторону. Белая пластинка была аккуратно вырезана из металла, и её контур был довольно запоминающимся. С одной стороны одна кисть руки человека слегка приподнимала над его головой красивую шляпу, а с другой стороны вторая кисть была обращена в сторону отмокающего в ванной мальчишки. При этом она была сжата в кулак. Чем-то этот незнакомец напоминал Димке фокусника, артиста цирка. И вот сейчас этот фокусник из своего сжатого кулака раскрыл мизинец, и на нём замер пакет с его, Димкиной, одеждой. Словно произошёл очередной фокус этой непредсказуемой реальности.

Вторая кисть, выполненная в виде вешалки и пальцев-крючков, захватила сейчас всё внимание юноши, и, будто откликаясь в ответ на это внезапное появление такого чуткого и внимательного зрителя, фокусник решил продолжить своё представление. Вдруг, как это и бывает, в полной и беззвучной тишине из сжатого кулака с характерным щелчком медленно выскочил ещё один палец-крючок. Сердце парнишки забилось быстрее обычного, и, не дожидаясь продолжения данного представления, он торопливо стал одеваться.

В небольшой прихожей горел свет и вкусно пахло выпечкой. На кухне негромко играла музыка, были слышны чьи-то шаги… «Наверное, там хозяйка», — подумал Дима, вспоминая как её зовут и нерешительно разворачиваясь в направлении приятных кулинарных ароматов. Но, сделав пару шагов, ему пришлось сделать остановку — заиграла звонкая трель домофона, и в прихожую из кухни быстро вошла улыбающаяся женщина. Взяв трубку, она мелодично пропела:

— Да, открываю, солнышко.

Она раскрыла настежь дверь квартиры, придерживая её рукою. Димка оказался прикрытым этим импровизированным барьером, чему он был весьма рад. Увидев в прихожей свою куртку, Димка облегчённо вздохнул. Протянув руку к встроенному шкафчику, снял её и крепко прижал к себе. Ему хотелось поскорее покинуть эту квартиру — ощущение неловкости в этом месте у него просто зашкаливало. Настороженно ожидая появление позвонившего человека, он вжался в самый угол небольшого прямоугольника прихожей.

— А ты быстро, и переоделась уже. Это хорошо, — прозвучал по ту сторону барьера-двери приветливый голос хозяйки.

— Вот возьмите, думаю, это подойдёт, — с легким покашливанием ответил ей вошедший человек. Им оказалась Фея.

— Я пойду, а за оладьи Вам большой сердечный поклон от мамы, — тихо добавила девушка, прощаясь с шумно повизгивающей собачкой.

«Стоп, стоп, так, значит, она здесь не живёт?! И где тогда её дом?» — вопросы, на которые не было ответа, хаотично закружились в голове мальчишки. Самое главное, что он понял сейчас — Фея собирается в данную минуту покинуть эту квартиру. С резким хрустом решительно дёрнув упрямую молнию, Дима вытащил из кармана билеты в театр, так изнурявшие его всё это длительное время, и, протянув их через плечо пожилой женщины в сторону Феи, быстро проговорил:

— Мы выиграли эти билеты в театр на празднике валентинок…

Тут пакетик с билетами неожиданно выскользнул из его руки и упал к ногам хозяйки.

Эта неловкость не позволила ему договорить фразу «возьми их себе» до конца. Юноша потянулся к упавшему пакетику, чтобы завершить утомительную для него процедуру, но его опередила вмешавшаяся в монолог хозяйка. Она ловко подхватила билеты и, рассмотрев их, передала стоящей рядом девушке.

— Билеты в театр! Как романтично! Света, смотри — тебя в театр приглашают! Не перевелись ещё настоящие кавалеры! — с восхищением, размахивая руками от переполняющих эмоций, словно это её саму пригласили, дама одобрительно посмотрела в сторону взволнованного мальчишки.

Димка был категорично не согласен с такой трактовкой его монолога и, набрав побольше воздуха в лёгкие, решил до конца высказать своё мнение:

— Да я отдал их не для того… — большой пакет, с громким хрустом прижатый к его лицу, моментально перекрыл предполагаемую длинную тираду.

— Тебе девушка свитер принесла из дома, чтобы ты согрелся и не заболел, — крепко удерживая упаковку на лице изумлённого парня, ласково проговорила женщина, делая акцент на «ТЫ» и своим твёрдым взглядом утверждая, что лучше ему вспомнить поговорку о том, что молчание — золото.

В это время Фея внимательно рассматривала отданные ей билеты и, ещё раз погладив ласкающуюся к её ногам Кнопку, протянула билеты обратно, добавив всего одно слово:

— Возможно.

2.40

Высокий и широкоплечий парень, подкинув ногой вверх лежащий на полу баскетбольный мяч и перехватив его в воздухе рукой, ловко закинул спортивный снаряд на провисшую сетку гандбольных ворот, установленных в большом спортзале школы.

В тренерской зашумел чайник, и запах кофе пробежал из открытой двери в притихший зал, мечтавший на большой перемене хоть немного отдохнуть от громогласных и беспокойных учеников. За окном зима слабо напоминала о себе: белыми крупинками постукивала в широкое окно, заставленное разнообразными кубками и вымпелами, покорно ожидающими установки нового спортивного стеллажа. Константин медленно развернулся на кресле к прямоугольнику оконного проёма и, прокатившись пару метров, взял в руки высокий кубок на яркой подставке. На блестящей поверхности спортивной награды была нанесена большая римская цифра II. Мужчина закрыл одну полоску на кубке и задумчиво вздохнул.

«Ну почему она отказалась от участия в финале?» — возвращаясь в очередной раз к событиям прошлого года, Константин так и не нашёл в своих размышлениях желаемого ответа…

… Соревнования на первенство города по настольному теннису среди учащихся проводились в школе со спортивным уклоном, где настольный теннис был одним из главных направлений. Обычно по регламенту в таких соревнованиях участвовали только команды, имеющие в составе не менее шести участников. Но в этом году, в канун юбилейной даты с основания первого турнира по теннису, в городе решили сделать исключение и провести личное первенство среди юношей и девушек.

Это событие привлекло повышенное внимание и создало небывалый спортивный ажиотаж. Участников было много, поэтому первый день выявлял счастливчиков, сумевших пробиться в основную сетку турнира.

Константин зашёл в оргкомитет для регистрации заявки участника от своей школы. В графе его заявки, где необходимо было указать спортивный разряд спортсмена, стоял жирный прочерк. Потеребив свою шевелюру, он отдал заполненный бланк.

— Да Вы, что — смеётесь что ли? — возмутился грузный мужчина, рассматривая за большим столом большую стопку бумаг.

— Так мы по району, вроде как, первое место взяли, — настойчиво добавил Константин.

— Вот и сидели бы в своём районе, зачем на город вылезать. У вас в районе, кроме борцов и нет ничего стоящего, — раздраженно произнёс толстяк в сером костюме.

Отчасти Костик мог с ним согласиться — по спортивным показателям больших успехов в районе не наблюдалось, но его сильно заинтересовала девушка, уверенно и спокойно взявшая первое место среди сверстников близлежащих школ.

И словно читая его мысли, толстяк отпустил ещё одну фразу:

— Тут ведь ещё и из других городов спортивные школы участников заявили, есть даже ребята из центра олимпийской подготовки. Первенство — Открытое! — делая ударение на «О», с нажимом закончил свою реплику грузный человек, и, уже обращаясь по инерции к самому себе добавил. — Даже хотели международный формат сделать, но хорошо вовремя поняли, что без должной подготовки нам такой уровень не потянуть.

— Регламент… — проговорив тихо, но настойчиво, Константин привёл в защиту своей позиции единственный, но зато железобетонный аргумент.

— Ну, вынесут вашу девочку в сухую, и надо это Вам? А так пусть останется первой, но в вашем районе. Я же хочу как лучше, поймите наконец. Да и мы тут тоже не резиновые. Надо ведь уложиться ещё и в два дня. Согласны, а…?

— Регламент… — выдерживая пристальный взгляд сидящего за столом человека, повторил высокий мужчина в спортивном костюме.

— Хорошо, специально загляну посмотреть, как вас размажут по паркету. Только вы до завтрашнего дня не доживёте, без вариантов, — решительно добавил толстяк.

— Мы планируем быть в десятке, — невозмутимо парировал Костя на этот выпад.

— Да, конечно, я даже согласен, если такое произойдёт, на руках вас, шампиньонов, носить! — сознательно коверкая слово, съехидничал мужчина в сером костюме.

— Думаю, цветы будут уместны, более чем, — закрывая двери, сухо обронил Костик, оставляя последнее слово за собой.

***

Двое мужчин неторопливо вели беседу возле окна в небольшой комнате. В вытянутое по горизонту окно тренерской можно было разглядеть спортивный зал с расставленными столами для игры в настольный теннис. В зале было тихо.

— Слушай, сильно ты выручил, однако, меня в этот раз. Я уже и не надеялся, если честно, — один из говоривших, перебирая большую связку ключей с воодушевлением развёл руками. — И ремонт сделали, и инвентарь весь заменили, даже эти несчастные светильники поменяли.

— Да ничего особенного, просто напомнил о твоей заявке, которая уже пять лет лежит у кое-кого в столе, — дружески похлопывая по плечу, шутливо пояснил ему человек в белоснежной рубашке и модном костюме и, переходя на серьёзный тон, продолжил:

— Моей дочери уже 10 лет исполнилось, я давно хотел вас познакомить. Она, вроде, и сама не против попробовать, у нас есть и поближе к дому спортивные секции, но мне бы хотелось, чтобы рядом с ней был надёжный человек и опытный тренер.

— Но у меня более старшие ребята играют… И зал небольшой.

— Знаешь, она уже привыкла общаться со взрослыми, а насчёт результатов не переживай, ей более интересна, как я понял, сама игра — приручить лёгкий и почти невесомый шарик — это так занимательно. Главное, мне бы хотелось, чтобы вы с ней подружились. А то за последнее время она чего только не перепробовала. И человеческий фактор, поверь, тут имеет большое значение. Может, у вас и получится найти взаимопонимание. Во всяком случае очень надеюсь на это.

— Хорошо, я тебя понял, а как дочку зовут?

— Светлана Викторовна, и никак иначе.

— Что, такая серьёзная дивчина?

— Да шучу я, но серьёзная — это точно, есть такое.

3.41

…Первый день соревнований тянулся очень долго, и в итоге турнирная таблица была заполнена участниками, сумевшими пробиться в следующий круг.

— Слушай, ты серьёзно раньше не участвовала в турнирах? — недоверчиво присматриваясь к стройной девушке и помогая ей уложить сумку в багажник, спросил Константин.

— Не участвовала, — прозвучало в ответ. В голосе чувствовалась усталость.

— Я тоже, когда есть время, с удовольствием играю с ребятами, но ты нечто — так играть — словно только этим и жить. Всё это, если честно, не укладывается в моей голове, — продолжал удивляться мужчина.

— Близко, — коротко вздохнула девушка, закрывая багажник машины.

У девушек во второй день соревнований к середине дня с большей долей вероятности можно было определить потенциального победителя, в отличие от юношей, где борьба была равной. Представительница местной спортшколы с большим преимуществом беспощадно выбивала из розыгрыша всех соперниц.

С Феей она встретилась в полуфинале. Так было уготовано турнирной сеткой. Перед этой встречей все поединки хозяйка турнира выигрывала всухую — за три партии. А Фея, в отличие от неё, такими достижениями похвастаться не могла. Перед началом игры, когда спортсменки пожимали друг другу руки, соперница, улыбаясь, обратилась к Фее:

— Ты только, пожалуйста, не плачь. Я сделаю всё очень быстро.

Встреча проходила с явным преимуществом высокой девушки, её длинные и натренированные руки собирали все мячи вокруг стола. Третий сет для Феи был решающим. Если она в нём уступит, как и в двух предыдущих, то этот матч будет проигран.

— А ты посмотри, она стойку поменяла, перешла в защиту, — сидящий на трибуне мужчина, обратился к своему соседу, записывающему что-то в блокнот.

— Да, ты прав. Универсал? Интересно, — подключился к обсуждению спортивного поединка собеседник. Но после нескольких розыгрышей он с удивлением выдохнул, — А это вовсе и не защита, а пассивное нападение и довольно грамотное, но почему она применила его только сейчас? Не поздно ли?

В это время рядом с двумя внимательными зрителями несколько девушек развернули большой лист ватмана и стали хором скандировать написанную на этом плакате надпись:

— Ира — чемпион!

Громкая звуковая волна сразу заполнила весь спортивный зал. Реакцию этих девушек можно было понять всем присутствующим: их подруга выиграла два первых сета и сейчас для победы ей оставалось получить всего одно очко. Разница в счёте в третьем сете составляла восемь очков, а для настольного тенниса это просто смертельный приговор.

— Ну вот, как и ожидалось, один предполагаемый финалист у нас уже определился,— громко подытожил происходящее событие степенный зритель, обращаясь к своему товарищу, но, не дождавшись от него ответа, хлопнул руками по коленям и уверенно встал, готовясь вместе со всеми аплодировать победителю матча.

В это время разрыв в счёте сократился до шести очков, это ещё сильнее раззадорило кричащую толпу болельщиков.

— Неужели… — очень тихо прошептал мужчина, держа в руке свёрнутый в тугую трубочку блокнот. Он быстро бросил взгляд на своего компаньона и, резко прижимая его к креслу, с неожиданной хрипотцой в голосе коротко добавил два слова. — Сядь… И смотри.

Фея отыграла ещё одно очко. Зал неистово орал: за своего товарища пришла болеть вся школа, в стенах которой проводился этот спортивный праздник. А родные стены, как говорится, помогают. Но произошёл обратный эффект. Девушка, подгоняемая болельщиками, стала торопиться и, как следствие, чаще ошибаться. Ей бы хотелось как можно быстрее получить победное очко и завершить эту встречу, но после очередного розыгрыша разница сократилась до двух очков.

— Я не понимаю, что это? Она уже сравняла счёт?! — обращаясь к своему соседу и протирая очки, взволнованно спросил мужчина.

— Да. Сейчас будут снимать скальп, — загадочно проговорил его сосед и, словно спохватившись, громко выдохнул прямо перед собой. — А кто её тренер?!

— Сергей Николаевич, — ответил на этот громкий вопрос сидевший ниже в ряду молодой человек.

— Из «Феникса»? — подавшись всем телом вперёд, спросил его мужчина.

— Да, он самый. Она его ученица. Но я первый раз вижу, чтобы она выступала в официальных соревнованиях.

— Первый раз? Вы шутите?!

— Нет, не шучу. Я знаю, что она очень часто участвует в спарринге, в клубе. Но из клуба не выезжает. И Сергей Николаевич её лично тренирует. Я сам с ней там несколько раз пересекался.

— А почему? Такой самородок?!

— Не знаю. Но точно знаю — эти вопросы они оба не переваривают, — обронил юноша и показал рукой в зал. — Всё только начинается.

Зал безмолвствовал. Весь. Хозяйку этих стен реально по спортивному уничтожали.

Она проиграла и не могла сдержать своих слёз. Всего один удачный удар был необходим ей для победы, но ей не позволили этого сделать.

Фея, слегка осунувшись после долгого поединка, устало подошла к Константину и отрешенно стала пить воду из любезно предложенной им пластиковой бутылочки.

— Представляешь, у победителя турнира будут брать интервью.Скоро приедет спортивный телеканал, и в новостях по городу обещают показать. Здорово! — стараясь сообщить все свежие новости, быстро произнёс Костя.

— Я хочу сняться с соревнований, — последовала мгновенная реакция в ответ на услышанное.

— Постой, ты чего?! — непонимающе развёл руками мужчина.

— Я в десятку вошла, как и договаривались, — сухо заметила Фея.

— Да, но без веской причины мы не можем отказаться, это даже в регламенте прописано.

— А какая причина может быть веской? — спросила его подопечная, выжидательно рассматривая этикетку на прозрачном пластике.

— Травма, например. Но её должен врач подтвердить.

— Хорошо, пусть будет травма. Тогда пошли в медпункт, а то скоро меня вызовут на финал.

В итоге медики констатировали сильный ушиб руки и подтвердили наличие травмы у спортсменки…

... Снежная крупа тихо царапала своими коготками холодное стекло тренерской. Константин же всё никак не мог оторваться от накатившихся воспоминаний. «И зачем ей это надо было делать?» — проматывая видеоролик тех событий, учитель физкультуры вздохнул ещё раз. Тогда он не стал задавать девушке лишних вопросов, он просто был очень благодарен ей за ценный спортивный трофей.

Допив остатки холодного кофе и поняв, что этот ребус ему не решить, он поставил спортивный приз на место и, взглянув на часы, вышел из тренерской встречать класс, шумно появившийся у дверей спортивного зала.

3.42

Красный флажок резко взмыл вверх перед самым носом парнишки в спортивном костюме.

— Пошёл! — и бородатый дедок с секундомером в руке, бодро хлопнув по плечу, отправил ещё одного участника соревнований своим стандартным напутствием к финишу, маячившему где-то среди замерших в белой дымке снегопада лесных исполинов.

Димке нравилось кататься на лыжах. По выходным они часто вырывались всей семьёй на лыжные прогулки в лес. И в новой школе, неожиданно для самого себя показав на уроке физкультуры лучшее время среди девятиклассников, не спрашивая, его автоматически записали в команду на районные соревнования по лыжам. Спорить ему было невыгодно. Тем более, пообещали — это в первый и последний раз. Но на этот счёт у него были определенные сомнения.

На пятикилометровую дистанцию лыжников отправляли через интервал в тридцать секунд. Лыжи, предоставленные школой, катили прилично — явно угадали со смазкой. Где-то через километр спринтерской гонки Димка настиг предыдущего участника. Но недолгой была его радость. Через некоторое время мимо него промчался участник со следующим нагрудным номером. А это означало только одно — пробежавший парнишка уже имел преимущество в полминуты.

Увидев перед собой убегающую в белой мгле фигурку лыжника, Дима, наконец, почувствовал спортивный дух соревнования и резко бросился в погоню. Ритм и скорость бегущего впереди человека были очень высокие. Но Дима, имея перед собой живой ориентир, приложил все силы, чтобы не отстать от него.

Так они оба и неслись по трассе, будто два сцепленных локомотива по снежным рельсам. Обогнать шустрого парня не удалось. Тот, как оказалось, показал лучшее время в этой гонке. Зато Дима получил грамоту за второе место. В школе физруки попросили отдать грамоту для оформления нового школьного стенда, посвященного спортивным достижениям учащихся.

В спортзале было тихо и, присев на скамейку возле длинного ряда прикреплённых к стене шведских стенок, Дима задумался. А задуматься было о чём. Вчерашний день, наверное, ещё долго будет всплывать в его памяти…

… Дверь за девушкой закрылась, а Димка всё ещё стоял в маленькой прихожей с прижатым к груди пакетом. «Тебе девушка свитер принесла из дома, чтобы ты согрелся и не заболел» — эта фраза, которую произнесла пожилая женщина, словно шампуром пронзила ошарашенного мальчишку.

Теперь, когда Фея ушла, два человека молча стояли в прихожей и со взаимным интересом внимательно разглядывали друг друга.

— Примерь, — первой нарушила тишину женщина, показывая рукой на прозрачную упаковку. Дима услышал её, но так и продолжал стоять с прижатыми к груди руками.

«Примерить? Зачем? Мне и так уже жарко!» — мысленно пытался возразить хозяйке гость, поджариваясь от перегрузки набежавших раздумий и не имея в себе сил выйти из этого состояния.

— Пойдём чай пить, Дим-Дим! — улыбаясь, женщина вежливо пригласила его к столу, накрытому в большой комнате.

— Да… Софья Ивановна, — вовремя вспомнив, как её зовут, ответил он рассеянно.

— Нет, мне больше нравится «бабушка», — настойчиво напомнила она, разливая чай.

Стараясь не попасть впросак, Димка попытался объяснить женщине всю нелепость происходящего сейчас.

— Случайно, знаете. Всё получилось случайно, — сумбурно начал мальчишка объяснять своё поведение, ему вдруг захотелось почему-то именно ей рассказать, а если получится, то и убедить её в том, что он всё делал правильно, включая и недавний разговор. Видно, нахлынувшие недавно в его жизнь многочисленные события сильно беспокоили душу и, неожиданно получив взрослого собеседника, он решился поделиться переполняющими его чувствами.

— Случайно? — задумчиво переспросила гостеприимная хозяйка, пододвигая ему тарелку с выпечкой.

— Да! — утвердительно выпалил юноша, пытаясь придать своим хаотичным мыслям нужное направление в разговоре.

Добрые, внимательные глаза собеседницы словно открыли внутренние шлюзы мальчишки, и слова, накопившиеся за прошедшие дни, вскоре полились целой рекой над круглым столом. Почти каждое своё высказывание Димка начинал со слова «случайно», что, конечно, не ускользнуло от его собеседницы.

— Поэтому я и хотел отдать ей эти билеты, мне они вовсе не нужны, — завершая свою историю, произнёс Дима, внутренне ожидая от хозяйки поддержки и одобрения.

— А ты спросил Свету, что она думает по этому поводу? Ты спросил её, что она сама хочет? Ты узнал её мнение? Получается, ты сам решил — ей так лучше будет. Понятно, что ты хотел отдать билеты и снять с себя всякую ответственность. Так проще. И так многие поступают, к сожалению.

— Какую ещё ответственность? — недоумевающе промолвил Дима. — Я же хотел, как лучше, неужели Вы не поняли!

— Лучше для кого? Для себя? — не уменьшая своего напора, женщина пристально взглянула в его глаза. — А билеты-то в театр дорогие, однако. На них много ребят свои сбережения потратили, чтобы получился красивый праздник. А ты небось их даже и выкинуть был бы не прочь?

Димка вздрогнул от этих последних слов и промолчал. И правда, такие мысли посещали его. И, конечно, его смущало то, что и театр был очень известным, и билеты были реально дорогие.

Дима продолжал сохранять тишину, переваривая только что сказанное в его адрес. Он не знал, что ответить. И вообще, он не рассматривал создавшуюся ситуацию в таком ракурсе. Он просто всегда отталкивался от своей позиции и наивно полагал, что так поступают и все остальные. И зачем вообще думать за другого человека? Зачем знать, что у того на уме, когда и со своими-то проблемами бывает очень сложно. Гораздо проще увидеть те поступки, что совершает определённый человек, и от этого строить своё к нему отношение. Зачем все усложнять?

Пауза затянулась, в комнату из кухни мягким фоном полилась музыкальная волна приёмника, а вместе с ней и лёгкое шебуршание Кнопки. Видимо, она там тоже вкушала сухой паёк. Звякнула негромко чайная ложечка в чашке. И тут, очень кстати, появился ещё один невидимый житель квартиры — густой, тягучий и очень красивый звон часов, раздающий переливы по комнате.

Приятная атмосфера домашнего уюта разбавила этот непростой разговор. Юноша глубоко вздохнул и перевёл взгляд на часы…

3.43

Часы небольшой прямоугольной формы с круглым циферблатом и витиеватыми стрелками на светлом фоне расположились на телевизоре. На их лакированном деревянном корпусе была закреплена светлая пластинка с надписью.

— Это подарок от друзей на свадьбу, — поделилась Софья Ивановна, протягивая руку в направлении, только что чудным звоном напомнившим о своём присутствии, измерителя времени.

— И как часто они играют? — поинтересовался притихший Дима.

— Каждые полчаса. Мне они совсем не мешают. Обычно все задают этот вопрос, — прозвучало в ответ.

Он кивнул головой, любопытно скользя глазами по незнакомой ему обстановке.

Над часами в бумажной рамочке был закреплён портрет мужчины в военной форме. На другой стене красовался большой букет цветов, мастерски вышитых на ткани. А дальше, чуть в сторонке, расшитое полотенце покрывало небольшую икону, перед которой светился огонёк лампадки.

Связанная из толстых верёвочек большая сова расположилась на ближней к двери стене. Две светло-коричневые пуговицы вместо глаз. Ещё две пуговки, закреплённые под углом к друг другу, обозначали клюв. Сова держала в клюве сумочку, в которой находился маленький совёнок, который тоже держал в своём клювике мешочек, откуда выглядывал телефон.

— Полотенце это моя мама сама выткала на станке и расшила на своё венчание. Это лён.

А сову, что у двери, я позвала к себе на помощь — устала телефончик терять в своём бардачке. Цветы вышивал мой дядя, это его фотография висит над часами, — тихо прозвучал голос хозяйки, решившей разъяснить историю появления этих вещей.

— Знаешь, когда он убежал на фронт, ему было столько же лет, сколько тебе сейчас, — женщина улыбнулась и предложила попробовать варенье.

— Он был школьником? — переспросил Дима, принимая угощение из рук Софьи Ивановны.

Она промолчала, и лишь её опущенные ресницы на задумчивом лице тихонько вздрогнули. Радиоволна, доносившаяся из кухни, несла громкое поздравление для всех мужчин с наступающим февральским праздником. Зазвучала песня военных лет в исполнении популярных певцов. Современная аранжировка совсем не портила звучание и была узнаваема.

— Стараются… — откликнулась на знакомую мелодию Софья Ивановна, и взглянув поверх часов, сказала, — А ему нравились «Журавли».

— Это песня так называется? — спросил юноша, внимательно разглядывая фотографию.

— Да, а исполняет её Марк Бернес, — назвав имя певца, женщина наклонила голову вниз, словно пыталась что-то разглядеть в своей чашечке, и медленно стала помешивать ложечкой остывший чай…

«Марк, какое необычное имя», — подумал Дима и, ещё раз взглянув в сторону портрета, встал из-за стола и направился к входной двери. Возвращаясь обратно в комнату, он зашёл на кухню и убавил громкость радиоприёмника.

— «Журавли», Марк Бернес…так…правильно? — выбирая нужные буквы в поисковике, переспросил он хозяйку дома.

Увидев подтверждающий кивок Софьи Ивановны, Дима положил свой телефон на пустую чашку. Та стояла напротив пустого стула. Наверное, для ушедшей девушки. Но она ушла домой, и место было свободное.

— Так будет лучше слышно, — пояснил Дима, включая запись на телефоне и взглядом как бы спрашивая разрешение на свои действия.

Губы Софьи Ивановн слегка шевельнулись, и юноше послышалось что-то, похожее на «ему», но сам вид этой седоволосой женщины излучал одобрение. Облокотившись на спинку стула, Дима негромко вздохнул, вслушиваясь в первые аккорды неизвестной ему песни.

Чистый, прозрачный голос тихо и очень бережно опускал слова песни в бегущую мелодию. Она взлетала, словно обретала крылья. В наступившей тишине притихли даже мерно отсчитывающие бесконечные секунды старинные часы.

Песня уже давно отзвучала, но в комнате царила тишина, наполненная щемящей обволакивающей грустью. Слушатели молчали, словно хотели сберечь хрупкое созвучие сердец, что подарила им песня…

Заелозила своими лапками Кнопка, до этого так же притихшая под столом, и Димка поймал себя на мысли, что всё это время он непроизвольно смотрел на соседний стул с накрытым к нему чайным набором…

Пришло время собираться домой. Надеть свитер Димка отказался категорически. Зато свои дутики-ботинки Софья Ивановна смогла всё-таки ему навязать. Правда, для этого стельки из них пришлось вытащить.

— До свидания, Дим-Дим! Но в следующий раз будем учиться говорить слово «бабушка», — подтрунивая над мальчишкой, который весь день обращался к ней по имени и отчеству, сказала Софья Ивановна.

— Какой следующий раз…? — непонимающе буркнул Дима и, собравшись с мыслями и перешагивая через порог, выдавил из себя. — Надеюсь, я Вас больше не потревожу, Софья Ивановна. Уже спускаясь по лестнице добавил неловко:

— Не болейте. С праздником!

Прислонившись к окну, женщина смотрела на быстро удаляющуюся фигурку мальчишки.

— Значит, случайно прыгнул в речку? Ну-ну. А «следующий раз» всё равно будет, — проговорила она, поправляя на радиаторе отопления подсыхающие кроссовки и, обращаясь к внимательно смотревшей на неё четвероногой подружке, добавила:

— Первый раз тебя, Кнопа, из-под машины Светлана вытащила, а сейчас вот из речки Дмитрий вылавливал. Ты у меня кто? Главная героиня романа?

3.44

Весь вечер, да и можно сказать и всё это утро, Димка прокручивал из вчерашнего разговора с Софьей Ивановной чаще всего этот небольшой временной отрезок, упавший в его память февральской снежинкой.

***

… Отзвуки песни скрылись где-то за плывущими белыми точками, лишь на одно мгновение оставив своё отражение в прикорнувших окнах задремавшего дома.

— Мы со Светой знакомы не так давно, — неожиданно, подбирая слова, нарушила тишину Софья Ивановна и, посмотрев как-то по особенному на своего гостя, тихо и неторопливо продолжила, — Света с мамой живёт в нашем дворе второй год… За это время я ни разу не видела, чтобы рядом с ней был кто-то кроме её мамы и моей Кнопы. Даже когда вижу её где-нибудь в городе, она всегда в полном одиночестве, – женщина повернулась к окну и добавила всего одно слово. — Почему?

Димка сразу понял, что этот вопрос предназначался ему. Подумав, он сказал первое, что пришло в голову:

— Наверное, её это устраивает.

— И это всё, на что способны твои извилины? — услышал Димка сказанное с грустью и с тяжёлым вздохом.

— Ну, я не задумывался об этом, — честно ответил Дима.

— Ладно хоть признаешь это.

— Так мы же случайно познакомились. Я же ничего не знаю о ней. Мы вообще, просто в одной школе учимся, — пытаясь завершить этот неудобный для него разговор, выпалил Дима.

— Опять случайно? Как же всё запущено. Хорошо, тогда скажи — эта девушка настолько легкомысленная, что привела ко мне домой случайного знакомого и, кстати, о котором она тоже ничего не знает?

В Димкиной голове сразу пронеслись воспоминания о том, как Фея на машине выручила его из трудной ситуации. И он, конечно, не мог признать, что это выглядело как случайность.

— Я её не понимаю. А Вы? — прозвучал его вопрос, словно парень обречён был сдаться, не находя нужного ответа.

— Думаю, ты согласишься со мной… Если бы эта девушка решила, что ты просто случайный знакомый для неё, то тебя бы тут сейчас не было.

Димка молча теребил край скатерти, всем видом показывая, что он весь во внимании.

— Она ушла и оставила тебя, человека, которого я впервые вижу, одного в моём доме. При этом спокойно попрощалась, ни о чём не переживая. Это означает лишь одно — она тебе доверяет. Светлана — человек немногословный и закрытый. Может, для этого есть свои причины. Да, и хочу сказать самое главное — я очень рада нашей с ней дружбе.

Часы, в подтверждение этих слов, снова напомнили о себе, решив красивым напевом поучаствовать в разговоре. Затем притихли, вслушиваясь в неторопливую речь взрослого человека.

— Может быть, до этого по каким-то определенным и даже не зависящим от неё причинам, не получалось найти человека, которому бы она могла оказать своё доверие. И видимо, что-то разглядела в тебе. Хотя, думаю, что ты, окромя как вылавливать из реки всякую живность, больше ни на что и не способен. Однако… Все время норовишь дать дёру, переложить ответственность на кого-нибудь… В общем — тот ещё фрукт.

— А что же мне делать? — растерянно выдохнул Димка

— Да делать-то ничего особо и не надо. Если случайно… Видишь, я снова повторяю твоё любимое слово. Если случайно ты окажешься рядом с ней, то попробуй вести себя хотя бы не как случайный знакомый.

— А как? — прошептал юноша, запоминая каждое слово важного разговора.

— А вот как подскажет твоё сердце… — женщина нежно улыбнулась, одарив своего гостя тёплым ласковым взглядом…

***

... Вдруг послышались чьи-то шаги и, Дима, вернувшись от воспоминаний к повседневной реальности, повернулся в сторону идущего человека.

3.45

Глаза… В эти глаза Димка не мог смотреть спокойно. Почему? — он и сам не понимал. Необъяснимое беспокойство за обладателя этих глаз всякий раз приносило неуловимые нотки встревоженности, которые то вспыхивали, то гасли, как искры далёкого костра. От этой загадки внутренний дискомфорт только нарастал. Получалось, что он как бы мог почувствовать что-то, но только объяснить всё происходящее не получалось. Это и настораживало. Зачем мельтешить перед этими глазами, словно холодный зимний пух, вьющийся перед зеркальными хрусталиками уснувших домов, плывущих в промозглом тумане городского сна? Поэтому ему хотелось раствориться на своей волшебной страничке и не мешать человеку идти своей дорогой.

Как правило, ему всегда удавалось вовремя почувствовать то неведомое, затягивающее в непредсказуемую головоломку человеческих отношений, и аккуратно сделать шаг в сторону. Тем более, когда в этом земном измерении на его пути неожиданно появлялась девушка.

Но эти глаза не проскользнули мимо, задержались, увидев его в беде. Их обладательница оказала реальную помощь мальчишке.

Раньше он уверенно выстраивал движение мысленных импульсов, чтобы привычно выйти из хаоса реальности в тишину своего мира. Но случайные события, непредвиденные встречи, от которых трудно избавиться, старательно удерживались памятью. По стечению обстоятельств, видимо, всё переплелось с очень созвучными и важными для него переживаниями.

Два образа, так оберегаемых им друг от друга, каждый из которых являлся представителем своего мира, в этих глазах соединились так крепко, что Димке ничего не оставалось, как принять эту данность.

Он заметил поразительную закономерность – после каждой случайной встречи с этой удивительной девушкой написание новой главы в его книге сразу начинало продвигаться. Не в силах объяснить эту устойчивую связь, он с каждым днём убеждался, что она работает безотказно.

И почему же тогда в нём неосознанно выросло вдруг это чувство — желание? Желание увидеть её хотя бы на мгновение, согласен даже, если это мгновение будет самым кратким из всех мгновений. Мгновение, когда он в этих глазах сможет увидеть улыбку… Пусть оно будет это мгновение…

Пересекая бледные пятна расплывчатых оконных проекций на расчерченной площади спортивного зала, девушка шла в сторону притихшего паренька, делая небольшие и ровные шаги в отстранённом ореоле задумчивости. Димка встал и, немного качнувшись, словно собирая разбежавшиеся мысли и выбирая из них самые необходимые сейчас, сделал шаг навстречу…

3.46

Белые снежные занавесы, плывущие над городом, медленно открывали красивое здание, и с каждым новым шагом перед восторженным взором девочки праздничная атмосфера оживлённо идущих людей разрасталась, словно река.

Подвижный женский силуэт, держащий в одной руке аккуратно укрытый плёнкой маскарадный наряд, а во второй — руку девочки, старательно вышагивающую рядом, приблизился к одной из многих, гостеприимно открытых, входных дверей, впускающих всех приглашённых на праздник. Широкий, охватывающий плавной линией здание, козырёк украшали бегущие огоньки яркой гирлянды.

Женщина, отпустив руку девочки, прикоснулась к прозрачному стеклу большой двери. Она аккуратно стала заносить свою ношу внутрь здания, но край красивой ткани, выглядывающий из-под плёнки, внезапно зацепился за зонтик стоящего около двери человека, а идущий за ней очередной посетитель праздничного мероприятия вместо того, чтобы придержать тяжёлую стеклянную плоскость, неотвратимо надвигающуюся на зацепившийся кусочек ткани, неожиданно шагнул в сторону к соседним дверям.

Девочка резко протянула свою руку навстречу закрывающейся двери, пытаясь обезопасить свой карнавальный костюм от этой грозной дверной атаки. Через мгновение стеклянные челюсти замерли, оставив небольшую полоску просвета, вполне достаточную для спасения новогоднего наряда. На прохладном рельефе боковой дверной планки, ограничивающей движение высокой стеклянной панели, рядом друг с другом расположились две руки, крепко сжимающие тёмную металлическую опору. Рука в маленькой перчатке находилась чуть ниже, и её хозяйка с удивлением рассматривая узкий луч проёма в дверях, искала причину несостоявшегося контакта с дверным полотном. Этой причиной оказалась рука мальчишки, вставшего на пути прозрачной махины. Его рука была крупнее — ему и предоставилась возможность почувствовать это крепкое «входное пожатие».

Вскоре дверь полностью открылась, и девочка смогла увидеть только соскользнувшую руку незнакомого мальчишки и белый пушистый воротник свитера. На руке была большая царапина, а воротник упрямо выбивался из куртки.

Праздник набирал обороты, увлекая всех в весёлое новогоднее представление. На входе в концертный зал за красивый и оригинальный наряд девочке вручили большую коробку цветных карандашей. Разглядывая полученный подарок, она не сразу заметила бегущий вокруг ёлки хоровод радостных ребят и, отпрянув резко в сторону, рассыпала карандаши под зелёное бальное платье высокой и красивой ёлки. Вскоре найденные карандаши улеглись в свой домик, недоставало лишь одного. И, чтобы найти его, девочка уверенно шагнула вглубь колючих веток, дарящих неповторимый аромат новогодней сказки.

Тонкий прутик карандаша лежал возле спрятавшегося среди зелёных зарослей зайчика. Зайчик — его образ в новогоднем костюме представлял незнакомый мальчик — держал в руках висевшую на ёлочке самодельную игрушку и был поглощён любованием украшения. На левой руке у него были видны свежий синяк и большая ссадина. Он не заметил, что рядом появилась таинственная особа, внимательно разглядывающая его наряд, а если быть точнее — его маску. Под полупрозрачной накидкой незнакомка очень тихо, словно запоминая что-то важное для себя, повторила несколько слов и осторожно протянула свою руку вперед.

***

Димка открыл дверь в квартиру и в коридоре обнаружил большой пакет с игрушками. Машинально сняв куртку, он присел на пуфик. Тело гудело после вечерней тренировки, хотелось есть и спать одновременно. Пока думал, с чего бы ему начать — с еды или сна, голос мамы, раздавшийся из кухни, прозвучал неожиданным вопросом:

— Я тут твои игрушки, ещё с детского садика которые, хочу отдать знакомой. Ты не против?

— Что за вопрос, забирай их все, — обиженно ответил Дима, вытаскивая из пакета лежащую сверху маску зайца. Повертев её немного в руках и присмотревшись к ней, удивленно крикнул:

— А зачем тут написано «Светин Дима, гр. Солнышко»?

— Так это потому, чтобы маски не перепутать. Были одинаковые, а ты не хотел надевать чужую.

— А зачем подписывать с лицевой стороны? — спросил юноша, читая нацарапанные серым карандашом буквы, незаметно растянувшиеся по самому краю заячьей маски.

— А тебе она нравилась, и ты ещё любил повторять «я солнечный зайчик»! —с лёгким смехом долетел бодрый голос мамы.

— Да, да… солнечный, — опуская маску в пакет и направляясь в сторону кухни, устало обронил Дима.

3.47

Вроде всё делали правильно: дружно ставили блоки, комбинировали атаки, принимали подачу соперника… Но тщетно — угасали на глазах. С каждым проигранным сетом их лики тускнели всё сильнее и сильнее, утопая в море пришедшей неведомо откуда безнадёги. Обидно проигрывать матч. А когда это происходит в родном городе, при поддержке своих болельщиков, поражение воспринимается ещё тяжелее.

По турнирной таблице приехавшая команда стояла рядом, что предполагало равные шансы на победу. Но, как говорится, «игра не шла», вернее, она шла… Но только «в одни ворота»… Пять игроков команды уже не верили в победу и просто доигрывали этот матч. Важные моменты в спорте, порою непредсказуемые и составляющие в понимании многих «удачу» — отскок от блока, касание мяча на линии — сегодня были в пользу соперника.

Но в команде был ещё один — шестой игрок — он единственный не собирался сдаваться. Шло время, а глаза по-прежнему горели — тихо, изнутри, но точно не гасли. Этим шестым игроком была высокая девушка с прыгающим хвостом на голове. Она уже перестала подбадривать своим криком уставшую и поплывшую команду, а просто молча билась за каждый мяч, вкладывая в каждое мгновение игры всю себя без остатка. Вот и сейчас, подстраховывая свой блок, она бросилась изо всех сил к мячу, летевшему далеко за пределы. Траектория его полёта была направлена в угол, где плоскость игровой площадки ограничена невысокой стеной, подпирающей несколько ярусов компактной трибуны спортзала. Понимая, что она не успевает добежать к мячу, девушка завершила свою пробежку отчаянным прыжком. Вернее даже, не прыжком, а настоящим полётом. За долю секунды до того, как мяч коснулся поверхности зала, рука спортсменки смогла встать на его пути и вернуть обратно в игру… Но не без помощи одного человека.

Полноценным участником события оказалась девочка лет двенадцати, сидящая с самого начала соревнований на длинной скамейке за пределами игровой зоны под выступающим на пару метров козырьком трибуны. Сразу, как только началась эта игра, она своим цепким взглядом определила в команде человека с несгибаемой волей и желанием биться до последнего. С большим вниманием маленькая девчушка следила за игрой. Ей не составило труда понять, что предпримет в данный момент эта девушка. Поняв, что скамейки, стоящие у самой стены, помешают, девчонка успела сдвинуть их в сторону, тем самым подарив игроку возможность достать мяч, летящий в самый угол. Отбив его, спортсменка сильно ударилась, но всё равно осталась в игре.

Сразу что-то изменилось в игровом почерке команды, цифры на табло неожиданно застыли – каждая команда, встречая упорное сопротивление, долго не могла реализовать свою подачу.

Заработав подряд два очка в этом матче, девушки взбодрились и, сбросив довлеющее на них оцепенение, бросились в решительную атаку. В решающей партии, в плотной борьбе и уже на «качелях», хозяйки смогли вырвать победу в этом почти проигранном матче.

Задержавшись из-за раздачи автографов группе болельщиков, героиня этого матча подошла к стоящей у стены скамейке и, раскрыв свою спортивную сумку, достала полотенце. Вдруг возле её головы раздался громкий хлопок. Резко обернувшись, рядом с собой она увидела девочку, держащую в руке ракетку для настольного тенниса.

На ракетке были видны свежие следы от ошмётков, которые оставил большой яблочный огрызок, только что на лету отбитый девчонкой. Протянув руку с ракеткой в сторону трибун, показывая на болельщиков из проигравшей команды, девочка улыбнулась и сказала:

— Проигрывать не любят…

— Одно дело, когда засуживают игру, другое дело, когда всё по делу, — ответила ей девушка, вытирая своим полотенцем мелкие крошки от яблока на лице защитницы, появившейся так неожиданно. — Катерина, — протягивая свою руку и внимательно разглядывая девочку в спортивном костюме, представилась спортсменка.

— Светлана, — ответила та и протянула свою, переложив ракетку в другую руку.

— Пойдём в раздевалку, а то я вижу у тебя есть вопросы…

— Да… А что Вы сказали мячу во втором сете, когда вышли на подачу при счёте 0:8?

— Хм… Ты и это заметила? Да просто назвала его воробышком. Ему, видно, понравилось. Но это только между нами.., — заговорщицки подмигнув и надевая на плечо девочки свою спортивную сумку, улыбаясь прошептала Катерина.

Фирменный автобус, ярко раскрашенный в цвета местной волейбольной команды, мягко тронулся сквозь тонкую плёнку дождя от здания спортивного комплекса к выезду на оживлённую дорогу. Вдруг водитель резко притормозил и, остановив автобус, объявил:

— Тут девочка прибежала.

— А, это ко мне, откройте дверь, пожалуйста, — прильнув к большому окну, громко выкрикнула одна из спортсменок.

Дверь плавно отодвинулась в сторону, и в салон автобуса поднялась та девчонка. Её спортивный костюмчик был весь в грязи, видимо, она очень торопилась и бежала за автобусом прямо по лужам. Сделав несколько шагов между сиденьями, она протянула руку к идущей навстречу Катерине.

— Я хотела передать, — протягивая эластичную капитанскую повязку и тяжело дыша после быстрого бега, проговорила девчонка.

— Так, ясно. Эй, народ, есть у кого тут фломастер или ручка? Мне надо кое-что нацарапать, — забирая небольшую полоску ткани, Катерина обратилась к присутствующим.

— О, Катя, у тебя такие преданные болельщики есть, — послышалось в салоне автобуса.

— Нет, это мой друг, — поправила говорившего Катерина и отдала обратно девочке свою капитанскую повязку с написанным номером телефона, тепло добавив: — Через десять дней позвони, я буду ждать. И, да, с меня шарлотка!

— Ха-ха! Ты решила ставить эксперименты на своих друзьях? — перекрывая появившийся дружный хохот, вновь прозвучала чья-то реплика.

— Позвольте! Я же целых десять дней буду тренироваться! — провожая Свету и одновременно пытаясь остановить этот источник смеха, зычно гаркнула в ответ Катерина. И задержавшись своим взглядом вслед за уходящей по лужам девочкой, добавила: — А вы знаете? На меня сегодня было покушение!

Автобус озабоченно включил свои дворники на лобовых стёклах и вскоре растворился в шумном потоке машин. А девочка медленно шла обратно в здание под живым бисером дождинок и улыбалась.

3.48

Одноглазый пират в поварском колпаке, с чёрной повязкой на лице, самодовольно ухмылялся, размахивая перед собой огромным ножом, похожим на саблю. А с лежащей перед ним разделочной доски пыталась убежать большая книга с яркой обложкой «Вкусные рецепты».

Девочка, только что перешагнувшая порог незнакомой квартиры, невольно задержала свой взгляд на живописном рисунке большого фартука, встретившего её в дверном проёме.

— Нравится?! — прервав возникшую паузу, прозвучал громкий голос над головой у девочки.

— Здрав… – поднимая голову кверху и пытаясь ответить, пришедшая гостья так и не смогла завершить свою фразу.

— Заходи, будь как дома, — перебивая её своим командирским и зычным голосом, хозяйка, бережно обнимая рукой стройную фигурку девчушки, мягко завлекла её вовнутрь своего жилища.

В белой косынке, закреплённой на голове с помощью пары узлов, хозяйка была чем-то похожа на изображённого на фартуке повара-пирата. Вот только улыбка у неё была в отличие от него такой искренней и зажигательной, что пришедшая впервые в этот дом девочка не смогла сдержаться и тоже улыбнулась в ответ.

— Слушай, а я тебе тоже сейчас фартук подберу. Мы же с тобой в одной команде?!

— полувопросительно спросила Катерина, предлагая Светлане идти за ней в сторону лёгкого, но с каждым шагом ощущаемого более явственно, запаха чего-то подгоревшего.

— Знаешь, ну вроде всё делаю по рецепту, — махнув рукой на открывшийся взору пришедшей девочки творческий приготовительный кавардак на кухне, она озабоченно добавила, — почему-то верх всё время подгорает.

Поправив тесёмку на выбранном фартуке, Света поставила на кухонный стол небольшой бумажный пакет и подошла к плите, где в духовке небольшая лампочка старательно пыталась осветить приготовляемое кулинарное изделие.

— А что там у тебя? — это хозяйка очень быстро среагировала на прошуршавший и неожиданно появившийся на столе пакет.

— Круассаны... с яблоками, — ответила девочка, присев на корточки перед духовкой.

— Ладно, пойдём пить чай с круассанами, — прозвучал вдруг довольный голос хозяйки и, ловко выключив духовку, она опустила руку на плечо девочки, увлекая её в другую комнату и приговаривая на ходу. — А шарлотку мы отдадим Ромке, пусть наслаждается, только немного ножом верхушку почистим и нормалёк.

Уютно устроившись на тахте и организовав небольшой импровизированный столик из пары сдвинутых табуреток и большого чёрного подноса в рассыпанных на нём узорах под толстым слоем лака, обе девушки дружно захрустели свежей выпечкой, запивая горячим чаем с малиновым вареньем.

Небольшие стеклянные чашки, по форме напоминавшие шарики с обрезанной слегка верхушкой и нижней частью, были довольно вместительными, и их гладкая поверхность, отражая большую комнату, своеобразно вытягивала в причудливую форму большой настенный ковёр, усыпанный многими медалями и значками, словно новогодняя ёлка, широкий просвет окна и два красочных постера на спортивную тему.

Рассматривая большие плакаты, Света обратила внимание на то, что в комнате идёт глобальная перестановка. На это указывали многочисленные коробки с вещами, возвышающиеся пирамидой возле окна.

— А, передвигаем тут всё понемногу, пытаемся красоту навести и порядок, — заметив взгляд девочки, задумчиво проговорила Катерина и, пытаясь продолжить разговор, опустила взятый из пакета круассан на поднос. Но тут резко затренькал телефон, затаившийся в кармашке фартука, и хозяйка, кивнув девочке, извлекла гудящий приборчик наружу.

— Да, всё в ажуре! Круассаны тут хрумкаем со Светланой. А ты когда подгребёшь? — ответила Катерина на звонок и, прикрыв телефон рукой, обратилась шёпотом к Свете, показывая глазами на порядком опустевший пакет. — Он просит ему хотя бы один оставить… — и получив одобрение от неё, сказала, — не знаю… не знаю, мы, конечно, постараемся, но лучше тебе поспешить. Ну ты, если что, сильно там у себя не грузись, мы тебе шарлотку точно оставим. А вот конфет по пути купи… и мороженное тоже не помешает прихватить.

Телефончик шустро нырнул обратно, а глаза говорившей по телефону девушки вдруг заискрились ещё сильнее и ярче.

— Жених! Мой! — предвосхищая заранее вопрос собеседницы, широко улыбаясь промолвила Катя, облокотившись на упругую подушку, потом тихо произнесла, — А полгода назад… ты бы видела, как я ревела тут в три ручья.

В комнате, по стене пробежал солнечный зайчик от проехавшей мимо дома машины, и Екатерина глубоко вздохнув, с мягким прищуром проводив его быстрый бег, нежно взглянула в серые глаза девочки, доверчиво и внимательно смотревшей на неё.

3.49

— Красивая у него была улыбка. Да и сам он парень спортивный, тоже мячик через сетку перебрасывал, как и я. Мы с их командой часто пересекались на сборах, да и в городе приходили их поддержать, у нас ведь с парнями спонсор один — наш комбинат, — медленно, словно прокручивая недавно просмотренный фильм, Катя наполняла комнату своими воспоминаниями, и её приглушённый голос плавно проникал в спокойную атмосферу притихшей комнаты.

— Первая моя любовь. Наверное, даже — первая влюблённость. Такая нелепая, искренняя и доверчивая. Неужели это всё было со мной? В это и сейчас поверить трудно, хотя по времени всё было так недавно, — Екатерина улыбнувшись подмигнув Светлане. — Делюсь своим опытом, небольшой он, ну какой есть… Да уж.

Света опустила свою чашку на поднос и подвинулась ближе к своей подруге.

— Я его давно уже приметила для себя, года два назад, наверное. Был случай: мы встретились в спортклубе, он попросил меня помочь перед их матчем буклеты раздать с расписанием игр. Тогда ребята многих девчат просили помочь с этими буклетами, и так получилось, что ко мне подошёл именно он. Я ещё выпросила у него несколько больших афиш, чтобы расклеить по городу. Хотелось перед ним как-то себя проявить. Вот так и познакомились.

Катя отпила глоток чая из кружки и, не выпуская её из рук, продолжила ровным голосом свой монолог.

— Ясен пень… После этого случая я стала сочинять себе всякую всячину, повесила дома большой плакат с командой, где он играл. Все мысли закрутились вокруг этого человека, и сразу в голове стали строиться воздушные замки. Понятно, что я стала искать тот случай, когда в этих замках мы с ним окажемся вдвоём. И где-то после целого года долгих воздыханий мне крупно подфартило — мы встретились на сборах. Я тогда вышла из гостиницы и подошла к автоматам с напитками, а их команда только что приехала. Пока ребята переносили вещи в здание, он остался охранять часть вещей возле входа. Ну не долго думая, я швыряю свою банку прямо ему под ноги, развожу руки в сторону и вопрошаю: «Куда-то баночка у меня закатилась, вы случаем не видели?»

Сделав ещё один небольшой глоток и опустив чашку на поднос, Екатерина спросила свою слушательницу:

— Наверное, неинтересно чужие сопли здесь выслушивать? Может, хватит на сегодня? Давай я лучше ещё чаю тебе подолью.

— Я слушаю, — тихо ответила ей девочка и, подперев голову рукой по примеру хозяйки, облокотилась на большую подушку.

— Знаешь, а мне как-то с тобой сразу легко. Вот и с Ромкой тоже так было… Но не будем о хорошем пока, надо вначале закрыть историю моих страданий, — посмотрев на часы, Екатерина вздохнула и, допив свой чай, повернулась к Свете. — Хочется покороче об этом… Обменялись мы телефонами, а через два дня наша команда уже уезжала на товарищеские игры. А вскоре с наступившей весной в моём городе, и в моём сердечке, всё цветами распускаться началось. Он со сборов приехал, сходили мы пару раз в кино — девчата завидуют мне. Тут как раз и родители собрались на свою фазенду за город, да ещё и с ночевкой. А у меня в эти дни игра в нашем городе. Вот я и предложила ему после игры в гости ко мне зайти. А сама уже вся такая пластилиновая — лепи из меня что хочешь.

Началась наша игра. Моя любовь смотрит только на меня с трибуны, улыбается. Понятно, что в такой день я взлетаю выше всех, бью сильнее всех и все мячи беру до одного. Но пошёл вдруг сложный отскок от нашего блока в соседнюю зону — но сегодня ведь мой день — рванула за мячом, достала и… получила растяжение связок колена.

Я же упрямая, думаю, сейчас перевязку сделают, и мы с моим любимым доковыляем до моего дома, но кто-то заботливый из наших уже звякнул, оказывается, моим родителям, и мне уже сообщают, что они возвращаются и скоро меня заберут.

Ну, думаю, пару дней отлежусь и, хоть на костылях, да убегу на свидание. Но на следующий день дома решила своё горе заесть и наелась всяких там витаминов — родители закупили большую кучу разных фруктов для моего успешного выздоровления… И в итоге, вдобавок к своей ноге, я заработала еще и дизентерию!

Меня тут же с температурой за сорок благополучно укладывают в больничку. Врагу такого не пожелаешь. За окном весна, птички поют, а я только могу рукой помахать, да пару слов крикнуть с третьего этажа. Одним словом — романтика. Минимум месяц надо вычеркнуть из жизни, а то и больше… И вот глотаю я пилюли и порошки, жую протертую баланду, считаю дни и минуты до нашей встречи. Ведь за окном меня ждёт моя весна! — Катерина вздохнула и слегка улыбнулась. — Но оказывается, не одной мне он улыбался тогда. Хорошо девчата-санитарки не стали меня жалеть, открыли мне глаза… Пришёл он снова, как обычно на пару минут, понятно, что в таких условиях особо и не поговоришь, но всё равно обидно. Правда, я сама себя уговаривала — у него тренировки, времени в обрез и т.д. Попрощались мы через окно, и он ушёл. А тут вдруг мне наши санитарки и говорят, мол, давай ковыляй за нами и пошустрее.

А у нас процедурный кабинет находился в боковом крыле здания больницы, а это крыло очень длинное и уходит прямо в старый яблоневый сад, что находится на территории больницы. Больничка старая, ещё при царе построена была. И в самом конце здания находился туалет, где медсёстры частенько втихую дымили. Они-то и заметили моего принца, я же в больнице про него всем уши прожужжала. Смотрю я, значит, сквозь решётку, которым окно закрыто, — выходит мой ненаглядный! Оказывается, не пошёл обратно в город, а просто обогнул больницу и прямиком в эти яблоневые сады. И не один туда явился. С девушкой! Так в обнимку они мимо меня… Хорошо, что девчонок рядом было пятеро, смогли удержать меня. Я же стала эту решетку конкретно выламывать… Очень я им благодарна.

После небольшой паузы Катя выдохнула, словно делая для себя очень важный вывод:

— Пожалели меня там, — многозначительно подняв глаза вверх. — Такая вот у меня была моя первая весна любви. Но нет худа без добра. Хороший урок жизнь подарила.

— Козлик, — заключила девочка, внимательно слушавшая Катю.

— Знаешь, когда тебе на шею молодая девушка сама вешается, то, наверное, трудно ей отказать. Я не оправдываю его, но и сама хороша, я ведь даже не попыталась узнать его, что он за человек, чем интересуется, о чём переживает. Всё сама порешила за двоих, и это ещё хорошо, что так обошлось.., — хозяйка с оживлением взглянула на часы. — Скоро Ромка должен приехать, я очень хочу тебя с ним познакомить, — и шутливо улыбаясь добавила. — Пока его нет, может, и ему косточки сейчас перетрём?

3.50

Хозяйка ушла на кухню, чтобы вскипятить воду в чайнике, а девочка, оставшись в одиночестве, переложила большую подушку себе на колени и, опершись подбородком на её край, прикрыла глаза и задумалась, погрузившись в краткий миг воцарившегося безмолвия, словно продолжала вслушиваться в только что произнесённые слова подруги. Ей было комфортно в этой новой непривычной обстановке, поэтому, услышав приближающиеся шаги, она сильнее сжала подушку, с нескрываемым любопытством и теплом устремив взгляд навстречу девушке.

— А теперь о хорошем… — промолвила Катерина, наполняя чашки горячим чаем и попутно разливая своей всеохватывающей улыбкой море позитива. — Прошёл месяц с тех пор, как меня выпустили из больнички. Иду я, значит, по городу, ковыляю, если быть точнее. Нога уже почти в норме, но стараюсь не перегружать её, поэтому позволяю себе лишь небольшие прогулки. В тот день я как обычно продвигалась своим отработанным маршрутом: прошла мимо филармонии и сразу свернула в небольшой переулок, что поднимается прямо к площади перед рынком… Да ты, наверняка, знаешь его — там ещё из-за крутого подъёма тротуар сделан в виде высоких и широких ступенек.

— А, вспомнила, там часть дороги из старой брусчатки выложена в виде квадратиков! — откликнулась Света, которая внимательно слушала Екатерину.

— Ага, она рядом с тротуаром проходит. И я, значит, карабкаюсь по тихому. День выдался такой солнечный, а у меня на душе тоска зелёная — наши-то уехали на сборы! Я их видела-то всего ничего после выписки, и мне теперь приходится по индивидуальной программе восстанавливаться. Переулок этот не длинный, поэтому, услышав впереди себя какой-то шум, я посмотрела вверх и увидела в метрах тридцати от себя пожилую женщину, она что-то кричала и довольно активно размахивала руками.

Замолчав, Катя завела свои руки за голову и, вытянув стрункой длинные ноги, после небольшой паузы обратилась к Светлане:

— Знаешь, я ведь сотню раз проходила по этому переулку и никогда не подумала даже посмотреть, как он называется. А у него, оказывается, такое красивое название. Ну и что, что он маленький. Теперь он для меня самый-самый крутой во всём городе. Да, что-то я немного вперёд забежала.

— Изумрудный, кажется, — не выпуская своей чашечки из рук, произнесла гостья.

— Точно! Но тогда он был для меня простым переулком без названия. Смотрю, значит – а со зрением у меня вроде всё в порядке – по этой самой брусчатке, с самого верху и прямиком вниз лихо так несётся детская коляска. Видать, её катила по дороге та женщина — тротуар тут в виде лесенки и на самом деле неудобен для коляски, поэтому она и тянула её по дороге – и, похоже, случайно выпустила из рук. Ясен пень… Фиксирую цель, мельком глянула назад, а за мной никого нет. Самое опасное — этот перекресток внизу упирается в оживлённую дорогу. Значит, в данной ситуации понимаю — Катюха, вся страна смотрит только на тебя. Шучу… Но тогда было, конечно, не до смеха.

Сделав глубокий вдох и поджав свои ноги, Катя помешала своей ложечкой давно остывший чай и, пригубив немного, продолжила, явно смакуя такие приятные для неё воспоминания.

— Да, забыла сказать, что впереди меня, ступеньки на три-четыре, ещё один пешеход. Парень. В деловом костюме и с небольшим пакетом в руке. Он всё время в нём что-то разглядывал. Сутулая спина, ноги еле волочит, и только дужка от очков поблескивает на солнце. Ну, глянула на него разочек, думаю — типичный ботаник-зубрилка. А коляска всё ближе, синий козырёк от солнца у неё поднят. Гляжу — она вдруг наклонилась и реально почти на двух колёсах начинает поворот закладывать — типа хочет меня объехать, а я уже на дорогу вышла и всё примеряюсь, как бы мне её помягче остановить, всё же малыша не хочется напугать. Уже два-три метра осталось до неё, и я рванула, чётко так, по заданной и рассчитанной траектории. Ну ты же меня знаешь!

В комнате вновь стало тихо — это хозяйка решила встать около импровизированного столика и, допив быстро свой чай, активно жестикулируя руками, продолжила свой рассказ:

— Я-то рванула… но не учла, что и этот ботаник тоже… хм… попробует дёрнуться в сторону надвигающегося объекта… Короче, внезапно перед собой вижу пиджак в клеточку, который перекрывает мне весь обзор. Какой вывод? Правильно — помеха. В итоге, несмотря ни на что, устраняю перед собой все препятствия и цепляю эту летящую цель. Надо признаться, что всё у меня происходило в падении. В итоге, лежим с парнем на дороге и крепко держим коляску. Ботаник за колесо всё-таки смог ухватиться, когда я его снесла в прыжке, а я за бортик вцепилась. Но инерция движения коляски была очень сильная, да ещё и с перехватом мне тут помешали. В вертикальном положении, как ни старались, её удержать не смогли, поэтому она медленно, но верно опрокинулась прямо на нас. Вытягиваем навстречу четыре руки и ловим!

Улыбка Кати озарила всю комнату, и она с большим усилием сквозь громкие раскаты раздавшегося смеха, который уже не в силах было сдержать, смогла вытянуть из себя всего лишь два слова:

— Анютины глазки!!!

3.51

— Цветы в виде рассады та женщина катила на рынок. Как оказалось, её старая тележка совсем развалилась, и она приспособила на время эту коляску. Коляска, конечно, далеко не новая была, но сама понимаешь, времени на разглядывание у нас совсем не было. В итоге разлеглась я на этом ботанике очень даже неплохо. Как на коврике! Я тогда ещё и не догадывалась, что этот «коврик», в отличие от меня, ущерб-то приличный понёс, — рассказывала Катя, не переставая улыбаться.

Сделав небольшую паузу, с довольным видом стала перечислять все потери пострадавшей стороны, словно бывалый воин в очередной раз разглядывает свои трофеи, аккуратно развешанные на стене своего дома:

— В пакете у него был только что купленный ноутбук. Жуть, какой навороченный! Так он всмятку! А очки мы просто в порошок растёрли! — прозвучавшее «мы» и напоминание о своём скромном участии в этих подвигах сказано было с нескрываемым апофеозом. — Два ребра я этому ботанику сломала! Да только в тот момент мы ещё ничего об этом не знали, а лишь старательно тянули руки навстречу… этим цветам, — Катя обогнула маленький столик и присела рядом со Светланой.

Слегка убавив громкость своего выступления, она проникновенно обратилась к своей внимательной слушательнице:

— Представляешь, летят на нас цветы, какие-то свёртки, коробочки, и вдруг мой «коврик» подаёт голос как-то растерянно и, даже показалось в тот момент, немного обиженно — «А где ребёнок?!»

Опустив голову и сложив руки на своих коленях, Екатерина притихла. Немного погодя, не поднимая головы, искренне призналась:

— Вот именно после этих его слов всё, что у меня накопилось за эти муторные месяцы болезней и переживаний, стало уходить, словно ветром стало сдувать. Не знаю почему, но стало намного легче, и я впервые за уходящие весенние дни смогла не только улыбнуться, но даже рассмеяться. Как удивительно порою бывает в этой жизни…

Тихо звякнула ложечка в чашке, и тонкий лучик солнца пробежался по причудливым изгибам бегущего пара, пытавшегося незаметно выскользнуть из задумчивого клювика горячего чайника.

— На душе вдруг так хорошо стало, я засмеялась и в ответ ему всякую чепуху: «Ребёнок? Два цветочка подарил и уже детей хочет на руки взять? Для начала надо попытаться девушку на руки взять и, к примеру, пронести её на руках до девятого этажа » – это я намекаю ему, что он ещё полный задохлик.

Мельком взглянув на часы и подливая чая своей гостье, Катя договорила:

— А в итоге, мне пришлось оставшегося без своих окуляров Ромку в больницу тащить. Потом ещё ему свой ноутбук на время отдала. Он, оказывается, в аспирантуру перешёл, а я только на первом курсе барахталась. Так и познакомились. Со временем стала замечать, что в его глазах только я одна и отражаюсь. Деликатный он… Теперь со спортом дружит, пообещал, что к свадьбе на любой этаж меня донесёт…

За окном летние лучи мягко скользили на редких листочках, отлетающих с ещё пышных крон деревьев, а светлое серебро тополей редкими всполохами освещало комнату, которая мирно дремала, словно беседка, привечающая под ажурной вязью разговора двух путников, встретившихся в непредсказуемом лабиринте жизненных тропинок.

3.52

Два человека неторопливо вели беседу в небольшой комнате. В вытянутое по горизонту окно тренерской можно было разглядеть спортивный зал с расставленными столами для игры в настольный теннис. В зале только что завершилась тренировка, и последний спортсмен, уходящий в раздевалку, нажав на выключатель, погасил уставшие светильники, позволив тёмному покрывалу позднего вечера мягко заполнить большое помещение. Тишина медленно приближалась к тонкому лучу света, убегающему из тренерской в притихший зал и, примкнув к тонкой пластинке стекла, пушистой кошкой улеглась на белой полочке оконного проёма.

Девушка в спортивной форме прислонилась к стене возле окна и, пристально разглядывая небольшую теннисную ракетку в своей руке, внимательно слушала пожилого мужчину, деликатно подбирающего слова для непростого в сложившейся обстановке, разговора:

— Завтра еду в столицу, все документы уже готовы, и осталось решить только вопросы с переездом семьи. Приглашение в штаб сборной страны, конечно, это большой вызов, и я надеюсь, что смогу помочь ребятам.

— Желаю успехов, Сергей Николаевич, и верю, что у Вас всё получится. У Вас точно всё будет хорошо! — отозвалась девушка, подняв свой взгляд от ракетки, но высказавшись, снова опустила глаза вниз.

— А у тебя, Света, всё хорошо будет?

— Я буду стараться. А Вы разговаривали с папой?

— Да, конечно, как и обещал, я попытался… но знаешь, он говорит, что сам справится.

— Что-то долго он справляется.

— Нам надо в него верить, ведь Виктор — это победитель. Вообще, я впервые вижу его в таком состоянии, он словно сам на себя не похож. Явно что-то произошло, если его, сильного человека, так сломило… Хотя он всё отрицает, говорит, что в норме… но нас-то ему не провести. Правда ведь?

— Он даже маме ничего не рассказывает и мне…

— Да, надо ему как-то помочь… Но вот как?

— Этот процесс я уже взяла на себя.

— Ты говорила мне, но уж больно у тебя подход к этой проблеме… скажем, очень конкретный такой. Не перебарщиваешь? Всё-таки это твой отец.

— Он что – маленький ребёнок? Он сам всегда говорил, что надо твёрдо свою линию вести, если уверен в себе…

Расставаться всегда тяжело, и два человека, так хорошо понимавшие друг друга, вслушивались в лёгкие шаги забежавшей в маленькую комнату тишины, при этом внутренне продолжая свой диалог. Тема, затронутая в разговоре, сейчас для них была очень сложной и болезненной. Если ещё добавить и момент расставания, пришедший на сегодняшний вечер, то можно понять, как грусть, нахлынувшая разом, накрыла сердца двух людей, притихших в засыпающем уютном зале, ставшим для них двоих за долгое время верным спутником.

Мужчина первым нарушил затянувшееся молчание. Он достал из кармана небольшой свёрток и, выйдя из-за стола, подошёл к девушке.

— Хочу тебе на память небольшой подарок сделать, — протягивая блестящий пакетик, проговорил Сергей Николаевич. — Надеюсь, тебе понравится. Знаешь, хотел чистый белый цвет найти, но не случилось, думаю, этот тоже очень красивый.

— Я буду беречь его, — ответила Света, надевая на своё запястье браслет, собранный из небольших светлых янтарных шариков.

— Слышал, ты на первенстве города участвовала, а мне даже не сказала. Я бы пришёл и с удовольствием бы тебя поддержал.

— Вас в тот день в городе не было, да и выступать я особо не хотела. Так обстоятельства сложились.

— А финал ты из-за травмы пропустила? Или…

— Да, Вы правы, из-за него. Победитель турнира должен был дать интервью для ТВ. Поэтому я в финал не пошла.

— Понятно, ну это и правильно. Зато теперь могу сказать всем, что призёра городского чемпионата воспитал. Шучу. Решила, значит, твёрдо, завершить дружбу с летящим шариком.

— Да, не хочу тут быть, просто так время проводить.

— Ну, хоть с Руби будешь пересекаться? Я устал его воспитывать. Зачем он из тебя так активно пытается автогонщика вылепить? Главное, говорит мне — творческие люди не смогут вписаться в размеренный ритм городских ограничений. Хорошо ещё, что хоть на заброшенном полигоне свои гонки устраиваете, — вздохнул озабоченно мужчина.

— Дядя Рубен говорит, что всё под контролем и что Вам, Сергей Николаевич, тоже бы не помешало из своей консервной банки пересесть в приличную машину, — сделав робкую попытку изобразить улыбку впервые за этот вечер, проговорила Света, имитируя при этом мужскую речь с явно грузинским акцентом.

— Эх, зря я в прошлый раз этому усачу не укоротил его красоту. Передай ему — пусть сидит в своём театре и ездит на общественном транспорте, а не то, если увижу его на дороге в автомобиле, обещаю, что сделаю красивую декорацию из его тачки, – мужчина снова улыбнулся. — Ты хоть по праздникам звони, а ещё лучше заходи в гости, если будешь в тех краях.

Девушка в ответ лишь молча кивнула головой – за этот вечер она уже исчерпала весь запас бодрости и стояла опустошённая, просто прокручивая на руке подаренный браслет. Тренер подошёл к своей любимой ученице и ласково приобнял хрупкую фигурку девушки, потом прикоснулся губами к её макушке и тихо сказал:

— Смотри, твоей маме очень нужна разумная дочь, не забывай об этом. И всем нам тоже этого очень хочется, — слегка отстранив от себя девушку, мужчина улыбнулся. — Ладно…пойдём, а то Тамара Александровна с нас опять скальп будет снимать за то, что мешаем ей уборку делать.

— Это точно – снимет. Тогда, Сергей Николаевич, Вы идите вперёд, а я, может, успею и проскочить, пока Вас обрабатывают, — шутливо подыграла Света, направляясь к выходу.

В маленьком окошке тренерской вскоре погас свет, и два человека одновременно шагнули в глубокую тишину уснувшего зала. Их силуэты проплыли мимо молчаливых столов и растворились в длинном коридоре, в конце которого, за прозрачным стеклом дверей, виднелись мерцающие, словно звёздочки, многочисленные огни ночного города.

3.53

— Света, это правда, что ты сегодня последний день?! — с порога услышала в свой адрес громкий возглас девушка, открывающая дверь в раздевалку.

— Да, и всех хочу карамельками угостить, — вынимая из сумки красочную упаковку произнесла вошедшая. — Сто штук в коробке, и чтобы все сегодня же сгрызли!

— Опять ты нереальные задачи нам ставишь! Ну если, конечно, нам ребята помогут, то справимся, — прозвучал в ответ задорный девичий голосок.

— Вообще-то, я планировала, что вы им подарите большую кучу красивых фантиков, думаю, они остались бы довольны, — поддержала весёлое настроение девушка и привычным движением открыла деревянную дверцу шкафчика.

— А новый тренер сегодня будет представлен? Вернее, пока ещё и.о.тренера… Интересно, какой он из себя? — чей-то прозвучавший вопрос, видимо, интересовал многих. Многих, да не всех. Для одного человека новости о новом тренере были уже не важны.

Света вчера попрощалась с Сергеем Николаевичем, и в клубе её уже ничего не могло удержать. Но всё же ребята уговорили её сыграть с ними мини-турнир… На прощание. Поэтому последний день пришлось перенести на сегодня… Светлана и не возражала.

На внутренней стороне дверцы был закреплён небольшой плакат. От долгого хранения он уже порядком выцвел и потерял свою первоначальную яркость, краски потускнели. Словно время, пронизывая своим движением, каждый раз уносило с этого плаката слой за слоем ничтожно малые частицы, незаметно и в тоже время достоверно, каждый раз сканируемые внимательными глазами хозяйки шкафчика.

Почти весь плакат занимал небольшой фрагмент асфальтированной дороги, а если быть точнее — тот участок, где она делает довольно резкий поворот. На отшлифованном тёмно-сером асфальте в стремительном движении был запечатлён гонщик, на огромной скорости входивший в этот сложный изгиб дорожной ленты. Умело управляя мощным спортивным мотоциклом, в чёрном элегантно облегающем костюме, он был одним целым со своим железным напарником, тоже предпочитающим глубокий чёрный цвет. Они были словно две капли дождя, в лёгком трепете приземлившиеся на прозрачное полотно стекла, бегущего по обволакивающей хмари городского трамвая, изо всех сил пытаясь соединиться, продолжить свой неповторимый полёт, помогая друг другу насладиться движением с вновь обретённой скоростью.

Присмотревшись внимательно, можно понять, что этой скоростной техникой на плакате управляет девушка. Её плавность и грациозность передалась и её товарищу, который чутко прислушивался к каждому движению своего компаньона.

Любопытный круглый глаз зеркальца, пристроившийся на дверце, смог в очередной раз подмигнуть своему старому знакомому, находящемуся внутри шкафчика. Им оказался белый теннисный шарик, непринуждённо парящий в воздухе. Заботливые руки хозяйки маленького домика доставили ему эту радость — не пылиться на тёмной полочке, а хоть изредка смотреть на окружающий его мир. Вот и сейчас, закреплённый на тонкой ниточке, он слегка качнулся от движения открываемой дверцы и подмигнул в ответ зеркальцу своим белым бочком.

Тихо поворачиваясь в едва ощутимом колебании воздуха, белая сфера лёгкого спортивного мячика постепенно открыла удивительную картину. Она была миниатюрной, впрочем как и предложенное для этого лёгкое, весом всего в два грамма, «полотно». Небольшая часть шарика была укрыта словно облачком, тонкими нитями штриховки от карандаша. Нетронутые белые кусочки, оставленные среди бегущих грифельных нитей, высвечивали искусно спрятанный рисунок, это был легко узнаваемый, силуэт девушки с плаката. Но чья-то рука одела двух летящих друзей, в отличие от плаката, в белый цвет.

В раздевалке стали стихать голоса, и девушка возле шкафчика с потрёпанным плакатом тоже собралась идти на свою последнюю тренировку. Закрывая дверцу, она тихо щёлкнула пальцем свой спрятанный талисман, заставляя его от полученного удовольствия закружиться в весёлом танце так, что белый силуэт на круглом боку мячика разогнался ещё сильнее, словно хотел пробить серое облако, окружавшее его.

3.54

Ниточка, оказав посильное сопротивление, была вынуждена расстаться со своим неразлучным другом, и он, подмигнув ей на прощание, нырнул в большую раскрытую сумку.

Освободив от своего присутствия небольшой прямоугольник пространства, где так долго находились вещи, хозяйка ненадолго замерла. Проведя рукою по грустно взирающему на неё плакату на тонкой дверце, нагнулась и взяла с длинной скамейки свою сумку и внушительный пакет.

В фойе девушка заметила одинокую фигуру знакомой женщины, которая по обыкновению делала влажную уборку.

— Вечер добрый, Тамара Александровна. Вы сегодня решили пораньше начать?— останавливаясь на последней ступеньке лестницы, привычно поздоровалась она.

— Здравствуй, Света. Да, … если бы, … это ваш новый И. О. прилепился ко мне сегодня, как банный лист. Всего первый день, как пришёл, а уже гонору целый вагон и малая тележка. Ну кто моет полы перед самым носом проходящих людей, скажи мне? Всегда я начинала после окончания ваших тренировок, — недовольно пробурчала в ответ пожилая женщина, усердно вытирая пол перед входными дверями большой шваброй.

— Вы не торопитесь, я подожду, — опустив пакет на ступеньку, понимающе отозвалась девушка.

— А ты не жди меня, можешь пройти через запасной выход. Он сейчас открыт, — и уборщица махнула своей рукой в сторону узкого прохода, находившегося под лестницей, на которой сейчас стояла Светлана. — Да, и у меня к тебе просьба — по пути захвати вон тот пакет с мусором, он там в проходе стоит. И когда выйдешь на улицу, справа от выхода сразу увидишь мусорный бак, — мягко улыбаясь, попросила женщина.

— Да, конечно, Тамара Александровна, — сворачивая с лестницы в сторону запасного выхода, ответила та. Вот так завершилась сегодня последняя тренировка спортсменки.

Тёплый вечер старательно сохранял в воздухе тонкий аромат акации, зелёным обручем охватывающей большое здание. Выполнив данное ей поручение, Света неспешно направилась в главному входу, огибая многочисленные выступы и колонны спортивного сооружения. Возле крыльца девушка заметила силуэты двух мужчин и, узнав в одном из них новоиспечённого руководителя секции, остановилась, будучи совсем незаметной в тени очередного выступа.

Опустив свой груз на асфальт, девушка прислонилась к стене, ожидая, когда два человека возле центрального входа завершат беседу и разойдутся. Стряхнув со щеки назойливую мошку, она вдруг вспомнила недавний разговор с Сергеем Николаевичем. Вчера, когда расставаясь они вышли на улицу, он неожиданно поделился с ней личными переживаниями из своего прошлого и рассказал короткую историю. Снова его негромкий голос прозвучал в душе задумавшейся девушки. От небольшого порыва ветра ветви акации слегка заколыхались перед глазами девушки, и она, сохранив набежавшие воспоминания, прислушалась к доносившимся до неё отголоскам разговора двух мужчин возле главного входа спорткомплекса.

— И ты ради какой-то школьницы заставил меня нестись сюда через весь город? — с нескрываемой насмешкой обронил в духмяный настой наступающего вечера чей-то грубый мужской голос.

— Да, знаешь, мне надо эту мелкую на место поставить, чтобы как собачонка — хвостиком виляла и за мной бегала, — с нескрываемым раздражением в адрес ожидаемой сейчас персоны ответил ему уже узнаваемый Светой голос.

Это был вновь представленный сегодня человек, пока ещё временно замещающий Сергея Николаевича. Девушка сразу узнала его неприятный говор и тут же вспомнила, что он просил её ещё во время сегодняшней тренировки на пять минут задержаться. В тот момент спортсменка пропустила его просьбу мимо ушей, но, как оказалось, он и вправду ожидал её на улице возле главного входа. Раздумывая, как ей поступить дальше, девушка прислушалась к дальнейшему разговору мужчин.

— Первый день как пришёл, принимаю дела и тут случайно узнаю, что она сегодня, оказывается, уходит из секции. Видишь ли, эта школьница в клубе входит в пятёрку сильнейших игроков и по городу недавно в призёры вышла. Вот я и хочу сейчас её прокатить на твоём «мустанге», зато потом будет бегать у меня… А в буфет за соком — так это уж точно, ежедневно! — вновь нарушил тишину голос и.о. тренера.

— А при чём тут сок, буфет? — неспешно переспросил его собеседник.

— На тренировке, как узнал, что она лыжи навострила из клуба, решил ей внимание взрослого человека оказать. Они же, эти малолетки, такие моменты обожают. Короче предлагаю ей бутылочку минералки, заодно отметил её хорошую игру. А она ноль внимания на мою минералку и мне при всех говорит: «В буфете сок есть, персиковый, интересно, не раскупили его ещё?»

— Ну чё, хм… нормальный подход, авторитет сразу сложно получить, — выслушав напарника, усмехнулся мужчина. — Только смотри, ты мне за сегодня будешь должен. Я весь свой день перекроил, чтобы тебя выручить.

Силуэт девушки после этой реплики растворился в тени.

— Хорошего вечера, — спокойно произнесла она в сторону двух собеседников, через пару минут выходя из здания через центральный вход.

— Ты сейчас в метро? Хочешь прокатиться? — торопливо делая в её сторону пару шагов, предложил новый тренер, указывая рукой на шикарный спортивный автомобиль.

Серебристый кузов машины излучал мощь и силу, без сомнения она была создана для сильных и крепких рук, влюблённых в эту бесконечную песню, а именно — скорость.

— Ну, так как. Хочешь прокатиться? — повторил, хитро улыбаясь, свой вопрос мужчина, при этом рукой играя ключами от автомобиля.

— Хочу, — прозвучал в тёплом воздухе ответ девушки.

— Вот видишь! — самодовольно обратился, оборачиваясь к своему собеседнику, неспешно потягивающему маленькими глотками кофе из небольшой баночки, будущий наставник спортсменов. При этом его рука всё так же потряхивала ключами в воздухе.

— Я же гово.., – тут его голос осёкся. Он вдруг почувствовал отсутствие в руке ключей. Быстро обернувшись, он увидел девушку, стоящую рядом с автомобилем. В её руке победно сверкали ключи от машины.

— Какая резвая… — нагибаясь за оставленными на скамейке вещами девушки, растерянно проговорил мужчина и себе под нос добавил: — Завтра начнётся твоя дрессировка. Готовься.

Но едва он успел это проговорить, как в вечерней накидке города резко вспыхнули яркие фары машины и грозно заурчал разбуженный двигатель спорткара.

— Да, ты что… – не договорив свою фразу до логического завершения, пытался как-то отреагировать на происходящее, мужчина средних лет, с перекинутой через плечо сумкой и большим пакетом в руке. Было видно, что он категорически отказывался верить в то, что сейчас видели его глаза.

А в ответ, проясняя его недоумение, стекло рядом с водителем быстро уехало вниз, и из салона показалась рука девушки. Она была направлена в сторону крупного электронного табло, расположенного прямо над центральным входом и отображающего реальное время с точностью до секунды.

— Отсчёт по нулям, — ровный голос как-то спокойно и обыденно озвучил намерение человека, находившегося в автомобиле.

Машинально развернувшись в сторону быстро бегущих на экране цифр, мужчина неожиданно услышал за спиной, как сильно взревел мотор, и уже через несколько секунд характерный визг тормозов говорил о том, что это на огромной скорости водитель закладывал резкий поворот.

— Если будет хоть одна царапина, будешь всю жизнь на галерах у меня пахать, — сказал мужчина постарше.

Он даже не обращал внимание на то, что уже полностью расплющил банку с кофе. Но в его глазах не было места для испуга и тревожности, в отличие от опешившего товарища, находящегося в глубокой прострации. Он с неподдельным восхищением смотрел вслед уносившейся от него машины.

— Так работать тормозами! Волшебно… — задумчиво проговорил он самому себе, оценивая только что совершённый поворот, и бросив взгляд на мелькающие цифры, повернулся в противоположную сторону на звук приближающейся машины.

Обогнув солидное здание спорткомплекса, серебристый мустанг, жестко притормозив, встал как вкопанный точно на то место, с которого бешено сорвался несколько секунд назад. Девушка аккуратно закрыла дверь и, слегка коснувшись рукой кузова, посмотрела в сторону застывших во времени мужчин. Она молча смотрела, терпеливо ожидая чего-то от них. Первым догадался хозяин автомобиля:

— Нас сделали, — признавая поражение от лица их обоих, проронил он в сторону ждущей ответа школьницы.

— На тебя не похоже, ты же… — начал с удивлением начинающий тренер, но его сразу остановил старший товарищ.

— Ты на время посмотрел? Да кто она такая?! — невольно воскликнул мужчина, до сих пор не замечая в своей руке с показавшейся из-под рубашки красивой татуировкой дракона сплющенную банку с кофе.

— Я и сам её сегодня впервые увидел, — не зная что и ответить, растерянно пролепетал его собеседник.

Девушка, взяв свои вещи и кивнув вышедшей из здания знакомой спортсменке, попрощавшись, стала удаляться от здания по небольшой аллее. Мужчина, осознав, что в руке он всё это время держал фрагмент сдавленной фольги, выбросил остатки от банки и бросился догонять школьницу. Догнав, он торопливо протянул ей свою визитку и негромко попросил:

— Если вдруг захочешь, то посмотри мой сайт, все подробности будут высланы тебе позже.., при твоём желании, конечно. Скучно, точно не будет. За это отвечаю.

И уже отходя от неё в сторону, он неторопливо произнёс в сгустившуюся темноту:

— Кажется, я нашёл, возможно, скоро финальная восьмёрка сложится. Думаю, шанс есть.

3.55

Снег за окном растекался лёгкими волнами, огибая встроенную в хмурый силуэт высокого дома угловую комнату. В уютной светлице проворные руки миловидной женщины наводили порядок на письменном столе. Вернее, они, аккуратно убрав большую стопку книг, почти облокотившуюся на светлые обои, вклеенные в укрытый от забегающего в комнату дневного света фрагмент стены, сейчас добрались до небольшой белой фоторамки, спрятанной за книгами. Фотография, вставленная в неё, в данный момент была обращена к стене.

— Всё-таки оставила её, — облегчённо вздохнув, поделилась вслух своими мыслями с притихшей комнатой женщина и, развернув фоторамку, стала внимательно вглядываться в знакомый фотоснимок.

На фотографии молодой мужчина, запечатлённый в пол-оборота, широко раскинув вверх руки, улыбаясь смотрел на маленькую девочку, которая в это время, находясь в воздухе, летела прямо в его объятия, задорно смеясь.

Появившаяся во время просмотра лёгкая улыбка, тронув её губы, вскоре пропала, а глаза, оживлённо рассматривающие фотоснимок, наполнились грустью и встревоженностью. Вернув все предметы на столе в первоначальное положение, женщина взяла с края стола чайник с изогнутым тонким носиком. Раньше он использовался по назначению — в нём заваривали вкусный и ароматный чай, но сейчас ему тоже было доверено очень важное дело — он обеспечивал комфортный водный режим питания для многочисленных цветов, уютно рассевшихся в своих гнёздышках-горшочках.

Сделав несколько шагов от стола к окну и при этом по пути поправив свободной рукой эластичные резиновые ленты, что свисали синими лианами на ручках компактно собранной беговой дорожки, она вдруг замерла… Осторожно установив на подоконник красивую, с блестящими гранями ёмкость для полива растений, хозяйка квартиры ответила на прозвучавший звонок телефона:

— Брат! Ой! Братик! — громкий радостный возглас всколыхнул тишину, царившую до этого в комнате.

Вновь, уже во второй раз за это утро, её обворожительная улыбка отобразилась на стекле, в летящих снежинках февраля, пытающегося запорошить последние шаги уходящей зимы. Рука опустилась на раму окна, и красивый звонкий голос, волнуясь от внезапного, но такого долгожданного звонка, побежал навстречу по незримым нитям связи к дорогому и родному человеку:

— Ты после своего пароходика по земле ещё не разучился ходить? Почти полтора года пропадал в своих океанах. Очень хочу тебя увидеть, приезжай летом, если сможешь. Хорошо, если к Светлане на день рождения получилось бы у тебя приехать.

Задумчиво постукивая пальцами по стеклу, она продолжила начатый разговор:

— Ты спрашиваешь, какие у нас новости? Если попытаться их выразить морским термином, то дома у нас сейчас тихая буря. Да, даже такие бывают иногда.

В комнате стало тихо. Человек возле окна внимательно вслушивался в маленькую плоскость телефона, а по его лицу робко покатилась первая слеза, отражаясь в шустрых крупинках снега за окном.

— Подожди, подожди. Сейчас всё расскажу, — пододвинув к окну стул и опершись на него своим коленом, устало продолжила неприятную для неё тему разговора. — Ты только отправился в свою экспедицию, а мы в это время вернулись домой — наш круиз завершился тогда вместе с отпуском. Помнишь, мы ещё в тот год с тобой шутили, что, может, встретимся в океане. Но неожиданно пришлось встречать совершенно непредсказуемые дни, наступившие вскоре после той поездки.

Её голос стал тише, и слова, наполненные долгими переживаниями, устремились с подрагивающих губ к собеседнику непрерывным ручейком:

— После отпуска, я, как обычно, сходила на ежегодное плановое обследование, меня, правда, после этого ещё раз приглашали — у них там новое оборудование привезли, более продвинутое. Потом я на работу вышла. А дальше пошли хмурые дни в нашей семье. Виктор попал в аварию. Хорошо, что никто не пострадал, он только машину разбил. Но после этого случая он был сам не свой, хотя с его железной выдержкой всё это так неожиданно. Помню, зимой, когда они перевернулись на машине с сотрудниками в командировке — тогда был дикий гололёд — он всех вытащил из оврага, в который их вынесло.

Женщина встала и, вернувшись обратно к столу, продолжила свои воспоминания, машинально перекладывая стопку книг с одного места на другое:

— Потом он быстро оформил своё увольнение, хотя его, конечно, никто на работе и не собирался отпускать. Ты же его знаешь, если упрётся — то как бульдозер. Сейчас работает грузчиком в порту, смены берёт только ночные, и самое главное — с тех самых пор у нас дома стало так тихо, что плакать хочется.

В руке у женщины вновь появилась фотография, и уже не пытаясь сдержать слёзы, она продолжила свой рассказ:

— Он так сильно изменился — внутренне, словно его подменили, и я это чувствую. Ты же знаешь, у нас одно сердце на троих, поэтому это всё не укладывается в голове. И самое главное — Светлана не разговаривает с ним уже год. Это она так по-своему защищает нашу семью. Представляешь, прямо ему в лицо говорит: «Верните мне моего папу». Я говорила ему раньше: «Ты человек известный, реже к ней в школу заходи.» Понятно, что он многое для школы сделал, да и для города немало потрудился в комитете. Но получается, что дочь учится в его ореоле, и это ей не на пользу. И в итоге, когда этот ореол погас, тут я не знаю, зачем он к Свете в школу приходил в таком состоянии после аварии. Правда, и было это пару раз всего-то. Но хватило и этого – к Свете сразу отношение многих в школе изменилось. А она в ответ на это стала воевать там со всеми и про учёбу, как таковую, уже можно было забыть.

Снежинки за окном стихли в своей круговерти, лишь редкие из них, сумевшие зацепиться за холодную плоскость стекла, осторожно заглядывали в комнату, где одинокая фигурка женщины продолжала изливать свою грустную историю в мокрую пластинку телефона:

— Я перевела её в другую школу, очень просила постараться закончить девять классов. Теперь мы с ней живём в другом районе, в квартире мамы Вити, а свекровь к сыну переехала. А если Виктор приходит к нам, то Света сразу уходит к бабушке. Два сапога-пара. Хорошо ещё, что Сергей в своей секции тенниса её смог отвлечь немного от всего происходящего, но он сейчас переехал в столицу. Я по возможности всю работу делаю дома, в офис редко выезжаю, лишь бы её чаще видеть, возраст ведь такой взрывоопасный сейчас.

Тишина накрыла ненадолго своим мягким крылышком уставшего человека, и он, освободившись от лежавшего груза на сердце, завершая свою речь, произнес:

— А он молчит, и глаза погасли. Придёт ко мне, посадит на стул и смотрит, словно я из хрусталя собрана. И всё обещает мне, что это скоро пройдёт. Работает по две смены, копит деньги Светлане на учёбу. Надеется, что она передумает и будет поступать, куда ей рекомендовал Рубен. Но она после того случая даже не прикасается, как отрезала, и теперь уже Рубен на неё обижается. Приезжай, братишка, помоги распутать этот клубок, очень тебя жду. Целую крепко. Приезжай.

3.56

В спортзале раздался громкий окрик в виде приветствия, и Фея, сделав очередной шаг, обернулась в сторону приближающегося к ней человека. Это был учитель физкультуры Константин. Весь какой-то озабоченный, он быстрыми шагами сокращал расстояние до девушки и остановившегося за её спиной в нескольких шагах Димки.

— Ребята, выручайте! — возбуждённо выдохнул учитель и торопливо стал объяснять причину, по которой он их пригласил сюда во время большой перемены. — Мне очень нужны ваши фото для оформления нового стенда. Да, сразу скажу, это не моя инициатива, мне достаточно того, что вы подарили свои призы школе. Но недавно пришёл в школу новый завуч, и он проявляет сейчас повышенную активность.

Фея насупила брови и всем своим видом показывала, что эта просьба для неё обременительна. Фотографироваться она сейчас не собиралась – это было очевидно.

— Может обойдемся без этого? — полувопросительно прозвучал её голос.

— Давайте меня, я не против, — подключился к разговору Дима. Он хотел перевести внимание на себя и помочь девушке уйти от этой темы.

— Не получится. Завуч, когда увидела, что со спортивными достижениями у нас в школе туго, потребовала вас в полный рост и с призами в студию, иначе у меня не будет спокойной жизни, — обречённо выдохнул Константин. — Ребята, выручайте! А то скоро будет проверка спортзала, потом ещё ждут гостей в школу, а у меня только один Фролов на стенде, который висит с первого класса и, кажется, отдувается за всю школу.

— Проверка, гости, а потом... — размышляя о чём-то своём, Фея наклонила голову и повела

глазами в сторону, предлагая учителю отойти.

Отступив от Димки на пару метров, они стали тихо совещаться. Вскоре физрук утвердительно закивал головой и, развернувшись, пошёл в тренерскую.

Уже через минуту Дима держал в руке свою грамоту, а Фея прижимала к груди большой кубок на яркой подставке. Определив для фона длинный ряд высоких шведских стенок, Костя выбирал оптимальный ракурс для кадра. Девушка, вызвавшаяся первой на эту фотосессию, вдруг поманила рукой к себе Диму, приглашая его стать рядом с ней. Подойдя к ней, тот сразу ощутил в руке тяжесть металла и, непроизвольно подхватив кубок, услышал возле своего плеча негромкий голос Феи:

— Подержи его, он тяжёлый. А я возьму твою грамоту.

Димкина грамота перекочевала к девушке, и в это мгновение фотограф довольным голосом объявил:

— Готово.

Фотография вышла забавная и немного странная: Фея держала грамоту двумя руками, лишь касаясь кончиками пальцев, при этом спрятав своё лицо за плотным бумажным листом так, что можно было разглядеть только её глаза под волнистыми прядями тёмных волос. А стоящий рядом с ней Димка, наклонив голову, что-то старательно разглядывал внутри большого кубка. Несмотря на это, фотограф был доволен и повторных кадров делать не стал. Видно, он переживал, что некоторые из присутствующих могут передумать в любую минуту, если фотосъёмка затянется по времени.

Поставив на стол в тренерской кубок с вложенной в него грамотой, школьник развернулся на выход, но его остановил своей просьбой учитель:

— Я тебя ещё на пару минут задержу, пожалуй. Надо турник установить в зале, а его собирать одному проблематично. Поможешь?

— Ага, — прохрипел Дима, мгновенно обкрученный, благодаря умелой сноровке учителя, длинным и толстым канатом по всему туловищу. Придерживая тяжёлое и своеобразно пахнущее змеиное тело толстой верёвки, он вышел из тренерской. В зале неожиданно для себя он увидел силуэт Феи. Девушка не ушла. Видимо, у неё были ещё вопросы к физруку – решил Дима про себя и, пройдя несколько метров, стал искать на стенах крепления, необходимые для установки спортивного снаряда. Почувствовав, что Фея смотрит в его сторону, он повернулся к ней, пытаясь понять, чем он обязан такому вниманию. Короткой фразой, обращённой в его адрес, она прервала его раздумья:

— Зайди ко мне.

Тугая волна медленно стала накрывать застывшего в канатной кольчуге юношу, и его изумление уверенно заполнило пространство рядом с ним.

— В класс… — увидев неожиданную реакцию мальчишки, пояснила девушка и направилась к выходу.

После этих слов Дима понял, что сейчас она ожидала его, но внезапное вмешательство учителя физкультуры встало препятствием, не позволившим в данный момент ему пойти вместе с девушкой по школьным коридорам и этажам. Сделав глубокий выдох от испытанного им волнения, он мысленно поблагодарил Константина за такую своевременную помощь и потащил упавший к его ногам канат к вышедшему из тренерской учителю.

Бойкая рука ученицы чертила мелом на школьной доске сложные формулы, за спиной кто-то шептался, и вокруг периодически шелестели страницы учебников. В классе шёл урок, и порою учитель напоминал об этом самым беспокойным учащимся. Один ученик излучал примерное поведение и глубокое проникновение в решение озвученных учителем задач. Дима, а это был именно он, полностью отключившись от учебного процесса, решал очень сложную для него проблему — в течение этого дня ему надо зайти к Фее в класс, чего он не мог никак представить в реалии. И вдобавок, как он ни пытался придумать для себя причину этого приглашения, ему в голову не приходило ни одной внятной идеи. Зачем она позвала его? Сейчас прозвенит звонок, и будет последняя перемена в сегодняшнем расписании. И как бы ему не хотелось, но придётся идти через всю школу в класс, где учится эта удивительная девушка.

3.57

О том, что прозвенел звонок, Димка понял, когда перед глазами замельтешили силуэты одноклассников. Опустив учебники в раскрытую сумку, он заставил себя переступить порог кабинета и выйти в коридор, наполненный суетой и бесконечным турбулентным движением учеников.

Стараясь не обращать внимание на окружающих, он медленно продвигался вверх по лестнице. Плотность взглядов, бросаемых на него, возрастала с каждым шагом, сокращающим расстояние до назначенного пункта встречи. Не понимая, почему это всё с ним до сих пор происходит, и размышляя о том, когда же это всё для него закончится, Дима остановился в дверях, где находился класс Феи. Пройти в класс у него уже не было сил, это был на сегодня его предел.

Рассматривая через открытые двери незнакомых учеников, он довольно быстро смог найти среди них знакомую фигурку светловолосой девушки. Она сидела за столом, в самом центре класса и оживлённо что-то обсуждала с соседкой, но её коллегу по учебному процессу Дима не мог разглядеть, так как несколько учениц обступили стол и перекрывали обзор. Вдруг все присутствующие устремили свои взгляды в широкий прямоугольник дверного проёма, где замер ученик параллельного класса, ставший популярным в школе в эти февральские дни.

Светловолосая, увидев знакомого школьника, махнула в его сторону рукой, и девчата, стоявшие возле стола, расступились, пропуская идущую к нему Фею. Она несла в руке пакет, который передала Диме, остановившись рядом с ним.

— Поздравляю, — тихо произнесла девушка, подарив мальчишке быстрый взгляд внимательных глаз. В ответ Дима только и смог лишь глубоко кивнуть своей головой. А когда он поднял от пола свои глаза, девушки уже не было рядом с ним.

Спускаясь по лестнице он обнаружил в пакете свои, оставленные им у Софьи Ивановны в квартире, зимние кроссовки. В одну кроссовку был вложен пакетик с вязанными шерстяными носками, а в другую кто-то положил небольшую шоколадку с праздничным рисунком.

Последний урок наконец сдался, отпуская уставших учеников на свободу. Закинув на плечо сумку и сняв пакет с крючка, прикрученного к стойке стола, Дима направился к выходу, но был остановлен в дверях класса шустрой девчонкой.

— Ты сегодня дежурный, твоя очередь, — заглядывая в свой блокнотик, произнесла она, бойко прожигая его своими большими линзами от очков.

— Ну, и что мне делать? — рассеяно спросил её школьник, оглядывая опустевшую классную комнату.

— Стулья подними, подмети пол, вынеси мусор, полей цветы и сдай ключ от класса на вахту, — без запинки протараторила она в ответ.

Пока он переваривал эту длинную реплику, в классе воцарилась полная тишина, и лишь большая секундная стрелка на часах, закреплённых над выходом из класса, тихонечко цокала, стараясь не мешать новоиспеченному дежурному осмыслить предстоящий фронт работы.

Взгромоздив стулья на столы, Димка отправился на поиски швабры и после полной инспекции всех закутков нашёл её в разобранном состоянии. Закрепив щетку на пластиковом стержне, он начал очищать пол от мелкого мусора.

Вдруг дверь в класс открылась, и перед ним оказались две незнакомые школьницы, по внешнему виду его ровесницы. Аккуратно прикрыв за собой двери, они, источая какие-то странные слащавые улыбки, направились в его сторону.

— Мы тебе поможем, — с улыбкой забирая швабру из рук удивлённого дежурного, произнесла одна из них.

— Вы кто? — не понимая причину их прихода, медленно выдавил из себя Дима.

— Ха! Ты даже своих одноклассниц не можешь запомнить? — проворковала, подошедшая вплотную к нему, вторая девушка и спокойно стала расстегивать верхнюю пуговицу на рубашке юноши.

— Интересно, и что Фея в тебе нашла? Популярные парни нас интересуют всегда, — рука школьницы уже потянулась к следующей застёжке на рубашке.

«Ну, что за день такой сегодня!» — с большим вздохом промолвил мысленно Дима, после того, как довольно бесцеремонно вытолкал шваброй двух незваных помощниц из кабинета. Неожиданно он отметил про себя, что эти девушки отчасти добились своего — он их запомнил. Ведь запоминать и разглядывать всех девушек — та ещё морока. Что ему, больше делать нечего?

Теперь он осознал, что популярность — это действительно заноза, которая постоянно вмешивается в личную жизнь человека. И уж Димка никак не ожидал, что привлечёт к себе внимание со стороны женской половины человечества. Понимая причину, по которой его зачислили в эту категорию, он хотел самоустраниться от источника, способствующего нездоровой популярности. Но этот источник, в отличии от него, совершенно не обращал внимания на мнение окружающих, и при всём этом, девушка выстраивала свои шаги так аккуратно и грамотно, что ничего, кроме искреннего уважения к ней Дима не мог обнаружить внутри себя. Он надеялся, что посещение театра будет его последним испытанием, после которого его корабль перейдёт на привычную орбиту жизни. Ведь должны же когда-нибудь все эти случайности закончиться.

3.58

Проскочив в открытую калитку между двух солидных охранников, которых изображали высокие кирпичные столбы с островерхими шлемами из жести, Дима сразу ступил на тонкий песчаный коврик, нарядной ленточкой убегающий от ограды к школьному крыльцу.

Гололёд — он, наверное, и в Африке будет таким же непредсказуемо-коварным. Тут мальчуган представил, как на пальмах висит большая стая обезьян со снежками в лапках, и что самое интересное, как себя чувствуют эти шустрые хвостатые экземпляры, скользящие на своих пятых точках по заледеневшему тропическому песку. С улыбкой, мысленно нарисовав эту картину, школьник вскарабкался по ступенькам до входной двери.

Настроение было просто преотличное. Утром, на тренировке, он узнал о том, что ему в эти выходные жизнь предоставляет прекрасный шанс подзаработать деньжат. И ещё вдобавок к этому вчера добавилась ещё одна хорошая возможность, которую он собирался использовать буквально через несколько минут.

Когда они с учителем установили турник в спортзале, Константин, одобрительно хлопнув по плечу старательного школьника, сказал Диме:

— Короче, ты свободен.., на этот учебный год я тебе даю освобождение от уроков. Ты ведь перед занятиями в школе ещё тренируешься. Надо поощрять тех, кто со спортом дружит, но только по школе не шатайся.

Снова вспомнив вчерашний разговор, Димка с наслаждением наблюдал, как школьные кабинеты после прозвеневшего звонка заглатывают в свои недра торопливых учеников. Осторожно открыв дверь в библиотеку и так же беззвучно прикрыв её за собой, он подошёл к здоровенному аквариуму, установленному в небольшой нише при входе. За толстым стеклом среди темно-зелёных водорослей, медленно открывая рты, на него таращились две большие чёрные рыбины. Других обитателей морей и океанов в этом стеклянном ящике он обнаружить не смог. «Всех конкурентов слопали» — подумал он и взглядом бывалого рыбака попытался определить вес этих заморских чудо-рыб. Почувствовав, что ими не восхищаются и даже не собираются порадовать вкусным кормом, а лишь оценивают только в гастрономическом аспекте, рыбки демонстративно повернулись к Димке своими хвостами.

В читальном зале было тихо, как всегда, и Дима, предощущая наслаждение от ничегонеделания, пробежал взглядом по уютному пространству. Уже на середине пути к выбранному укромному уголку юноша заметил очертание легко узнаваемого человека. Улыбка быстро убежала куда-то с его лица, и погрустневшие глаза озабоченно стали искать путь быстрого и, самое главное, бесшумного возвращения обратно, в школьный коридор. Всё усложнялось тем, что он сейчас находился в самом открытом месте комнаты, под ярким свечением больших плафонов, а рядом, всего в пяти шагах от него, за обклеенной в честь праздника поздравительными лозунгами колонной, поддерживающей потолочное перекрытие библиотеки, находилась она — та девушка, которую он уже не мог назвать просто случайной знакомой.

Если бы у него была такая возможность, то он сейчас постарался бы изобразить ещё одну такую же колонну, и он был бы не против, чтобы его обклеили плакатами всего с ног до головы. Но до достижения такого результата ему пока ещё явно не хватало актёрского мастерства, и по этой причине Дима, не сводя напряжённого взгляда с читающей книгу девушки, очень аккуратно, на мягких лапах, дал задний ход, постепенно отступая к спасительному выходу.

У него всё получалось очень удачно, но когда в поле его зрения уже появился большой аквариум, неожиданно или лучше сказать — как всегда, рядом с ним появилась такая приставучая в последнее время мисс случайность. И сейчас эта случайность в облике внушительной женщины, изучающей через открытую библиотечную дверь строгим взглядом довольно необычные телодвижения молодого человека, напомнила о себе.

— Так, если я не ошибаюсь, наша спортивная гордость, — плотный, чётко поставленный голос, вытолкнул из мальчишки, словно поршень в насосе, последние остатки позитивного настроения, которые он сейчас пытался унести с собой.

Опустошенная оболочка школьника, неожиданно атакованная с тыла, испуганно зависла в воздухе. Хорошо ещё, что Димка перед тем, как войти в библиотеку, вытащил из своей сумки изрядно замусоленный книжный фолиант, который он сейчас протянул в сторону появившегося так внезапно нового завуча школы.

— Хм… книжки читаем, неплохо, — подытожила свои наблюдения солидная дама, продолжая наступать на отходящего от неё школьника.

Вскоре Дима очутился на том самом месте, откуда так старательно совсем недавно ретировался. Завуч, заметив в зале ещё одного читателя, удовлетворенно хмыкнула и словно охотник, обнаруживший свою добычу, продолжила свой путь к сидевшей за столом ученице.

— А, ещё одна наша знаменитость, — вместо приветствия прозвучала фраза, напоминающая рекламный лозунг. Опустив одну руку на стол, где перед девушкой лежал большой иллюстрированный журнал, вошедшая женщина посмотрела попеременно на двух посетителей читального зала и, объединив в своей фразе их в одну команду, произнесла:

— Вы, оба, имеете возможность проявить себя в очень красивом проекте, посвящённом юбилею городского зоопарка. Надеюсь, что оправдаете возложенное на вас доверие.

— Мы… уже… оправдали доверие, оказанное нам школой, — приподняв слегка свою голову, сухо заметила в ответ девушка, делая ударение на коротком "уже".

— От школы на конкурс необходимо прислать три работы. Две команды уже в поте лица трудятся, нам необходимо создать последнюю, третью команду, — игнорируя колкое замечание девушки, продолжала гнуть свою линию учительница.

— Так… я… вот… только… хорошо могу треугольники рисовать, — проскрипел подошедший к дамам Дима, пытаясь тоже в меру своих сил предотвратить намечающее объединение двух человек в команду.

Не встретив ожидаемой поддержки её слов, завуч сменила тактику и в просительной форме, озабоченно произнесла:

— Сейчас в кабинете физики необходимо переставить шкафы и столы. Учительница очень просила найти сильных мальчиков и оказать ей помощь. Да, припоминаю, у неё сейчас нет урока, и это, конечно, её просьба, не более.

— Хорошо, — запихивая книгу в сумку и собираясь выйти из библиотеки, отозвался Дима.

Он понял, что взрослый человек всё равно не отстанет от них, а так, хотя бы Фею оставят в покое. Дима, накинув ремень сумки на плечо, сделал первый шаг. Но второй шаг ему помешала сделать Фея, остановив коротким словом:

— Подожди.

Завуч, собираясь сопроводить школьника к месту добровольно-принудительных работ, вопросительно бросила свой взгляд на сидевшую девушку.

— Треугольники подойдут? — ответила этим вопросом Фея, на её молчаливый вопрос.

— Неважно, что вы изобразите. Важно, чтобы вашу работу комиссия допустила до участия в конкурсе, — сразу расставила акценты учительница, ожидая, что ещё ей скажет эта упрямая девчонка.

— И? — не отпуская пристального взгляда от взрослого человека, Фея снова задала короткий вопрос, включающий всего одну букву.

— Школа будет помнить тех, кто в трудную минуту подставлял ей своё плечо. — ответила женщина, расшифровав предложенный Феей сжатый вариант вопроса.

Две дуэлянтки опустили свои мысленные пистолеты, и Дима, вздохнув от витающего над его головой напряжения, попытался понять – что же на самом деле произошло и каков итог у этого диалога?

— Ватман получи у завхоза. Скажи ему, что для конкурса, он знает об этом, — уходя, обратилась к Диме учительница.

Как он понял сейчас – передвигание шкафов отменяется, а вместо этого ему предстоит творческая работа.

Фея была явно недовольна всем этим, но, взглянув на растерянного рисовальщика треугольников, смягчилась и тихо напомнила стоявшему возле стола мальчишке:

— Про ватман не забудь, — невольно подтверждая этим и своё участие в только что образовавшейся творческой команде. Команде, состоящей из двух человек.

3.59

Чтобы получить ватман, Диме пришлось идти вслед за высоким пожилым мужчиной с небольшой проплешиной на голове, старательно скрытой редкими зачёсанными волосами. В узкой комнате, заставленной стеллажами, они обнаружили толстую пачку листов, сверху прижатую многочисленными коробками. Вдвоём, с большим усилием, благополучно смогли вытащить так необходимый для оформления конкурсной работы лист ватмана. Аккуратно сворачивая ватман в тугую трубочку для удобства, Дима заметил, что он вытянул два листа вместо одного. Завхоз лишь махнул рукой, разрешая забрать с собой оба.

По пути в библиотеку Дима не поленился и спустился вниз посмотреть расписание на эту неделю: хотелось выяснить для себя, почему они с Феей встретились сегодня в библиотеке. Оказалось, что именно на этой неделе у девятых классов совместные сдвоенные уроки из-за проведения первенства школы по волейболу среди старшеклассников. Махнув рукой и уже ничему не удивляясь, Дима поплёлся в большой кабинет, наполненный книгами.

Стол, за которым ещё недавно сидела Фея, пустовал. Пристроив ватман и свою сумку на гладкий квадратик столешницы в дальнем углу, Дима заметил небольшую группу учеников. Присмотревшись, можно было различить большие, под потолок, стенды, установленные на блестящих подставках и рядом с ними высокую девушку, которая что-то объясняла ученикам, примерно, шестого класса. Эта была Любовь Сабинина собственной персоной, которая вскоре прошла мимо него с группой из шести человек на выход.

Проявив любопытство, Дима прошёл в сторону красивых фотографий, расположенных на светлом фоне. Выставка фотографий из архива посвящалась семье последнего императора России. Качество представленных снимков было очень хорошим. Используя возможность побыть наедине, он медленно проникал своим взглядом в образы, запечатлённые на кадрах сто лет назад. Четыре сестры и брат смотрели на него с фотографии, и ему вдруг подумалось: а что, если сейчас они появились бы в это время, к примеру — в этой школе? Смогли бы они учиться вместе с ними, современными школьниками? Что они подумали бы, увидев нынешних ребят с телефонами, какое бы у них сложилось мнение?

На одном стенде привлекла фотография рисунка, автором которого был один из царских детей — небольшой пароходик в акварельной раскраске беззаботно играл с волнами на реке. Конечно, в то время фотографии были постановочными в большинстве случаев, но Диме было всё равно интересно рассматривать этих людей и размышлять: что больше всего заботило их в жизни, о чём думали и переживали его ровесники в прошлом? Уйти от стендов его невольно вынудила очередная группа школьников, которых вела к выставке высокая девушка-экскурсовод.

Вечером к нему домой зашёл Юрка на пять минут, правда эти пять минут как обычно растянулись на целый час. Юрка притащил гантели, предложенные Димой ещё неделю назад.

— Они для меня тяжёлые, — пробубнив, он с грохотом закатил их под стол и, взяв журнал с кроссвордами, по привычке стал докучать вопросами, намекая про казус с валентинкой. — Ты на меня не обижаешься за тот случай?

— Нет, не надо было тебе давать фото, и тогда ничего и не случилось бы, — ответил ему, ремонтируя свою обувь, Дима.

— Пойдёшь в театр? — прозвучал следующий вопрос, задевший больную мозоль Димкиных переживаний.

— Сейчас заклею твой рот, чтобы не болтал под руку. А лучше тебя самого приклеить к чему-нибудь тяжёлому и.., — Димка не договорил свою угрозу, переключившись полностью на ремонт — сейчас он старался приклеить стельку, постоянно съезжающую со своего места.

— А в марте в школе будет ещё один конкурс, для девчат его организовывают, — продолжил разговор парень с оттопыренными ушами и тонкой шеей.

— Надеюсь, ты меня больше не записывал? — нахмурив брови, отчётливо спросил Дима и перевёл взгляд в его сторону.

— Да ты что! Конечно, такое не повторится! — вздрогнув, от прозвучавшей в его адрес реплики, торопливо ответил любитель кроссвордов.

— Слушай, ты всё равно без дела сидишь, посмотри значение слова «возможно» в интернете, — попросил своего гостя Дима, вдруг вспомнив после прозвучавшей фразы о театре ответ девушки.

— Нашёл! — быстро прозвучал отклик товарища.

— Читай, — протирая руки салфеткой от клея, обронил Дима.

— Для мужчин слово «возможно» является, как правило, утвердительным ответом,— прочитал Юра.

— Даже так, есть ещё и такое разграничение? — удивление ярко нарисовалось на Димкином лице.

— А для женщин «возможно» имеет два чётко выраженных значения: возможно — да и возможно — нет, — завершил чтение заметки Юрка.

— Теперь ты понимаешь, как с ними сложно общаться, — подтверждая свои внутренние опасения, назидательно выговорил он длинному парню и продолжил своё поучение. — Ты думаешь одно, а она в это время может думать совсем наоборот. А ведь ты мне все уши прожужжал — познакомь да познакомь с девушкой.

— Так что нам тогда делать? — пробежала по комнате реплика растерянного парня.

— Не общаться с ними! — уверенно заверил его Дима, добавив. — Только в случае крайней необходимости.

— Что, совсем? — с удивлением переспросил Юра.

— Ну, если у тебя нервная система как у космонавта, то — вперёд. А я ещё пожить хочу, спокойно, — вспомнив недавний случай, произошедший во время его дежурства по классу, подытожил он эту тему разговора.

— А ты в секции? — спросил снова Юрка.

— Не общаюсь.

— А в старой школе?

— Не общался.

— А в новой?

— Ты видел меня с кем-нибудь за болтовней?

— Нет, не видел, — растерянно подтвердил Юра.

— Вот видишь! — с умудрённым взглядом взрослого человека, пытающегося научить малолетнего юнца прописным азам жизни, мягко и неспешно произнёс Дима.

— А с Феей? — гость отчаянно пытался изо всех сил найти лазейку в Димкиной броне.

— Два, три слова, не более, — ответил ему Дима и, чтобы завершить эту атаку из вопросов, окончательно прихлопнул Юрку своей железобетонной фразой в этом, порядком затянувшемся разговоре. — А по чьей милости мне приходится общаться с ней?

Получив заслуженный нагоняй, Юрка исчез за дверью, а Дима громко произнёс такое сложное, как оказалось, по значению слово, пытаясь услышать ответ той девушки в своей притихшей комнате.

3.60

Мощное дерево – чтобы попытаться его обхватить внизу, надо приложить усилия целого отряда воинов – своим бронзовым загаром притягивая к себе внимание двух братьев, высоко вверху упиралось в белую дымку плотного тумана.

Им осталось наполнить всего одну, последнюю, корзину для плодов. Но этот туман вмешался, и время выполнения задания было теперь под большим вопросом. Они торопились — на это были веские причины. Большие плетёные корзины, наполненные вытянутыми стручками-плодами в виде шарообразных соединений с питательной мякотью, покрытых по верху жесткой и очень крепкой оболочкой, собранные братьями, аккуратно были спрятаны в ближайшей пещере. Сегодня вечером их должны забрать и произвести окончательный расчёт с порядком уставшими за эти дни двумя работниками.

Решив не дожидаться, когда погода изменится, братья решили продолжить свою работу, чтобы завершить всё к намеченному сроку. Младший брат был легче старшего. Именно по этой причине, закрепив несколько скрученных кольцами крепких верёвок на широком ремне, он сбросил тяжёлый, но надёжный нагрудный доспех-накидку на землю.

Эта накидка защищала от острых шипов, которые всюду произрастали на этих деревьях. Имевшие длину соразмерную с локтем человека, шипы защищали деревья от летающих ящеров, очень желающих полакомиться их плодами. Старые шипы были очень крепкими и острыми, словно железные иглы, и ловкий охотник мог использовать их, удобно опираясь во время восхождения к созревающим плодам в верхней части этих исполинов. Молодые же шипы были не настолько прочными, и поэтому самое главное во время сбора плодов — что требовалось от охотника — так это быть предельно внимательным и суметь различить по цветовым оттенкам, на какой шип в данный момент он должен опереться. Конечно, внизу товарищ всегда подстрахует, для этого вслед за залезающим вверх охотником тянулась крепкая верёвка. И если от падения сорвавшегося охотника могла спасти своевременная страховка, то от случайной встречи с острым наконечником крепкого шипа человека защищал нагрудный доспех. Он был в виде накидки, собранной из мелких, но жёстких, как камень, панцирей земляных черепах, и крепился к туловищу ремнями. Но сейчас эта тяжёлая и необходимая защита лежала на земле.

За всё время, что они провели добывая плоды, накидка ни разу не пригодилась младшему брату. Вот и сейчас он понимал, что без неё, налегке, он гораздо быстрее сможет завершить работу, вдобавок, он уже довольно успешно приноровился за эти дни к трудностям — каждое новое восхождение у него получалось более быстрым и уверенным.

Надеясь, что туман вскоре рассеется, младший брат подошёл к огромному древесному богатырю. Тщательно закрепив последнюю вязкую полоску, вырезанную из кожи тростникового питона, правда, уже изрядно истёртую на подошве, и, пожелав хорошей охоты старшему брату, исчез в мягких волнах тумана.

Споро пройдя слой тумана, младший брат увидел на длинной ветке двойные сросшиеся стручки — это был большой успех. Такие плоды оценивались дороже. При этом он сразу экономил бы время, потраченное на сбор плодов. Единственная трудность состояла в том, что они были в два раза тяжелее. Поэтому требовалось лишь аккуратно подпилить основание, держащее плоды, и вместо того, чтобы сразу начать спуск находки вниз, их надо было сначала закрепить особым способом на дереве, а спуск осуществлять с земли уже вдвоём, используя ещё одну дополнительную верёвку.

Перевязав плоды, он перекинул верёвку через крупный нарост, нависший над его головой. Потом попытался ухватить свисающий конец, чтобы нарастить его и, закрепив сложным узлом, стравить вниз к земле. Не долетев до человека совсем немного, верёвка зацепилась за острый выступ молодого шипа. В этом поединке огромное значение имеет чёткая координация всех движений, осуществляемых охотником на очень большой высоте. Важна каждая мелочь в такой сложной охоте. Чтобы снять верёвку, младшему брату не хватало всего чуть-чуть его роста и, чтобы компенсировать это, он немного приподнялся на носочки. Старый шип надежно удерживал тело охотника. Но уменьшив площадь соприкосновения своей уже изрядно поизносившейся кожаной накладки на подошвах, ноги охотника, потеряв устойчивость на очень гладкой и отшлифованной от времени поверхности, соскользнули. Машинально схватившись за шип у себя над головой, охотник только отсрочил на несколько мгновений своё падение. Молодой шип треснул, и рука съехав с него, судорожно стала хватать воздух. Короткая страховочная верёвка должна была остановить падение охотника через пару секунд. Но в сложной траектории непредвиденного полёта появилось препятствие, которое сократило это время.

Плоды – основание которых для экономии времени, он уже торопливо подпилил, не обвязав и не закрепив при этом, как стоило бы делать – ничто не удерживало, и они тоже отправились в полёт. Встретив на своём пути охотника, опешившего и не ожидавшего, что он сам себе подстроил такую ловушку, сильно оттолкнули его прямо на острие старого и крепкого, словно железная игла, шипа. Шип воткнулся в грудь незадачливого младшего брата, вдохновлённому хорошим уловом и от радости незаметно для самого себя потерявшего необходимые хладнокровие и выдержку. Шипы легко пробивали толстую шкуру летающих ящеров, поэтому незащищённое тело человека просто не имело ни малейшего шанса. Юноша закрыл глаза и мысленно попрощался с братом.

4.61

Беспокойно-ожидаемая волна внутри Димки вытолкнула-таки его из дома на улицу задолго до начала спектакля. Время на билетах, так тщательно оберегаемых школьником, как раз и указывало на это.

Опять вспомнив интерпретацию слова «возможно» в сугубо женском восприятии, Дима отчалил от дома и вскоре очутился в бесконечном потоке городских жителей. Он медленно шёл по улице. Горожане, привлечённые яркими и пока редкими проблесками солнца, активно использовали затихающие морозные дни ускользающей в бегущем календаре зимы.

Мимо мальчика только что проплыл целый караван-обоз, состоящий из толкающего одной рукой детскую коляску мужчины, вторая рука которого крепко удерживала санки с нарядным карапузом, держащим по примеру взрослого в своей варежке верёвочку с прицепленными маленькими игрушечными санями, замыкающими эту забавную процессию. Воин-трансформер, изготовленный из разноцветной пластмассы, входил в состав эскорта сей колонны и чьей-то заботливой рукой был привязан длинным чёрным шнурком к скользящим миниатюрным санкам, из-за своего недостаточно тяжёлого вооружения, наверное. Он лежал, свесившись поперёк средства передвижения, а к длинному шнурку, волочившемуся за замыкающим транспортом, какой-то шутник смог привязать пустую банку из-под газировки. Она, бодро тренькая, заставляла обращать внимание на эту компанию многих горожан, шедших навстречу.

Снег, выпавший ночью, красиво искрился под лёгкими солнечными прикосновениями. Небо медленно, но верно решило расписать свои щёчки в более выраженный синий оттенок, постепенно убирая все серые пятна хмурой, считающей свои последние часы, зимушки-зимы.

Протопав целый квартал, юноша остановился рядом с автобусной остановкой и, рассматривая на высоком столбе жёлтые таблички с расписанием рейсов, вдруг услышал сбоку характерное громкое шуршание. Повернув голову, Дима понял, что шуршала красочная обёртка от мороженного. Во пелетоне многочисленных горожан, встреченных Димой сегодня, этот был самый счастливый из всех — он буквально растворился в этой мороженке. Видно, процесс его так захватил, что он не замечал проходящих мимо прохожих, обнюхивающих его собак и постоянно фыркающих на него своими дымными воздыханиями больших автобусов. Он был счастлив, и этим всё было сказано. Многих он заряжал позитивом, и они с улыбками шли дальше по тротуару. Улыбка поневоле появилась и на Димкином лице, когда завершив свой вкусный завтрак, счастливый «горожанин» громко крикнул всем:

— Кар-р-р! — И взлетев, растворился в солнечной улыбке этого дня.

День неустанно тянул свои вагончики времени, и каждый из них был пронумерован часовой стрелкой по порядку. Шаги мальчишки, наматывая сложные узоры по переулкам и улицам, всё ближе подступали к небольшой театральной площади города.

«Хочу ли я, чтобы Фея пришла?» — вдруг пронеслась, словно ночной экспресс в звёздном небе, неугомонная мысль в Димкиной головушке. Накручивая восьмёрки возле светильников, установленных в изящных литых тумбах перед входом в театр, он не мог не размышлять о предполагаемом обладателе второго билета на сегодняшнее представление.

Ему, конечно, было намного проще выполнить тщательно продуманную им первую цепочку действий. То есть, сейчас один билет быстро продать, благо, к нему уже несколько раз подходили и спрашивали про лишний билетик. Продать его, конечно, надо по завышенной цене, а именно, в два раза дороже. Тут можно побыть немного и меркантильным, тем более, у него веская оправдательная причина — вернуть общественные деньги в школу. А проблему, как их вернуть, он решит позже. После продажи билета спокойно войти в вестибюль и купить пару программок на данный спектакль — для отчётности. Здесь сразу же перед ним выплыл образ Сабининой… И не только её… А дальше — со спокойным сердцем, радостно напевая любимую мелодию, отправиться домой с чувством выполненного долга. Завершить, наконец, эти многострадальные «билетные» мучения и разойтись с Феей, как в море корабли – каждый по-своему жизненному маршруту.

Но, было маленькое «но». У Димы была в наличии и вторая, предполагаемая им цепочка действий. К сожалению, она была совсем не продумана, поскольку была очень короткой и состояла всего из одного действия — вдруг Фея всё-таки придёт. Тогда он, Димка Светин, будет вынужден сделать новый и ещё неизведанный шаг в своей жизни — зайти в здание театра и впервые провести вечер с девушкой… Вдвоём. Вместе. Конечно, это его несколько напрягало.

Завершая свой очередной пешеходный слалом между рядов ярких фонарей, мальчишка остановился и обхватил руками влажные от снега узорчатые отливки, которые, словно подстаканники, удерживали подвешенные на тонких изгибах металла плафоны. Снежинки забегали под освещение и, насладившись красивой вечерней подсветкой, спускались, прислушиваясь к незримому разговору задумчивого человека.

Дима задумался ещё раз и с удивлением обнаружил, что как бы он ни пытался склонить себя к полному и безоговорочному исполнению первого варианта своих продуманных действий на сегодняшний вечер, но должен был признать, что маленький, всего на один условный процент жизни, предполагаемый им второй вариант действий так и не даёт ему покоя.

4.62

Ночь щурила свои глазища, словно пряталась от вкрадчиво приближающегося рассвета, а Дима лежал в комнате с открытыми глазами, так и не сомкнув их. Красивые созвездия и мерцающие в ночи планеты не привлекали его. Этот последний вечер своими воспоминаниями тревожил юношу. Юношу, повзрослевшего ещё на один день. «Ему было стыдно и мучительно больно за своё поведение» — пришедшая на ум известная фраза прочно поселилась в его сознании, будто про него и была сказана.

Только под утро он понял самое главное: эта девушка пришла вчера в театр с желанием разделить вместе с ним, таким бестолковым, как оказалось на деле, ответственность за полученные билеты, являясь для Димы образцом воспитанного человека по отношению к непредвиденным обстоятельствам.

Да, выигрыш этих билетов предсказать, наверное, никто не мог. Но насколько разительно отличалось отношение обоих к происходящим событиям…

***

... Движение возле Димы усиливалось, из непрерывно подъезжающих машин появлялись обладатели билетов на театральное действо. Шум, обрывки фраз, мелькающие силуэты людей среди редких, опадающих в вечернем небе снежинок — всё это не помешало ему услышать и различить тихий голос Феи, раздавшийся совсем рядом:

— Пойдём.

Девушка стояла у него за спиной, укрываясь от ветра в небольшой нише при входе в театр. Получив в гардеробе бинокль, чтобы иметь возможность потом без очереди получить одежду обратно, Дима облегчённо вздохнул. Поднимаясь по светлым ступеням мраморных лестниц, ноги комфортно утопали в мягком ворсе длинных ковровых дорожек. Вскоре на втором ярусе аккуратная табличка-указатель предлагала желающим посетить театральный музей.

В небольших залах царил лёгкий полумрак, добавляя в театральную атмосферу таинственный и неповторимый аромат сказки. Все экспонаты отделялись от посетителей тонкой плоскостью стекла, каждому была предусмотрена индивидуальная подсветка, чтобы подчеркнуть неповторимые штрихи. Время остановилось для Димки. Он не мог оторваться от большой и насыщенной экспозиции театральных костюмов, в которых играли артисты на протяжении двух веков. В сумраке узкого прохода, где прямо над головой размещались фрагменты полотен, украшавших когда-то главную сцену, в небольших углублениях стены были вмонтированы небольшие по размеру, но насыщенные по наполнению макеты театральных декораций к спектаклям. И тут сработал его автоматический переключатель — он незаметно для самого себя прошёл сквозь хрупкое стекло витрин в такой любимый им мир сказки и фантазии, оставив в этой реальности только свою оболочку…

Не со всеми Димка мог выплеснуть свои сокровенные переживания наружу — в такие моменты он, как правило, старался уединиться, оберегая свой мир от других, опасаясь насмешек и недопонимания.

— Смотри, смотри! — с громким шёпотом он обратился к Фее, показывая рукой, на изумительный по исполнению, тщательно выполненный в маленьком масштабе макет сцены, где у крохотного гномика, держащего в руке малюсенькую книжку, на закладке между страниц был отчётливо виден красивый рисунок. Подошедшая девушка посмотрела на него, потом на длинный ряд похожих на аквариумы театральных макетов с подсветкой и, отойдя от юноши, прошла к ожидающей её у входа в музей женщине в нарядном костюме.

— Вечер добрый, Инесса Валентиновна, рада вас видеть, — обратилась вежливо девушка.

— И я тебя рада видеть, Светлана. Давно не виделись. И где твои постоянные телохранители? — спросила женщина, рассматривая прилипшего к макетам мальчишку.

— Недавно ветер был сильный, их, наверное, сдуло, Инесса Валентиновна.

— Да? Даже так? Ну, что ж, бывает и такое. Уже третий звонок был. Да и мне пора закрывать музей до антракта, поспешите.

— У меня просьба, тут человек очень впечатлён увиденным. Может, позволите нам ещё тут побыть немного?

— Хорошо, вот ключи. Оставляю музей на тебя, ты знаешь, где меня найти. Однако, у тебя кавалер — чистое дитя. Пришёл с девушкой в театр, увидел кукол и обо всём забыл.., — с улыбкой, беззлобно констатировала пожилая дама.

Девушка взяла ключи и присела на широкое кресло при входе в музей. Её глаза задумчиво скользили по мягкому полумраку, а рука прижимала к губам платок, она всё это время старательно пыталась скрыть лёгкое покашливание, донимавшее её время от времени.

4.63

В реальность Димку вернула женщина, появившаяся в музее после объявления первого антракта, а если быть точнее, её сумочка больно царапнула по голове выпавшего из действительности молодого человека. В узком проходе она просто не заметила присевшего на корточки посетителя. В этот момент он внимательно изучал макет к театральной постановке под названием «Цветные тени», где маленькие персонажи на сцене имели рядом с собой свечение в виде образа тени, но только в цветном спектре. Если люди встречались для общения, то их цвета могли изменяться. Был тут и персонаж, не имевший своего свечения. Димка попытался представить, что цвет выражает черты характера, и был близок к разгадке такого увлекательного зрелища именно в тот момент, когда его хорошенько треснули по головушке. Рассматривая работу, он успел всё же запомнить имена авторов, трудившихся над этим проектом. Первый — известный художник данного театра, а второй был спрятан под коротким словом — Отсвет.

После столкновения Дима торопливо пошёл искать Фею, про которую совсем забыл. Заняв места в партере, он предусмотрительно предложил Фее бинокль, а сам максимально сдвинулся в сторону, освобождая ей подлокотник, расположенный между ними. Театральные люстры в виде свечей медленно гасли. Занавес заскользил в разные стороны. Артисты начали представление, своим мастерством подтверждая звания, указанные в программке.

Рядом что-то тихонько прошелестело, и Дима, повернувшись, увидел, что его соседка аккуратно вынимает из фольги пластинку леденца. Заметив его взгляд, она тихо спросила:

— Хочешь?

Он утвердительно закивал головой, и получив ароматный мятный леденец, блаженно зачмокал, стараясь делать это тихо.

Музейная эйфория внутри юноши постепенно ослабевала, оставляя в его памяти яркое впечатление от увиденного. Дима, наконец, стал постепенно возвращаться в мир действительности.

Образ девушки, сидевшей рядом, воспринимался им всегда сложно, но он довольно быстро сумел соединить Фею реальную и Фею из книги. Он по-настоящему поверил, что в этой девушке, с которой учится в одной школе, живёт та сказочная Фея. И она пришла из книги в этот мир, чтобы найти то, что было утеряно там, на старых, рассыпающихся листах увлекательной истории. Поэтому он непроизвольно укрыл девушку из школы сказочной вуалью своих переживаний. Для него было ясно одно — если улыбнётся девушка, сидящая рядом, то и в книге он встретит улыбку знакомой волшебницы.

Леденец вскоре уже надоел и не радовал юношу. Оцепенение, которое сковывало вначале, чудным образом прошло, и он внимательно стал всматриваться в то, что происходило рядом: Фея, часто опускала свой взгляд вниз и тыльной стороной руки касалась лица. Было ощущение, что она испытывает томительное напряжение. К тому же леденцы в подобной упаковке принимают при первых симптомах простуды…

Дима мгновенно понял то, что давно должен был заметить… Но он прекрасно знал, что Фея добросовестно дождётся окончания спектакля… И никак иначе. Если что-то и можно было бы изменить, то это непременно должен сделать он, Димка. Изобразив скрюченное лицо от боли, он – весь красный от осознания того, что она может его разоблачить – шёпотом проскрипел:

— Живот... что-то.

— Хочешь выйти? — участливо спросила Фея.

— Вместе с тобой, — снова краснея от своей наглости, сказал Дима и добавил: — Что-то, тошнит, надо на свежий воздух и всё пройдёт.

Прошедшие несколько секунд, пока она молчаливо размышляла над его словами, показались вечностью, и как Дима заметил— она сделала вид, что поверила ему.

В притормозившем автобусе открылись двери, и два человека по небольшой аллее направились в сторону многоэтажек. Юноша уже раз пять во время поездки мысленно снял с себя скальп за всё, что сделал, и за то, чего не сделал…

Последний день зимы подходил к концу, и тонкий февральский снег, словно лист бумаги, предлагал оставить своё прощальное послание белоснежной красавице. Дима, подняв упавшую веточку, быстро изобразил снеговика и протянул прутик в сторону Феи. Девушка, не вынимая рук из карманов тёплого зимнего пальто, что-то высматривала у себя под ногами. Дима ещё сильнее вытянул в сторону задумавшейся спутницы прутик, решив про себя, что прутик этот – волшебный. Длинная веточка в его руке быстро качнулась, и он увидел, что у снеговика появился рот в виде маленькой точки… Димке так хотелось вместе с Феей нарисовать послание зиме. И оно получилось…

У арки, не смея задерживать девушку, он вдруг ляпнул:

— Вкусные леденцы…

— Ага, — почти беззвучно ответила девушка, и маленькое облачко вылетело в воздух из уст.

Махнув рукой, Димка развернулся и пропал в тени засыпающих домов...

Дверь в квартиру открылась, и девушка, сняв пальто, остановилась перед большим зеркалом в прихожей. Вытянув из маленького ящичка, закреплённого под зеркалом, губную помаду, она одной непрерывной линией изобразила на своём отражении элегантную шляпку поверх головы, а в согнутую в локте руку добавила контуры лорнета.

Во всю чувствовалось приближение весны, и даже снежинки, собираясь в своём танце в белые хрупкие соцветия, неподвластны были сопротивляться её дыханию. И не только они…

4.64

Предыдущий день до трудного жизненного экзамена — театрального, который Дима, к сожалению, не смог записать к себе в актив, был тоже очень насыщенный и богатый на впечатления. Вспоминая сейчас события того дня, он пытался хоть немного отдохнуть от ночных бессонных переживаний.

***

В то утро, в отличие от ежедневной и обязательной для его сумки загрузки в виде плавательного комплекта, необходимого для тренировки, пришлось опустить в неё яблоко, пару бутербродов и тщательно отглаженную белую рубашку с коротким рукавом.

Долгожданная денежка вскоре обещала посетить его пустые карманы, потому что тренер неожиданно предложил ему и ещё трем пацанам из секции поучаствовать в судействе соревнования по плаванию. Может, он так решил их поощрить за то, что они в прошлый раз пришли на утреннюю тренировку первыми. Других, объясняющих версий, Димка не смог подобрать.

Как всегда, оттолкнув тяжёлую входную дверь в здание бассейна и непривычно пройдя мимо душевых кабинок и кабинета медиков, он, нацепив на ноги шлепанцы и спортивные брюки, в ослепительно белой рубашке зашёл в судейскую. Соревнования проводились среди глухонемых пловцов всего города. Их любительский уровень позволял провести это мероприятие в этом небольшом бассейне, как обычно говорят — с короткой водой — дорожки имели длину двадцать пять метров.

Дистанция для пришедших людей была минимальная, всего пятьдесят метров. Димке из шести имевшихся дорожек достались две — в центре — третья и четвёртая, за которые он отвечал во время соревнований. Сделав сверку секундомеров в судейской, он, накинув на шею две ленточки с круглыми измерительными приборами, подошёл к участникам первого заплыва.

Для старта тренер использовал большой красный флажок, который служил отмашкой во время старта. В каждом заплыве шесть человек одновременно отправлялись на дистанцию. Сразу было видно, что все участвующие не имели высокого уровня подготовки, но для многих, важность этого события была очень значимой, что отражалось на серьёзных, сосредоточенных лицах.

Одно такое лицо, которое появилось где-то в середине бегущего соревновательного дня, Дима запомнит надолго. Мужчин и женщин по заплывам не разделяли — заплывы были смешанными. На третьей дорожке в тот раз у него выступала девушка, а на четвёртой — взрослый парень, лет двадцати пяти. Он-то и приковал всё Димкино внимание. Сняв шлепанцы, как и положено, парень сел на стул рядом со стартовой тумбочкой. В руках он держал небольшой полупрозрачный полиэтиленовый пакетик. Сначала Дима подумал, что там у него находятся плавательные очки, но как выяснилось позже — пакет был пустой. Дима хотел спросить, для чего тому нужен этот предмет, ведь во время заплыва пакетик будет только мешать, но на робкую жестикуляцию парень не обращал никакого внимания. А говорить на языке жестов Дима не умел, да и время перед стартом было ограниченно. Димка решил оставить всё, как есть, и не придираться к человеку по пустякам.

Тренер в очередной раз дал отмашку флажком, щёлкнули кнопки секундомеров, и Дима смог боковым зрением увидеть, как после старта парень вдруг резко натянул на голову этот маленький пакетик и сиганул в воду. Сбросив с шеи секундомеры, «судья» в белой рубашке нырнул за ним. Там, где расположены стартовые тумбочки, было глубоко, около четырёх метров, потому что прямо над тумбочками располагались две трёхметровые вышки. Глубина в бассейне была такой до середины, а дальше доходила до груди взрослого человека. Под водой Дима увидел парня, отчаянно изображающего движения плывущего человека, но при этом опускающегося всё ниже и ниже. Сдёрнув с его головы плотно прилипший пакет, Дима изо всех сил вытолкнул парня на поверхность, дав ему возможность ухватиться за пробковые поплавки натянутой дорожки, ограничивающие коридор для плывущих. Самое удивительное, что этот горе-пловец был недоволен тем, что ему не позволили завершить глубоководное плавание до конца и сняли с дистанции. Но тут прибежал сопровождающий парня и всё объяснил ему, на пальцах, в буквальном смысле этого слова.

Валерка, парень из секции, что учился в другой школе, отдавая обратно секундомеры, заметил:

— Ловко ты его, вычислил.

— Да, с ними ещё та морока, — согласился Дима.

— Зато сегодня разбогатеем малость, — затронул финансовую сторону сегодняшнего дня «коллега» по судейской бригаде.

— Да, пора копить денежку, — думая о своём, поддержал приятную тему для разговора, парень в белой рубашке, мокрый с головы до ног.

— Надо ноутбук в ремонт сдать, — продолжил Валерка.

— А мне на новый велик чего-нибудь наскрести, — хмыкнул Дима, отметив про себя, что даже в такой день ему пришлось поневоле искупаться.

— Знаешь, у меня есть к тебе разговор, но не сейчас… Ты ещё должен мне будешь.., — подмигнув, загадочно бросил Валерка фразу, протискиваясь между участниками соревнований, подошедшими для очередного заплыва.

4.65

После окончания соревнований Димка решил проводить Валерку, отложив возвращение домой. На этот раз, проявив внимания больше, чем обычно, он внимательно слушал товарища по секции о том, как можно зарабатывать хорошие деньги, не перебирая при этом тонны макулатуры, как некоторые…

Получив всю необходимую информацию и попрощавшись, Дима запрыгнул в трамвай, который направлялся в сторону его района. Трамвай бодро позвякивал на стыках, дребезжа своими железными башмаками и медленно продвигаясь по сладко-зевающему в предвкушении набегающего сна большому городу, возвращая уставшего мальчишку домой.

За окном проплывали давно забытые, но все ж узнаваемые постройки и здания другого района города. Расположившись в конце салона старого городского труженика, состоящего из двух вагончиков, ползущего неспешно по двум полоскам металла, юноша неспешно гонял свои мысли, раздумывая над ответом, который от него ждали. Времени для принятия окончательного решения — два, максимум — три дня. Валерка предложил ему, разово, вместо него, поучаствовать в соревнованиях по плаванию. Это только в силу сложившейся ситуации: сам он не мог по семейным обстоятельствам.

Особенность соревнований состояла в том, что надо выступать не за свой клуб, а совсем за другую команду. Команду, представляющую колледж, находящийся в другом городе. Суть в том, что его на предстоящих соревнованиях оформляют, как учащегося этого учебного учреждения. Если коротко — выступаешь, показываешь необходимый результат и получаешь хорошую, очень хорошую оплату.

Почему он обратился к Димке? А всё очень просто — их результаты примерно похожи, кроме двух дистанций, а самое главное — они оба пошли в школу на год позже, так как дни рождения после сентября. По возрасту они спокойно могут сойти за первокурсников. А зачётки им руководство колледжа разрисует так, что комар носа не подточит. Соревнования в другом городе займут всего два выходных дня. Надо только отпроситься у тренера. Тренер ко всему этому нейтрально относится, и возражений, со слов Валерки, не должно быть. Но, возражения всё же были. Они были у Димы, греющего озябшие руки возле трамвайной печки, которая щедро делилась своим теплом с продрогшим пассажиром. Весомые такие возражения — не очень хотелось принимать участие в сомнительных мероприятиях.

И опять в голове у Димы закрутились Валеркины слова. Да, это не уровень города, области, региона, в конце концов. Если подытожить - такое развлечение богатеньких буратино. В этих соревнованиях квалификация не нужна, звания не присваиваются, статус совсем другой. И всё, что требовалось от Димки — паспорт, пара фоток и… согласие на участие.

Пока Дима машинально рисовал на запотевшем стекле сложные и непонятные для него самого иероглифы, трамвайчик заполз на небольшой мостик и замер. Узкий, рассчитанный лишь на проезд двух транспортных средств городского пользования и имевший по бокам для вечно снующих где ни попадя пешеходов полоску асфальта шириной в метр, мостик был старым и его давно хотели перестроить — расширить, тем самым добавить к характерной трамвайной чечётке, лёгкий шелест многочисленных резиновых колёс от беспокойных городских жучков — автомашин. Но вместо этого построили отдельно. Недалеко. Для автомобилей.

«Валерка… колледж… велосипед…» — мысли кружились бесконечной лентой в голове Димки, уже порядком уставшего от насыщенного дня. Глаза предательски слипались. Наступившая тишина приятно приглашала окунуться в лёгкую дрёму и забыться от всех проблем.

— Смотри, смотри! — раздался тревожный громкий голос в полупустом салоне, где Дима успел до этого разглядеть всего лишь двух женщин, оживленно болтающих всю дорогу, да рядом с кабинкой вагоновожатого семью с малышом, заставив его нехотя открыть глаза и осмотреться.

Голос раздался со стороны женщин, прильнувших к окну с правой стороны движения. Под мостом изогнутой железной прядью тянулись рельсы магистральных путей, предназначенные для больших старших братьев маленького трамвайчика. Целый десяток путей, проложенных под узким мостиком, тянулись вдаль к зданию городского вокзала. Сместившись на своём широком сиденье правее, Дима смог различить — внизу, в самом центре блестящих нитей, прямо на рельсах сидел человек, покрывающийся мелким снегом с незримых небесных барханов. По громким восклицаниям женщин Дима понял, что он переходил железнодорожные пути и вдруг почему-то сейчас передумал, решив присесть отдохнуть.

Раньше под этим мостом часто можно было увидеть пробегающие фигуры горожан, но это было объяснимо — расстояние между остановками трамвая в этом месте было очень большим, и самые нетерпеливые срезали свой путь к дому, топая по шпалам и перепрыгивая через рельсы. Учитывая это, близлежащая территория была обнесена высоким забором, и по новому мосту побежали рейсовые троллейбусы и автобусы — встретить тут пешехода было довольно неожиданно. И если кто-то вдруг решился перейти тут, то это стоило сделать как можно быстрее, не забывая при этом оглядываться по сторонам. Это место пересечения путей располагалось точно в центре дуги, огибающей городские строения, и было скрыто от прямой видимости из-за плавного поворота.

В отличие от присевшего на рельсах пешехода, из окон трамвая был хорошо виден яркий луч прожектора приближающегося локомотива. Сидящий на рельсах человек не спешил подниматься и продолжать свой путь. А трамвай в это время тронулся с места и, съехав с моста, сразу остановился — это водитель, открыв переднюю дверь, спрыгнул с подножки, чтобы перевести стрелку на трамвайных путях. Он не заметил, как за его спиной из салона трамвая промелькнула тень ещё одного человека.

4.66

Съехав с высокой насыпи вниз по тонкой белой плёнке снега, Димка рванул к сидящему на рельсах человеку. Приближаясь, он смог рассмотреть сквозь мелкую крошку мужчину в чёрном пальто без головного убора, пытающегося что-то отыскать рядом с собой. Он медленно ощупывал серый снег под ногами и на подбежавшего к нему юношу отреагировал довольно неоднозначно: как только Дима приблизился к нему с громким окриком «Вставайте скорее, там поезд едет!», тот молниеносно, но при этом очень аккуратно усадил рядом с собой опешившего и ничего не понимающего мальчишку.

— Сиди тихо и не мешай, — спокойно, словно они сидели на скамейке в парке, сказал ему мужчина и продолжил свои поиски.

Было видно, что всё происходящее вокруг сейчас не столь важно для него. На попытку Димы встать, он просто не обратил внимания, прижав его своей железной хваткой к холодным рельсам. «Ну и силища!» — оценив возможности этого незнакомца, Димка судорожно пытался найти выход из довольно странной и опасной ситуации. Человек всё так же старательно продолжал что-то искать, и Дима ничего лучше придумать не смог, как предложить свою помощь.

— А что Вы ищете? — осторожно спросил он, одновременно прикидывая, как скоро появится приближающийся поезд, думая и о том, что и встречный с другой стороны тоже может пойти.

— Часы… карманные, на цепочке, корпус светло-серый… Надо было сразу цепочку заменить на шнурок кожаный… Я всего два шага успел сделать, так что они точно где-то здесь. А ты сейчас можешь на них наступить, а это, поверь мне, совсем нежелательно, — тихо, словно рассуждая сам с собою и не обращая на нервозность находящегося рядом человека, задумчиво произнёс мужчина.

Человек внушал спокойствие, несмотря на необычность сложившейся ситуации, и Дима, заставив себя немного успокоиться, время от времени всматриваясь в приближающийся вдали луч прожектора, опустил руку в снег. Рука под снегом коснулась узнаваемой на ощупь поверхности полиэтилена. Вытянув свернутую полоску наружу, он увидел свисающую из неё серебристую цепочку. К цепочке были прикреплены раскрытые при падении часы. На внутренней поверхности крышки, укрывающей хрупкий механизм часов, был нарисован очень красивый портрет женщины.

— Вы, наверное, это искали? — протягивая свою находку незнакомцу, сказал парень, всматриваясь в уже появившийся из-за поворота грузовой состав.

— Он пройдёт там, по четвёртому пути, — не обращая внимания на ревущий отчаянно гудок локомотива, мужчина кивнул за спину, при этом бережно удерживая обретённую вещь.

Спустя несколько секунд они уже стояли перед высоким забором, собранным из металлических листов. Пока Дима примерялся, как с разбега подпрыгнуть и ухватиться за верхний край ограждения, сильные руки незнакомца свободно подбросили его вверх, облегчая преодоление этого препятствия…

Трамвай сонно плёлся по выученному им маршруту, а одинокий пассажир клевал носом и лишь время от времени потирал свою ладонь, до сих пор ощущающую крепкое пожатие, совсем недавно оставленное незнакомцем в знак искренней благодарности.

4.67

В школе всё понемногу устаканивалось, и Дима стал замечать, что обращённая к нему первая волна популярности, наполненная в основном праздничным интересом, сейчас сменилась другой. Во взглядах окружающих явно произошли какие-то изменения, но он старался не обращать внимания на это. Два дня прошли относительно тихо, в школе Фея не попадалась ему на глаза, что с одной стороны вносило нотку спокойствия в его учебные будни, но с другой стороны — отсутствие Феи вызывало внутри него чувство обеспокоенности, и оно только нарастало.

На третий день он, сам того не замечая, на каждой перемене стал «случайно» проходить мимо открытых дверей тех кабинетов, где занимался её класс. Это не осталось незамеченным светловолосой девушкой, на которую он в очередном обходе «случайно» наткнулся. Встреча случилась, когда она выходила из учительской с какими-то бумагами, вложенными в прозрачную папку.

— Привет! Ты, гляжу, Фею сегодня целый день высматриваешь? — остановившись, участливо спросила девушка.

— Привет, да, а ты не знаешь, где она? — как ни пытался Дима скрыть своё беспокойство, тревога в голосе всё равно выдала его.

— Она в больнице, простыла очень сильно. Я же ей говорила — зачем тогда ушла без курточки из школы, ведь я рядом живу, могла бы и ко мне зайти, — выговаривая заочно своё недовольство о больной, девушка вспомнила тот случай, когда у Феи спрятали и испачкали её верхнюю одежду.

— Да, конечно, могла бы и зайти, — согласившись, ответил парень, вдруг почувствовав, что не хочет прерывать этот разговор, в котором речь шла о Фее.

— Вот, сейчас мне учитель для неё отдал распечатки тестов. Надо ей передать в больницу и навестить заодно.

— Сегодня пойдёшь? — уточнил Дима.

— Да, сразу после школы. Правда, мне ещё надо успеть к брату — у него сегодня долгожданный экзамен по вождению, — поразмыслив, ответила девятиклассница. Тут лёгкое озарение промелькнуло на лице, и довольная тем, что ей пришло в голову, девушка с улыбкой вдруг предложила Диме: — Слушай! А давай, ты к ней сходишь вместо меня, а то я могу не успеть к брату на экзамен. Скажешь, что я завтра забегу.

— Я?! — только и смог выдохнуть испуганно Дима, ожидавший что угодно, но только не это. Он ещё не смог переварить до конца свои театральные «подвиги» и просто был морально не готов к новой встрече с Феей.

— Да, а кто ещё, как не ты?

— Но.., но она может… — растерянно начал он выдавливать из себя подобие ответа, пытаясь протянуть время, совершенно не зная, что сказать в ответ.

— Не переживай, я ей позвоню и скажу, что ты вместо меня придёшь, — прервав его окончательным вердиктом и по-своему истолковав замешательство парня, пришла на помощь девушка…

Девушка пошла в свой класс, а Дима с удивлением стал рассматривать папку с распечатанными тестами. Через пару часов эти листы должны оказаться в её руках, значит, новая встреча неизбежна. Почему в последнее время у него появилась эта непонятная нотка двойственности? Два совершенно разных и независимых потока мыслей на одну определенную тему тревожили его. Это настораживало и вносило непривычный диссонанс в его внутренний мир. Пришедшая в его внутренний домик души новая волна была такой сложной и непонятной…

Вдруг Дима услышал за спиной чью-то реплику в разговоре:

— А у тебя есть светящийся зомби?

Обернувшись, он увидел рядом с собой двух мальчишек из младших классов — они увлеченно что-то обсуждали…

— Ваша пара будет участвовать на выпускном балу? — настойчивый и громкий голос заставил Диму повернуться уже в другую сторону. Перед ним собственной персоной стояла Любовь Сабинина, всем своим видом показывая, что времени у неё в обрез — она очень торопится.

— Пара? Чего? — сложная гамма эмоций отобразилась на лице Димки.

— Ты и Фея. Записывать вас на репетиции? — снисходительно разъяснила Сабинина.

— Она в больнице, я сегодня к ней схожу и спрошу, — быстро проговорил Дима, понимая, что иначе ему не отвертеться.

— Значит, завтра жду от вас ответ, — бросила через плечо уходящая от него Сабинина.

«Что тут им, мёдом намазано?», — пятясь в тёмный уголок коридора, проворчал Димка про себя, растерянно вспоминая, где же будет проходить следующий урок, ибо он совершенно выпал из размеренного течения действительности. «Светящийся зомби? Хорошее название. Наверное, я сейчас полностью соответствую этому описанию», — размышляя об этом, он оттолкнулся от стены.

«Какая ещё там пара?», —утопая в океане нахлынувших чувств, при этом сделав очередную попытку найти свой класс, он понял, что находится на том же самом месте, где ему вручили недавно распечатки тестовых заданий для Феи...

***

Когда здание больницы скрылось за ближайшими домами, Дима, увидев скамейку на детской площадке, остановился рядом и, опустив руки на крепкую спинку скамьи, высоко поднял голову, не в силах идти дальше от пережитого потрясения...

4.68

Мухтар жил на втором этаже, в том же подъезде, что и Дима. На каждой лестничной площадке с двух сторон располагались небольшие коридоры-блоки для трёх квартир. И вот там, в этом узком коридорчике, рядом с дверью на небольшом коврике обитал Мухтар.

Когда дом только ещё заселялся, пёс сразу попытался познакомиться со всеми жильцами. До звонка ему было не дотянуться, а вот пошкрябать лапой в дверь — ничего не стоило. На звук этого шуршания кто-то открывал дверь, а кто-то игнорировал. Мухтар был ко всем дружелюбен и философски смотрел на происходящие события.

Его хозяйка дома появлялась изредка. Где её носило — никто не знал. Очевидно, судьба собаки мало её заботила. Может быть, ей этот пёсик нежданно-негаданно достался по наследству от родственников, а заботиться о нём в её планы не входило. Мухтар же был рад и коврику.

Пропитание он очень красиво находил в отзывчивых руках жильцов. Когда открывалась дверь очередной квартиры, ритмично помахивая хвостиком, он внимательно смотрел в глаза, словно спрашивал своим взглядом: «Может, какая ненужная корочка завалялась там у вас?» Кто же мог отказать? Даже годовалый карапуз легко мог сунуть ему в пасть свою замусоленную печенюшку, не говоря уже про взрослых людей. Мухтар принимал угощение с благодарностью, демонстрируя просто утончённый эталон вежливости — очень осторожно и бережно касаясь кончиками небольших зубов принимал лакомство и при этом, не отрывая глаз от угостившего его человека, медленно, помахивая хвостиком, удалялся, пятясь к выходу. Понимал буквально всё. Если, к примеру, у кого-то варился суп, и на его приход хозяйка просила зайти позже, пообещав косточки возле двери оставить, то он так и приходил и забирал угощение.

Малыши любили тискать его. Пёс терпеливо принимал все их приставания. Небольшое тело, покрытое плотной кучерявой шёрсткой с коричневыми подпалинами, и внимательный взгляд умных и понимающих глаз по привычке ожидал увидеть почти каждый входящий в подъезд.

Только вот в последнее время Дима заметил, что встречи с Мухтаром стали редкими. До этого регулярно приходивший к порогу их квартиры пёс вдруг перестал появляться.

Взяв приготовленное угощение, юноша сам спустился на второй этаж, чтобы накормить полюбившегося пса. Там Дима встретил трёх пожилых женщин, живущих тоже в этом доме. Мухтар грустно лежал на коврике и с виноватым взглядом отказывался от еды, только жадно лакал воду. Со слов женщин выяснилось — на улице кто-то сильно обидел собаку, нужна серьёзная операция, дорогое лечение, а хозяйки, как всегда, нет дома.

***

История с собакой стала той пушинкой, перевесившей многие сомнения и склонившей его на эту поездку. И теперь Дима вынужден покачиваться в большом кресле междугороднего автобуса, стремящегося через пять часов неутомимого движения добраться до другого города, чтобы принять участие в составе команды за какой-то там колледж.

4.69

В большом салоне тихо покачивались на поворотах задремавшие пассажиры, а у Димы вновь перед глазами стояла Фея. Прокручивая в памяти посещение её в больнице, он в очередной раз открывал те двери…

… Тогда те двери в небольшое двухэтажное здание, расположенное в глубине больничного комплекса, Дима нашёл быстро и, войдя в вестибюль, окрашенный в серо-голубой цвет, сразу посмотрел на часы… «Чтобы был ровно в 15.30 и ни минутой позже» — такое указание он получил от Лены, одноклассницы Феи. Поневоле пришлось торопиться, чтобы успеть к назначенному времени. К тому же, Лена решила немного разыграть обоих: Фее она прислала сообщение, что пришла с распечатками и ждёт её, а Диме наоборот – что Фея знает о его приходе сегодня.

Последняя секунда до встречи соскользнула в песок времени, и стрелка часов на незримом циферблате жизни юноши, качнулась, чтобы впустить новую мелодию, ту мелодию, которая преображает человека, способного услышать её в своём сердце.

От главного корпуса был проложен крытый тёплый переход, дающий возможность пройти по широкому коридору, с двух сторон укрытому большими сплошными окнами, в здание, где сейчас находился Дима. Небольшой по протяженности, метров пятнадцать, он легко просматривался через стеклянные двери внимательными глазами молодого человека.

Всё произошло очень быстро, настолько быстро, что Дима до сих пор испытывал невообразимое волнение внутри себя от той растерянности, когда не получилось остановить человека, так легко и свободно прошедшего через все многолетние и старательно возводимые им бастионы в сокровенный и, как ему казалось, недоступный для других мир – его мир.

Девушка открыла двери, чтобы пройти по переходу в сторону ожидающего её посетителя, и, сделав только первый шаг, её фигурка в красивом домашнем халатике сразу озарилась яркой солнечной паутинкой, охватившей всё пространство вокруг. От восторга у Димы перехватило дыхание… Для него было однозначно —это магия волшебной Феи, на мгновение проявившей себя в этом мире. Солнечные лучи, отражаясь от пластикового козырька, закреплённого на здании, на самом деле создавали красивые яркие блики, обволакивающие стройную фигуру девушки. От слепящих солнечных отражений Фея прикрыла глаза и сделала ещё несколько шагов… Словно по её приказу яркие солнечные нити тут же скрылись, в надежде на дальнейшее распоряжение…

Следующие шаги в сторону заворожённого парня уже совершала реальная девушка. Свет в переходе стал мягким и притихшим, но ощущение магии не пропало, а наоборот, только усиливалось с каждым шагом приближающейся девчонки из параллельного класса.

Реальная Фея, сама того не подозревая, своей спокойной выдержкой и лёгкой отрешённостью от школьной суетливой жизни очень помогала Диме удерживать в себе образы Двух Фей на той волшебной сказочной волне, которая способна украсить реальный мир приятными нотками.

Сейчас Фея была полностью обезоружена: лёгкая слабость от болезни и чуть уловимый шлейф тонкого сна наполняли её образ милым очарованием. Димка не в силах был что-либо сделать с собой — магия этой девушки вмиг скрыла потолок и стены, бесследно растворила фон, окружающий Фею, и лишь её облик нашёл отражение в глазах юноши, не подозревающего о том, что в его глазах сейчас вспыхнул чистый свет нового, ещё неизведанного им чувства. Он понял, что готов смотреть на неё бесконечно, и лишь лёгкое движение ресниц Феи — она почувствовала Димкин взгляд — заставили его повернуться в сторону и прикрыть пылающее лицо рукой…

... Мимо мелькали незнакомые дома чужого города, и юноша, сохраняя свои воспоминания в памяти, настороженно всматривался в быстро бегущую страницу этого дня.

4.70

Группа спортсменов, расположившаяся на мягких диванах в фойе гостиницы, в течение двух дней должна будет защищать честь данного колледжа. Пять парней и девушка. На первой же разминке Дима понял, что девушка и есть тот единственный представитель учебного заведения, кто на самом деле учился в нём. Сразу было видно, что плаванием она занималась совсем немного, да и для спортсменки у неё был явно лишний вес… Задача для неё в эти дни была простая — проплыть на своём уровне дистанции, по окончании соревнований выйти на награждение и получить приз за высокие достижения своего колледжа. А вот высокие достижения колледжу должны организовать парни, специально приглашённые для этого из разных городов. Димка был самым младшим. У него сложилось впечатление, что некоторые ребята закончили не только школу, но ещё что-то. Главное — в данной ситуации — показать сообща нужный результат.

Один из ребят, высокий и широкоплечий парень с волнистой шевелюрой, быстро сдружился с девушкой. Димке он показался знакомым… Возможно, пересекались на соревнованиях… А может, только показалось…

Соседом по номеру в гостинице был молчаливый парень, всё время залипающий в своём телефоне. Остальные парни расположились в трёхместном номере. Девушку поселили на другом этаже, в более комфортабельном двухместном номере, с женщиной, которая в эти дни выполняла роль спортивного руководителя их команды. Всё самое неприятное для Димы, и не только для него, произошло как раз в этом номере.

Задачу, поставленную перед соревновательным циклом, «представители» колледжа выполнили успешно и, сдав свои ключи от комнат, ожидали окончательного рассчёта.

Несмотря на то, что был полдень, женщина-руководитель ушла в ресторан, куда её пригласили отметить достигнутый успех очень довольные наниматели. Сказав, что её не будет часа три, как минимум, она разрешила ожидать её возвращения в своём номере. Основную и обговоренную сумму им выплатили сразу, после подсчёта командных очков. Но прошла информация, что будет ещё хорошая добавочная выплата, поскольку их команда смогла опередить постоянного конкурента в этом городе.

Поднявшись на два этажа выше, Дима с молчаливым соседом зашли в указанный номер гостиницы. Он резко отличался от остальных номеров. При входе располагался свободный холл с окном во всю стену и парой небольших диванчиков с круглым столиком между ними. Куча спортивных сумок, наваленных под столик, и четверо парней заметно уменьшали свободное пространство этой большой комнаты.

Не успев войти, Димкин сосед-молчун сразу плюхнулся на диван и уткнулся в свой экранчик. Ещё двое парней о чём-то шушукались у закрытой двери, ведущей в комнату, предназначенную для отдыха и сна. Порой у Димы получалось читать атмосферу, царившую вокруг — по коротким взглядам, жестам, по обрывкам фраз улавливать скрытый подтекст. И сейчас его внутренний датчик опасности не просто пищал, а отчаянно вопил: «Беги, Форест, беги отсюда!»

За те несколько минут, что Дима находился в этом помещении, он понял, что тот самый парень, с волнистой шевелюрой, сейчас находится за закрытой дверью вместе с девушкой из их команды и, пользуясь её симпатией к нему, пытается это использовать не с благими намерениями. Он насочинял, что сегодня у него день рождения. и он хотел бы отпраздновать его вместе с ней. Одновременно, любезничая с девушкой, он посылал пошлые смски двум парням, которые оживленно обсуждали их, стоя возле двери.

Димка поправил сумку и стал разворачиваться к выходу — всех денег не заработаешь, можно обойтись и без этих премиальных. Пока он обдумывал – нужно ли что-то сказать на прощание или просто молча раствориться в длинном коридоре гостиницы – фраза, произнесённая за его спиной, заставила насторожиться:

— Он пишет, что она уже захмелела, и осталось ещё чуть-чуть, надо нам установить очерёдность…

Что-то тяжёлое сковало сердце юноши, он не хотел верить в происходящее рядом, но прозвучавшие вслед за этой фразой порядковые цифры, словно гвозди приколотили его ноги к полу, и он замер, осознавая, что девушка за дверью сейчас находится в большой опасности. Почему он сразу не ушёл, пропустив момент, когда ещё не было полной и ясной картины происходящего тут? Почему-то ему вспомнились в эти мгновения слова Софьи Ивановны о том, что он постоянно убегает, убегает от действительности. Но у него уже давно не было розовых очков по отношению к реальной жизни, и поэтому его интуиция часто помогала избегать бурлящие водовороты реальности. Но сейчас, сейчас его закручивало в самый эпицентр этого водоворота, и пути назад у него уже не было. В подтверждение этого, подошедший к входной двери парень, закрыв дверь изнутри и опустив ключ в карман, одобрительно похлопал его по плечу:

– Правильно, молодой, пора взрослеть...

4.71

Водовороты... Однажды Дима уже попадал в настоящий водоворот. Тот водоворот на реке. День двухлетней давности напомнил то преодоление, которое ему пришлось испытать тогда...

... Небольшая, метров двадцать-тридцать в ширину, река имела плавное течение. Летний день приятно согревал большой солнечной лампой всех отдыхающих у реки, и Димка, вдоволь нанырявшись с узкого мостика, решил проплыть пару километров по течению, а потом просто вернуться через близлежащие луга, чтобы обсохнуть под лёгким ветерком, оставляя свои следы в тёплой земляной пыльце дороги. Решил проплыть и поплыл. Вскоре берег с одной стороны реки резко поднялся высоким известняковым утёсом – как раз в этом месте река делала резкий поворот, – а другой берег реки так и оставался пологим. Вначале Диме было интересно, как водоворот мягко закручивает его, попавшего в круг радиусом в десять метров. Сколько раз Дима проходил мимо этого красивого утёса, но даже и не догадывался о существовании тут такого сложного течения. На третьем круге он включил максимальную скорость, чтобы преодолеть эту круговую тягу и устремился к пологому берегу, до которого было всего-то метров пятнадцать. Но ему не хватило сил, чтобы преодолеть последние метров пять. Сказалась накопившаяся усталость: в воде-то он находился уже несколько часов. Вторая и третья попытки тоже успехом не увенчались.

На лугу коровы спокойно щипали траву, за пригорком виднелись крыши ближайшей деревни, над водой проносились стрекозы, а Дима почувствовал, что реально попал в водный плен, вдобавок, в этом месте вода была заметно холоднее. Хотел он того или нет, но силы убывали. Димка понимал, что по верху ему не пробиться и надо кардинально предпринять что-то другое. И вдруг его осенило, что водоворот — это по сути воронка. Набрав побольше воздуха, он нырнул вертикально на глубину шести-семи метров и изо всех сил поплыл в сторону берега, придерживаясь этой глубины. Попытка оказалась удачной и, выбравшись на берег, он ещё долго рассматривал водную ловушку, которую с берега почти невозможно увидеть…

Вот и сейчас в этой комнате, в этом житейском водовороте, ему надо найти выход и принять кардинальное решение. Юноша подошёл к круглому столику и взял в руки стоящую на нём большую бутылку минеральной воды. Она была полной, и его рука ощутимо почувствовала тяжесть взятого предмета. Сделав пару шагов к окну, он разглядел на газоне стройный ряд маленьких ёлочек и неспешно идущих по тротуару беззаботных пешеходов. В отличие от них, ему надо было спешить. Посмотрев через плечо в сторону парней, пока не обращавших на него внимания, он прицелился и, вложив в замах всю силу, совершил первый точный удар…

Ненавистная в данный момент реальность медленно, но ощутимо теряла свою цельность и распадалась в буквальном смысле на части. Он смог это сделать, и отражение фигур за его спиной пропало в прохладном воздухе, падая хрупкими кусками разбитого стекла. Ворвавшийся свежий воздух приятно освежил отчаянного юношу, стоявшего около окна. Он уже не слышал, как кто-то сильно стучал в закрытую дверь из коридора гостиницы, не слышал громких голосов за своей спиной. Он стоял и отрешённо смотрел на редкие снежинки, падающие перед его глазами в этот весенний день.

4.72

Больше всего Юрке нравилось быть в курсе событий, происходящих в школе, его ненасытное любопытство двигало им, а вытянутый силуэт мелькал по всем закоулкам и закуткам учебного заведения, впитывая, как губка, всю доступную информацию. Вот и начавшиеся приготовления к новому праздничному конкурсу не остались без его пристального внимания.

На втором этаже школы один кабинет был особо обозначен — его украшала искусно вырезанная из бумаги яркая гирлянда. Цветочной композицией слова переплетались в название предстоящего праздника. Это был условный штаб, где на каждой перемене кипела кропотливая работа по подготовке праздничного конкурса. Вначале Юра шнырял мимо этого кабинета туда-сюда — любопытство просто зашкаливало, но потом решил сменить тактику и, взяв для прикрытия в руки учебник и прильнув к стене длинного коридора так, чтобы не мешать проходящим, искоса поглядывал в открытую дверь.

Его могли заметить многие девочки в кабинете, но внимание Юры было приковано к высокой худенькой девушке с плотным смоляным сгустком волос на голове, напоминавшим каре. Его словно кистью обмакнули в чёрную тушь. На стройных ножках она деловито сновала по школе, вычерчивая своими маршрутами замысловатые зигзаги. Благодаря природному и очень чувствительному слуховому аппарату он понял, что эта девушка тоже примет участие в конкурсе. Юра смог даже услышать, что зовут её Вика. Виктория!

Вот и на этот раз боковым и очень цепким взглядом он заметил её, входившую в праздничный штаб. Но сегодня он был не одинок: ещё четверо юношей из старших классов так же внимательно следили за пробегающей девушкой и о чём-то переговаривались, что не ускользнуло от проницательного взгляда Юры, и он стал сокращать расстояние между собой и этой компанией. Пока Юра незаметно приближался к ребятам, они что-то обсуждали:

— Ну, что, опять опозоримся? Никто не хочет с ней выступать, — сказал один из парней.

— И где мы найдём пятого? Может, будем неполным составом? Правда, потом все девчонки нас засмеют, это уж я гарантирую, — поддержал разговор другой.

Девушка, так привлёкшая внимание пятерых парней, вышла из кабинета и быстро удалилась походкой делового человека. Провожая её глазами, Юра невольно пересёкся с взглядами тех четверых ребят и сразу же услышал вопрос, прозвучавший в его адрес:

— Интересуешься?

Не понимая, о чём речь — о празднике или об ушедшей девушке, Юра растерянно пожал плечами.

— Могу познакомить, — собеседник был на удивление доброжелателен.

Юра невольно задержал на нём свой взгляд. Тогда в подтверждение своих слов парень подробно пояснил ему, как это можно организовать.

— Мы участвуем на этом празднике, — тут он махнул рукой в направлении открытых дверей. — Но нам не хватает ещё одного человека для выступления. Может, поучаствуешь? Кстати, она, как организатор, в этом очень заинтересована.

— А что надо делать? — полюбопытствовал Юра.

— Надо поздравить девчонок, одного нам как раз не хватает, — парень, только что произнёсший это, вдруг развернулся в сторону девушки и громко окрикнул её:

— Вика! Кажется, у нас нашёлся доброволец, и мы теперь в полном составе.

— Да? Тогда жду от вас хорошего выступления, — доброжелательно посмотрев на Юру, девушка что-то отметила в своих бумагах и, сделав отмашку рукой, скрылась в кабинете.

— Тебе отдаем самый лёгкий трек, там даже вокал не нужен, просто выучи слова и ритм выдержи, а в понедельник после уроков встречаемся в актовом зале. Мы надеемся на тебя. Удачи.

Юра с удивлением посмотрел на клочок бумаги, который получил от ребят, и быстро засеменил за ними.

— А мы разве не вместе выступаем? — торопливо переспросил он новых знакомых.

— Ты, что, новенький? — услышал в ответ.

— Да, второй месяц в школе.

— У каждого из нас индивидуальный выход, но необходимо пятерых парней на праздник. Обычно пары разыгрываются жребием, но ты не парься — у тебя самая лёгкая партия!

— неясность сказанного подтвердила смутные опасения Юры в том, что он опять куда-то вляпался.

Не зная, что делать дальше, он нервно теребил бумажный обрывок в руке. И тут почему-то в его голове отчётливо возник образ одноклассника, тоже совсем недавно появившегося в этой школе.

4.73

Даму с собачкой Дима заметил не сразу. В последнее время на улице он быстро отключался от городской суматохи. Бесчисленные волны событий и переживаний, навалившиеся на него, грозились перерасти в настоящий вал. Это угнетало как никогда. Утром не было сил даже перекинуться парой фраз со своим ёжиком, как бывало раньше. Как только он начинал восстанавливаться от очередного неординарного события в своей жизни, так на него быстро набегала следующая волна.

Просторную площадку перед магазином, закатанную в асфальт, украшали высокие липы, для которых были оставлены небольшие квадраты земли, обрамляющие задумчивые деревья, ещё не сбросившие зимний сон с ветвей. В одном из таких квадратов приютилась собачка. Она, присев на задние лапы, вела себя тихо, устремив свой взгляд на людей, выходивших из магазина. Это была Кнопка, а её хозяйка, по всей видимости, была где-то рядом. Дима, опустившись на корточки, тихо спросил завилявшую хвостиком маленькую собачку:

— Купаться пойдём, Кнопа?

Отвернув демонстративно свою мордочку в сторону, собачка всем видом показывала, что устала от этой шутки от хозяйки и не намерена больше выслушивать подобное.

— Жаль, — понимающе уловив её настроение, обронил юноша и как бы самому себе добавил: – А я бы сейчас освежился разок-другой.

Димка не торопился уходить, потому что шёл как раз к Софье Ивановне, чтобы отдать ботики, которые она одолжила ему после того памятного купания. «Хоть тут повезло, отдам обувь и домой... И заходить не надо будет» — облегчённо подумал он, но, увидев выходившую из магазина Софью Ивановну, понял, что зайти всё-таки придётся.

Забрав все пакеты из её рук, он медленно шёл в сторону знакомой арки, стараясь не задеть Кнопку, весело крутившуюся под ногами, заодно выслушивал философские наблюдения Софьи Ивановны о том, что раньше и трава была зеленее, и морозы крепче, и люди тоже были совсем не такие, как нынче.

Возле подъезда на лавочке сидели две пожилые женщины, а рядом с ними стоял мужчина средних лет и что-то рассказывал, самозабвенно жестикулируя руками.

— Опять свои байки травишь, Василий? — поздоровавшись, обратилась к мужчине Софья Ивановна.

— Так вот, я и говорю: подходят ко мне трое и просят огонька, — продолжил свой рассказ мужчина, довольный тем, что слушателей прибавилось. — И тут я вспомнил – на Бога надейся, а сам не плошай. Ну, думаю, до Бога далеко, надо бы самому справиться. А один уже мне за спину заходить начал, пока те двое зубы мне заговаривали, — оживленно показывая жестами, как это происходило на самом деле, Василий был весь в своей теме.

— Подожди-подожди, ты нам расскажи сначала, как ты на Бога понадеялся? — вдруг прервала его монолог Софья Ивановна.

— Как это… Да я… — в недоумении замер Василий, явно не ожидая такого вопроса.

— Вот видишь, тебе и подсказка свыше дана была, а ты всё мимо своих ушей пропустил. Мало того, что надежду не возложил на могущего, так ещё взял и сам Его отодвинул от себя. А надо было всего-то два слова сказать, можно и не вслух, а только в сердце своём.

— Два слова? — опустив руки, которые он только что сжимал в кулаки, повторил мужчина и посмотрел на пожилую женщину.

— Да. В следующий раз попробуй следовать народной мудрости полностью.

Оставив притихшего рассказчика за закрытой дверью, Димка и Софья Ивановна начали преодолевать широкие ступени лестницы.

— Как Света? — без всяких предисловий спросила Софья Ивановна.

— Она в больнице, я ей недавно из школы задания заносил, —отвечая, Дима почувствовал напряжение во всём теле, словно он попал на сложный экзамен к очень строгому экзаменатору.

— Скоро праздник, надо её поздравить, а то как-то грустно в этот день быть на больничной койке, — внимательно посмотрев на притихшего мальчишку, произнесла Софья Ивановна.

— Да, — ответил юноша, который хотел как можно скорее, но в тоже время вежливо завершить начавшийся разговор.

— Цветы купишь?

— Да, — с лёгким придыханием, преодолевая очередной лестничный пролёт, повторил Дима и, чтобы сменить тему разговора, задал свой вопрос. — А Вам что подарить, Софья Ивановна?

— Мне? А мне, когда Светлана поправится и будет потеплее, снимите шторы… Ещё попрошу окна вымыть. Потолки очень высокие, без вашей помощи не обойтись. Это и будет для меня подарком, — улыбнулась Софья Ивановна и остановилась около своей двери.

— Хорошо, договорились… — озираясь по сторонам, ответил Димка, старательно пытаясь изобразить, что очень спешит по важным делам.

— Ты, наверное, торопишься, а то можно и самоварчик… – ненавязчиво предложила женщина, но, увидев лишь спину убегающего мальчишки по лестнице, тихо добавила вслед: — Я буду ждать вас, ребята…

Разобравшись с покупками, Софья Ивановна прошла в прихожую и аккуратно стала укладывать в пакет свитер – тот, что девушка принесла для Димы после купания в реке.

— Шебуршал, шебуршал, а так и не надел его, — вспоминая тот день, задумчиво произнесла она вслух, затем наклонилась, чтобы поднять выпавшую из пакета маленькую самодельную открытку.

На белом прямоугольнике плотной бумаги был прорисован красивый узор, внутри которого было написано только одно слово «Дорогому». Видимо, автору что-то помешало завершить начатое. Женщина уложила свитер и поздравление в пакет и, любуясь редкими снежинками за окном, с ноткой удивления произнесла:

— А мальчик, оказывается, деликатный…

4.74

Когда человек приболел, ему для улучшения самочувствия желательно укрепить свой организм. Если медицина чаще всего предлагает больному пилюли, то Димка видел вклад в процесс выздоровления только через витамины. В магазине им были куплены мандарины. Ароматные шарики-плоды лежали в пакете, в непросвечивающем пакете, который он выбрал специально.

Приобрести мандарины Димка смог довольно быстро и уверенно, а вот со второй покупкой для больной у него с самого начала были трудности. Изначально он и не планировал эту вторую покупку. Но в его планы бесцеремонно вмешалась Софья Ивановна, её неотступно преследующие смеющиеся дотошные глаза сделали-таки своё дело, поэтому Диме после долгих раздумий пришлось купить ещё и цветы.

Обстоятельства были настолько неумолимы к нему, что не оставили ни одной щёлочки для лавирования. Свободный день на этой неделе выпадал как раз на этот праздник. Навестить больную в такой день и не поздравить выглядело бы, конечно, некрасиво. Вздохнув, Дима заставил себя согласиться с Софьей Ивановной — главным инициатором покупки цветов.

Чем ближе он подходил к конечной точке своего маршрута, тем короче почему-то становился его шаг, а голова шла кругом от предстоящих действий, которые сегодня необходимо было исполнить.

Опасения Софьи Ивановны на сегодняшний день были не беспочвенны. Цветы, как и обещал, Дима купил, но это не означало, что он лично будет дарить их девушке. Это даже и обсуждению не подлежало. Он даже представить не мог, как бы стал вручать ей цветы. Ему вспомнился недавно прочитанный отрывок про то, что каждый цветок имеет своё значение… А в этом деле он ни бум-бум… Понимание этого, как звук лопающихся мыльных пузырей, засело в подсознании очень крепко. Оправдывая себя подобными размышлениями и подводя окончательный итог, Дима решил, что лучше всего — не вторгаться в личное пространство больного человека. Но это не означало, что он отказывался вручать свои подарки. Тут он, как обычно, полагался на свою фантазию и смекалку. Мандарины он просто попросит передать в палату. Для этого у него была заготовлена шоколадка, и ему оставалось лишь найти подходящего человека.

Свернув с дороги, упирающейся в главный вход больницы, мальчишка засеменил по лёгкому белому налёту снега, огибая здание и направляясь во внутренний двор. Пропустив мимо себя ехавшую машину скорой помощи, он стал внимательно изучать расположенный под окнами высокого здания небольшой сквер. Сквер скромно представлял собой площадку с расставленными по кругу скамейками и деревьями-подростками, разбежавшимися по аллеям небольшими группами и сонно взиравшими на молодого человека, появившегося перед ними. Тонкая, но зато хорошо протоптанная тропинка в сторону сквера заканчивалась возле скамейки, на которой кем-то старательно был убран снег, вернее, часть снега, что позволяло рассмотреть окрашенные бруски, ровными рядами соединяющие изогнутые ножки скамьи.

Опустив пакет с мандаринами на чистую поверхность, Дима вытянул из-под куртки шуршащий пакет с цветами и задумался. Первое, что пришло в голову — слепить снеговика и к его руке прикрепить цветы – пришлось отложить. Снега, пригодного для изготовления больших кругляшей, явно не хватало. Причиной тому были чередующиеся с ночными морозными часами тёплые дневные перемены. Под тонким белым налётом находилась спрессованная корка жёсткого и непригодного для лепки снега. Всё же, заставив себя сделать одну попытку, Димка был разочарован — с трудом собранный шар почти сразу развалился и превратился в обычный светлый холмик. «Что же делать?» — рассеянно выдохнул в прохладный мартовский воздух юноша.

Вдруг он с удивлением заметил, что тень, скользящая перед ним по серо-белому весеннему полотну, неожиданно стала двухголовой, и при этом одна голова, возвышаясь над другой, постоянно двигалась то влево, то вправо. Осторожно повернув свою голову в сторону, он разглядел силуэт человека, стоящего у него за спиной. Увлечённый некоторое время назад, он и не заметил, как из очередной подъехавшей машины скорой помощи вышла женщина и направилась в его сторону. Из-под её плаща выглядывал тонкий край белого халата. Женщина шла по тропинке и сосредоточенно вслушивалась в прижатый к уху блестящий телефончик. Два человека одновременно заметили присутствие друг друга, и через несколько секунд взгляды их встретились.

— Телефон… — непроизвольно протягивая свою руку в сторону появившегося человека, сказал Дима, узнав в стоящей перед ним женщине знакомый образ, который, видимо, прочно засел в памяти.

— Ха! Нет-нет, этот телефон мы ломать не будем! Мне его коллеги подарили, — бодро, с улыбкой воскликнула женщина, с любопытством разглядывая парнишку, цветы на скамейке и мандарины, шустро выбежавшие из пакета «на прогулку». — Второй раз встречаемся. Интересно!

Присев на край скамьи и мягко охватив своим взором растерянную фигурку мальчишки, женщина неожиданно предложила:

— Может, познакомимся? Меня зовут Лариса Дмитриевна… Да, благодарю тебя за прошлый раз. Я тогда так хорошо пообщалась с твоей птичкой.

— Дима, — смущённо обронил мальчишка, продолжая разглядывать горку снега возле своих ног.

— Пришёл навестить? — участливо поинтересовалась Лариса Дмитриевна и, открыв свою сумочку, стала в ней что-то искать, но через несколько секунд, видимо, решив отложить поиск на потом, щёлкнула замочком и внимательно посмотрела на Диму, ожидая ответа.

— Да, — робко ответил Дима, не зная как себя вести сейчас в присутствии взрослого человека. Он не ожидал, что кто-то разделит с ним минуты, такие волнительные для него сейчас.

— И, кто она? — заговорщически подмигнув Димке и почему-то убавляя голос до шёпота.

— А… это больной… он… знакомый, — уклончиво пытался ответить Дима, с опаской ожидая следующих вопросов.

— Да, ты прав, в больнице здоровых не держат. И всё-таки, наверное, знакомая? — настойчиво продолжала Лариса Дмитриевна.

Юноша ничего не ответил ей, обречённо кивнул головой, понимая в очередной раз, что женское любопытство не имеет ограничений по определению.

— Что же ты тут изобретаешь? — сменив эту сложную для Димы тему, Лариса Дмитриевна указала на белую насыпь снега перед ним.

— А это я хотел снеговика сделать, но не получилось, — облегчённо выдохнул парнишка, довольный тем, что разговор пошёл по другому руслу.

— Снеговика? Здорово! Но тогда ему надо метлу и ведро, — озираясь в поиске только что озвученных предметов, шутливо произнесла она.

— Этот снеговик особый, он должен был держать цветы вместо метлы, — увлечённо подхватив разговор, продолжил Дима.

— Да? Жаль, что снеговик не получился.., — сочувственно добавила Лариса Дмитриевна и, словно между прочим, быстро спросила: — А больной в какой палате у нас отдыхает?

— В двести тридцать седьмой, — машинально ответил Дима, всё ещё разглядывая разрушенную конструкцию снеговика.

— Так ведь у неё окна выходят на другую сторону, — растерянно произнесла женщина, ожидая объяснений.

— Я знаю, поэтому и хочу именно здесь слепить, да вот не получается, — уверенно ответил Дима, и только после этого к нему пришло осознание, что он только что сказал гораздо больше, чем надо, и самое главное — сказал то, что говорить никому не следовало.

— Понимаю, — доверительно произнесла Лариса Дмитриевна и вопросительно добавила: — А мандарины тоже здесь оставишь?

— Нет, мандарины я хочу передать в палату, — утвердительно произнёс Дима и покраснел, как спелый помидор, невольно вызвав у женщины красивую улыбку.

— Хорошо, я тебе помогу, ты ведь мне тоже помог тогда… с телефоном.

— Только не говорите ей про меня, пожалуйста, — попросил Дима, настороженно ожидая ответа на свою просьбу.

— По рукам, — услышал он. Лариса Дмитриевна поднялась со скамьи. — Запомни, своих не выдаю. Конечно же, я промолчу о тебе. А мандарины просто занесу в палату и скажу, что с вахты просили передать. Правильно?

— Да, — довольно произнёс юноша, не веря своим ушам и признавая, что так удачно нашлось решение с передачей гостинцев для Феи.

Зазвонил телефон и, вытянув блестящую коробочку из кармана, женщина ответила на звонок. Она говорила негромко, но отчётливо. При этом она несколько раз повторила номер своего домашнего телефона. Видимо, человек говоривший с ней, торопился записать его. Завершив разговор, она повернулась к юноше, чтобы попрощаться. Перед ней с вытянутой рукой стоял Дима. Он держал двумя пальцами шоколадку со вставленной в её бумажную обертку гвоздикой.

— Это ей? — спросила женщина.

— Поздравляю с праздником Вас! — порывисто выдохнул юноша и смущённо опустил глаза.

— Хороший сегодня день! — улыбаясь, произнесла Лариса Дмитриевна, принимая подарок, и, снова переходя на шёпот, тихо спросила юношу: — Как её зовут? Это, чтобы мне не попасть впросак.

— Светлана… — едва слышно произнес Дима.

— Ладно, бывай! Лепи своих снеговиков! А в остальном можешь довериться мне! — многозначительно выделив вторую часть своей фразы и помахав на прощанье рукой, она скрылась в дверях здания, а Дима всё стоял и пытался переварить последнюю, сказанную в его адрес, реплику…

4.75

Решить трудную задачу в очередной раз помог любимый ёжик. Всё гениальное — просто. Понимая, что высокие фигуры невозможно изготовить, Димка просто взял и из большой снежной горки сформировал фигуру ежа, будто собравшегося пробежаться по тонкой тропинке к зданию больницы и подарить всем сегодня хорошее праздничное настроение.

Почему он не стал делать своё снежное поздравление с другой стороны больницы, там, где располагались окна, в которые, в любой момент, могла посмотреть Фея — девушка, ради которой он сегодня пришёл сюда? Ответ на этот вопрос, наверное, он и сам бы не смог чётко сформулировать. С одной стороны, он не хотел, чтобы Фея увидела его за этим занятием, с другой стороны, желал всё-таки поздравить её, но без прямого своего участия.

А вот пережить состояние, которое испытал в первое посещение, совсем не хотел. Дима старательно отгонял от себя даже первые проблески воспоминаний о том дне. У него сложилось ощущение, что он случайно увидел то, чего она не хотела показывать всем. По этой причине чувство неловкости просто зашкаливало, внося явный сумбур в его привычное восприятие мира и накладывая новые штрихи на его поведение. Но самое главное — он был ещё не готов принять самого себя, как оказалось, такого беззащитного перед этой девочкой.

Внутреннее состояние подталкивало его к мысли, что он должен постараться как можно скорее забыть эти мгновения… Или спрятать глубоко-глубоко в своей памяти… И пусть они будут скрыты… И тогда, может быть, он хоть на немного, совсем на чуть-чуть, сможет вернуть то утраченное внутри самого себя… Вернуть доверие этой удивительной девушки…

Дима ещё не знал, что так тщательно выстраиваемая им за эти дни стена «забвения» очень скоро претерпит беспощадный и сильный натиск. Инициатором такой атаки станет небезызвестный его одноклассник, с которым сегодня вечером, опять или снова — в который раз произойдёт случайная встреча, когда Дима будет возвращаться домой.

…В то время, пока молодой и начинающий мастер снежных фигур завершал украшать свою скульптуру, по коридору второго этажа больницы быстро шла женщина в белом халате с небольшим пакетом в руке. Внезапно она остановилась, словно решая про себя что-то важное и, взмахнув перед собой свободной рукой, уверенно направилась к большим дверям, состоящим из двух широких створок с вставленными в них тёмно-синими матовыми стёклами. В своё время большая комната была предназначена для отдыха, и в ней до сих пор стояли телевизор на большой подставке, несколько кожаных кресел и обшарпанный диванчик с притулившейся к нему искусственной пальмой.

Женщина быстро подошла к окну и осторожно раздвинула рукой свисающие с карниза широкие полоски жалюзи. Рассмотрев за окном что-то заинтересовавшее её, она удовлетворённо хмыкнула и, захватив свободной рукой большую прядь длинных лент, резко подбросила их вверх. Из-за такого внезапного обращения стройные ряды светозащитных полос были нарушены. Одна часть, поперепутавшись, застряла на карнизе, а другая — с недовольным видом вынуждена была расположиться прямо на полу. С довольным видом осмотрев образовавшийся хаос, шалунья в белом халате вышла из комнаты.

В палате было тихо. На кровати возле окна девушка полусидя сосредоточенно перебирала потрёпанные страницы старой книги, аккуратно вставляя их в прозрачные файлы. Она не знала, что Дима отдал ей этот пакет случайно. Самые трудные страницы, с большими повреждениями текста, он в тот памятный день хотел показать, по предварительной договоренности, специалисту городской библиотеки. Но вмешательство Лены в запланированный им распорядок выбило его из привычной колеи… Вот и получилось, что он просто отдал два пакета Фее… Не смея глянуть на неё… Если бы кто-то попросил его в ту минуту назвать своё имя, то и такой вопрос для него был бы в тот момент затруднительным… Что уж тогда говорить про какие-то почти невесомые пакеты!

Женщины, сидящие напротив девушки, негромко обсуждали только что просмотренные на планшете новости. Вдруг они замолчали, устремив взоры на приоткрывшуюся дверь.

— С праздником! — поздравила всех вошедшая и быстро осмотрелась, пробежав взглядом по просторной палате.

— И Вас, Лариса Дмитриевна, тоже поздравляем! — дружно закивали головами в ответ пожилые дамы.

— Вот, с вахты просили в вашу палату передать, — обронила Лариса Дмитриевна, извлекая из пакета мандарины и выкладывая их на тумбочку, установленную в непосредственной близости с кроватью Феи.

— У меня к тебе небольшая просьба — в комнате напротив упали жалюзи. Не поможешь поправить их? Если, конечно, самочувствие позволяет, а то сегодня на смене уборщицы все в возрасте.

— Это срочно? — отрываясь от разложенных страниц, переспросила Света.

— Ну, желательно сейчас. А впрочем, отдыхай, у меня ещё есть человек на примете, — ответила ей Лариса Дмитриевна, делая жест, что она ни в коей мере не хочет обременять своей просьбой девушку.

— Хорошо. Я сейчас подойду, — собирая листы бумаги, ответила девушка и стала выбираться из-под одеяла.

… Что-то удерживало Димку. Он никак не мог уйти… Словно в его творении была какая-то незаконченность — ёжик, утыканный сухими прутиками, держал в лапках снежную вазу с цветами, но при этом, сам выглядел довольно грустно и, явно, не по-праздничному. Тут Диму осенило — он стал поспешно убирать сухие прутики-иголки, заменяя их живыми яркими цветами. Увлечённый творчеством он не заметил, как на втором этаже больницы в широком окне неожиданно показался силуэт девушки.

4.76

Юрка терпеливо выпиливал сложные зигзаги около дома, с нетерпением ожидая появления своего товарища. В его лице он ожидал встретить сочувствие и, самое главное, рассчитывал получить посильную помощь в предстоящем завтрашнем празднике…

Как всегда, с опозданием, он наспех собрал всю необходимую информацию о регламенте своего выступления на конкурсе, посвященном прекрасной половине человечества. Особая честь поздравить девчонок была доверена пятерым юношам. И одним из числа этой пятёрки был Юра – наивный доброволец, своим любопытством проторивший себе прямой путь на большую сцену актового зала школы, где на него скоро будут глазеть все: девчата, мальчишки, учителя. Но будущая слава не окрыляла молодое дарование, а наоборот, приковывала негнущиеся ноги к холодной земле…

Юрка распечатал пятое по счёту мороженое и ритмично стал проглатывать большие куски холодного лакомства. Вообще, он не хотел, чтобы завтрашний день в его жизни состоялся как таковой. Но этого желания было недостаточно. Сейчас он очень нуждался в поддержке и дружеском совете.

Виктория, прекрасно владевшая вокалом и игравшая на нескольких музыкальных инструментах — настоящий гений музыки – была одним из организаторов этого конкурса: парни должны в ходе розыгрыша составить с девушками пары, которым предстояло исполнить песни, где мужские партии чередовались с женскими. После того, как исполнение песни завершится, девушки, участвующие в песенных дуэтах, должны будут оценить исполнение мужской партии, выразив своё предпочтение аплодисментами. Надо было очень постараться, чтобы в итоге заработать аплодисменты у всех пятерых девушек, образно говоря — заработать «пятёрку» – высшую оценку за участие в этом празднике.

Третий год проходит такой конкурс. Он довольно популярный у женской половины школы. Правда, максимальная оценка, которой были награждены ребята за свои усилия, выше «четвёрки» ни разу не поднималась. Для получения высшей оценки мешало одно препятствие. Преодолеть его никому не удавалось. Никому! Барьером к заветной «пятёрке» была Виктория – девочка, которая к конкурсантам была очень сурова. Получить от неё аплодисменты считалось просто нереально. Поэтому и желающих участвовать в конкурсе было крайне мало.

Из тех четверых ребят, с кем согласился выступать и Юра, двое учились со своими сёстрами в этой школе, а у двух мамы были учителями. Назвать их добровольцами сложно. Ну, если только с очень большой натяжкой! Все понимали, что эти мальчики — заложники создавшейся ситуации. Зато Юра был тем самым, настоящим Дон Кихотом, кто добровольно подставил своё плечо друзьям по несчастью. Только у Дон Кихота был верный помощник Санчо. У Юры же никого не было рядом… Но он всё же надеялся встретить этим вечером, так необходимый ему, прототип верного товарища…

Дима, уставший физически и морально, смутно представляя просьбу закоченевшего одноклассника – для подстраховки, ему надо завтра спрятаться на сцене и побыть суфлёром, так как Юрка очень боялся перепутать слова песни – надел наушники и, включив автоповтор выбранного трека, провалился в глубокий сон.

4.77

Утёнок, ловко ухватившись за хвостовой плавник дельфина, исполнял в воздухе сложный пируэт, при этом россыпь солнечных брызг, отражаясь в водной радуге, рисовала шикарную улыбку этого весёлого действа, старательно нанесённого на уже достаточно бывалую, сплетённую из хлопчатых нитей, футболку.

Димка, потеребив выстиранную накануне куртку, пришёл к выводу, что рукава ещё недостаточно просохли, и спросонья торопливо решал что надеть, так как времени было в обрез. Надев под рубашку футболку с утёнком, чистую, но настолько им заношенную на тренировках, что в некоторых местах уже появились небольшие прорехи, он нацепил на себя ещё и плотный свитер. А завершил свою утреннюю экипировку синей ветровкой из очень плотной ткани…

В это же самое время и в этом же доме собирался ещё один молодой человек, тоже усиленно решающий, что лучше всего сегодня надеть. Он не спал всю ночь. Самое печальное — попытка найти уважительную причину и отказаться от сегодняшнего участия в конкурсе, например, из-за простуженного горла, не работала. Два пакета мороженого и не одна бутылка воды со льдом легко побеждались его организмом. Слишком уж сильным был внутренний жар, вызванный эмоциональным порывом будущего артиста. Как известно, признание к человеку приходит через муки творчества. Конечно, Юра не был исключением. От этих мучительных всплесков его буквально шатало по сторонам. Слабым утешением для него было то, что сегодня на сцене он будет не один…

… После утренней тренировки на улице Дима привычно вклинился в плотную цепочку спешащих к первому звонку учеников. Протолкнув перед собой дверь, он сразу оказался в шумном хаосе дыхания школьной жизни. Возле гардероба он почувствовал, как кто-то глазами прожигает его насквозь так, что даже и на рентген ходить не надо.

— Тыы…неее…забыыл? — вместо приветствия, протяжно вибрируя голосом, обратился к нему этот рентгеновский аппарат в лице бледного до посинения Юры.

— Хм… Привет. Даже нараспев, неплохо получается, — ободряюще подмигнув своему однокласснику, ответил Дима, стягивая с себя свитер.

— Иии… Издеваешься? — только и смог высказать Юра —тёмные круги под глазами вызывали сочувствие.

— Ну, чего ты? Текст я выучил. Так что со мной всё в порядке, как и обещал, — удивленно разглядывая Юру, Димка снова пытался успокоить расстроенного товарища.

Взяв поникшего человека за плечо, он слегка подтолкнул парня к лестнице, ведь звонок на первый урок уже переливался по школе громкой трелью. Ему искренне было жаль Юрку, но он надеялся, что песня, предложенная ребятами для исполнения, была по силам этому хмурому и длинному парню, нехотя идущему рядом.

Совсем недавно, когда пришлось срочно расплачиваться за разбитые окна в гостинице, Юрка выручил Диму деньгами. Именно Юрка да ещё Вадим, верный кореш из старой школы, здорово поддержали тогда. Сейчас надо поддержать, а для начала постараться успокоить, начинающего артиста. Дебют как никак! Сам Дима сторонился всякой публичности, но, оказавшись невольно в центре внимания, прекрасно понимал Юркины переживания.

— Прорвёмся, не грузись, — заходя в класс, тихо шепнул Дима.

Виктория не была строгой и безжалостной, как её представляли многие мальчишки. Организовывая этот музыкальный конкурс вместе с другими девочками школы, она советовалась с мальчишками, и те дружно поддержали, согласившись принять участие. Конечно, некоторые записывались лишь для того, чтобы покрасоваться перед девочками. А Вика хотела, чтобы это был настоящий творческий вечер, и ожидала ото всех серьёзного отношения. Поэтому сразу и были введены небольшие правила: если мальчишкам разрешалось выбрать всего одну песню по вкусу из пяти предложенных, то девочкам-участницам было намного сложнее – им необходимо было разучить все пять песен, потому что они узнавали своих партнеров только после розыгрыша непосредственно перед выступлением. Тем самым, все пары находились в равных условиях и исполняли свои песни с листа, не имея возможности заранее репетировать свой номер. А сами песни, кстати, их могли предлагать для исполнения не только школьницы, но и учителя, тоже отбирались для исполнения при помощи розыгрыша организационным комитетом праздника.

Был один «недочёт», характеризующий Вику, но он был, пожалуй, самый существенный: воспитываясь в творческой семье музыкантов, она легко читала музыкальную ткань нот и умело входила в заданный образ произведения. Соответственно, она и от ребят ждала более проникновенного исполнения песен. Своим выступлением она так высоко поднимала планку, что у ребят, выступавших с ней в дуэте, просто духу не хватало соответствовать её уровню. К сожалению, не понимая этого, она не помогала ребятам, а наоборот, просто уничтожала их на сцене, объясняя слабость их выступлений несерьёзным отношением к конкурсу.

Вот в такой замкнутый круг неведения и попал сегодня Юра. Насобирав кучу правдивых, а также и весьма преувеличенных слухов об этой девушке, он всеми фибрами души надеялся, чтоб она достанется кому угодно, но только не ему. Наверное, так же думали и остальные мальчишки. Вся школа сегодня делала шутливые ставки — кто на этот раз будет этим «смертником».

4.78

Две расплывчатые тени медленно скользили среди городской суматохи, явно выпадая из обоймы пронырливо суетящихся, в меру своих устремлений, городских жителей. Тень подлиннее принадлежала Юре. У него, в отличие от шагающего рядом Димы, глаза периодически включались в процесс движения, и он, реагируя на сигнал светофора, придерживал своего товарища на перекрёстках. Но это было единственным отличием. Во всём остальном два городских пилигрима выглядели так, будто благодаря долголетним совместным тренировкам они добились полной и согласованной синхронизации всех движений. Согбенные туловища с поникшими головами натужно тащились из квартала, где находилась школа, в сторону своего дома.

Димкина сумка, быстро соскользнувшая с плеча и какое-то время волочившаяся по земле за своим хозяином, теперь возвышалась на другом плече.  Способность издавать хоть какие-то звуки, совсем недавно и почти одновременно полностью утратилась у обоих. Воздух, ударяясь об окоченевшие части тела, в этом пространстве заметно охладевал, разрешая редким снежинкам сопровождать молчаливую процессию, постепенно растворяющуюся в уходящих шагах этого дня. Лавина воспоминаний, которую незримо несли сейчас на своих плечах Юра и Дима, была такой огромной, что перегруженная память от невероятного наплыва просто отказывалась работать, создавая безмолвием мыслей необходимую и спасительную передышку.

Событие, произошедшее с ними сегодня, яркими всполохами напоминало о себе, и Дима, в очередной раз, начинал прокручивать в памяти этот незабываемый день школьной жизни.

4.79 (1 часть)

... «Прорвемся…хм…да, сказать-то легко! Уж больно он поникший какой-то», — размышляя над своими словами поддержки и старательно изображая из себя бодрячка, Дима, предварительно выпросив ключи у Константина, на большой перемене открыл кладовую спортзала. Это самое подходящее место для репетиции перед выступлением. Такой необходимой для начинающего артиста!

Юра безропотно шагнул за Димой в пыльную комнату, заваленную спортивным инвентарём, и остановился в узком проходе между стеллажами. В помещении – где было тихо, без окон, без посторонних взглядов – он немного взбодрился. Увидев в нём перемену, Дима решил использовать этот момент и, тихо включив трек, сказал:

— Самое главное — правильно двигаться, тогда будет намного легче. Попробуй слегка пританцовывать.

Видя, что его подопечный нуждается в мастер-классе, Дима стал показывать простые движения и комментировать вслух:

— В этой песне чёткий ритм, и под него довольно достаточно легко подстроиться. Давай, попробуй.

Добившись от Юры приемлемого результата, Дима не стал перегружать его просьбой исполнить и песню. Он решил, что на сцене тот сможет исполнить свою партию, тем более, что там и петь-то особо не надо — мужская партия, в отличие от женской, была в виде рэпа. Ритмичный речитатив песни не требовал от исполнителя особых вокальных данных, надо лишь знать слова песни и придерживаться нужного ритма. Всё это Дима в доходчивой форме и попытался донести до Юры, пока шли по притихшему спортзалу.

Актовый зал был заполнен зрителями под завязку. Аншлаг! Многие сидели в проходах. Даже в широкий проём открытых дверей зала умудрилась втиснуться приличная толпа, препятствующая разглядеть то, что происходило на сцене. Большие динамики разносили через открытые двери по школе всю палитру праздничного настроения, и поэтому любой, даже не попавший внутрь, мог прочувствовать атмосферу мероприятия.

Сразу за толпой, чуть в сторонке, стояли двое. Они внимательно слушали, как ведущая в микрофон объявляла очередную, четвёртую, пару, выходящую на сцену. Юру ещё не вызывали. Это означало, что он будет завершать песенный конкурс, и петь предстоит с той девушкой, которую тоже пока ещё не вызывали на большую сцену. Реакция мальчишек на понимание того, кто составит последний песенный дуэт, была совершенно разная. Можно сказать, диаметрально противоположная. Если Юра медленно и уверенно стал пятиться от открытых дверей актового зала в сторону лестницы, ведущей на первый этаж, к спасительному гардеробу, то Дима, наоборот, схватив одной рукой стоящий возле дверей мольберт с пришпиленными к нему рисунками, второй рукой обхватив Юру, громко выкрикнул в стоящую перед ними толпу:

— Дайте дорогу! Ему сейчас выступать надо!

Секунды три не было никакой реакции, но когда в толпе произошло осознание услышанного, сразу образовался узкий коридор, достаточный для продвижения сегодняшнего «смертника». Пользуясь тем, что Юра замешкался от многочисленных сочувствующих взглядов, моментально вонзившихся в него, Димка, подталкивая мольбертом Юру вперёд, смог благополучно зайти с ним в гудящий зал…

Только что завершила своё выступление четвёртая пара, и поэтому все понимали, кто должен сейчас выйти на сцену… Возле сцены, в лёгком полумраке, чьи-то шустрые руки стянули с Юркиной шеи длинную полоску галстука и вместо него нацепили на белую рубашку большую нарядную бабочку.

— Это реквизит, потом вернёшь, — шёпотом произнесла незнакомка, оставив артиста в явном недоумении.

Последние проблески жизненной силы таяли на глазах. Казалось, что Юра сам сейчас всем своим естеством превратится в настоящий реквизит будущего представления. Дима понимал, что надо остановить этот нарастающий процесс. Увлекая Юру по ступенькам в тёмный прямоугольник, вырезанный в стене для прохода за кулисы, торопливо проговорил:

— Иди в дальний конец сцены и встань возле рояля, а я буду за занавесом и помогу тебе, если что, — эти слова хоть как-то смогли оживить товарища.

Юра смог пересечь сценическую акваторию и бросить свой якорь рядом с белым силуэтом большого музыкального инструмента. В этот момент Дима, пробравшись в самую глубь свисающих с потолка массивных театральных занавесей, случайно задел рукой какой-то сосуд, испачкав при этом рукав рубашки какой-то густой и липкой жидкостью. Как оказалось потом, это был заготовленный раствор для больших мыльных пузырей.

Слабое освещение над сценой стало затухать окончательно, погружая всё вокруг в полную темноту. Сняв испачканную рубашку и завязав её узлом на поясе, Дима продолжил свой путь дальше. Уже добравшись до того места, где должен находиться Юра, он заметил интересную декорацию. На ней была изображена большая черепаха. В тёмных очках и шляпке она выглядела очень артистично. Облокотив свою голову на высунутую из-под своего панциря лапу, черепаха улыбалась. В другой лапе она держала микрофон. Видимо, тоже собиралась петь.

Сделав ещё пару шагов в сторону, Дима тихо спросил:

— Ты как?

— … — в ответ с другой стороны плотной и толстой ткани, нависшей над ним, он смог расслышать лишь какое-то движение и невнятное бормотание.

— Ты там живой? — прильнув лицом к широкому полотнищу, громким шёпотом вновь переспросил Дима.

— Ххолос… сел, — наконец смог разобрать очень тихий и жалобный ответ Юры.

— Совсем? — снова прошептал Дима.

— Ааа, — не выговаривая нужный звук, снова донеслось в ответ с той стороны.

Дима не знал о тщетных попытках новоиспечённого артиста заблаговременно сойти с творческой дистанции через усиленное охлаждение своего организма, поэтому решил, что тот не смог справиться со своим волнением перед выступлением. Дима ещё не видел воочию девушку, которая нагнала страх на всех ребят, но его задело, что она была младше их на один год, и в добавок, у него почему-то из головы не выходила история, услышанная от Юрки. По слухам, явно преувеличенным, два года назад она отправила со сцены парня в зрительный зал со словами: «А теперь иди и исполни партию поросёнка». А в тот год как раз, по какому-то там календарю, год свиньи отмечался.

И вот сейчас, представив Юру в этой роли, Дима принял решение — забрать на время у черепахи муляж микрофона и поменяться с Юркой микрофонами. Слегка приподняв тяжёлую ткань занавеса и быстро сделав обмен, Дима попросил только об одном:

— Ты хоть не забывай рот открывать.

Уже в полной темноте, отступив пару шагов назад, Дима поднырнул ещё под один ряд свисающей материи и, присев на твёрдый черепаший панцирь, сильно выдохнул. Однозначно, сам он ни за что и никогда бы не решился петь что-либо на сцене перед такой огромной толпой. Да не только петь, но и находиться на сцене для него было бы неприемлемо. А вот дрожащий парень в бабочке стоит перед всей школой, стоит и ждёт помощи. И Дима должен, просто обязан, скрытый от глаз за двумя рядами занавесей, стать Юркиным голосом, озвучить его партию и оправдать возложенное на него доверие.

Диме, наверное, как и многим ребятам, нравилось, бывая наедине с собой, напевать понравившиеся мелодии песен и отбивать полюбившиеся ритмы. Но сейчас всё было по- другому. Ощущение, что в эту тишину, установившуюся перед исполнением песни, кроме него вслушиваются многочисленные зрители, не давало ему возможности сосредоточиться. Бремя ответственности грузом легло на плечи притихшего юноши. Пытаясь как-то заполнить последние секунды, Дима приобнял за вытянутую шею черепаху и тихо обронил в её адрес:

— Надеюсь на Вашу поддержку, синьора…

Словно услышав его просьбу, на пол сразу упал какой-то предмет. Нагнувшись, возле ног Дима обнаружил большие очки. Огромные, в пол-лица, они были очередным сценическим муляжом. Вырезанные из толстой фанеры и окрашенные в чёрный цвет, сейчас они были очень кстати. Закрепив их на своём лице, Дима почувствовал облегчение. Благодаря им темнота вокруг стала ещё плотнее, и он, крепко сжав чуть не выпавший из его руки микрофон, устало закрыл глаза, вслушиваясь в первые аккорды зазвучавшей мелодии.

Юра стоял на сцене, стараясь не смотреть по сторонам и ожидая предстоящее действо, как провинившийся школьник, ожидающий публичного избиения. Он не хотел исполнять партию поросёнка… И опять всё сбросил на Диму… От понимания этого было тоскливо до невозможности. Его внутренний жар, так долго сопротивляющийся с переохлаждением организма, не смог справиться с той нагрузкой, что возложила на него эта концертная бабочка… Поэтому Юрка стал моментально остывать, и когда раздалась музыка в зале, на сцене уже стоял настоящий снеговик — именно так ощущал себя человек с муляжом микрофона в руках. Он ещё не догадывался, что после того, как завершится эта песня, ряды снеговиков в этом зале пополнятся ещё одним экспонатом.

4.79(2 часть)

В хаосе мысленных всплесков Дима неизменно возвращался к этой песенной мелодии, так крепко засевшей на подкорке сознания. Отголоски её ночного звучания сопровождали его с самого утра. Даже во время ранней тренировки Дима ловил себя на мысли, что вновь прокручивает в памяти слова, из которых сплеталась эта песенная конструкция.

Раньше, во время упражнений на растяжку и гибкость, он часто включал ритмичную музыку. Это всегда был один и тот же музыкальный трек иностранной песни, который ему очень нравился. Тогда отец, как бы невзначай, спросил — знает ли он, о чём эта песня. Не сразу, спустя какое-то время, Дима нашёл перевод. После этого тот трек уже не слушал. С тех пор в привычку вошло — содержание текста понравившейся песни надо знать.

Поэтому Дима был немного озабочен: как Юра будет озвучивать свою партию. Сам Дима точно на такое не подписался бы. Ни за какие коврижки! Очень надеялся, что Юра, может быть, сам справится, без его подсказок. Партия девушки тоже требовала большой смелости. Димку смущал последний куплет, где в Юркиной части текста идёт прямое откровенное признание, какое бывает впервые в жизни почти каждого человека. Дима не представлял, как Юра наберётся решимости войти в образ, и с нетерпением ждал его выхода на сцену. Юра, запивая своё горе заледеневшей водичкой из морозилки, тогда, наверное, прослезился бы, узнав о том, что думает Дима о его испуганной, любопытной не к месту, личности...

Синтезатор, прошив нависшую тишину зала лёгким ритмом, звонко начал вступление. По высокому потолку, скрытому плотной темнотой, захватывая фрагменты стен, разбежался подвижный фонтан из множества светящихся пылинок, которые красочно рисовали ночное небо в мерцающем звездопаде.

Первой начинала петь девушка… Большой плюс, надо сказать. Как говорится, перед смертью не надышишься, но всё же… Дополнительные секунды, чтобы настроиться на нужную волну, были кстати.

Дима и предположить не мог, что всё обернётся так – что ему придётся озвучивать тот живой манекен на праздничной сцене. Порывистое желание помочь однокласснику втягивало его в непредсказуемый певческий дебют. Сможет ли он в нужном ритме выдержать все музыкальные фразы? Будет ли этого достаточно, чтобы Юру отпустили без каких-либо эксцессов со стороны публики?

Слова и ритм песни Дима усвоил довольно неплохо. Самое главное, как он и думал, в эти первые музыкальные аккорды, прозвучавшие над его головой, надо просто постараться быть более уверенным в себе и не дать этой девчонке повода для насмешек. Вот только где же взять эту уверенность? Дима до сих пор не верил в то, что держит в руке микрофон, в который скоро должны отправиться слова! Слова, в которые он, Димка, должен вложить красивый песенный полёт.

Всё осложнялось ещё и тем, что Дима ни разу не слышал, как поёт девушка, с которой предстоит петь дуэтом… Оставались считанные секунды, сердце учащённо забилось, пропуская удары… и… и Дима услышал, как она запела.

***

Ты любимый мой, ты единственный,

Самый дорогой, нежный ласковый мой,

Я твоя луна, солнце ты моё, только я одна подарю тебе тепло

***

Когда Вика наполнила большой и притихший зал мягким, красивым и обволакивающим голосом, Диме стало ясно, что всё для него очень и очень плохо… Все предполагаемые расчёты и сценарии исполнения своей партии моментально испарились. Эта девушка просто уничтожила их на корню своим проникновенным пением… Как же классно звучал её голос! Её песенное признание устремлено было в глубь этого звёздного неба, волшебным зонтиком раскрывшегося прямо над её головой, словно она ожидала в далёких созвездиях увидеть путь к своей мечте. Мягкий луч прожектора зажёгся и осветил на тёмной сцене фигурку девушки в серебристо-синем платье. Она пела о своей мечте так искренне, мелодия её голоса заполняла всё вокруг, сшивая из бегущих нот эту звёздную накидку для желанной гостьи, а ночная чародейка с интересом наблюдала, ожидая увидеть нечто, достойное внимания…

Дима удивился точности подачи сложного текста, идеальности выбора вектора движения партии. Ему стало ясно, что его исполнение сейчас будет только жалким подобием песни. А если уж говорить прямо — его песенные потуги будут выглядеть мыльными пузырями.

Каждое слово, спетое Викой, отзывалось щемящей и волнительной энергией. Ей Дима поверил сразу, поверил в то, что она сейчас живёт песней и поёт сердцем. Она соткала своими нотами этот глубокий и сказочный ночной холст и ждала, что нарисует на нём парень, который сжимал двумя руками микрофон, вдруг так сильно потяжелевший. Как найти в своей душе достойный ответ на чистые девичьи грёзы?

Поправив рукой огромные солнцезащитные очки — те самые, что позаимствовал у черепахи – Дима интуитивно ухватился за это определение — солнцезащитные! В нём есть ключевое слово — Солнце! В эту же секунду по неведомым лабиринтам памяти мысли быстро побежали к тому спасительному тихому свету, что продолжал упорно пробивать своими лучами старательно расставленные Димой стены…

… Вот он вновь стоит перед этими дверьми… Сколько раз он запрещал себе сюда возвращаться. Уговорив себя сейчас, что это вынужденная мера, и что ему очень нужна помощь Феи, Дима тихо открыл дверь в тот солнечный больничный переход и робко сделал маленький шаг навстречу идущей к нему девушке… И в это же самое мгновение солнечная магия стала наполнять слова песни, которые Диме сейчас предстояло произнести. В полной темноте закулисья, хриплый и негромкий голос мальчишки, вибрируя на тонкой струне обнаженного нерва, подхватил начатую песню. У него тоже была мечта! И он решился всё-таки рассказать о ней здесь и сейчас!

***

Е…красотою неба, романтик из звёзд, эта композиция как букет роз.

У кого есть сердце, которое бьётся,

Счастья своего дождётся, по-любому добьётся.

***

Несмотря на полумрак, Виктории достаточно было беглым взглядом окинуть окаменевшего Юру и понять, что он из себя представляет. Юра выполнил просьбу Димки лишь отчасти — смог открыть рот… Единственная его актёрская проба! А вот закрыть рот у него уже не получилось… Происходящее рядом в непосредственной близости поспособствовало этому: примерный сценарий освещения этого песенного номера, разработанный девочками, предполагал, что мягкий луч прожектора должен попеременно высвечивать поющих на сцене. Сейчас луч, соскользнув с фигурки Виктории, накрыл стоящего с открытым ртом Юру, который всем своим видом напоминал снеговика.

Когда Вика в ответ услышала негромкий голос парня, своевременно усиленный через динамики, обладая абсолютным слухом, поняла, что работает второй микрофон, и находится он где-то на сцене. Совсем рядом. Приблизившись к занавесу, отсекающему всю глубину сцены, она незаметно коснулась его своей рукой и сделала знак головой кому-то в зале. Вскоре плотная и тяжёлая материя занавеса медленно и неохотно стала раздвигаться, уползая в разные стороны. За ней находилась ещё одна широкая театральная штора, которая, в отличие от первой, бала очень тонкой, и луч прожектора легко просвечивал это полотно, выхватывая за спиной Юры настоящего исполнителя звучавшей песни. Девушка, разглядевшая поющего незнакомца, пела, наполняя голос новыми оттенками, рассыпая на ночном небе своей мечты созвездия душевных слов, искренне откликаясь на живой импульс поющего юноши.

***

Всегда, всегда, с тобой, с тобой, одной судьбой под яркой звездой.

ты мой, ты мой, я твоя, я твоя — ведь я так сильно люблю тебя.

***

Дима полностью ушёл в мелодию песни, и даже те небольшие светлые блики, которые он ощущал глазами, спрятанными за большими очками, воспринимал не как свет от прожектора, а как проявление волшебной магии дорогого ему человека. И эта магия помогала обрести подвижность в словах, одобряя лёгкий песенный сумбур влюблённого человека.

***

Моя конфетка, солнышко, детка, бывает редко, но влюбился метко я, мои слова бейби, это чувство — они воплотили

музыку в искусство.

твои глазки, как алмазки, не увидеть даже в сказке.

моя царица, словно птица в небесах кружится.

***

Сменяя партнёра, голос девушки продолжал очаровывать, становился всё более приглушённым, с мягким бархатом затихающих нот в завершении мелодичных строчек.

***

Светлым днём, светлым днём, тёмной ночью, тёмной ночью, к тебе одному моё сердце так сильно хочет.

**

В ответ мужская партия, обретая уверенность в созвучных его душе словах песни, рисовала на красивом ночном небе свои солнечные искренние строки, украшая исполнение неповторимой аурой.

***

Есть лав стори, история любви, каждый встретит любовь по жизни, по пути.

куда не иди, куда не беги, любовь проснётся у тебя в груди.

вторую половину найдёшь по глазам, поймёшь по губам, вы целое, но пополам.

по разным берегам находятся корабли, и между ними километры любви.

***

Два голоса дружно сплетали воздушный узор светлой и такой хрупкой мечты, плывущей в распахнутые сердца людей… Партия Виктории заставляла всех слушать и любоваться красотой её пения…

***

И смешинки и грустинки — пополам!

ведь мы — это две половинки, вдвоём, вдвоём, под летним дождём сливаться с жарким огнём… вдвоём.

***

Признание, прозвучавшее из Димкиных уст, привело в восторг женскую половину зала. Каждой девчонке, втайне, хотелось бы услышать такое признание.

***

Душистым облаком ранних цветов, понятно без слов, что ты моя любовь.

пока звёзды в небесах и солнце на небе, Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ, где бы я не был.

Горжусь тобою, дорожу тобою, счастлив я тогда когда ты со мною, самую дорогую, нежную и родную крепко обнимаю

и страстно целую

***

Увлечённый неожиданно новым состоянием, Дима смог спеть слова, которые ещё недавно и в мыслях произнести не решился бы. Но эти последние строки выжали его силы все без остатка, подарив невероятное открытие — он только что признался в своих чувствах девушке, которую сейчас бережно держал перед собой в ладонях своей памяти! И даже спрятавшись ото всех, и, подыгрывая чужому голосу, последнюю строчку непреднамеренно спел на свой лад, заканчивая более воздушно, словно обнимал песней и рисовал в небе её образ. По-другому просто не смог!

Завершая песню, Виктория уже шла к белому роялю, возле которого за тонкой фигурой Юры находился Дима. Её глаза горели, отражая праздничные блёстки, рассыпающиеся сейчас в воздухе над их головами.

***

Ты любимый мой, ты единственный,

Самый дорогой, нежный ласковый мой,

Я твоя луна, солнце ты моё, только я одна подарю тебе тепло

.                                                                                       ***

Слова летели к слушателям… Песня прозвучала полностью. Зрители, заполнившие зал до отказа, признали, что эти двое затронули сердца слушателей своим исполнением. Мощная волна восторга накрыла всех.

Открыв глаза и пристроив большие очки на голове, Дима увидел, что на него сверху падает яркий луч света, и занавес вдруг стал полупрозрачным. Ничего не понимая, он поднялся и попытался выйти из яркого круга, в котором оказался. Но тут чья-то рука проворно извлекла его на открытую часть сцены. Девушка с чёрной копной густых волос, стоявшая перед ним, загадочно рассматривала его. Перед ней был мальчишка в затёртой до дыр футболке с утёнком, с рубашкой, завязанной узлом на поясе и большими чёрными очками, на которых были аккуратно прорисованы красные сердечки. В полумраке закулисья эти сердечки Дима разглядеть не мог.

Вытянув Диму, а заодно и Юру, так как его Димка успел тоже ухватить свободной рукой, к самому краю сцены, девушка повернулась к Диме и, отсоединив от своей причёски небольшой цветок, бережно закрепила его в небольшом разрыве ткани на крылышке утёнка. И только тут до Димки дошло, что всё это время он находился в бесконечном шуме громких беспрерывных оваций.

— Весь зал на ноги подняли… — негромко и протяжно произнесла девушка после того, как её цветок по-свойски расположился на Димкиной футболке.

До сих пор ничего не понимая, Дима всё смотрел и смотрел на её руки и ждал, когда же она будет хлопать или, наоборот, не будет. В голове была полная каша из множества вопросов, которые он очень хотел задать стоящему рядом с ним юноше с бабочкой на шее. Неожиданно на самый важный для него вопрос он получил ответ.

— Круто! Ну ты даёшь! Никогда бы не подумала! — прорвавшись к сцене, громко прокричала Лена, размахивая своим телефоном.

— А Фея, оказывается, умеет выбирать… — прозвучало из уст Виктории.

Не понимая, почему сейчас вспомнили о Фее и, пытаясь расшифровать только что услышанное, Дима с недоумением обратил внимание ещё на одно упоминание о ней.

— Я Фее сейчас видео отправила с твоим выступлением, — радостно подмигнув, снова прокричала Лена.

— Стой! Не отправляй! — неожиданно, громко и с чувством, попросил её Дима.

— А это... уже… — растерянно ответила Лена и, словно догадавшись о чём то, переспросила Диму: — А! Ты сам ей хотел сюрприз сделать? Да? Обожаю сюрпризы!

Усиленно соображая, Дима развернулся в сторону Юры и спросил его растерянно:

— Занавес давно открыли?

После немого Юркиного ответа Дима почувствовал, как всё тело моментально заледенело, и холодная испарина, укутавшая его онемевшую оболочку, ясно указывала на появление ещё одного снеговика в этом зале. Он уже не слышал, как Лена ойкнула и громко сказала:

— Знаешь, нет, видео не прошло, так что сюрприз оставляю за тобой.

Второй новоиспеченный снеговик ещё не понимал, что он только что всей школе своим ярким и незабываемым выступлением подтвердил особую исключительность Феи...

Праздничные снежинки старательно летели по городу, догоняя обоих снеговиков, пытаясь скрасить их замороженный вид. Но снеговики не обращали на них никакого внимания — посетившая сегодня Мельпомена до сих пор не отпускала их из своих крепких объятий.

*

Текст песни и музыкальный трек, по ссылке ниже:

https://teksty-pese

ok.ru/rus-ty-lyubimyj-moj/tekst-pesni-ty-edinstvennyj/1937086

4.80

Тёплое дыхание пробуждающейся весны можно было разглядеть даже в сильных снегопадах, зачастивших в последнее время. Непродолжительные по времени они были очень красивыми. В плотном потоке снежинок белая река с неба преображала всё вокруг, быстро рисуя изумительные картины. Димка, пользуясь такой возможностью, сейчас привычно менял обыденную действительность, которая в последнее время так тяготила его, на свой мир, плывущий рядом в легкой дрёме…

И это уже была не обычная электричка, уносившая уставшего от забот юношу из шумного мегаполиса в более тихий населённый пункт области, а сверхскоростной марсианский экспресс, проносившийся сквозь белый туман горящих частиц от ближайшего планетного разлома на одну из стартовых площадок для дальнейшего путешествия на межгалактическом звездолёте в созвездии Гончих Псов!

Мысли гасли… и, когда большая смотровая панель экспресса смогла уловить отражение клевавшего носом и мирно посапывающего пассажира, устроившегося в небольшой продолговатой одноместной капсуле, кто-то в это время вдруг нарушил его комфортный режим симбиоза двух разных миров. «Видимо, этот экземпляр из старой серии, вдобавок у него ещё голосовой регистр не настроен, да и размеры очень сильно отличаются от последней модели» — протяжно вытягивая из себя мысленную цепочку рассуждений, Димка сонно рассматривал гладкую поверхность панели — оконного стекла, пытаясь проанализировать появившийся в поле его зрения подвижный объект.

— Ваш билет, — прошипела записанная программа представителя робототехники.

Робот оказался строгой тётей солидной весовой категории, облачённой в костюм, такой знакомый всем известной транспортной системы — планеты Земля.

«Приехал, как быстро. Мне даже снилось что-то…», — протирая глаза и пытаясь определить своё местоположение, проговорил юноша сам себе, прижатый чьей-то большой коробкой на скамье возле окна и убаюканный долгой дорогой. Электропоезд сделал короткую остановку и, выпустив на маленькую платформу, рассчитанную всего на два вагона, трёх пассажиров, медленно отчалил, пронося за окном знакомый пейзаж.

За платформой небольшой перелесок пытался спрятать мачту — трубу котельной, высокие штабеля брёвен местного лесхоза и небольшую стайку крыш притихших домов, рассыпанных рядом. На белом островке выпавшего снега, что шустро завалил площадку из бетонных плит, предназначенную для вышедших из вагона людей, появилась неровная цепочка следов.

— Ксюша! Не отставай! — пронеслось в белом тумане в адрес девушки, замыкавшей эту группу пешеходов. Она всю дорогу, почти непрерывно, прожигала своими глазами прикорнувшего молодого человека, совершенно не ведающего об этом.

Освобождая глаза от навязчивой паутинки дорожных иллюзий, Димка вытащил из сумки миниатюрный термос и, сделав глоток ароматного травяного чая, приготовленного из настоянного отвара сухих плодов шиповника, окончательно проснулся. На следующей остановке ему уже предстояло покинуть этот бесшумно-плывущий в снегопаде экспресс.

Случается иногда, что желания человека совпадают с его возможностями. Эта поездка как раз и стала этим приятным совпадением. Очень вовремя сегодня Дима открыл дверь в свою квартиру и успел застать телефонный разговор мамы с её сестрой. Та немного прихворнула и просила выручить: нужно было съездить в область, где у неё свой домик, забрать для оплаты квитанции и принять заказанную машину с дровами. Благодаря тому, что сегодня вместо вечерней тренировки в секции проводился ежегодный плановый медосмотр, Димка смог прийти домой намного раньше обычного и проявить свою заинтересованность в предстоящих хлопотах. Другими словами — принять непосредственное участие. Завтра выходной, а сегодняшнюю вечернюю тренировку перенесли на десять часов утра, поэтому он вполне успеет приехать на первой электричке обратно.

Признавая благосклонность фортуны, подарившей ему эту поездку, он успел ухватить своим взглядом промелькнувшую полоску узкой просеки, проложенную под высокими опорами электропередач.

Знакомые места навевали яркие и памятные образы летнего времяпрепровождения в этих краях, а длинный прогон между остановками позволил ему ещё на несколько мгновений окунуться в просторы своей памяти: прикрыв глаза, он вмиг очутился на опушке леса, щедро облитой летним солнышком. Благоухая в знойной истоме, она дарила пришедшему человеку красивые летние картины — прибежавшая погреться на зелёный коврик полянки земляника дерзко манила своими яркими всполохами, и мальчишка, присев на сухой и отполированный временем ствол сосны, упавшей когда-то от сильного ветра, оказывая ей должное внимание, бережно нанизывал сочные бусинки ягод на тонкую травинку; стрекот кузнечиков и лёгкий грибной аромат затягивали мечтательного пассажира всё сильнее…

Но в этот момент вагон привычно качнулся, подъезжая к большой станции, напомнив о том, что кое-кому пора готовиться к выходу.

По дороге зайдя на пару минут к соседям тетушки, у которых ему надо было забрать необходимые документы, Дима не ожидал, что так и останется у них до утра. Радушные соседи просто не отпустили его в холодный дом, который ещё предстояло несколько часов согревать, растапливая печь. Но, самое главное, дядя Володя так удачно подгадал к его приезду — затопил баню, а тетя Маша, как всегда, пообещала побаловать городского жителя домашней выпечкой.

Обласканный улыбками добрых и отзывчивых людей, он просто не мог отказаться от такого гостеприимства и, соорудив лопатой большой сугроб рядом с баней, прихватив данное ему полотенце, шагнул в уютное тепло верной лечебницы души и тела.

5.81

Горячий пар, сбегая с раскаленных камней, мягко обволакивал нахохлившегося на полке мальчишку, вытягивая и растворяя его растрепанные мысли, скопившиеся за прошедшие дни и благотворно наполняя утомившегося путника долгожданной тишиной, успокаивая его подсознание этим кратковременным, но таким желанным отдыхом.

Дима одобрительно кивал головой, разрешая хозяину добавить пару ещё и ещё… Вскоре, обмякнув от щедрого парного дыхания, расслабленно вытянувшись на полке, он задумчиво спросил дядю Володю, чьё тело пряталось в бесперебойном мелькании танцующих дубовых веников:

— А как Вы с тетей Машей познакомились?

— Ватрушки! — прозвучал короткий ответ из очередного появившегося в баньке горячего облака. — Да, давно это было, а вспоминаю — словно вчера всё произошло, — смакуя каждое слово, охотно откликнулся на приятную для него тему дядя Володя.

В маленькое окошко бани ночь осторожно кралась своим чёрным зеркалом, а в духмяном настое лечебного банного эликсира слова говорившего мужчины рисовали в Димкином воображении новые и удивительные образы из жизни другого человека.

— Да… познакомили нас именно они — ватрушки! — протяжно извлекая слова и делая порою неожиданные и сочные восклицания на гласных буквах, продолжил мужчина, переплетая своеобразную речь в длинный монолог воспоминаний. — Я же сварщик, и часто меня по разным весям нашего района посылали по работе. Как-то раз направили сюда, где мы сейчас, как ты видишь, с моей женушкой живём-поживаем…

Хорошо помню тот день. Приезжаю на станцию, выхожу на платформу, и… словно тот мышонок, что за вкусным сыром, готовый по кошкиному хвосту идти — и я тоже, за тем сладким ароматом свежей выпечки, что уловил в воздухе, прямиком, мимо автобуса, на который мне надо бежать по идее, так как следующий не скоро будет, как мне сказали товарищи по работе… Короче, конкретно топаю к источнику этого благоухания. Обошёл здание вокзала и с торца вижу на дверях вывеску «Буфет». Отряхнул ноги на коврике и захожу вовнутрь…

Дядя Володя на время затих, обильно намыливая свою редкую растительность на небольшой голове и, сделав театральную паузу, восхищённо взмахнув вверх руками, воскликнул:

— А там! Ватрушки! Да такие! Волшебные! Прямо так и просятся ко мне на руки! Знаешь, я до выпечки, особенно домашней, с детства — сам не свой, ну что сделаешь — уважаю я этот раздел кулинарии и, соответственно, как профессиональный едок со стажем, имею понятие, что и как сделано, могу сказать сразу, чего не хватает или наоборот.

Так вот, когда я на них только посмотрел, то уже понял, что это работа мастера. На буфетной стойке большой горкой возвышалась свежая выпечка — ватрушки с творогом и вареньем. Именно они и заманили меня в небольшой пристанционный буфет своим ароматом. И тут я попробовал их… и… не выдержал — стал эту красоту восхвалять: «Где?! Где эта хозяюшка?! Хочу поблагодарить лично за такую сказку!» Вышла буфетчица и объяснила мне, что эта мастерица временно подменяет заболевшего работника, а приходит она очень рано утром, делает для буфета только выпечку и сразу уходит. Сама же она работает в местной больнице. Расспросил я про неё, а сам уже думаю — было бы хорошо с ней познакомиться, уж больно я проникся к этой мастерице симпатией.

— Значит, через еду познакомились? — подытожил Дима, выслушав длинный рассказ.

— Ты, как-то всё упростил. Знаешь, я тебе пример приведу, для того, чтобы ты тоже понял, что и по одной ватрушке можно человека узнать, — ответил ему после небольшой паузы умудренный прожитой жизнью человек, продолжая рассказывать о том памятном в его жизни событии. — Сожалея о том, что не получилось лично высказать свою благодарность, я купил в буфете большую шоколадку и попросил буфетчицу той мастерице передать от меня. Потом, дождавшись следующего автобуса и проехав на нём до нужной остановки, я вышел на небольшом повороте рядом с речкой. Сверяю написанный на бумажке адрес, смотрю — всё сходится, а передо мной высокий лес и за ним светлый силуэт большого здания. Прошёл по узкой тропинке к нему и читаю табличку. Оказывается, это и есть местная больница, где нам предстояло работать сегодня. Здание из белого кирпича имело три этажа, но так как было построено давно, то отсутствие лифта создавало сильные затруднения для персонала, конечно, и для пациентов этой больницы. Поэтому надо было смонтировать и установить шахту для лифта.

Два человека в предбаннике, облаченные в свои одежды, неспешно расставались с банным жаром, наполняя при выдохе воздух маленькими бегущими облачками.

— Поднимаемся мы с прорабом на третий этаж больницы, смотрим чертежи и решаем, где будем крепеж устанавливать для монтажа шахты, а тут мимо нас проходит молодая женщина-санитарка в белом халате и во все двери громко так стучит со словами: «Завтрак, завтрак.» Она, значит, идет, а вслед за ней все двери, что выходят в этот длинный коридор, постепенно открываются и оттуда начинают выглядывать люди, кто на костылях, кто с перевязкой. Рядом с нами дверь открылась, и парень на коляске тоже выехал в коридор. А потом они все одновременно стали спрашивать ту девушку: «Чья сегодня смена?» Она громко назвала чью-то фамилию, и тут сразу все головы, что выглядывали в коридор, обратно спрятались в палатах. Парень на коляске тоже развернулся и обратно в палату свою укатил. Санитарка обратно идет мимо нас, и тут я с удивлением спрашиваю её: «А почему они не идут кушать?» Она мне и ответила: «У нас в больнице два повара работают: два дня один, два дня другой, такой график. У этого повара никто не хочет есть пищу. Зато завтра в столовой будет вся больница — завтра смена Марии Ивановны». Вот тут меня осенило, что это она, и что завтра я смогу встретить своего мастера. Ну и как ты догадываешься, на следующий день первым, кто пришёл в столовую на завтрак, был лохматый парень с большой охапкой лесных цветов.

Завершив свою историю улыбкой, мужчина открыл дверь во двор, пропуская вперёд задумчивого слушателя. Снежные занавески, подвешенные снегопадом на окна дома переливались разноцветными искорками, дым из трубы нехотя поднимался к звёздам, а яблони, посаженные между домом и баней, бережно примеряли на своих тонких плечах нарядные бальные платья, стараясь не задеть ими проходящих мимо людей.

Вскоре подушка быстро захватила в свой плен уставшую голову молодого человека. Его, слабо сопротивлявшегося, после плотного ужина уложили на почётное место — на прогретую печь-лежанку, где он вместе с одноглазым рыжим котярой, пристроившимся рядом, дружно погружался в набегавшие сны.

5.82

Тихо прикрыв за собой калитку, Дима выскользнул в сонный переулок. Приятно под ногами хрустел выпавший накануне снег. Юноша торопливо направился к ближайшему столбу, на самом верху которого нёс ночную вахту старый фонарь, помогая пешеходам выбрать более легкий путь среди снежных заносов, заваливших улицу.

Димка прибавил шаг, но на скорость его усилия не повлияли: сказывалось основательное утяжеление в виде большого рюкзака и двух вместительных сумок. Он спешил на первую электричку, которая отправлялась в пять утра и позволяла удачно добраться до города, чтобы запланированный Димой ритм на сегодняшний день не нарушился. Старательно обходя сугробы, похожие на толстые слои пирога, он вдруг остановился и поднял голову к небу: крупные снежинки одуванчиками выпрыгивали из темноты в яркий круг света, медленно опускаясь на землю. Застыв на время от восхищения, пешеход совершенно забыл о цели своего раннего путешествия.

Далекий гудок грузового состава, прилетевший со стороны станции, вернул мальчишку из тихой сказки обратно, в мир повседневных забот. Чтобы облегчить путь, Дима решил пройти через дворы редких пятиэтажек, но его ожидания не оправдались: дороги ещё не были очищены. Поэтому пришлось идти по вязкому снегу.

Ветер стал закручивать белые нити снежинок, переплетая их между собой в сложную ткань снегопада. Впереди, в белом тумане снега, Дима увидел какой-то расплывчатый темный силуэт, который странно шарахался из стороны в сторону. На секунду юноша замер, но время поджимало, и он продолжил свой путь через дворы, сосредоточенно вглядываясь в тёмное пятно непонятного силуэта.

Когда расстояние сократилось, Димка сумел разглядеть в густой красоте танцующих снежинок двух человек — они тоже танцевали! Парень держал в вытянутой руке телефон, другой рукой придерживал за талию девушку, — оба старались двигаться в такт мелодии этого раннего утра. Конечно, под ногами не было паркета, и парочка поневоле сбивалась с заданного ритма, но нисколько не смущалась, а по новой продолжала свои па.

Увидев их счастливые и радостные лица, Димка улыбнулся им и произнёс на ходу:

— Счастья!

— Доброй дороги! — донеслось до него уже со спины их дружное пожелание.

Уже подойдя к станции, он наконец понял, кого ему напомнила эта танцующая парочка. Невысокого роста, с круглыми лицами они были очень похожи на кота и кошку, с довольными моськами, усыпанными снежной сметаной. Улыбнувшись этому удачному сравнению, он шагнул в открытые двери электрички.

Вагон, мерно покачиваясь в белых кружевах снегопада, быстро накрыл тонким покрывалом сна одинокого пассажира…

Вновь, почему-то нарушая природную субординацию, Диме привиделась летняя картинка — он сидел возле костра на берегу озера, а чуть подальше, на выступающем большом камне, находилась она — девушка с глазами полными грусти. Печаль, изливаясь волнами, наполняла это озеро…

Сказочная Фея подарила тогда Димке свою силу и помогла произнести на сцене те важные слова, которые уже давно и очень бережно прорастали в тайнике его души, пусть и неосознанно. Её магия охватила только самые чистые ростки. Тем ростком был его, Димы, самый первый взгляд. Этот взгляд, в отличие от Юриного, не остановился на красивых пропорциях лица девушки, отображенных на фотоснимке, он уловил намного больше. Юноша увидел в её глазах глубокую печаль, зародив искреннее чувство — сильное желание помочь незнакомке.

Это желание стало той сокровенной нитью, которая помогла встретиться ему с этой девушкой уже в реальной жизни. Конечно, все это осмыслить он не мог. Иногда порыв своего сердца человек не сразу может объяснить. Даже самому себе…

Мысленно распутывая клубок многочисленных событий, юноша рисовал по привычке на запотевшем стекле узоры. Рука быстро изобразила плавную линию, которая по завершению образовала красивую форму сердца. Ойкнув от удивления, парнишка быстро стёр нарисованное и, оглядываясь по сторонам, стал навьючивать на себя поклажу. Вскоре за окном показались многочисленные городские огни.

5.83

Обсыпанный крупным щебнем съезд от оживленного шоссе упирался, минуя сложным зигзагом большие насыпи, прямо в высокий забор. Чуть в стороне от массивных ворот, под длинными кудряшками плакучей берёзы припарковался джип. В машине негромко звучала музыка. Двое неспешно переговаривались между собой, изредка поглядывая в сторону трассы.

— Сколько ещё осталось? — нетерпеливо прозвучал голос молодого человека, беспокойно елозившего на водительском месте.

— Ещё минут десять, наверное, — задумчиво обронил в ответ ему мужчина, потягивая медленно кофе из маленькой жестяной баночки.

Ветерок нежно снимал с берёзы жёлтые листья, и они лёгкими чешуйками обсыпали лобовое стекло машины, напоминая о том, что осень вступила в свои права. Собеседник помоложе, включив дворники на лобовом стекле, продолжил разговор:

— Да что там может школьница сделать? И в каком классе она?

— В девятый перешла вроде, и я думаю, что сегодняшний квест она обязательно пройдёт.

— А мне кажется, так мы просто опять теряем время.

— Поживём — увидим, — степенно подытожил старший товарищ и, протянув руку вперед, произнёс, — А вот кстати и она собственной персоной.

Чёрный силуэт человека, вышедшего из притормозившей на трассе маршрутки, быстро приближался к строительной площадке. Обнесённая по периметру широкими железными листами, она уютно расположилась посреди небольшого перелеска, состоящего из редких и подрагивающих на ветру осин и берёз. Набрав необходимый код на маленькой панели электронного замка, человек открыл дверь и, ответив короткой отмашкой руки на мигание фар стоящей рядом машины, просочился вовнутрь высокого ограждения.

Стройка была временно приостановлена, и это очень удачно подходило для проведения вступительного квеста. В охране объекта был свой человек, что позволяло спокойно проверить способности потенциальных участников очередного турнира для любителей экстрима. Этот розыгрыш имел название «Паутина», и для его запуска не хватало всего одного участника. Из многих желающих лишь семеро смогли уложиться в контрольное время, необходимое для участия в финальной пульке. И вот эта девушка, только что зашедшая внутрь, должна через несколько минут начать выполнение данного квеста и показать то, на что она способна.

Она была в маске, скрывающей лицо, её чёрный эластичный комбинезон вкупе с чёрными перчатками очень чётко отображались на мониторе. Девушка знала, что будет работать под прицелом нескольких камер, но это её не волновало. Прочитав задание, написанное на белом листке с обратной стороны захлопнувшейся двери, участница должна была в течение трёх минут решить — будет она сейчас участвовать или откажется.

Почти в центре свободного пространства стройки находился кран. Опираясь на мощные гусеницы, он высоко поднял свою стрелу, на стальном тросе была подвешена компактная дизельная станция. Расстояние от подвешенного груза до земли составляло тридцать метров. Участнику предстояло взобраться на кран, потом по стреле пролезть до свисающего троса и уже по нему спуститься на крышу дизельной станции. Это была первая часть квеста. Со второй частью задания можно было ознакомиться только после выполнения первого — то есть непосредственно в воздухе, на большой высоте. Время отсчёта фиксировалось по тому моменту, когда обувь участника расстанется с поверхностью земли.

Вскоре чёрный силуэт человека устремился к застывшей махине.

— Неплохо, неплохо, — внимательно изучая большой экран в машине, комментировал происходящее мужской голос.

— Да что она делает?! — прерывая его, вдруг громко вскрикнул водитель, тоже неотрывно следивший за изображением на экране.

— А что?! Просто красава! — восхищённо промолвил в ответ мужчина и добавил задумчиво самому себе: — Да, и где мои семнадцать лет?

— Что она творит?! Совсем глупая?! А ещё и от подстраховки отказалась!

— Мы ведь предлагаем человеку экстрим. Просто она посчитала наш квест недостаточно сложным, вот и всё, — философски подытожил происходящее на экране более старший собеседник.

— Ты серьёзно? — удивлённо взглянув на товарища, спросил водитель и снова прилип к монитору.

В это время девушка, добравшись до подвешенной станции и прочитав условия второго задания, быстро отцепила закрепленную бухту верёвки, окрашенную в белый цвет, и всё своё внимание направила на небольшой, сваренный из железа ящик, установленный на покатой крыше станции.

По условию второго задания участнику предстояло сделать выбор. Первый вариант был сложнее — попытаться с помощью кодового слова открыть ящик, внутри которого находилась необходимая для спуска верёвка. Второй вариант — верёвка, закреплённая на небольшой крыше станции. Она, конечно, экономила время прохождения, но за её использование на участника налагался штраф в виде добавочного времени.

Прочитав условие задания, девушка сразу сбросила белую верёвку на землю, чем вызвала бурю эмоций у наблюдавших за ней в машине зрителей. Ни один из участников, даже из тех, кто уже прошёл в финал, так не поступал. И теперь она должна во что бы то ни стало открыть замок. Для этого было необходимо набрать нужное четырёхзначное число на колечках с нанесёнными цифрами от одного до девяти. Приготовленное для неё слово — ключ — было написано в самом конце задания.

«Девушка» — всего семь букв составляли это слово, и их надо было привязать к цифрам на замке. Ненадолго задумавшись, участница квеста набрала нужную комбинацию чисел, открыла ящик и быстро спустилась на землю. Решение задачи было таким — нужно было выбрать буквы в этом слове, которые по алфавиту соответствовали цифрам от одного до девяти, то есть буква «А» — это «один» и так далее… Но, когда ты находишься на огромной высоте, на крохотной железной крыше, что плавно раскачивается в воздухе, это сделать очень не просто. На человека давит то, что решение нужно найти как можно быстрее, и в добавок перед собой каждый участник видит более простое решение в виде белой верёвки.

— Похоже, она вам, мужикам, утёрла нос! — довольно проговорил мужчина, искоса поглядывая на замолчавшего водителя.

— Ну, у нас время одинаковое, — растерянно промолвил тот, переваривая только что увиденное.

— Тебе повезло, что по условию время отмечается в минутах. А если мы посмотрим на более точный формат? — продолжал подтрунивать собеседник.

— Хочу с ней в финале встретиться! — сжав крепко руль, выдохнул из себя молодой человек.

— Вот это правильно! Этот человек однозначно заслуживает уважения, и возраст здесь ни при чём. Она уже на контрольном квесте семерых парней уделала, а что будет дальше?

— Ну, в одном месте она дважды сбивалась, — пытаясь хоть как-то защитить свою мужскую гордость, ответил негромко водитель.

— Так ей просто роста не хватило, поэтому ей пришлось обойти тот участок, — моментально среагировал мужчина на слабый выпад и добавил: — Здорово она нам сейчас рейтинг поднимет своим прохождением, и просмотры взлетят в разы! Интересно, какой она ник себе возьмёт? Надо спросить у неё.

5.84

Шип легко проткнул плотную ткань куртки и, разорвав рубаху, вонзился в кожаный мешочек. Подвешенный на крепком шнурке маленький хранитель дорогих для юноши предметов, находился в данное время точно на уровне сердца испуганного человека. Вспоров мешочек и встретив перед собой тонкую, почти невесомую, серую ткань, спрятанную внутри младшим братом, шип продолжил своё разрушительное движение…

…С того самого дня, когда этот важный и памятный для молодого охотника предмет перекочевал из шкатулки отца в руки задумчивого юноши, ежедневный осмотр серого комочка ткани стал для младшего брата обязательным ритуалом. Сегодня утром, когда они с братом планировали завершить работу по сбору плодов, он по обыкновению осторожно достал своё сокровище и бережно расправил на своей ладони. Уже долгое время длилось их путешествие, но всякий раз, когда перед глазами юноши появлялся этот с виду невзрачный обрезок ткани, сложная гамма чувств сразу обволакивала его лицо, наполняя воображение порою неожиданными образами.

Однажды на очередном привале лёгкий ветерок своим порывом причудливо свернул края расправленной ткани в руке охотника, образовав силуэт крохотного птенчика. Тогда юноша, поддавшись моменту, достал хранимую им всё это время бутылочку с водой и, поднеся импровизированный клювик птенчика к узкому горлышку, напоил его капелькой чистой воды из источника Хрустальных Гор.

На следующий день переплетение тонких нитей ткани стало другим — среди них появилось несколько более светлых фрагментов. Может, конечно, ему это и показалось, но с того дня он периодически угощал своего «питомца», надеясь, что так тщательно хранимая в шкатулке отцом ткань хоть на чуть-чуть станет светлее и наряднее…

Вот и сегодня, подарив последнюю капельку воды из опустевшего сосуда, охотник опустил своего «птенчика» в кожаный мешочек и стал готовиться к восхождению на могучее дерево, скрытое вверху от глаз плотным туманом…

Получив сильный удар в грудь, юноша открыл глаза — острый шип упирался в его тело, но не более. Он по какой-то причине «пожалел» охотника и кроме сильного ушиба не причинил ему каких-либо повреждений, словно встретил вдруг непреодолимое препятствие на своём пути. Не имея времени объяснить происходящее, младший брат обхватил шип двумя руками и, прилагая все свои силы, освободился от его острого соприкосновения.

Спустя мгновение, когда его ноги смогли почувствовать под собой крепкий упор в виде широкой ветки, он облегчённо вздохнул, но тут случилось непоправимое — из разорванного кожаного мешочка вдруг выскользнул знакомый силуэт, и вскоре лёгкий и почти невесомый «птенчик» растворился в белой дымке тумана, окружавшей большое дерево со всех сторон.

Не раздумывая, юноша бросился вслед за ним. Мысленно прочитав выученный им давным-давно сложный ряд слов, он мгновенно смог активировать свои магические доспехи, позволявшие продержаться в воздухе несколько минут. Это был подарок отца. Старший брат тогда выбрал себе магический меч, а эти доспехи достались младшему.

Пользоваться ими надлежало лишь в самом крайнем случае, когда их обладатель в трудном путешествии окажется на грани жизни и смерти. По крайней мере, так его учил отец. Ещё он тогда добавил, что магии, заключённой в этих доспехах, хватит примерно для того, чтобы пересечь по воздуху одно среднее ущелье или перейти большую реку. А так как они с братом ещё не владели магическими основами, то и наполнять подарки отца магией ещё не умели. Поэтому сейчас, в этом походе, они могли воспользоваться магическими предметами только один раз.

Всё осложнялось тем, что «птенчик» полетел вверх, а это требовало от находившегося в воздухе охотника не просто поддерживать своё тело с помощью магии, а ещё, совершая большие прыжки, подниматься всё выше и выше. Когда он настиг улетевшего непоседу, магия уже была почти полностью израсходована, и её едва хватило на то, чтобы совершить последний прыжок в сторону тёмного силуэта древесного исполина, невозмутимо стоящего в лёгком шлейфе плотного тумана.

5.85

В отличие от быстро пробежавшего дождика в районе крупного спорткомплекса, солнышко не скупилось и щедро рассыпало на землю свои золотые кудри. От большого здания отделились фигурки трёх человек, они направлялись в сторону парка, где располагалась детская площадка. Их силуэты отбрасывали на асфальт постоянно меняющиеся тени, послушно тянущиеся вслед за своими хозяевами.

— Вас тут дождик не намочил? — прозвучал вопрос со стороны самой длинной тени, принадлежавшей Екатерине.

— А он только напугал и убежал сразу, — ответила ей тень поменьше, и голос Светы вопросительно полетел в сторону Кати. — Мне интересно, где тебя носило?

— Так я же по делу, вот и Дениска может сказать.

— Твой сын, знаешь ли, только что заставил меня поволноваться.

— А что случилось? — Катя остановилась, ожидая услышать от подруги подробности.

— Он недавно сделал удачную попытку нырнуть в тот фонтанчик, — и рядом идущая девушка махнула рукой через плечо в сторону заброшенного водоёма, который остался позади.

— Что, серьёзно? — переспросила молодая мамаша, шурша разноцветным пакетом в руке.

— Да, и тот парень, которого ты ругала, успел его поймать в самый последний момент. Я видела из окна — он прыгнул с другой стороны водоёма. Довольно неожиданно, — продолжила своё объяснение Света и, остановившись, приняла из руки Кати холодное лакомство, которым та её угостила.

Екатерина задумчиво переваривала услышанное.

— Но благодаря ему на твоём сыне сейчас ни единой царапины, только сандалии испачкал в грязи, — Света дополнила картину, совсем недавно произошедшую на её глазах.

— Вот же ж… А я смотрю, что за пацан с моим играется, ручища все в грязи, а ещё моего симпатягу хватает, — проговорила подруга и оглянулась в сторону спорткомплекса.

— Да, хороший был прыжок… — думая о чём-то своём, произнесла девушка со спортивной сумкой через плечо.

— Ну, слушай, только на одну минуту отлучилась, сбегала до киоска, что у входа стоит, там цены совсем другие, а тут ведь сплошная обдираловка, ты и сама знаешь, — оправдательно запричитала Катя и, повернувшись к сыну, добавила: — Денис, ты чего там забыл?

— У меня машинка туда упала, и я её хотел вытащить, — ответил мальчик, старательно объезжая редкие лужи на тёплом асфальте.

— Да, тот пацан от меня ещё и нагоняй получил. При этом ещё и извинялся в ответ. Нет, чтобы объяснить всё толком…

— Когда ты в теме, то тебе и пару слов сложно вставить, — поправила её Света.

— Что есть, то есть. Значит, парень дельный оказался. Всё же есть ещё такие, — согласилась с её репликой подруга.

— Ты сколько ещё будешь в городе? — спросила Света, оглядываясь на притормозившего возле большой лужи мальчишку.

— Ещё недельку побудем у моих, а потом обратно. Ромка наш уже скучает, а тебе, кстати, от него большой и горячий привет.

Компания пересекла центральную аллею и подошла к детской площадке, уютно расположившейся в зелени многочисленных парковых насаждений. Лёгкий ветерок ерошил макушки высоких клёнов, солнце старательно вырезало их силуэты на светлом песке аккуратных дорожек парка, и два человека на скамейке вслушивались в этот чуть уловимый трепет листьев, не спеша нарушить приятную атмосферу предстоящим серьёзным разговором. Сегодня им было что сказать друг другу.

Катерина, вытянув блаженно свои ноги и раскинув руки по верху деревянной спинки парковой скамьи, устремила свой взор на редкие облака небосвода. Выждав пару минут, она негромко произнесла:

— Как отец?

Света бросила пустую упаковку от мороженого в урну, стоящую рядом, и, рассматривая бегущего по руке маленького жучка, грустно выдохнула из себя короткую фразу:

— Всё так же.

— Ясно, всё в молчанку играете. Жаль, — медленно и протяжно изрекла, переваривая только что услышанное, Катя.

Света молчала, видно, она потратила очень много внутренних сил на этот ответ. Катерина искоса метнула взгляд на её опущенную голову и, вздохнув, продолжила непростой разговор:

— В каждой ситуации, даже если она идёт со знаком минус, надо искать и положительные моменты. Меня уже давно эти братаны, что с тобою так быстро сдружились, очень напрягали.

Облако воспоминаний на некоторое время накрыло подруг, вновь воцарилось молчание, позволившее мыслям обеих собраться, украсив этот летний и погожий день особенной тишиной. Вскоре размеренный голос Кати прервал это молчание:

— Понятно, что сейчас легче всего всю картину произошедшего нарисовать. Ну, подумай сама — слишком много совпадений: вдруг они неожиданно у тебя в школе появляются, а незадолго до этого у вашей школы статус резко сменился, и она стала суперкрутой. И к тому же только из вашей параллели собрали один сборный элитный класс и именно в него их перевели. Проанализируй эту ситуацию здраво.

Оценив молчание девушки как согласие, Катя продолжила развивать свою тему:

— И ведь когда они от тебя отвернулись? — задала она ключевой вопрос и, выждав немного времени, сама же и озвучила ответ на вопрос:

— Когда твой отец после той аварии ушёл из городской управы сам, по своему желанию, а я слышала, что его даже в министерство звали. Это и понятно, он ведь человек очень талантливый и в спорте репутацию имеет высокую. А он взял и выбрал вместо повышения совсем другую дорогу. Ушёл в грузчики. Я его всегда буду уважать, и мне без разницы, где он работает. Но не все так думают.

Света слушала не перебивая длинный монолог подруги.

— Ты же целый год тогда была с ними не разлей вода: театры, выставки, концерты. Жаль, я тогда из-за Дениски не могла к тебе вырваться, хотела с ними сама лично пообщаться. Ясен пень, что они не дураки, и язык у них подвешен, и с музыкой дружат. Но вся их сущность раскрылась благодаря именно твоему отцу, хоть и такой ценой для тебя.

Ногой собрав на дорожке небольшую горку из песка, Света подняла голову к небу — тот день, отчетливо всплывший перед глазами, предстал перед ней по-другому: сейчас в проекции памяти всё произошедшее воспринималось отстраненно, словно тогда всё было не с ней, а с какой-то другой девушкой…

…Прозвенел школьный звонок, после которого мальчишки и девчонки быстро заполнили высокое крыльцо на выходе из школы. Спускаясь по ступенькам среди хлынувшей толпы, одна девушка с вплетённой в красивую причёску нарядной ленточкой вдруг насторожилась и замедлила шаги. Она заметила, что толпа перед ней не спешит покидать широкие ступени, а столпившись, что-то активно обсуждает.

Напротив входа в школу располагалось футбольное поле, обрамлённое беговыми дорожками. Оно хорошо просматривалось с крыльца, и именно туда сейчас были устремлены взгляды стоящих вокруг неё школьников. На спортивной площадке и впрямь происходило что-то занимательное.

По полю шёл человек в деловом красивом костюме. Он собрал сейчас на себе все любопытные взгляды. Мужчина шёл на руках в окружении трёх школьников. Было видно, как они его подбадривают своими громкими возгласами. Это был отец девушки с той красивой ленточкой в причёске. И это уже второй раз, как он приходит к ней и устраивает такое представление.

Где-то на середине пути, в центре поля, он не удержал равновесие и упал. Его костюм сильно испачкался, но мужчина, не обращая на это внимание, вскоре продолжил своё показательное выступление.

Пройдя через толпу, девушка направилась к своему родителю. Как раз он дошёл до вратарской площадки, и ребята, идущие рядом с ним, громко захлопали в ладоши. Приняв обычное для человека положение тела, мужчина обратился к ним:

— Спорили на два сока, но так как было одно падение, то с вас один. Идёт?

— Пошли домой, — оборвала его речь подошедшая девушка, увлекая его за собой.

Отдав все силы на своё выступление, мужчина, покачиваясь от усталости, послушно пошёл следом за ней. Он уже несколько дней не мог по ночам спать, и это очень сильно сказывалось на физическом состоянии. Видя, как его шаги постепенно теряют координацию, дочь подхватила отца рукой и помогла продолжить путь.

Проходя мимо школьного крыльца, она заметила среди школьников двух высоких ребят, очень похожих друг на друга. Они стояли среди толпы, не решаясь прийти к знакомой девушке на помощь, и лишь старательно пытались укрыться от её цепкого и пристального взора…

Девушка не знала, что сегодня утром недалеко от школы притормозила крутая иномарка, в салоне которой прозвучал спокойный и уверенный мужской голос:

— Так, надо внести небольшие корректировки — с сегодняшнего дня общение с ней надо сократить до самого минимума и дорогу в её дом забыть. Я знаю, что у вас к ней симпатия, но дочь грузчика — это потеря драгоценного времени и чистый тупик! Вот что значит, когда отец не думает о своих детях, и это тогда, когда для него все двери были открыты! Сразу после уроков с этого дня за вами будет приезжать машина. Пора принимать взрослые решения, в этом и заключается забота отца о своих детях. На этом всё.

5.86

Вечер мягко ложился на зелёные кроны, сразу посвежело, а в воздухе более ощутимо проявлялась чарующая духмяность лета. Открыли свои большие глаза фонари в притихшем парке, вспыхнула яркая палитра рекламы, разбегаясь в разные стороны под вечерним небосводом.

Из дверей небольшого павильончика, что компактно был встроен в остановочный комплекс, молодая женщина выкатила на верёвочке игрушечный грузовичок и покатила его к сидевшей на скамейке под прозрачным навесом девушке. Машина была гружёной — две банки с газировкой наполняли кузов. Вслед за машинкой шёл довольный карапуз с большой шоколадкой в руке и при этом уже с изрядно замусоленной моськой.

— Забирай свою апельсиновую. А я буду в себя лимонную кислоту закачивать, — распределяя напитки, проговорила Катя, присаживаясь рядом.

Подошедший к Кате Дениска с шоколадными усами на лице протянул испачканную руку, предлагая обратить на него всё материнское внимание.

— А ты Светлану угостил? — спросила сына, слизывая с его лица следы шоколада и протирая платочком протянутые руки.

Отломив крохотный кусочек от плитки и решив придать ему более красивую форму, Дениска открыл рот, но в последний момент передумал и протянул шоколад Свете. Вздохнув, он сделал попытку отломить ещё один кусочек для мамы. Но та его остановила, шутливо заметив:

— Я уже свою порцию получила, малыш, — и перевела свой взгляд в сторону Светы. — Вот и ты будешь так же облизывать своего киндера.

— Да, конечно, только не в этой жизни… — протяжно прозвучал философский ответ Светланы.

— Знаешь, мы всегда тебя с Ромкой поддержим! Да и Дениска в стороне стоять не будет, — поправляя съехавшие штанишки на сыне и вытирая платком шоколадную раскраску на его лице, сказала Катя. — Я думаю, есть и хорошие ребята. И, может быть, даже в этом городе.

— Всё может быть, наверное.

— Вот-вот! Больше позитива, мы же не знаем, а вдруг он совсем рядом?!

— Кто?

— Тот, кто сможет твоё сердце отогреть.

— Ага, а потом поджарить.

— Ну что, опять? А я знаю хорошую примету: как узнать, что у девушки с парнем всё сложится хорошо!

— Да? Просвети тогда.

— Надо просто ему сломать пару рёбер — и порядок!

— Ясно, я это запомню.

— Главное, она работает! Проверено лично!

— Хорошо. Так и сделаем. Мудрости старших надо внимать! — подвела окончательный итог разговору Света.

— Молодца! А вот и наш автобус, — указывая на появившийся из-за поворота городской транспорт и подхватывая сына на руки, сказала Катя.

Света передала в открытые двери подъехавшего автобуса Денискину машинку и махнула рукой на прощание. Двери закрылись, и почти сразу же из открытого окна показалось смеющееся лицо Кати.

— Если что, то я тебе помогу с рёбрами разобраться! — громко выкрикнула она, и вскоре автобус растворился в потоке бегущих машин.

Девушка подобрала выпавшую из Денискиного грузовичка еловую шишку — она выполняла в этот день важную роль, роль водителя — и неспешно направилась в сторону своего дома.

5.87

Открылась входная дверь, и в квартиру вошла девушка. Вскоре её задумчивая фигурка застыла за письменным столом…

День сегодня был насыщенным: после продолжительного перерыва наконец удалось тесно пообщаться с подругой. Много всего было сказано друг другу, но память возвращала к тому разговору с Катериной, который завязался перед тем, как они покинули территорию парка. Пытаясь помочь Свете в сложном переплетении житейских проблем, в качестве аргументов Катя приводила примеры из своей жизни…

… — Видишь, у тебя и с братом нелады, даже не знаю, что и сказать про Артёма. Вы с ним хоть поговорили после этого спокойно? — вставая со скамейки, спросила Катя, при этом выискивая глазами своего сына в толпе снующейся повсюду малышни.

Она окрикнула сына и, направляясь к выходу, добавила в ответ на молчание подруги:

— Короче, со всех сторон у тебя идёт непруха. Сочувствую! — и слегка приобняв идущую рядом девушку, быстро взглянула на пришедшее сообщение в телефоне. — Знаешь, хочу тебе рассказать про одного человека. Кстати, это она сейчас и прислала мне сообщение.

Взяв управление транспортным средством сына в свои руки, Катя доверила Дениске нести несколько монет, необходимых для покупки чего-нибудь вкусненького в ближайшем киоске, и, попросив Свету взять малыша за руку, стала рассказывать:

— Был у меня лет пять назад один случай. Я с девчонкой одной мельком пересеклась: она встречала меня со своей мамой в аэропорту. Тогда мне пришлось лететь одной на соревнования в незнакомый город — догоняла свою команду другим рейсом. Им, как представителям команды, с которой у нас должна была состояться игра, доверили встретить меня, чтобы я быстрее добралась до своих девчат. Я позвонила нашим, а они в это время были на экскурсии, и тогда встречающие увезли меня к себе домой. В гости. Очень радушно приняли. Как свою давнюю знакомую! Такой вот короткий эпизод из кочевой жизни спортсмена.

Катерина остановилась и, подобрав оброненную сыном монетку, продолжила делиться нахлынувшими воспоминаниями:

— Мне очень понравилось с ней общаться. Она приглашала приезжать к ней в гости, но, как часто бывает, я со временем забыла про то приглашение. А однажды, это уже когда Дениска появился, перебирала свои трофеи и нашла вымпел, что она мне подарила, а там телефончик моей же рукой приписан. Привычка моя — это не надеяться на свою память — очень кстати и пригодилась. Сразу вспомнила про своё обещание позвонить и, естественно, звоню, как раз перед самым Новым годом. Темы для общения быстро нашлись. У неё тоже сынок растёт, только немного младше Дениски моего. Она и со спортом дружит и уже успела побывать у нас в гостях. А теперь моя очередь к ней рулить. Сейчас вот делимся рецептами. Вообще, постоянно друг с другом на связи.

Быстро окинув взглядом ценники в парковом киоске, Катя недовольно нахмурила брови и, сделав отмашку рукой в сторону выхода, продолжила:

— Такая открытая девчонка! И юмор ценит. Словом, мы всегда на одной волне позитива. Даже нет ощущения, что в разных городах живём. В тот первый раз, за те два дня, мы с ней общались-то всего ничего, часа два-три, не больше… Но мне спустя много лет захотелось позвонить и услышать её голос. А у меня этих вымпелов и автографов прилично набралось за все перелёты и поездки. Такие вот дела…

Замедлив шаг и обернувшись к притихшей Свете, Катя спросила:

— Предлагаю и тебе вспомнить. Вдруг из большого списка, на первый взгляд, случайных и коротких встреч — и не важно, когда они по времени происходили у тебя, вчера или в детстве, — ты вспомнишь сверстников, которые тебя чем-то заинтересовали, и ты была бы не против с ними встретиться. Я это говорю для того, что иногда даже малознакомый человек оставляет в душе светлый и памятный след, и при воспоминании о нём появляется желание просто снова увидеть его. У тебя бывает такое ощущение?

— Не задумывалась об этом, если честно, но возможно, в этом что-то есть… — тихо ответила Света.

— Подумай, может вспомнишь, а если вспомнишь, то попробуй хотя бы ещё раз на этих людей взглянуть. Может, это будут стоящие твоего внимания люди. Не всё же тебе общаться со «старушками» вроде меня…

Под окном редкие пятна света становились всё ярче — это ночные стражники привычно зажигали свои факелы, укрытые в пластиковые футляры, и где-то рядом ночь разматывала клубок своих нитей, чтобы вшивать в тёмный небосвод яркие звезды.

В комнате на письменном столе одиноко лежал белый листок бумаги с коротким списком: Ксюша Болина, Зайчик…

5.88

Две линии быстро разделили лист тетради на четыре части. И вскоре первая часть рисунка была заполнена небольшой горкой, состоящей из камешков разной величины и расположившейся рядом с извилистой тропинкой. Камешки смотрели на тропинку глазами в виде точек.

В следующем рисунке на тропинке появился какой-то непонятный зверёк с большим хвостом. Он важно проходил мимо лежащих на земле каменных собратьев, которые смотрели на него с нескрываемой грустью — на это хорошо указывали их свёрнутые скобкой вниз чёрточки-рты.

На третьем рисунке рядом с печальными камешками появилась весёлая сороконожка, она с улыбкой смотрела на грустных зрителей и приветливо размахивала в воздухе своей маленькой шляпкой.

Последний рисунок изображал весёлую компанию друзей — они дружно бежали по тропинке. У каждого камешка тут появились ножки, только у сороконожки их немного поубавилось, но это не мешало ей веселиться вместе со всеми.

Юная рисовальщица изображала эту историю так увлечённо, что даже не заметила подошедшую к ней другую девочку в красивом спортивном костюме, её сверстницу.

Света приехала в этот реабилитационный центр вместе с отцом, который привёз в подарок от администрации города современные тренажёры для восстановления больных детей. Сейчас в уютном холле для собравшихся ребят на большом экране показывали, для чего тренажёры предназначены и как правильно их можно использовать.

Светлана несколько раз просмотрела этот ролик дома. А сегодня ей предстояло показать, как работают эти тренажёры. Рабочие сейчас устанавливали их в специально подготовленном для этого помещении. Располагая свободным временем, Света прошлась по небольшому холлу. Её внимание сразу привлекла фигурка девочки, сидящей за небольшим столом возле окна. У девочки на одной ноге был закреплён какой-то сложный механизм, и вместо просмотра фильма она увлечена была чем-то более интересным…

Завершив рисовать короткую историю, юная художница наконец почувствовала присутствие рядом ещё одного человека. Метнув искоса быстрый взгляд на незнакомку, она демонстративно отвернулась в сторону окна и закрыла тетрадь. На обложке тетради теперь можно было прочитать фамилию и имя автора этой свежей зарисовки — Болина Ксения.

— А мне понравился твой комикс, — неожиданно сказала Света и, сделав короткую паузу, добавила, показывая на маленькую заколку в своей причёске: — Смотри, даже белки могут летать.

Чёрная макушка девочки, украшенная тонкой полоской обруча, медленно развернулась в сторону говорившей. Очевидно, что фраза, произнесённая только что, её заинтересовала.

— Возьми себе, я дарю тебе её, — снимая маленький ромбик, на котором была изображена в полёте белка-летяга, Света осторожно опустила свою заколку на обложку тетради.

— Красивая, — негромко произнесла сидящая за столом девочка и раскрыла свою тетрадку. Вскоре раздался характерный звук отрываемого бумажного листа. Обмен подарками состоялся успешно, но продолжить знакомиться друг с другом у них не получилось — Свету срочно попросили пройти в зал, где устанавливали новые тренажёры…

…Светлана держала в руке слегка помятый листок с картинками, внимательно рассматривала их, а в голове оживала история семилетней давности… Было очень кстати, что юная художница в тот день подарила ей своё творчество с личной подписью. Включив ноутбук и набрав в поисковике нужный запрос, Света вскоре подчеркнула в своём коротком списке имя Ксении, а после шести букв, составляющих слово «Зайчик», появился, словно маленький хвостик, небольшой вопросительный знак.

***

Димка, довольный тем, что сегодня дядя Володя на машине его подбросил до заброшенного карьера, где можно было вволю понырять и поплавать в отличие от мелкой речушки, пробегающей рядом с тётушкиным домом, беззаботно шагал по упругим дощечкам к маленькой платформе.

Лето в этот день не скупилось на улыбки, согревая всё вокруг. Даже этот заболоченный кусочек земли расцвёл ярко-жёлтыми цветочками, радуя взор замедлившего свой шаг парня. Более тщательно разглядеть цветы помешал идущий за ним человек, и, чтобы пропустить его, юноше пришлось спрыгнуть с узкого деревянного настила на ближайшую кочку.

Обогнавшим его пешеходом оказалась старушка. Невольно Димкино внимание переключилось на неё: пакет, прикрученный к тележке замысловатой разноцветной верёвочкой, при каждом шаге проявлял непоседливость, пытаясь ускользнуть со своего места. Таща за собой гружёный прицеп на колёсиках, бабуля уверенно шла по «муравьиной тропе», названной так местными жителями тропинке, состоящей из узких дощечек и ведущей к железнодорожной платформе.

Этой тропой пользовались редко, а с грузом старались обходить стороной. Проложенная по небольшим возвышающимся кочкам в болотистом участке рядом с железнодорожными путями, она, конечно, вдвое сокращала путь, но при этом могла доставить неприятности.

Тележка колтыхалась на неровной поверхности, и пакет, съехав на бок, стал щедро делиться спелыми яблоками, друг за другом выпрыгивающими на тропинку.

Видимо, не услышав окрик юноши, хозяйка яблок уверенно продолжала идти к железнодорожной платформе. Первую пару спелых плодов Димка поместил в карманы — благо в шортах эти карманы имели место. Но что делать с остальными? Вначале он хотел поправить съехавший пакет, но притороченный к тележке зонтик мешал осуществить задуманное, а убегающие из пакета яблоки заставили принять совсем неожиданное решение: заправив футболку в шорты, Димка быстро стал укладывать всех беглецов за пазуху. Собирая урожай, он пару раз проваливался в мягкую коричневую жижу, рискуя при этом потерять свои шлёпанцы. «Муравьиная тропа» закончилась, и юноша смог догнать бабушку, но её реакция на просьбу остановиться была диаметрально противоположной — старушка резко рванула к платформе, заставив невольного помощника следовать за ней.

На короткой платформе было оживлённо. Взгляды большинства собравшихся сейчас устремились на измазанного болотной краской, с большим раздутым от собранных яблок «животиком» парня, поднимающегося по ступенькам. На самом деле не привлечь внимания было бы сложно. Многие улыбались, а взгляд одной девушки был прикован к Димкиным ногам, и она еле сдерживала смех.

С третьей попытки и не без помощи стоящих рядом людей, Дима наконец-то смог обратить внимание старушки на себя, объясняя ей своё появление. Вскоре освободившись от груза и проводив долгим взглядом убегающую в сторону города электричку, он машинально посмотрел на свои шлёпанцы — коричневая жижа оставила свой след, подарив ему на память пару «носков», а пластиковые тапочки пестрели ярко-жёлтыми цветочками.

Стянув с себя испачканную футболку, Дима поспешил перейти на другую сторону железной дороги — вдали уже показалась электричка, идущая со стороны города.

Тёплый воздух доносил терпкий аромат смолы от шпал, щебет птиц, лёгкую испарину болотца… А Дима улыбался, проигрывая в памяти это происшествие. Два больших яблока, оттягивающих карманы, напомнили о себе — старушка категорически отказалась забирать их обратно. Вгрызаясь зубами в сочный фрукт, Димка закрыл глаза, изображая огромное удовольствие.

5.89

« — Знаешь, если у тебя есть человек, с которым хочется поделиться чем-то важным и значимым, или когда в трудную минуту ты просто его вспоминаешь, и тебе от этого легче на душе, то думаю, это говорит о том, что ты обрёл друга в своём сердце, — отец ещё раз осмотрел свой меч и, вложив его в ножны, с лёгким прищуром рассматривая сына, вопросительно добавил: — Ты, наверное, часто слышал такие слова «друзья познаются в беде»?

— Да, мне они знакомы. А что, разве это не так? — переспросил отца младший сын, снимая защитные накладки, так как отработка боевого приёма на сегодня была завершена.

— Тут не поспоришь, слова хорошие. Но у меня к тебе есть вопрос: а если, к примеру, твой друг, с которым вы прошли вместе много испытаний, вдруг по истечении времени перестал держать своё слово, его чувства к тебе охладели, и он выбрал путь, неприемлемый для тебя, и в итоге стал абсолютно чужим тебе по духу? — продолжил отец начатую им тему о дружбе.

— Так это уже похоже на измену в отношениях, а предательство даже другу не прощают. Тут всё просто — этого друга надо просто из сердца вычеркнуть, — поразмыслив, уверенно ответил младший сын.

— Понятно… А как ты думаешь, сын для матери всегда остаётся сыном?

— Конечно! Это же её сын, и о нём она всегда будет переживать, в какую бы беду он ни попал.

— Хороший ответ. Знаешь, тут я скажу очень грубые слова, но в жизни бывает и такое, если твой друг отвернулся от тебя или даже по какой-то причине предал, и ты его вычеркнул из своего сердца, то значит, ты сам совершил предательство по отношению к нему.

— Почему же?

— Всё очень просто. Он в большой беде, а ты даже в своём сердце не оставляешь ему надежду на исправление, просто стираешь его из своей памяти, из своей жизни.

— Мне сложно принять это.

— Ты спросил, а я ответил. Думай, кто для тебя друг, и какой смысл ты сам в это слово вкладываешь. Время у тебя есть…»

…Света прочитала последний листочек перевода старой книги, и, глубоко выдохнув, откинула голову на спинку кровати.

Принять участие в переводе старой книги Свету натолкнула пометка Димы на пожелтевших от времени страницах, вложенных в пакет: «Надо найти переводчика!»

Неожиданная помощь для решения этой проблемы пришла в лице соседки по палате. У пожилой женщины, которую, как выяснилось в случайном разговоре, заинтересовали Светины листочки, дочь оказалась профессиональным переводчиком, и та обещала помочь. Несколько страниц она уже перевела. Сейчас они и были внимательно прочитаны девушкой.

Задумчивость девушки, охватившую её после прочтения, прервал негромкий голос, прозвучавший в открывшуюся дверь палаты. Свету просили выйти к посетителю, пришедшему к ней.

— Тебя хоть кто-нибудь навещал тут?! — вместо приветствия выкрикнула Катя, крепко обнимая больную.

— Да, одноклассница пару раз заходила, и ещё ёжик прибегал.

— Ёжик? Они вроде бы зимой спят или…?

— Наверное, но этот постарался и даже цветы принёс к празднику.

— Да?! А есть фотка?

— Ага.

— Хм, забавный симпатяга! — рассмотрев фотку, Катя улыбнулась и решительно добавила: — Ну, короче, давай прощайся тут с микробами и полетели домой. Вещей-то много набралось?

— Вообще-то завтра выписывают, но мне, может быть, и сегодня дадут добро. Пойду спрошу.

— Хорошо, если что, то меня позови, разрулим тут с медициной по-быстрому. А твоя мама сказала, что к нашему приходу организует что-нибудь вкусненькое, так что тут у нас без вариантов! — крикнула Катя Свете вдогонку. Для больничного комплекса посетительница довольно-таки шумная.

Март рассыпал свои последние снежинки. Первый месяц весны готовился уже передать весенние полномочия апрельскому братцу. Весна наполняла городские улицы своим дыханием всё более явственно, приглашая всех откликнуться на её теплую улыбку.

5.90

Не успел Дима дойти до гардероба, как его с ходу загрузили работой, ну это и понятно — сегодня его класс дежурит по школе. Одобрительно кивнув старосте, он послушно потопал вслед за учителем, которому срочно нужна была помощь перед началом урока.

Димка не сразу понял, что в последнее время вёл себя довольно странно. Вот и сейчас поймал себя на мысли, что услышав за спиной девичьи голоса, ему захотелось оглянуться и внимательно рассмотреть, кому именно они принадлежат. Конечно, сейчас его интересовал только один человек в школе, именно его отражение он пытался отыскать в больших окнах школьного коридора. Даже недавно купленная авторучка с зеркальными гранями предназначалась для этой цели.

Но в школе он не видел её — значит, она до сих пор находилась в больнице. Димка очень переживал о том, как произойдёт их встреча. Ему хотелось увидеть Фею, но так, чтобы она его не видела — вот такие сумбурные мысли посещали Диму в последнее время. Он старательно избегал и Лену, может, опасался её расспросов о его посещении больницы… Тогда, после концерта, удалось скрыться от неё в толпе зрителей. Кто её знает, вдруг опять придумает какое-нибудь поручение, связанное с Феей.

Закатив в класс тяжёлую магнитную доску и переставив по просьбе учителя парты, Димка подошёл к высокому шкафу и стал снимать большие скрученные плакаты. Стянув бумажные рулоны, он сразу оказался награждён хорошей порцией пыли. Сдерживая острое желание чихнуть, Димка прижал руку к лицу и повернулся в сторону окна. За ним, как на ладони, просматривалось школьное крыльцо, куда широкой лентой спешили школьники. Димка непроизвольно стал разглядывать их. От этого важного занятия его отвлёк плакат, свалившийся со шкафа. Поднимая его, Дима обратил внимание на небольшую выставку поделок, находившихся за стеклянными дверцами шкафа.

Среди представленных работ в глаза бросилась глиняная свистулька — вылепленный птенчик так забавно и естественно открывал свой клювик, словно выпрашивал у своих родителей добавку за завтраком. Присмотревшись, Димка смог разглядеть фамилию автора: «Кочин, 2-В класс». Оторопело уставившись на маленький клочок бумаги, он ещё раз прочёл, и не в силах сдержать волну недоумения, моментально накрывшую его с головы до ног, медленно, но громко произнёс:

— Кочин?! Слепил птенчика?!

— А тебе тоже понравилась эта работа?! — охотно откликнулась учительница рисования, распределявшая рисунки на магнитной доске.

— Да… нет, не может быть… — не зная, как выразить своё отношению к увиденному, он пытался мысленно примерить эту свистульку к образу своего одноклассника, но воображаемая картина как-то не укладывалась в голове, совсем не верилось, что автором поделки мог быть Кочин.

— Это он сейчас стал таким неуправляемым, от него аж за целый километр табачищем несёт, — пояснила учительница, а после небольшой паузы стала рассказывать: — Он сильно изменился за последнее время, а был таким милым мальчиком. Даже после уроков прибегал, оставался на занятие кружка. Но потом над ним ребята стали подшучивать, и он решил, что это не мужское дело — во всяком случае это были его слова, вернее, кем-то сказанные ему. Чужие слова. А что поделаешь? Матери всегда тяжело одной парня выводить в люди. Мы с ней пытались уговорить его заниматься творчеством серьёзно, ведь у него были хорошие способности, но не смогли. Друзья-товарищи во дворе ему важнее. Эх…

Дима понял, что невольно затронул больную тему для учителя, связанную с этим учеником. Прозвенел звонок, и в дверях кабинета появилась чья-то шустрая голова, с любопытством разглядывая находившихся в классе, и тут же прозвучало:

— Можно входить?

— Да, можно, — ответил Дима за учителя, открывая дверь в коридор и припоминая на ходу, где у него самого сейчас будут занятия.

Внезапно появившаяся в классе шумовая волна заставила сладко задремавшего Димку вздрогнуть и вернуться в атмосферу урока. Учитель физики иногда во время уроков делал небольшие паузы-пятиминутки, давая возможность ученикам передохнуть от потока информации… За это Димка был очень благодарен учителю. Но сегодня вместо обычного шушуканья, традиционно сопровождавшегося в эти паузы, класс буквально взорвался.

— Да, мы уже давно взрослые! — чей-то довольный голос разрывал на части висевшую во время урока тишину.

— Мы всё уже знаем, мы уже всё попробовали! — утвердительно поддержал его ещё один девичий голосок за Димкиной спиной.

Ничего не понимая, Дима обернулся. Кричали многие, но громче всех старались те две «помощницы», что пытались составить компанию во время его дежурства. Через пару минут он понял, что шум возник после вопроса учителя: «Считаете ли вы себя взрослыми?» Ответы учащихся были громкими и утвердительными.

Уже выйдя в коридор после звонка, Дима попытался переварить фразу, сказанную учителем в конце урока: «Ну, и зачем торопиться? У вас ещё вся жизнь впереди, могли бы хоть что-то и оставить на будущее. А то — « всё попробовали». А дальше-то что?»

Школа давно скрылась за поворотом, юноша шёл в сторону дома, раздумывая над вопросом учителя, словно выполнял дополнительное домашнее задание.

5.91

Вечером Юрка опять нашёл предлог оказаться в комнате уставшего после вечерней тренировки Димы. На этот раз он явился с новыми дисками для компа — накануне Дима одобрительно отозвался об одной игре, рассчитанной на логику — Юрка и рад стараться.

— Сегодня на физике было весело! — сразу заявил Юра, с любопытством разглядывая, как Дима обтачивает напильником пластиковые лопатки для плавания.

— Поспать только не дали, — рассеяно ответил ему Дима, внимательно рассматривая обработанную кромку.

— А что это у тебя? — Юра как-то быстро сфокусировался на прозрачных пластинках.

— Выравниваю края, тут небольшие сколы появились, — хмуро пояснил Дима, он был не особо рад появлению этой беспокойной личности.

Не мог же он ему сказать, что во время тренировки задумался и врезался на полной скорости в бортик бассейна. Что-то с ним явно не так. Вчера в чайник налил воды — включить забыл, через несколько секунд заварил пакетик чая — долго ждал, когда наконец заварится. Хорошо ещё, что сегодня тренировка была в лопатках, а так он прилично ушиб бы свои руки. И это перед важными соревнованиями!

— Как мы сегодня учителю ответили! Здорово! — Юрка вновь вернулся к школьным делам.

— И ты тоже считаешь, что мы взрослые? — работая над второй лопаткой, задумчиво спросил Дима.

— А что? Конечно! — в голосе юноши звучала уверенность, а сам он с интересом примерял к руке уже обработанную деталь. — А почему я их не видел на соревнованиях у пловцов?

— Их только на тренировках используют, а на соревнованиях нельзя, — пояснил Димка, завершив свои работу, и неожиданно вдруг поведал: — У меня в старой школе одна девчонка из нашего класса недавно стала мамой. Правда, она до сих пор не знает, кто отец ребёнка. Но не суть. Вот у меня к тебе вопрос: а она взрослая?

— Так чего тут думать. Ясно же, она ведь мамой стала, — неуверенно, но быстро прозвучало в ответ.

— Знаешь, мне отец говорил так: если человек берёт ответственность за другого человека на себя и несёт её по жизни, то он поступает по-взрослому. И неважно сколько ему лет при этом. А если взрослый человек не совершает взрослых поступков, то он по существу таким и не является. Это я тебе почти слово в слово его мысль передал, — Димка выдохнул после этой длинной фразы. — Получается, если молодая мама возьмёт ответственность за ребёнка на себя и будет прилагать все силы для его воспитания, а не сбагрит его кому-нибудь на руки, то тогда она и будет считаться взрослой.

— Наверное, да, — придавленный вескими аргументами Юра был вынужден быстро отступить, опровергнув свои недавние слова. Он понял, что Диму сегодняшний разговор на уроке физики задел за живое.

— Какие мы взрослые? Мне так точно как до луны лететь… — больше обращаясь к самому себе, чем к притихшему гостю, заключил Димка, заканчивая этот непростой разговор…

…Уже давно закрылась дверь за Юркой, а в Димкиной голове всё крутились и не давали покоя воспоминания о событиях прошедшего воскресного дня.

В воскресенье пришлось отменить все намеченные планы — родители утром уехали неожиданно по срочным делам. Уезжали они в большой спешке — их поднял ранний телефонный звонок. А сыну предстояло встретить гостей, поэтому надо было остаться дома.

Проглотив остатки супа, Дима, придвинув к экрану компа пакет с семечками, начал «убивать время». А этажом выше — в другой половине дома — Юрка тоже сидел за компьютером. Оба мальчишки одновременно преодолевали сложные квесты в игре.

Часы тикали, время шло, а гости и родители задерживались. Открыв холодильник, Димка грустно вздохнул — содержимое не радовало. Он вспомнил, что мама хотела сходить сегодня за продуктами, но из-за отъезда не смогла. В животе урчало, семечки быстро превратились в большую горку шелухи, да и игра уже порядком надоела.

Отец прислал сообщение, что будут поздно, и, возможно, по дороге у них получится перехватить гостей. Взглянув на часы, а время было уже приличное, Дима снова уселся перед экраном.

Когда большая компания взрослых людей вошла в квартиру, мама сразу побежала на кухню готовить — после долгой дороги всем хотелось перекусить. Хотелось чего-то горячего — намёрзлись в пути. Дима заинтересованно принюхивался к запахам, прилетающим из кухни — он тоже проголодался. И тут в комнату вошёл отец, поинтересовался, как прошёл день, и как бы между прочим заметил:

— Хотя бы картошку в мундире можно было сварить.

Отец вышел, а у Димы было ощущение, что тот до сих пор стоит рядом и смотрит на него, ожидая ответа. Очень хотелось ему возразить: «Так ты мог сообщение прислать, и я бы всё сделал». Но возражать было уже некому. В принципе, так всегда и происходило: родители о чём-то просили, и он по возможности старался порученное дело довести до конца. Но сегодня ему никто ничего не сказал, никто ни о чём не попросил. Возникшее недоумение стало постепенно назревать мыслью: а сколько же лет ты будешь делать всё по подсказке родителей?!

Анализируя время, убитое сегодня, Димка покраснел, осознавая, что до него хотел донести отец. И не поспоришь — целый день был дома, а для дорогих и близких людей даже палец о палец не ударил! Сразу же перед глазами нарисовалась мамина еда, всегда ожидающая его после тренировок, часто накрытая полотенцем, чтобы он не тратил времени на разогрев пищи. От этих дум юноше стало не по себе, и он решительно пошёл на кухню с желанием оказать помощь в приготовлении позднего ужина…

Засыпая, Димка всё возвращался и возвращался к одному и тому же вопросу: «Спрашивается — какой я после этого взрослый? Даже смешно говорить».

5.92

Из широких дверей актового зала вышла Лена с большим шуршащим пакетом, перекинутым через плечо. Плотно прикрыв за собою двери, она сделала пару шагов в сторону лестницы, но, заметив маленькую девочку возле мольбертов с рисунками, что располагались поблизости, остановилась. К весеннему празднику ученики младших классов подготовили выставку с милым названием «Моя мама». Девочка пыталась закрепить край съехавшего вбок рисунка, но не получилось — тот никак не хотел держаться.

Лена помогла девочке закрепить рисунок, и та, поблагодарив за помощь, проговорила:

— Это моя мама. Я сама рисовала, мне даже бабушка не помогала, — и с важным видом ткнув пальчиком в портрет, где была нарисована дама в больших красных очках с синими волосами, убежала.

Лена молча обошла всю выставку и остановилась возле последнего мольберта. Пакет медленно съехал с плеча на пол, но Лена, не чувствуя этого, продолжала неподвижно стоять с опущенной головой.

В это же самое время, только на втором этаже, где находился актовый зал, к задумчивому Диме подошла учительница.

— Как продвигается работа над проектом? — неожиданно прозвучавший голос завуча вернул Диму в мир повседневных забот и проблем.

— Активно, — выпалил первое попавшее слово юноша, тоскливо озираясь и пытаясь найти предлог, чтобы как можно быстрее уйти от этого разговора.

— Похвально, на этой неделе начинает работу организационный комитет школы по оформлению проектов на конкурс. Можно согласовать детали, если есть необходимость что-то доработать, — казалось, завуч внимательно изучал напряжённое лицо школьника.

— Да, — пытаясь выглядеть более уверенным, выдавил из себя Дима.

— Конечно, если вы уверены в своей работе, то можете её сдать через десять дней, перед отправкой на сам конкурс… — завуч хотела ещё что-то спросить, но подошедшие учителя отвлекли её, чем Дима и воспользовался, быстро исчезнув с поля зрения.

«Через неделю надо принести уже готовую работу?!» — юноша сам себя огорошил этим вопросом. В голове снова всплыла фраза завуча «если вы уверены в себе». Дима ни в чём не был уверен, у него на самом деле хорошо получалось рисовать только треугольники, и тут он не шутил. А вот что может Фея — для него тоже было загадкой. Но если подумать, раз Фея согласилась, то, может быть, она умеет что-то? А если она согласилась лишь для того, чтобы завуч оставил их в покое? С такими тревожными мыслями Дима стал спускаться по лестнице в сторону гардероба.

На пути ему попалась ещё и Сабинина со своими вопросами по поводу выпускного. Только от неё отвязался, как староста класса, на которую он наткнулся возле столовой, неожиданно дала дополнительное поручение.

Влетев в гардероб и схватив с вешалки куртку, он выбежал на школьное крыльцо и облегчённо вздохнул. Пытаясь поймать убегающий рукав, Димка развернулся и увидел на крыльце ещё одного человека. Это была Лена, она пыталась пристроить на плече большой пакет, но он соскальзывал, словно непослушный ребёнок, который хочет, чтобы его несли на руках.

«Похоже, сегодня у меня день встреч», — подумал юноша, решая как на этот раз избежать ненужного общения. Сначала хотел просто спрыгнуть с крыльца и уйти вдоль здания окольным путём — через забор. Но почему-то почти сразу передумал и неуверенно направился к Лене. На мгновение ему показалось, что девушка плачет. В подтверждение этого юноша отчётливо услышал громкий всхлип.

— Давай помогу, — просто и без всяких расспросов вызвался Димка.

Девушка мотнула головой, не желая принимать его помощь, и решительно опустила ногу на ступень крыльца. Её слегка качнуло, объёмный пакет полетел вниз. Дима едва успел перехватить его одной рукой, вторая же рука исполняла роль своеобразных перил, удерживающих девушку от падения.

— Всё… нормально… — произнесла Лена. Ей хватило нескольких секунд, чтобы прийти в себя, и она продолжила медленно спускаться. Не отставая от неё, Дима шёл рядом, стараясь предугадать выбранный ею маршрут. Заметив его растерянный взгляд, Лена махнула рукой в сторону ближайших домов:

— Я живу рядом, а у тебя в руке реквизит: бабушкины шуба и шапка. После твоего выступления мы с девочками тоже участвовали в небольших постановках к празднику.

— Интересно, а что это за материал такой? — облегчённо выдохнул Дима, не зная, что сказать в такой ситуации, как поддержать грустного человека, тем более, что с девчонками общаться он не умел.

Лена сама начала разговор, который разрядил непростую для Димы обстановку:

— Каракуль. Шубу эту ещё моя прабабушка носила, короче, древняя вещь, — голос девушки окреп. Подняв голову к небу, Лена прищурилась, рассматривая проплывающие над городом облака.

У Димы в сумке загудел телефон, поставленный на режим вибрации, и он, посмотрев на экран, сразу ответил:

— Да, сейчас уроки закончились, и я зайду, как ты просила. Да, я помню, помню. Хорошо.

— Мама звонила? — спросила его Лена, выжидающе глядя на парня.

— Да, а как ты…? — удивился Дима её быстрой догадке.

— Так сразу видно, по интонации. Так только с мамой разговаривают или с бабушкой, — утвердительно заключила девушка.

Когда они подошли к дому, Лена указала на лавочку рядом с подъездом — на неё можно было положить пакет. Дима обратил внимание — глаза Лены снова заблестели от слёз, но она, быстро с этим справившись, стала загружать его вопросами:

— Ты к Фее ходил?

— Да.

— Получился сюрприз? А?

— Сюрприз? Да… безусловно.

— То-то! Теперь ты мой должник! Гениально я придумала! Правда?

— Да, я до сих пор в себя не могу прийти, — ответил ей Димка искренне, удивляясь, как быстро меняется настроение у девушки.

— Я всё думаю, почему она тогда согласилась взять твою валентинку? — заглядывая Димке прямо в глаза, задала-таки Лена вопрос, очевидно, давно не дающий покоя.

— Да, я сам без понятия. Честно.

— Она говорит, что впервые тебя увидела! Ну, не верю я, чтобы Фея у незнакомого парня, которого видит впервые в жизни, взяла приглашение! Это просто в голове не укладывается.

— Я тоже её впервые увидел, когда валентинку ей Сабинина вручала. Я тебе уже об этом говорил.

— Дима, ну ты вспомни, постарайся, может, ты её раньше где-то видел?

— Ну, если бы я её раньше где-то встретил, то точно бы её запомнил. Её трудно не заметить при встрече.

— Да, тут ты прав. Значит, друг друга не видели. Пойми меня правильно — я рада, что она с тобой подружилась. Просто до этого она в нашей школе всех парней держала на расстоянии, а тебе даже разрешила её проводить до дома.

Дима только развёл руками в недоумении.

Лена вдруг пристально стала рассматривать Димку и после продолжительного изучения изрекла наконец:

— Ну, парень как парень. Что она в тебе разглядела? Не понимаю…

— Может, я пойду? — Димка стал переживать — куда качнётся маятник настроения у этой девушки? — так не хотелось видеть её слёз.

— Подожди, есть разговор. Давай присядем на пару минут, — голос девушки изменился, явно, она хотела сказать что-то очень важное.

— Ладно, — согласился Дима, укладывая пакет между ними.

— Я хочу рассказать кое-что про Фею. Это касается её лично. Об этом никто в школе не знает, — негромко начала Лена, внимательно глядя в глаза собеседнику.

— Стоп, стоп! Я не хочу вмешиваться в личную жизнь этого человека! Зачем ты вообще об этом рассказываешь другим?! — Димка резко вскочил с лавочки и решительно сделал шаг в сторону.

— Да? Ты уже вмешался в её личную жизнь! И я бы не начала этот разговор, но причина тут одна: ты — единственный, с кем она сейчас решила сблизиться… Я хочу тебе помочь. Вначале выслушай, чем кричать тут!

Димка остановился, с недоверием посмотрел на девушку и глухо выдавил из себя:

— Хорошо.

— Самое главное — она тебе доверяет. А доверие Феи трудно заслужить. Я доверяю ей полностью, а через неё — тебе. Видишь, как всё просто. Слушай, а ты был у неё дома в гостях?

— Нет.

— И не будешь. Она никого к себе домой не приглашает, и на то есть причина.

— А мне обязательно надо её знать? — резонно возразил Дима, но не так громко и напористо.

— Да, именно тебе её знать надо, ради самой Феи. Понял?

— Пока не очень.

— Начну издалека и расскажу тебе вначале про свою семью. Моя мама… она жива, но я её никогда не видела. Фотокарточки не считаются. Когда мне исполнился один год, а моему брату — пять лет, наша мама ушла из дома, причину никто не знает, только сказала отцу, чтобы он заботился о нас. Брату было десять, когда он случайно её встретил. Побежал в киоск купить газировки, и там к нему подошла незнакомая женщина, назвала его фамилию и имя, а потом подарила ему шоколадку и сказала, что она его мама… и ушла. Это был последний раз, когда её кто-то из нашей семьи видел. Поэтому мы хотим с братом найти её — будем на своей машине таксовать по городу и обязательно найдём.

Дима сел на лавочку, нервно теребя края куртки. Он не ожидал такого откровенного разговора и был очень взволнован услышанным.

— Ты первый, кому я в школе об этом подробно всё рассказываю. Фея, возможно, догадывается об этом. Всё-таки мы с ней вместе за одной партой целый год сидим. Но и я тоже кое-что заметила: у нас с ней очень похожие ситуации, только реакция разная. Если в школьных разговорах поднимается тема, где говорят про родителей, то я начинаю тараторить без конца, чтобы скрыть волнение, стараюсь уйти от этой темы, а Фея, наоборот, вся замирает и надевает на себя маску безразличия. У неё проблема в семье с отцом, как я догадываюсь. Поэтому, находясь рядом, старайся не задевать эту больную для неё тему. А если кто-то начнёт при ней подобный разговор, то постарайся помочь в этой ситуации. Вот что я хотела тебе сказать…

— Прости, я не так тебя понял, — теперь уже Дима опустил голову, осмысливая только что сказанное девушкой.

— Береги своих родителей. До завтра, — донеслось до Димы сквозь плотный мысленный туман, что накрыл его в этот раз основательно и надолго.

5.93

Закрыв учебник, Димка включил музыкальный трек и устало посмотрел в окно — в соседних домах убегающий день зажигал в окнах свет, и городские огни провожали этот день своим многоглазием, наутро ожидая новой встречи. Дима подумал, что где-то сейчас, в своей комнате, находится Фея, может, у неё тоже горит свет, и она также смотрит в окно, а может, наоборот — в её комнате темно и беззвучно. И снова серпантином в памяти закружились моменты вчерашней встречи. Тогда он ещё не знал, что Фею выписали из больницы на пару дней раньше…

…Вечером движение горожан по тротуару было насыщенным, и поэтому приходилось невольно придерживаться общей скорости передвижения. И когда идущий навстречу человек резко остановился, это невольно бросилось Диме в глаза — это была она, ожидаемая им девчонка из параллельного класса. Она стояла прямо перед ним, буквально в пяти шагах. Он резко затормозил, не отводя своего взгляда от неё.

Короткая, но при этом явная борьба с самим собой, вновь напомнила о себе — захотелось свернуть за ближайший киоск и подождать, когда Фея пройдёт мимо. Опять, по старой привычке, сработал на автомате его внутренний механизм самоустранения от сложных ситуаций, в которых он не знал, как себя вести, а тем более, когда в этом участвовала девушка.

Он не был готов к этой встрече… В памяти всплыли слова одного пожилого человека: « Даже если ты её встретишь случайно, то не веди себя так, словно вы случайные знакомые». Понимая, что уходить от этой внезапной встречи было бы неправильно, Димка решил поздороваться с Феей, как только она подойдёт поближе.

Ожидая, когда девушка продолжит путь, он не упустил возможности понаблюдать за ней — её глаза в это время были прикованы к серой ленте тротуара. К тому же внимательный взгляд юноши уловил, что лицо её вдруг сильно изменилось — в облике девушки явно произошла какая-то перемена: она вся осунулась и побледнела.

Фея подняла голову и отсутствующим взглядом посмотрела перед собой. Когда она проходила мимо Димы, он понял, что она сейчас идёт там, где нет спешащих и снующих людей, мелькавших рядом, нет этого бегущего по городу тёплого, на удивление, дня, нет его — Димки. От понимания происходящего вдруг стало тревожно, и чувство это увеличивалось по мере того, как силуэт девушки удалялся, а вскоре и совсем исчез, как будто его захлестнула серая волна огромной толпы.

Димка стоял, вглядываясь в сторону исчезнувшей Феи, и вдруг ощутил, что какая-то часть его не захотела мириться с этим и, отделившись, побежала по её следу.

А когда он подошёл к тому месту, где только что стояла Фея, то увидел на сером асфальте обычное чёрное перо. Так же, как и она, юноша замер, разглядывая находку, пытаясь понять, почему она вызвала у девушки такие сильные переживания.

***

Вволю накувыркавшись на всевозможных аттракционах в парке отдыха, где как всегда штатным фотографом была мама, весёлая команда в полном составе из трёх человек неторопливо направила свои шаги к дому. Ловко оседлав шею отца, девочка лет пяти выбирала нужную, по её мнению, дорожку в оживлённом водовороте посетителей, успевая при этом «разбираться» с белым коконом сладкой ваты, не забывая и о своей «лошадке».

Вдруг, разглядев что-то за небольшим павильоном с кривыми зеркалами, она предложила изменить маршрут и, указав рукой в сторону большой аллеи, сказала:

— Папа, там что-то случилось. Пойдём посмотрим.

— Приказ понял! Да, если надо будет повернуть направо, то можно воспользоваться этим переключателем, — шутливо дотрагиваясь до правого уха и изображая при этом автомобиль, ответил отец.

Столпившиеся возле высокого дерева люди, оживлённо переговариваясь, смотрели куда-то вверх, и лишь один человек, не поднимая головы, всхлипывая и разводя маленькие ручонки в стороны, громко рыдал, постоянно повторяя одну и ту же фразу:

— Он улетел! Он улетел!

Вскоре картина происходящего стала проясняться. У мальчика выскользнул из руки красивый воздушный шарик в виде поросёнка из известного мультфильма, почитателем которого, видимо, и являлся плачущий карапуз.

Широкая ветвь липы смогла остановить свободный полёт шарика, но все понимали, что это временная остановка. Тогда кто-то из присутствующих решил оказать помощь — попытался длинным прутиком зацепить короткую ниточку шарика, но в итоге только усугубил ситуацию, дав возможность беглецу оказаться на самом краю ветки. И теперь все отчётливо осознавали, что любое малейшее движение ветки — и можно смело попрощаться с этим летуном.

— Да, тут надо искать великана, а мы бессильны, — философски прозвучало из притихшей толпы.

— Считайте, что вы его уже нашли! — объявил подошедший к толпе мужчина, бережно опуская свою дочку на землю.

— Виктор, ты что-то придумал? — улыбаясь, спросила его молодая женщина с фотоаппаратом.

— Знаешь, великан от слова «великий», но он великий был по росту, — загадочно улыбаясь в ответ, произнёс он и, присев на корточки, обратился к дочери со словами: — А мы будем находчивыми!

— И сообразительными! — громко подхватила девочка, поднимая вверх палочку от сладкой ваты, как воин своё боевое копьё.

— Так, просьба ко всем — не дышать, не реветь, немного расступиться в сторону. Сейчас перед вами выступит замечательная команда охотников по ловле летающих поросят! — уверенно прозвучавший мужской голос подействовал на людей, и они послушно откликнулись на просьбу.

Просьба — дать больше пространства возле высокого дерева — была очень кстати, так как шедшие мимо люди стали останавливаться, и вскоре многочисленные зрители образовали широкий полукруг.

Убедившись, что супруга выбрала хорошую позицию для предстоящего снимка, мужчина подошёл к хозяину шарика и тихо попросил малыша:

— Если будешь плакать, то у нас ничего не получится. Поэтому, давай, быстрее спрячь свои слёзки. Договорились?

— Не буду, — выдохнул мальчик, внимательно разглядывая охотников за воздушными поросятами.

— Главное, хватай двумя руками одновременно, а если увидишь, что у тебя не получается, то не трогай его, лучше мы повторим попытку. Ну, а как сгруппироваться ты помнишь! — давая последние наставления дочке, мужчина сделал вдох и, обхватив стройную фигурку руками, добавил уже самому себе: — Высоковато, но мы должны справиться.

Девочка взлетела высоко вверх, и, когда она ещё была в воздухе, громкая волна аплодисментов уже летела ей навстречу, поздравляя с удачной охотой.

— Красивая фотография получится, её надо в рамочку, — похвалил жену мужчина.

— И на мой стол поставить! — бойко добавила девочка, крепко держа родителей за руки.

На выходе из парка молодая женщина, ответив на телефонный звонок, шутливо сказала:

— Виктор, тебя оставляю со Светланкой, а мне надо срочно забежать по работе в офис. Ненадолго. Обещаю на обратном пути тоже поохотиться, только в магазине.

Помахав на прощание рукой, мама вошла в троллейбус, а удачливые охотники неспешно потопали по старой части города к реке, где была запланирована прогулка на речном трамвайчике.

Пройдя пару кварталов, они остановились, пропуская старый потрёпанный грузовичок, поворачивающий с главной дороги в узкий проезд. Вдруг машина издала характерный металлический треск, и её кузов резко перекосило на одну сторону. Поломка оказалась серьёзной, в подтверждение чего раздался громкий голос водителя:

— Слушай! Мы с тобой так не договаривались! Всего-то осталось двадцать метров, а ты уже сдалась?! Я же тебя просил, дорогая, потерпи ещё немного.

Отмахиваясь небрежно рукой от просигналившей машины, пытающейся проследовать тем же маршрутом, мужчина в белом берете, с чёрной волной шикарных усов медленно вылез из кабины и, присев на корточки, стал внимательно осматривать машину.

— Эвакуатор вызвать? У меня есть номера службы, — участливо спросил его мужчина с сидящей на его плечах девочкой.

— Благодарю. Ещё полчаса назад вызвал, я уже догадывался, что обратно мы своим ходом дорогу не осилим. Только проблема в том, что до приезда эвакуатора мне надо её срочно разгрузить, — выдохнул водитель, снимая берет, расшитую серебристым позументом курточку и закатывая рукава на рубашке.

Аккуратный почерк в одежде водителя давал сильный контраст с машиной — изрядно пошарпанная, с большим пятнами ржавчины, она была неприглядна. И словно читая взгляд остановившегося пешехода, водитель коротко объяснил:

— Шофёр этого механизма, скажем так, внезапно приболел. А её успели к тому времени загрузить, поэтому мне пришлось сесть за руль. Время не терпит, да и люди ждут.

Тяжело вздохнув, водитель задумчиво посмотрел на небо и предупредил:

— А вы тут не стойте, скоро дождик начнётся. Спешите домой, а то промокнете.

Вскоре недовольно загудела ещё одна машина — та, что хотела выехать из узкого проезда. Но мужчина, не обращая внимания на неё, отодвинул потрёпанный тент и решительно сдёрнул засов борта.

— Так, что тут у нас? — прозвучал возле машины громкий возглас, и в открытый кузов заглянули с любопытством ещё две головы, заставляя водителя сделать шаг в сторону.

— Я думал, вы уже в метро? Тут ничего интересного: гипс в мешках и листы фанеры. Нам не хватило для декораций и поэтому пришлось срочно докупать эту партию, — объяснил хозяин машины, извлекая первый мешок и прикидывая глазами, куда его лучше положить.

— Будет плохо, если дождик подружится с вашим грузом, — подхватывая сразу два мешка, заметил как бы невзначай ещё один «грузчик», при этом ловко подмигивая дочке, с улыбкой выглядывающей из кабины машины.

Примчавшийся дождик назойливо забарабанил по старому тенту фургончика, сложенному вдвое и надёжно укрывшему перенесённый из машины груз. Сообразительные «грузчики» догадались его снять перед тем, как эвакуатор забрал сломанный автомобиль.

— Рубен, — протягивая руку в знак благодарности, с грузинским акцентом произнёс водитель, довольным взглядом окидывая аккуратно сложенный груз.

— Виктор, — добродушно прозвучало в ответ.

— Света, — опуская свою ручку сверху и завершая этим знакомство, задорно засмеялась девочка над испачканными физиономиями «грузчиков» — при переносе гипса несколько мешков оказались дырявыми.

— Вы теперь мои гости, и пока я вас не угощу чаем с козинаками, то не буду спать, и моё сердце не будет знать покоя, — крепко удерживая руками новых знакомых, Рубен был настойчив.

Узкие прорези окон в просторном зале были похожи на бойницы в старинном замке, а тонкие лучи света, скользившие по бегущим волнам декораций, приглашали вошедших сразу окунуться в мир сказки и оставить городскую суету за закрывающимися дверями.

Несколько человек, уже изрядно испачкавшись краской, старательно давали жизнь морской стихии — изображая на огромном полотне новые волны. Рядом с ними, возле стены, находилась декорация изящной башни с высоким шпилем. Собранная из вырезанных листов фанеры, она смотрела на вошедших строгим оком зелёных окон.

Быстро окинув взглядом весь зал, Рубен нырнул в небольшой проём стены, увлекая за собой гостей. Как оказалось, он был помощником главного художника этого театра, и ему было поручено готовить декорации к новой театральной постановке.

Запыхтел чайник, и вскоре перед гостями появились ароматные сладости на бумажных тарелках.

Эти импровизированные тарелки Рубен ловко смастерил из плотной бумаги прямо перед восторженными глазами маленькой девочки. Вырезав на бумаге по кругу длинные хвостики, он умело переплёл их между собой, тем самым придав тарелочкам красивый вид со всеми тонкостями необычного дизайна.

— Здорово! А она летает? — девочка похвалила гостеприимного хозяина за этот бумажный мастер-класс и одновременно направила свою руку в сторону окна.

— Да, конечно, летает. Надо только ей немного с этим помочь, — улыбаясь ответил Рубен, снимая с крепления большую белую сову и аккуратно устанавливая её на стол.

— Она тоже будет выступать? — спросила Света, внимательно изучая ночного хищника.

— Да, ты права, у неё очень важная роль в новой постановке, — мужчина разложил по тарелочкам сладости и, передав Виктору пачку листов, добавил: — Здесь краткое описание этой истории, можете ознакомиться. А я вас покину буквально на пару минут — надо решить проблему с выгруженными материалами.

— Оказывается, когда ночь захватила власть в той волшебной стране и всех разбросала в разные стороны, люди смогли найти друг друга в этих глухих потёмках только благодаря этой птице! — быстро просмотрев сценарий, объявил Виктор вслух.

— Да? А как это она делала? — поинтересовалась девочка, сжимая сладкие орешки в руке.

— Чтобы она могла оказать помощь, необходимо было выполнить одно условие: между людьми должны быть честные и доверительные отношения. Тогда перья у белой совы начинали светиться, она могла лететь и показывать нужный путь для соединения потерявшихся людей в кромешной тьме, — просматривая напечатанные листы, ответил ей отец.

— А если между людьми нет доверия? — спросила девочка, оставив на время своё лакомство.

— Тогда… — мужчина перевернул несколько листов и задумчиво произнёс: — Тогда у неё перо темнело и становилось чёрным. И если люди не приложат вовремя силы, чтобы восстановить доверие, то она со временем не сможет летать и показывать им дорогу друг к другу.

Пропиликал телефон, и Виктор, прочитав сообщение, торопливо поднялся:

— Света, допивай чай быстрее, мама нас уже ждёт. Надо попрощаться с Рубеном и бегом домой.

— Папа, а мы ещё придём сюда?

— Да, конечно, мне Рубен и свою визитку дал, и телефон мой выпросил. Он пригласил нас всех на премьеру спектакля.

— Папа, ты возьмись у совы за одно крыло, а я за другое. И пусть всегда у неё на крыльях будет белое перо! — торжественно произнесла девочка, с серьёзным видом ожидая ответа от взрослого человека.

— Белое перо! — поддерживая её настрой, ответил отец, протягивая свободную руку дочери.

— Белое перо! — крепко сжимая протянутую ладонь отца и завершая этот своеобразный ритуал, звонко прозвучал детский голос.

5.94

Раздвинув шторы, Димка сосредоточил своё внимание на маленьком горшочке с цветами. Пытаясь укрыться от пристального взгляда юноши, «малыш» старался затеряться среди больших собратьев, важно дремлющих в эти утренние часы на широком подоконнике. Но уверенная рука Димы извлекла его из спасительного островка тени, и вскоре он был установлен на письменном столе, к тому же Дима подложил под него ещё и чистый лист бумаги.

Неожиданных встреч в последние дни у Димы было немало. Последствия их отразились в виде недосыпа и новых, непривычных для него поступков. Он и представить себе не мог, что ранним утром, с первыми лучами солнца, в свой единственный выходной, его, не отошедшая ещё от сна, физиономия будет старательно изучать маленький цветочный горшочек, усыпанный мелкими голубыми соцветиями.

Неутешительные выводы о том, что расхлёбывать проблему с конкурсным проектом для зоопарка, возможно, предстоит в гордом одиночестве, не пугали его. А ввиду последних событий он понимал, что Фею сейчас лучше не беспокоить — нужно самому найти решение по оформлению этого задания. Хотя бы попытаться. Разгладив перед собой лист белой бумаги, Димка решил проверить свои внутренние резервы — если с рисованием дело не ладится, то можно пойти окольным путём и попытаться просто срисовать. Тут большого ума не надо. Главное — глазомер и практика.

Прочертив контур горшочка, начинающий художник отодвинул на вытянутой руке листок и заметил, что у него получился какой-то кособокий треугольник. Взяв резинку, он стал задумчиво стирать неудачные линии, но в этот момент прогудел зуммер телефона.

На панели высветился кружок, где нарисованный волк в тельняшке дул в парус — это был символ, принадлежащий Вадиму. Обычно мальчишки переписывались при помощи смс, так как оба не любили тарахтеть по телефону. Сейчас Вадим прислал видео, что делал достаточно редко.

На экране промелькнула смеющаяся рожица и короткая фраза под ней: «100 весёлых секунд!». Сразу же после этого пошёл видеоролик. По мере того, как секунды на экране убывали, Димкино недоумение наоборот только росло.

Там был запечатлён он, собственной персоной: неизвестный оператор очень грамотно зафиксировал тот летний день, где Димка шустро собирает убегающие от старушки яблоки по тропинке к железнодорожной платформе. Съёмка шла с бетонных плит платформы — ракурс был выбран очень хорошо. Но больше всего удивило Димку то, что ролик начинался с того момента, когда падение яблок ещё не было замечено им, словно человек знал, что сейчас произойдёт нечто интересное. Не успел Дима переварить увиденное, как пришла смска от Вадима: «Ты на просмотры глянь!»

Окинув взором число просмотров, Димка ахнул — оно и впрямь было внушительное. Чуть ниже была прикреплена сноска автора, выложившего это видео в интернет. Кликнув электронный адрес, он увидел перед собой мышонка. Вернее, их было даже два.

5.95

Повседневная школьная жизнь каждого ученика состоит из множества разнообразных событий и встреч. Порою среди них есть такие, которые школьник ожидает с нетерпением, и те, о которых он предпочитает не думать.

Две совершенно полярные личности в формате школьного общения имели сейчас для Димы определённое значение: Фея, присутствие которой он с недавнего времени пытался интуитивно уловить, и завуч школы. Только Фею он желал видеть, а завуча пытался тщательно избегать.

Увидев среди шумной толпы учащихся узнаваемый силуэт учителя, Димка сделал пару шагов назад и быстро завернул за угол коридора. Облегчённо вздохнув, он удовлетворённо улыбнулся: как-никак опасность миновала. Но передышка была недолгой, так как рядом строго прозвучал громкий голос:

— Так! От кого прячемся?! Опять учебники дома забыл?!

От неожиданности Димка даже слегка вжал голову в плечи, пытаясь прийти в себя от услышанных в его адрес слов.

— Ну что?! Испугался! Ха-ха! — прозвучало звонко и насмешливо. Это была Лена, которую он не заметил, пока «играл в прятки» с завучем.

— Хорош так шутить, — выдохнул Дима и убедительно добавил: — Так можно и заикой стать.

— Хм… а от кого прячешься? — в голосе звучали уже нотки участия.

— Да завуч работёнку подкинула не вовремя, — растерянно ответил Дима, решая, как ему лучше завершить разговор с Леной и побыстрее раствориться в гудящем коридоре школы. Ведь если тут находится Лена, вполне возможно, что и Фея где-то рядом может быть.

Увидеть Фею — это одно, а вот разговаривать с ней — это совсем другое. Словно в подтверждение правильности Димкиных умозаключений ещё два человека направились в его сторону. Любовь Сабинина держала в руке исписанный лист бумаги и что-то убедительно озвучивала идущей рядом с ней девушке. Фея, слегка нахмурив брови, старательно вслушивалась в её речь, на ходу придерживая руками бегающих ребят из младших классов.

— В общем, у вас пара дней есть, ответ жду желательно положительный. А то парни у нас в этом году какие-то заторможенные, так трудно их приобщать к культурным мероприятиям! — выпалила подошедшая Сабинина и, обращая взгляд на Димку, с улыбкой сказала, — За редким исключением.

— Привет, — устало обронила Фея, переводя поочерёдно взгляд с Лены на Димку.

Она заметила, что у них только что был оживлённый разговор, но о чём шла речь, конечно же, не догадывалась. Лена же с довольной улыбкой собралась было открыть рот, чтобы озвучить не очень приятную для Димки историю, но Сабинина, которая обратилась к Лене, выручила его:

— Лена, извини, что с опозданием, но мы решили отметить помощь твоей бабушки в подготовке праздника, не в первый раз она нас выручает. Поэтому пойдём, я тебе передам для неё небольшой сувенир и грамоту.

Сделав несколько шагов вслед за Сабининой, Лена вдруг развернулась и, подбежав к Фее, тихо, но отчётливо прошептала так, что Димка тоже смог услышать:

— А он… от Людмилы Прокофьевны прятался сейчас! Даже дрожал весь, бедненький!

— Да чего ты там, — начал оправдываться Дима, но Лены уже и след простыл — она мгновенно испарилась из виду, догоняя Сабинину.

Ему не хотелось обременять Фею школьными проблемами, хотелось самому попробовать решить их, но эта особа, только что убежавшая с хохотом, всё рассказала и не оставила ему возможности для манёвра. Димка отчётливо понимал, что девушка, стоявшая перед ним, легко поймёт, если он сейчас начнёт юлить или что-то недоговаривать, даже из самых лучших побуждений. Поэтому, придав голосу по возможности беззаботное звучание, он, высверливая взглядом невидимую соринку на стене, попытался объяснить сложившуюся ситуацию:

— Да завуч спрашивала, как дела с конкурсным проектом для зоопарка. Я сказал, что всё под контролем. Просто не хотел ей попадаться на глаза — вдруг ещё что-то придумает.

— Когда сдача работы? — голос девушки был тихий, и в нём Дима уловил лёгкую озабоченность.

— Через неделю надо сдать, — волнуясь, ответил он, мысленно показывая кулак в сторону только что убежавшей Лены, не в меру болтливой.

— Значит надо сдать! — невозмутимо заявила Фея, поправляя на плече рюкзачок.

— А ещё Софья Ивановна просила нас, когда ты поправишься, окна ей вымыть дома. А то ей тяжело, — протараторил Дима, довольный тем, что ему удалось сменить тему.

— Ватман получил? — неожиданный вопрос снова повернул разговор в старое русло.

— Два листа у меня дома лежат, — обеспокоенно ответил Дима.

— Тогда прихвати их, когда пойдём к Софье Ивановне, — обронила Фея, оборачиваясь на громкий окрик Лены.

— Ладно, — выдавил из себя парень, разглядывая грамоту, что протянула в его сторону подошедшая Лена. Она же в это время показывала Фее сувенир, который передала Сабинина.

Выждав несколько секунд, пока грамота и сувенир внимательно изучались, Лена решительно шагнула вплотную к Фее, но при этом, указывая рукой на Димку, недовольным голосом произнесла:

— Ты знаешь, он тоже не может, у него тренировки.

Как пить дать, она не оставит их в покое, пока не дождётся нужного ответа. В какой-то степени Лена имела на это право, так как на её приглашение прийти к ней домой отпраздновать день рождения оба, стоявшие рядом, ответили отказом, сославшись на нехватку времени в назначенный день.

— Я же сказал, что у меня свободный день только воскресенье. А так у меня сейчас по две тренировки в день и соревнования на носу, — начал первым оправдываться Димка.

— Знаю, ты говорил, но бабушка с дедушкой не хотят мой день рождения отмечать раньше или позже. Мне их не уговорить, — ответила Лена, от безнадёги взмахнув вверх руками.

Дима вопросительно посмотрел на Фею, и она, подтверждая свою позицию в данном разговоре, сказала:

— У меня тоже не получится в этот день прийти.

— Хорошо, тогда подарки за нами! Договорились?! — выпалил Дима первое, что пришло в голову. Ему хотелось завершить этот разговор на позитивной ноте.

— Ладно! А когда будет тепло, сходим вместе в кафе и наедимся мороженого! — на удивление легко сдалась Лена, охотно приняв Димкино предложение, а прозвеневший звонок заставил их разойтись на разные этажи школы.

Март сиял, высвечивая в снежных хрусталиках, рассыпанных по городу, маленькие яркие вспышки, словно хотел подарить по такому ожерелью всем жителям города.

Мальчишка за партой внимательно рассматривал вспыхнувшую снежную гирлянду на ветке за окном и тоже улыбался. Его сердце пело, тихо, но отчётливо. Наверное, это был весенний мотив, который он смог услышать от постучавшей в окно весны. Его весны.

5.96

Димка шёл по узкой дорожке за школой в сторону дома и, пиная изо всей силы обломки спрессованного снега, оставшиеся после расчистки дороги проехавшим мимо трактором, мысленно бушевал: «Всё не так! Далеко всё не так! Какие ещё треугольники?!»

Причина, вызвавшая возмущение, была скрыта в коротком разговоре, состоявшемся возле гардероба несколько минут назад. Этот недолгий диалог никак не выходил из головы. Он и завязался-то с простого Димкиного вопроса:

— А что будем рисовать? — хотелось уточнить у Феи важную деталь их совместного проекта.

Ответ обескуражил:

— Треугольники. Ты же сам заверил, что у тебя они хорошо получаются. И Людмила Прокофьевна одобрила, сказав, что треугольники можно. Ты что, забыл?

Ничего, кроме как «да… но, это так…» Дима не смог возразить… А после появилась Лена и своим приходом как бы поставила точку в обсуждении.

— Всё не так! — уже вслух громко произнёс расстроенный парень, не пытаясь скрыть огорчения.

Конечно, он переживал за Фею. Если с проектом ничего не получится, то для некоторых это послужит поводом посмеяться над ними. Этого Дима не мог допустить. Реакция завуча на плохой проект тоже была бы нерадостной, и неизвестно, во что бы она вылилась.

Он удивлялся спокойствию Феи, словно её всё устраивало. Но с другой стороны, если она также не сильна в подобных вещах, то хотя бы не нервничает, как он, и своим отношением оказывает ему доверие, надеясь на то, что парень что-нибудь придумает в конце концов. Поразмыслив над этим обстоятельно, Дима успокоился, и его шаги стали более уверенными и быстрыми.

На старой ограде, построенной между небольшими домами, через равные промежутки были установлены аккуратные шарики, и сейчас они были облюбованы голубями, добавляя строению из кирпича и бетона лаконичную завершённость. Вышедшие из соседнего дома люди спугнули птиц, и Дима мысленно спроектировал на эти шарики чётко расчерченные треугольники, горько усмехнувшись над самим собой.

Проходя через небольшой парк, зажатый со всех сторон городскими постройками, он увидел на снегу свежий след, будто тут только что пробежал мышонок. Увиденное натолкнуло его на определенные мысли.

Придя домой, он сразу же включил компьютер. Кликнув электронный адрес, опять увидел перед собой мышонка — вернее, всё тех же двух мышат. И если в прошлый раз он уделил изображению на экране несколько секунд, то сейчас у него было более основательное намерение.

Первый мышонок, умело сшитый из разноцветных лоскутков, с красивой брошью на элегантном костюмчике, важно восседал на маленьком стульчике. Он ловко устроился на компьютерном столе, весело подмигивая и даря широкую улыбку зрителям. Второй сидел в кресле и держал в руке несколько карандашей и кисточек. Его узкие скулы, широкий лоб и вытянутая вперёд форма мордочки вкупе с плотной чёлкой чёрных волос вызывали у Димки ассоциацию с образом мышки. Этой мышке-девушке даже не надо было гримироваться для исполнения своей роли. Выглядела она задорно и позитивно, приглашая всех посетителей её электронной страницы посмотреть на творческие работы и при желании оставить отзыв.

Пролистав представленные творческие работы, Димка удовлетворённо хмыкнул и отправил автору памятного видеоролика своё сообщение. Конечно, он не хотел общаться с девчонкой, но обстоятельства заставляли искать у неё совета и поддержки. Вскоре ему пришёл положительный ответ — девушка откликнулась на его просьбу оказать помощь в работе над школьным проектом.

— Так, надо запомнить, Ксения Болина, — откинувшись на стуле, Дима наконец позволил себе улыбнуться.

Быстро глянув на настенные часы, хотя на экране компьютера время всегда отображалось отчётливо — старая привычка давала о себе знать, — он стал составлять список вопросов, на которые ему хотелось получить исчерпывающие ответы.

В это время Фея, попрощавшись с Леной на школьном крыльце, немного задержалась из-за случайно подслушанного разговора девчонок из младших классов. Девочки говорили о друзьях.

— У тебя сколько в друзьях? — прозвучал вопрос одной девочки.

— Тридцать девять, — ответила та, размахивая пакетом вокруг себя.

— А было сорок.

— Да, я сегодня Анжелу удалила из друзей, она водится с Ритой, а я ей говорила, чтобы она её игнорировала. А у тебя сейчас сколько друзей?

— Сто двадцать семь! — ответила девочка, слегка пританцовывая на ступеньках.

— Круто!

— Знаешь, а у Серафимы из «А» класса, так вообще!

Голоса девчонок стихли, и Фея медленно начала спускаться по ступенькам. Лицо её было задумчивое и сосредоточенное, словно она тоже озадачилась подсчётом, вспоминая всех своих друзей.

5.97

Всем участникам дали дополнительную неделю для завершения проектов. Узнав об этом, Дима, довольный тем, что есть ещё время подготовиться и можно продолжить брать уроки рисования у Ксении по интернету, сразу поспешил сообщить новость Фее. Но она быстро перезагрузила его, напомнив, что Димка сам недавно пообещал Лене: «Подарки за нами!». Получается, что в этот воскресный день им предстоит выбрать подарок для шумной и озорной подруги.

***

Увидев знакомый силуэт среди толпы, выплывающей из-под козырька метро, Дима обрадовался, но тут же ощутил беспокойство, которое наполняло его с невероятной силой, заставляя внутренне сжаться, словно сейчас предстояло сдать архисложный экзамен, от которого зависело многое в его жизни.

Пока Фея ожидала, когда на перекрёстке загорится зелёный свет, у Димы перед глазами пронеслись его «театральные подвиги» — тогда он впервые провёл вечер в обществе девушки. Сегодняшний мартовский день предоставил ему попытку реабилитироваться за те промахи. Повышенная нервозность всё же присутствовала и мешала его настрою.

Он не мог не признать, что находясь в последнее время рядом с ней, вёл себя довольно странно. За прошедшую неделю, когда она пришла в школу после больницы, он постоянно совершал непонятные для него действия: при встрече избегал смотреть ей в глаза, даже произнести слова приветствия стоило особых усилий. Дима пытался погасить в себе это состояние, но ничего не получалось.

Работа над книгой заморозилась. Реальность наполнила его распорядок, отлаженный когда-то до автоматизма, всевозможными проблемами, которые приходилось решать ежедневно, постоянно преодолевая себя. Так любимый Димкин фэнтезийный мир сегодня был в очевидной недосягаемости для своего преданного почитателя.

Ухватившись обеими руками за отполированную до зеркального блеска изогнутую трубу, что ограждала выложенный из брусчатки тротуар от бесконечного потока машин, Дима смог разглядеть в этом импровизированном зеркале себя. С хромированной поверхности, за которую он сейчас крепко держался, на него смотрел парень, очень похожий на него. Парень пытался совладать с улыбкой, которая озаряла его лицо. Дима захотел ему помочь, но никак не получалось. Радость от встречи с Феей перевешивала всё.

Опираясь одной рукой за ограждение, юноша присел на корточки, опустил руку в серый островок снега под ногами, пытаясь изобразить, будто ищет что-то. Хотелось выиграть несколько секунд, которые разделяли его от девушки, шедшей навстречу.

5.98 (1 часть)

Пытаясь избавиться от сумбурных мыслей, Дима искоса поглядывал на Фею. Повернув на перекрёстке за очередную высотку, он неожиданно вздрогнул — шумовая волна, нахлынувшая со стороны огромного торгового центра, который и являлся конечной точкой их сегодняшнего маршрута, ударила на него со всей силой.

Прямо перед глазами нарисовалась живописная картина: на большой площади на месте парковки вырос целый городок, обставленный по периметру красиво оформленными торговыми палатками. Яркая роспись из больших букв «МАСЛЕНИЦА» украшала вход в это манящее пространство.

Самый короткий путь к торговому центру проходил как раз через этот городок, но там было многолюдно и оживлённо, к тому же через колонки громкая музыка, фонтаном выплёскиваясь на всех, окунула бы их в весёлую атмосферу праздника. Зная, что Фее будет там не комфортно — ещё в школе он подметил, что она не сторонница больших и шумных компаний — он остановился, решая, как лучше поступить. Но девушка, в отличие от него, не задумываясь особо, пошла по этой короткой дороге, прямо в центр гудящей толпы, вовлекая и Диму следовать за ней.

Сразу на входе в праздничный городок на Димку, который старательно пытался в бурлящем водовороте людей найти более спокойные места, где можно было бы пройти, набросились какие-то люди, одетые в расшитые узорами костюмы, предлагая всевозможные угощения и мешая продвигаться дальше. Вежливо отстранив от себя внушительного бородача с лотком поблёскивающих цветными рядами леденцов и двух торговок в высоких кокошниках со свежей выпечкой, Дима шагнул в сторону небольшой детской карусели, где, как ему показалось, было не так оживлённо, и на ходу обернулся в сторону Феи, чтобы позвать её. Но увиденное остановило его — вокруг девушки, а вернее, в том месте, где она только что стояла, происходило уже целое праздничное действо.

— Красавица! Этот платочек будто только для тебя сшит! — нараспев голосил кто-то громко и восторженно.

— Ба-ран-ки, ба-ра-но-чки! — с мягким придыханием, увещевая будущих едоков, звучало в унисон.

— Как на масляной неделе из печи блины летели! С пылу, с жару, из печи, все румяны, горячи! — длинная змейка смеющихся ребятишек в хороводе заливалась частушками.

А в самом центре невозмутимо стояла красивая девушка в расшитом замысловатыми узорами платке, обрамлявшем её голову, поверх которого была надета аккуратная нарядная шапочка в блёстках бисера. Всё это убранство делало её образ ярким и запоминающимся. Дима не сразу сообразил, что на него смотрит всё та же девушка, с которой он встретился несколько минут назад — настолько разительный был контраст. Дима замер, опешив от такого перевоплощения.

То, что произошло дальше, не поддавалось никакому объяснению, наверное, это была магия. И магия этой красивой девушки дала ему силы вызваться добровольцем и участвовать в конкурсе «Достань приз!»

Ещё несколько минут назад у него было одно желание — освободить Фею от слишком прилипчивых торговцев, но Дима сам не заметил, что, сделав только один шаг к девушке, сразу оказался втянут в калейдоскоп улыбок, шуток, громких восклицаний, от которых ему стало немного не по себе — непросто было переварить эту какофонию летящих вокруг звуков и слов.

— Ай да добрый молодец, такой гость к нам пожаловал! Белолицый, краснощёкий! — азартно и хвалебно напевая, тут же кто-то придерживал его за курточку.

— Да такому звезду с неба достать для девушки — плёвое дело! — громко прогудело басом возле Димкиного уха.

— Для такой красавицы снять с жёрдочки позолоченный ларец — просто рукой махнуть! — резко протрещало возле другого уха голосом ещё одного зазывалы.

— За одно только участие — горячий блинчик с сёмгой, всё для твоей принцессы! — звучало про поощрительные призы, а гудящая толпа подпирала Диму ближе к Фее, смыкаясь за ними в кольцо.

— А платочек-то энтот расписной да кружевной, что на белых плечах такой лебёдушки горностаем свился, тоже ейный будет! В добавочек! Токмо рыцарю надоть всего-ничего любой приз с жёрдочки взять и всё! — указывая Диме на платок, которым девушка была принаряжена, причитал кто-то за спиной.

При этом вся братия громко говоривших ряженых, изображая сложную траекторию передвижения, мягко напирала, стараясь незаметно увлечь юношу и девушку вглубь городка. И вскоре шумная процессия остановилась в самом центре площади, где ничего не подозревавшему Диме предстояло пройти испытание.

Высоко от земли, на круглом ободе, выполненном в виде тележного колеса, были подвешены разные подарки и призы, а та жёрдочка, о которой только что пели зазывалы, выглядела намного солиднее — это было здоровенное бревно, высотой более десяти метров. Оно, словно колонна, горделиво стоявшая в самом центре большого круга, явно не соответствовала названию «жёрдочка».

Естественно, Дима и не собирался участвовать ни в каком конкурсе — ведь сегодня был запланирован поиск подарка для Лены. Отвлекаться на какое-либо развлечение не было времени. Когда он собрался выразить свой протест, объясняя, что они торопятся, произошло то, к чему он точно готов не был. Фея, вместо того, чтобы поддержать все его потуги избавиться от плотной опеки теснившей их толпы и скорее выйти из шумного гама разгулявшегося праздника, вдруг поинтересовалась, указывая на пару роликовых коньков, которые тоже входили в призовой фонд конкурса:

— Цвет и размер только этот или можно подобрать?

— Конечно, любой размер, на любую ножку! Это только образец, — моментально ответили из толпы.

— Я вспомнила, Лена как-то говорила, что хотела научиться на них кататься, — пояснила Фея свой интерес, обращаясь к растерянному Диме.

Лёгкий ступор, в котором он пребывал, прервали бойкие зазывалы:

— Скажу тебе по секрету, я вижу, как молодице приглянулся платочек, так уж ты постарайся, обрадуй её подарочком!

— Желание девушки — закон для юноши! Так что быстренько достань и вручи то, что она хочет! — убеждали Диму дать согласие.

Дима ещё привыкнуть-то не мог к тому, что не один сейчас. Общение с Феей до сих пор казалось чем-то нереальным, в его понимании этого общения вообще не должно бы быть. Он до сих пор не понимал, как вести себя с ней. Зачем тогда была принята ею та нелепая валентинка? И что, в конце концов, она думает о нём? Но сейчас Дима точно знал, что девушка сказала правду. Просто нужно поверить ей и хорошенько постараться. Он так хочет увидеть в её глазах улыбку, а не искусно спрятанную печаль. Отказать Фее в просьбе было невозможно.

Что-то щёлкнуло в Димкином сознании, словно он смог отключить внутри себя сковывающую неловкость, нерешительность и, перешагнув натянутую ленточку, окружавшую высокий столб, встал в круг, примкнув к участникам этого представления. Почувствовав внутреннее раскрепощение, он улыбнулся и чётко проговорил, выражая своё согласие:

— Для девушки блинчики в студию!

В это время мужчина средних лет, жилистый, с загорелым торсом — он разделся по пояс — довольно успешно добрался почти до самой вершины, но буквально в метре от колеса с подарками забуксовал и, не удержавшись, съехал вниз. Следующий, по телосложению более крупный мужчина, смог одолеть только половину пути.

Шумная толпа шутками и громкими криками поддерживала каждого участника. Правда, не обходилось и без ехидных советчиков, но таких зрители сразу начинали выталкивать в круг, и они быстро замолкали.

Недалеко от этого зрелища тоже раздавались громкие возгласы. Там желающие с завязанными глазами, сидя на бревне, дубасили друг друга подушками. Но зрителей у них было намного меньше. Всё-таки конкурс, в котором предстояло Диме участвовать, был самым главным на этом празднике.

Присмотревшись, Димка понял, что добраться до самого верха будет непросто. Бревно, грубо оструганное внизу, наверху было обработано намного тщательней. Оглянувшись, он увидел, что держа в одной руке свежую выпечку, Фея другой рукой показывала ему характерные жесты. По ним он понял, что она предлагает не снимать обувь, как делали предыдущие участники, а остаться в кроссовках. Кивнув ей в ответ, он снял куртку и приготовился.

С шумом съехал на землю очередной неудачник, и юноша подошёл к массивному бревну. Он понял уже, почему так старательно зазывалы хотели привлечь его к участию в этом конкурсе: всё было просто — желающих потягаться с древесным великаном на глазах у многочисленной публики, при этом ещё и потерпеть неудачу, в этот день было немного, и зазывалы грамотно использовали тот факт, что Дима был с девушкой.

Запах свежеструганной древесины устойчиво сопровождал обоняние молодого человека, а прохладная, слегка липкая смоляная поверхность, к которой сейчас прижималась Димкина щека, убеждала в том, что всё происходит не в каких-то там его фантазиях, а наяву, в этой непредсказуемой и заставляющей делать иногда непонятные для самого себя поступки реальности.

Юноша, подбадриваемый многочисленными зрителями, крепко обхватив руками окружность спиленной недавно сосны, с недоумением задавая себе один и тот же вопрос: «Что я тут делаю?!», оттолкнулся от земли, начиная своё восхождение к белым облакам, что кружились на голубом небосводе.

Если руки ещё могли фиксировать крепкий обхват, то ноги первыми начали ощутимо слабеть. Оставалось преодолеть последнюю треть пути. Поверхность древесины тут на самом деле была гладкой, да и подъём отнял уже почти все силы. Елозя кроссовками по бревну и пытаясь сделать ногами очередной захват, Дима неожиданно почувствовал плотный упор в одной ноге — так сработали кроссовки, вернее, ребро спортивной обуви под определённым углом стало продуктивно сопротивляться скольжению вниз. Дима сразу вспомнил совет девушки и решительно продолжил восхождение.

Колесо с подарками уже виднелось в зоне доступности, когда сроднившийся с бревном юноша понял, что лезть дальше сил не хватит. Почему-то ему подумалось о платке, который обещали подарить девушке, хотя в первую очередь нужно было сосредоточиться на роликах для Лены.

Чувствуя, что начинает медленно терять захваченную позицию, Димка, вытягиваясь изо всех жил, пошёл на очередной захват. По его расчётам ему оставалось ещё четыре перехвата… но смог сделать только три… Напоследок вместо перехвата он просто выбросил вверх к заветному подарку руку. Рука с онемевшими пальцами от перенапряжения вместо того, чтобы схватить пакет с роликами, лишь мягко погладила его…

По инерции, ухватив обессиленной рукой висящий рядом с роликами бумажный постер, Димка, словно лифт в шахте, полетел вниз, к земле.

5.98 (2 часть)

Кроссовки уже коснулись земли, а Димка всё обнимал огромное бревно, словно хотел сразиться ещё раз. Проигрывать всегда обидно, тем более, для победы столько сил было отдано!

Голова гудела, тело ломило от сильной перегрузки, а ноги были будто чужие и не хотели слушаться. Отлепившись от «жёрдочки», Дима сделал пару шагов в сторону, пропуская следующего участника. Но тот почему-то не торопился подходить к бревну, а легонько похлопывая Диму по плечу, что-то улыбаясь говорил ему. Что именно, трудно было разобрать — в ушах стоял непонятный шум.

Покачиваясь, Дима подошёл к маленькой скамеечке, чтобы взять свою куртку. Едва он хотел нагнуться за ней, как кто-то перехватил его руку и быстро поднял её кверху. Ничего не понимая, Дима выпрямился, пытаясь сообразить, что от него хотят. И в этот момент, наконец, осознал, что шум, звучащий в голове, — это громкие крики и хлопки, которые усиленно издавала многочисленная толпа, собравшаяся вокруг…

Дима и Фея после непредвиденной задержки в праздничном городке подходили к торговому комплексу. Юноша, недоверчиво разглядывая в руке длинную полоску ламинированного листа с необычным рисунком — на шахматной доске стояла фигура коня, держащего кофейную чашечку, — спросил:

— Кафе «Эндшпиль»… Будем заходить?

— Давай посмотрим, — ответила Фея и ловко проскользнула в стеклянный сегмент крутящейся двери.

Тот постер, что Дима успел схватить в последний момент, оказался реальным призом, который сейчас можно было получить в этом кафе.

Широкое окно во всю стену чередовалось с таким же широким простенком, деля зал на светлые и тёмные полосы так же, как и расставленные попеременно столы с белыми и чёрными столешницами. Атмосфера, окутанная шахматной темой, исподволь встречала посетителей этого уютного и довольно популярного кафе.

Фея прошла в зал и выбрала столик, возле которого одно кресло пряталось в затемнённой нише, а то, что напротив, находилось в светлой полосе зала. Красивый платок соскользнул с её плеч, и она, на мгновение задумавшись, сложила его по диагонали, потом занесла над головой и, прижав прямо над бровями, завязала сзади одинарным узлом. Придвинув к себе лежащий на круглой столешнице нарядный буклет, она развернула его и углубилась в чтение.

В это время в зале было немноголюдно. Ненавязчиво играла лёгкая музыка. Подошедшая к столику официантка в аккуратной униформе, поддерживая спокойную атмосферу, царившую в кафе, мелодичным голосом предложила сделать заказ. Димка пытался вникнуть в слова девушки, но не получалось — очередное преображение спутницы было тому причиной, выбивающей его из колеи.

Фея, коротко поздоровавшись, продолжала слушать официантку. Дима же, быстро метнув на неё пристальный взгляд, немного рассеяно разглядывая лежащий перед ней буклет, боролся с тем, чтобы не заработать косоглазие: настолько активно в эту минуту работало его боковое зрение.

Сейчас она была совсем другая. За минуту что-то в её облике изменилось… Димка не мог понять, что именно… Но её постоянная собранность и концентрация были слегка размыты и выражены не так чётко — черты лица смягчились, отобразив естественную для человека лёгкую усталость от насыщенного дня. А платок, элегантно выделяя образ девушки, ярко вспыхивал перед глазами, убегая в сознание юноши ещё одним дорогим для него воспоминанием.

Добытый сегодня с большим трудом приз, оказывается, состоял из нескольких частей. Самую первую они получили в виде бесплатного заказа, который им только что принесли. Следующая часть — льготная карта на целый месяц с большой скидкой при оформлении заказа в кафе. Плюс ко всему, посетители, получившую эту карту при желании могли принимать участие в игре прямо тут, в зале.

Чтобы заработать льготную карту, желающим надо было постараться набрать шестьдесят четыре печати в специальном жетоне, где одна печать соответствовала одной чашке кофе при оформлении заказа. А Димка и Фея получили её в качестве дополнительного приза.

— Решили играть? — спросила официантка после того, как подробно объяснила правила игры. Вопрос застал Димку врасплох, всё его внимание сейчас занимал только один человек. Как ни старался скрыть, но сейчас Дима явно получал удовольствие от того, что сегодняшний день предоставил лично ему ещё один подарок — посидеть с Феей за одним столиком в уютном кафе.

— А что, можно? Тогда мы, наверное, попробуем, — ответил с довольным видом Димка. Ему хотелось развлечь девушку, а это было бы хорошей возможностью.

Наполнившее его благодушие помешало заметить очередную резкую перемену в поведении Феи. После согласия на участие сразу над их столиком вспыхнула голубая лампочка.

Пока Дима добросовестно расправлялся с пирожным, Фея, обежав глазами весь зал, быстро скрутила платок и убрала его в сумочку, застегнув пальто на все пуговицы. Он не видел, что она, искоса взглянув на него, о чём-то сосредоточенно задумалась, словно шахматист, попавший в сложный эндшпиль.

В это время ребята, сидевшие за столиком, над которым также горела голубая лампочка, дружно встали и не спеша потянулись к небольшой импровизированной сцене, украшенной шахматной символикой.

По условию в игре участвовали две команды, количество человек в которых не имело ограничений. Сейчас ведущий, стоявший возле сцены, разделял команды из двух и пяти человек. Для получения главного приза необходимо было за определённое время решить шахматные задачи.

Вскоре перед участниками разъехались в разные стороны серые шторки, скрывающие находившийся за ними большой экран. На нём появились две шахматные доски с расставленными на них фигурами и таймер для фиксации времени. Первое задание — поставить мат в один ход — Димке и Фее предстояло выполнить за две минуты. То же самое должны были сделать и соперники.

Увлечённо выискивая нужный ход, Димка не видел, что четверо из другой команды –высокий парень и три девушки, их ровесники — буквально прожигали Фею своими взглядами. Пятый, невысокого роста толстенький паренёк в очках, явно выделялся из них, вернее, его и взяли как раз для решения этих шахматных головоломок.

При решении первой задачи Фея не проявляла инициативы, оставаясь внешне невозмутимой. И когда Димка радостно сообщил ей, что нашёл нужный вариант, она в ответ лишь слегка кивнула. Вторая задача была сложнее, но и в ней Димка смог разобраться. Толстячок из другой команды тоже смог решить свои задачи. Если обе команды благополучно решат и последние задачи, то вместо главного приза им будут вручены призы попроще — поощрительные.

— Можно поменять задачу на более сложную — мат в два хода? — неожиданно раздался знакомый и близкий для Димы голос. Было видно, что Фея настроена только на победу.

— Да, конечно. Только сейчас спросим у ваших соперников, может, и они захотят поднять сложность своих задач. Да, и хочу добавить, на такую задачу отводится больше времени, целых пять минут, — быстро заявил ведущий.

Сразу после слов ведущего толстячка облепили сотоварищи, что-то громко обсуждая.

— Нет, за такое время им не решить, — услышал Дима уверенный голос парня.

Соперники же решили не искушать судьбу, и поэтому перед ними в третий раз появилось изображение задачи — мат в один ход.

— Подождите, пока не показывайте нашу задачу, — вдруг с просьбой обратилась Фея к ведущему.

— Что, передумали? — замер ведущий возле сцены, ожидая ответа.

— Нет. Можно решать задачу не на экране, а на реальной доске? — озвучила девушка свою просьбу.

— Да, конечно. Сейчас я вам принесу шахматы.

Соперники вновь уложились в отведённое время для решения задачи, и поэтому однозначно стало ясно, что через несколько минут какая-то из команд получит главный приз.

Дима неправильно воспринял поведение Феи, он просто не знал, что у девушки была сильно развита зрительная память, а за её отстранённым взглядом на самом деле скрывались проницательность и усиленный анализ решения. При необходимости она была готова подстраховать юношу.

Шахматные задачи на мат в два хода намного сложнее, чем в один ход. Многие пытаются найти ответ «в лоб», простым перебором ходов. Опытный шахматист, держа в уме, что первый ход, как правило, необычен, начинает перебор с наиболее оригинальных ходов. Но это лишний труд. Лучше всего начинать решение с хода противоположной стороны: с чёрных. У них обычно есть один-два хороших хода: в первую очередь, нужно придумать мат в ответ именно на них, а потом посмотреть, не подойдёт ли это решение под другое продолжение.

У Феи был опыт игры в шахматы, как и у Димки, она помнила главный совет отца: партию и даже ту же самую задачу легче разбирать вдвоём. Она поняла, что Дима решает задачи методом подбора. Знала, что это работает, когда фигур на доске немного, и то не всегда. Поэтому она и предложила попытаться найти решение вдвоём, ведь сейчас нужно определить победную комбинацию в игре, где ход совершают и белые, и чёрные фигуры.

— Я играю чёрными, нападай! — коротко обронила девушка, склонившись над шахматной доской. Откликнувшись на её вызов, Дима сделал свой ход. Играть на реальной доске ему тоже было намного сподручней. Разбор вариантов в игре захватил их полностью. Они не обращали внимание на ускользающие секунды, и лишь тихое постукивание фигур напоминало о том, что за доской разгорелась нешуточная битва.

— Время! — огласил ведущий.

— Получилось, решили! — дрожащим голосом ответил Дима, поднимая руку вверх…

Получив главный приз и ещё раз поблагодарив за подарки, Дима направился вслед за уходящей Феей в сторону выхода. Он был на седьмом небе от счастья и едва сдерживался, чтобы не затанцевать от нахлынувшей радости…

Но ему всё же пришлось изобразить танцевальное па или что-то похожее на это, практически, через какие-то секунды. Как только Фея прошла мимо чёрной колонны, удерживающей элегантную арку при входе, за её спиной появился парень с подносом, что-то рассматривающий в своём телефоне. Он шёл быстро, странно петляя, и Димка, интуитивно почувствовав что-то неладное, рванул к девушке. Тарелка с пирожным и бокал сока летели с перекосившегося подноса прямо на спину идущей Феи. Димка успел остановить их полёт большой коробкой, в которой находился подарок. Бокал разбился, а пирожное медленно сползло с Димкиной куртки на пол, оставляя после себя красочный след. Фея остановилась, медленно обернулась и, оценив произошедшее, как ни в чём не бывало направилась к витрине, где были представлены образцы разнообразных пирожных и тортов.

— Покажите, пожалуйста, самый большой торт, — донеслись до Димы её слова. И эти слова заставили его включить свой внутренний индикатор опасности, который сейчас явно зашкаливал.

Пытаясь понять, что на самом деле происходит, он перевёл взгляд с парня, что стоял перед ним с глупой улыбкой, в зал. Ему сразу бросились в глаза три человека — те три девушки из команды соперников. Они спокойно сидели на креслах через пару столиков, каждая держала в руке телефон, но при этом звонить явно никто не собирался. Фея тоже, по его ощущению, не собиралась лакомиться тортом. Тогда зачем нужна ей эта спонтанная покупка? И что сейчас ожидают стоящий на одном месте парень и те девушки? Их ожидание точно каким-то образом связано с Феей. «Может, они знакомы?» — догадкой мелькнуло в Димкиной голове.

Увидев нескрываемую улыбку парня, только что уронившего поднос, Дима понял, что тот всё сделал специально, точно зная, какая будет реакция Феи. Он её провоцировал. Однозначно. Но почему? Зачем? Сейчас у Димы не было ответов и времени для их поиска. В одно мгновение он поменял своё решение: вместо того, чтобы отчитать парня за предоставленный ущерб, Димка стал громко извиняться перед ним, настаивая на своей неловкости. Увидев на лице того недовольство, Дима понимал, что делает всё верно. Главное для него — не вовлечь Фею в эти разборки.

— Нарезать порционно перед тем, как упаковать? — рассматривая большой торт, спросила у Феи девушка в униформе.

— Нет, не надо. Мы в следующий раз у вас купим, — вместо девушки ответил Дима, мягко отстраняя её в сторону. — Я тут немного накосячил, — быстро затараторил он, сознательно загораживая провинившегося длинного парня и увлекая Фею к выходу. — Самое главное — наш приз в целости и сохранности. Поскользнулся, с кем не бывает, — не давая девушке возразить, Дима упрямо теснил её из зала, на ходу показывая подарочную коробку.

На улице мелкий снег робко пытался изобразить снегопад, а Димка, вслушиваясь в каждый шаг идущей рядом девушки, вдруг почувствовал, как Фея, очутившись после шумного метрополитена на тихой городской улице, каким-то непостижимым образом с каждым шагом удалялась от него, всё дальше и дальше в свой мир, туда, где уже нет места для него — юноши, который сейчас с грустным взглядом вышагивает рядом.

Дима не хотел её отпускать в ту пустоту, которая забирала у неё все жизненные силы, оставляя лишь одну оболочку.

И он решился. Неотступно всматриваясь в угасающее лицо девушки, Димка приблизился к ней и, чуть забегая вперёд, отчаянно жестикулируя, стал громко говорить всё подряд, всё, что приходило на память: смешные случаи из детства, про ребят из секции, про эти мелкие снежинки, что тихо прислушивались к его громкому голосу.

Когда они подошли к знакомой арке, юноша остановился, резко оборвав свою речь, и, отступив на пару шагов, замер. Фея, всё так же не поднимая головы, повела плечами и, тихо выдохнув, промолвила:

— Дима, завтра увидимся.

В её голосе впервые прозвучала такая мягкая нотка, что Димка, облегчённо вздохнув, не скрывая улыбки, рванул в сторону дома. Мальчишка шёл по улице, а в голове у него неустанно крутились только что произнесённые девушкой слова, словно красивые снежинки в своём легком полёте.

5.99

Как только коробка с подарком очутилась на столе, Дима достал с полки своего колючего кореша и, выделив тому почётное место на стопке книг, с нескрываемым удовольствием сказал:

— Сегодня была хорошая охота!

Открыв коробку, он ненадолго завис в пространстве — настолько его впечатлило увиденное. В аккуратных пластиковых углублениях находился полный комплект шахматных фигур. А уложенная на дне коробки шахматная доска тоже являлась бонусной картой — каждое поле соответствовало определённой сумме, то есть, имея такую карту, человек мог позволить себе устроить с друзьями шикарное застолье в кафе.

Опасение, что мучило его после броска, когда он был вынужден использовать подарок как щит, быстро улетучилось — все фигуры были в сохранности, на картоне упаковки в замысловатом орнаменте можно было рассмотреть спрятанные буквы: «Сладкие шахматы». На самом деле весь комплект изящных фигур был искусно выполнен из белого и чёрного шоколада.

— Конечно, это не ролики, но надеюсь, Лена будет довольна. Ты как думаешь? — обратился к притихшему другу Дима и после небольшой паузы добавил: — Тоже дар речи потерял от восхищения? То-то.

Освободив одну полку в холодильнике, Димка бережно водрузил на неё коробку, предварительно вложив её в большой пакет. Закрыв дверь холодильника, он ещё некоторое время продолжал стоять рядом, придерживая белый пластик ручки, словно решая трудную задачу: можно ли этому холодильному агрегату доверить хранение такого важного для него предмета.

На вопрос мамы, для кого сей подарок, Дима, не задумываясь особо, ответил: «Для одного знакомого по школе, решили с приятелем организовать».

Чтобы хоть как-то завуалировать свои действия, Димка выдавал самый минимум информации, касательно личностей, для домочадцев, и поэтому никаких женских имён в его речи просто не было. Товарищ, знакомый, приятель, напарник — под этими определениями он старательно скрывал то, что в кругу его общения неожиданно появились девушки.

Уже поздней ночью, из-за бессонницы, в последнее время часто беспокоившей его, Дима включил Интернет и посмотрел на сайте наиболее благоприятные условия для хранения шоколада. После этого коробка была осторожно извлечена из холодильника и вновь оказалась на Димкином столе…

А уже через пару часов он с перекинутой через плечо сумкой и шуршащим пакетом в руке спешил на свою утреннюю тренировку. Глаза слипались от недосыпа, но ноги сами летели по проторенной дорожке самым коротким маршрутом через дворы и улочки, ещё спящие в густом тумане.

Школа уже гудела, хотя максимальный приток учащихся ожидался через несколько минут. Димка, стараясь по возможности опередить эту волну, торопливо бежал по лестнице. Он спешил в класс, где будет проходить первый урок у Феи, ему хотелось через неё незаметно передать подарок для Лены.

Мельком заглянув в класс, он сразу сделал шаг в сторону, но движение его не осталось незамеченным очень шустрой и беспокойной персоной. В подтверждение этого громкий голос, принадлежавший Лене, заставил Димку войти в класс:

— О! Дима, привет, а я как раз тебя ищу!

Решительно протопав через весь класс к парте, за которой сидела Лена, Димка неуклюже водрузил пакет перед Леной, выдохнув:

— Это — подарок от нас. Поздравляем тебя! Откроешь, когда Фея придёт.

— А она сегодня не придёт. Она сегодня улетает и просила тебя кое-что привезти ей в аэропорт. Сейчас я тебе эту вещь отдам. Это очень важно, так что поторопись, — с улыбкой протараторила Лена, успевая при этом перемигнуться с девушкой, сидящей за соседней партой.

Пока Дима переваривал услышанное, Лена, отвернувшись вполоборота от него, быстро расстегнула молнию в мягком пенале и высыпала из него всё содержимое, оставив лишь один карандаш. Застегнув молнию в пенале, она повернулась к Димке и, пытаясь быть серьёзной, произнесла:

— Смотри, не открывай. Это очень ценная вещь для Феи! — и громко крикнула вдогонку убегающему Димке: — С первым апреля тебя…

Но Димка уже ничего не слышал, в его голове, перекрывая всё, безостановочно крутилось лишь одно: «Надо успеть. Надо успеть».

В достаточно узкое пространство на входе между двух столбиков-часовых, в сторону здания школы, протискивалась основная масса учащихся. Сообразив, что через калитку не пробиться, не особо раздумывая, Димка перекинул через ограду сумку и стал перелезать на другую сторону высокого ограждения, не обращая внимания на идущих мимо него школьников. Сразу же из толпы в адрес Димки стали раздаваться громкие возгласы:

— Во даёт!

— Вот как надо сваливать с уроков!

— А может сегодня в школе свободное посещение, по выбору?!

Спрыгивая с ограды на тротуар, Димка не удержал равновесие и упал на одно колено. Опираясь руками на холодные островки льда, он быстро поднялся, и вскоре его силуэт растаял в плотной стене густого тумана, захватившего в свой плен сегодня весь город.

Димка не обратил внимание на то, что при приземлении, в мягком пенале, который он крепко сжимал в одной руке, что-то хрустнуло. Также он не заметил и Фею, которой надо было передать эту ценную вещь, а ведь она была совсем близко. Фея, увидев его, прыгающего на тротуар, даже сделала шаг назад, чтобы избежать столкновения…

Софья Ивановна, подойдя к домофону, с явным удивлением произнесла, узнав голос говорившего:

— Дим-Дим! Конечно, заходи, сейчас открою.

— Софья Ивановна! Выручайте! Мне срочно нужны деньги на такси, мне надо успеть в аэропорт! Я обязательно Вам верну! — прямо с порога начал просить запыхавшийся Димка…

Шофёр в машине ворчал на плохую видимость, а Димка с нетерпением разглядывал размытые в тумане очертания домов, пытаясь определить сколько им ещё осталось плыть в этом тускло-белёсом облаке, что опустился отдохнуть на землю. «Улетай скорее обратно», — мысленно причитал Димка, прильнув щекой к прохладе стекла.

Ему представилось, что город сейчас находится под водой, а машина-такси — это шустрый батискаф, плывущий к огромной платформе, с которой стартуют большие глубоководные корабли. И на одном из них сейчас готовится отплыть одна знакомая ему девушка. Он не знал направления, которое она выбрала для своего путешествия, но очень надеялся, что у неё всё будет хорошо в пути.

Лёгкий толчок при торможении остановил бегущие внутри него фантазии, намекая, что пора переключиться на рассыпанную в ярких огнях аэропорта реальность…

… — Интересно, когда до него дошло, что я его разыгрываю? На втором или на первом этаже? — спросила Лена Фею после того, когда всё подробно рассказала про розыгрыш.

— Сложно сказать, тут всё зависит от человека. Но думаю, что твой розыгрыш был успешным, — философски произнесла Фея, заодно отметив и то, что в школе по розыгрышам Лене равных нет.

— Да, что есть, то есть, — улыбнувшись на слова Феи, Лена, будто спохватившись, добавила: — Света, подарку я очень рада. Да, а почему Димка сказал, что открывать его только вместе с тобой?

— Наверное, он тоже попытался тебя разыграть? — невозмутимо парировала Фея.

— Ха! Точно! Ну тогда в следующий раз я ему такое придумаю, всю жизнь меня будет вспоминать! — произнесла девушка с воодушевлением, ей хотелось ещё что-то добавить, но прозвеневший школьный звонок прервал её.

5.100

Мощные прожекторы на высоких опорах вперяли свои лучи в белый полумрак, но все их потуги были тщетны: погода была нелётная и аэропорт временно простаивал. Со всех сторон Димку окружали незнакомые люди, они были повсюду. Куда ни кинь взгляд, везде сновали бесконечно передвигающиеся в разные стороны посетители этого трёхэтажного комплекса с ресторанами, магазинами и многочисленными кафешками, где очень трудно было найти нужного человека.

Раз самолётам не дали добро на взлёт, Дима сделал очевидный для себя вывод — Фея где-то здесь. Он успокоился и решил просто запастись терпением и ждать. Две стойки регистрации, через которые осуществлялся пропуск к посадочным зонам, сейчас были закрыты. Но рано или поздно они откроются, и тогда дело за малым: не прозевать и вовремя найти в цепочке людей знакомый силуэт девушки.

Он так торопился, что не успел спросить у Лены номер рейса, да и телефон остался в сумке, которая сейчас находилась в квартире Софьи Ивановны.

Высокая мраморная стела, установленная как раз напротив двух стоек, идеально подходила для наблюдения и имела в основании площадку, на которой сейчас устроился Дима. Миниатюрные четырёхконечные сегменты с разными по длине лучами, вырезанными из белого металла, разбежались в верхней части чёрного мрамора, словно вспыхивающие бортовые огни бороздящих ночное небо авиалайнеров.

Пользуясь временным затишьем, Димкины мысли витали в том зимнем вечере, где также мерцали далёкие звёзды в потемневшем небосводе. Тогда он, на пару с тёзкой, с соседом по подъезду, таким же дошкольником, открыли неожиданно для самих себя, что мир-то вокруг них бесконечен…

…Когда-то, после оживлённой перестрелки снежками и лепки внушительного снеговика, они удобно расположились на заснеженном столе, где было очень удобно наблюдать за пролетавшим спутником, ровно бегущим по своей орбите и, изучая яркие созвездия, попытаться хоть чуть-чуть стать ближе к ним через свои детские фантазии.

— Представляешь, мы летим с тобой на звездолёте, и бац — перед нами огромная стена из мармелада! — восторженно начинал Димка озвучивать их будущий полёт среди мириады планет, наслаждаясь снежком, который хрустел так звонко.

— А мы? Что будем тогда делать? — взволновано спросил второй «пилот» только что созданного «космического корабля», тот самый тёзка с первого этажа.

— Как что? Прогрызаемся, конечно, сквозь эту стену!

— Здорово!

— Прогрызаемся и летим дальше!

— А дальше леденцовая стена! — подхватил сообразительный напарник и тоже откусил от снежного комочка.

— Шоколадная!

— Ореховая!

— Зефирная!

— Сахарная!

— Слушай, а ведь сколько бы мы ни пролетели галактик и сколько бы стен ни встретили перед собой, получается, что даже за самой далёкой стеной всё равно что-то да есть, — поразмыслил Димка, запихивая остатки снега, словно заедая им все те сладкие препятствия, которые им пришлось только что преодолеть.

— Да, что-то точно будет, — подтвердил друг, тоже доедая «космический» ужин и сползая со стола (его только что позвали домой)…

После долгого затишья по громкой связи аэропорта объявили начало регистрации на первый рейс. Встрепенувшись, Димка ушёл целиком и полностью в разглядывание людей, выстроившихся перед двумя стойками. Сразу вокруг него стало шумно и многолюдно…

… — Ой! Как ты меня опять выручила, Светочка! — открывая дверь и впуская в квартиру девушку с большим пакетом в руках, проговорила Софья Ивановна.

— Я взяла двух видов, всё-таки акция, да и Кнопка, думаю, будет тоже довольна разнообразию в меню, — опуская свою ношу в прихожей, Света удивилась, обратив внимание на знакомую сумку с прикорнувшим на её боку ёжиком.

— Давеча, забежал ко мне один молодой человек и умолял оказать ему помощь. Вот и пришлось для него вызвать такси и отправить его в аэропорт, — перехватив взгляд девушки, быстро разъяснила наличие этой сумки у себя дома Софья Ивановна.

— Утром в девятом часу? — поднимая с пола Димкину сумку, спросила Света.

— Да, а как ты догадалась? Уж больно сильно Дима беспокоился, что опоздает, прямо места себе не находил, всё говорил: «Надо успеть! Надо успеть!»

— Видела его утром возле школы. А по какой причине торопился в аэропорт он не сказал?

— Нет, не сказал. Я даже ему бутерброды не успела приготовить, умчался, как метеор.

— Уже семь часов прошло, думаю он всё ещё там, так что бутерброды будут очень кстати, — задумчиво произнесла девушка, вытаскивая из Димкиной сумки вибрирующий телефон и добавила: — Телефон я возьму и ему передам вместе с бутербродами.

— Зачем бутерброды? Я ведь для него специально свежих булочек напекла, только вот не думала, что он там так задержится, ну и немудрено, погода-то сегодня для полётов уж очень неприглядная.

— Хорошо, я позвоню попозже, — сказала Света напоследок, забирая из рук Софьи Ивановны небольшой пакет со свежей выпечкой и закрывая дверь.

…Больше всего Диме хотелось пить. От небольшого перекуса тоже бы не отказался. Вдобавок ко всему ему приходилось бороться с приставучей сонливостью. Он в очередной раз стал тереть виски кулаками и, боднув головой невидимого врага, встал с согретого им за эти часы мрамора. Изобразив подобие растяжки, завёл руки за голову. От долгого сидения ноги непривычно затекли, ему захотелось вырваться из этого необъятного сборища людей на волю, пробежаться, вдохнуть, наконец, свежего воздуха. Только всё это он сделает позже, когда выполнит данное ему поручение.

Вдруг рядом с ним, прошуршав небольшим пакетом, присела Фея. От неожиданности Димка усиленно заморгал, быстро поднялся с места и, улыбаясь, протянул ей пенал, так бережно им хранимый.

— Привет, ты сейчас улетаешь?

— Привет, решила на другой день билет взять.

— Ааа, понятно…

— Ты сегодня ел что-нибудь? — Фея быстро перешла к более важному делу — Димкины круги под глазами и явно заторможенную координацию движений трудно было не заметить.

Юноша остолбенел, не зная, что сказать в ответ. Вообще-то сегодня утром перед тренировкой он, как обычно, съел яблоко, и теперь пытался сообразить, считается ли это едой.

— Это тебе свежие булочки с маком от Софьи Ивановны, угощайся, — не обращая внимания на заминку, предложила девушка, выкладывая из пакета булочки, а заодно Димкин телефон.

— Ага, — кивнув головой в ответ, он запихал в рот мягкую сдобу, предвкушая насладиться ароматным угощением, но прогудевший телефон напугал взглянувшего на экран мальчишку, заставив его закашляться и полностью забыть о булочках.

Трясущимися от страха руками он случайно перевёл телефон в режим громкой связи, и сейчас из маленького электронного приборчика летели в его адрес конкретные угрозы, озвученные хриплым мужским голосом:

— Ты почему на звонки не отвечаешь?! И где до сих пор шляешься, жить надоело?!

Положив телефон на чёрный мрамор, Димка непроизвольно отодвинулся от него, словно хотел спрятаться от этого грозного крика; кашель, вновь захвативший его, помешал хоть что-то сказать в свое оправдание звонившему.

На помощь пришла Фея, протянула бутылочку с водой, на которую он не обратил сразу внимания, так как очень обрадовался булочкам. Девушка взяла телефон и, не обращая на изливаемые из него продолжительные угрозы, посмотрев на экран, спросила Диму:

— Крокодил Гена? Это кто?

— Это наш тренер, Геннадий Павлович, — делая жадно большой глоток, ответил Дима и добавил: — У нас сегодня на вечерней тренировке были запланированы контрольные заплывы перед соревнованиями. Вот он и разбушевался, что я не пришёл.

Димка потянулся к телефону, опять пытаясь сдержать подступивший к горлу сильный кашель, но Фея опередила его, уверенно взяв телефон в руки и уловив в монологе говорившего короткую паузу, спокойным голосом произнесла:

— Дима с самого утра находится в аэропорту, срочно нужна была его помощь, и только сейчас он освободился и возвращается домой. Пропуск тренировки никак не повлияет на его результаты на предстоящих соревнованиях. Он обещал, что улучшит свои личные рекорды на всех дистанциях и приятно удивит вас, как тренера. Если он не сдержит слово, то мы оба готовы принять от вас любое наказание за сегодняшний пропуск занятий.

Димка от удивления раскрыл рот и замер, стараясь переварить произнесённые Феей слова, думая, что это ему привиделось, но хриплый голос тренера лишний раз доказывал, что всё это происходит наяву:

— Хмм… Ладно, до этого пропусков у него я не замечал, дам ему шанс. Но если что не так, отвечать будете оба! И по полной!..

Уже подъехал рейсовый автобус, радушно распахнув свои двери, а Димка всё стоял в нерешительности, размышляя, как же Фее удалось укротить грозного тренера. Он пропустил девушку вперёд и растерянно поднял руку, изображая прощальный жест при расставании, — ему было неловко говорить, что у него нет денег на обратный путь. Юноша знал, что примерно за шесть часов он сможет дойти до дома и пешком. Внимательный и требовательный взгляд Феи буквально за пару секунд непостижимым образом втянул Димку в салон автобуса и припечатал его в высокое кресло с подголовником из серого пластика. Оно оказалось очень удобное, так что Димке достаточно было одной минуты, чтобы полностью перейти в состояние крепкого сна.

В небольшом пространстве в конце салона, рядом с мотором, располагалась ниша, вмещающая только два пассажирских места, и поэтому уставшему парню досталось самое комфортное кресло, но даже во сне он всё равно машинально держался рукой за жёлтую стойку салона, стараясь не задеть ненароком Фею.

В больших окнах проплывали яркие огни многочисленных домов-кораблей. Автобус мягко покачивало, словно на волнах, а девушка, ни на что не обращая внимания, достала из сумочки аккуратно сложенный платок и бережно убрала прилипшие к щеке крошки у сладко спящего юноши…

Поздно вечером дома Димка, проваливаясь в сон, ещё раз коснулся рукой своей щеки, ощутив необычный для него какой-то тонкий и приятный аромат, улыбнулся и, пожелав от души всему городу крепких снов, закрыл уставшие глаза.

А Фея тем временем выложила на стол отданный ей в аэропорту пенал, не спеша открыла его и, заглянув внутрь, вздрогнула и быстро отодвинула от себя раскрытый предмет… Утром Лена говорила, что для розыгрыша она положила в пенал первое, что под руку попалось, а что конкретно, не сказала.

Фея опустилась в кресло и, глубоко вздохнув, задумалась. После нескольких минут, казавшихся такими долгими, она достала из пенала два карандашных обломка, потом выдвинула самый нижний ящик в тумбе стола. В ящике в полиэтиленовом пакете, наполненном доверху, лежали безжалостно разломанные карандаши и кисточки.

Рука, сжимая два карандашных обломка, опустилась вниз, но почему-то совсем не спешила наградить их участью собратьев: тихо лежать в задвинутом ящике. Фея посмотрела прямо перед собой… Сложная гамма эмоций скользнула по её лицу, и в конце концов она опустила обломки на лист бумаги. Крепко прижав их к друг другу, постаралась придать карандашу целостность и закрепила место слома скотчем… Посмотрела… Затем канцелярским ножом заточила карандаш с двух сторон. Ещё раз посмотрев на проделанную работу, девушка убрала его в верхний ящик.

Ночь за окном приветливо готовила для Феи свою расшитую звёздами подушку, но девушка не спешила принимать её и, лишь сложив руки под подбородком, устало смотрела на большую стопку книг, думая о чём-то своём.

6.101

Оперевшись за бортик руками, Димка одним рывком освободился от водного плена. Сдвинув на лоб выпуклые очки и по привычке тряхнув головой, потопал в душ.

Он переживал за вчерашний пропуск тренировки, но тренер, надо отдать должное, пока помалкивал, что на него было совсем не похоже. Может, Димкино усердие повлияло — сегодня утром на тренировке он пахал как никогда, словно это был последний день его жизни. По заданию тренера на длинной дистанции периодически пришлось делать короткие скоростные отрезки, рассчитанные примерно на восемьдесят процентов от максимума, но Дима выжимал из себя всё, что мог и даже больше… На то у него была очень веская причина.

Тренер был очень изобретателен в определении наказания для провинившихся. Такое в их секции случалось редко, но тот, кто попадал под его горячую руку, зарекался впредь навлекать на себя гнев Палыча. В его чёрном списке сейчас значились сразу двое, и Димке во что бы то ни стало надо обнулить эту запись. Думая только об этом, он вместо холодной воды добавил горячую и с громким воплем выскочил из душевой кабинки…

…Возле школы он увидел трёх девчонок из выпускного класса. Они были так легко одеты, словно давно уже наступило лето красное. Весело переговариваясь, школьницы беззаботно вспорхнули на крыльцо школы, заставив Димку озадачиться: может, тоже примерить летнюю куртку? Но чихнув, он передумал и, натянув шапку на влажные волосы, быстро пробежался взглядом по окнам школы. Рассмотреть что-либо более внимательно ему не позволила гудящая толпа, которая влекла его за собой в открытые двери.

За весь день он так и не смог встретиться с Феей. Но два раза успешно увернулся от нежелательных встреч: с Любкой Сабининой и завучем. Этому можно было только порадоваться как невероятной удаче.

А вот несущуюся, как крейсер на полном ходу, Лену Дима заметил с опозданием. Что-то ему подсказывало: с этой особой, по возможности, пересекаться надо как можно реже, во всяком случае, хотя бы в ближайшее время. Уж больно энергичная была эта непредсказуемая личность. Когда столкновение оказалось неизбежно, вдруг чья-то широкая спина закрыла перед Димкой весь обзор и, соответственно, бежавшую рядом белобрысую школьницу.

— Слушай, у тебя есть пара минут? — спросил негромко Константин притихшего Диму, слегка наклонив голову в его сторону.

— Да, а что? — провожая взглядом убегающую девушку, ответил юноша.

— Тогда давай зайдём ко мне в тренерскую, — предложил Константин, направляясь в спортзал школы.

В зале стояли теннисные столы, и несколько ребят, пользуясь тем, что сейчас была большая перемена, шустро перекидывали лёгкий шарик через сетку.

Димка задержал взгляд на игре, тоже захотелось присоединиться к играющим. Для разнообразия иногда хочется попробовать что-то новое. Вот на коньках, к примеру, тренер запрещал им кататься, говорил, что жёсткая фиксация ног вредна для пловца, так как мешает работе над гибкостью тела. Но Диме так нравилось оставлять коньками на льду белые росчерки, что от того запрета становилось очень грустно. Подняв с пола отлетевший к нему шарик, Димка изобразив рукой ракетку, ловко направил его в сторону игравших. После этого желание сыграть только усилилось. Про теннис тренер ничего не говорил… Значит, попробовать можно!

— Дима, зайди, — зычный голос Константина заставил отвлечься и поспешить в тренерскую.

— Скажи ей, что я своё обещание выполнил, — с этими словами, Константин передал Димке прозрачный файл, в котором находилась фотография.

Это была та самая фотография со спортивного стенда! Димка часто приходил поглазеть на неё украдкой, когда никого не было рядом. Но, к сожалению, такая возможность предоставлялась крайне редко. Сейчас же эта фотография была в его руках, как самое настоящее сокровище! Дима наклонил голову к полу, пытаясь скрыть свою улыбку, которая по-свойски хозяйничала на его лице.

— Если хочешь, то приходи на переменах в теннис играть, тут есть ребята, которые в секцию тенниса ходят, у нас в школе её в этом году организовали, — учитель заметил интерес Димы к игре и не преминул этим воспользоваться.

— Да, можно попробовать, — согласился юноша, прижимая драгоценный файлик к груди.

Димка не ожидал, что этот школьный день его так обрадует. Пусть даже в таком формате, но он сегодня с Феей встретился. Открывая на ходу сумку, юноша ещё раз посмотрел на фотографию и, быстро застегнув молнию, направился в сторону парка.

…Тёплый день вышагивал рядом с ним, изредка подмигивая из-под белых бровей небосвода яркими лучами озорного солнца; почки на деревьях набухли, готовясь вскоре порадовать всех зелёным фейерверком; словно природный светофорчик, перед Димкой мягко просигналил жёлтый цветок одуванчика, будто предупреждая, что весна совсем скоро наполнит весь город волшебной мелодией обновления…

…Димка, разглядывая дома довольно забавное фото, задумался и представил, как бы произошла их встреча с Феей, если бы не было этой школы. Он, наверняка, шёл бы по городу, особо не всматриваясь в лица, витая где-то в облаках, а Фея просто не удосужилась бы уделить своё внимание проходившему мимо парню. Всё именно так и произошло бы. Это уж точно!

После этих дум Диме вдруг стало немного тревожно, и он, спрятав фотографию в тонкую плёнку файла, озадачился вопросом: что решит девушка, когда он ей скажет, что фотографию им отдали? С одной стороны, он не против, если эта фотка будет у Феи, а с другой — ему хотелось оставить снимок у себя. Мысль о копии сразу была отвергнута. Дима считал, что без разрешения девушки нельзя этого делать.

Взглянув на часы, он направился на кухню — скоро вечерняя тренировка, поэтому пришло время для перекуса.

6.102

Вторая тренировка забрала все силы без остатка, и Димка, неожиданно для себя, еле вскарабкался в автобус и, плюхнувшись на сиденье, обмяк в лёгком забытье. Автобус ехал по кругу к дому, но юношу, выжатого как лимон, уже мало волновал этот круговой маршрут — прилагать особых усилий не требовалось, и это было главное. Сегодня он сделал себе послабление, изменив своей привычке ходить в бассейн и обратно на своих двоих.

В автобусе, заполненном наполовину, ему хотелось лишь «приглушить громкость» двух женщин, ведущих оживленный разговор за его спиной. Но не имея в наличии «шумового регулятора», он вынужденно смирился и всю дорогу был невольным участником их беседы.

Расправляя дома мокрое полотенце, Димка вспомнил фразу, услышанную в автобусе. Одна из женщин произнесла: «А я люблю…», и Димка, сидевший тогда перед ней на жёстком сиденье и старательно пытавшийся отключиться от мешающей болтовни, вдруг моментально сгруппировался и, включив свой «локатор», услышал «…туалетную бумагу с пупырышками». Димка задумался, словно в его голове произошла какая-то несостыковка: начало фразы, сказанное женщиной, не соединялось с её продолжением. Почему он так остро отреагировал на слова совершенно незнакомой женщины и не относящиеся к нему лично?

«Люблю»… Почему это слово люди могут произносить так легко и непринуждённо средь белого дня? А ему, Димке, спрятавшемуся за занавесом и исполняя песенный текст за другого человека, произнести это слово стоило таких титанических усилий!

Нахлынувшие воспоминания оживили случай, который произошёл с его другом в прошлом году. Вадим был старше всего на год, но из-за открытого и доверчивого характера уже успел испытать душевную травму, связанную с первыми чувствами к девушке… С ней Вадим познакомился в Интернете. Общительная, улыбающаяся, симпатичная… Сложная гамма окрашенных волос делала её яркой, а большие глаза манили своей притягательностью. К тому же жила в столице… Она быстро завоевала симпатию у Вадима. Всё было замечательно, но однажды в их оживлённой переписке с её стороны прозвучало слово «люблю»… Это признание стало детонатором, которое просто снесло «крышу» Вадиму. После этого он усиленно стал искать разные подработки, чтобы, поднакопив необходимую сумму, рвануть на поезде в столицу. И накопил, и рванул… С подарком — новеньким телефоном… Очень хотелось увидеть понравившуюся девушку в реальности.

Как Дима ни старался, но все попытки остудить разгорячённую головушку Вадима были тщетны. Влюблённый друг летел в другой город на крыльях радужных эмоций, чтобы услышать это волшебное слово от самой девушки, глядя в глаза, держа за руки…

— А я это слово всем писала, — услышал он при встрече простодушное признание, то признание, которое рушило все его мечты, напрочь обламывая крылья первого чувства влюблённости.

— Порожняк! — громко выдохнул в притихшую комнату Дима.

Он, наконец, реально осознал смысл этого определения, несколько дней назад сказанного отцом. Отец говорил, если слово сказано лишь губами, а человек при этом безучастен, то это слово пустое, как пустой вагон, который тянет за собой локомотив…

Вечер быстро сменила подкравшаяся ночь, которая нежно заключила уставшего юношу в свои объятия. «Интересно, а какие у меня слова?» — мелькнуло в голове у Димы, когда он безропотно проваливался в страну самых невероятных сновидений.

6.103

Женщина проворно переставляла цветы с подоконника на письменный стол, успевая и разговаривать по телефону:

— А почему ты приедешь летом только с Асей? Артём не сможет?

На столе образовалась уже целая оранжерея, а женщина, старательно убирая с окна липкую ленту, предназначенную для утепления окон, продолжала задавать вопросы:

— Когда это он успел со Светланой поссориться? Я об этом ничего не знаю. Они же всегда так хорошо общались! И мы с тобой радовались, братик, что наши дети такие дружные.

Хозяйка квартиры на пару минут замерла — её рука при этом машинально скручивала тонкую полоску ленты в мягкий белый шарик — затем вздохнув, проговорила громко, подробно разбирая только что услышанное:

— Да, я помню, что когда мы с Виктором были в круизе, Света приезжала к вам в гости. Она тогда была в восторге от этой поездки. Значит, знакомая Артёма без разрешения Светы опубликовала в интернете её снимки, когда они все вместе отдыхали на пляже? И потом та фотография даже выиграла приз в журнале? А сам Артём об этом не знал? Но потом, увидев своё фото в журнале, Светлана перевела общение с Артёмом в режим «привет-пока»?

Присев на стул, она, расстроенная, сделала неутешительный вывод для себя:

— Знаешь, мне всегда хотелось, чтобы у наших детей не было ссор, и я надеюсь, что они смогут поговорить спокойно и помириться. Вот мы с тобой — брат и сестра, но я не помню, чтобы мы даже обижались когда-нибудь друг на друга, а чтобы ссориться — даже представить трудно.

Белый шарик в руке становился всё больше и больше, словно отображал тот мысленный клубок, который и пыталась распутать сейчас сосредоточенно смотревшая в окно женщина.

— На Свету за последнее время очень много испытаний выпало. Однажды в бывшей школе она заступилась за девочку из параллельного класса, где верховодили три девчонки. А через несколько лет, когда у школы сменился статус, все классы перекроили, и Света стала учиться вместе с ними. Но постоять за себя она умеет, поэтому всё вроде было тогда тихо, — хозяйка, глубоко вздохнув, стала крепко сжимать поролоновый шарик в руке и, пытаясь не упустить ничего важного, добавила: — Вскоре к ним в класс перевелись два брата-близнеца, и Светлана с ними подружилась. Они даже к нам домой приходили. Но после того, как Виктор уволился из комитета и ушёл в порт, всё резко изменилось. Он ведь человек публичный, и поэтому его в школе хорошо знали, да и он старался оказать школе посильную помощь. Я ему говорила: надо знать меру! В итоге, его увольнение сильно аукнулось: те девчонки стали провоцировать Свету, распространяя ложные причины увольнения Виктора. Дети порою бывают так жестоки. Братья-близнецы почему-то тогда не поддержали Свету и вообще куда-то пропали, а она, защищая отца, стала воевать там со всеми…

В комнате воцарилась тишина. После долгого разговора по телефону женщина, непроизвольно поправляя горшочки с цветами на столе, задела рукой сложенный вдвое бумажный лист. Раскрыв его, переменилась в лице, потом недоверчиво стала разглядывать содержимое бумажного свёртка. Её лицо наполнилось тихой радостью, и она еле слышно проговорила:

— Весной всё просыпается и тянется к жизни. Может и ты, наконец, проснёшься, моя девочка, хватит сидеть в своей скорлупе. Так хочется, чтобы у тебя в этой школе всё было хорошо.

6.104

Молодой охотник старательно латал порванный мешочек, удерживая в губах светло-серый лоскуток ткани, словно боялся, что этот «птенчик» снова захочет сегодня полетать. Поэтому, попросив старшего брата заняться укладкой собранных за сегодняшний день плодов, без промедления приступил к починке.

Большой синяк на груди напоминал юноше, что всё произошедшее с ним на охоте за плодами было реально опасно для жизни. Перед тем, как положить своего «птенчика» в зашитый мешочек, охотник бережно прижал его к щеке и от всего сердца тихо сказал:

— Благодарю!

Тонкая ткань, ставшая для острого шипа непреодолимым препятствием, приятно согревала ладонь молодого человека. Глаза юноши искрились от радости — он вдруг понял, что сегодня в его жизни появился очень удивительный и верный друг, который до поры до времени хранился в шкатулке отца, оказавшись на деле сильным «птенчиком», даже очень сильным, несмотря на то, что такой невесомый и маленький. Охотник убрал его в мешочек. Время поджимало — им с братом предстояло до темноты вернуться к пещере, где была назначена встреча с торговцами.

***

Мужчина остановился возле капкана, установленного на звериной тропе, ведущей к водопою, и замаскированного тонко срезанным дёрном. Время для охоты ещё не пришло: животные сейчас заняты выведением потомства. Но это обстоятельство порою нарушалось, и для этой цели страж Северных ворот дозором обходил закреплённую за ним территорию.

— Это уже четвёртый капкан за сегодня, придётся ночью повторить обход и разобраться с этой проблемой, — проговорил мужчина, опуская руки в прозрачные воды бегущего ручья.

Напившись из пригоршни холодной и освежающей воды, он внимательно провёл взглядом по знакомой местности. Что-то остановило его внимание, и он осторожно пошёл вверх по течению, ведь совсем рядом в Хрустальной горе находился источник, дающий любимому городу и стране жизнь и процветание.

Оставив поиски капканов на потом, мужчина поднимался вверх к самой горе. Его насторожило то, что раньше бегущий из истока ручей в этом месте всегда был намного полноводней. Чтобы разобраться в происходящем, он вошёл в небольшой подземный коридор у подножия горы.

Весь проход, в котором до этого можно было пройти взрослому человеку не сгибаясь, был почти полностью завален большими валунами, словно кто-то специально принёс их сюда и перекрыл движение воды. Мужчина понял это, осмотрев целые и неповреждённые каменные своды над головой. Сняв с себя часть походной экипировки и положив поверх неё большой меч, он решительно направился в сторону образовавшегося завала. Обхватив руками ближайший валун, охотник нахмурился и, оторвав его от земли, удивлённо произнёс:

— Что это?!

Когда первый десяток здоровенных булыг был выброшен вон, мужчина заметил рядом с собой лёгкое свечение. Оно постепенно усиливалось, и вскоре из него проявился образ парящей в воздухе девушки.

— Фея! Рад Вас приветствовать! — страж Северных ворот быстро опустился на одно колено перед Хранительницей города и всей страны.

— Долгих лет тебе, страж! — произнесла Фея и немного погодя спросила: — Тяжёлые камни?

— Да, всё тело от них наполняется какой-то невероятной усталостью, даже странно. Я не думал, что они на самом деле будут такими увесистыми, — показывая рукой на большое нагромождение камней, ответил опытный воин.

— На эти камни наложена очень сильная магия. Каждый перенесённый тобою камень забирает частицу твоей жизни, укорачивая её. Поэтому предлагаю тебе остановиться и найти в городе желающих разделить это бремя. Эти камни созданы чародеем из отрицательных эмоций жителей, которых становится в городе всё больше и больше. Поэтому я не могу вмешиваться, и очистить мой источник должны именно люди, если, конечно, захотят пожертвовать частичкой своей жизни.

— Я первым оказался здесь и как страж города отвечаю за своих подданных, поэтому попробую очистить источник самостоятельно, — твердо произнёс мужчина, поклонившись Фее.

— Чистое сердце… Мне понравился твой ответ, — произнесла Фея и коснулась кончиками пальцев светящейся пряди своих волос, отсекая её словно ножницами. Тонкие яркие нити светлым пучком взмыли ввысь, непостижимым образом переплелись в воздухе и вскоре улеглись в широкой ладони охотника в виде платка.

— Это мне?! — взволнованно спросил мужчина, не отводя взгляда от полученного подарка.

— Да, береги его, это мой последний оберег, который я оставляю для города, — произнесла Фея, медленно исчезая в ореоле яркого света.

6.105

Озадачив накануне отца своим вопросом о тубусе*, Димка, удерживая вытянутый чёрный цилиндр под мышкой, словно градусник, где комфортно разместились полученные в школе два листа ватмана, рано утром решительно открыл входную дверь подъезда.

Бодрый шаг местами переходил в лёгкую пробежку. Воля побеждала утреннюю сонливость, и окутанный большим облаком нахлынувших на него размышлений юноша, привычно сокращая дорогу, быстро пересёк по диагонали ещё один двор.

Сегодня его ожидал очень насыщенный день. Сначала им с Феей предстояло оказать помощь Софье Ивановне: снять шторы в её квартире и вымыть окна. Потом по плану, там же у Софьи Ивановны, попытаться приступить к работе над порученным проектом для зоопарка. Для этого он заранее прикупил всё необходимое по совету Ксении, и теперь в сумке, заброшенной на плечо, вместе со спортивным костюмом находился пакет с красками, разноцветными карандашами и прочими атрибутами начинающего художника.

К тому же Юрка слёзно попросил Диму пойти вместо него к зданию городской филармонии и отдать Вике билеты на концерт. Никакие уговоры о том, что Юре надо быть более уверенным в себе, не подействовали, и в итоге Димка согласился выполнить просьбу одноклассника. С большой неохотой, но согласился.

Как оказалось, предшествующие Юркиной просьбе события были довольно занимательны и интересны. Из подслушанного разговора Виктории с девчонками Юра узнал, что та сожалела о невозможности достать билеты на концерт известного и почитаемого ею исполнителя, гастролирующего в городе. Увидеть и услышать исполнение вживую было заветной мечтой.

Юрка испытывал к Вике большую симпатию, поэтому, заполучив такую важную информацию, решил действовать. Он буквально прилип к своей старшей сестре, уговаривая помочь в приобретении двух билетов на концерт, столь важный для Виктории. Заполучив долгожданные билеты, выждал подходящий момент и подошёл к девушке. Привычно поздоровавшись, показал билеты в филармонию.

…А здороваться Вика стала с Юрой после того памятного выступления на школьной сцене. Встретив спустя несколько дней после школьного концерта на перемене Юру с Димкой, она поинтересовалась, кто из них проработал такой оригинальный сценарий для выступления. Виктория не догадывалась, что песенный номер с их участием был результатом не чётко продуманной творческой стратегии, а сплошным нагромождением непредвиденных событий. Дима указал рукой на Юру, предлагая тому самому всё разъяснить девушке, на своё усмотрение. Тогда, оставшись наедине с Викторией, Юра смог лишь развести руками, промямлив, что вроде бы ничего особенного в том исполнении и не было… Не мог же он выдать всю подноготную. Оценив его реакцию, как скромность человека с творческим потенциалом, Вика выразила своё восхищение за постановку песенного номера, и с того времени, встречаясь в стенах школы, они стали приветствовать друг друга…

Увидев добытые Юрой билеты, девушка выплеснула на него целый фонтан ярких эмоций. Она была по-настоящему счастлива и сразу же согласилась составить Юре компанию, надеясь, что и для него этот концерт тоже интересен и важен.

Когда счастливый обладатель билетов пришёл домой, воодушевление от совершённых подвигов постепенно прошло и холодная реальность бытия постепенно заполнила поникшую голову юноши.

В сумбурном потоке носились непонятные для Юры музыкальные термины, фамилии артистов и многое другое, что впервые услышал в разговоре от восторженной девушки. Всё было так необычно, словно он случайно открыл дверь в неизвестный огромный мир музыки. И тут он просто испугался: не знал, что и как говорить при следующей встрече. Виктория вдруг возвысилась высоко-высоко. Словно перенеслась в другую вселенную, а сам Юрка почему-то стал сразу таким маленьким и ничтожным в собственных глазах.

Чтобы сохранить лицо, он решил попросить Диму выручить его в этой ситуации — передать Вике билеты на концерт, сославшись на своё недомогание.

Тубус* — футляр для чертежей.

6.106

Замедлив шаг возле знакомой арки, Димка огляделся вокруг и остановился у большого дерева. Тёплые и заботливые руки весны смогли прогреть толстый панцирь заскорузлой коры, и теперь высоко над головой ярко вспыхнули разбежавшиеся по веткам нежные почки, накрывая ветвистую сетку древесного исполина первым после зимы узором.

На одной ветке он отчётливо рассмотрел фигурку бегущего человека: настолько узнаваемы были для воображения его очертания. Тот явно куда-то спешил. Возможно, у него тоже была запланирована важная встреча на сегодня. Озадачившись поиском ещё одного жителя на этом дереве, юноша высоко задрал голову, но внезапная возня у ног заставила отвлечься от этого занятия.

Кнопка, довольная тем, что нашла этим ранним утром знакомую личность, старательно оставляла отпечатки лап на Димкиных брюках. Пригнувшись, мальчишка погладил Кнопку и оглянулся назад, ожидая в скором времени увидеть и хозяйку пёсика.

— Доброе утро, — мягкий голос пожилой женщины прозвучал приветливо, и Дима улыбнулся в ответ, поднимая высоко над головой маленькую собачку.

У Софьи Ивановны в руке была небольшая веточка, которую она, так же как и Дима, только что внимательно изучала. Тихо приговаривала на ходу:

— Весна… Природа меняет свои наряды…

Эта фраза почему-то напомнила Диме разговор с учителем, когда он удивился, увидев за стеклом шкафа свистульку Кочина. Мысль о том, почему умелые мягкие руки Кочина раньше были нацелены на творчество и могли из глины сделать таких красивых птичек, а сейчас, спустя несколько лет, стали беспредельно жёсткими, постоянно сжатые в кулаки, вскоре вырвалась наружу в виде вопроса:

— Софья Ивановна. А почему люди со временем меняются?

— Интересный вопрос. Давай мы его дома разжуём вместе с пирожками, — увлекая юношу за собой, улыбнувшись, ответила она.

Они, оживлённо беседуя, миновали арку, медленно прошли по двору, и вскоре их шаги стихли за закрывающейся дверью подъезда.

Весеннее солнышко робко заглядывало в большие окна квартиры, привнося с собою подвижные силуэты деревьев рядом с домом. Светлые нити ловко скользили по кухонной утвари, вплетая в мирный разговор лёгкое настроение весны.

— Ха-ха! И они их ели?! — смеялась от всей души Софья Ивановна после прозвучавшего длинного монолога Димы на кулинарную тему.

— А куда деваться-то было? Я же входную дверь предварительно закрыл на ключ, когда понял, что не хотят доедать мои пирожки, — подробно разъяснял Дима все моменты рассказанной истории.

Буквально несколькими минутами назад, когда Софья Ивановна предложила ему до прихода Светы поучаствовать в процессе приготовления пирожков с яблоками, Дима изливал свои кулинарные откровения.

— Да что я муку от крахмала что ли не отличу? — с лёгкой обидой ответил Дима, когда Софья Ивановна попросила достать с верхней полки на кухне стеклянную банку с мукой, предупредив, что под руку может попасться и банка с крахмалом.

— Да ты, я гляжу, стреляный воробей. Дома, значит, тоже помогаешь маме на кухне? Это хорошо… Мужчина, умеющий готовить — настоящий клад, — добродушно проговорила она, располагая Диму к тем самым откровениям, всплывшим в памяти забавной историей…

…Это случилось года три тому назад. Тогда после окончания короткой разминки тренер велел всем прийти через час снова в бассейн: на это время была назначена ежегодная медицинская комиссия.

Четверо парней, быстро посовещавшись, направили свои шаги в сторону Димкиного дома. В целях экономии времени выбор пал на него: из всей четвёрки он жил ближе всех.

Когда шумная компания побросала возле порога сумки и зашелестела в комнате страницами спортивных журналов, благо подборка была довольно приличной, хозяин квартиры быстро прошмыгнул на кухню. Быстрая ревизия холодильника показала, что в наличии есть только небольшой кусок вареной колбасы и банки с вареньем и солёными огурцами. Задумчиво взирая на обнаруженную в хлебнице маленькую корочку хлеба, Дима прекрасно понимал, что с этой комбинацией продуктов трёх голодных едоков после тренировки накормить будет проблематично. Себя из этого списка вычеркнул сразу. Ситуацию усугубляло то, что он пообещал предоставить всем ребятам полноценный перекус.

И вот в таких сложных условиях, когда надо быстро что-то приготовить практически из ничего, на помощь пришло вдохновение! Конечно, как и свойственно большинству людей, Дима имел приличный опыт в поедании пищи, но вот по части её приготовления навыки были очень скромны. Самостоятельно он мог сварить только картошку да пожарить яичницу… Правда, в далёком детстве мама доверяла ему взбивать крем для тортиков и лепить из муки… колобков…

Вот его вдруг и осенило: он мысленно разрезал кусок колбасы на три части и также мысленно обернул их в тесто. Сковорода и масло были в наличии. Маячили прямо перед глазами. Вытряхнув в миску муку из трёхлитровой банки, добавив туда же воды, Дима впервые в своей жизни приступил к замешиванию теста.

Масло на сковородке уже давно пылало от перегрева, а это упрямое тесто, что Дима старательно мял руками, всё никак не давалось. Облепив кое-как колбасу этой массой, он всё же смог, наконец, разместить своё ваяние на сковороде. Несмотря на сильный жар, три больших пирожка демонстративно сопротивлялись: ни в какую не хотели подрумяниваться, оставаясь серыми на вид. Зато колбаса, упрямо выглядывающая из теста, поджарилась капитально. Запах уже звал выстроиться в очередь…

Намешав из варенья сладкого морса, гостеприимный хозяин громко позвал ребят к столу. Начинка понравилась всем! А вот с тестом произошла явная заминка. И если Василий отнёсся к Димкиному «деликатесу» с пониманием и съел почти весь пирожок, то Валерка с Серегой осилили лишь половину. Но закрытая Димой на ключ входная дверь и ещё одна добавочная порция морса сделали своё дело. Оставив тарелки пустыми, народ поспешил обратно в бассейн.

Вечером, открывая дверь маме, сын с гордостью доложил о своих кулинарных успехах. Выслушав внимательно, мама, раскрывая свой пакет перед сыном, заявила: «У нас дома нет муки. Я только что её купила в магазине»…

Софья Ивановна вдоволь насмеявшись, отряхнула над столом муку с руки и, водя указательным пальцем по воздуху, изображая, будто записывает новый рецепт, весело проговорила:

— Рецепт называется «Вдохновение». Для приготовления необходимо: половину трёхлитровой банки крахмала, сто пятьдесят граммов колбасы, непременно иметь в наличии хорошо проголодавшихся едоков. Да, и самое важное — все двери и окна должны быть закрыты на замок! Дима, я ничего не упустила?!

— Да, всё так! — улыбаясь, ответил тот, старательно соединяя кружок теста в форму пирожка.

Дима пришёл пораньше с единственной целью: хотел побыстрее выполнить поручения хозяйки, чтобы у них с Феей осталось больше времени на школьный проект.

Когда первая партия пирожков благополучно вынырнула из духовки, раздался звонок, и вскоре на пороге квартиры появилась девушка в тёмном спортивном костюме.

Апрель снимал с крыш последние белые береты зимы, и они звонкой капелью выбивали прощальную чечётку на городском асфальте. Новый день проклёвывался, словно молодая почка на гибкой веточке — с надеждой увидеть что-то интересное и удивительное в своей жизни.

6.107

Тракторы, обхватив широким клином безбрежное поле, встречали весну за посевными работами. Над кабинками стальных богатырей развевались флаги, но что было на них написано, Дима не смог разглядеть, как ни старался. Фотография в старой газете оказалась не такой чёткой. Да и сама бумага пепельного цвета с пожелтевшей кромкой за долгое время уже прилично поистрепалась и поблекла. На другой странице фотограф запечатлел целые реки людей, идущих по городу с большими портретами. Газета, наверное, была даже старше Димкиных родителей. На какое-то время он отвлёкся от действительности, рассматривая образы прошлых лет.

Вдруг несколько капель глухо приземлились на пожелтевший газетный лист, но Дима, не обращая внимания и отвернувшись в сторону, пытался дочитать короткую заметку. После этого сверху упала другая изрядно скомканная газета, возвращая мальчишку в убегающую действительность, из которой он ненадолго выпал.

Опомнившись, Дима быстро протянул своё чтиво наверх. Почти под самым потолком, балансируя на маленьком табурете, работала его напарница. Сначала ребята по просьбе хозяйки сняли шторы, а потом приступили к мытью окон. Сейчас Фея, следуя чётким указаниям Софьи Ивановны, протирала насухо вымытые стёкла. Табуретка была установлена на стуле, взгромождённом на большой овальный стол. Сия конструкция была необходима из-за высоких потолков в этом старом доме.

Передав очередную газету девушке, Дима прополоскал тряпку, не упуская из вида поскрипывающий перед глазами стул, на котором одна ножка была обмотана толстым слоем скотча и изоленты. «Не хватало ещё обмотать верёвочкой с красивым бантиком», — подумал он, придерживая стул одной рукой.

— Ребята, хватит! С окном закончили — пора подкрепиться. Мойте руки, и прошу к столу. У меня уже всё готово! — воскликнула хозяйка, заглянув в комнату, где дружно работали мойщики окон.

Невзирая на приличную высоту, Фея ловко спрыгнула на пол со своего постамента и, отступив пару шагов в сторону, несколько секунд внимательно рассматривала, как солнечный поток струится по комнате сквозь вымытые окна.

«Больше двух метров будет», — подумал Дима, мысленно прикинув высоту. Хотя он и сам с детства был в ладу со спортом, но для себя постоянно открывал, что и Фея находится в прекрасной спортивной форме, хотя на показ старается не выпячивать. Пытаясь осмыслить увиденное, Димка стал торопливо разбирать в комнате установленную на скорую руку большую пирамиду.

Часы мелодично оповестили, что день в самом разгаре. Если придерживаться заданного темпа, то с мытьём окон будет скоро покончено. Трапеза за разговорами об учёбе и погоде прошла незаметно, но времени отняла немало, о чём Дима сожалел, изредка посматривая на часы.

Через час они вышли на финишную прямую: осталось вымыть только кухонное окно.

Бережно расправляя на столе лист белоснежного ватмана, юноша радовался, что времени для работы над проектом ещё предостаточно. В прихожей он извлёк из сумки пакет с заранее приготовленным набором «юного художника». Но рука вдруг замерла в воздухе. Димка смотрел на содержимое с расстроенным видом. Он, собирая дома сумку, перепутал одинаковые по виду пакеты. Сейчас вместо необходимых карандашей, красок и кисточек он он держал пару кроссовок.

— Что случилось? — увидев вошедшего в комнату Диму, такого потерянного, спросила Фея.

— А я… я забыл дома карандаши и кисточки, и вообще… — Дима начал растерянно объяснять эту нелепую ситуацию.

— Всё хорошо. Главное — ватман принёс, — спокойный голос Феи заставил Диму повернуться к столу. Он недоумённо кидал взор то на девушку, то на белый лист.

— Да? А как мы будем…? — не понимая, что можно сделать, имея только ватман, медленно спросил Дима.

— Просто нарисуем треугольники, — пояснила Фея.

— И всё?! — удивившись, переспросил Дима, решив, что девушка шутит.

— Да. Сейчас у Софьи Ивановны попросим ручку, и ты можешь приступать. Треугольники — твой конёк, если я не ошибаюсь? — напомнила Фея.

— Но, …мы же должны показать свою работу в школе, — попробовал возразить Дима, пытаясь направить разговор в серьёзное русло.

— Конечно, покажем, — последовал быстрый ответ, наполненный уверенностью и совершенной невозмутимостью.

— Но …её же должны принять в школьной комиссии для участия в городском конкурсе, об этом и завуч нам тогда говорила!

— Примут. В чём проблема? — уверенно перекрывая все Димкины сомнения, ответила Фея, рассматривая лист ватмана, словно хирург своего подопечного перед предстоящей операцией.

Диме ничего не оставалось, как принять все доводы девушки. Он обречённо опустился на стул, не понимая, что ему предстоит делать сейчас.

— Может, я быстро сбегаю домой и принесу всё? — с надеждой обратился он к Фее, старательно ищущей ручку в пластмассовой коробочке, любезно предоставленной гостеприимной хозяйкой.

— Держи, — оставив робкую реплику парня без внимания, девушка достала из коробочки авторучку и маленький треугольник из прозрачного пластика.

Пластмассовый треугольник легко помещался в Димкиной ладони. Правда, у одного угла был отломлен кончик, зато внутри пластикового инструмента были вырезаны миниатюрные геометрические фигуры: треугольник, квадрат, круг.

— Ты пока рисуй, а я помогу Софье Ивановне со шторами, — голос Феи заставил Диму приступить к работе. Он положил пластмассовую пластинку на ватман и машинально обвёл ручкой маленький треугольник.

«Ну, вот, один лист я уже испортил», — обреченно подумал Дима, и чтобы как- то отвлечься от внезапного уныния, посетившего его, стал машинально заполнять белый лист ватмана аккуратными геометрическими фигурами…

Конечно, не так он представлял себе совместную работу над проектом! Но делать нечего… Утешением был запасной лист и обещание Ксении помочь, если что.

Из другой комнаты до Димы доносились обрывки оживлённого разговора, а подвижный солнечный луч, точно указкой, рисовал затейливые узоры на чистых окнах комнаты, иногда останавливая свой стремительный бег и на белом листе ватмана. Дима старательно разрисовывал ватман, и лёгкая улыбка украдкой тронула губы. «Она просто шутит и правильно делает, а я уж что-нибудь придумаю потом с этим проектом. Главное — Софье Ивановне помогли сегодня!» — заключил Дима, отгоняя беспокойные мысли в сторону.

— Я забыл сказать тебе, что нам в школе определили тему «Животный мир», — вспомнил вдруг Дима, когда Фея вернулась в комнату.

— «Пантера». Подойдёт? — спросила девушка, указывая на выглядывающую из пакета Димкину спортивную обувь с красовавшимся силуэтом дикой кошки.

— Да, конечно, пойдёт! — порывисто ответил начинающий художник, радуясь, что она сделала выбор для работы, над которой вскоре предстоит трудиться лично.

— Так, а сейчас мы выберем самые красивые треугольники, — задумчиво рассматривая заполненный лист ватмана, проговорила Фея.

Девушка попросила юношу обозначить каждый треугольник порядковым номером. Затем, закрепив лист ватмана двумя бельевыми прищепками на ковре, уютно расположившемся на солнечной стене комнаты, Фея стала быстро и громко называть разные комбинации цифр. Записав длинные столбики цифр на кромке старой газеты, Дима, в ожидании дальнейших указаний, растерянно вздохнул.

— Отмеченные треугольники перенеси на второй лист ватмана. А фон можешь подобрать сам. Можно было бы отзеркалить, но не обязательно, — произнесла девушка по завершении непонятного для мальчишки действа, направляясь в сторону прихожей.

— Понятно, — выдавил из себя Дима, совсем ничего не понимая из того, что было сказано девушкой. Зато был рад тому, что сейчас они вместе выйдут на улицу, будет время побыть с ней наедине. А всё остальное не так уж и важно в конце концов…

Солнце на улице с лёгкой грустинкой пряталось в серой вате облаков. Вечер был тёплый. Ребята дружно махали, прощаясь с гостеприимной хозяйкой, смотревшей на них сверху из окна.

Дима заметил, как Фея неторопливо делает маленькие шаги по тротуару. Захотелось, чтобы эти шаги были сегодня ещё короче, а двор, по которому они сейчас шли, наоборот, был бы длиннее.

Дима не знал, как объяснить, но находиться рядом с Феей молча, не произнося ни слова, не было обычным молчанием. Это безмолвие не тяготило его, так как не укладывалось в рамки простой обыденности. Для Димы оно являлось необъяснимой формой общения, и он дорожил этими мгновениями, бережно сохраняя их в памяти.

Загудевший в сумке телефон заставил Диму ответить на звонок, так некстати нарушивший особенную тишину. Звонил Юрка, напоминая о Димкином обещании отдать Виктории билеты на концерт.

— Извини, мне срочно надо бежать. В филармонию успеть надо до начала концерта, — растерянно разглядывая мигающие цифры в телефоне, обозначающие текущее время, произнёс Дима, расстроенно опустив голову.

— Надо, значит надо. Доброй дороги, — сказала Фея, делая отмашку рукой и разворачиваясь в сторону спортивной площадки, что находилась в центре большого двора.

— До завтра, — тихо обронил Дима, срываясь с места на быстрый бег. Если бы у него была возможность, то сейчас он сделал бы из этих билетов самолётик и отправил прямиком в филармонию. Но пока таким умением не владел, к сожалению…

Дима изо всех сил рванул к подъезжающему автобусу, и за стеклом появился очень грустный пассажир с сумкой через плечо и чёрным тубусом под мышкой.

6.108

Дима мчался по улицам оживлённого города, на бегу попеременно перехватывая руками спортивную сумку, из которой наполовину выглядывал чёрный чехол для чертежей. Он не стал дожидаться рейсового автобуса и летел на всех парах от здания филармонии. Огибал на большой скорости многочисленных пешеходов, изображая классический слалом.

Пересекая широкие, ещё заледенелые, газоны на пути, Дима пару раз поскользнулся. Если в первый раз устоял на ногах, то во второй — упал на серый холмик слежавшегося снега. Не обращая внимания на появившийся в его облике «боевой раскрас», он как никогда спешил обратно к заветной арке. И причиной быстрому возвращению была короткая фраза, которую произнёс минут сорок назад, пытаясь выпутаться из очень неудобного разговора с Викторией.

«Меня ждёт Фея!» — три слова, прозвучавшие спонтанно, чтобы отказаться от приглашения Виктории составить ей компанию, неожиданно после произнесения стали такими явными. Необъяснимым образом Дима сам поверил в сказанное и теперь стремительно вбегал в короткий тоннель, полагаясь на маленький огонёк надежды, который теплился в сознании.

Вскоре большой двор целиком отобразился в широко распахнутых глазах мальчишки, и, устало опустившись на скамейку, он непроизвольно улыбнулся самому себе. Мысли крутились в хаотичном течении. Подумалось: «Как легко я принял желаемое за действительное».

Но почему-то, несмотря ни на что, Димка не был расстроен. Да, Феи сейчас не было во дворе, но ощущение, что он всё сделал правильно, не покидало. Быстро обежав глазами близстоящие дома, юноша мысленно пожелал Софье Ивановне и Фее хорошего вечера и добрых снов. Ради этого тоже стоило прийти сюда ещё раз.

Пока Дима не спеша топал в сторону своего дома, воспоминания о сегодняшнем дне, который он провёл в компании близких людей, приятно грели душу.

А час назад до этого возле филармонии было целое столпотворение — желающих попасть на концерт было очень много. Как только Димка слегка притормозил перед большим красочным плакатом, на котором размещалась реклама предстоящего концерта, так тут же перед глазами появился красиво оформленный букет цветов. Букет держала Виктория. Она первая заметила запыхавшегося парнишку.

— Привет! А где Юра? — прозвучал вполне ожидаемый вопрос.

— Юрка занемог и поэтому меня попросил тебе билеты передать, — заученной фразой ответил Дима.

— Очень жаль, тогда я тебе предлагаю получить заряд восхитительных эмоций и потом постараться Юре передать свои впечатления, — улыбнувшись, произнесла Вика.

— Подожди, у тебя пальто немного испачкано, — подсказал девушке Дима, пытаясь придумать нужный предлог, чтобы не обидеть Викторию отказом.

— Да? Подержи, пожалуйста, букет, а я сейчас достану салфетку из сумочки, — вежливо попросила Вика.

В нескольких метрах от них остановилась пожилая пара. Мужчина, указывая своей спутнице на юношу с цветами, тихо произнёс:

— Дорогая, смотри как романтично — встречает девушку с цветами и дарит билеты на концерт, как я в молодости.

— Точно, у него даже тубус с собой, наверняка торопился с занятий, чтобы успеть, — поддержала его женщина, добавив: — Давай сфотографируем ребят. У меня, глядя на них, такая ностальгия…

Дима, не ведая о том, что на него сейчас наводят объектив, протягивая цветы Виктории, спросил:

— Вика, а зачем тебе цветы?

— Хочу подарить маэстро и попросить автограф, — смущённо поделилась своими планами девушка.

— Слушай, у меня не получится сегодня составить тебе компанию. Меня ждёт Фея! — решительно произнёс Дима.

— Да? Тогда, конечно, не смею тебя задерживать. Привет ей передавай от меня, — понимающе сказала Вика, прижимая букет к груди и провожая глазами убегающего мальчишку.

6.109

Возвращаясь домой по оживлённым улицам города, Дима украдкой бросал взгляд на проходивших мимо людей. Они казались ему неприметными и серыми. На их фоне облик Виктории, всплывший в памяти, выделялся. Одна её улыбка чего стоила — словно яркая вспышка озаряла лицо девушки. Когда отдавал ей билеты, трудно было не обратить на это внимания.

Димка даже немного завидовал Юре: тому довольно быстро удалось узнать, что нравится Вике. А Дима до сих пор не знал, что важно для Феи, о чём она мечтает.

«Она умеет хорошо водить машину, имеет высокую спортивную подготовку, но эти навыки вряд ли вызовут у неё сейчас даже подобие улыбки», — поднимаясь по лестнице размышлял уставший от насыщенного дня юноша.

В комнате замерцал экран монитора, и Димка, разложив на столе изрисованный лист ватмана, стал печатать сообщение для Ксении — он обещал рассказать, как продвигается работа над проектом, но решил упомянуть о Фее только при необходимости, как про напарника. Хотелось скрыть, что работает над проектом с девушкой…

20.36 Дима: «Привет, Ксения. Ничего не вышло, вся надежда на тебя. Для проекта решили рисовать пантеру. Лист ватмана испортили, зато на нём большое количество треугольников изобразил, если тебе покажу — долго будешь смеяться! Правда, ещё лист остался».

21.18 Ксения: «Дима! Надо подумать. А пока пришли фото работы — хочу посмотреть на ваше творчество. Не переживай — смеяться точно не буду. Просто интересно».

Отправляя Ксении снимок, добавил к нему длинные столбики цифр, записанные на старой газете, которую машинально прихватил с собой.

…Утром, торопясь на тренировку, он вспомнил о вчерашней переписке, но совсем не было времени посмотреть ответ.

Весь день в школе Димка провёл в сопровождении унылой физиономии Юрки. Худосочный парень, как нитка за иголкой, всюду следовал за ним. Дима пытался донести до него мысль о том, что придуманные Юрой разные «уровни» — это просто глупая отговорка. Как ни старался, убедить одноклассника не получилось…

— Ну и что. Даже если ты в классической музыке профан, так это ещё ни о чём не говорит. Ты бы видел, как она радовалась! Придумай что-нибудь. Купи себе хороший велик, хватит дома сидеть. Поищи в интернете красивые маршруты по городу и предложи ей прокатиться. Такая хорошая возможность была пообщаться с ней, а ты весь день про эти «уровни» говоришь, — выходя из школы, раздражённо бросил Дима и демонстративно оставил Юрку в одиночестве.

Дома первым делом он прочитал сообщение Ксении, которое было прислано ещё ночью.

02.10 Ксения: «Ха! Оценила. Хороший розыгрыш! Если поймут, что вы взяли готовую работу в Интернете, по головке не погладят!»

— Какой еще розыгрыш? — произнёс Дима вслух, переключая своё внимание на звонок входной двери: сегодня должны были прийти с проверкой газовых плит. Дима выключил компьютер и вышел из комнаты.

Только после вечерней тренировки, выпив залпом стакан молока и умяв хороший ломоть батона, он решил продолжить переписку с Ксенией.

21.44 Дима: «Привет. Какой ещё розыгрыш?! Мы ничего не брали из Интернета».

21.54 Ксения: «Привет. Значит, эту работу вы делали самостоятельно?»

21.56 Дима: «А чего там делать-то? Я просто треугольники чертил, не раздумывая особо и всё!»

21.58 Ксения: «Понятно, рисовал ты, а кто выбирал те треугольники с номерами, что мне прислал?»

21.58 Дима: «Мой напарник. Я же тебе говорил, что нас двоих завуч заставил этот проект делать».

22.02 Ксения: «Если это правда, то твой напарник — очень талантливый человек! Я бы так не смогла. Да, а ещё хотела спросить, сколько времени он затратил, когда выбирал эту композицию?»

22.05 Дима: «Минуты три, кажется. Но, честно говоря, я не понимаю, о чём ты пишешь. Я думал, что этот лист просто испортили. Какой ещё талант?»

22.07 Ксения: «Подожди, а разве он тебе ничего не объяснил?»

22.11 Дима: «Кажется, он сказал, что отмеченные треугольники надо перенести на второй лист ватмана. Потом ещё предложил подобрать фон и что-то, связанное с зеркалом, но я ничего не понял. Просто подумал, что шутит так».

22.15 Ксения: «Получается, ты ничего и не собирался делать из предложенного им?»

22.16 Дима: «Ну да. Я же на тебя надеюсь, у тебя ведь есть опыт».

22.33 Ксения: «А зря! Получается, такую шикарную работу ты просто бы выбросил. Эх! Да, у меня есть опыт, и я рисую, сколько себя помню. Сейчас учусь в художественной школе. Я потратила безуспешно три часа на то, чтобы в твоих треугольниках найти силуэт пантеры. Сначала подумала, что вы нашли в Интернете такую головоломку — попыталась её решить самостоятельно. А потом устала и просто закрасила отмеченные твоим напарником фигуры, решив, что вы меня разыгрываете. Я была уверена, что эту композицию создал профессиональный художник. Только он вначале прорисовал бы чёткий контур из треугольников, а уже потом спрятал его во множестве одинаковых фигур. А оказалось, что твой напарник смог за три минуты найти в этом хаосе треугольников нужный силуэт. Настолько уникальное решение, что у меня просто нет слов! Да что там говорить — сам увидишь, когда всё сделаешь!»

22.43 Дима: «Может, это у него случайно так вышло?»

22.59 Ксения: «Когда ты чертил на ватмане, то он у тебя располагался горизонтально и поэтому все фигуры сжаты сильнее в горизонтальной плоскости, хоть ты и чертил произвольно. А твой товарищ расположил лист вертикально. Но даже при этом контрольных треугольников, через которые можно было бы провести контур — зрительную линию, выбранного вами персонажа — было недостаточно. Я на этом моменте, кстати, и сдалась. И тогда твой напарник принимает просто гениальное решение! Он вырисовывает из твоих треугольников лишь только половинку будущего плаката и предлагает всего лишь назеркалить её — поменять местами фон на второй половине. А это решение точно не дилетанта, и случайно так никто сделать не сможет. Поверь мне! Эта работа Мастера! Моя помощь тебе точно не потребуется. Аккуратно всё сделай и смело сдавай. Я получила огромное удовольствие, разбирая вашу работу, и сейчас просто в восторге от твоего напарника! Была бы рада с ним познакомиться, если конечно, это возможно».

23.08 Дима: «Хорошо! Я постараюсь. Благодарю за всё!»

02.02 Дима: «Да… не верю своим глазам! Так круто!!!»

02.04 Дима: «Я сделал первый лист только что, а завтра оформлю вторую половинку».

6.110

Тонкое лезвие осторожно освободило из бумажного плена последнюю фигурку. Дима, облегчённо вздохнув, встал с кресла и, сделав шаг к окну, бережно приложил белый лист ватмана к прозрачному оконному стеклу.

Плывущая за окном ночь щедро поделилась с ним своей краской, отчётливо выжигая на белоснежном полотне силуэт дикой кошки. Дима понял, что так в итоге будет выглядеть первый лист, второй — наоборот, будет тёмным с белыми треугольниками. Соединив мысленно два фрагмента, мальчишка улыбнулся и, отправив последнее сообщение Ксении, выключил компьютер. «Надо будет и себе сделать такой плакат», — подумал Дима, проваливаясь в долгожданный мир сновидений.

***

Звонок, громко прозвеневший в притихшей школе, добросовестно исполнил роль будильника, позволив отдохнувшему Димке своевременно покинуть укромный зал библиотеки. Когда в поле зрения неожиданно появилась Фея, он стал усиленно массировать заспанное лицо рукой, пытаясь придать бодрый вид.

— Привет, надо тебе кое-что отдать, — первой поздоровалась девушка.

— Да? Привет… — удивлённо рассматривая небольшой пакет в руках Феи, Дима пытался понять, что в нём находится.

— Как хорошо, вы, кстати, оба нужны. Уделите пару минут, это очень важно, — многозначительно взглянув на ребят, Любовь Сабинина раскрыла объёмную папку и…

— Сабинина, я составил списки команд. Давай посмотрим по-быстрому, надо отдать сегодня, — торопливо выпалил Константин, бесцеремонно увлекая Сабинину в сторону спортзала.

— Ладно, — ответила она, нахмурив брови, на ходу жестом приглашая Фею и Диму следовать за ней.

Прихватив по дороге ещё двух учеников, учитель физкультуры скрылся в тренерской вместе с Сабининой. Дима и Фея вошли в спортзал. Возле теннисного стола было как всегда оживлённо. На скамейках сидели переодетые в спортивную форму второклашки и наблюдали за игрой. С одной стороны стола стоял парень из седьмого класса, а его соперником был мальчишка как раз из той притихшей группы болельщиков, ожидавших урок физкультуры. Игра шла в странной манере: теннисный шарик отбивали ракеткой, но для удара использовали только рукоятку.

— Ха! Проиграл! Тогда постарайся, а мы посмотрим! — скомандовал после победы семиклассник, самодовольно постукивая ракеткой о стол.

Проигравший мальчишка был расстроен, но полез под стол изображать лающую собаку. Дружный хохот старших парней всколыхнул притихший зал. Они сидели прямо на полу за победителем, поэтому вошедшие в спортзал девятиклассники их не заметили.

— Кто ещё желает сразиться? Победитель заказывает музыку! — обращаясь к притихшей стайке учеников, громко выкрикнул победитель. — Я же вам даю фору — десять очков! Только одно очко вам надо выиграть у меня! Ну, кто смелый? Приглашаю всех!

— Мне можно попробовать? — голос Феи остановил гогот парней, возвращая тишину в зал.

— С тобой?! — опешил парень, но замешательство было недолгим, и он с хитрым прищуром произнёс: — Хорошо, играем одну партию. Сама понимаешь, фору дать не могу.

Димка, закинув на плечо рюкзачок Феи, с удивлением рассматривал парня, так смело бросившего вызов одной из лучших теннисисток города. Пусть в игре будет участвовать лишь маленькая рукоятка теннисной ракетки, но навыков в этой игре у Феи гораздо больше. «Что-то тут не так», — подумал Дима, внимательно изучая соперника.

Второклашки оживились. По всему было ясно, что парень их давно донимает, но долгожданной победы они одержать так и не смогли. В зале стало многолюдно. Сарафанное радио работало очень надёжно. Тут же поднялись с пола и подошли ближе к столу ребята, поддерживающие семиклассника, а Дима ощутил за спиной немалое скопление зрителей.

Фея взяла лежащую на столе ракетку и несколько секунд внимательно её изучала. Потом предложила сопернику подавать первому.

Удерживая рукой овал ракетки, парень, прицелившись, сделал аккуратную подачу маленькой рукояткой. Получилось! Шарик ловко перепрыгнул через сетку. Дождавшись отскока, Фея, вместо того, чтобы попытаться отбить подачу, в воздухе поймала свободной рукой шарик и спокойно перебросила сопернику. То же самое произошло и со второй подачей парня.

— Она ему фору даёт! — послышался чей-то шёпот рядом с Димой.

— Когда проиграет, пусть макаку изобразит! — донеслось отчётливо со стороны парней, поддерживающих соперника Феи. Они были довольны началом поединка.

Фея, словно действуя по заранее разработанному плану, невозмутимо отдав без борьбы два очка, сейчас готовилась сделать свою подачу. Плотно обхватив рукоятку ракетки и тем самым не оставив себе возможность для удара, высоко подбросила лёгкий шарик.

Все, в том числе и соперник, с недоумением ожидали, что же она будет делать, ведь буквально через секунду шарик упадёт на пол. Резко развернув кисть руки, в которой находилась ракетка, Фея точно ударила шарик торцом ракетки, сразу заработав на своей подаче очко. Отскок на другой половине стола был настолько сильным, что парень не смог вовремя отреагировать.

Так они и подошли к тому моменту, когда счёт партии стал равный, и разыгрывать надо «больше-меньше». Не выдержав сильного давления, соперник Феи ошибся при розыгрыше своей подачи и был вынужден признать поражение.

— Тут я слышал предложение насчёт макаки? Думаю, это хороший выбор! — зычно прогудел из толпы узнаваемый всеми голос Кирилла Фролова.

— Ладно, я вас потом найду, ребята. А сейчас, Фея, зайди в тренерскую, учитель хочет с тобой проконсультироваться по поводу покупки новых теннисных столов, — сказала подошедшая Сабинина, внимательно изучая собравшуюся толпу.

В это время зал просто взорвался от дружного смеха, потому что Фролов заставил лезть проигравшего на канат и там изображать обезьяну.

Пользуясь тем, что остался возле стола в полном одиночестве, Дима взял в руки ракетку, которой играла Фея. Рукоятка имела в сечении круглую и хорошо отшлифованную поверхность, только торец рукоятки имел ровный срез. Положив ракетку на место, Дима обошёл стол и взял ракетку, которой играл парень. В глаза сразу бросилось отличие. Весомое отличие: с одной стороны рукоятка была выпуклой, но с другой стороны она имела плоскую поверхность, что давало преимущество. То, что Фея поняла это сразу, он смог рассмотреть только сейчас.

— Хитро, — пробурчал Дима, отходя от стола и с удивлением разглядывая окружившую его со всех сторон малышню.

А Фея рассматривала в тренерской на экране монитора представленные Константином образцы предполагаемых школьных покупок и, разумеется, не видела того, что её рюкзачок сейчас находился в эпицентре всеобщего внимания. Над ним заговорщически склонились головы второклашек, только что активно болевших за Фею, и Дима в этой компании не был исключением.

Торопливо покинув спортзал, Дима проводил Фею до её класса. Перемена большая, но не бесконечная. Возле кабинета физики их встретила Лена, с довольной улыбкой демонстрируя нарядные смайлики на своей сумке.

— Сегодня, оказывается, у начальной школы праздник «Подари улыбку!», и мне они подарили целых три штуки! Здорово! Я такая счастливая! — радостно проворковала Лена, показывая свои награды.

Дима, до этого державший в руках рюкзак Феи, осторожно опуская лямку рюкзачка на её плечо, промолчал в ответ на эти громкие всплески радости и лишь кивком головы обратил внимание Лены на Фею, заходившую в класс. Реакции Лены, к большому сожалению, так и не смог увидеть, потому что подошедший учитель быстро закрыл дверь, а протяжно зазвеневший звонок заставил Диму незамедлительно ускориться в направлении к своему классу.

Весь класс малышни решил отблагодарить девушку, заступившуюся за них в теннисном поединке, и пока Фея была в тренерской, они закрепили на её рюкзачке именные «улыбки», изготовленные каждым учеником. Поэтому так трогательно к ним относились те, для кого смайлики в этот день стали подарком.

«Интересно, а сама она сегодня улыбнётся?» — подумал Дима, представив Фею, разглядывающей большую гирлянду детских улыбок на своём рюкзачке.

6.111

Новый день открыл свою прозрачную страницу, и в ней можно было рассмотреть отражение спешащего по городским улицам мальчишки с футляром для чертежей под мышкой. Временами на его лице возникала улыбка. Он торопился, согреваемый робкими лучами весеннего солнышка, решившими в это утро составить приятную компанию по дороге в школу.

Рассмотрев в школьном тамбуре островок запотевшего стекла, образовавшийся от дыхания входящих ребят, Димка быстро нарисовал весёлый смайлик и, подмигнув на прощание, открыл входную дверь. Он не видел, что человек, идущий за ним, тоже решил поучаствовать, и когда шаги вслед за Димой скрылись в здании школы, на стекле появился распустившийся цветок, где улыбающийся смайлик красовался в самом его центре.

В учительской, словно в операционной, тишина осторожно пыталась составить незримую компанию двоим. Склонившаяся над плакатом голова высокого парня в очках находилась под пристальным вниманием Димы, который терпеливо ждал оценки их пантеры. Парень молчал, словно набрал в рот воды. Молчание порядком затянулось. «Что он там, треугольники что ли считает?» — подумал Дима, понимая, что необъяснимое волнение начинает тревожить всё больше и больше.

— Оригинально! — разрядила эту неловкость незаметно вошедшая Людмила Прокофьевна, внимательно рассматривая разложенные листы ватмана на столе.

— Кто из вас будет представлять проект? — произнёс, наконец, высокий очкарик, не меняя позы у стола.

Дима непонимающе пожал плечами. Этот момент не обсуждался, поэтому он не был готов ответить сию минуту.

— Ты рисовал?! Помню, говорил тогда, что треугольники у тебя хорошо получаются! — завуч повернулся в сторону Димы, указывая рукой на стол.

Димка молчал, он не ожидал, что у завуча такая хорошая память на лица.

Да, рисовал эти треугольники именно он, но идея всего остального принадлежала Фее. Как выкручиваться из этой нелепой ситуации, он понятия не имел.

— Всё ясно! — парень развернулся в сторону Димы и, уже обращаясь к учителю, добавил: — Людмила Прокофьевна, он нам нужен!

— Эдуард, он сейчас в девятом классе, и у них экзамены, — виновато прозвучал ответ, словно отказ, которым боялась она обидеть парня, пользующегося определённым авторитетом.

— Хорошо, тогда в следующем году?

— Вот в следующем году — он ваш! — торжественно согласилась Людмила Прокофьевна, выходя из учительской.

— Извините, а что с проектом? — попытался напомнить о себе Дима, переваривая только что услышанное.

— Я что, слепой по-твоему?! — грозно сверкнул стёклышками очков парень и требовательно спросил: — Фамилия, имя, класс?

Диму внесли в какой-то список. Но самое главное — их работу приняли! А это означало, что можно и дальше наслаждаться библиотечной тишиной.

Выйдя из учительской, в коридоре Дима встретил Юрку, который в последнее время вёл себя немного странно: нацепил дорогие топовые часы и телефон купил самый навороченный. «Это он так повышает свои уровни!» — промелькнуло в голове, когда Дима рассматривал своего одноклассника.

— Слушай, ты в боулинг не хочешь сходить? — демонстративно поправляя часы, спросил Юра.

— Ну, может, на каникулах… — рассеянно ответил Дима, не переставая думать о своём.

— Ты что?! В этом году уже все каникулы прошли! — исчезнувшая с лица улыбка сменилась полным разочарованием во всём Юркином облике.

— Ладно, тогда в следующем году можно сходить, — философски обронил Дима, заходя в класс.

— Жаль, а мне так надо найти ещё одного парня для компании, — обречённо выдавил Юра, незаметно мотнул головой, подавая знак кому-то из класса.

— Ты бы держался от них подальше — целее будешь, — тихо, но отчётливо попытался предостеречь его Дима.

Он заметил, что Юрка переглядывается с теми одноклассницами, которые как-то предлагали Диме свою «помощь» в уборке класса. В отличие от Димы, время которого расписано по минутам, Юра после уроков был абсолютно свободен, поэтому старался влиться в разобщённую структуру класса и цеплялся за любую возможность завести дружеские отношения с одноклассниками.

«Неужели он не понимает, что и улыбки бывают фальшивыми?» — подумал Димка, располагаясь за партой и открывая учебник. В последнее время не мог понять, почему так катастрофически быстро бежит время — та самая «стрелка его жизненных часов» — что приходится даже перемены тратить на учёбу.

Вчера Фея отдала ему часть потрёпанных страниц из старой книги и в придачу к ним очень хороший перевод текста. Она сказала, что остальные страницы с переводом из-за большого количества пропусков в тексте будут позже.

Оценив профессиональную работу переводчика Димка задумался над прочитанным. Думая о поведении Юры сегодня, вновь вспомнил кусочек текста: разговор младшего брата с отцом о дружбе. «Знаешь, если у тебя есть человек, с которым хочется поделиться чем-то важным и значимым или в трудную минуту его вспоминаешь, и от этого легче на душе, то думаю, это говорит о том, что ты обрёл друга в своём сердце…»

Первый и единственный, кто сразу пришёл на память, был Вадим. А дальше память буксовала… Интересно, а можно дружить с девушкой?

В Интернете Диму привлёк один форум, где как раз обсуждалась возможность дружбы между парнем и девушкой. Множество разных мнений было прочитано, но одно сообщение заинтересовало особенно: «Встретить в жизни человека, которому доверяешь и веришь всегда, которого воспринимаешь как личность без всяких условностей, когда это взаимно, то какая разница, мужчина он или женщина, старше или младше. В дружбе нет возрастных ограничений, есть только один момент: такая дружба — это редкий дар, его можно сохранить только в чистом сердце. Вопрос в другом — имеет ли человек силу взять и удержать этот дар? А до остального, о чём пишут многие — нам расти и расти…»

«Чистое сердце?!» — звучало в голове Димки. Вчерашние поиски в Интернете бороздили память, а задумчивый взгляд был устремлён в небесную синь.

6.112

Шум в школьной столовой во время большой перемены уже давно превысил все допустимые показатели в децибелах. А вот на молодого мужчину, уже целый час тщетно корпевшего над тарелкой с макаронами, своего воздействия оказать так и не смог. Неожиданная встреча, произошедшая сегодня, заставила вспомнить тот, глубоко засевший в памяти, день…

…В салоне небольшого автобуса с потрёпанными боками, на которых ржавчина оставила разводы, невзирая на поздний вечер, были открыты все форточки в окнах да ещё два люка на крыше. Тёплый поток воздуха с ярким ароматом созревшего августа, словно спелый и сочный плод, щедро вливался внутрь ползущего по заросшим переулкам посёлка автобуса. Кроме водителя в салоне был единственный пассажир. Молодой парень сидел в первом ряду, склонившись над пакетом с яблоками. Левой рукой он держался за блестящий поручень, а правая рука, крепко перебинтованная в районе локтя и кисти, была опущена на колено. Ещё одну перевязку, на ноге, скрывали брюки.

Несколько дней назад однокурсник позвал поучаствовать на сборке бревенчатого дома в пригороде. Естественно, за хорошую плату. Какой студент откажется подзаработать, если на носу новый учебный год с обязательными денежными вложениями? Всё шло хорошо. В последний день осталось поднять большое бревно на верхний венец сруба. Неожиданно разъединилась на две части крепкая верёвка и резким надрывом просигналила, что её время вышло. Древесный снаряд, поднимаемый рабочими, на какое-то мгновение замер в воздухе, но, подчиняясь силе притяжения земли, одним концом стал резво приближаться к оторопевшим от неожиданности строителям. Два человека сразу оказались в зоне падения бревна. Как итог — очень сильные ушибы. Хорошо ещё, что обошлось без переломов.

Автобус на очередном повороте стал сбавлять ход и вскоре затормозил у остановки. Заметив бегущего к автобусу человека, пассажир в салоне торопливо вытянул из пакета замусоленный пиджак и быстро надел поверх серой футболки.

Девушка, по виду ровесница, буквально влетела в автобус. Поблагодарив водителя за ожидание, прошла в самый конец салона. Стройная, в яркой алой блузке и чёрной юбке, своим появлением она сразу оживила атмосферу, наполнив вечер лёгким очарованием юности. Когда она проходила мимо парня, улыбка мгновенно слетела с лица, а брови нахмурились, словно увидела что-то неприятное. Весь помятый, с короткой щетиной и в потрёпанном пиджаке, сшитом, наверное, ещё при царе Горохе, парень в первом ряду явно не внушал доверия, что красноречиво читалось во всём облике девушки. Откуда ей было знать, что причиной, по которой этому пассажиру пришлось сейчас ехать в рабочем облачении, был хозяйский кот, старательно и успешно пометивший повседневную одежду парня.

Отчалив от остановки, автобус шустро направился в сторону конечной, находившейся возле железнодорожной платформы.

«Значит, нас всего двое…» — подумал парень, осторожно опуская травмированную ногу с подножки автобуса и успевая разглядывать перед собой широкую площадь с редкими островками зелени.

В дальнем углу открытого пространства виднелись высокие ангары, обнесённые крепким забором. Несколько заброшенных торговых киосков, приютившихся рядом с широкой бетонной лестницей, ведущей на саму платформу, дополняли картину. Всё указывало на то, что раньше тут было довольно оживлённо. Высокие деревья, растущие по краям площади, кронами накрывали пару дежурных фонарных столбов.

Так получилось, что с появлением новой фабрики на территории посёлка центр застройки постепенно сместился на несколько километров в сторону, где находилась ещё одна платформа с вокзалом и многочисленными магазинами, оставляя эту остановку для редких жителей притихшей окраины.

Поднявшись по лестнице, парень осмотрелся: на бетонных плитах, предназначенных для ожидания и высадки пассажиров, кроме него и девушки, быстро прошагавшей в самый дальний конец платформы, никого не было.

Был тихий субботний вечер. Ветер устал причёсывать многочисленную листву на деревьях и улёгся отдохнуть на вытянутых проводах. Замерли в тёмной синеве небосвода раскидистые шапки сосен. Бледные блики от фонарей мягко обволакивали всё вокруг. И в этой удивительной тишине были отчётливо слышны даже малейшие шорохи.

Через десять минут должна была подойти последняя по расписанию электричка, направляющаяся в город.

Прошло десять минут, а может все двадцать, но электричка так и не соизволила порадовать ожидавших своим появлением. Юноша встревожился, посмотреть изменения в расписании не было возможности, потому что телефон тоже пострадал. Он обратил свой взор в сторону, где густой кустарник, разросшийся по обе стороны железной дороги, нависал над скамейкой, ловко скрывая фигурку девушки. Длинная линия платформы располагалась не по прямой, а имела слегка выгнутую линию, из-за которой тоже разглядеть девушку было невозможно. Он смог заметить её по яркой блузке, когда сделал несколько шагов вперёд к самому краю платформы. Девушка была невозмутима. Она спокойно сидела на скамейке в одной позе, не проявляя ни беспокойства, ни признаков остатков терпения — наушники, плотно прижатые к голове незнакомки, заглушали все посторонние звуки. Юноша просто не мог видеть этого.

— Может, электричка будет с опозданием, — тихо проговорил вслух.

У девушки в руках он точно видел телефон со светящимся большим экраном. «Возможно, она знает об этом и поэтому так себя ведёт», — усаживаясь на истёртые временем бруски массивной скамьи, подумал парень, вдыхая полной грудью воздушную палитру разнообразных оттенков завершающего круг лета.

Вдруг отчётливо послышался шум шагов. На железнодорожном полотне показались три человека. О чём-то переговариваясь, они шли прямиком к платформе. Обрывки грубой с руганью речи, доносившиеся ещё издали, насторожили юношу. Он, прихрамывая, быстро сделал несколько шагов вперёд, выхватил из пакета яблоко и бросил в сторону девушки, стараясь этим привлечь её внимание к происходящему. Он увидел, как яблоко удачно прокатилось прямо перед незнакомкой, но та даже не шелохнулась.

— Что она там, спит что ли? — растерянно проговорил он, возвращаясь к скамейке.

Первыми шли два коренастых крепыша с бритыми головами, в коротких майках, похожие друг на друга. Они громко зубоскалили между собой. Сомнений не было — парни были навеселе. За их спинами вышагивал третий. Этот высокий парень был молчалив, одет, в отличие от тех, со вкусом, модно.

— Слышь, электричка не приходила? — грозно прорычал один из «братанов», подходя вплотную и обдавая сильным перегаром.

— Если бы она пришла, то мы бы её с реки услышали, — назидательно ответил ему такой же бритоголовый, бесцеремонно заглядывая в лежащий на скамейке пакет с яблоками.

Они свободно и громко обсуждали свои проблемы. Из услышанного было понятно одно: на ожидаемой электричке к ним должна была приехать ещё одна компания и не с пустыми руками. Им не терпелось продолжить банкет на берегу реки.

Притворившись прилично подвыпившим, благо внешний вид к этому располагал, юноша незаметно наблюдал за третьим из пришедшей компании. Чувствовалось, что он был лидером и авторитетом у тех двоих пользовался однозначно. Белая рубашка, заправленная в светло-серые брюки, и надетый поверх пёстрый жакет выдавали в нём пижона. Но не это было главным в его образе. Его холодный взгляд бесстрастно анализировал, изучая всё вокруг. Посмотрев на часы, он остановился, потом прислушался и, словно услышав что-то, заслуживающее внимания, сделал пару шагов в сторону девушки, сидевшей на другом конце платформы.

Яблоко, метко брошенное, удачно достигло своего адресата, попав тому прямо в голову. Высокий парень сразу остановился, и развернувшись, посмотрел в сторону того, кто позволил себе такую дерзость.

— Эй, длинный! Давай махнёмся не глядя: мне твой пиджачок приглянулся, а я тебе свой отдам, — деланным заплетающимся языком негромко, но отчётливо проговорил сидевший на скамейке парень.

— Молодец! А то я от скуки не знал, чем себя занять, — опережая своего босса, восторженно проговорил бритоголовый, разворачиваясь в сторону скамейки и передавая второму крепышу бутыль.

— Интересно, на сколько его хватит? — озадачился тот, присаживаясь на соседнюю скамейку.

«Мне и самому интересно, на сколько? Может один раунд продержусь», — подумал юноша, опираясь спиной на невысокое ограждение платформы и успев при этом ловким перехватом перекинуть с платформы в плотные кусты бросившегося на него с остервенелой улыбкой парня.

Почти сразу раздался звук битого стекла, и на парня одновременно с двух сторон устремились ещё две тени. Первый сильный удар принял на себя вовремя подставленный пакет с яблоками — острое стекло раскроило пакет на две части, давая понять, что всё самое интересное только начинается.

Пнув ближайшую урну ногой, чтобы хоть как-то подать шумовой сигнал девушке, парень мысленно включил обратный таймер отсчёта, пытаясь дать ей время спрятаться и позвать помощь…

…Снова и снова прокручивая в памяти события того августовского вечера, мужчина откинулся на спинку стула и слегка прикрыв глаза, облокотился на стол.

— Не устал филонить? Я понимаю, что у тебя сегодня в расписании было «окно», но сейчас, если ты не поторопишься, твои разнесут раздевалку на большую кучу щепок, — составляя тарелки с подноса на стол, женщина в спортивном костюме громко произнесла свою тираду, возвращая мужчину в шумную круговерть школьной жизни.

— А я пирожки на всех взял, — оправдываясь за свою задержку, торопливо ответил он и встал из-за стола.

— У медиков был? Сегодня же всем учителям ЭКГ делают — профсоюз постарался, — устраиваясь за столом, поинтересовалась и, не дожидаясь ответа, высоко поднятой рукой стала подзывать к своему столику ещё одного преподавателя.

— Был…

А выходя из столовой, сам себе тихо проговорил: «А ведь я уже почти забыл».

По иронии судьбы не он один так же старательно копался в своей памяти, восстанавливая по минутам тот августовский вечер. Женщина в белом халате пристально рассматривала своё отражение в большом окне школьного медицинского кабинета, словно пыталась увидеть в нём себя той студенткой, юной и решительной. Всего-то восемь лет прошло с тех пор…

…В комнате, завешанной коврами, создававшими ощущение большой шкатулки, раскрашенной изнутри замысловатыми узорами, девушка торопливо наносила авторучкой аккуратные строчки на развёрнутую упаковку от чая. В записке она благодарила гостеприимных родственников за радушный приём и, ссылаясь на важные дела, прощалась.

Она не хотела оставаться на ночь — супруга родного дяди была тому причиной. Эта энергичная женщина все разговоры сводила к поиску потенциального жениха для племянницы мужа, перешедшей всего лишь на второй курс медицинского института. Вот и на завтра были запланированы смотрины — приглашён в гости достойный кандидат из местных. Понимая, что к её мнению никто прислушиваться не собирается, девушка, пользуясь тем, что соседи пригласили хозяев в баню и в этот вечер она дома одна, решила сбежать в город на последней электричке.

Понимая, что пройти незамеченной мимо соседского дома будет сложно, девушка подошла к раскрытому окну, и вскоре её фигурка крадучись пронеслась по огороду и скрылась за калиткой, что открывала путь в узкий переулок, ведущий к заветной остановке автобуса.

— Девчата, я приеду на последней электричке, если будете заказывать суши, то я в деле. А ещё я яблоки вам привезу, очень вкусные. Да, и сегодня вышли две последние серии «Героя», буду в электричке смотреть. Такой классный сериал, жаль, всего только двадцать серий, смотрела бы бесконечно. Умеют корейцы делать отличные фильмы. Ну, всё, бегу на автобус, пока, — на ходу протараторила девушка, сменяя быстрый шаг на бег.

В автобусе было пусто, не считая какого-то неряшливого парня в первом ряду. Пройдя в конец салона, девушка сразу всё внимание перенесла на просмотр любимого фильма.

На конечной остановке при выходе из автобуса парень немного замедлил, и ей пришлось подождать малость, когда широкая спина юноши освободит проход.

«Ну, что так долго?» — промелькнуло раздраженно, пока смотрела на замусоленный пиджак. Эх, знала бы она, что вскоре эта спина будет надёжно укрывать её от большой беды.

На платформе, пройдя в самый конец, девушка залипла на светящемся экране телефона, где её любимый актёр героически спасал свою возлюбленную. «Да, такие мужчины бывают только в фильмах, а у нас куда ни посмотришь, вокруг одни одноклеточные», — прокатилось в голове. Контроль над временем потерялся — она целиком ушла в бегущие на экране кадры, сопереживая сильному и смелому герою фильма.

Два ярких белых луча от фар выхватили из покрывала позднего вечера железнодорожную платформу, и через пару секунд из примчавшейся машины выскочили двое: высокий, огромного роста водитель, и женщина, которая сразу пронзила воздух громким и пронзительным возгласом:

— Лара!

И если на свет девушка отреагировала спокойно, — лишь посмотрев на железнодорожные пути, но не обнаружив электропоезда, снова направила свой взгляд на мерцающий экран — то легко узнаваемый крик женщины, в один миг прошивший её наушники, заставил сразу вскочить, пройти несколько шагов по платформе и помахать высоко поднятой рукой в ответ.

Девушка не заметила, как в это же самое время с платформы спрыгнули и скрылись в ближайших кустах трое. Зато, подходя к машине, она увидела лежащего на платформе человека. Ещё несколько секунд назад он стоял на ногах, принимая многочисленные удары на себя, и лишь звук подъезжающей машины был для него тем гонгом, что оповестил об окончании раунда. Подойдя ближе и ощутив резкий запах раздавленных яблок и пролитого вина, среди битого стекла она рассмотрела неподвижный силуэт парня. Подумала, нахмурившись: «Надо же так напиться», — но уже через секунду поняла очевидное: человек нуждался в помощи, и ей, как будущему врачу, представилась возможность применить теорию на практике.

Понимая, что счёт идёт на секунды, девушка, не раздумывая, сняла блузку, чтобы остановить сильное кровотечение, и позвала приехавших родственников незамедлительно подойти к ней.

6.113

— Шире шаг! Не делаем дырок в строю! — учительница младших классов торопила первоклашек в столовую, и длинная змейка малышей старательно выполняла наставления, неуклюже сталкиваясь в своих рядах. Пропуская малышню, Дима придержал споткнувшегося в дверях мальчишку, и лёгкая ностальгия по старой школе невольно тронула за живое.

По привычке надевая куртку на ходу, он открыл двери и вдохнул свежего воздуха, такого долгожданного после школьного бункера. Заметив за собой женщину, одной рукой придержал дверь, а другой пытался нахлобучить вязаную шапочку. Внезапно женщина остановилась в дверном проёме и вместо того, чтобы пройти мимо, помогла ему справиться со съезжающей набок шапкой.

— Лариса Дмитриевна?! — удивился Димка, обращаясь к женщине, оказавшей помощь.

— Ха, вот так встреча, сегодня уже трёх знакомых удалось увидеть! Какой насыщенный день на сюрпризы! Дима, как ты думаешь, такое событие надо переварить за чашечкой кофе? — женщина загадочно улыбнулась, словно предлагала Диме отгадать, кого же повстречала сегодня.

— Так у нас в столовой есть буфет, и там можно кофе попросить. Учителям можно, а школьникам не разрешают.

— Знаешь, у меня сейчас перерыв, через час пойдёт вторая волна — будем принимать учителей из другой школы. А мне хочется немного сменить обстановку. Знаешь поблизости место, где можно перекусить без большого вреда для здоровья?

После небольшой паузы, испытывая неловкость, Дима предложил:

— «Пышечная» подойдёт?

— Конечно! Для городского жителя это самый лучший перекус! Давно не ела. Возьмём для начала по три порции!

Спускаясь по ступенькам, Дима почувствовал восторг в её словах, а вот умело спрятанную лёгкую грусть не заметил.

Прозрачный монолит стелы стеной скрывал весь уличный шум, оставляя перед глазами снующие в разные стороны беззвучные фигурки прохожих, словно в старом немом кино. В «Пышечной» было многолюдно. Как всегда. Но у Димы имелось одно облюбованное место, как правило, редко занятое посетителями. Сразу при входе имелась небольшая ниша, где возле узкой стойки возвышались три барных стула. В этой нише под самым потолком был установлен большой экран. Конечно, когда экран расположен над головой, то посмотреть, что показывают, довольно проблематично. К тому же рядом находились две колонки. Они отпугивали многих. Но звуковые волны, пролетая над головой, совершенно не мешали, впрочем, как и светящийся экран на стене. Зато сидя на высоком стуле, можно было не спеша потягивать из трубочки молочный коктейль, который Дима особо предпочитал. А закреплённые на стене многочисленные тонкие поперечные спилы деревьев помогали отрешиться от городской суеты и подумать о чём-то своём. Сюда не долетали чужие взгляды, делая этот уголок укромным, ещё более привлекательным.

— Как твоя Светлана? Видела её мельком в школе, — женский голос заставил мальчишку отвести взгляд от стены и сосредоточиться на бокале с молочным коктейлем.

— Вы же обещали?! — вспыхнул Дима, выстраивая молниеносно в голове всевозможные догадки и предположения.

— Про тебя ни слова, честно! Я и в больнице тоже про тебя ничего не сказала. А ёжик у тебя тогда такой милый получился. Все им любовались! — решительно пресекая все необоснованные Димины подозрения, ответила Лариса Дмитриевна.

— Да? Спасибо Вам! — успокоился Дима и задумался, кто же был третий знакомый.

— Света, как воспитанный человек, поздоровалась со мной, хоть мы и виделись всего ничего. А вот другие, в отличие от неё, только и могут твердить, что «не помню», «не припоминаю», — детский сад, одним словом! — Лариса Дмитриевна и не заметила, как сменила тему.

Димка внимательно слушал, пытаясь понять, о ком идёт речь.

— Я ведь только хотела извиниться за тот случай и поблагодарить его по-человечески. Таблеток ему надо прописать от забывчивости! Знаешь, Дима, иногда так хочется повернуть время назад!

— А, понимаю, это как в игре, где у тебя есть пять жизней в запасе.

— Пять жизней? Ну это уже перебор, а вот несколько лет вернуть — самое то.

— А сейчас-то ничего нельзя сделать? — участливо спросил Димка, допивая коктейль и составляя пустые тарелки стопкой.

— Можно, конечно, если человек признает свои ошибки. Значит, он не стоит на месте, а продолжает идти вперёд. Знаешь, несколько лет назад я думала, что спасла жизнь одному человеку, который не берёг своё здоровье и был очень беспечен по отношению к себе. А оказалось, что это он тогда спасал меня от большой беды из-за моей беспечности. Правда, об этом я узнала не так давно. И что самое важное, после этого очень захотелось увидеть этого человека снова.

— И… встретили? — с нескрываемым волнением спросил Дима, проникаясь и понимая искреннее переживание молодой женщины.

Сияющие глаза Ларисы Дмитриевны красноречиво говорили о том, что встреча состоялась.

Посмотрев на большую стрелку часов, плавно качнувшуюся, отсчитывая исчезающие минуты, Дима стал прощаться:

— Мне пора идти. Надо домой заскочить, а потом на тренировку.

— Хорошенько постарайся и стань чемпионом! — прозвучал ему вдогонку подбадривающий голос.

— Постараюсь, — улыбнувшись, выдохнул юноша, открывая широкую дверь в весенний городской круговорот.

6.114

Из «Пышечной» Дима шёл домой под впечатлением от разговора с Ларисой Дмитриевной. Её слова: «В каждом человеке могут быть спрятаны всевозможные сюрпризы, загадки, и хорошо, когда их открытие приносит другому человеку желание радоваться, а не наоборот» — хорошо запомнились.

После событий, произошедших с Димой в последнее время, Фея раскрылась с другой стороны. Оказывается, она может даже в беспорядочно нацарапанных на ватмане геометрических фигурах найти красивый образ. «Я была уверена, что эту композицию создал профессиональный художник» — вспомнились слова Ксении в электронной переписке.

Дима вдруг остановился. Его осенила мысль, молнией пронзившая сознание — что было бы, если у Феи вместо Димкиных треугольников в руке оказались кисти с красками? Или хотя бы простой карандаш?

Света до сих пор являлась для него непостижимой загадкой, по какой-то неведомой причине оказавшей ему доверие. Благодаря этому Дима хотел помочь Фее. Хотел, чтобы улыбка озаряла лицо девушки, мечтал, чтобы её глаза не грустили, а сияли блеском радости. Это желание было самым главным для Димы.

***

В театре сегодня большой праздник. Премьера новой постановки. Из-за этого два человека, щедро усыпанных разноцветными конфетти, весело переговариваясь, дружно вошли в мастерскую.

— Светлана, дорогая, сейчас я дам тебе небольшое задание, — мужчина в шикарном белом костюме, усаживая маленькую девочку лет шести в большое кресло, торопливо освобождал поверхность стола от творческого беспорядка.

— А про обещание, дядя Рубен, не забыли? — строго спросила она, не скрывая своей улыбки и внимательно следя за умелым движением кисточки в руке художника, вырисовывающей на белом листе чёрный круг шара.

— Как можно! Слушай, твоя мама сейчас нарасхват, она, оказывается, умеет делать такие живые снимки, что нам с Виктором срочно надо её спасать от артистов труппы. И как только мы её освободим, так сразу пойдём смотреть на механизм, который крутит нашу сцену.

— Договорились, — разглаживая руками белый лист бумаги, совсем не по-детски лаконично согласилась Света.

— Я нарисовал чёрный шар. А твоя задача — нарисовать белый шар, используя только чёрную краску, — передавая кисточку в раскрытую ладошку девочки, художник театра хитро подмигнул ей — первой и единственной, как окажется по истечении времени, ученице. Шаги мужчины стихли за дверью, и творческая атмосфера привычно заполнила комнату.

— Белый шарик? — вслух задалась вопросом девочка и, окунув кисть в чёрную краску, старательно принялась за работу.

Завершив рисунок, юная художница внимательно осмотрела поверхность стола. Прямо перед ней из железной коробки выглядывали фигурки маленьких человечков. Они были вылеплены из глины и раскрашены в разные цвета. Рядом с коробкой большая глиняная птица распушила хвост из многочисленных кисточек, вставленных в небольшие углубления. Чуть выше над столом можно было рассмотреть вырезанный из тонкого железа фонарь на деревянной подставке и силуэт белой совы около него.

Вскоре послышались знакомые голоса, и девочка, держа рисунок, развернулась вместе с креслом к входящим.

— А это что за хвостик? — спросил художник, внимательно изучавший нарисованный шар.

— Дядя Рубен, это не хвостик, а тень. Посмотрите, у Вас тоже есть на рисунке, только чёрная, а у меня белая.

— Белая тень?! — восторженно воскликнул мужчина, прижимая раскрытую ладонь к лицу и старательно пытаясь спрятать улыбку.

— Ну да. Просто у Вас белый свет, а у меня чёрный, поэтому и тень у меня должна быть белой, — невозмутимо заключила девочка и решительно направилась к двери, поинтересовавшись: — Дядя Рубен, а там есть лампочки или нам надо взять фонарик?

— Слушай, зачем фонарик? Я сам сейчас как большой фонарик! Ты только посмотри на меня! — не сдерживая шикарной улыбки, ловко усадив девочку на своё плечо, мужчина громко скомандовал: — Вперёд! В загадочное подземелье нашего театра! Будем освещать себе путь большими и яркими улыбками!

***

Красиво пройдя сложный поворот невероятным дрифтом, водитель плавно притормозил машину на обочине. Мощный мотор, пророкотав немного, стих. Запах от отработанных под большой нагрузкой горячих шин лёгким облачком пробежал по зелёному коврику травы, спугнув с цветков хрупкие контуры ярких бабочек, и растворился в лёгкой улыбке летнего дня.

Дверь со стороны пассажирского места открылась, и солидный мужчина, делая небольшие наклоны в разные стороны, после долгого нахождения в автомобиле, произнёс:

— Светлана, кажется, мы прибыли на место. Я тебя оставлю здесь часа на три, мне надо в автосервис съездить, а если задержусь там, то созвонимся. Делая наброски, вначале, пожалуйста, начни вон с той стены, — мужчина показал рукой на небольшое строение недалеко от дороги, что расположилось на самом краю заросшего разнотравьем пологого оврага в виде большой воронки.

— Дядя Рубен, а у тебя нет случайно бутылочки с питьевой водой? — спросил мужчину водитель — девушка четырнадцати лет. Загорелая, в летнем чёрном комбинезоне, в белой бейсболке она стала быстро вынимать из багажника большую сумку, складной стул и всё необходимое для пленэра.

— Да, есть одна маленькая бутылочка, но если ты перейдёшь на ту сторону оврага, то там должен быть магазинчик, — передавая девушке воду, добавил: — Мы с тобой сейчас ехали по дублёру. Это старая трасса. Здесь почти не бывает машин, и поэтому тут можно потренироваться, а новая трасса как раз за тем оврагом проходит.

— А чем та стена интересна? — набрасывая привычно на шею ремешок фотоаппарата и разглядывая непонятное незаконченное по архитектуре строение, поинтересовалась Света.

— Меня попросили сделать проект. Но, как часто бывает, хозяин хотел вначале одно, потом передумал, поменял свои планы, а в итоге совсем забросил эту стройку. Если подойдёшь ближе, то увидишь фрагмент стены — это кстати всё, что успели построить по моему проекту, а всё остальное — фантазия хозяина. А стена интересна тем, что она выложена из материала, которого тут нет, это туф. Подумай, как бы ты оформила и скомпоновала террасу, которую не дали достроить из этого же материала в том же самом месте. Сделай набросок, а я найду свои. Сравним их, — прощаясь сказал мужчина, усаживаясь на водительское сиденье.

— Хорошо, я попробую, — ответила Светлана, отходя от машины в сторону.

— А ещё, звонили из типографии, твоя серия «Времена года» получила одобрение, и они уже в следующем месяце начнут делать пазлы на основе трёх твоих работ. Поэтому просили прислать последнюю на тему «Весна», как завершишь, — проговорил мужчина в открытое окно и завёл двигатель автомобиля.

Девушка кивнула в ответ, и вскоре по мягкой траве побежала длинная извилистая полоска от её шагов.

6.115

Серая стена из туфа* выглядела на первый взгляд хмуро и неприглядно. Грубая необработанная поверхность больших прямоугольных плит, вырезанных из вулканических пород, сформировавшихся при извержении огненной лавы, сейчас уныло и безлико составляла фрагмент недостроенной стены, входящей в ансамбль проектируемой давным-давно террасы.

Прижавшийся к стене с одной стороны высокий железный настил из профилированного листа выполнял роль крыши, внося ещё больший диссонанс в нелепость постройки. За стеной виднелось ещё одно строение. Но это было уже совсем непринципиально.

Девушка, добросовестно выполняя просьбу учителя, зашла под навес и, сбросив свою экипировку на траву, огляделась. Стена в нескольких местах имела полноценные фрагменты, позволявшие примерно представить необходимый вектор архитектурного алгоритма.

Чётко следуя рельефу, терраса плавно взбиралась на небольшое возвышение и, делая поворот, спускалась чуть ниже, к оврагу. Это легко было отследить по многочисленным обломкам, пытавшимся спрятать свой неприглядный вид в густой траве. Увиденное натолкнуло на мысль, что терраса планировалась изначально в двух уровнях. Но этой находки сейчас было недостаточно.

Зная учителя, девушка понимала, что он не просто так попросил уделить внимание этому фрагменту стены. Более того, сейчас ей надо отобразить своё настроение от увиденного на бумаге. Значит, тут есть что-то, чего она ещё не рассмотрела.

Подойдя ближе к серой массе больших плит, она заметила неоднородность камней по цвету. В расцветке они были настолько индивидуальны, словно каждый из них побывал в руках своего мастера. Вблизи серая стена выглядела совсем по-другому, вызывая у девушки неподдельный интерес.

Разнообразные оттенки серого переплетались с прожилками коричневого, а местами встречались даже небольшие оранжевые и тёмно-красные сгустки. Поверхность была неровной, но очень гладкой и приятной на ощупь, словно древний дракон облизал эти камни своим пылающим языком. Пористая фактура камня проявлялась в маленьких отверстиях. Почти в каждой плите. Но самое главное заключалось даже не в этом. Светлана не заметила, что перед тем, как дать задание, дядя Рубен внимательно рассматривал бегущие по небу облака, постоянно поглядывая на часы.

Внезапно стена на глазах стала сбрасывать свою серую шкурку и облачаться в доспехи, будто древний ящер, выходящий на битву. Это солнышко, наконец разомкнувшее хоровод туч, обошло высокий навес и сейчас нежно поглаживало тёплыми ладошками старого знакомого. Камень, рождённый в огне, от этих горячих прикосновений радостно улыбался в ответ. Большие плиты, наполняясь солнечной энергией, становились светлее, обдавая своим мягким свечением тёплый воздух. Проявились, спрятанные до этого в тени, всевозможные рисунки разных по форме прожилок и вкраплений. Стена стала казаться необычайно лёгкой и живой. Это была не просто стена, а ловко вспарывающий земляные волны боевой исполин в красивой каменной броне.

Девушка подмигнула яркому солнышку и, помахав рукой в благодарность за эту подсказку, открыла блокнот для набросков.

Туф* — это камень, представляющий собой пористую, лёгкую, сцементированную горную породу вулканического происхождения.

6.116

Рубен задумчиво улыбался. Это была невольная реакция на удивлённое лицо своей ученицы, когда она переспросила: «Фрагмент той стены?» А дорога тем временем петляла среди холмов, заставляя машину кружиться, а заодно и будоражить водителя, предлагая вспомнить особенный «фрагмент стены»…

…Волна многочисленных горожан накатывала по ступенькам из подземелья метрополитена. Отделившись от основного потока, мужчина направился к остановке троллейбуса и когда остановился возле театральной тумбы, пестрящей яркими заголовками, сразу услышал знакомый окрик, прозвучавший из притормозившего автомобиля.

— Привет, Руби! — поздоровался водитель, заранее открывая дверь своей машины.

— Здравствуй, дорогой! Рад тебя встретить, Борис. Давно не пересекались, — вскинув руку для приветствия, отозвался мужчина, усаживаясь в автомобиль.

— Ты куда направляешься? Могу подбросить. Как раз завершил свой маршрут — проверял, расклеены ли объявления о нашей предстоящей выставке, — сказал Борис, отъезжая от остановки.

— Да мне тут недалеко, в центр, на Цветочную улицу. Встреча с заказчиком, обещал сегодня рассчитаться со мной.

— Поздравляю, интересная тема была?

— Тема интересная, да что толку. Всё так хорошо начиналось, пока его жена не прилетела из-за границы. Сразу все планы поменяла и теперь вместо кафе, видите ли, хочет фитнес-зал. А сколько времени и сил вложено в дизайн и разработку этого проекта ей бесполезно объяснять.

— Что, всё так грустно?

— И не говори… Специально ездил в архив, выбирал и заказывал старые фотографии города. А там за каждую платить надо. Материал для рамок подготовил — хотел в виде основы интерьера чёрно-белые фотографии предложить. Заказал барную стойку, и люди приступили к работе над светильниками по моим эскизам… Вот теперь думаю, что дальше можно и не продолжать.

— А работу по фитнес-залу продолжишь?

— Ни в коем случае! Ноги моей там больше не будет! Где гарантия, что через некоторое время она не передумает и не захочет салон красоты?

— Да… бывает и такое.

— Я уже начинаю привыкать к этому. Когда срочно нужны деньги, такие накладки сильно бьют по карману.

— А ты чего пешком? Тебя без авто трудно даже представить. Помню, на втором курсе ты уже гонял по ночам на своём спорткаре.

— Продал. Правда, с правом выкупа. Деньги нужны сестре на лечение, поэтому хватаюсь за любую возможность. Скоро, наверное, пойду заборы красить.

— Заборы? Хм… слушай, а у меня есть для тебя небольшой срочный заказ. Хочешь поучаствовать в ремонте квартиры? Там работы максимум на неделю, да и заказчик — мой хороший знакомый. Меня просил помочь, но сейчас с открытием выставочного зала очень трудно. Каждый день надо быть по делам в городе.

— Так этот заказ не в городе?

— Да, это в пригороде. У меня уже все материалы закуплены и лежат в моём старом «Форде». Если согласишься, то ключи могу хоть сегодня отдать.

— Надо подумать, а что за выставочный зал? — заинтересовался Рубен, переключившись на другую тему.

— Это новый зал. Мэрия добилась сдачи его в срок, а мне доверили организовать там первую выставку молодых художников города. Даже немцы включили его посещение в свои экскурсии.

— Слушай, а там можно свои работы представить? — спросил Рубен, но тут же сам на свой вопрос ответил, понимая сложившуюся ситуацию. — Наверное, вначале они должны пройти отбор. Жаль, что я об этом узнал только сейчас.

— Все произошло так скоропалительно. Я о своём назначении узнал неделю назад. Представляешь?

— Понимаю, желаю тебе успехов.

— Рубен, давай договоримся, ты поможешь моему знакомому, он не хочет случайных людей к себе в дом впускать, а я попытаюсь хотя бы две твои работы разместить. Сразу оговорюсь, в залах все места уже распланированы, но есть переход между залами, в котором можно их пристроить. Будет небольшая проблема с освещением, но она решаема. Ну как?

— Ладно, уговорил, поехали за ключами. А твой «Форд» по дороге не развалится случаем?

— Да ты что! Ему в обед будет только первый стольник! Но ты его, пожалуйста, пожалей, знаю твои гоночные наклонности.

Вечером этого же дня в дверь квартиры громко постучали, и на пороге появился мужчина. Он молча занёс в квартиру две большие сумки с инструментами для предстоящей работы и внимательно осмотрелся.

Двухкомнатная квартира была хаотично завалена всевозможными коробками, свёртками и пакетами. Обычная картина, которую можно наблюдать при смене жительства, когда человек перевозит с места на место все свои пожитки.

На вошедшего был устремлён изучающий взгляд двух встревоженных женщин, среди горы вещей их фигурки выглядели довольно забавно.

— Рубен. Я от Бориса. Надеюсь, он вас предупредил, — представился мужчина, ожидая ответной реакции.

— Таисия. А мою подругу зовут Вера, — ответила женщина в больших зеркальных очках, закрывающих почти всё лицо. Вероятно, она и была заказчицей.

Непривычно рассматривая в двух зеркалах своё отражение вместо лица говорящего, мужчина отвечал сухо и даже немного резковато. По необъяснимой причине очки эти явились для Рубена источником внутреннего раздражения.

— У Вас есть опыт работы по ремонту квартир? — прозвучал очередной вопрос хозяйки к исполнителю предстоящих работ.

— Могу окрасить заборы, стены и любую другую поверхность в нужный цвет, — иронично ответил Рубен, потому что не знал, что буквально перед его приходом Таисия, переставляя с подругой коробки на шкаф, травмировалась, получив приличный синяк под глазом.

Естественно, она была вынуждена скрыть это от незнакомого человека, надев большие зеркальные очки. И эта лёгкая напряжённость сковывала сейчас. Случилась она из-за того, что Борис, представляя двух хорошо знакомых ему людей по телефону, ограничился лишь одним словом «знакомый». А то, что он учился с Рубеном на одном факультете в университете и с Таисией был уже давно знаком, просто опустил в разговоре.

Напряжённые данными обстоятельствами Рубен и женщина в очках быстро определились со сроками: в течение трёх дней надо было привести в порядок кухню и большую проходную комнату, чтобы можно было наладить приемлемую жизнедеятельность в этой сильно запущенной квартире.

Рубен обратил внимание, что хозяйка, насупившаяся во время разговора, сразу отказалась от помощи в дальнейшем ремонте квартиры, сославшись на то, что и сама справится.

Всё шло согласно спланированному графику, но неожиданно перед Рубеном возникла дилемма — что делать с полом на кухне? Под старым исшарканным линолеумом просматривалась довольно печальная картина. Взвесив все за и против, Рубен, докупив необходимые материалы, решил сделать наливной пол. Времени, конечно, на это уйдёт больше, зато пол прослужит всю оставшуюся жизнь.

Увлечённый работой, он не заметил, как быстро пролетело время. Когда хозяйка квартиры зашла в своё жилище, приятный баритон, тихо наполнявший большую комнату красивой мелодией, заворожил её. Обладатель этого голоса, стоя на стремянке, менял старые электрические провода на новые.

Осенний вечер уже зажигал фитили уличных фонарей, когда Таисия, получив исчерпывающую информацию о проделанной работе, заранее рассчиталась и ушла.

Для завершения ремонта Рубену не хватало всего несколько часов — отопление в домах ещё не подключили, поэтому бороться с повышенной сыростью приходилось с помощью электрического обогревателя. Штукатурка и строительная затирка требовали определённых условий для высыхания.

Откинувшись на спинку стула, он с любопытством рассматривал, как на небольшом фрагменте стены играет, покачиваясь, тень от растущей рядом с домом рябины. Длинная ветка так органично вписывалась отражением на серый фон свежей штукатурки, что поневоле заставила художника искать продолжение этому подвижному рисунку в своём воображении. В это время в смежной комнате что-то громыхнуло. На время ремонта туда затолкали все вещи, чтобы освободить большую — проходную. Войдя в комнату, Рубен увидел возле окна упавшую коробку. Собирая выпавшие из неё книги, попалась фотография овчарки. С обратной стороны фотографию украшали несколько строчек аккуратного почерка.

Водрузив коробку на подоконник, Рубен машинально выцепил взглядом светло-зелёную машину — та была припаркована на обочине дороги под кронами высоких берёз и хорошо просматривалась из окна этой комнаты. Сомнений не было. Это машина Таисии. Рассматривая увиденное авто, Рубен задумался: зачем ей усиленный багажник на такой маленький автомобиль? Она в экспедицию собирается? Но буквально через пару секунд он в полной мере оценил происходящее — ведь несколько дней назад пообещал к сегодняшнему вечеру освободить квартиру, завершив запланированный ремонт. Она же решила не заострять на этом внимания и переждать эту ночь в машине, испытывая неудобства.

Ранним утром, оставив ключи на столе, Рубен плотно захлопнул за собой дверь. Все пожелания заказчика были выполнены. Лишь в одном моменте проявил вольность. Фрагмент стены в большой проходной комнате, которая была смежной с кухней, Рубен не стал оклеивать обоями. Нарезанные по размеру обои аккуратно расположились на полу. Зато на стене тонкий контур высвечивал силуэты идущих по дорожке парка женщины с большой собакой. Связующим элементом были очки. Большие, с прозрачными стёклами. Они невольно вызывали лёгкую улыбку в мягком кружеве осеннего листопада.

Прошло всего две недели после этих событий. На открытии нового выставочного зала к Рубену внезапно подошла миниатюрная женщина. Она вежливо попросила продолжить ремонт знакомой ему квартиры. На женщине не было зеркальных очков…

Возможно поэтому он уже много лет рисует эти бесконечные волшебные изумруды, подарившие ему светлую радость семейного счастья.

6.117

В школе Димка пытался поймать момент, когда Фея окажется одна, без сопровождения одной назойливой личности. Но безуспешно. Лена, словно приклеенная, всегда была рядом. Ему нужна была всего лишь минута. Обещание, данное одному человеку, хотелось выполнить сегодня.

«Ну кто, спрашивается, тянул тебя за язык?» — в очередной раз корил себя Дима, вышагивая по коридору среди нескончаемого школьного гула. На самом деле Лариса Дмитриевна по пути в «Пышечную» лишь вопросительно произнесла, не обращаясь к нему лично: «Хорошо бы найти кого-то, кто смог бы меня научить играть в настольный теннис. А то я даже правил этой игры не знаю».

А Дима, плавая в своих мыслях, вместо того, чтобы промолчать, неожиданно, но уверенно выпалил: «Она очень хорошо играет, всё-таки второе место по городу за красивые глазки не дают». Та удивительная игра Феи с семиклассником до сих пор стояла перед глазами. Выяснить, о ком идёт речь, Ларисе Дмитриевне не составило особого труда. Пара ненавязчивых вопросов, и через минуту Димка сдался.

Он не знал, что Лариса Дмитриевна, получив полную и расширенную информацию о своём первом пациенте у школьной медсестры, прошлась по школе, изучая все новости и объявления на многочисленных стендах. Не укрылся от цепкого взора и спортивный стенд. Её заинтересовало одно объявление. В нём говорилось, что в школе появилась ещё одна секция — по настольному теннису. Расписание занятий и лица, ответственные за проведение, были подробно представлены на отдельном листе.

Она не могла принять того, что разговор, начатый в кабинете, был прерван. В силу обстоятельств ей не удалось высказать всего, чего хотелось. К тому же, пациент, к которому были вопросы, благополучно сбежал, не ответив ни на один. Решительности и сообразительности ей не занимать. Поэтому в голове быстро созрел план для вполне законного проникновения в школу.

Ключом для запуска этой схемы послужила записка, находящаяся сейчас у Димки. Она была написана Ларисой Дмитриевной и адресована лично Фее.

В школе невозможно укрыться от множества глаз. Димка старался придумать, как незаметно передать записку Фее. В фойе было целое столпотворение. Прижавшись к стене, где движение почти незаметно, Дима упёрся взглядом в спину полноватого на вид пацана. Тот, переступая с ноги на ногу, осторожно обернулся, держа в руке толстую книгу.

«Стоп, так ведь книга — это просто гениально!» — на ум пришло такое простое и идеальное решение. Торопливо вытащив из сумки учебник, Димка быстро поместил между страницами записку и, удовлетворённо вздохнув, стал глазами искать Фею.

Увидев знакомый силуэт девушки, Димка, не раздумывая, рванул в сторону библиотеки. Фея только что вошла туда без всякого сопровождения. Этот момент был единственной возможностью исполнить данное обещание.

С максимальной осторожностью, почти беззвучно прикрыв за собой дверь, Дима проник в оазис покоя. Проигнорировав обитателей аквариума на входе, взгляд мальчишки побежал по тихо гудящему залу. На удивление тут было достаточно многолюдно, но Фею среди посетителей библиотеки он не нашёл. Стеллажи с книгами, выстроившись словно солдаты по ровной линии, длинными рядами обступили читальный зал с двух сторон.

Девушка стояла среди книжных полок возле окна в самом конце узкого прохода, прислонившись плечом к высокому стеллажу. Левая рука была поднята кверху и упиралась в белую раму окна, правая же, занесённая над головой, упиралась в локоть левой руки. Словно Фея чего-то ожидала. Может, она ждала, когда нарисованное на стене окно, находящееся прямо перед её глазами, откроется, и звёзды за ним станут ближе, а тихий голос издалека принесёт заветные слова поддержки и участия. А может, она взлетит той звёздочкой в бегущий хоровод ярких светил.

Дима осторожно раскрыл учебник и достал записку, но, простояв в нерешительности, он так и не посмел сделать шаг навстречу. Весь облик девушки говорил, что ей хочется побыть одной. Убрав записку в книгу, юноша развернулся и тихо направился к выходу. Димка знать не мог, что Фея видела его отражение в маленьком стекле своих наручных часов.

6.118

На всякий случай заглянув в библиотеку после окончания уроков, Дима, слегка расстроенный отсутствием Феи, медленно пересчитывал ступеньки на лестнице, спускаясь на первый этаж в сторону гардероба.

На лестничной площадке между первым и вторым этажами в очередной раз столкнулся с Сабининой. Вытянув руку вперёд, она жестом попросила остановиться.

— На выпускном балу вы будете участвовать? Что решили? Записывать вас на репетицию? — поток быстрых вопросов огорошил бы кого угодно.

— Со временем сложности, тренировки, да и соревнования скоро, — ответил Дима, не допуская и мысли об участии в мероприятии. Он был абсолютно уверен, что и Фея проигнорирует это предложение Сабининой.

— Я так и предполагала. Ладно. Но в одиннадцатых классах у меня участвуют все, — разглядывая свои бумаги, значительно произнесла Собинина. Интерес к Димкиной персоне мгновенно улетучился, и она поспешила в актовый зал.

Дима отступил в сторону, пропуская шумную стайку ребят. На память пришли те двое — танцующие ранним утром в кружащем снегопаде. Он смутился, позволив воображению на мгновение представить себя в танце с девушкой, будоражащей его сердце.

Творческим дыханием весна проникла в школу, помогая оживить и украсить атмосферу многочисленными выставками и конкурсами. Выставка работ «Сделай сам» в холле первого этажа заставила остановиться. На широких лентах однотонной ткани, что были закреплены на стенах, красовались многочисленные работы учителей и школьников. Объёмные экспонаты расположились на столах. Работы взрослых: всевозможные вышивки, изделия из бисера, картины — гармонично переплетались с детскими, вырезанными из фанеры фигурками, пластилиновыми машинками и большим городом, собранным из лего. Ученики постарались. Было много рисунков, фотографий. Дима смог даже разглядеть крошечный скворечник размером с напёрсток и с малюсеньким птенчиком внутри.

Ребята с интересом толпились возле столов, не спеша покидать школу после окончания уроков. Тут же можно было встретиться и с самими авторами и, пользуясь случаем, подробнее расспросить, как создавалась та или иная работа.

Девочка с довольным видом крутилась возле большой картины «Весна в городе». Весна на ней предстала в образе юной девушки, задорно колесившей по городским улицам на ярком солнечном велосипеде. Птицы помогали разносить нежную мелодию её звоночка на своих крыльях по всем окрестностям. Из большого яркого букета, заполнившего корзинку на руле велосипеда, разлетались цветы в протянутые руки прохожих. Множество интересных деталей на картине было прорисовано так мелко, что Диме пришлось подойти поближе. Хотелось рассмотреть тщательнее.

— Это я собирала! — тоненьким голоском заявила девочка.

Она старательно складывала эту большую и яркую картину из многочисленных пазлов и была рада, что и на её работу обратили внимание.

— Здорово! Я бы так не смог! — отдавая должное одновременно и девочке, и художнику, написавшему картину, не скрывал восторга Дима.

В это время к выставке подошла большая группа учителей, и Димка решил отложить дальнейший просмотр экспозиции на следующий день — ему нравилось рассматривать в более спокойной обстановке.

Тягуче проскрипела входная дверь. Первое, что бросилось в глаза, — зелёные всполохи молодых листочков, гибкими лучами тонких веток они обнимали знакомый силуэт Феи. Она стояла на самом краю крыльца одна, задумчиво скользила взглядом по молодым побегам, осторожно придерживая ветку рукой, внимательно рассматривала жёлтые клювики раскрывающихся почек. Силуэт, девушки-Весны, в Димкином восприятии, вдруг естественным образом соединился с фигуркой Светланы. Увиденное поразило. Он наблюдал, не шелохнувшись. Лёгкое весеннее созвучие нежно коснулось двух школьников на высоком крыльце.

Наброшенные на одно плечо Феи ремешки рюкзачка стали медленно съезжать вниз, и Дима, торопливо сделав несколько шагов, подхватил рюкзачок, ликуя в душе от неожиданной возможности помочь.

Спускаясь по ступенькам, он оглянулся — личного адъютанта Феи поблизости не было. Это радовало. Он ведь не раз делал попытку проводить Фею, но, как правило, она выходила не одна. Чаще всего приходилось лицезреть довольную ухмылку Лены, невзначай брошенную в его сторону, и её вытянутый язык впридачу. Сейчас, как ни странно, Фея была без подруги, и Диме подумалось, что сегодняшняя встреча не случайна. На самом деле, это совсем не важно, когда рядом такая сказочная девушка, та, что за два месяца их знакомства смогла заставить трепетать его сердце. Тихо, но отчётливо.

Ощущение, что он плыл на лёгкой волне всепобеждающей весны, а не шёл сейчас по нарядному от яркого весеннего солнышка тротуару, бесконечно радовало Диму.

6.119

Задорные трели пичужек, гул проезжающих машин, размытые фразы встречных прохожих, тёплый воздух, насыщенный сочным ароматом распускающихся листочков — все эти запахи и звуки кружились в танцующих лучах весеннего солнышка и наполняли Димку лёгкой радостью, а мысль о том, чтобы эта прогулка длилась сегодня как можно дольше, настойчиво осела в голове.

Солнце старательно пробивалось сквозь высокие монолиты зданий, оставляя на газонах свежие проталины. Когда на перекрёстке они свернули в знакомый переулок, Дима заметил впереди две подвижные тени, одна из них с огромной головой — такой силуэт отображался на асфальте из-за рюкзака Феи и сумки, которые нёс Дима. Когда пришлось уступить дорогу прохожему, обе тени слились воедино, образовав забавную картинку.

У продуктового магазина Фея сбавила шаг и остановилась. Дима проследил за взглядом девушки и увидел возле большого щита с объявлениями, расположенного у магазина, собаку. Она сидела на задних лапах, доверчивым взглядом провожая выходящих из магазина людей. Очевидно, недавно ощенилась и сейчас пришла в поисках пропитания.

— А у меня есть сухарики. Интересно, она будет их есть? — вспомнил Дима про свои припасы и посмотрел на Фею.

— Если она голодная, не откажется, — одобрила идею Фея, снимая с Димкиного плеча свой рюкзачок.

— Хочешь попробовать? Я сам приготовил, — раскрыв пакетик, Дима протянул его Фее и улыбнулся. — У меня много, всем хватит!

Сушить сухарики Диму научила бабушка. Слегка солёные они всегда были востребованы, особенно после тренировки. Дима делал их в большом количестве, с запасом. Ребятам из секции это простое лакомство тоже нравилось.

Угощение пришлось дворняге по вкусу. Она добросовестно хрумкала сухарики, которые поочерёдно предлагали ребята. Дима с нетерпением и большим волнением ждал, как Фея оценит это фирменное блюдо.

— Вырастешь, будешь шеф-поваром? — прозвучало наконец-то.

— Я? — выдохнул Дима в полном недоумении, но посмотрев на Фею, тут же рассмеялся, — Наверное, мне ничего другого и не предвидится, если рядом будут такие верные почитатели моего таланта.

Фея так точно скопировала выражение собаки, ожидающей очередную порцию сухариков, что Дима, увидев, просто зашёлся от безудержного смеха. Не переставая улыбаться, он стал рассказывать про Мухтара, добродушного пёсика, обитавшего в его подъезде.

— Представляешь, если ему скажешь, чтобы он приходил через двадцать минут за едой, то ровно через двадцать минут будет скрести лапкой в дверь! — размахивая руками восторженно рассказывал Дима.

— Да? А ты не преувеличиваешь? — с лёгкой ноткой недоверия спросила Фея.

— Точно! Один раз с мамой решили проверить. Мама варила суп. Мухтару было сказано, что прийти за косточками надо через полчаса. Пришёл, как и просили.

— Хм… интересно. Одним словом — артист…

Дима отметил приглушённый голос девушки и вспомнил наставление Лены, если тема будет касаться родителей.

— Ещё какой!

Небольшую паузу, возникшую в разговоре, внезапно нарушил громкий мужской голос.

— Светлана! Опаздываем! — отчаянно кричал мужчина, стоявший возле машины, припаркованной на проезжей части дороги.

Женщина с большим букетом, к которой были обращены слова, поспешила, но не к машине, а навстречу ребятам.

— Если нетрудно, купите ей что-нибудь. Пожалуйста. Мы торопимся очень, — вежливо попросила она, указывая на дворнягу, и, развернувшись, торопливо побежала к сигналившей машине.

— У тебя сегодня хороший день, — Фея погладила собаку, рассматривая отданную незнакомкой купюру.

Имя «Светлана», произнесённое громко, сильным эхом отозвалось в сознании юноши. Многократно повторяясь, оно звучало так приятно, что Дима не в силах был удержать его внутри себя. Выпуская, словно птицу на волю, осторожно произнёс вслух:

— Светлана…

Фея повернулась, её ладони соединились, внимательным пытливым взглядом она посмотрела на Диму.

— Извини, мне надо срочно бежать, у меня тренировка через полчаса начинается, — Димка на самом деле не знал, что сказать после того, как имя Феи сорвалось с губ. Выручила сама Фея, а вернее, её часы на руке. Стрелки циферблата кричали о том, что надо уже не бежать, а лететь на тренировку. А о том, чтобы забежать домой по пути, можно было забыть.

— Беги, — голос Светланы был, как всегда, спокоен, но Дима почувствовал в нём нескрываемое беспокойство.

— До завтра! — крикнул Димка, ускоряясь с быстрого шага на бег.

— До завтра, — прозвучало вдогонку.

6.120

Набежавшая волна наконец догнала Диму, бурным финишем завершившего очередной тренировочный заплыв. Сняв очки и привычно замерив пульс, он следил за убегающими секундами на электронном табло бассейна.

Всю тренировку мальчишка улыбался, прислушиваясь к звучавшей внутри приятной мелодии, и совершенно не заботило, что придуманная им песня состояла всего из одного слова. Он не догадывался, что довольно похмыкивающий тренер уже несколько дней внимательно следит за ним, отслеживая скоростной режим своего подопечного.

В блокноте тренера Димкина фамилия была несколько раз подчёркнута и обозначена большим восклицательным знаком.

Удивительная лёгкость в теле позволила Диме, спешившему домой после продолжительной и насыщенной вечерней тренировки, подниматься на свой этаж перепрыгивая сразу через несколько ступенек.

Дома было оживлённо. Родители активно готовились к поездке: их пригласили на юбилей, где соберётся вся многочисленная родня. Быстро проскользнув в свою комнату, Димка задумался: «Бриллиантовая свадьба — это сколько же лет надо прожить вместе? Шестьдесят?!»

Позолоченные буквы на открытке напомнили ему о печальном опыте Вадима и о недавнем монологе таксиста, подвозившего Диму в аэропорт. Водитель такси был так эмоционален и возбуждён, что его рассказ поневоле запомнился. Пожилой человек громко изливал историю о том, что устроил дочери шикарную свадьбу, а она через полгода развелась. Поразмыслив об этом, Димка машинально стал копировать рисунок с открытки на тетрадный лист.

Почему так происходит? У одних людей чувства остывают буквально через несколько месяцев после свадьбы, а у других с каждым годом становятся ярче, согревая идущих вместе по жизни людей на долгие десятилетия. Что необходимо для того, чтобы этот путь был долгим и радостным?

Старшая сестра Юрки тоже ошеломила своим категоричным высказыванием. Говорила, если парень умеет зарабатывать деньги, то у него будет всё, что захочет в этой жизни. Любая девушка будет рада с ним познакомиться. Пытаясь как-то возразить, Дима вслух произнёс:

— Ха! Любая?! — мысленно представил Фею с зонтиком, невозмутимо шедшую по улице, а с неба непрерывно лил дождь, «осыпая её денежными знаками»…

Рисунок в тетради был почти готов. Два лебедя в виде сердца ловко переплыли из поздравительной открытки в школьную тетрадку. Дима облегчённо вздохнул, порадовался, что получилось довольно узнаваемо. Затем поверх рисунка опустилась валентинка. Разглядывая её, Диме показалось, что с того дня, как он нашёл фотографию, прошла целая вечность.

«Случайности не случайны» — пришли на память слова Софьи Ивановны, когда Дима старательно прятал в книгу рисунок с фотографией. Но если случайность не случайна, тогда что это означает? Уставший Дима, засыпающий прямо за письменным столом, в мире сновидений мечтал отыскать правильный ответ.

7.121

Димка опаздывал в школу. Он мчался со всех ног. Казалось, что сейчас он развил наивысшую для себя третью космическую скорость. Можно было, конечно, попытаться перейти и на четвёртую, но без усиленного скафандра он мог бы просто не выдержать запредельных перегрузок и до школы не долететь. А причина, по которой запыхавшийся Дима мчался в этот утренний час по городу, была довольно забавной. Просто забыл надеть кроссовки после утренней тренировки. Пребывая ещё в мире волшебных грёз, Дима, напялив куртку в гардеробе, уверенно направился к выходу в шлёпанцах, где был остановлен бдительным вахтёром.

Сегодня необходимо успеть в школу до первого звонка по двум причинам: во-первых, сам учебный процесс — куда же без него школьнику, а во-вторых, дежурство его класса по школе.

— Светин, идёшь сегодня в столовую дежурить, — взгляд старосты класса, вылавливающий возле школьного гардероба рабочую силу, был твёрд и беспощаден.

В столовую, конечно, идти на дежурство большого желания не было, но спорить не стал. Был доволен тем, что успел в школу до начала занятий.

Расставить столы и стулья в столовой в аккуратные линии — дело лёгкое и необременительное для дежурного. Сделав это быстро, Димка побежал на урок. Самое хлопотное и выносящее мозг ожидало сразу после окончания урока. В буфет на первых двух переменах дежурными пропускались ученики младших классов. Это чётко обозначено в расписании, вывешенном на входе в столовую. Но старшеклассники чтением себя не обременяли и постоянно пытались разными уловками проникнуть к буфетному прилавку.

Если на первой перемене во время дежурства было относительно спокойно, то вторая перемена заставила трёх дежурных изрядно попотеть и выложиться по полной. А виновниками всего этого были «клоуны», вернее, маски «клоунов» (шестой класс на уроке труда изготовил их в количестве двух десятков, и теперь эти маски стали пользоваться у старшеклассников популярностью).

Клоунада на входе в столовую во время второй перемены привлекала внимание. «Циркачи» собирали огромное количество зрителей. Димке и двум его товарищам по дежурству невольно пришлось поучаствовать, можно сказать, в разнообразных «юмористических номерах», исполняемых большой группой шутников в масках. Маски нацепили на себя даже ребята из выпускного класса.

Демонстративно бросив фантик на пол и голосом завуча выкрикнув:

— Дежурный! Почему мусор на входе валяется?» — очередной «клоун», отвлекая внимание на себя, помог нескольким старшеклассникам незаметно проскользнуть в столовую под громкий смех столпившихся школьников.

Десять «клоунов», встав парами, взявшись за руки и волоча ноги вприсядку, пристроились за идущими второклашками. Двое весельчаков, выполняя роль классного руководителя и воспитателя продлёнки, якобы сопровождали их…

Димка шёл из школы домой. Лёгкая улыбка пробежала по лицу, когда он вытянул из кармана сегодняшний трофей — выгнутые из проволоки очки соединялись с большим красным носом в виде шарика, а ловко приделанные к ним дополнительно лохматые брови и усы хорошо имитировали маску клоуна. Но, вспомнив сегодняшнюю «шутку» одного «клоуна», улыбка быстро испарилась, и Дима сумрачно нахмурился. Всё, связанное с этой «шуткой», разозлило парня и, скомкав с силой маску, он выбросил её…

…Заканчивалась третья перемена. Дима обратил внимание на одного мальчика из первого класса, ожидающего терпеливо очереди. Обычно в это время возле буфета много ребят и девчонок из старших классов. На первоклассника никто не обращал внимания. Шансов купить что-нибудь у него было мало. Желая помочь мальчишке, Дима подошёл к нему, но, услышав за спиной знакомый голос, обернулся, увидев, как Фея с Леной, переговариваясь о чём-то, прошли мимо него к витрине буфетного прилавка.

— Ты что-то хочешь купить? — нагибаясь к малышу, участливо спросил Димка растерявшегося первоклассника.

— Да, мне Тамара Григорьевна разрешила купить.., — тихо начал мальчишка, от волнения теребя в руке крупную купюру.

— Если хочешь, я тебе помогу, а то скоро перемена закончится, и ты можешь не успеть, — доброжелательно предложил Дима.

— Дима, у него деньги …видишь? — раздался рядом тихий, но отчётливый голос Феи.

— Что-что? — чуть слышно переспросил Дима, от неожиданности нагибаясь ещё ниже к мальчику, удерживая желание повернуться к Фее.

— Внимательно посмотри на банкноту, — ещё тише проговорила Фея, указывая рукой на купюру в руке мальчишки.

Вглядевшись, Дима прочитал на бумажной купюре надпись «билет банка приколов». Фальшивая подделка по форме, цвету и печати была выполнена очень качественно — сразу и не отличишь. Надо быть внимательным и проницательным, чтобы заметить разницу.

— Тебе кто дал эту денежку? — спросил Дима малыша, скрывая волнение.

— Мама. У меня сегодня день рождения. Я хотел для всего класса купить в буфете угощение. Мама вчера не смогла купить, — старательно выговаривая предложения ответил мальчик.

— А она точно вот эту денежку дала? — переспросил Дима, указывая на деньги.

— А… меня тут случайно толкнули, и я уронил. Мы поменялись. Мне он дал эту новую и чистую, а грязную взял себе, — пролепетал первоклассник, разглаживая фальшивку.

— Кто он? — вырвалось у Димы.

— Добрый клоун, — улыбнулся малыш, делая полшага в сторону буфета.

— Хмм… Это что! У меня есть ещё новее денежка! — уверенно воскликнул Дима, быстро забирая у малыша подделку и отдавая хрустящую, настоящую купюру такого же достоинства.

Сегодня он собирался вернуть деньги, что занимал на такси у Софьи Ивановны, когда торопился в аэропорт. Отдать долг не получилось. Зато защитить первоклассника от надвигающейся неприятности удалось. Конечно, Софья Ивановна позволила не спешить с возвратом долга, но пребывать в должниках Димке не хотелось.

Подходя ближе к дому, юноша снова улыбнулся, вспомнив, как Фея с Леной поддержали его сегодня, договорившись поделить на три части затраченную Димкой сумму.

7.122

Ёжик, обогретый небольшим светильником на письменном столе, всё ещё старательно придерживал страницу старой книги, на которой находилась фотография Феи. Димка, прижав горячий лоб к оконному стеклу, уже довольно долго и с нетерпением ждал наступления нового дня, чтобы встретиться с девушкой, чей образ не выходил из головы ни днём, ни ночью.

Ожидая, как ниточка восхода завяжется на горизонте и начнёт снимать с города ночной покров, он устало улыбнулся своему отражению в окне. Предстоящая встреча со Светланой занимала его полностью. Уже в который раз он стал рассматривать прижатый к стеклу бумажный лист. Всю ночь старательно корпел, пытаясь с фотографии срисовать образ Феи. На бумагу карандашом получилось перенести контур лица, причёску, указывающую, что это девушка… И всё. На большее у Димки просто не хватило ни смелости, ни мастерства. Незавершённость образа восполнял мысленно, рисуя в своём воображении. Его всё устраивало.

До запланированной встречи оставалось целых полдня, но ожидание томило. Он начал внимательно упаковывать всё необходимое в спортивную сумку. Из дома вышел рано — первые лучи солнца только-только заиграли по утренним улицам. Юноше хотелось как можно дольше напитаться прогулкой и привести свои мысли в порядок.

После продолжительной ходьбы Дима решил отдохнуть и присел на скамейку, встроенную в остановочный модуль. Мимо мелькали машины, силуэты прохожих… Тот случай в столовой снова и снова возник перед глазами. Дима был рад, что получилось выручить первоклассника… Хорошо, что нашлась необходимая сумма. Но больше всего был доволен тем, что смог опередить Фею.

Не так давно Димка пришёл к выводу, что она ни на кого не надеется и полагается исключительно на свои силы. Наверно, есть причина, почему девушка себя так ведёт. Но это лишь предположение, не более.

Дима стал вспоминать события, связанные с Феей. Она выручала его всегда: и в случае с валентинкой, и с бандой Кочина, да и с проектом для зоопарка всё разрулила. Спокойная, уверенная и немногословная, идущая по жизни в гордом одиночестве… Девушка с печальными глазами и затерявшейся улыбкой, которая бы светилась и грела.

Вспомнился момент, когда Фея увидела чёрное перо на асфальте.

Сбоку послышалось характерное шуршание, а звонкий лай пары мелких собачонок оглушил бы кого угодно. Одетые в нарядные комбинезончики, они грозно изображали злобных волкодавов, пытаясь сорваться с поводков и наброситься на задумавшегося Диму. На память сразу пришло, как они кормили дворнягу сухариками… На душе стало немного легче… А ещё, ещё вспомнил, как Фея предложила вместе решить шахматную задачку в кафе… Сама предложила.

«Значит, не всё так однозначно. Может, со временем произойдёт хорошее в её жизни. Так хочется надеяться на это».

Мысленно пересчитав все дни, когда им случалось пересечься, Дима задумался, — а сколько отпущено дней, в которых рядом будет эта девушка?…

Взгляд остановился на весёлой семейке засверкавших из зелёного пятнышка травы одуванчиков-желторотиков. Они спрятались за невысокими аккуратно подстриженными кустами, что живой изгородью отделяли маленький кусочек газона от снующихся туда-сюда пешеходов. Удивившись тому, что количество распустившихся на полянке цветочков (незаметно для себя Дима их тоже старательно зачем-то пересчитал) соответствовало сосчитанным дням, проведённым с Феей, совсем другими глазами Дима посмотрел на этот газон.

Это уже был не просто кусочек городского газона, а волшебная лужайка в сказочной стране, где каждый распустившийся цветок дарил яркие и незабываемые воспоминания о Фее. Заметив в траве большое множество ещё нераспустившихся цветов, Димка радостно перевёл взгляд с лужайки на солнце и, бережно пряча внутри себя это удивительное открытие, безмятежно зашагал по тротуару, насвистывая весёлый мотив только что придуманной им песни.

7.123

— Лариса, ты даже нашу традиционную вылазку по музеям отменила, что же такое важное произошло в твоей жизни? — хитро улыбаясь и заглядывая женщине прямо в глаза, спросила подруга.

— Девочки, просто в выходные надо провести индивидуальную работу с одним пациентом — отказывается заботиться о своём здоровье…

— Да, причина уважительная. Так, может быть, ему нужна срочная госпитализация? Мы всей бригадой можем выехать.

— Справлюсь сама. Вы лучше привезите моцареллу, у меня есть один хороший рецепт лазаньи, — сменив тему разговора, Лариса пыталась сосредоточиться и думать о предстоящей встрече с первым в её врачебной практике пациентом.

***

Намотав по городу ни один десяток кругов, юноша направился в сторону автобусной остановки, где должен был встретиться с Феей и Ларисой Дмитриевной…

В воскресенье, в свой единственный выходной, Дима шёл в школу. Он был бы рад, если бы сегодня его посадили за парту и заставили зубрить самые зубодробительные формулы и теоремы. Но, к большому сожалению, он, как истинный джентльмен, сейчас старательно нёс три спортивные сумки, давая возможность милым дамам идти налегке и непринуждённо вести дружескую беседу. Это не только тревожило его, но и накрывало огромной волной переживаний. Единственное желание, о котором Дима мечтал, заключалось в том, чтобы дамы как можно реже пересекались.

Не то, чтобы он плохо относился к ним, скорее наоборот, с явной симпатией, но было одно «но», которое заключалось в присущей многим женщинам особенности — слишком много говорят. И если в отношении Феи Дима был абсолютно спокоен, то вот Лариса Дмитриевна в создавшейся ситуации вызывала в Димкиной голове крупномасштабный коллапс. Уж больно она много знала из того, чего не должна была бы знать Фея. А как известно любому школьнику, сообщающиеся сосуды имеют свойство делиться друг с другом полученным объёмом, в данном случае — информацией.

От остановки они прошли прилично, вот-вот за поворотом должна была показаться огороженная высокой изгородью школа. Она на сегодня являлась конечной точкой в их маршруте. В прошлый раз Диме удалось передать Фее записку от Ларисы Дмитриевны, но после того, как девушка дала добро на своё участие в мероприятии, он непостижимым образом тоже оказался вовлечён в него. Интуиция подсказывала, что тут явно не обошлось без прямого участия Ларисы Дмитриевны.

В школе, на удивление, было тихо… Редкие лампы в коридорах слабо освещали силуэты присутствующих, и лишь в спортзале большие окна выпускали потоки яркого света в потемневшее вечернее небо…

— С ним можно общаться. Не раздражает и учителя из себя не строит, как некоторые, — переодеваясь в спортивный костюм, девушка продолжила разговор, начатый ещё на улице.

— Да? Примем к сведению, — улыбнулась Лариса Дмитриевна, — Я рада, что так о нём думаешь. Спасибо, что поделилась со мной.

— Вы же рассказали мне подробно свою историю, и у меня нет причин Вам не верить, — Фея внимательно рассматривала цветовую гамму спортивной экипировки Ларисы Дмитриевны, которая выбирала какой из двух по цвету ленточек подвязать свои волосы.

Выбрав белую ленту по совету девушки и разглядывая себя в зеркале, как бы завершая подготовку перед будущей тренировкой, женщина призналась:

— Светлана, если бы я не рассказала тебе всё честно, то ты бы и не пошла со мной.

— Возможно, — Фея достала из чехла ракетку, внимательно рассматривая её, произнесла: — Хорошо, я помогу Вам, но только сегодня. Так что постарайтесь.

— Да, надо его уговорить. Обязательно! — заверила Лариса Дмитриевна и открыла дверь в небольшой холл. В белоснежном спортивном костюме она совсем не казалась начинающей теннисисткой.

А в школьном спортзале шла подготовка к занятиям по настольному теннису. Молодой мужчина старательно выкатывал из инвентарной собранные столы. Чихнув в очередной раз, он подумал о том, что надо бы в комнате сделать влажную уборку. Он и не подозревал о том, что тренировка сегодня будет очень насыщенной и трудной, как никогда.

7.124

Открыв дверь в раздевалку, Димке невольно пришлось присесть на корточки, потому что мальчишка лет девяти, стоящий спиной, размахивал во все стороны ракеткой для бадминтона. Если бы не Димкина реакция, сработавшая на автомате, то он точно получил бы в глаз, и в зале стало бы значительно светлее.

— У меня сегодня получился классный бэкхенд*! — орал на всю раздевалку начинающий спортсмен, продолжая рассекать воздух ракеткой, словно дубиной.

— Харэ вентилятор тут изображать, а то сейчас питание отключу, — раздражённо скомандовал Димка.

Завершив тренировку, в раздевалке шумно переодевались ребята из секции бадминтона. Когда оживлённая компания, наконец, покинула помещение, Дима с облегчением вздохнул — ему хотелось хоть немного отдохнуть от роя бесконечных мыслей, гудящих в голове.

Предстоящая тренировка мало заботила. Он прекрасно понимал, что его пригласили за компанию. Зато окончание тренировки обнадёживало — сегодня появлялась реальная возможность проводить Фею до дома. Незаменимые пакетики с сухариками заранее были уложены в сумку. Вдруг они по дороге снова встретят ту дворнягу или ещё какую-нибудь живность, и из-за этого прогулка продлится дольше.

— Не подскажете, здесь секция по теннису переодевается? — заглядывая в приоткрытую дверь, спросил пожилой мужчина, прервав Димкины мечты.

— Да, заходите, — ответил Дима, с удивлением разглядывая мальчишку, входящего следом за мужчиной.

Димка не знал, что во вновь открывшейся в школе секции тенниса сейчас проводятся ознакомительные занятия, и в них могут участвовать все желающие. После того, как количество участников увеличится, будет происходить разделение на спортивные и оздоровительные группы.

Выйдя из раздевалки, он увидел Фею, быстро ускользающую по коридору. Юноша торопливо сделал пару шагов в её сторону, но голос Ларисы Дмитриевны остановил его.

— Дима, можно тебя на пару слов, — позвала женщина.

— А Вас и не узнать! — вырвалось у Димки. Новый образ удивил его.

— Как настроение? Извини, что вовлекла тебя в мероприятие, — поделилась Лариса Дмитриевна переживаниями. — Знаешь, мы оба совсем без опыта. С тобой мне будет легче. А вдруг там все хорошо играют в теннис! Ты как думаешь?

— Да, я не против. Конечно, в компании веселее. Не переживайте, с нами сегодня профи, поэтому всё будет хорошо, — заверил Дима. — Зачётные у Вас кроссовки, самое то, что надо для зала.

— Да, я готовилась, — согласилась Лариса Дмитриевна, увлекая Диму в сторону спортзала.

В зале было оживлённо. Пришедшие на тренировку участники готовились к началу занятия.

— Константин Сергеевич, давайте мы Вам поможем, — две девчушки подбежали к мужчине, хлопотавшему возле теннисных столов.

— Девчата, тогда скамейки придвиньте к стене, чтобы не мешали на разминке, — улыбнулся Константин, указывая рукой в сторону длинного ряда шведских стенок.

Расставив спортивный инвентарь, Константин быстро оглядел зал, а заметив только что вошедшую в зал Фею, так удивился, что брови домиком нарисовались на лице. Обрадовавшись, он обратился к присутствующим:

— Внимание, внимание всем! Очень хотелось, чтобы занятие провёл настоящий профессионал по настольному теннису. В отличие от меня, любителя, Светлана — призёр первенства города. Давайте попросим её поделиться своим мастерством. Это большая честь.

Дети и взрослые сразу же обступили Свету, надеялись, что она согласится. Долго уговаривать и не пришлось. Не желая обидеть людей отказом, Света сказала:

— Хорошо, тогда дружно постараемся на тренировке.

— Так, все пришли? — посмотрел Константин на оживлённых спортсменов.

— Я привела с собой ещё двух участников, — подсказала Света и, повернувшись в сторону входных дверей, произнесла: — Уже идут.

Димка галантно придержал входную дверь, пропуская вперёд Ларису Дмитриевну, и буквально через несколько секунд они уже вместе со всеми совершали лёгкую пробежку по периметру зала, слушая короткие и чёткие команды руководителя сегодняшнего занятия.

После короткой пробежки и небольшой растяжки, Светлана предложила всем разбиться на пары и приступить непосредственно к игре. Изучая навыки игроков, она не забыла и про Димку с Ларисой Дмитриевной. Поручила им, как новичкам, простое, на первый взгляд, упражнение: держа ракетку перед собой, отбивать теннисный мячик вверх так, чтобы мячик поочерёдно поднимался на разную высоту.

— У тебя какая серия самая длинная? — в команде новичков шло негласное соревнование, кто больше начеканит невесомый мячик.

— Двадцать… — сосредоточенно высчитывая сложную траекторию отскока мячика, пробурчал Дима.

— Хмм, сорок пять!

— Тридцать два…

— Шестьдесят!

— Ха! А я уже сбился со счёта, наверное, больше сотни! — пытаясь сбить победный настрой соперницы, заявил Дима.

— Не выдумывай. У меня восемьдесят три.

Недалеко от них шла оживлённая игра Светланы и Константина Сергеевича.

Шарик ловко перепрыгивал через сетку, характерные звуки при касании со столом время от времени добавлялись репликами игроков.

— Вы давно знакомы? — первым не удержался Константин, указывая глазами на Ларису Дмитриевну.

— Мы познакомились в больнице в этом году. А Вы с ней тоже знакомы? — полюбопытствовала Фея.

— Да сложно сказать, — ответил Константин.

— При ударе больше внимания надо обращать на кисть руки. Сейчас проведём совместную тренировку с новенькими, — завершив партию, сказала Фея.

Димка был рад и встревожен одновременно — Фея взяла его себе в пару, им предстояло играть против Ларисы Дмитриевны и Константина. Димка заметил, как она, рассматривая соперников, улыбнулась. Приняв эти эмоции за боевой настрой, Дима тоже воодушевился перед предстоящим сражением: Фея рядом, значит, и победа в кармане!

Не он один так думал. Словно угадав его мысли, из её уст прозвучало то, что заставило Димку насторожиться и поумерить свой пыл.

— Мы будем играть одной ракеткой, — сказала Света, она хотела хоть немного уравновесить силы противостоящих команд.

— Как это, одной? — посмотрел Дима на свою напарницу.

— Сразу, после того, как отобьёшь мячик, ракетку отдаёшь мне, так же и я тебе, — пояснила она совершенно спокойно, продолжая наставлять: — Тебе только надо постараться отбивать мячик в сторону соперников, не вверх и не вбок. Не обязательно даже по столу попадать, просто пробуй менять силу удара. И этого будет достаточно. Понятно?

— Так точно! — выпалил Дима.

— Хороший настрой, — одобрительно отозвалась Светлана, распределяя очередность подающих в каждой команде.

Командной сплочённости у пары напротив Дима не заметил. Они выглядели притихшими и немного скованными. Понимая, что у соперников нет шансов выиграть, Димке даже стало жаль их…

…«Да что ж такое! Когда она успела так наловчиться?!», — возмущение внутри Димы росло с каждым проигранным очком, что зарабатывала Лариса Дмитриевна на своих подачах, которые Дима никак не мог принять.

— Не торопись, необязательно делать удар над столом, сделай шаг назад и подготовься тщательнее к тому, чтобы принять мяч ракеткой, — подсказки Светы во время игры были очень кстати. Она умело руководила процессом, поддерживая не только Диму, но и соперников, оказавших яростное сопротивление.

— Так, тренировка на сегодня закончена, благодарю всех за усердную работу, — объявила громко Светлана и, пользуясь сегодняшним статусом тренера, обратилась к проигравшей паре: — Константин Сергеевич, вашей команде — сложить все столы в зале и убрать их в инвентарную.

В зале стало тихо. Негромко хлопнула дверь за последним участником. Лишь два человека, оставшиеся в большом помещении растерянно переглядывались, прислушиваясь к неловкой тишине.

— Хорошая игра, жаль, что проиграли, — Константин лёгким щелчком нарушил тишину, складывая первый теннисный стол.

— Прошла неделя, а Вы так и не соизволили позвонить в медицинский центр и записаться на обследование, которое я рекомендовала. Забота о своём здоровье — это Ваша прямая обязанность, как учителя, на которого смотрят и с которого берут пример учащиеся, — молодая женщина быстро перешла со спортивной темы на ту, ради которой она и оказалась здесь.

Константин молча выслушивал упрёк в свой адрес, продолжая аккуратно складывать инвентарь в транспортировочное положение.

— Дайте честное слово, что сходите на обследование, иначе вынуждена буду доложить директору. Да, и больше Вас не побеспокою, обещаю. Я понимаю, что у Вас проблемы с памятью, поэтому прошлое оставим в прошлом, а сейчас, пожалуйста, обратите внимание на своё здоровье. На своё сердце, — закончив, Лариса Дмитриевна пристально посмотрела на Константина, ожидая от него чёткого и прямого ответа.

— Пуговица… — тихо произнёс Константин, наполняя глаза Ларисы Дмитриевны неподдельным изумлением и лёгкой растерянностью своим ответом.

бэкхенд* — один из самых сложных в исполнении ударов в бадминтоне.

7.125

Компактно сложившись, теннисный стол трансформировался в вертикальную панель на колёсиках. Константин, проверив фиксаторы и зажимы, медленно повторил:

— Да… пуговица. Прозрачная…

— И что это означает? — Лариса Дмитриевна опустила руку на панель, придерживая её с другой стороны. Оказавшись совсем рядом, — только спортивный снаряд разделял их, но не был преградой для воспоминаний — ждала вразумительного объяснения.

— Не помните? А меня укоряли в забывчивости, — продолжил Константин, напоминая события восьмилетней давности. — Одну прозрачную пуговицу я нашёл в автобусе, когда мы пытались успеть на последнюю электричку.

— Ну и что? Эти пуговицы можно где угодно взять, и не такая уж редкая находка.

Быстрый ответ последовал сразу же:

— Когда меня выписывали из больницы, медсестра вручила на память пуговицу, прозрачную. В тот день, когда привезли в больницу, она срезала её с женской блузки, которой были перевязаны мои раны. Получается, мы уже имеем две абсолютно одинаковые пуговицы. Ну как, память вам ничего не подсказывает? — Константин мягким прищуром посмотрел на женщину, давая время осмыслить сказанное.

— Неужели? — выдохнула Лариса Дмитриевна, напряжённо что-то вспоминая. Со сжатыми губами и опущенными глазами она казалась провинившейся школьницей.

— Пуговицы ручной работы, из смолы, внутри были вставлены маленькие листики…

— Брусники, — быстро добавила Лариса Дмитриевна.

— Правильно. А кто неделю назад пытался сказать, что в тот день она благополучно убежала с платформы, вызвав по телефону подмогу, — и уже не скрывая ослепительной улыбки, Константин добавил: — И кто кого должен благодарить? Вы спасли мне жизнь. А пуговицы те я бережно храню до сих пор. Всегда мечтал встретить Вас и подарить новую блузку с такими же пуговицами.

— Почему же тогда молчал? Говорил только: не знаю.., не помню… Почему убежал в итоге? — перейдя на «ты», растерянно проговорила Лариса Дмитриевна, разглядывая жёлтые полосы разметки на полу.

— Так за дверью в это время было двадцать учителей, не меньше! Знаете, как у наших женщин развиты органы слуха?! А фантазия ещё сильнее! А Вы в это время восторженно на всю школу мне такие тёплые слова говорили, — пытался оправдаться Константин. — Поверьте, медицинские приборы не всё могут измерить, как бы ни старались.

— О чём ты говоришь? — подняв глаза, спросила Лариса.

— Конечно, я сразу вспомнил тебя, как только увидел. И почему-то мне стало сразу тяжело дышать. Виду и не подал, но радость мою не удалось скрыть от вашего приборчика. Поэтому заверяю: с сердцем у меня точно всё в порядке и в обследовании нет нужды. Если честно, я и сам хотел встретиться. Только не в школе, конечно.

— Значит, вспомнил меня? — скручивая на запястье белую ленту, что придерживала густые волосы во время игры, наклонив голову, Лариса искоса метнула в его сторону вопрошающий взгляд.

— Да я и не забывал… Хотел использовать пуговицу как предлог, чтобы познакомиться, — теперь настала очередь Константину изучать исшарканные полосы на полу. — Но тогда ты мне показалась слишком заносчивой кралей.

— Да, я была на редкость глупой и наивной. Я тебя в тот день в разряд разгильдяев записала, если честно, — призналась Лариса.

— Ха, разгильдяи, и не только, вдруг стали учителями и врачами. Бывает же такое, — миролюбиво заключил Константин, чувствуя, что главные недоразумения благополучно разрешились.

— Один стол пока собирать не будем! — неожиданно заявила Лариса

— А что случилось?

— Ещё одну партию сыграем. Мне надо лучше отработать подачу. В конце концов, мы должны взять реванш за сегодняшнее поражение.

— Согласен, надо их поставить на место.

— Хорошо бы в следующий раз попросить Свету играть с закрытыми глазами.

— Мне нравится эта идея. Полностью поддерживаю. Думаю, тогда появится хотя бы маленький шанс.

…Тем временем, пока в спортзале двое взрослых оживлённо вырабатывали победную стратегию, довольный Димка провожал Светлану домой.

Тёплый день сменился подкравшимся вечером, принёсшим прохладный и довольно неприятный пронизывающий ветерок. Можно было, конечно, утеплиться спортивной кофтой, но при девушке Дима не решился. Настроение было превосходное. Всё складывалось, как и мечтал. Да и победа радовала. И разговор между ними, сложившийся в спортивном русле был достаточно оживлён. Правда, тема тенниса незаметно сменилась на плавание.

— Тренер больше не припоминает тебе то опоздание? — получилось, что Фея напомнила, что у Димы есть задача, которую надо будет обязательно решить.

— Скоро соревнования на первенство города, он ждёт их завершения, — вырвалось у Димы, хотя не хотел в очередной раз впутывать девушку в свои проблемы.

— Не обещаю, но постараюсь прийти поддержать тебя, — голос Феи прозвучал озабоченно, вероятно, хотела разделить ответственность за данное слово тренеру.

— Правда?! Тогда я принесу тебе расписание заплывов, — Дима не скрывал радости.

От Феи не ускользнуло лёгкое Димкино шмыганье носом, которое он старательно пытался скрыть. Под предлогом, что ей надо зайти ещё в одно место, Фея, быстро попрощавшись, запрыгнула в притормозившую маршрутку и скрылась в потоке бегущих огоньков. Димке ничего не оставалось, как сделать затяжной согревательный рывок в сторону дома. Он бежал, иногда высоко подпрыгивая, словно хотел преодолеть притяжение земли и взлететь высоко в звёздное небо.

7.126

Автобус притормозил перед светофором, протяжно лязгнула широкая дверь, выпуская из душного салона на свежий воздух девушку. Оставив за собой завистливые взгляды пассажиров, сидящих в тесной жестянке, она мгновенно растворилась в быстро снующей толпе горожан.

Вскоре её стройная фигурка остановилась возле высокой витрины. Выставленные манекены, сияющие изнутри мягким свечением, представляли образцы женских весенних нарядов. Сделав пару снимков, нашла в электронной строке телефон Ксении и отправила ей эти фото, парой строк добавив комментарий.

Мелодия входящего звонка, прозвучавшего буквально сразу после отправки снимков, была прикреплена к недавно появившейся в списке контактов новой знакомой. Звонила Лариса Дмитриевна, и Светлана, приняв звонок и продолжая внимательно рассматривать представленные на витрине наряды, неторопливо ответила:

— Да.

— Да, время есть, я вас слушаю.

— Значит, наш план сработал?

— Маленький подарок? Зачем? Не надо себя обременять.

— Хорошо. Да, завтра на перекрёстке перед школой. Только я не буду ждать долго.

— Да. До завтра.

— Взаимно.

Телефон притих, спрятавшись в кармане куртки, а девушка ускорила шаг в сторону дома.

Тем временем, приближаясь к своему дому, Димка вдруг осознал, что он реально хочет подружиться с Феей. И это желание дружить росло в нём с большей силой. То обстоятельство, что другом может стать девушка, совершенно не смущало. Но опасение — нужна ли эта дружба самой Фее — всё же возникло. Кто знает? Поживём — увидим.

Добравшись до своей комнаты, Диме захотелось поделиться переживаниями со старым другом:

— Я же не навязываюсь в друзья, просто подумал об этом.

Притихший ёжик на полке, казалось, готов был бесконечно слушать своего товарища, и юноша, приняв его молчание за одобрение, зашуршал в выдвижном ящике стола.

Дима достал и раскрыл небольшое зеркальце, посмотрел в него, стараясь изобразить на своём лице полную невозмутимость — не показывать эмоции, наполнившие его сейчас. Захотелось вдруг попробовать скопировать манеру поведения Феи.

Получилось только нахмурить брови и создать глубокомысленную морщину на лбу. Наверное, таковыми представлялись древние мыслители Греции. Но сохранить задуманный образ, как ни старался, удалось лишь на несколько секунд. Для успеха нужны долгие годы тренировок. А пока остаётся использовать только один приём, хорошо проверенный: отдалиться от человека подальше, чтобы скрыть своё внутреннее состояние.

Димка опустил зеркало, лёгким постукиванием пальцев по поверхности письменного стола пытаясь изобразить ритм понравившейся мелодии.

Мелодию эту Дима услышал сегодня в подземном переходе, наматывая круги по городу. Одинокий музыкант на гитаре брал аккорды, наполняя прохладное пространство подземного тоннеля живыми и яркими звуками. И Дима, сразу нырнувший в эту музыкальную волну, уже не стоял, прислонившись к холодной мраморной плитке перехода, а как бы грелся у костра, вспыхнувшего яркими искрами в тёмной ночи.

Музыка кружилась вокруг. В этом круговороте звуков он заворожённо смотрел на танец, возникший сию минуту перед глазами: в мигающих бликах огня маленькие искорки выжигали отчётливо подвижный силуэт девушки. Понимая, что его воображение сейчас вырисовывает в этой девушке знакомый образ, юноша тихо улыбнулся, стараясь сохранить в памяти волшебный миг танца.

7.127

В вестибюле кто-то сзади придержал Димку за рукав куртки. Ему пришлось замедлить шаг и остановиться. Перед началом уроков в школе было оживлённо. Как всегда! Но до Димки этот гул добрался только сейчас, когда на входе его притормозили дежурные и отправили в гардероб.

Всё утро он думал о Фее, неожиданно появившейся сейчас перед ним. Крепко закрыв на мгновение глаза и тряхнув головой, юноша окончательно вернулся в мир реальных событий. Она действительно стояла рядом, а он словно застыл во времени. Это не сон и не видение. Доказательством были два пакетика.

— Это тебе и Константину Сергеевичу от Ларисы Дмитриевны, — её голос был, как всегда, ровным и спокойным. — Смотри, не перепутай.

— Ааа… да… — с удивлением разглядывая пакетики, только и смог произнести в ответ.

В тренерской царил запах свежезаваренного кофе. Константин в элегантном костюме стоял возле окна. В руках он держал чашку с ароматным напитком и даже не шелохнулся, когда вошедший Димка поприветствовал учителя.

— Доброе утро! — повысив голос, Дима ещё раз поздоровался и заставил учителя повернуться.

«Что он там такого увидел за окном?» — подумалось Диме, но любопытствовать не стал, поскольку пришёл по делу, а не ради праздного разговора.

— Доброе… — неспешно сделав ещё глоток, медленно произнёс Константин, продолжая изучать закреплённые на стене таблицы и графики. На юношу он почему-то особого внимания не обращал.

Димка не имел привычки пристально рассматривать людей. Но сейчас даже он смог заметить те перемены, что произошли с Константином. А они по сравнению со вчерашним днём были разительные: появилась новая модная причёска, исчезла короткая щетина на подбородке, привычно украшавшая его облик. Но самое главное — весёлый и разговорчивый человек сейчас казался другим. Притихшим и даже немного отрешённым. Не от мира сего.

«Наверное, до сих пор не может отойти от вчерашнего проигрыша», — сочувственно подумалось юноше, глядя на неподвижно стоящего человека. Но время не резиновое, и Дима сразу приступил к поручению, ради которого и пришёл.

— Меня просили кое-что Вам передать, — извлекая из сумки полученные подарки, произнёс он.

Пакетики были подписаны. Выбрав с инициалами учителя, Дима положил его на стол.

— Это от Ларисы Дмитриевны, утром Света передала, — пояснил Дима, рассматривая другой пакетик, на котором была нарисована смешная рожица, а рядом красовалось его имя.

Развернув красочную обёртку, Дима обнаружил пирожное, спрятанное в прозрачную пластиковую упаковку. Когда он перевёл взгляд на Константина, то не смог удержаться от смеха. Учитель физкультуры держал брелок на цепочке — брелок в виде аппетитного бутерброда.

— Ха-ха! Всё правильно, чтобы был стимул к победе! — гордо показывая свою нарядную упаковку с пирожным, с чувством явного превосходства произнёс Дима.

— А ты случайно пакетики не перепутал? — нахмурив брови, подозрительно спросил учитель.

— Так ведь они подписаны, — указывая пальцем на нарисованную на пакетике весёлую рожицу, ответил Дима.

— Недолго тебе осталось смеяться, мы возьмём реванш! — уверенно заявил Константин, прикрепляя свой подарок к судейскому свистку.

— Ну что ж, я не против ещё раз полакомиться пироженкой, — сказал Дима в ответ, убирая свой подарок подальше от внимательного взора учителя.

— Следующая игра для тебя будет не такой лёгкой, — смело было брошено Константином, а после короткой паузы отчётливо прозвучало и объяснение: — Светлана согласилась играть в следующий раз с закрытыми глазами. Она решила дать нам фору, чтобы уравнять силы.

— Это что, шутка такая? Да кто будет играть в теннис вслепую? — недоверчиво обронил Дима, направляясь к выходу.

— Не веришь — сам спроси, — посоветовал Константин и улыбнулся.

— Спрошу, не сомневайтесь, — буркнул под нос притихший школьник, закрывая дверь.

Да, теперь у Димки была только одна цель: как можно быстрее найти Фею и спросить об услышанном.

7.128

Школьный звонок, прозвучавший стартовым пистолетом, позволил Диме пулей вылететь из класса и понестись по школе в поисках Светланы. После того разговора с Константином в тренерской, это была уже вторая Димкина попытка. Предыдущая могла бы стать успешной, но Светлану неожиданно перехватила учительница английского языка и увела её в учительскую. Сейчас он желал большего, и полный решимости бежал вверх по ступенькам к кабинету физики.

В редких и непродолжительных общениях с девчонками у Димы сложилось своеобразное правило поведения: говорить сдержанно, коротко и по делу, а если тема разговора затягивалась — придумать любой предлог, чтобы прервать общение и удалиться как можно дальше. Исключением из этих замысловатых правил стала Фея, легко и непринуждённо ломавшая все Димкины придумки, увёртки, заслоны, совершенно не подозревая об этом.

Метра за три до Феи Диме пришлось резко притормозить, чтобы не врезаться в двух парней, старательно нёсших по коридору большой стол. Ещё во время урока он внутренне кипел от негодования. Причиной была уверенность в правдивости слов Константина. И вот сейчас, не обращая никакого внимания на окружающих и раздвигая рукой находившихся возле Феи девушек, он громко высказал своё возмущение:

— Это нечестно! Они хотят, чтобы ты играла с закрытыми глазами?! Тебе не надо соглашаться на такие условия! — глаза, переполненные беспокойством, смотрели на Светлану, ожидая ответа, а рука непроизвольно опустилась на рюкзачок девушки, будто пытаясь не дать ей уйти от ответа, окончательно забыв про свои правила.

— Боишься проиграть? — голос Феи был, как всегда, сдержанным, но при этом лёгкая улыбка пробежала по губам.

Прямым взглядом девушка внимательно изучала парня, запыхавшегося от быстрого бега.

— А как ты будешь шарик отбивать? — продолжал Дима.

— Отбивать будет сложно, но подачу смогу сделать и с закрытыми глазами, — спокойным голосом девушка пыталась успокоить взволнованного Димку.

— Да нет… — Димкин запал быстро улетучился, и он, приходя в себя, в растерянности сделал шаг назад.

С большим опозданием Дима понял, что сейчас они находятся среди людей, и от этого почувствовал неловкость, чего не скажешь о Фее. Она была абсолютно невозмутима.

— Мне предложили играть на таких условиях, но ответ я пока не дала, — продолжая рассматривать весь спектр меняющихся эмоций на лице Димы, ответила девушка и с довольным видом добавила: — Возможно, стоит дать согласие.

И тут Дима вдруг подумал, что он зря весь день так переживал за будущий матч. Подошедшая Вика помогла ему освободиться от клубка беспокойных мыслей, наполнявших голову гудящим роем.

— Дима, можно тебя попросить передать эти буклеты Юре? Я очень занята, а он в последнее время не попадается на глаза, — просьба Виктории вовремя прервала затянувшуюся паузу. Обращаясь к Фее, сказала: — Извини, что прерываю, но я к Диме только с этой просьбой.

— Да мы вроде всё выяснили, — ответила Фея, разворачиваясь в сторону Лены, подошедшей к ним.

— Да-да, — подтвердил Дима и, взяв у Виктории буклеты, медленно зашагал по школьному коридору.

Он осторожно шёл по чёрно-белым квадратикам пола, размышляя о случившемся.

Почему же он ведёт себя с Феей так, словно они старые знакомые? Более того, он реально воспринимает её как настоящего друга, переживает за неё всем сердцем. Сегодняшний день был ярким тому подтверждением.

7.129

Юрка выглядел испуганным, когда Дима отдавал ему красиво оформленные буклеты с концерта. Дима подозревал, что одноклассник специально избегает Вику, придумав для себя непонятную систему уровней. И как ни пытался он отговорить этого худощавого парня из соседнего подъезда от всяких систем, тот был непреклонен.

«Ещё недавно она ему нравилась. В школе всегда бегал за ней. А сейчас готов на всё, только бы не встречаться с ней. Как быстро меняются чувства», — раздумывал он о действиях Юрки, выискивая в гардеробе куртку.

— У нас сегодня была контрольная, а ты весь день Фее не давал покоя, — назидательно выговорила Диме появившаяся Лена, когда он выходил из школы.

— Да всё не так, я вроде стараюсь её не беспокоить. Просто так получилось сегодня, — стал оправдываться Дима, пытаясь кратко объяснить сложившуюся ситуацию.

Лена вдруг притихла, думая о чём-то своём, тем самым позволяя Диме сделать глубокий выдох.

— Кто бы меня так побеспокоил, — тихо произнесла девушка, растворяясь в своих думах.

Она поймала себя на мысли, что завидует этому парню. Задело, что у Димы получилось так легко и естественно выразить свои эмоции, буквально выплеснуть их в разговоре с её подругой. С Феей такого общения никто позволить не мог. Достаточно было одного взгляда, чтобы все попытки сошли на нет у любого, самовольно переступившего невидимую грань, допустимую в общении. Но Диме было позволено так вести себя. Она не остановила его, когда он стал указывать при всех, как ей, Фее, поступить. Без всякого раздражения сама же и успокаивала его.

И тут Лена вспомнила про тот прекрасный и запоминающийся сладкий сюрприз, что ей приготовили на день рождения. Света тогда могла спокойно выбрать подарок и самостоятельно, без всякой посторонней помощи, но решила выбирать вместе с Димкой. Подобную инициативу Лена наблюдала уже не первый раз. Тот памятный трюк, что Фея провернула на автомобиле, спасая Димку от банды Кочина, дорогого стоил.

Правда, соседка по парте и Лену выручала. И не раз. Вспомнился первый день нового учебного года — тот день их знакомства в школе…

…В классе находились одни девочки, среди которых была и Лена. Собравшись в круг, девчата делились новостями после долгих летних каникул, рассматривали фотографии в беззаботной праздничной обстановке. Никто и не заметил, как в класс незаметно прошмыгнул парень невысокого роста. Это был Гаврик из параллельного класса. Расположившись за партой, включил телефон, положил его на ботинок с желанием заглянуть под красивое платье ближайшей девушки. Этой девушкой оказалась Лена, которая и не подозревала, что происходит за спиной.

Когда в класс вошла новенькая, на неё не обратили внимания. А она сразу заметила проделки парня и поняла его шкодливые намерения, поэтому, тихо приблизившись, резко наступила на его обувь, соответственно нанеся парню невосполнимые потери: телефон разбился, приняв удар на себя.

— Ты, мальчик, заблудился, наверное, младшая школа находится на первом этаже, — у Феи хватило духу не только раздавить телефон, но и словесно поставить парня на место.

— Да ты! Что делаешь?! — прорычал тот в ответ.

— А что делаешь ты? Может, расскажешь всем и в деталях? А мы послушаем и решим, что с тобой делать, — Фея успевала жестами показывать, что произошло на самом деле.

Лена тоже могла вспылить и даже треснуть обидчика пару раз. Но обычно от неё доставалось брату, а вот так стоять перед парнем с решимостью дать реальный отпор, как Фея, она бы точно не смогла…

— Нам надо выбрать день и сходить в кафе, с меня же причитается мороженное, как договаривались. Кстати, самой вкусной фигурой был король! — завершая долгую паузу, наполненную многочисленными раздумьями, сказала Лена притихшему Диме.

— Да, надо выбрать день, — повторил за ней Дима, спускаясь по ступенькам школьного крыльца.

7.130

На протяжении всего пути до дома после расставания с Леной, Димка думал и о дне рождения, и о подарках. А что бы подарила Света ему на день рождения? Подарила ли бы вообще что-либо? Как жаль, что до дня рождения очень долго. Целое лето надо прожить. Каким оно будет это лето? Кто знает?

Димке реально захотелось получить на память от Феи что-нибудь в подарок. Он был согласен даже на самый простой, который можно хранить как можно дольше. Та шоколадка, подаренная Феей на праздник, самым бессовестным образом съедена. Вот если бы сейчас она её подарила, то Димка точно не позволил бы себе такого.

С надеждой, что когда-нибудь это произойдёт, Дима благополучно добрался до своего дома. Бережно достал потрепанную книгу и аккуратно открыл её. Закладкой на нужной странице была фотография со спортивного стенда, Дима всё никак не мог вернуть её Светлане. Он пообещал себе, что обязательно отдаст, но позже.

Эту главу в старой книге Дима часто перечитывал. Каждый раз она оставляла неизгладимый след в душе, открывала новые чувства и переживания.

…После дневной тренировки на мечах вместо того, чтобы убежать со старшим братом к прохладным струям реки, младший брат привычно опрокинул на себя большой ковш воды, и, довольствуясь этим, ожидал, когда освободится зашедший в походную палатку мастер боевых искусств. Отец. Это он только что был учителем военного дела. Он вышел из палатки, и, присев на нагретый солнцем валун, сказал:

— Я весь во внимании.

— Ты мне говорил в прошлый раз, что каждая девушка — это словно волшебная ткань мироздания.

— Припоминаю. Хорошо, попробую подробнее разъяснить. Давай представим, что в шкатулке находится красивый плат. Он и будет для нас таинственным образом девушки. Оказав доверие в созвучии сердца, девушка дарит эту шкатулку возлюбленному, и в руках юноши появляется этот удивительный плат. И что же будет делать её избранник дальше?

— Уберёт в шкатулку обратно и там будет хранить? — нерешительно предположил юноша.

— Если красивая ткань, расшитая великолепными узорами, будет свернутой лежать в дорогой шкатулке, то большая часть этих узоров будет скрыта.

— Значит, надо раскрыть этот плат… — осторожно предположил молодой охотник.

— Да. Расправить бережно эту волшебную ткань и поднять высоко вверх! Вот такое должно быть отношение к девушке. Изо всех сил надо стараться нести это знамя по жизни. Знаменосец в бою, истекая кровью, до последнего удерживает знамя над собой. Так и ты следуй его примеру и тогда сможешь совершить много побед. Сила этой волшебной ткани безгранична. Знамя Любви вне времени. Знай об этом и будь верен ему до конца. Ты сам должен всецело стать тем несгибаемым стержнем верности любви, и тогда на этом полотне появятся более изумительные узоры. Они помогут тебе совершать самые немыслимые победы и подвиги. Но должен сказать и горькие слова: если у юноши не будет такого отношения к вручённому дару, то со временем узоры потускнеют и полностью пропадут, а волшебная ткань утратит своё могущество…

Димка читал знакомый текст. Его воображение рисовало сказочный мир, и Димка путешествовал по нему. Герои этой книги были так созвучны, что он был бы рад встретить похожих людей и в реальной жизни…

Стрелка на часах тихо шелохнулась, напомнив о том, что пора на вечернюю тренировку. Доверив охрану книги своему колючему другу, юноша достал спортивную сумку и стал собираться в бассейн.

7.131

Щёлкнул дверной замок, и девушка вошла в квартиру. Стянув с плеча рюкзачок, присела на банкетку в прихожей. Засветившийся экран телефона просигналил о поступившем сообщении.

— Светлана! Через десять минут прошу к столу! Сегодня у тебя мама в ударе! — прозвучал звонкий женский голос, а манящие ароматы домашней готовки звали тут же откликнуться.

— Ровно через десять? — с лёгкой иронией в голосе переспросила девушка, направляясь в свою комнату.

— Ну, минуты бывают разные! — философский ответ мамы заставил улыбнуться.

Но улыбка тронула лишь губы. Глаза девушки были привычно серьёзны и задумчивы.

Подойдя к письменному столу, она включила ноутбук и отправила сообщение по электронной почте. Затем взяла пару новых скальных кроссовок на тёмном полотне беговой дорожки, терпеливо ожидавших свою хозяйку весь день. Громкий возглас из кухни заставил девушку прервать тщательный осмотр спортивной обуви и выйти из комнаты.

В комнате стало тихо, если не считать негромкое гудение включённого ноутбука с высвечивающим отправленным сообщением: «Ксюша! Сегодня в школе был разговор с учительницей английского. Ей понравились твои работы с бисером. Её дочь шьёт платья на заказ и хочет с тобой познакомиться. Надеется на сотрудничество. Напиши своё мнение. Думаю, им можно доверять.»

Ответное сообщение не заставило долго ждать: «Света. Если честно, это неожиданно для меня. Я совсем недавно стала работать с бисером. Надо подумать… Да, знаешь, мне очень пригодились твои снимки, те, что ты мне прислала недавно. Освещение витрины на самом деле здорово проработано. Я тебе очень благодарна. Завтра, как и обещала, пришлю продолжение комикса, над которым работаю в свободное время. Его, увы, не так много. Подготовила портфолио для поступления. Попробую подать документы после экзаменов в нашу академию на кафедру художественного текстиля. Профиль — дизайн текстиля. Ха… пишу тебе, а меня уже потряхивает от волнения. Хорошо, что в художественной школе педагоги постоянно поддерживают меня. И ты помогаешь своими советами. Жаль, что не получается с тобой встретиться. Как твои успехи в секции скалолазания? Коллектив хороший? Пиши, всегда рада с тобой пообщаться. Ксюша»

Отправив сообщение Светлане, Ксения сосредоточила свой взгляд на экране. У Светы на аватарке была установлена фотография: заходящее за горизонт солнце, на прощание оно посылало тонкий луч, скользящий по поверхности притихшего озера, и высвечивало в ярких бликах мерцающую дорожку далёкой звезды. Единственное, что украшало электронную страничку Светланы. Страница была абсолютно пустой, не считая их переписки, конечно. Сложилось впечатление, что создана она только для общения с ней, Ксенией.

Прокрутив переписку к самому началу, Ксения улыбнулась: вместо первого приветствия Света прислала фотографию комикса, нарисованный Ксенией очень давно.

«Такая загадочная девушка. Ну почему она так мало о себе говорит? — хмыкнула расстроенно Ксюша, машинально перебирая рукой разложенный по маленьким коробочкам разноцветный бисер. — В какой школе учится? В какую художественную школу ходит?» — поправляя украшение на миниатюрной фигурке мышонка, тоже старательно смотревшего на экран, задавалась вопросами, долго томившими её.

7.132

Наполняя всё пространство бассейна, устойчивый гул непрерываемыми волнами пробегал над головами участников и многочисленных зрителей соревнований. Вот зычно рявкнула сирена, отправляя спортсменов на самую длинную дистанцию. Стартовал очередной предварительный заплыв на тысячу пятьсот метров вольным стилем. Кто будет участником финального заплыва? Кто победит на первенстве города по плаванию?

Димке досталась третья дорожка, чему он удивился, поскольку эта дистанция для него была сегодня не основной, хотя он и считался стайером. Его конёк — дистанция на восемьсот метров. Но тренер решил иначе и по каким-то своим соображениям заявил Димку на этот изнурительный марафон. Обычно на полуторку заявляли Валерку, но тот заболел.

Ко всему прочему, Палыч втихаря от своего подопечного в заявочном листе, на основании которого составлялись предварительные заплывы, указал время, намного превышающее личное достижение Димы на этой дистанции. А самое главное, тренер при таком раскладе дал ему простую установку — обойти хотя бы одного из соперников, плывущих на соседних дорожках. Известно, что в заплыве сильнейшие пловцы занимали места в центре, на четвёртой и пятой дорожках. Дима оказался в непосредственной близости от претендентов на высокие места. Он, конечно, подозревал, что что-то тут не так, но особо не вникал в происходящее. Сейчас его полностью занимало другое: сможет ли Фея прийти завтра. Суть Димкиных раздумий была простой, объяснимой, но одновременно мучительно сложной.

Проплыв очередной поворот, Димка бросил взгляд на трибуны, прикидывая на будущее, где в ближайшие два дня среди болельщиков может оказаться Фея, в каком секторе он сможет увидеть её. В это мгновение трибуны показались такими маленькими, зато фигура тренера, стоящего возле бортика, почему-то резко увеличилась в размерах, а огромный кулак Палыча угрожающе бросился в глаза.

«Он улучшит свои личные рекорды на всех дистанциях» — обещание, данное Феей тренеру, молнией пронзило Димкино сознание.

«Так вот чего тренер добивался от него», — наконец-то осенило Диму. Тайные происки наставника стали понятны.

«Чтобы Фея намывала полы у Палыча в тренерской? Да ни в жизнь!» Он максимально стал усиливать каждый гребок, взвинчивая темп, словно сейчас плыл стометровку, а не полтора километра, тем самым невольно приковал внимание и зрителей, и наставников плывущих спортсменов.

— Палыч, я смотрю, твой-то вроде проснулся, и ноги заработали как надо, и гребок стал более плотным. Только интересно, не рановато так резко ускорился? На финише может сдуться, — проговорил своему коллеге мужчина с секундомером.

— Время покажет, — пристально поглядывая на свой секундомер, ответил ему тренер, раздумывая над действиями своего спортсмена.

Мысли путались. Но постепенно освободив голову от всего постороннего, Дима смог, наконец, отчётливо разглядеть соперника справа и, ориентируясь на него, приложил все силы, чтобы сократить разрыв и по возможности догнать на финише. Он не знал, что по соседней дорожке плыл призёр прошлогодних соревнований. Когда на финише их разделяли считанные сантиметры, и Димкино разочарование готово было выплеснуться из глаз огромной волной, каково же было удивление увидеть улыбку, так редко появляющуюся на лице тренера.

Заняв второе место, он неожиданно попал в финальный заплыв, который предстояло плыть через день.

В маленький полуподвальный магазинчик, что встретился по пути, он решил зайти на несколько минут. Сюда он приходил и раньше. Посуда, изображённая на небольшой вывеске магазина, ему не нужна. Его интересовал небольшой отдел, где на стеллажах были расставлены картины. Совсем недавно появился вдруг интерес к живописи. Он даже внимательно изучил все ссылки на творческие работы и выставки на электронной страничке Ксении.

Вот и сейчас, после соревновательного дня, уставшим взглядом пытался в мутных жёлтых пятнах, намалёванных кем-то на холсте, разглядеть апельсины, на которые указывала прикреплённая к картине табличка. Не обнаружив никакого сходства с сочным фруктом, Дима медленно побрёл к выходу. Подумалось, что до понимания высокого искусства ещё расти и расти.

Выбравшись из магазинчика на оживлённую улицу, он устало вздохнул и, увидев подъезжающий к остановке трамвай, торопливо ускорил шаг. Топать пешком сил уже не было.

7.133

В кафе Дима выбрал свободный столик в уютной нише рядом с большим вьющимся растением, похожим на тропическую лиану. Слегка откинувшись в кресле, он не торопился пить свой любимый молочный коктейль. Ожидая девчонок, обещавших быть позже, перебирал в памяти вчерашний день, подаривший ему ощутимую порцию адреналина. Он понимал, что полностью не отошёл от того финального заплыва. Пережитое состояние было тому причиной…

В финале ему досталась самая крайняя дорожка, а соседняя — тому парню, которого Дима так и не смог обогнать в предварительном заплыве. У обоих оказались самые низкие результаты из всей финальной восьмёрки участников.

«Нельзя дать ему оторваться вперёд», — подумал Димка, разглядывая соперника, стоящего рядом. Тот был старше Димы лет на пять, не меньше, и выглядел сжатым, подобно пружине. Конечно, в предварительных заплывах лидеры силы берегли, работая только на результат, необходимый для попадания в финал. А Димка выложился по полной и установил в том заплыве свой личный рекорд. Так быстро эту дистанцию проплыть ещё не удавалось. В финале каждый из соперников постарается выжать максимум возможностей.

Установка тренера на этот заплыв показалась молодому пловцу странной: всего лишь следить за работой ног. Судья коротким свистком дал команду приготовиться, и Димка, зафиксировав неподвижно тело на стартовой тумбе, за несколько секунд до старта увидел знакомый силуэт дорогого ему человека. Буквально с этого момента с Димой стало происходить невероятное.

Нырнув в голубую волну бассейна, он сразу понял, что сегодня абсолютно идеально чувствует воду. Это состояние трудно передать словами, его можно только испытать лично. Это ощущение воды, когда она становится реально живой и родной стихией, за всё время занятий спортом он почувствовал во второй раз. Именно сейчас. Ко всему прочему, взбудораженный появлением Феи на трибуне, Дима от волнения совсем забыл, что плывёт самую длинную дистанцию.

Он долго и старательно удерживал темп, который был для него привычным. Благодаря этому Дима смог обойти соперника с соседней дорожки. А тот, принимая вызов, не собирался уступать.

Позже до Димы дошло, что на повороте судья показывает табличку с цифрами, обозначающими, что до финиша ещё очень долго. Плыть и плыть. Откуда взять силы, когда они почти на исходе? Трудный вопрос. Но вместо ответа Дима решил во что бы то ни стало лишить соперника с соседней дорожки возможности обойти его. На трибуне находилась Светлана, специально пришедшая поддержать Диму, и это придавало дополнительные силы, заставляя бороться, преодолевать себя как никогда…

Вытянув через трубочку хорошую порцию коктейля, Дима раз за разом восстанавливал хронометраж финального заплыва, печатая в телефоне сообщение для Вадима:

«После девятисот метров левая рука начала слабеть от такой нагрузки. Тренер часто давал на тренировках задание плыть эту дистанцию, меняя скоростной режим, словно предвидел подобную ситуацию. Это и помогло.

Тысяча метров. Повороты становились не такими чёткими, и требовалось максимум внимания, чтобы пройти правильно. Сосед увеличил темп и начал обгонять, а усталость уже неотвратимо охватила всё тело.

Тысяча двести метров. Началось. Такое ощущение, что к ногам и рукам привязали по гире. Из последних сил старался не упустить из вида парня, что справа.

Тысяча триста метров. Уже ничего не слышал и не видел вокруг: ни трибун, ни соперников. Мозг плыл в тугой звенящей тишине. Заставил себя ускориться, словно я на финишной прямой.

Тысяча четыреста метров. Вокруг всё как в тумане, а в голове только одна мысль: догнать, догнать.

Тысяча пятьсот метров. Всё! На табло я третий в этом заплыве! При этом в электронной строке напротив моей фамилии странные цифры… Не мог понять, что они обозначали. И только после услышал чей-то крик: «Димка! Ты показал сейчас лучшее время по стране среди юниоров!»…

— Дима, а где же цветы для дамы? — появившаяся довольная физиономия Лены нарушила его одиночество, заставив быстро спрятать телефон и вернуться в реалии сегодняшнего дня.

— Цветы надо дарить тогда, когда есть особые чувства к девушке, — неожиданно для самого себя ляпнул Дима. Вдруг захотелось остудить пыл этой энергичной особы.

— Можно поинтересоваться, есть ли такая на примете? — голос Лены стал тише, видно, Димкина фраза всё-таки подействовала.

— Кто знает, — таинственно произнёс Дима, всем видом показывая, что больше ничего не скажет.

— Шила в мешке не утаишь! Я всё равно… — но договорить Лена не успела, потому что появилась Фея с раскрытым листом фирменного меню.

— Смотри, тут есть твои любимые с арахисовой пастой, — предварительно поздоровавшись со всеми, сказала Светлана, вручая меню Лене.

— Да?! А вы тоже выбирайте, что нравится, угощаю! — предложила Лена, включая музыкальный трек на телефоне.

— Да, а я… — начал было Дима, но передумал рассказывать, что на прошедших соревнованиях смог впервые выполнить норматив мастера спорта. Представил на минуту, как бы повела на его месте Фея.

— Ты тоже будешь с арахисом, — повторила за него Лена, тряхнув копной светлых волос.

— Ага, — скрывая смущение, быстро ответил Дима, решив сегодня говорить как можно меньше.

День обещал быть на удивление пригожим. Солнечная ткань за окном мягко укутывала ближайшие деревья. В голубом аквариуме неба тихо скользили причудливые облака-рыбы. Взгляд юноши был безмятежен, словно воздушный шарик, наполненный множеством солнечных улыбок. Весна, как в той картине, что собрала маленькая девочка на школьной выставке, незримо дарила всем желающим свой цветок-привет. И в Димкином сердце был собран невесомый весенний букет из этих удивительных цветов, который он, осторожно поглядывая в сторону девушки, мечтал подарить ей.

7.134

Они вместе вышли из кафе, и их шаги быстро растворились в городской суете. Когда Дима со Светланой скрылись из виду, Лена вздохнула, пытаясь понять саму себя:

— И зачем я это делаю? Меня же это не касается.

В кафе она специально загружала Димку всевозможными мелкими просьбами и поручениями, чтобы свести к минимуму его общение со Светланой. Лена понимала, что в школе Фея никого не выделяет. Но вот Димке, как ей казалось, внимания больше, чем другим. Под «другими» Лена подразумевала себя.

Дома противоречивые мысли поочерёдно одолевали её до того момента, пока не зазвонил телефон. Звонила одноклассница. Она и поделилась по секрету очень интересной информацией. Её родители были не так давно на концерте в филармонии. Просматривая фотографии, сделанные перед концертом, девушка увидела на одном из снимков Викторию вместе с Димкой.

Договорившись держать сей факт в тайне, Лена решила выяснить всё сама, не беспокоя Фею, а при необходимости принять все меры, чтобы защитить подругу от подозрительной личности.

«Полчаса назад говорил, что цветы подарит той, к которой у него особые чувства. Если нравится Вика, то зачем тогда крутиться возле Феи? Ничего, я тебя отодвину на нужную дистанцию», — пыхтела раздражённо Лена, рассматривая присланный снимок.

Вот что значит один безобидный звонок. Отныне за Димой будет установлено пристальное наблюдение. Бедному парню и во сне бы такое не могло присниться.

***

Дима разложил на столе свои сокровища: изрядно помятую валентинку, которой досталось немало испытаний, фотографию со спортивного стенда и те многострадальные билеты в театр. Бланк меню, который он выпросил в кафетерии, тоже отправился в коллекцию дорогих его сердцу мелочей.

Слова отца о работе подсознания человека всплыли сами собой. Тогда отец привёл очень интересный пример: моргание у человека происходит очень быстро и по времени занимает примерно ноль целых и три десятых секунды. Так вот этот ничтожно маленький промежуток времени рассматривания человеком чего-либо будет жить в подсознании две недели.

Дима задумался: а сколько будет жить в подсознании образ Феи? Рассматривая фото, себя он во времени не ограничивал.

7.135

После звонка поток спешащих и изрядно проголодавшихся учеников нёсся по школе прямиком в столовую. Школьники, стоявшие на пути у входа, оказались пленёнными этим водоворотом. Димка особо и не сопротивлялся, понимая, что в данной ситуации противостоять бесполезно. Вбежавшая в столовую толпа прижала его к стойке школьного буфета. Ничего не оставалось делать, как воспользовавшись предоставленной возможностью, благополучно купить горячую сосиску в тесте и, присев за свободный стол, наслаждаться вкусной выпечкой.

А шум в столовой только нарастал. Завершив короткую трапезу, Дима направился к выходу. Боковым зрением заметил Викторию. Класс, где она училась, дежурил по школе. На это красноречиво указывала закреплённая на руке повязка. Виктория пыталась завязать крепкий узел на полиэтиленовом мешке со множеством пустых коробочек из-под йогурта, но это у девушки не получалось, да и полиэтилен был порван в некоторых местах.

— Давай помогу, — Дима не смог остаться равнодушным, видя, как та мучается.

— А, Дима, привет. Да, если не трудно, — Виктория была рада помощи, и после того, как двойной узел перекрыл выход бесперебойно выпрыгивающим коробочкам, поблагодарила, предложив: — Ну, раз ты такой сознательный, может, отнесём этот мешок на мусорку. Может развалиться в любой момент, да и нести одной не с руки.

— Да зачем тебе с ним возиться? Кого-нибудь найду. Кстати, почему ты одна тут дежуришь? — не удержался Дима от вопроса, глазами выискивая напарника и крепко придерживая мешок рукой.

— Наших ребят забрали грузить макулатуру. Машина приехала, и они все там, — ответила Вика, сжимая край полиэтилена с другой стороны. — Он не такой уж и тяжёлый, пойдём, отнесём вместе, и все дела.

Выйдя на улицу, Виктория огорошила неожиданным предложением, повергшим Диму в лёгкий ступор:

— У тебя есть возможность целый день провести в небольшой компании, где точно будет присутствовать наша общая знакомая.

— О чём это ты? — волнуясь от услышанного, растерянно спросил Дима, понимая, о ком идёт речь.

— Значит, тебе это не особо интересно? — с напускной грустью спросила Вика и добавила: — А я думала, обрадуешься.

— Сейчас потащишь этот мешок одна! — пригрозил Дима, не зная, что ответить.

— Догадался? — миролюбиво спросила Виктория, наслаждаясь его явной растерянностью.

В ответ Димка смог только кивнуть.

— Ладно, больше не буду пытать тебя. Сегодня я была в учительской и случайно там увидела список желающих поехать на экскурсию в стеклодувную мастерскую. Они принимают экскурсии небольшими группами. Количество участников ограничено — всего двенадцать человек. Есть одно свободное место. Экскурсия заявлена на начало мая в выходной день. Заказан микроавтобус. Самое интересное в мастерской — обучающий мастер-класс по горячей обработке стекла. Экскурсия платная. И если есть желание.., — Виктория прервала свой монолог. Увидев, как у Димки загорелись глаза, она поняла, что продолжать дальше нет необходимости.

В это время из широкого окна столовой, раздвинув рукой длинное жалюзи, за двумя школьниками, разговаривающими на заднем дворе школы, пристально наблюдала девушка. Другой рукой она нервно теребила прядь светлых волос.

7.136

— Светлана, хорошей тренировки. Да, и про хлеб не забудь, — провожая дочь, произнесла женщина.

— Мама, я помню о твоей просьбе. Половинку столичного? — уточнила Света, поправляя на плече спортивную сумку.

— Да, и доброй дороги, — улыбнувшись, пожелала мать.

После ухода дочери она достала из шкафа коробку и, разложив на столе разноцветные фрагменты ткани, принялась за рукоделие. Не забывая о работе с ниткой и иголкой, она успела ответить и на звонок телефона. Громкая связь тут же наполнила комнату оживлённой беседой.

— Сколько лет, сколько зим. Привет, братюня!

— И тебе, сестрёнка, не хворать! Как там наш кораблик? Не штормит больше?

— Пока наблюдаю лёгкую зыбь, если так можно сказать. Она после отъезда Сергея в столицу стала скалолазанием заниматься.

— Сейчас такая погода непредсказуемая, да и гор у вас нет вроде.

— Так она ходит на тренировки в оборудованный зал. Купила скальные туфли для скалодрома своего… А я так радовалась, когда она в теннис целиком ушла, это не с Рубеном на машинах гонять. Сейчас у неё скалы на уме, а что дальше будет, не знаю.

— Да, в этом возрасте им всем хочется драйва. У нас тоже Артём гоняет на мотоциклах в карьерах за городом. Кстати, он сильно переживает за тот случай и хочет исправить эту ситуацию.

— Хм… Вязать, сидя тихо на диване, она точно не будет. А Тёма пусть не унывает. Надеюсь, летом солнышко её отогреет, да ты с Аськой приедешь, и всё будет хорошо.

— А как у неё с Виктором?

— Лучше. Сейчас она стала здороваться с ним, но общение минимальное. Светланка стала чуть мягче, немного оттаивает, а то была как сосулька… вся замороженная. Всё-таки чувствуется, что в новой школе ей более комфортно.

— А у Светы есть работы в свободном доступе?

— Да, немного. Они с Рубеном вообще готовились к персональной выставке, но теперь я даже не знаю, когда у неё начнёт голова здраво работать. А ведь сейчас такое важное время для неё, и его никак нельзя упускать. Рубен рвёт и мечет. Она же им с Тасей, как родная дочь. У них детей нет, поэтому они к ней относятся трепетно.

— А что, она даже не прикасается?

— Сама до сих пор не знаю, что тогда на неё нашло. Не могу сказать точно, но должна быть очень веская причина, если она приняла такое решение. Уж я-то свою дочь знаю. Может, это связано как-то с Виктором? Но он всегда её поддерживал в творческих поисках и сейчас работает как вол, для её учёбы откладывает денежку. Короче, тут всё, как в тумане, который надо прогнать. А её слова «у меня творческий кризис» звучат неубедительно, как для меня, так и для Рубена.

— А почему она свои работы выставляет под псевдонимом? Виктор давно говорил об этом, но я подзабыл.

— Это долгая история, сейчас расскажу. Как только она познакомилась с Рубеном в театре, а это было перед тем, как она в школу пошла, он ей дал первое задание: что-то нарисовать. Она с его заданием успешно справилась и решила подписать, как настоящие художники делают. А опыта работы с красками тогда было очень мало, поэтому буквы растеклись, и от фамилии целыми сохранились лишь две буквы «О» и «Т», а в имени пропала последняя буква — так и получился её псевдоним. Помню Рубен долго смеялся, но сохранил тот рисунок.

— Так вот оно что…

— Слушай, братишка, это ещё не всё. В первом классе им был задан рисунок к празднику. Но случился конфликт: одноклассница позавидовала Свете и стащила рисунок, подписав его своим именем. После этого Светлана перестала стараться на уроках рисования, а свой псевдоним использовала, когда её работы участвовали в городских выставках.

— Теперь вспомнил… Занимательная история получилась.

— Ты билеты ещё не брал? А то я жду вас с нетерпением!

— Ещё рано, но к Свете на день рождения мы обязательно приедем, не переживай.

— Хорошо, всем твоим от нас приветики, мне надо тут кое-что сделать, пока Светы нет дома. Давай звони чаще, целую.

Попрощавшись с братом, женщина выключила телефон и, поставив на стол швейную машинку, продолжила свою работу, периодически поглядывая на настенные часы.

7.137

Рука с наколкой дракона барабанила по стеклу. Мужчина, прислонившись к окну высотного дома, пристально смотрел на притихший в лёгкой мороси город и, не в силах сдержать внутренне беспокойство, вслух произнёс:

— Хреново! Такая погода! Надо отменять сегодняшний финал. Опасно. Сильная наледь, тем более на металле. Ну почему же она мне не отвечает? Надо предупредить её об отмене сегодняшнего квеста. А мой балбес тоже хорош, все звонки сбрасывает, я не успею перехватить его. Порт очень далеко, и дорога сейчас такая, что без зимней резины доедешь только до первого столба.

Переживания мужчины были понятны. Внезапно подувший холодный ветер ранним утром был очень коварен. Подхватывая на лету мелкие дождинки, он неожиданно накрыл весь город тонкой плёнкой льда.

***

Димка вышел из подъезда и чуть не растянулся в шпагате. Обычный асфальт оказался на удивление скользким. Чтобы не грохнуться, Димке пришлось проявить все чудеса высшей акробатики. Привычный шаг затруднялся, поэтому Дима старался идти по кромке газона. Там, где его не было, шёл осторожно, контролируя каждое движение.

Под знакомой аркой асфальт был сухой. Димка остановился, приятно расслабив ноги. До дома Софьи Ивановны оставалось совсем ничего. «Интересно в каком доме живёт Фея?»

Он решил, что попытается спросить об этом у Софьи Ивановны. К ней юноша спешил, чтобы отдать долг. Он испытывал неловкость от того, что запоздал с возвратом, поэтому крутой гололёд не был преградой. Дима помнил, как Софья Ивановна повторяла, что они с Кнопкой ранние пташки и любят выходить на прогулку ни свет ни заря. Но в это утро двор был пуст. Ни души. В такую погоду, да в такую рань вряд ли кто решится на прогулку без крайней необходимости.

Через домофон, набрав номер квартиры, Дима вглядывался в плоскую панель металла и готов был бодро поприветствовать хозяйку. Звонки перестали гудеть. Там, в квартире, Софья Ивановна уже взяла трубку, но почему-то не отвечала. Дима отчётливо смог расслышать какое-то шуршание, затем треск и шум… Что случилось, понять было трудно. Затем в трубке был слышен лай Кнопки. И вдруг всё смолкло. Эта тишина начинала тревожить. Дима стоял возле закрытой двери, понимая, что надо срочно попасть в квартиру Софьи Ивановны.

В подъезде было всего двенадцать квартир, по две на каждом этаже. Дима стал торопливо набирать все номера по порядку, но ни от кого не дождался ответа. Даже если бы кто-то из жильцов и впустил в подъезд, то квартиру Софьи Ивановны точно не удалось бы открыть. Дима всегда удивлялся, зачем пожилой женщине такая мощная конструкция двери: двойная, со сложной системой замков. Но, по словам самой хозяйки, оказалось, что постарался жилец, снимавший у Софьи Ивановны несколько лет комнату. «Что же делать? Что делать?» — мучился Дима, пытаясь найти нужное решение.

Отступив назад, Димка посмотрел на окно пятого этажа — хозяйка квартиры любила помахать ему рукой на прощание. В памяти всплыл тот день, как однажды они заходили в подъезд, и Софья Ивановна давала совет излишне разговорчивому мужчине. Слова мудрой женщины запомнились: «А надо было всего-то два слова сказать. Можно и не вслух, а только в сердце своём». Димка замер на мгновение и неожиданно крикнул, немного запнувшись вначале, а затем изо всех сил на весь большой прямоугольник пустынного двора:

— Све… Фея!

Пока Димка пытался попасть в подъезд, двор разбудили шаги ещё одного прохожего. Большая спортивная площадка, установленная в самом центре двора, не давала возможности увидеть Диму. В спортивной куртке, с компактным рюкзачком за спиной, прохожий быстро скрылся в тёмной арке.

— Фея! — проходя арку дома, отчётливо услышала Света.

Наушник вовремя соскользнул вниз, пропуская этот крик. Девушка остановилась в лёгком недоумении. Только это единственное слово могло её остановить.

— Фея! — крик повторился, не оставляя никаких сомнений, что звали на помощь.

Дима, развернувшись лицом к спящим домам, снова громко повторил, и пока его крик протяжно обегал длинные ряды домов, рядом раздался голос Светланы:

— Что случилось?

Выслушав Диму, Фея спросила:

— Сколько времени прошло?

— Минуты три, — ответил Дима, с удивлением наблюдая, как девушка снимает свою куртку и достаёт из рюкзака перчатки.

— Сможешь залезть на него и встать? — спросила Света, указывая на небольшой выступ на стене дома под окном, предназначенный для установки кашпо.

От земли до него было метра полтора. Сама полка выступа была неширокой. Но попробовать стоило. «Зачем вставать на него?» — задался вопросом Дима, при этом быстро подтягиваясь и осторожно фиксируя тело на узком выступе. Его немного качнуло, но приоткрытая форточка помогла устоять. Буквально через несколько секунд Фея, используя Диму как лесенку, взобралась ему на плечи и, оттолкнувшись от головы, оставила его одного на маленьком выступе.

Спрыгнув на землю, Дима, ошарашенный происходящим, мог только наблюдать, как хрупкая девушка поднимается по абсолютно отвесной стене обледеневшего дома, не боясь в любой миг сорваться вниз. То, благодаря чему фигурка Феи продвигается вверх, юноша сумел разглядеть только сейчас, а она заметила сразу: начиная со второго этажа и до самого верха были проделаны декоративные прямоугольные выемки, расположенные друг от друга на полуметровом расстоянии, выкрашенные в белый цвет, неглубокие, сантиметров пять, не более.

В его висках гулко отсчитывалась каждая секунда. На одной выемке нога соскользнула, но девушка чудом удержалась на стене. Высота, покорившаяся ей, была уже больше пятнадцати метров! Дима от волнения снял куртку, не понимая, как он сможет подстраховать её. Только его молящий взгляд вселял надежду, что Фея справится с восхождением.

Где-то над головой жалобно звякнуло стекло, и вскоре фигурка Феи пропала из вида. После долгих томительных минут ожидания тяжёлая связка ключей со звоном шмякнулась рядом, и Димка, собрав со скамейки все вещи, рванул по лестнице вверх.

7.138

Мелкий снег пытался накрыть город, но деревья собирали на себя всю снежную пыльцу, оставляя на узкой полоске тротуара лишь маленькие белые островки. В это утро было безлюдно, как и вчера. Но, в отличие от вчерашнего дня, ноги не разъезжались в разные стороны. Только Димкин взгляд был опущен, словно прикован к земле. Тяжесть связки ключей в кармане с каждым шагом напоминала о многом. Мысли кружились в голове, выжигая за собой яркий след сильных переживаний…

…Набирая скорость, нёсся Дима по длинным лестничным маршам. От волнения даже два раза ронял куртку Феи. Открыв массивную дверь, он, едва сделав первый шаг, отпрянул от увиденного: рядом с входной дверью на полу лежала Софья Ивановна. Первое, что бросилось в глаза — фартук, что был на ней. Под изголовьем лежало скрученное Феей пальто. Лишь лёгкий румянец, проявившийся на лице Софьи Ивановны, вселял надежду.

— Приступ. Уже проходит, — медленно выдохнула Светлана. Плечи её заметно подрагивали. В руке она держала кружку. Склонившись над Софьей Ивановной, Фея, не отрывая глаз от женщины, тихо произнесла:

— Ключи от квартиры возьми и закажи дубликаты.

— А когда скорая приедет? — взволнованно спросил Дима, думая о том, что ещё предпринять для оказания помощи.

— Она не приедет.

— А как же лекарство?

— Вот лекарство, — ответила Фея, протягивая кружку.

— А что это?

— Сладкий чай. Софья Ивановна — диабетик, — устало выдохнула Фея. — Сейчас придёт моя мама, так что можешь не переживать. Спасибо за всё, с ключами постарайся там…

…Димка шёл на автомате, рассматривая перед собой чёткие следы от ботинок, оставленные кем-то ранее. На белых фрагментах отпечатались подошвы с оттиском в виде нескольких маленьких кружков. «Этот человек, видимо, шёл в ту же сторону», — машинально отметил про себя, проглатывая в очередной раз горькую пилюлю самобичевания.

— Растерялся как девчонка. Даже хуже. Позвал на помощь девушку, и она всё сделала сама и спасла человека. А я просто наблюдал в стороне! — обречённо выдохнул на ходу юноша.

Укор совести молотом бил по сознанию. Робкая мысль, что он же друга позвал, сразу была отброшена, не желая оставлять даже малейшей лазейки для оправданий:

— Слабак! Как теперь находиться рядом с Феей? Только позорить её. Вчера она даже и не взглянула на меня. И правильно сделала. Зачем смотреть на такое ничтожество? Сам недавно на Юрку наезжал из-за уровней! Да это просто как небо и земля. Фея — это просто космос! — восхищение Светой росло, а собственная самооценка таяла на глазах, превращаясь в пустое место.

Процесс самоуничтожения остановил странный предмет. Пузатый, из крокодиловой кожи, изрядно потёртый портмоне на узкой полосе тротуара бросился в глаза.

7.139

— Знаешь, вчера в порту, когда ночная смена подходила к концу, мне пришлось одного пацана с крана снимать, он на соседнем причале залез на портальный кран и пытался по стреле пройти… Чудик какой-то! Разбил себе лицо и плечо повредил. Не мудрено, металлические конструкции все в ледяной плёнке. Хорошо ещё, что вовремя заметили. Уже пошло онемение рук. Окажись я чуть позже, то он мог бы разбиться. Сказал, что это соревнование. Его соперник должен был своё восхождение совершать на другом кране, но не пришёл. Поумнее оказался.

Пересекая очередной перекрёсток, Виктор по телефону излагал подробности вчерашнего происшествия, а завершая разговор, спросил:

— Как там наша дочь? Есть подвижки? Надеюсь, Света не забыла, что у Рубена скоро премьера в театре.

У дороги остановился возле припаркованной машины. Цвет и модель автомобиля были абсолютно такие же, как у прежней его машины, которую он продал сразу после аварии. В сознании всплыли события того непростого дня…

…Тот отпуск пролетел, оставив яркие впечатления. Дочь предоставила им прекрасную возможность побыть вдвоём. Морской круиз её не интересовал, и она предпочла погостить у дяди.

По возвращении домой супруга прошла ежегодное плановое обследование в клинике. Через неделю её попросили пройти повторное обследование, объяснив, что в клинике только что запущен в работу комплекс с новейшим оборудованием. Второе обследование было и необязательным, но супруга всё же согласилась. Долгое ожидание результатов тревожило Виктора, и он сам поехал в клинику.

Оставив машину на автостоянке, мужчина быстро скрылся в лабиринте белоснежных корпусов медицинского центра.

В приёмном отделении было тихо. Кресло секретаря, установленное за вытянутым в форме большой капли столом, пустовало. В просторном помещении напротив широкого окна — уютный холл, а за затемнённой стеклянной стеной — большие аквариумы с голубоватой подсветкой и ряд удобных кресел. Около аквариума просматривался мужской силуэт.

Незнакомец, сидевший рядом с Виктором, вежливо попросил оказать одолжение: передать секретарю, что отлучится минут на пять, и, получив в ответ кивок в знак согласия, ушёл.

Время шло. Секретарь так и не появлялся. Зато открылась массивная дверь кабинета, и появился профессор. Прочитав громко на раскрытом бланке фамилию, имя, отчество пациентки, он вопросительно взглянул на притихшего в кресле мужчину и, получив утвердительный ответ, подробно разъяснил результаты обследований и произнёс диагноз:

— Решайте сами. Сердце слабое. Операцию она может не выдержать, а так оставить… может… год-два… максимум. Всё-таки надо учесть преклонный возраст больной…

Профессор продолжал говорить. А у Виктора после слова «максимум» напрочь отключилось звуковое восприятие. Он видел лишь, как профессор открывает рот. Беззвучно. Оцепенение, охватившее Виктора, было странным и каким-то вязким, словно пластилином замешанным. Будто защитным коконом облепило его со всех сторон, не пропуская ни единого звука и одновременно заглушая все мысли. Мысли, готовые бурной рекой заполонить голову. Виктор не слышал ни звука собственной машины, отъезжающей от стоянки, ни долгого зуммера проснувшегося телефона…

На очередном перекрёстке уверенно добавил газу на вспыхнувший зеленый свет. Обойдя справа микроавтобус с включённой аварийкой, он не услышал, как водитель автобуса кричал ему, размахивая рукой в открытое окно.

Старушку, тянувшую за собой тележку и не обратившую внимания, что зелёный огонёк сменился на жёлтый, Виктор, в отличие от водителя микроавтобуса, наблюдавшего за её движением, увидел поздно. Слишком поздно. Водительский опыт сработал на автомате: резкий поворот влево, на встречную полосу, чтобы избежать столкновения.

От непоправимой аварии всех спас водитель мусоровоза: заметив опасность на встречной полосе и просчитав действия водителя легковушки, перегородил своей машиной всю дорогу, позволив несущейся машине подпрыгнуть над дорожным поребриком и улететь в зелёный ковёр аккуратного газона, сметая цветочные клумбы на своём пути. Остановила машину куча красного песка, выгруженная для подсыпки и выравнивания парковых дорожек…

Красный песок медленно сползал по лобовому стеклу… А перед глазами всплывала другая картина — история знакомства с будущей женой. Именно тогда песок оказался той красной нитью, связавшей воедино судьбы двух людей. А теперь эта нить может в любой момент оборваться. Крупинки воспоминаний кружили голову, и уже время далёкого детства туманило сознание…

…Шумный гомон во дворе вещал, что футбольный матч в самом разгаре. Ватага мальчишек, разделившись на две команды, безудержно носилась за мячом по полю, огороженному низким бортиком.

— Вита!

На громкий крик мальчишка лет двенадцати с короткой стрижкой тёмных и слегка вьющихся волос сильно пробил из хорошей позиции в створ ворот. Вратарь был бессилен. Выручил каркас ворот: мяч, ударившись о штангу, отлетел и, найдя в натянутой за воротами железной сетке прореху, продолжил свой путь в сторону детской площадки.

— Ладно, сейчас принесу его, — пробурчал недовольно паренёк, досадуя на несостоявшийся гол, и, ловко перепрыгнув через бортик, направился на поиски мяча.

Продравшись прямиком через плотный зелёный заслон акации, он увидел за большой кучей песка девчонку, держащую в руках мяч, и дружелюбно попросил:

— Слышь, подбрось мячик.

— Уже второй раз вы всё тут ломаете своими мячами, — укоризненно произнесла та, пряча мячик за спиной.

— Да что тут можно сломать? И что вы тут в детской песочнице делаете? — разглядывая двух незнакомых девчонок, по виду его ровесниц, пытался договориться мальчишка.

— Мы делаем работу на конкурс, а не просто играемся, — назидательно произнесла девчонка с фотоаппаратом.

— Какой ещё конкурс? И вообще, вы не из нашего двора. Давайте, топайте в свою песочницу! И побыстрее! — закипая и уверенно приближаясь к новоявленным скульпторам, грозно заявил паренёк.

— Вообще-то мячик летел дальше, но мы его смогли остановить, правда, слишком дорогой ценой, — указывая рукой на песочный замок, повреждённый футбольным мячом, строго заявила девчонка.

— Ну так брось его туда, куда он летел. Мне нетрудно сделать ещё пару шагов, — надвигаясь на песочницу, словно бульдозер, с огромным желанием закончить затянувшиеся переговоры, требовательно выдохнул рассерженный вконец малый, потому что за спиной настойчиво доносились крики мальчишек.

— Хорошо, летел в ту сторону, туда ему и дорога, — сделав шаг и показав направление броска, девчонка одарила грозного паренька милой улыбкой, демонстрируя плавный замах с мячом в руке.

— Стой! Погоди! — взволновано выкрикнул мальчишка, разглядев буквально в пяти метрах от песочницы своего непримиримого врага. Привязанный к скамейке пёс пускал слюни и как заворожённый не сводил глаз с мяча, натягивая крепкий поводок в звенящую струну. Вполне добродушный пёс по кличке Джек, которого все знали во дворе, с нетерпением ждал, когда мяч покатится к нему. Если всё пойдёт как надо, то это будет уже седьмой его трофей. Спокойный по нраву пёс резко менялся на глазах, когда в поле зрения попадался мячик.

— Что ты хочешь? — медленно выдавил мальчишка, понимая, что ему придется сейчас согласиться на все условия.

— Мы много времени потеряли, восстанавливая нанесённые мячом разрушения, и теперь можем не успеть, — произнесла девочка с длинной прядью волос, указывая рукой на тёмную полосу туч, появившихся над горизонтом.

— Тучи разогнать! — хмыкнул парнишка, рассматривая ажурные изгибы песочных башен высокого замка.

— Было бы неплохо. Хотя бы помоги достроить то, что испортил.

Просьба была на удивление простой, и мальчишка кивнул в ответ.

Отдав товарищам мяч и сказав, что он выходит из игры, парень присоединился к возведению замка. Во время строительства он узнал, что на поиски хорошего песка потрачено несколько дней, а подготовить фотографию возведённой постройки надо к завтрашнему дню.

Яркий светло-жёлтый песок весело играл на солнышке. На предложение украсить стены мелкими камешками, чтобы подчеркнуть многоярусный контур высоких стен замка, девчонки ответили, что на конкурс принимаются фотографии работ, выполненные исключительно из песка.

Труднее всего давались мальчишке тонкие арки, украшавшие оконные проёмы, потому что постоянно теряли форму и рассыпались в руках. Увлечённый работой, он сбросил футболку, и на его загорелом теле постепенно стала появляться песчаная «броня». Завершив постройку, девочки сделали несколько снимков и стали собирать свои вещи.

— Ждите меня здесь. У меня идея. Да! И фотоаппарат тоже будет нужен, — произнёс он загадочно, глазами же отслеживая катившего на велосипеде парня.

— Колян! Дай велик на полчаса! — крикнул он знакомому мальчишке и направился к нему быстрым шагом.

Прошло минут сорок, когда он на велосипеде лихо подъехал к песочнице. К раме велосипеда была привязана его футболка, наполненная чем-то тяжёлым. Свежие царапины на спине не остались не замеченными девочкой с длинными волосами, в одиночестве ожидающей его.

— Ты поранился? — участливо спросила она, пряча в пакет фотоаппарат от редких капель надвигающегося дождя.

— Да ерунда! Я ехал по главной, а маршрутка дорогу не уступила. Из-за неё даже немного рассыпал. — развязывая узел на футболке и бросив взгляд на небо, проговорил: — Нам надо спешить, иначе будет поздно.

Красный песок, доставленный только что, здорово украсил крыши зданий и выделил все контуры постройки. Замок заиграл новыми красками, а лица ребят были довольны и сияли улыбками.

Спасая фотоаппарат от нахлынувшего ливня, они дружно забежали в подъезд ближайшего дома. Закрыв тяжёлую дверь и деловито осмотрев промокшую насквозь спутницу, мальчишка предложил:

— Пойдем, я тебе дам пакет покрепче, чтобы фотик завернуть, а то этот уже порвался.

Поднявшись на свой этаж, парень зашёл в квартиру, а девочка осталась на лестничной площадке ждать. Появившись вскоре, он держал в руке два пакета. В один пакет был благополучно спрятан фотоаппарат, а другой он разорвал с одной стороны и образовавшийся полиэтиленовый конус надел на голову девочки:

— Пойдёт. Тебе и дождик не страшен теперь.

— Спасибо, — улыбнулась девушка, радуясь тому, что фотоаппарат в безопасности.

— Виктор! Так не пойдёт. А вас, юная леди, я попрошу пройти в наше скромное жилище и для начала высушить свои волосы, а чуть позже молодой человек проводит вас до дома. Зонтики в нашем доме тоже имеются. Как и пустоголовые кавалеры, к моему большому сожалению, — мягко, но в тоже время довольно убедительно произнёс высокий мужчина, медленно поднимающийся по ступенькам к притихшим ребятам.

— Па, да всё пучком. Ей тут недалеко, минут за двадцать добежит, — пытался оспорить решение отца сын, но, получив вразумительный тумак по голове, быстро передумал и, протягивая руку в сторону открытой двери, обречённо буркнул:

— Давай, заходи.

В квартире парнишка полез на антресоли, выискивая зонты и ворча себе под нос:

— Да мы этими зонтами и не пользуемся. Почти.

Хозяин квартиры пригласил гостью в ванную комнату, показал, где можно включить фен:

— Мы тут как два холостяка, отвыкли от женского общества. Я очень рад, что очаровательная девушка у нас в гостях.

Она, пытаясь утешить печального родителя и подробно рассказав о преодолении всевозможных препятствий во время песчаного зодчества, заявила:

— Знаете, сегодня ваш сын очень помог и даже принял участие в нашей конкурсной работе.

— Значит, не всё ещё потеряно, и это вселяет надежду, — с улыбкой ответил мужчина, направляясь в сторону кухни и незаметно подзывая к себе сына, приказал: — Дуй в булочную! И чтобы через десять минут был с пирожными. Да, и можешь свой «зонтик» испытать на своей глупой голове.

…Виктор закрыл глаза, пытаясь остановить дорогие ему воспоминания. Затем, пошатываясь, выбрался из разбитой машины и ещё раз посмотрел, как красный песок медленно сыпался с помятого кузова. Изо всей силы Виктор забросил ключи от машины в густые заросли кустов. Впервые он потерял привычную бдительность за рулём. Кому-то она могла стоить жизни. Понял, что значимость времени резко и безоговорочно приобрела другую ценность. Минутой становилась каждая секунда, забиравшая часы жизни.

7.140

На открытой площадке перед магазином асфальт был чёрным от грязи. Тонкому слою снега не удалось спрятать многочисленные следы машин. Поэтому замеченные Димкой следы потерялись во множестве всевозможных отпечатков.

Звякнул прикреплённый к двери колокольчик, оповестив о появлении первого на сегодняшний день посетителя. В дальнем углу небольшого помещения за прозрачным ограждением пожилая женщина занималась утренним косметическим сеансом. Над её головой висела табличка «Ж/Д и авиабилеты». Чуть ближе к входу мигали бегущие точки огоньков, высвечивая «Ксерокс» и «Срочное фото». Сбоку у входа примостился закуток с табличкой «Ремонт ювелирных изделий». В закутке за маленькой стойкой грузный мужчина, поправив плафон включённой лампы на гибкой подставке, неспешно наводил порядок.

Интуиция подсказывала, что этот мужчина мог быть тем незнакомцем, чьи следы Дима наблюдал на снегу. Недолго думая сразу спросил мужчину о пропаже:

— Вы сегодня ничего не теряли?

Слегка замешкавшись незнакомец сдвинул очки с переносицы на лоб, потом рукой провёл руками по карманам брюк, после этого потянулся к висевшей в углу куртке. Запустив руку во внутренний карман, он повернулся к Диме, растерянно разводя руки в разные стороны:

— Вот незадача. Да, есть такое.

— Тогда покажите мне свою обувь, — выдвинул Дима условие, чем привёл мужчину в лёгкое замешательство.

Позже Димка сам осознал, что надо было просто попросить человека подробно описать потерянную вещь. Но сказанного не воротишь — мужчина послушно предоставил возможность лицезреть свои башмаки «следопыту». Рисунок подошвы совпал со следами на улице. Димка решительно передал находку хозяину.

— Премного благодарен. Такая оплошность с моей стороны. Знаете, купил новую куртку и видно не привык к ней. В старой куртке карманы немного по-другому были расположены.

— Бывает, — с пониманием произнёс Дима и спросил: — А Вы дубликаты ключей не делаете?

— У меня немного другое оборудование, но если позволите, то я могу посодействовать и в этом вопросе, — на лице мужчины сквозила явная неловкость, он был обескуражен тем, что потеря вернулась так быстро и в полной сохранности.

— Да ладно, я сейчас понял, что мне надо искать место, где есть ремонт ключей, — добродушно сказал Дима, направляясь к выходу.

— Подождите. Прошу Вас, позвольте мне решить эту проблему, — прозвучали вдогонку слова ювелира.

Димка обернулся и увидел, как мужчина вешает на своё окошко табличку «закрыто» и торопливо надевает куртку.

— Приходите вечером к закрытию магазина. Я буду Вас ждать с дубликатами всех ключей, — решительно забирая из Димкиных рук тяжёлую связку, проговорил мужчина добавив: — Пусть это будет моей маленькой благодарностью за вашу доброту.

— Договорились, — облегчённо произнёс Дима. Всё-таки поставленная на сегодня задача нашла своё решение.

Возвращаясь по тонкой полоске тротуара в сторону дома, он увидел в небе большую стаю перелётных птиц. «Наверное, гуси или утки», — подумал Дима, мысленно пристраиваясь в конец ускользающего клина. Ему захотелось улететь куда-нибудь подальше от самого себя, хотя бы в мыслях. В последнее время на душе было скверно от назойливых дум, наполненных укором и грустью.

Солнце начинало согревать лучами большой город, но Димку это не радовало. Он шёл по улице, удерживая в руке незримый зонтик, сделанный из грусти и горьких сожалений.

8.141

С самого утра в классе царила непринуждённая обстановка. Это объяснялось тем, что после двух первых уроков намечался субботник, в котором примут участие учащиеся старших классов. Даже на уроке намёки о субботнике время от времени гуляли по классу: то девочки, весело хихикая, дружно надевали рабочие перчатки, демонстрируя свою подготовку к мероприятию, то ребята в знак поддержки позволяли себе шуршать большими пакетами для мусора, изображая на шеях подобие галстуков и шарфов. Понимая настроение ребят, учитель был снисходителен, как никогда, к весёлой обстановке в классе.

За окном солнечные нити скользили в нежной листве высоких тополей и откровенно дразнили ожидающих конца урока. В отличие от остальных Дима занимался арифметикой, как и положено на уроке математики. Только решал не предложенную учителем задачу, а свою: ему надо срочно разбогатеть на определённую сумму денег, чтобы оплатить поездку на экскурсию стеклодувов, на которую он успел записаться.

Прозвенел долгожданный звонок. Все ученики, оживлённо переговариваясь, дружно поспешили на улицу.

— А обещали двоих в помощь. Где второй? — выйдя на крыльцо, спросил мужчина Димку, ожидающего его по указанию старосты класса.

Поздоровавшись, Димка пожал плечами. Перехватив услужливо из рук рабочего шуруповёрт и пару молотков, юноша последовал за ним в сторону хозблока. На складе было оживлённо. Дежурный учитель выдавал школьникам веерные грабли, напоминая, что расчёсывать ими друг друга запрещено, поскольку сей инструмент предназначен исключительно для уборки газонов.

Вскоре шумная толпа помощников разбежалась по всей территории. На складе стало непривычно тихо. Лишь негромко позвякивали острые ладошки штыковых лопат. Их внимательно перебирал высокий мужчина, выискивая экземпляры с дефектами, чтобы отремонтировать. Школьникам лопат не доверили. Предназначены они были для взрослых. Ими работали родители на общешкольном субботнике. Диме предстояло оказать помощь в починке шанцевого инструмента. Ему доверили деревянные части: черенки для лопат. Заменив сломанные черенки на новые, Дима посетовал, что качество новых черенков невысокое — много сучков и плохо обработаны поверхности.

— Ха, так-то оно так. Ты думаешь, что мы сами эти лопаты выбираем? — лёгким прищуром оглядев своего напарника, мужчина пояснил сложившуюся ситуацию: — Мы заказываем их через Интернет, где видим только картинку и всё.

Когда Дима зачистил черенки шлифовальной шкуркой, обратил внимание на фрагмент декорации, отслуживший до этого на школьном празднике.

— А это надо разобрать. Но не сейчас, — завершив свою работу и подойдя к Диме, заметил мужчина. Тут же отсоединил деталь от театральной конструкции.

Присмотревшись, Дима понял, что это был самый что ни на есть настоящий черенок от лопаты, только тщательно раскрашенный яркими красками. Зелёные побеги листьев извиваясь красиво украшали сухую палку, делая её нарядной и живой.

— Даже плоды нарисовали, — задумчиво хмыкнул мужчина, рассматривая внимательно, как и Дима, затейливый рисунок. — Бери эту бутафорию и иди за мной. Работу, запланированную на сегодня, мы выполнили. Так что есть время на небольшую прогулку, — вручая Диме раскрашенный черенок, произнёс мужчина, увлекая парня за собой.

Оказавшись в самом конце длинного газона за спортивной площадкой, они подошли вплотную к ограде. Мужчина остановился, кивнув на деревья, пробегавшие по газону вдоль ограды ровной линией. В самом конце этого ряда было пустое пространство, к которому сейчас и были обращены взоры рабочего и Димы.

Приглядевшись, Дима понял, что там тоже что-то есть. Подойдя поближе, он обнаружил два дерева, вернее то, что от них осталось. Сухие и сморщенные саженцы выглядели неприглядно. Без малейшего намёка на жизнь они поддерживали своё вертикальное положение лишь благодаря крепким кольям, к которым были привязаны.

— Лет пять назад сильный ветер сломал в этом месте два клёна. И тогда некоторые классы выпросили у директора возможность самим посадить новые деревья, — начал издалека своё повествование пожилой человек.

Чувствовалось, что этому человеку хотелось высказаться о наболевшем, поделиться с кем-нибудь.

— Вот это дерево на память посадили ученики четвёртого класса. Так решили отпраздновать окончание начальной школы, — отвязывая верёвку от засохшего на корню саженца кедра, мужчина добавил: — В конце мая прошлого года тут было так многолюдно. Этот саженец родители учеников специально купили в питомнике за большие деньги. Даже привезли из питомника мешок плодородной земли для посадки. Меня попросили подготовить эти колья для поддержки дерева.

Дима слушал и видел, как меняется лицо рабочего, наполняя весь его облик неподдельной грустью. Он медленно скрутил верёвку и сильно поднатужившись, вытащил длинные колья из земли.

— Он был тогда таким пушистым и красивым, — задумчиво проговорил рабочий, легко вытягивая саженец на поверхность, продолжая рассказывать: — Сажали они его тогда всем классом. Всё снимали на видео и потом около часа фотографировались возле него. Это понятно! Надо же свои альбомы заполнить красивыми фотографиями. А какие речи дружно произносили, ты бы только послушал! «Теперь это будет дерево нашего класса! Будем фотографироваться после окончания школы. Мы будем расти, и наш кедр тоже будет расти вместе с нами. После окончания школы тоже будем сюда приходить!»

Димка приподнял саженец. Тот на удивление оказался очень лёгким. Его молодая хвоя пожелтела. Вечнозелёное дерево, в природе являющееся долгожителем, выцвело! До трёхсот лет оно могло бы радовать людей, а на школьном дворе не удалось прожить и одного года.

— После той торжественной посадки ни один не пришёл сюда! — печально констатировал мужчина. — Прошлым летом не было дождей, жара стояла, как никогда. Я им сразу сказал, что за саженцем нужен уход, полив. Да, все дружно покивали головами и заверили меня, что за «своим деревом» они будут следить.

Молодая травка робко пробивалась сквозь прошлогоднюю листву, напоминая о том, что весна пришла. Самое время всем растениям просыпаться после зимнего сна и примерить новые наряды. Только навечно пожелтевший кедр не в силах был подхватить эту весеннюю мелодию.

— Не приучены! — подвёл итог мужчина своим размышлениям, — А виноваты в этом родители. Они даже предлагали тогда деньги, чтобы я следил и ухаживал за этим кедром. Я отказался. До сих пор не могу понять этих родителей. Если всё в этой жизни с самого детства делаешь несерьёзно, без участия своего сердца, без переживаний за то, что делаешь, а для показухи, то по прошествию лет какая тебе будет цена?

Подойдя ко второму засохшему саженцу, саженцу тонкой рябины, мужчина поведал Диме и его историю:

— А этот сажали выпускники года три назад. Они тоже фоткались и говорили, что будут приходить сюда и через пять, и через двадцать лет. Я давно в школе работаю, знаю почти всех ребят и могу сказать точно, что многие живут рядом со школой. Но все они не помнят своих обещаний. К сожалению.

Дима вспомнил, что в школе много красивых цветов. Искусственных. Они в больших керамических чашах расставлены по всем этажам. Словно читая его мысли, мужчина взял у Димы раскрашенный черенок, втыкая вместо навечно уснувшего саженца, и сказал:

— Им надо было просто такой раскрашенный черенок посадить, а не губить живое дерево. Знаешь, раньше возле школ строились теплицы, и школьники сами выращивали овощи и цветы. Сейчас же сами школы похожи на теплицы, где взрослые выращивают вот таких учеников.

Дима нёс на мусорку засохшие саженцы. Было жаль их. Да и разговор с рабочим разбередил душу, заставив пристальней взглянуть на многие моменты своей жизни.

8.142

Обрывок полиэтилена, кружась в воздухе бабочкой, зацепился за ветку клёна и затрепетал. Лена, из чьих рук он только что выскользнул, подпрыгивала, пытаясь поймать беглеца. Оказав помощь девушке, Димка поздоровался:

— Привет, хорошей охоты.

— А ты кого ищешь? — кивая в ответ и забирая «бабочку», быстро спросила Лена.

— Да я уже на сегодня всё. Иду домой, — ответил уклончиво Димка, чувствуя подвох в вопросе.

— Надеюсь, ты помнишь мои слова о том, чтобы не беспокоить её по пустякам. Сейчас всем надо готовиться к экзаменам. А тем, кто решил идти учиться по выбранной специальности после окончания девятого класса, тем более, — назидательно, словно учительница младших классов, высказалась Лена и быстро развернулась в сторону идущих девчонок, показывая, что разговор с Димкой закончен.

Обычно Лена всегда была настроена позитивно. А сейчас показалось, чем-то обеспокоена. Даже не пыталась скрыть этого от Димки. Он, конечно, хотел узнать, где сейчас работает Фея, но предостережение Лены подействовало на него, и Димка, быстро отсчитывая шаги, вышел со школьного двора на улицу.

После того случая с Софьей Ивановной противоречивые мысли не переставали угнетать Димкину головушку, а огромная волна самоуничтожения и недовольства собой изводила своим постоянством. Но желание общаться, дружить и восхищаться Феей росло с каждым днём. Впервые столкнувшись с таким внутренним состоянием, он не знал, как правильно поступить. Обычно в трудную минуту он делился с Вадимом своими проблемами. Но сейчас все переживания, связанные с Феей, были сокровенны, и Дима бережно их хранил, не допуская и мысли, чтобы кому-то открыться в этом. Образ Ларисы Дмитриевны возник неожиданно, но тут же и рассеялся. Юноша не стал акцентировать на этом своё внимание и, ускорив шаг, продолжил свой путь к намеченной на сегодня цели.

В ангаре с макулатурой царила тишина. Все работали на улице. Ещё осенью, когда приход макулатуры в цех был максимальный, начальник принял решение складировать бумагу прямо на улице за двумя большими ангарами. Гора макулатуры благополучно перезимовала и до неё наконец-то дошли руки. Пускать её в пресс и делать тяжёлые кипы весом в двести килограммов было невозможно. Поэтому работники цеха, громко подбадривая друг друга шутками, дружно грузили в большой контейнер раскисшую от сырости массу. Вместе с водителями коллектив небольшого цеха насчитывал примерно двадцать человек. Димка хорошо знал всех. При входе обратился к женщине средних лет, тащившей пачку пластмассовых ящиков:

— Здравствуйте, Татьяна, а мне сегодня есть чем заняться?

— А! Димка! Ты сегодня будешь у нас археологом! — на ходу отдавая мальчишке часть своей ноши и увлекая его за собой к месту работы, бодро произнесла женщина в потёртом джинсовом костюме.

Получается, что юноша с одного субботника попал сразу на другой. Напялив на Диму старую, замызганную куртку, его отправили на самый верх этой бумажной горы. В обязанности юноши входило находить целые и перевязанные упаковки макулатуры и бросать их в железный ящик, установленный на вилах погрузчика.

Стало темнеть. Включили уличное освещение. Но работа продолжалась, потому что ранним утром должна приехать машина забрать контейнер. Такой поворот был Димке на руку — за вечернее время шла дополнительная оплата, — поэтому он с ещё большим энтузиазмом продолжил свои раскопки.

— Вперёд! На мины! — подбадривала всех пожилая женщина в спортивном костюме.

Она была на пенсии, но сил у неё было хоть отбавляй. С должностью бригадира справлялась отменно. Вот и сейчас, заметив, что Димка с любопытством стал разглядывать попавшую ему под руку книгу, она зычно его окрикнула:

— Знакомые буквы увидел, читатель! Сейчас одного оставим тут, и будешь до утра работать в этой «библиотеке».

Демонстративно забросив за спину свою находку, Димка стал карабкаться на самый верх, но неожиданно его ноги провалились в пустоту. В самом центре этой бумажной горы обнаружилась уютная пещерка, которую, видимо, осенью организовали предприимчивые бомжи и благополучно перезимовали в ней. Даже собаки, охранявшие ночью территорию, не смогли подобраться. Это открытие всех развеселило, приятно оживив монотонную работу.

Но в самом конце работы произошло ЧП — пришёл бывший муж Татьяны (они работали тут вместе несколько лет, но полгода назад по какой-то причине развелись). Неизвестно, что послужило причиной конфликта, но Димка в момент ссоры оказался ближе всех и успел заблокировать своим телом удар взрослого мужчины. Ушиб был сильный. Но не это волновало Димку. Он просто не мог понять, как у мужчины поднялась рука на женщину.

Почему жизнь взрослых такая сложная? Хотя… Если подумать, у него и самого проблем сейчас хватает.

Отвлёкшись от бесконечных мыслей, Дима ещё раз машинально пересчитал заработанные деньги. Обессиленный и убаюканный ритмичным постукиванием трамвайных колёс Димка задремал, уткнувшись лбом в стекло салона.

8.143

Дома, плотно перекусив после насыщенного на события дня, Димка пытался найти в Интернете, где были опубликованы объявления о продаже подержанных велосипедов, приемлемый вариант. Не найдя ничего подходящего, он уже решил выйти из сети, но пришедшее сообщение остановило его.

Строчка светилась большими буквами: «ПОЗДРАВЛЯЮ! ВЫ МОЛОДЦЫ! ЭТО БЫЛО КРУТО!!!». Прочитав хвалебный текст Ксении, Димка медленно впал в глубокое недоумение, словно воздушным шариком повис под потолком. Единственное, что пришло в голову — Ксения, наверное, ошиблась адресом. Такое случается, когда человек отсылает сообщение сразу нескольким пользователям.

Выключив компьютер, он взял лежащую на столе визитку, решая куда бы её положить. Эту визитку дал ювелир вместе с дубликатами ключей. Димка не имел никаких ювелирных изделий и не интересовался ими. Что с ней делать, он не знал. Выдвинув ящик письменного стола, просто смахнул её туда.

Он не подозревал, что Ксения внимательно следила за той конкурсной работой. Постоянно просматривая официальный сайт зоопарка, она одна из первых узнала, что «Пантера» легко прошла предварительный этап голосования и, попав во второй тур, смогла стать официальной эмблемой предстоящего юбилея. В финал из огромного множества присланных проектов прошло всего двенадцать работ. Радуясь за Диму, она, конечно, пыталась разными способами узнать, кто же на самом деле помогал ему в этом проекте. Но Димка был непоколебим и хранил молчание.

На следующий день, как только Дима вошёл в школу, дежурные сразу повели его к завучу.

— Порадовали! Ничего не скажешь! Одно слово — великолепно! Наша школа может только гордиться такими самородками! — Людмила Прокофьевна не скупилась на комплименты — школа прогремела на весь город. Да ещё как!

— Поздравляю! Надеюсь на плодотворную совместную работу в следующем году! — длинный очкарик на удивление был почтительным на этот раз, и его длинные пальцы крепко пожали руку оторопевшему школьнику.

Группа учителей, находившаяся в это время в учительской, тоже присоединилась к поздравлениям, подарив горячие аплодисменты.

— Так, хорошо. После уроков зайдёшь ко мне на пять минут. Тогда всё и обсудим детально, а сейчас топай на урок, — улыбаясь, выпроводила его Людмила Прокофьевна в коридор.

Дима, всё это время кланявшийся всем, как китайский болванчик, замер, совершенно не понимая, что вообще происходит. В чувство его привела проходившая мимо Сабинина, которая отчасти прояснила ситуацию:

— Поздравляю с победой! Видела официальное приглашение от зоопарка для тебя. Когда поедешь на награждение, то попроси у них немного фирменных плакатов для нашей школы. Тебе, как лауреату, думаю, не откажут. Мне тоже ваш проект понравился. Так держать!

Эта новость пришла и в класс, где училась Фея. Вездесущая Лена была в приподнятом настроении и беспрерывно щебетала за партой даже во время уроков.

— Представляешь, про вас могут в газете напечатать или вообще показать по телеку в новостях города. А может, ленточку доверят разрезать на открытии? — засыпала она подругу вопросами.

— Ты же сама говорила, что двенадцать проектов будут эмблемами юбилея, — коротко заметила Света, пытаясь остановить Лену и закрыть тему. — Достаточно и одного представителя от проекта, тем более, Дима официально им является.

— Вечно ты так… — надув щёки, Лена состроила обиженную моську и стала изображать прилежную ученицу перед подошедшим к ней учителем.

Весь день Димка пытался увидеть Фею и рассказать лично о таком ошеломляющем успехе. Но она была постоянно в окружении девчонок, да и Лена преданным «оруженосцем» следовала за Феей словно приклеенная. Оставался последний шанс — ждать окончания уроков и ловить Фею на школьном крыльце. Что Дима и сделал. Слабая надежда, что Света согласится поехать в зоопарк, грела его ожидание. Что ни говори, а по сути она и являлась главной виновницей этого успеха.

— Здравствуй, — быстро сделав пару шагов к появившейся на крылечке Фее, Дима торопливо, слегка запинаясь от волнения, продолжил: — Знаешь… Нас пригласили… Говорят, будут там награждать… Может, ты…

— Думаю, ты справишься и сам, — прервав Димкину речь, быстро произнесла Фея и прощаясь, коротко добавила: — Я сейчас тороплюсь, до завтра.

Впервые за всё время их общения Фея при разговоре смотрела куда-то в сторону, словно эта встреча была ей в тягость. Диму это поразило… Или так ему показалось? Он очень расстроился. Не спеша брёл по улице, доверяя ногам выбирать маршрут самостоятельно.

Автобусная остановка, появившаяся в поле зрения, была как раз кстати. Димка, расположившись на удобной скамейке, устало вздохнул, вытянул ноги, пытаясь собрать себя во что-то целое. Внутреннее несогласие мешало ему здраво мыслить.

— Да потерпи ты ещё пять минут, горе луковое! — сидящая на соседней скамейке старушка громко выдохнула, причитая: — Да когда же этот автобус приедет в конце концов!

Мальчик лет пяти, не обращая внимания на её вздохи, самозабвенно размахивал вокруг себя новеньким пластмассовым мечом, словно сражался с невидимыми врагами, которые посмели бросить вызов. Малыш был неудержим.

— Сядь, посиди спокойно ещё пару минут, — упрашивала бабуля.

— Ты сказала — в магазине нельзя, в трамвае тоже нельзя. Но сейчас мы на улице! — резонно возразил мальчик, вспарывая своим оружием пакет с покупками, лежащий рядом с бабушкой.

— Я, наверное, сегодня получу инфаркт, — почти беззвучно выдохнула обессиленная женщина, с тоской в глазах проговорив: — А ждать ещё целых двадцать минут.

— Слушай, боец, харэ ерундой страдать. Посмотри назад, видишь, нас окружают враги. Целое войско! Если ты с ними не разберёшься, то нас возьмут в плен! Покажи, на что ты способен! — Дима тоже устал от активности карапуза и таким образом пришёл на помощь женщине.

На самом деле за полупрозрачной пластиковой стеной остановочного комплекса на газоне светилось жёлтое пятно из многочисленных одуванчиков. Небольшой газон за мелким кустарником был весь усыпан ими.

— Получай! Всех порублю! В атаку! — раздававшиеся глухие команды малыша уже не так доставали, а уставшим людям казались своеобразным бальзамом. В знак благодарности растроганная бабуля от избытка чувств угостила Димку леденцами.

Подъехавший автобус забрал с собой бабушку с внуком, оставив его в одиночестве. Сколько минут пробыл в тишине, Дима не знал. Но время приносит и свои плоды. Сейчас он ощутил способность завершить свои мысленные всплески в какие-то конкретные логические очертания — пора двигаться в сторону дома.

Расставшись с приютившей его скамейкой, Дима вынырнул из-под прозрачного козырька на открытое пространство и увидел длинную цепочку из безжалостно порубленных цветов. Переведя взгляд в сторону, откуда шла эта цепочка, увидел, что на газоне малыш порезвился вволю. Как и следовало ожидать, почти все «враги» были уничтожены. Димка хмыкнул. Сразу вспоминились знакомые элементы…

Осознав, наконец, где он находится, Димке стало не по себе. Огромной тяжёлой глыбой завалило его сознание… Это же была та самая волшебная лужайка в сказочной стране! Волшебная лужайка дарила жизнь цветам, олицетворяя для Димы будущие встречи с Феей! Каждый распустившийся цветок — это яркие и незабываемые воспоминания о ней! А он сам только что приложил руку, чтобы все цветы сегодня были уничтожены! Сурово! Непоправимость произошедшего склонила мальчишку к земле, и он, опустившись на колени, старательно выискивал в зелёной траве уцелевшие цветы. Пересчитав несколько раз выживших в недавнем сражении, Димка смахнул подступившие слёзы и, опустив руки на траву, закрыл глаза.

Как ни пыталась реальность полностью увлечь его в свои бурные струи, каждый день напирая огромным клубком всевозможных событий и проблем, Димка всегда берёг в себе частичку той волшебной страны, в которую мог войти только он. Правда, с недавнего времени там появился ещё один человек. Как он смог туда пройти из этого реального мира, неразрешимой загадкой оставалось для Димы до сих пор. А два мира, в последнее время переплетавшиеся между собой, становились для юноши обычным делом.

Качели… Те самые внутренние качели, которые Дима пытался изо всех сил удержать в равновесии, сейчас просто рухнули в одну сторону. Лёгкие и почти невесомые цветы перевесили все его усилия, толкая Димку в глубокую пропасть депрессии.

8.144

Яркий микроавтобус, припаркованный у школы, уже минут пятнадцать ожидал опаздывающего пассажира. Не дождавшись, отправился по запланированному маршруту. Димка, а это он был тем пассажиром, всё это время находился в прямой видимости от происходящего и старательно держал дистанцию, наблюдая за автобусом издалека. Когда автомобиль тронулся, Дима, провожая его взглядом, глубоко вздохнул и медленно заковылял по улице в сторону школы.

Как ни пытался, так и не смог Дима переступить через свои душевные метания и умозаключения. Отчаянно сопротивлялся, но ничего не получалось. Сомнения одолевали постоянно. Число оставшихся дней с возможными встречами с Феей сидело в голове основательно, довлея над всем его существом и заставляя вести себя так, словно околдованный. Решил избегать Фею. Хотя бы в школе. Хотелось по возможности растянуть дни-встречи с Феей на более длительное время. Сам себя убедил в том, что когда бесценные дни сведутся к нулю, Фея исчезнет из его жизни, и тонкая нить общения прервётся безвозвратно.

Пока Дима, мечтатель и фантазер, шёл по своей, как казалось ему, чёрно-белой юности, ибо все краски цветущей весны вдруг пропали для него, автобус, посадку в который он проигнорировал, благополучно добрался до места назначения. Небольшое одноэтажное здание в красивом парке, где и находилась стеклодувная мастерская, в которой проводились обучающие мастер-классы для школьников, радушно встречало гостей.

Прибывшие школьники внимательно изучали информацию на стенде, в которой ярко и привлекательно рассказывалось о предлагаемых программах. В них могли принять участие все желающие. Каждая из программ имела свою степень сложности.

Светлана сосредоточенно просматривала фотографии по выбранной программе, изучая её содержание, гласившее следующее: «Программа служит для расширения творческих и профессиональных навыков. Под руководством мастера-выдувальщика будет предложено изготовить утилитарные и декоративные предметы из стекла. У каждого участника появится возможность выступить в качестве подмастерья для изготовления сложного декорированного изделия:

Тема «Анималистика» — пластическая фигурка на выбор;

Тема «Флористика» — пластическая фигурка на выбор;

Бокал несложной формы. Блюдце».

Распределив ребят по выбранным направлениям, им предложили пройти непосредственно в цех мастерской, где они прикоснутся к традициям стеклодувного мастерства и раскроют тайны преображения стекла в истинное произведение искусства.

— Давайте попробуем орла, и если возможно, то хочется, чтобы была небольшая схожесть с этим человеком, — озвучила свой выбор Светлана, показав опытному стеклодуву фотографию Рубена.

— Хм, занятно. Давай попробуем, — поддержал просьбу мастер-стеклодув, выбирая разноцветные стеклянные стержни в железной подставке, периодически бросая взгляд на фотографию.

Голубое пламя газовой горелки согревало хрупкий материал, предлагая ему в умелых руках мастера принять красивую форму орла, собравшегося взлететь в стремительном полёте в надежде пронзить безбрежные небеса. Создание фигурки было сложным из-за особой просьбы девушки. Зато на втором занятии, которое Светлана решила выполнить вместо отсутствующего Димы, ей удалось проявить себя уже в полной мере.

— Цвет — медовый! — попросила она перед изготовлением второй фигурки и, получив утвердительный ответ мужчины, аккуратно взяла в руки щипцы, прислушиваясь к советам опытного мастера.

Творческий огонёк, что загорелся в её глазах во время работы, угас, как только она села в автобус. На обратном пути она изредка поглядывала на пустое кресло, в котором сегодня мог бы ехать ученик из параллельного класса. В её сумочке лежали бережно упакованные фигурки, изготовленные из стекла, о существовании которых оба получателя находились в совершенном неведении.

8.145

В бассейне было оживлённо, а в раздевалке, тихо переговариваясь, чтобы никто не подслушал, собралась компания пловцов, составлявших план охоты на своего тренера с целью искупать его в бассейне. Добрая древняя традиция. Тренер просто обязан разделить большой успех своего ученика полным погружением в воду. Таков ритуал. И никак иначе. Геннадий Павлович ловко избегал подобные происки, впрочем, как и другие тренеры. В последнее время из тренерской без надобности старался не выходить, через окно наблюдая за тренировочным процессом. Указания отдавал на расстоянии или в то время, когда спортсмены находились в воде.

— Димка, ты сегодня будешь приманкой, — Валерка был непреклонен, — у тебя есть повод к нему подойти. Это же и твой успех. В одиночку с ним никто не справится. Надо минимум трёх ребят. Твоя задача — отвлечь его разговором. А мы всей бандой нападём, откуда он не ждёт. Короче, должно сработать!

«Что-то много у меня в последнее время перевоплощений: был артистом сцены, недавно археологом поработал, сейчас предлагают роль живца. Интересно, кем буду в следующий раз?» — озабоченно подумал Дима, поневоле согласившись с решением ребят.

Специально задержавшись в душевой, он вышел самым последним. Тренировка уже началась. Как и ожидалось, тренер этого не оставил без внимания. Выглянув из тренерской, поманил рукой пловца к себе. «Вроде сработало, теперь надо его заболтать. Только вот какую тему придумать, ума не приложу», — размышлял Димка, медленно и непринуждённо вышагивая к грозному тренеру.

— Городская спортшкола тебе прислала официальное приглашение, так что готовься: десятый и одиннадцатый классы будешь там учиться. Предупреди родителей, что там будешь жить шесть дней в неделю, а на выходные — домой. Питание, форма и многое другое — бесплатно. Если проявишь себя хорошо, думаю, могут и в резерв сборной поставить, — тренер выглядел довольным и разговорчивым вместо того, чтобы дать нагоняй за опоздание.

— А в летние сборы с кем буду тренироваться? — спросил Дима, прижимаясь к стене из белого кафеля и пытаясь тем самым развернуть собеседника спиной к мерцающей под светом многочисленных ламп воде.

— Ориентировочно в июле с нашей секцией поедешь в область, а в августе тебя уже возьмёт с собой спортивная школа, — тренер вдруг улыбнулся и неожиданно заявил, — Если тебе вдруг надо будет кого проводить или встретить, то я могу…

Договорить Палыч не успел. Вернее, попросту этого не дали ему сделать ученики. Они незаметно вынырнули из ванны и в шесть рук утянули тренера на глубину, словно сказочные русалки голубых вод. Когда из воды появилась недовольная физиономия тренера, то все ребята в бассейне изображали тренировочный процесс, казались невозмутимыми, но довольных улыбок не скрывали.

Вечером возле дома Дима увидел Юрку. Встреча с ним вытянула из памяти сразу образ Вики — Димка удивлялся тому, как быстро охладели чувства одноклассника к ней: толком не узнал, что она за человек. Возможно, у неё есть и другие увлечения, кроме музыки. Но сейчас согласен был с Юрой в одном: ощущение уровней на самом деле имеет место. Только Димка это воспринимал по-своему. Видимая недосягаемость до Феи не отталкивала, а, наоборот, сильнее притягивала. А сама попытка всеми силами отдалиться от Феи была для него мучительной.

8.146

Май принёс с собой тепло, а озорное светило уже примеряло летний сарафанчик в голубом небосводе. Зелёные дорожки газонов дружно тянулись вверх, играя мягкой бахромой, и знакомый рабочий школы уже выкатывал машину для их стрижки, чтобы подарить безупречную зелёную причёску к наступающему празднику. Прозрачные светло-зелёные листочки распускали свои крылышки, не забывая кокетничать с лёгким ветерком и добавляя в музыку весеннего дня свои нежные нотки.

Пожелав хорошего дня мужчине, Дима стал подниматься по ступенькам школьного крыльца с мыслью: «Кто бы мне хорошего дня пожелал. Интересно, как там Фея, ей было интересно вчера?» Вдруг кто-то настойчиво потянул его за сумку, останавливая прямо на лестнице. Обернувшись, он увидел Свету, держащую в руке небольшой бумажный пакетик, который она протягивала ему. Внимательно изучая Димку глазами, словно врач пациента на приёме, она сказала:

— Тебя вчера не было, поэтому я вместо тебя прошла мастер-класс. Теперь у тебя тоже будет память об экскурсии. Надеюсь, понравится. Я старалась.

Фея ушла, но голос её будто остался и звучал рядом. Тонко и нежно. Дима стоял, совершенно забыв, где он сейчас находится и что надо идти на урок. К действительности его вернула Лена, как всегда появившаяся ниоткуда, выпалив над самым ухом:

— А что там? Давай посмотрим. Здорово! Тебе Фея подарила?!

— А? Да… Подарила? — ответ прозвучал вопросом самому себе. До сих пор не верилось. Он так мечтал получить хоть что-нибудь на память от неё, и вот сейчас небеса ему явно благоволили.

— Можно я открою? — Лена настойчиво тянула руки к бумажному пакетику.

— Да, — нетерпение Лены передалось и ему, поэтому Димка, отдав ей подарок, во все глаза смотрел, как открывают упаковку.

— Ой!!! — громко вскрикнула Лена от резкого удара в спину, падая прямо на Диму (за ней споткнулась девушка, а парень, пытавшейся помочь, не смог удержать её и тоже упал)

Вынужденный всеми силами удерживать на лестнице падающую девушку и ещё двоих школьников, Димка мог только видеть, как изящная фигурка ёжика, выпрыгнувшая из пакетика, сверкнула на мгновение перед ним прозрачными медовым бочком и сразу растаяла, падая вниз в бурлящий водоворот спешащих на урок ребят.

— Фее не говори про это, — собрав всё мужество, попросил Дима. Лица на нём не было.

Сейчас он хотел одного, чтобы время отмоталось назад. Хотя бы на минуту! Димка закрыл глаза. Но ничего не изменилось. В ушах звучал шум сотен башмаков да громкие выкрики малышни. Это не ёжик падал вниз, разбиваясь на сотни мелких осколков. Это он сам, Димка Светин, проваливался в полную темноту безнадёги и отчаяния.

«Тебе девушка свитер принесла из дома, чтобы ты согрелся и не заболел» — вспомнились слова Софьи Ивановны. И сказанные Леной — «Здорово! Тебе Фея его подарила!» — несли в себе тот же посыл напоминаний, словно яркий лучик света, быстро рисовавший солнечную лесенку, предлагая Димке скорее выбраться наружу из окутавшей его темноты отчаяния. Точно! Зачем расстраиваться, когда надо радоваться: Света не забыла про него, и он смог увидеть её подарок. Этот подарок и будет светлым воспоминанием.

Буря тревоги стихла. Дима стал медленно опускаться с желанием собрать всё, что осталось от медового ёжика. На память. Бывает, что мёд немного горчит… Сейчас Дима ощутил эту особенную горечь как никто другой.

***

Дверь в припаркованном рядом с театром автомобиле привычно клацнула, и Рубен удобно расположился в кресле водителя. В салоне он сразу увидел, что к зеркалу заднего вида кто-то привязал фигурку орла на цепочке. Брелок ручной работы. Рубен прекрасно осознавал, кто это мог быть. Отсоединив брелок, мужчина внимательно стал рассматривать его. Сделав густые брови домиком и не сдерживая довольной улыбки, произнёс:

— Вот же лисёнок! Выкрутился!

Он давно не видел свою ученицу, скучал по ней, терпеливо ожидая, когда она, наконец, повзрослеет и вновь порадует его своей улыбкой. Автомобиль тронулся с места, и было слышно, как через приоткрытое окно доносилось пение водителя.

8.147

Рассматривая полосатый костюм, Дима решил, что чёрные полоски всё-таки были шире белых…

Из большой комнаты только что выбежала шумная компания. Это были ребята, победившие в финале. Среди лауреатов конкурса из двенадцати человек было всего три парня. Поэтому, как ни старался Дима, трудно было остаться незамеченным на этом публичном приёме. После официального награждения победителей и утомительной фотосессии со всеми участниками и организаторами ему удалось перевести дыхание, когда их группу пригласили на экскурсию по зоопарку.

На этой прогулке школьникам показывали, где и как готовят пищу для питомцев, где их лечат. Оказывается, у каждого животного есть своя медицинская карточка, хранящаяся в специальной картотеке. Напомнили, что пищу дают избирательно. Например, для енотов закапывают или прячут в дупла. У кошек в вольерах сажают деревья, чтобы хищники стачивали о них когти и жевали зелень. Обезьянам, воронам, волкам и медведям собирают сложные игрушки-головоломки с чем-то съедобным внутри. Кустарниковых собачек учат плавать, оставляя дополнительные угощения в воде.

Всем финалистам полагался специальный жетон. По нему можно свободно проходить на территорию зоопарка в этом году. Можно участвовать во всех мероприятиях и даже иметь возможность один раз провести с собой группу до пяти человек бесплатно. Для этого требовалось соблюсти одно условие — победитель должен быть в костюме.

После небольшой жеребьёвки Димке достался этот полосатый костюм зебры. Правда, у неё была такая длинная шея, словно эта зебра мечтала всю жизнь быть жирафом. Звериный персонаж имел, конечно, схожесть с героем известного мультика. Но Димку заботила как раз вытянутая шея зебры. Она завершалась весёлой мордахой с широко раскрытой пастью и надевалась отдельно от туловища.

В костюмерной было установлено огромное зеркало во всю стену. Димка, решительно сбросив ненавистный ему пиджак, стал примерять полосатый костюм. Спрятав лицо за плотным материалом ткани, он смотрел изнутри через небольшое овальное окошко, скрытое плотной тёмной сеточкой в середине шеи. Увидев себя в зеркале, сразу почувствовал огромное облегчение. Ведь весь сегодняшний день он старательно изображал из себя «лицо школы». Сколько ему пришлось перетерпеть из-за этого! Никому не пожелаешь! Его заставили даже два раза в парикмахерскую сходить. Над его «образом» работали сразу две влиятельные личности: дома — мама, в школе — Людмила Прокофьевна.

Похлопав над головой руками и изобразив известный танец, Димка увидел, как в зеркале зебра тоже бодро замахала своими копытами и довольно узнаваемо станцевала лезгинку. Оставшись довольным увиденным, Димка решительно вышел из комнаты, прихватив и подарочный жетон.

В зоопарке в день празднования юбилея было особенно многолюдно. Дети и взрослые весело отдыхали и радовались общению с животными. Димка, выходивший в костюме зебры, тоже надеялся, что позитивных эмоций на этом празднике ему хватит надолго.

Вливаясь в оживлённую толпу, он вспомнил, что мультяшный герой был безнадёжным оптимистом, видевший только во всём светлую сторону. Намериваясь соответствовать этому, Димка стал лавировать в шумном потоке, приветствуя всех хриплым от волнения голосом. Забавно было оказаться в роли зебры. Забыв о накопившейся за последнее время тревожности, Дима, окружённый гогочущей и визжащей малышнёй, закружился в весёлом танце.

Вечером пришло сообщение от Ксении, она интересовалась общей фотографией победителей, которую увидела в Интернете. На ней она не могла найти Димку. Дима ответил кратко: чья физиономия глупее всех — это он. Не сомневался в этом нисколечко. Зато ему льстило, что зебра, привлёкшая внимание многих, была очень популярна на празднике.

8.148

Взобравшись на широкий козырёк, нависавший над входом, Константин пытался закрепить длинный баннер, кинолентой рисовавший хронику Великой Победы. Димка, увидев из окна холла, как ветер весело играет с полотном, открыл окно и выбрался на козырёк помочь учителю.

— А ты вовремя. Держи тот край. Если бы не ветер, то я сам бы справился, — передавая пластмассовые хомуты для крепления, подмигнул Константин.

— Погоду трудно угадать, — забирая крепёж и натягивая по ровной линии ленту баннера, ответил Дима.

— Скоро будет городская эстафета среди школьников. Кстати, ты тоже бежишь. Это не моя инициатива, если что, — учитель быстро выдал своему напарнику новую информацию и, предугадывая Димкин вопрос, добавил: — Про Свету ничего сказать не могу. Ей тоже предложили участвовать, но не в такой обязательной форме, как тебе. На её усмотрение.

— Мне что, больше всех надо? — возмутился Димка произволу, который творился за его спиной, одновременно радуясь за Светлану: уж она точно никому в школе не позволит собой командовать. — У меня соревнования, тренировки, я занят по полной…

Договорить не получилось. Запланированную длинную реплику недовольства быстро прервал Константин:

— Тогда иди к директору. А кто виноват, что ты так зазвездился? Теперь тебя будут по полной раскручивать, — аргументировал свой выпад учитель.

— Ладно, но это в последний раз, — закрывая неприятный разговор, произнёс Дима, радуясь, что у него в следующем году будет уже другая школа. Но сразу же в голове возникли беспокойные мысли: куда будет поступать Фея? Она будет учиться здесь дальше?

— Кстати, не забывай, что все закрывают в школе глаза на облегчённый формат твоих занятий по физкультуре, — напомнил Константин о Димкиной привилегии.

— Да понял я, понял, — выбираясь обратно в холл, пробурчал Дима, моментально попадая под пристальное внимание Сабининой.

— Светин, у тебя есть возможность понаблюдать за творчеством учащихся младших классов и по возможности оказать им помощь в конкурсе. Они сейчас начинают рисовать на асфальте возле школы. Тема — правила безопасности дорожного движения, — выпалила Сабинина. — Тебя ждут на улице по окончании перемены. Думаю тебе свой «урок физкультуры» лучше провести на свежем воздухе, а не в пыльной библиотеке.

— Да…

Дима хотел что-то сказать, но быстро сориентировавшись, про себя промолвил: «Какой я рисовальщик?»

Благодаря Фее и треугольникам, его сейчас в школе воспринимают не так, как бы хотелось. Как объяснить Сабининой, что он в рисовальном деле полный профан. Самое печальное, что его уже реально начинают пиарить. Только что Константин намекал ему про это.

«Хорошо, что мне осталось пару недель продержаться», — успокаивал себя Димка и направился в сторону выхода, где уже суетились ребята начальной школы. По пути он встретил Лену, которая, узнав причину его грусти, рассмеялась, заверив его, что всё будет в порядке.

Взяв в руки мел, Дима помог учителям расчертить асфальт на ровные квадраты. Надеясь, что ему не будут сильно докучать, он пробежался глазами по окнам школы. Невольно вспомнились события, произошедшие зимой.

Фея подошла незаметно. Как всегда. Дима, заметив её, удивлённо развёл в стороны руки.

— Привет. Что тебе поручили? — переходя сразу к делу, спросила она.

— Учителей не хватает, поэтому сказали взять шефство над этим классом, — сказал Димка, указывая рукой на вытянутую линию расчерченных квадратов, возле которых уже вовсю пыхтели старательные малыши.

— Понятно, — кивнув в ответ, Светлана сразу направилась к юным художникам.

— У тебя же сейчас урок! — удивился Дима, пытаясь объяснить для себя её присутствие здесь.

— Учителю иностранного языка нравятся детские рисунки, — уклончиво ответила Фея. Она узнала про Диму и конкурс от Лены и поэтому просто не пошла на урок, понимая сложность ситуации, в которую он попал.

— Вот как? — не влезая в подробности, Диму удивило услышанное. Успокоенный её присутствием, тоже подошёл к рисующей малышне…

Уже поздно вечером, вспоминая события дня, Дима прокрутил в памяти тот эпизод с мелом…

…Опоздавшему мальчишке из второго класса достался самый последний фрагмент расчерченного асфальта. Проезд для машины, привозившей в школу продукты, помешал нарисовать последний квадрат таким же, как и у всех. Свежая заплата на асфальте после недавнего ремонта дороги выделялась по цвету и одним краем залезала на расчерченный Димой квадрат. Если везде асфальт был почти ровный, серый, то эта заплатка имела чёрный цвет. Этим и был недоволен паренёк. К тому же второкласснику достались для творчества лишь два мелка: жёлтый и белый. Жёлтый он отбросил небрежно в сторону и рисовал на асфальте исключительно белым мелом. Мальчик был расстроен. Это было видно и невооруженным глазом.

От Димки не ускользнуло, что Фея уделяет этому пацану внимания больше, чем другим. Она даже несколько раз пыталась спорить с ним. Мальчик настаивал, что ему досталось всего лишь два цвета. Фея же пыталась убедить мальчишку, что не два, а три. Дима заметил, как она незаметно раздавила ногой белый мелок. Сославшись на свою неосторожность, заставила-таки упрямца взять в руки жёлтый мел, чтобы завершить свою работу. Это удивило Диму.

Что Света хотела донести до малыша, в конце концов озвучил учитель рисования.

— А почему у тебя только два цвета? — спросил учитель, внимательно разглядывая рисунок школьника.

— Я пришёл последним, — обречённо ответил тот.

— Но ты хорошо справляешься. Тебе осталось жёлтым мелом выделить центр. И вот этот белый мел, что ты раскрошил, растяни шире, — поддержал учитель участника конкурса. — А ты сообразительный, сам нашёл третий цвет. Похвально!

Когда учитель ушёл, Димка понял, чего добивалась Фея от ребёнка. И сама заплатка очень гармонично вписалась в рисунок, а жёлтый мелок заметно оживил все линии. Признавая правоту Феи, юный художник, немного засмущавшись, протянул Светлане руку в знак благодарности за оказанную помощь.

8.149

В проходе огромного супермаркета маршруты трёх посетителей пересеклись в одной точке. Всё произошло быстро. За несколько секунд.

Парень демонстративно нёс в одной руке две бутылки, удерживая их над головой. При этом он успевал разговаривать по телефону, громко зачитывая текст с этикетки. Увлёкшись чтением, он не удержал свою ношу, и одна бутылка стеклянным снарядом полетела вниз, в сторону стеллажа с тарелками и блюдцами. Пропуская мимо этого вальяжно идущего парня, Светлана остановилась рядом с пожилой женщиной. Женщина, согнувшись в три погибели, выбирала чашки с самой нижней полки. Света успела ловко подставить свою корзину под падающий в сторону пожилой женщины предмет. Затем опустила корзину на пол и, развернувшись, пошла за другой, после чего она снова исчезла в лабиринте высоких стеллажей, потому что своих покупок ещё не успела совершить. Парень обратил внимание на стройную девушку, оказавшую ему помощь. Стал настойчиво предлагать свои услуги. Быстро подкатил большую тележку, чтобы перевозить купленные ею продукты. Все его старания Света оставила без внимания, тем самым ещё сильнее разогревая его интерес. Немногословная. Красивая. Одетая скромно, но со вкусом. Да и выглядела она намного старше своих лет. Как такой не заинтересоваться?

Светлана с самого детства активно общалась со взрослыми. Многие талантливые и неординарные люди, окружавшие её родителей, делились с ней своими жизненными историями, наблюдениями, посвящая её в сложный мир человеческих отношений. Пытливый ум, от природы склонный к анализу, да ещё врождённая интуиция позволяли ей довольно точно разбираться в людях, словно она умела читать между строк бегущую книгу жизни.

Молодой человек предложил Свете воспользоваться его автомобилем. В это время бесперебойно лил сильный дождь, словно пустился в пляс по городским улочкам, но попытки парня остались безуспешными. Даже визитка, предоставленная им, не убедила Свету передумать. Игнорируя навязчивые ухаживания молодого человека, возникшего откуда ни возьмись, Света побежала к трамвайной остановке и села в дребезжащий вагон.

Трамвай был переполнен. Усилившийся дождь поспособствовал этому. Он так разошёлся в своём танце, что ударил с неба коротким, но полновесным ливнем, запуская бурлящие ручьи по притихшему городу. Дождь пошалил и убежал, изменив планы тех, кто оказался в транспорте: из-за непогоды Светлане пришлось проехать две лишние остановки.

Убегая, дождь захватил с собой и серые облака, но зато оставил аромат молодой листвы, сразу усилившийся в разы. В лёгкой свежести воздуха дышалось свободно. Прищурив от игривого солнышка глаза, Света замерла в ожидании, когда светофор подмигнёт ей своим зелёным огоньком.

Рядом с трамвайной остановкой, прямо на дороге спряталась приличная по размеру выбоина. Она доверху наполнилась дождевой водой. Светлана не видела, как за спиной к остановке мчалась легковушка, сильно прижимаясь к краю дороги. В окне машины, промелькнувшей на большой скорости, на девушку нацелился сверлящий, уничтожающий взгляд. Света быстро узнала в незнакомце того парня. Тут же сплошная стена мутной воды, высоко взметнувшись, стала опадать на узкую полоску остановки. Света, прижатая спиной к стоящему трамваю, в долю секунды просчитав все возможные варианты, слегка пригнулась и шагнула навстречу летящему потоку грязи, пропуская над собой главную ударную волну.

— В этом городе есть нормальные парни? — философски спросила Света саму себя, счищая грязь с пакета, которым только что прикрывалась, и, задумчиво оценивая свой внешний вид, направилась в сторону дома.

8.150

После просмотра фотографий финалистов на официальном сайте зоопарка Ксения просто не находила себе места. С одним из трёх парней, сумевших пробиться в победную дюжину, она была точно знакома! На сообщение Дима пока не ответил. Она же ответа ждала с нетерпением, вспоминая те редкие встречи из детства со знакомым мальчишкой, который сейчас вырос и на экране компьютера смотрел на приз, вручённый организаторами. Она сожалела, что в электронной переписке не имела возможности видеть Димку. На его аватарке почему-то был изображён ёжик в тумане. Чтобы погасить волнение, Ксюша рассыпала на столе горсть разноцветного бисера и стала произвольно раскладывать причудливые узоры…

…С самого раннего детства люди в белых халатах были Ксении знакомы и привычно сопровождали по жизни. При рождении у девочки одна ножка оказалась короче другой. Ей и её родным пришлось пройти долгий путь. Найти талантливых врачей, которые бы сумели помочь девочке, непросто. Не раз приходилось ездить в другой город, в известную клинику, чтобы исправить эту злосчастную разницу в сантиметрах.

Испытание, выпавшее на долю ребёнка, сказалось и на её характере, и на образе жизни. Она часто замыкалась в себе. Обычные подвижные игры были недоступны. Всю внутреннюю энергию Ксения вкладывала в своих героев, нарисованных на бумаге. Они смело лазили по горам, бегали наперегонки, прыгали через скакалку, плавали и даже бесстрашно ныряли с высокого берега в речку. Как и у многих ребят, начинающих рисовать, это были нелепые человечки, сказочные зверушки, бегающие камешки и самые разные придуманные существа. Но со временем Ксения придала одному из своих персонажей узнаваемые черты знакомого человека.

Все усилия семьи были направлены на то, чтобы оплатить лечение дочери. Поездки в другой город съедали существенную часть бюджета, поэтому бабушка купила дом в деревне, завела корову, коз, свиней, кур. Семья помогала вести это непростое хозяйство, достойно преодолевая жизненные трудности.

В тот далёкий день, когда она впервые встретила этого парня — тогда он был ещё мальчишкой — у Ксюши была привычная работа. Она выносила молоко на продажу. Постоянные клиенты — дачники или водители тех редких машин, что останавливались возле маленького столика перед оградой дома. Пустая банка, обёрнутая белой бумагой и установленная на столике, служила рекламой. Рядом с ней лежала упаковка для яиц и пучки свежей зелени.

Подбрасывая между делом вверх полупрозрачный шар и стараясь поймать его в воздухе обеими руками, Ксения тренировала глазомер и цепкость рук. У шара было одно свойство: при ударе начинал мигать внутри разноцветными огоньками. В тёмное время суток это было заметно даже издалека. Вдруг рядом громко звякнул велосипедный звонок. Ксения, на пару секунд потеряв бдительность, не смогла вовремя поймать шарик, и он, пролетев мимо, весело укатился за калитку.

Подойдя к калитке, она увидела лежащего на земле мальчишку и велосипед рядом с ним. Вероятно, он хотел на скорости перескочить дренажную канаву, прорытую рядом с дорогой, но, судя по увиденному, попытка оказалась неудачной. Паренёк держал в руке убежавший от Ксении мячик.

— Твой? — поднимаясь с земли, спросил он, старательно отрывая от футболки прицепившиеся липкие колючки репейника.

Кивнув утвердительно в ответ, она немного растерялась. В округе почти не было сверстников. Да и её физические возможности для длительных прогулок были недостаточны.

— Тогда забирай его. Клёвый шарик! — мальчишка дружелюбно протянул его Ксении. Майка на мальчишке была великовата. Несмотря на то, что летнее солнышко согревало всё вокруг, на футболке красовались мокрые островки пятен.

— Она у меня вместо полотенца, — пояснил паренёк, улыбаясь. — О! Свежее молоко!

— Подожди, я сейчас тебя угощу, — Ксения радушно вступила в разговор, желая на несколько минут продлить встречу.

Открыв калитку, она смутилась немного — встреча с новым человеком всегда становилась экзаменом. По одному взгляду Ксения научилась считывать отношение к себе людей, с которыми сводила судьба. Некоторые вообще старались даже не смотреть на неё и по возможности, быстро покидали её общество. А мальчик, увидев перед собой девочку, держащую в одной руке кружку с молоком, а в другой костыль, не заострил особого внимания на её забинтованной ножке.

— Держи. Они были на глубине. Они так здорово прыгают, если их запустить по воде. А вот на этом узор есть. Посмотри внимательно. Похоже на бабочку. Правда? — выпив залпом молоко, мальчишка с молочными усами протягивал ей гладкие камешки.

Разноцветные, отполированные, пропитанные запахом реки камешки дружной семейкой перебежали в руку Ксении. Она не увидела в действиях парнишки ни жалости к себе, ни снисхождения, ничего того, что видела во взглядах многих других людей. Просто и естественно продолжался их разговор. Так, как обычно ведут себя люди. Ксении стало легко. Она улыбнулась и переспросила:

— Камешки умеют прыгать?

— Да! Ещё как! Один раз получилось почти тридцать прыжков. Нет! Тридцать два. Точно, тридцать два! Это мой рекорд! — его восторженный голос был заразителен.

Дух соперничества охватил Ксению. Сжимая в руке полученный подарок, она произнесла, уверенно заявив:

— А мои камешки побьют твой рекорд!

— Договорились! Когда побьёшь, то расскажешь мне об этом. Молоко очень вкусное, туда бы земляники насыпать! — вытирая молочные усы и усаживаясь на велосипед, заявил незнакомый парнишка…

Воспоминания заставили Ксению достать оклеенную бисером коробку и выложить на стол камешки, подаренные ей тем незнакомым мальчиком. После той встречи она несколько раз мельком встречала его, но пообщаться так и не получилось. Об этом всегда сожалела. Один раз даже смогла снять видеоролик с его участием, когда он так уморительно собирал убегающие от женщины яблоки.

Камешки в рисунках Ксении быстро научились не только прыгать, но и бегать вприпрыжку. Истории с ними и послужили началом первых комиксов. Образ того мальчика тоже незаметно прижился в многочисленных рисунках. Вот и сейчас судьба снова дарит возможность пообщаться с ним. Пусть пока в Интернете.

Один шанс из трёх, но почему-то Ксения хотела, чтобы Димка оказался именно тем мальчишкой из далёкого детства. Ведь тогда она не успела даже спросить, как его зовут.

На экране компьютера появилось сообщение от Димы. Ксения сжимая в руке гладкие камешки, сосредоточённо перечитывала его, внимательно, раз за разом изучая фотографию финалистов.

8.151

Лена, ловко ухватив пальцами ноги мягкую игрушку в виде смайлика, стянула её со стола и при помощи другой ноги открыла вшитую в игрушку молнию. Белый телефончик, спрятанный в оранжевом смайлике был сразу же пойман в воздухе привычным движением хозяйки. Утренняя разминка в кровати состоялась.

Заранее отключив кнопку звонка на будильнике, выполненного в форме миниатюрного автомобильчика, Лена раскрыла телефон и стала разглядывать фотографию юноши, который, приветливо улыбаясь, смотрел с экрана. Именно он подарил Лене этот телефон. Странный подарок, ведь девушка знала лишь, как его зовут. Вадим. Так представился тогда незнакомый парнишка при их первой мимолётной встрече. В телефоне были его номер и эта фотка. Вдобавок Вадим сам предложил звонить ему в любое время. Звонить Лена не торопилась. У неё была веская причина.

Лена сосредоточенно сдвинула брови, решая непосильный для неё ребус, и громко выдохнула вслух:

— Ну почему — Гена?!

Вадим почему-то принял её тогда за парня. Даже когда она назвала имя, он переделал его по-своему. Пытаясь разобраться в этой загадочной истории, Лена вспоминала до мельчайших подробностей ту встречу…

…Бывает так, что неприятности наваливаются со всех сторон, и человек не знает куда от них бежать. В тот день они с завидной последовательностью следовали одна за другой. Вначале телефон не вернули из ремонта в срок. Об этом поведал брат, которого Лена накануне долго упрашивала сходить вместо неё в мастерскую. Причина, по которой она упрашивала брата и сейчас в выходные сидела дома, была уважительной: внезапно выскочивший ячмень на верхнем веке правого глаза вмешался в обширные планы девушки. Пришлось отменить и запланированную на вечер такую долгожданную прогулку по городу с девочками.

Представив, как подружки веселятся, отмечая в дружной компании день города, она стала упрашивать дедушку взять её на учебное вождение вместе с братом. Получив вежливый отказ с обещанием взять её, когда она поправится, Лена смотрела, как медленно закрывается дверь за довольной физиономией брата. Одновременно с этим ощутила и медленно скатившиеся слёзы на своём расстроенном лице. Попытка сдержать их была не по силам. Когда за окном весь город наполнен праздничной атмосферой, а приготовленный заранее на выход нарядный костюм сиротливо напоминает музейный экспонат, на который можно только смотреть, то удержать набежавшие громкие всхлипывания, перерастающие в мучительный порыв одиночества, очень трудно.

Вечер крутил беспечно стрелки городских часов, приближая ожидаемый всеми праздник к своей кульминации. «Ну, хоть одним глазком на фейерверки посмотрю», — обречённо выдавила из себя Лена хриплым голосом, придирчиво рассматривая в зеркало своё отражение. Нацепив большую куртку брата и обмотав шею колючим дедовским шарфом, она тщательно спрятала светлые волосы под чёрной вязанной шапкой, стараясь максимально изменить свой облик. Одобрительно хмыкнув, что теперь её уже точно никто из знакомых не узнает, Лена осторожно открыла входную дверь.

Убедившись, что на неё никто не обращает внимание, она благополучно добралась до центра города, где решительно взобралась на парковую скамейку, расположенную в длинном изгибе набережной. До реки было метров пятнадцать, но увидеть на её вечерней глади красивые яркие всполохи — отражения от салюта — было просто невозможно. Всё пространство было заполнено плотной массой горожан.

Обречённо присев на спинку скамьи, Лена вытащила из кармана старый допотопный телефон деда и стала машинально играть на маленьком тусклом экранчике в тетрис. На бледно-зелёном экране игровые квадратики беззвучно падали вниз. Такими же серыми квадратами оставались в памяти эти праздничные мгновения, в которых не было ничего весёлого. Ещё один уровень в игре был пройден. Вокруг оживлённо гудела толпа. Лена встряхнула головой и устремила свой взгляд на вечернее небо. До начала праздничного салюта оставались считанные минуты.

Экран телефона поманил снова, и Лена не заметила, как рядом внезапно остановился парень, идущий по набережной. В руке он держал телефон, периодически небрежно подкидывал его вверх, словно обычный камешек. Вертикальные броски быстро наскучили, и он решил попробовать перевести свои умения в горизонтальную плоскость. Отступив от толпы на пару шагов и готовясь совершить дальний бросок в сторону реки, он сделал разворот для замаха. Одинокая фигурка человека на скамейке с допотопным телефоном привлекла его внимание, и он, передумав, протянул Лене абсолютно новый телефончик.

— Возьми, а если не понравится, то можешь выбросить, — предложил незнакомец и сочувственно добавил: — Да не грусти ты особо, братишка, когда-нибудь и на нашей улице будет праздник.

Незнакомец растворился в толпе. Лена держала в руке полученный в подарок телефон, а в её распахнутых от удивления глазах вместо слёз распускались яркие огненные цветы праздничного салюта.

8.152

Кораблик старательно расталкивал перед собой прозрачные льдинки, прокладывая свой путь через опасное «море». В этом ему помогал крохотный моторчик, работающий на батарейках. Морем для него служила большая лужа, образовавшаяся на проезжей части дороги в притихшем переулке, где движение машин было относительно редким. Весеннее солнышко безуспешно пыталось прожечь серые айсберги облаков, оставляя город в плену промозглого дня. Потрескавшийся ледяной панцирь на тротуарах тоже не собирался сдаваться без боя.

Мальчишка лет шести, капитан этого кораблика, длинным прутиком помогал своему подопечному в плавании. Взгляд капитана корабля горел прожектором на высоком маяке — уверенно и радостно, словно сейчас наступил самый долгожданный праздник всей его жизни.

Опасность в виде грузовой машины появилась внезапно — из ближайшего двора она выехала настолько неожиданно, что у маленького капитана не оставалось выбора, и он, погружая в ледяную воду свои ботинки, бросился спасать кораблик.

Так впервые в своей жизни Дима, наблюдая за Вадимом с крылечка магазина, в который родители зашли за покупками, встретил своего самого верного и закадычного друга.

Правда, познакомились они чуть позже: в летний солнечный день, во время второй встречи, когда все льдинки растаяли, убегая от солнышка и возвращаясь по голубому воздушному океану в виде белых пушистиков — облаков.

В тот день широкие дорожки в лесопарке позволяли гонять на велике от души, и Димка, набирая максимальную скорость, летел к пересечению двух дорог, слегка притормаживая перед редкими пешеходами. Увидев на перекрёстке несколько человек с собаками и избегая нежелательной помехи, свернул на узкую тропинку, убегающую по пологому склону в сторону разросшихся кустов шиповника. Когда тропинка сузилась совсем на нет, и Димке пришлось проявить всё мастерство, чтобы удержать на ней железного «коня», перед глазами вдруг отчётливо возник силуэт белки. Она невозмутимо рассматривала приближающуюся к ней фигурку пацана лет пяти и при этом что-то старательно грызла. Для своего перекуса она выбрала эту узкую тропинку и покидать её явно не спешила. Вот незадача! Растерявшись, Дима слегка повернул руль и, понимая, что его начинает стягивать с тропинки вниз, стал отчаянно тормозить. Тормоза в этой ситуации уже были бесполезны, и колёса, скользя по сочной траве, сносили велосипедиста к зарослям камыша и ивы. Пытаясь на каждой кочке, встреченной на пути, освободиться от своего всадника, велосипед добился своего — спрятавшаяся в густой траве толстая ветка намертво застопорила заднее колесо, вынудив Димку отправиться в свободный полёт в общество ароматной ряски и лягушек. Когда он, благополучно окунувшись с головой в пахучую коричневую жижу болотистой водички, выдохнул, вытирая с лица свежую окраску индейца, то первое, что он услышал, был громкий окрик незнакомого пацана:

— Замри и не двигайся!

Буквально в паре метров от Димки через высокий куст ивы просвечивала фигурка мальчишки в белой футболке, а прямо перед Димкиным носом негромко тарахтел какой-то оранжевый поплавок. Замерев от неожиданности на пару секунд, он смог разглядеть, что это был не поплавок, а вырезанный из пенопласта небольшой самодельный катер. Быстро крутившийся на стойке пропеллер за счёт воздушной струи смог увести кораблик от опешившего Димки в сторону своего хозяина.

Раздвинув осторожно гибкие ветки, Дима увидел настоящую лабораторию по изготовлению разнообразных плавающих средств. Начальник этой лаборатории — небольшого роста парень с аккуратной причёской тёмных, как смоль, волос. Его внешний вид представлял сейчас до обидного резкий контраст по сравнению с Димкой. Как он умудрился в этом болоте оставаться таким чистым и опрятным? Мысль эта оставалась для Димы загадкой, и он на какое-то время забыл даже, что до сих пор стоит по колено в пахучем болотном растворе.

Вдруг рядом с Димкой появилась широкая пластина из толстого оранжевого пенопласта. Она легко выдержала вес Димы, когда он попытался на неё взгромоздиться, и буквально через несколько секунд она, благодаря верёвке, прикреплённой к ней, прошуршав между камышовых зарослей, доставила его к миниатюрному пирсу.

— Умойся, — протягивая Диме бутылку с чистой водой, предложил незнакомец и поощрительно добавил: — У тебя хорошая реакция.

Снимая с головы липкие водоросли и блаженно выливая на себя воду из предложенной бутылки, Димка только и смог произнести:

— Круто!

Три чахлые берёзки своими корнями удерживали маленький островок плотной почвы, на котором и была размещена эта опытная лаборатория, надёжно скрытая от посторонних глаз. Многочисленные коробки с разнообразными деталями были обёрнуты полиэтиленом и замаскированы ветками. А проход к этому острову был собран из закреплённых между собой дощечек, которые через специальный блок верёвкой могли прятаться в густых зарослях.

— Мне папа помог эту базу построить, но сейчас я тут сам всё доделываю, — заметив в глазах Димы неподдельное восхищение, добродушно поделился парнишка, предлагая собеседнику ещё одну бутылку с водой и указывая рукой в сторону скрученной берёзки, предложил: — Там есть рукомойник, можешь в него эту воду налить.

Ветер слегка заигрывал с тонкими прядями берёз, прислушиваясь к оживлённой беседе мальчишек и стараясь запомнить детские мечты, что зарождались сейчас в разговоре ребят, чтобы потом, спустя время, напомнить им об этом памятном для обоих дне.

8.153

Разговаривая с Феей, Лена незаметно хмыкнула. Она заметила, как за спиной одноклассницы промелькнул Димкин силуэт и исчез в школьной суете. Теперь Лена могла быть спокойна. Задачу — отодвинуть Димку как можно дальше от Феи — она успешно выполнила. Правда, для этого ей пришлось прибегнуть к крайним мерам.

Встретив накануне Вику в школьном коридоре, она решила действовать напролом, и, остановив девушку, спросила её как бы между прочим:

— Вика, а что ты думаешь о Димке?

— А-а-а… Тебе он тоже нравится? — прозвучавший провокационный вопрос вместо ответа и озорная улыбка на лице озадачили Лену.

Вика ушла, а Лена, глазами выискивая Фею, пробурчала:

— Всё ясно. Надо действовать!

На активные действия Лену сподвиг Дима. Перед началом уроков он подошёл к Лене и попросил передать Фее записку. Рассматривая в руке парня плотный квадратик бумаги, Лена внутренне загорелась, прожигая своим взглядом бумажный лист. «Это точно приглашение на свидание. Сам стесняется, поэтому просит меня», — проницательный ум девушки сделал такой вывод. Пытаясь погасить желание парня в зародыше, Лена с нажимом спросила Димку:

— А ты цветы не забыл?!

Димка вздрогнул, словно его ударили. Опустив голову потопал вниз по лестнице, но через пару шагов остановился и, не поднимая головы, сказал Лене:

— Спасибо, что напомнила.

Лена не знала, что в записке были первые Димкины стихи. Он всю ночь корпел над ними, пытаясь в неумелых, но искренних строчках передать весеннее настроение. Хотел порадовать и отблагодарить девушку за поделку из стеклодувной мастерской. Дима знал — покупной подарок вряд ли будет интересен Фее. В творческом порыве забыл обо всём. И у него получилось! А к Лене обратился потому, что имел печальный опыт: однажды его проза подверглась критике. Сейчас не хотелось слушать критику на свой первый поэтический порыв. Но после фразы Лены о цветах, он уверенно пошёл на дно, творческая волна пропала вмиг, а Димка вновь оказался на той израненной волшебной лужайке, старательно пересчитывая оставшиеся цветы — встречи с Феей. Их оставалось совсем немного. Напоминание Лены подействовало как сигнал о том, что их надо беречь. Он готов стать невидимкой для Феи.

Когда на перемене Света сама поинтересовалась у подруги, не встречала ли та Димку, Лена, понимая, что надо расставить все точки над «i», нахмурила брови и достала свой телефон.

— Посмотри. Эту фотографию совершенно случайно сделали родители Оксаны возле филармонии. Им понравилась эта романтическая пара. Так что не подумай ничего такого, — комментируя снимок, Лена пыталась скрыть сильное волнение.

— Красивый букет, — как-то отстранённо произнесла Фея, лишь мельком взглянув на фото.

— А совсем недавно сказал, что цветы подарит лишь той девушке, к которой у него есть особые чувства! — быстро, на одном дыхании нагнетала ситуацию Лена.

Ни один мускул не дрогнул на лице Феи. Развернувшись, она молча пошла по коридору. Лена не видела, как Света на мгновение сжала губы, чтобы не показать, что она чувствует в это время.

8.154

Железные колёса ритмично постукивали на стыках, унося Димку в безбрежный океан дум. Сегодня получилось вырваться из плотного графика тренировок и пропустить уроки в школе. Лёгкая простуда в виде насморка и сиплого голоса была уважительной причиной, позволившей получить разрешение на отдых. Ему сразу захотелось покинуть шумный город. Сильное желание сменить обстановку и сделать хоть какую-нибудь перезагрузку самого себя в свете нахлынувших событий сейчас было востребовано как никогда.

В кармане прогудел телефон, напоминая о новом сообщении. Читая текст, Дима грустно улыбнулся. Звонил Вадим. В прошлом году он уехал в другой город, поступил в колледж, о котором мечтал. Сейчас, находя новые термины и определения в переписке с ним, было ясно, что скоро моря и океаны для Вадима будут реальными во всей своей красе и силе.

Шпангоуты*… Форштевень*… От этих непривычных слов сразу повеяло пронзительным ветром и упрямыми парусами на высокой мачте. Вадим с детства был увлечён кораблями, ещё до школы записался в судомодельную лабораторию, что находилась в городском Дворце творчества. Принимали туда с девяти лет, но для него сделали исключение. И не за красивые глазки. Это точно.

Вадим сообщал о том, что его выбрали рулевым в ближайших гонках на шестивёсельных ялах. Эта мореходная шлюпка могла даже оснащаться парусами. На фотографии друг выглядел по-взрослому. Курсантская форма шла ему и делала сосредоточенным и основательным. Дима знал, что в технике друг разбирался превосходно, и восхищался этим умением. Но открытость для окружающих и простота Вадима притягивала Диму не меньше.

Дружелюбное общение с девушкой, которая просто беззаботно поддакивала и заявляла, что тоже живёт морем, Вадим принял по-особенному. На деле оказалось совсем не так, и другу пришлось вкусить горькую порцию «жизненной похлёбки». Как тогда Димка уговаривал не делать скоропалительных выводов! Но Вадима сразила та фотка, на которой девушка была в тельняшке и в своём сообщении признавалась в любви. «Пустышка» — именно такое слово само собой отозвалось в Димкиной голове. К тому же Димка знал ещё об одной проблеме друга. Вадим был невысокого роста и подсознательно учитывал и этот факт во время знакомства. Получалось, что рост столичной девчонки тоже был важным условием для общения.

За окном пробегал знакомый пейзаж. На открытых лужайках примыкающего к железной дороге леса, как назло, ярко вспыхивали жёлтые островки одуванчиков, заставляя Диму опустить голову и перевести свой взгляд на цветную коробку. В ней находился новенький блендер. Память услужливо нарисовала образы гостеприимных людей, для которых предназначался этот подарок, отвлекая юношу от бесконечных проблем и забот.

Рыжий котяра, признав знакомого, в сенцах доверчиво потёрся своей мордой о Димкины брюки и, привстав на задние лапки, вытянулся в струнку, разрешая погладить мягкую кошачью шубку. Коснувшись рукой четвероного друга, Дима привычно потянул на себя тяжёлую дверь, обитую войлоком, на которой красовалась самодельная табличка «Заходи с улыбкой». В доме его ждали: на кухне позвякивала кухонная утварь, и приятный аромат свежей выпечки так и звал Диму прямо с порога попробовать с пылу с жару испечённые ватрушки или пирожки. Из большой комнаты устойчивое благоухание свежей канифоли было, на удивление, таким же притягательным. Очевидно, дядя Володя снова что-то мастерил.

— Счастье? Вроде всего семь букв, но каждый человек пишет его по-своему, потому что у каждого человека свой жизненный почерк, особенный, — пожилой человек говорил спокойно, основательно продумывая каждое слово. При этом успевал дубасить двумя вениками Димкину спину. Банная терапия была сейчас как нельзя кстати. — Сейчас всю хворь выгоним и будешь как огурчик малосольный, — убедительно заявил парильщик, скатывая тёплой водой раскрасневшееся тело парня. — Пройдём в дом и там моя хозяюшка тебе чай на травках лечебных с мёдом заварит, пропотеешь хорошенько на горячей лежанке, да ещё свежих ватрушек навернёшь. До города быстрее паровоза на своих двоих домчишься.

Димка внимательно слушал дядю Володю, и ему становилось легче, словно сейчас он пил особый лечебный бальзам, собранный из добрых слов и сердечного тепла радушных хозяев этого дома.

Шпангоуты* — поперечное ребро корпуса судна

Форштевень * — деревянная или стальная балка в носу корабля

8.155

Вокзал встретил Диму привычной картиной. Суета, мельтешение людей, внезапные истории, с ними происходящие, запоминались надолго и дарили наблюдениям яркие краски. На соседней платформе он увидел носильщика, старательно толкающего большую тележку с необычным грузом. Мужчина сидел на миниатюрном чемоданчике, вроде портфеля и, было очевидно, что он мог справиться со своей ношей и сам, но, видимо, воспользовался услугами носильщика, как таксиста. А рядом с Димкой выходящая из электрички пожилая женщина пыталась открыть зонтик. Зонтик не раскрылся, а отсоединился от ручки, подпрыгнул и пируэтом завершил красивый полёт… В урну! Конечно, этот неожиданный трюк не мог не вызвать улыбки у прохожих.

Не обращая внимания на моросящий дождик юноша направился по платформе в сторону высокого здания. Настроение было хорошее: отдохнул в кругу добрых людей, избавился от простуды, но самое главное — удалось немного успокоиться и обрести какое-то внутреннее равновесие, которое поможет погасить неуверенность в собственных действиях. Во всяком случае, он очень надеялся на это.

Под высоким козырьком вокзала, куда дождю вход был запрещён, продавщица бойко торговала мороженым. Дима не собирался покупать, но взгляд остановился на мальчишке с перекинутой за плечами гитарой. Парень, выбрав мороженое, водрузил его на голову и, шутливо покачиваясь, направился в сторону девушки, ожидавшей невдалеке. Переведя взгляд на девушку, пытающуюся в прыжке достать мороженое, Дима отметил её сходство с Феей. Может, стиль одежды, узнаваемые детали или похожая расцветка были такими же… Кажется, они одного роста… Или ещё что-то неуловимое… Дима особо не вникал. Он понял главное — Фея снова появилась в его сознании. Пока он пытался разобраться, что происходит с ним, голос продавщицы вытянул его из водоворота раздумий:

— Молодой человек, вам какое мороженое выбрать?

— Самое вкусное! — спонтанно, но решительно ответил Дима, стараясь понять, как он оказался перед лотком с мороженым. Он же ничего не собирался покупать. Тогда почему так уверенно сказал совсем обратное?

Отойдя в сторонку, Дима посмотрел на своё отражение в огромной стеклянной стене здания. Самого себя невозможно вечно обманывать. Зачем кривить душой? Это мороженое он купил для неё, для девушки с грустным взглядом красивых серых глаз, для единственной и неповторимой, живущей в этом большом городе. Снова последняя встреча с Феей лёгкой дымкой пронеслась перед глазами…

…Тот день был для Димы непростым. Вначале он набрался смелости и подошёл к Лене с просьбой передать Фее его первые стихи. А на деле получилось, Лена, образно говоря, смогла из бумажного листочка со стихами сделать крепкую лестницу, по которой Дима спустился из реального мира в тот волшебный, где полянка с вырванными цветами говорила о многом. Он был благодарен Лене. Она помогла принять важное решение — лучше остаться для Феи невидимкой. Волшебные цветы не врут! Обременять Фею своим обществом после случая с Софьей Ивановной было неправильно. А в конце учебного дня Дима нашёл подтверждение своим глубоким умозаключениям.

Они встретились на последней перемене в холле второго этажа. Встретились взглядами. Их разделяло большое расстояние. Димка высоко поднятой рукой поприветствовал девушку и сразу направился в её сторону. Он решил, что встреча может быть встречей, если они оба друг друга увидели. А если он один, то так не считается. Дима пытался сберечь для себя эти последние цветы-встречи.

Светлана, увидев Димкино приветствие, тоже пошла навстречу, но вдруг передумала и, сделав неопределённый кивок головой, быстро повернула в сторону лестницы. Никогда она так себя не вела! Он заметил в ней возникшую нерешительность, словно раздумывала — стоит ли вообще разговаривать с ним. Димка не видел, что Фея заметила за его спиной приближающуюся к нему Вику. Именно появление Вики изменило её поведение…

Опечаленный юноша неподвижно стоял под дождём и пристально смотрел на своё отражение: парень, очень похожий на него, держал в руке вафельную трубочку с мороженным. Сладкие капли, похожие на слёзы, тихо падали на асфальт. Так же тихо плакал грустный дождик. И наверное, кто-то ещё. Димка смотрел на промокшего мальчишку и совершенно не знал, как ему помочь.

8.156

Весна. Для некоторых людей весна — это гораздо больше, чем время года. Весна для них — состояние души. Димка шёл по городу, вдыхая чистый воздух, а вокруг май нежными штрихами и сочными красками готовил весеннюю палитру. Из соседней школы, что была в десяти минутах ходьбы, выбежали звонким ручейком школьники, как раз в ту сторону, куда шёл Дима. От всеобщего потока отпочковалась небольшая компания, которая пошла в том же направлении по другой стороне улицы. Пять девчонок и два парня.

Солнышко, устроившись в голубом шатре небосвода, щедро грело и играло лучами так, словно тихо переворачивало страницы интересной солнечной книжки. В небольшом пруду стая уток на подвижной зеркальной глади старательно вырезала сложные иероглифы, рассчитывая получить от зрителей достойное вознаграждение. Подстриженные липы зелёными фонариками бежали по кругу вдоль пруда, предлагая каждому отдохнуть в этом уголке зелени и тишины.

Одна девчонка из той компании стала радостно подпрыгивать на ходу, размахивать руками, словно собиралась взлететь. Её весеннему настроению можно было только позавидовать. Дима же еле шёл: ноги заплетались, на сердце было неспокойно, а мысль, что завтра надо бежать эстафету, где будет много народа, вносила ещё больший диссонанс в его состояние. Словно ёжик в тумане, шёл он неуверенно и осторожно, заставляя себя ни о чём не думать. Только очень плохо получалось.

***

Широкая площадь, пестреющая разноцветными флажками, шариками и наполненная говором множества людей и бравой музыки, раздающейся повсюду из установленных громкоговорителей, угнетала Диму своей атмосферой. «Константин постарался», — подумал Дима, разглядывая эстафетную палочку. Приятного, что Диме доверили бежать первый этап, было мало. Единственное, что радовало, так это то, что Светлана не участвовала в эстафете.

Поправив тесёмки номера, Димка сознательно забрался в самую гущу участников, широкой плотной лентой столпившихся на старте в ожидании начала забега. Дима специально выбрал рослых парней, чтобы за ними прорваться на открытое пространство. За высокими ребятами можно было на короткое время спрятаться от знакомых личностей, которых было немало.

После длинной торжественной речи в честь спортивного праздника, во время которой Димка уже стал ощутимо промерзать, наконец, глухо хлопнул выстрел стартового пистолета, и вся масса участников пришла в движение.

Радуясь тому, что он правильно выбрал свою позицию на старте, Димка рванул изо всех сил за высокими участниками и… Димка падал классически… Головой вниз… Своим падением спровоцировал затор на старте. Несколько человек оставили свои отпечатки на его белоснежной футболке. Причина падения была до банального проста. Думая, как лучше стартовать, Дима совсем забыл, что это эстафета, где по завершении своего этапа надо передать эстафетную палочку следующему участнику. Когда Дима бросился вперёд, то кто-то сзади просто придержал на пару секунд его палочку, тем самым хотел незаметно устранить конкурента. Потеряв её так неожиданно, Димка пытался вернуться за ней, что в данных условиях было просто невозможно. Это и привело к падению.

Когда он схватил сиротливо лежащую на квадратных плитках эстафетную палочку, то мужской голос, раздававшийся из динамиков, громко комментировал это падение, вещая многочисленным зрителям, представителем какой школы является Димка. Получается, что ославил парня на весь город.

Слыша из толпы разные реплики в свой адрес, он в гордом одиночестве бросился в погоню. Но нет худа без добра, и Димке малость подфартило. Первый этап начинался на площади и потом сразу переходил в затяжной длинный подъём, заканчиваясь на самой верхней точке на перекрёстке двух улиц. Дорога в бассейн, которую Дима знал с закрытыми глазами, имела два варианта прохождения. Первый вариант — когда он, как примерный житель города, добирался к бассейну по благоустроенным тротуарам. Был ещё второй вариант. Его Дима использовал, когда были проблемы со временем. Проблему со временем изжить так и не удалось, поэтому вторым вариантом Димка пользовался намного чаще. Всё было просто — Димка шустро перелезал через забор стройки, что находилась по ходу движения, и пересекал вырытый на территории глубокий котлован наискось, экономя драгоценные минуты. А наличие на территории сторожевых собак, обычных злобных дворняг, только многократно увеличивало Димкину скорость по пересечённой местности.

На середине подъёма Дима смог догнать последних участников забега, а когда он передавал эстафету, то был уже в середине бегущих.

Отдав свой номер судье, Дима побежал подальше от людей, от этого шума и даже от этой, такой нарядной Весны. Выбирая самые тихие переулки и улицы, его бег был достаточно долгим.

Река, а Димка благополучно добрался до неё, в этом месте не была такой нарядной. Тут не было красивой набережной. Но Димку это не интересовало и, он, увязая в мягкой почве берега, опустил руки в холодную воду, пытаясь остудить разгорячённый бег своих мыслей. Волны мягко покачивали стайку притихших чаек, изображая нотный стан с белыми нотами, и Дима готов был сейчас слушать эту мелодию бесконечно долго.

8.157

Пришла пора экзаменов. На «Последний звонок» девятых классов Дима не пошёл. После эстафеты, на которой так прилюдно опозорился, он избегал всего, что связывало с этой школой…

На письменном столе, за которым Димка сейчас усердно трудился, был небольшой творческий беспорядок. Выложив на стол так и не пригодившийся комплект с красками и кисточками, сейчас Димка решил использовать его по полной. На листе ватмана он первым делом изобразил цветок, по форме смахивающий на ромашку. Закрасив кружок ярко-жёлтой краской, лепестки Дима оставил белыми. Каждый лепесток обозначал оставшиеся дни-встречи, дававшие возможность видеться с Феей. Вырезав этот цветок из ватмана, он закрепил его на светло-голубой шторе, решив для себя, что будет после каждой встречи с Феей загибать один лепесток. Лепестков было немного, и Димка, разглядывая свой «шедевр», стал мечтать вслух, по обыкновению обращаясь к своему колючему другу, устроившемуся на высокой стопке спортивных журналов:

— Жаль, что их так мало. Хорошо бы, наверное, встретиться с ней через год или через пять лет. Было бы здорово тогда пообщаться. Интересно, а Фея меня узнала бы? — Дима задавал непростые вопросы, а ёжик в ответ только внимательно смотрел на него бусинками чёрных глаз.

В последнее время Димка под гнётом произошедших событий сам себя уверил в своей никчёмности, и, пытаясь не расстаться с образом Феи насовсем, старательно переносил её в мир волшебства, где он мог бы с ней дружить и помогать во всевозможных приключениях. Он, конечно, хотел чем-то помочь Фее и сейчас, но у него, к сожалению, плохо получалось. Как ни крути, а до неё ему ещё расти и расти.

Завтра экзамен по математике. Димка, уставший за время подготовки от многочисленных формул и задач, решительно встал из-за стола и направился к входным дверям. Не помешает отдохнуть сегодня хорошенько, и прогулка на свежем воздухе будет очень уместна. Не обращая внимания на похорошевший от зелёных листочков город, Дима, вспомнив о Софье Ивановне, решил навестить её, по пути заскочив в ближайшую булочную за гостинцами.

Необычный интерьер булочной: тёмно-синий, почти чёрный потолок и такие же стены, завладел вниманием Димы. Контрастное цветовое решение поглощало каждого посетителя, входившего в это помещение. А яркие белые светильники в виде полусферы, выгодно выделяли сочным свечением прилавок с хлебобулочной продукцией.

Пирожные были на любой вкус, поэтому юноша решил встать в очередь. Звучание лёгкой музыки и пара круглых столиков, ненавязчиво приютившихся в укромном уголке и приглашающих на чашечку кофе, так органично дополняли грамотно проработанный дизайн, что у Димки возникло желание зайти сюда ещё разочек.

Перед ним в очереди стояла женщина, тихо говорившая по телефону. Разглядывая очень сложный узор вышивки на манжетах её элегантного пальто, он не заметил, как подошла его очередь. Закупив набор пирожных, Димка, звякнув мелодичным колокольчиком на выходе, направился к знакомой арке высокого дома. А женщина, расположившись за столиком с чашечкой кофе, тихо продолжала говорить телефону:

— Знаешь, Рубен, сейчас я не силах помочь тебе. Мы со Светой договорились, что она закончит девять классов, а дальше выбор будет за ней. Сейчас экзамены, а там посмотрим, она уже взрослая, всё понимает, твоё желание и нашу с Виктором поддержку Светлана видит. Она ещё в шестом классе выиграла олимпиаду среди школьников, поэтому ей надо только подать документы для поступления, как я понимаю. Да ты и сам всё прекрасно знаешь. Будем надеяться на лучшее, конечно, терять сейчас драгоценное время очень жаль, но ведь порою в жизни бывают чудеса! До встречи, звони.

8.158

Мелодия часов уютно прозвучала в комнате, словно в свежезаваренный чай добавили немного ароматной мяты, и Димка, основательно расположившись за большим столом, вздохнул с облегчением, предвкушая, как он будет наслаждаться ещё одной кружкой чая.

Софья Ивановна была внимательным слушателем, ей на самом деле были интересны все новости, о которых Дима подробно сообщал, не оставляя без внимания домашнее печенье хозяйки. Кнопка, изредка виляя хвостиком, тоже прислушивалась к разговору, удерживая лапками выданные гостю домашние тапочки.

С улицы через форточку доносились крики малышни и звонкие воробьиные трели, не мешавшие Димке рассказывать о прошедшей эстафете, местами подтрунивая над собой:

— Представьте только! Огромная площадь, море народу и в самом центре этой площади я один. И обо мне всем через громкоговоритель что-то говорят. Это была моя минута славы, наверное.

— Так, а куда все остальные подевались? — добавляя Диме на тарелку быстроисчезающие печеньки, спросила хозяйка квартиры.

— Остальные убежали, а я вот немного задержался. Нечего было ворон считать. Я эстафету первый раз бежал, не знал, что тут могут быть свои хитрости. Зато теперь могу Вам сказать точно, если вдруг выпадет первый этап в эстафете, то палочку держите всё время перед собой и покрепче, — вроде говорил, обращаясь к собеседнице, а впечатление сложилось другое — фраза предназначалась ему самому.

— Ну, ежели меня попросят участвовать, то попрошу любой этап, только не первый! — с важным видом одобрила Софья Ивановна Димкин совет. Представив хозяйку в роли бегуньи, оба дружно рассмеялись.

Димка, попав под обаяние мудрого человека, говорил долго, порою увлекаясь в своих монологах. Он подробно рассказал про соревнования по плаванию, поведал о том, что его пригласили в спортивную школу города, не забыл упомянуть и про Светлану — как она пришла к нему на помощь в конкурсе рисунков на асфальте.

За оживлённой беседой не раз приходила мысль: как здорово было бы, если сейчас за этим столом сидела Света. Иногда поглядывал на пустующий по соседству стул. Вспомнилось, что в этой комнате они вместе делали конкурсный проект. Он бы с удовольствием поделился с ней своими новостями, но, скорее всего, их встреча случится нескоро. После экзаменов всё лето будет занято спортивными сборами, а Фея может уже и не вспомнит о нём. Единственное, что утешало — это возможность когда-нибудь издалека, хотя бы одним глазком взглянуть на неё раз-другой, оставаясь незамеченным. На большее он и не рассчитывал.

— Очень вкусное печенье! — поблагодарил Димка, и, вспомнив себя совсем маленьким, добавил: — У меня с детства было любимое печенье из такого же теста, только там была ещё начинка: лимон с изюмом. А Вам какое печенье в детстве нравилось, можете вспомнить?

— Самое любимое лакомство у нас, детей военной поры, была мороженая картошка, — Софья Ивановна как-то странно улыбнулась. Её взгляд стал задумчивым и грустным.

— Вы её в холодильнике замораживали? — удивился Дима, не ожидавший такого ответа.

— В то время было строго, но мороженую картошку после зимы никто не запрещал собирать. Её, мягкую, грязную, мы выковыривали весной из перевернутых пластов земли после того, как пройдёт трактор и приготовит поле к севу. Мягкие скользкие клубни хорошо мыли и мяли толкушкой. Добавляли немного муки, конопляное семя. Если не было муки, добавляли сухую крапиву, молочай или лебеду, скатывали лепёшки и пекли на противне в протопленной печи. Честно тебе скажу, Дима, вкуснее той мороженной картошки ничего больше в своей жизни не ела, — её взгляд снова потеплел, и она, положив Диме на тарелку ещё порцию печенья, пошла на кухню, чтобы подогреть остывший чайник.

Часы снова напомнили о себе мягким переливом — время бежало незаметно. Димка за третьей кружкой чая подробно рассказал Софье Ивановне о планах на лето:

— Знаете, там вот такие раки! — Димка широко взмахнул руками, увлечённо продолжая свой рассказ. — Там вода такая чистая — можно пить прямо из озера! Грибы! Ягоды! Есть даже небольшие скалы. И эта сказочка всего в одном часе езды от города на машине.

— Так вы будете жить в палатках? — попыталась уточнить Софья Ивановна более подробно обустройство летнего спортивного лагеря.

— Зачем, там есть небольшие домики человек на шесть, столовая. Эта турбаза мне хорошо знакома, с родителями несколько раз ездил. Там отдыхают все желающие. Просто несколько домиков займёт наша секция плавания. В июле. А в августе я, наверное, поеду на юг. Это уже когда будут сборы в спортивной школе.

— Дима, а как называется эта база?

— «Ласточка». Там действительно ласточек много. Правда, я иногда путаю их со стрижами. Они похожи, — Димка перебирал на столе пачку старых газет, которые приметил в тот день, когда они с Феей мыли окна, а сегодня, вспомнив про них, выпросил у хозяйки несколько экземпляров.

— Значит, скоро полетишь? Это хорошо. Вот и Светлана мне говорила что-то про скалы. Кстати, она, может быть, сегодня вечерком забежит ко мне. После того случая она частенько меня навещает, я ей и ключи запасные от квартиры, которые ты сделал, отдала. Вы все мне помогаете, дай Бог вам здоровья! — Софья Ивановна с благодарностью посмотрела на Димку, шелестящего старыми газетами. — Так что она может и без звонка зайти, как к себе домой. А осенью мой сынуля обещал меня забрать к себе. Он строитель, поэтому вся жизнь у него кочевая. Но в этом году осядет основательно, тогда и я к нему поеду.

От Софьи Ивановны не ускользнула резкая перемена в поведении засидевшегося у неё в гостях мальчишки. После слов о Светлане, которая может прийти сегодня в любое время, Димка, до этого безмятежно сидевший за столом, вдруг залпом выпил содержимое кружки, и, деланно нахмурив лоб, стал прощаться, поблагодарив за гостеприимство.

Когда за Димкой закрылась дверь, Софья Ивановна задумчиво произнесла вслух, обращаясь к притихшей у двери Кнопке.

— Странно, так хорошо отзывался о Свете, но как только я сказала, что она может прийти, испугался и убежал, даже курточку свою толком не надел. Они поссорились что ли? Такие хорошие ребята, надо что-то с этим делать. Непорядок! Ты, Кнопа, согласна со мной? Молодец, будем думать вместе.

8.159

Притормаживая, автобус сделал поворот возле магазина спорттоваров и остановился. Вскоре силуэт мальчишки проник в огромный магазин, похожий на аквариум, где за прозрачными стенами плавали подвешенные повсюду разные велосипеды.

Первый экзамен был уже позади, и Димка решил добраться до магазина, чтобы купить необходимые запчасти для своего «старичка». Не прошло и часа, как удачно прикупив желаемое и мысленно прокатившись на понравившихся в магазине велосипедах, он возвращался домой в полупустом автобусе.

Устроившись на последнем сидении, Димке, как он ни старался, не удавалось детально рассмотреть быстро сменяющиеся дивные ракурсы города. На очередной остановке в автобус вошла шумная семейка: мамочка с двумя малышами, которые живо обсуждали недавнее посещение городского зоопарка. Дима вдруг понял, как проведёт вторую половину дня.

В самый первый раз, когда примерял костюм зебры, он заметил, что вторая часть костюма — шея зебры — имела небольшой, но довольно неприятный дефект: вшитая в материал толстая пластмассовая спираль была сломана в двух местах. Из шести разных костюмов, закупленных зоопарком, активно задействованы были только пять, а «зебре» досталась незавидная роль: в полном забвении грустить на полках стеллажа.

Обмотав острые концы полиэтиленовыми пакетами, Димка, изобразив танец перед зеркалом, вскоре растворился в многолюдной толпе у входа в зоопарк. Раздав толстую пачку рекламных листков, решил отдохнуть на скамейке с ажурной спинкой. Она давно манила его в этой длинной аллее, тянувшейся от ближайшей станции метро до зоопарка. Вытянув вперёд задние ноги, а передние заложив за голову, зебра выглядела импозантно и эффектно. Когда Дима был в образе, то он сразу решил быть немногословным и в общении с посетителями стараться использовать для общения только пантомиму. Костюм зебры позволял делать это успешно.

Подошедшая к скамейке женщина, тоже решив передохнуть, попросила разрешения сесть рядом. Оборвав негромкие переговоры по телефону, она вдруг обратилась к нему с просьбой:

— Можно с вами сделать селфи, племянница просила ей прислать фотографию. Ей пять лет. Она хочет летом приехать в гости и побывать в зоопарке.

Димка с готовностью откликнулся на просьбу. Сделав несколько снимков, незнакомка удалилась в сторону метро. А Дима задумчиво смотрел вслед. Его не покидало чувство, что уже где-то встречался с этим человеком. Но решить этот ребус Димке не дали. Набежавшая неведомо откуда малышня просто взяла его в плен и потащила к работавшей на соседней аллее «обезьянке», чтобы сделать общий снимок.

Время пролетело незаметно. Уже вечерело, когда Дима наконец добрался до дома. Включив компьютер, он увидел сообщение от Ксении. Она разгадала, где он на общей фотографии. Попросила о помощи в работе над очередным комиксом, если у него будет на это немного времени. Ксения была не очень сильна в разработке сюжета своих историй. Отправив Ксении своё согласие, Димка, массажируя натёртые места после долгой носки костюма, отправился на кухню — очень хотелось есть. Даже на три корочки хлеба он был согласен.

8.160

Сосны, словно верстовые столбы, одиноко выскакивали вдоль дороги среди пышной листвы берёз и осин. Но чем дальше дорога убегала от города, тем гуще становились сосновые ряды, пока полностью не завладели окружающей местностью.

Димка ехал в летний спортивный лагерь со своей секцией в последний раз. Эта поездка будет для него прощальной. Следующие сборы он проведёт среди незнакомых ребят. Экзамены позади, а осенью — новая школа, спортивная.

Выпускной Димка проигнорировал, как и «Последний звонок». Настроения никакого. Придя к секретарю, чтобы забрать аттестат об окончании девятого класса, был удивлён, что его сразу отправили к директору, где пришлось очень долго объяснять, что спортивное будущее важнее. Его не хотели отпускать. Димка связывал сей факт с победным проектом. Но теперь всё позади. Правда, секретарь немного озадачила, поделившись, что не он один проигнорировал все праздничные мероприятия. Имя озвучено не было, но устойчивое ощущение, что он знает, кто это мог быть, не покидало.

Тридцать человек шумно радовались наступившему во всей красе лету, и от этого громкого ликования закладывало уши. Тренер махнул рукой, понимая, что ребятам надо выпустить пар. Облокотившись рукой на наваленные на соседнее сиденье сумки и пакеты, Димка читал заинтересовавший его рассказ в старой истрёпанной газете. Веселиться ему сейчас не хотелось, хотя раньше он бы не отказался поучаствовать в общем веселье.

Рассказ назывался «Улыбка». Главные герои истории жили в Англии во времена, когда пароходы и поезда стремительно ускоряли ритм жизни, а первые аэропланы пытались завладеть безбрежным небом.

…Мужчина средних лет, работая репортёром в довольно популярной газете, по заданию редакции уезжал в другой город, чтобы на известном ипподроме посмотреть главные скачки года. Там его уговорили сфотографироваться. Лошадь, на которую его усадили для памятного снимка, легко сбросила неопытного наездника, и в результате он повредил кисть руки. Ушиб был сильный и мешал печатать на машинке. Попросив помощи у задержавшейся в редакции знакомой машинистки — она часто оставалась допоздна, набирая больше работы из-за больной матери и двух младших братьев, — мужчина подумал, что было бы здорово, если эта серьёзная и ответственная молодая женщина разочек улыбнётся. Она давно была ему симпатична, но в проявлении чувств он был робок. Несколько дней спустя неожиданно для себя совершенно спонтанно написал на обратной стороне типографского бланка короткий рассказ об этом, изменив имена. Пачку бланков на его стол поставил рабочий типографии. По ошибке. Пока репортёр отсутствовал, рабочий унёс сокровенные переживания мужчины прямиком к объекту его воздыханий. Встретив её на следующий день, он увидел, как она, удерживая в руке тот самый бланк, мило улыбалась, предложив совместно написать продолжение этой интересной истории…

Завершив чтение, Димка невольно улыбнулся. История была на удивление красивой и приятной. Лёгкий слог, подробное описание деталей быта помогали представить атмосферу того времени. Дима задумался, рассматривая в окно пёструю ленту пейзажа. Совсем недавно он даже не интересовался подобным жанром — всегда был ближе мир фэнтези, где фантастические герои не боялись сражаться против великанов и драконов ради защиты близких и любимых. Понимая, что в реальной жизни такое практически невозможно встретить, Димка просто жил в красивом мире романтических грёз и великих свершений. Но почему в последнее время его интересы изменились? Реальные истории из жизни, например, как у дяди Володи или как в только что прочитанном рассказе, стали привлекать его внимание всё больше и больше. Ответ нашёлся сам по себе. Димка стал подробнее интересоваться тонкостями реальной жизни после встречи с Феей. Это она, а не персонажи из придуманных миров, заставила думать, размышлять и переживать. Реальные люди, живущие рядом, были интересны. Недавний случай с Софьей Ивановной — яркий тому пример. Искренне радуясь, что всё обошлось, он пытался чуть-чуть научиться у Феи тому, чего сам понять не мог. Первым делом стал расспрашивать Светлану о том, как обычный сладкий чай может помочь больному человеку в критической ситуации. Ответ был прост. Надо быть более внимательным к людям, с которыми общаешься. И если бы он немного присмотрелся, то увидел бы у Софьи Ивановны прямо в центре стола вазу с лекарствами, а рядом прибор для замера сахара в крови. Спросить хозяйку о её самочувствии и узнать, какую помощь при необходимости можно оказать одинокому пожилому человеку — это просто элемент здравомыслия и вежливости. На те слова Феи в ответ Димка мог только кивнуть, полностью согласившись.

Обернувшись в сторону галдящих ребят, Дима заметил, как одна девчонка корчит ему странные гримасы. Уже не в первый раз. Он и в секции за ней замечал такое. Подумав о том, что всё-таки внимание надо оказывать избирательно, Дима быстро развернулся и снова зашуршал старой газетой.

9.161

Волной времени два баркаса* безжалостно выбросило на берег, и теперь они, словно две огромные рыбины, беспомощно лежали на боку несколько десятилетий, вызывая сочувствие в глазах парнишки, собирающего мусор в чёрный пакет на берегу красивого озера. Проснувшись, солнышко распахнуло белый полог облаков и весело поглядывало сверху на парня в спортивных шортах, оставляющего на влажном песке длинную цепочку следов.

В тёплом воздухе можно было уловить устойчивый запах солярки, машинного масла и масляной краски, которой в несколько слоёв были покрыты деревянные бока этих исполинов, когда-то бороздивших акваторию озера. На одном баркасе даже сохранился гребной винт. Его большие лопасти до сих пор выглядели очень внушительно и грозно.

Выловив из подвижных водорослей очередную находку, Дима заинтересовался ею. Эта бутылка отличалась от предыдущих и своей причудливой формой напоминала древний сосуд. Ещё раз посмотрев на притихшие большие лодки, Димка стал готовить для них волшебный эликсир возрождения. Оставив находившиеся на дне мелкие камешки, он добавил горсть жёлтого песка и тонкий зелёный стебель, увитый множеством мелких цветков. Сильно взболтав приготовленные ингредиенты, начинающий волшебник решительно направился к баркасам. Ему оставалось только нанести подготовленный эликсир на корпуса больших лодок и прочитать необходимые для возрождения стихотворные строки из магической книги, название которой Димка пытался придумать прямо сейчас, на ходу.

Гулкий протяжный звук, раздавшийся в утренней тишине, остановил юного «мага» на полпути. Оставив бесценный эликсир на песке, он шустро рванул по берегу в ту сторону, откуда доносился этот звук, не забыв взять с собой пакет с мусором.

После утренней тренировки, когда ребята из секции, привычно пробежав кросс и сделав разминку, готовились к завтраку, тренер добавлял в распорядок дня элементы трудового воспитания. Частой практикой становилось отводить пятнадцать минут на уборку прибрежного участка турбазы. Димка видел, как Палыч быстро скорешился с директором турбазы, поэтому все поручения тренера связывал с этим обстоятельством.

Периодически повторяясь, протяжный гулкий звук, легко прошивая воздух в округе, словно созывал всех к себе, напоминания о чём-то важном. Рыбаки, что ранним утром, когда ещё волны дремали под лёгким покрывалом тумана, решили отчалить от берега порыбачить, сейчас, собирая свои снасти, торопливо гребли в обратную сторону, к берегу.

Среди небольших домиков, уютно выстроившихся буквой «П» на пологом склоне, спрятанном под раскидистыми шапками высоких сосен, сейчас было довольно оживлённо. Многочисленные фигурки людей мелькали среди деревьев. Всё говорило о том, что пришло время завтрака.

Завтрак Димка пропускать не хотел, поэтому выбросив на бегу мусор в контейнер, рванул, перепрыгивая через узловатые корни сосен к своему жилищу, что находилось на самом верху склона. Вдруг передумав, Дима сделал небольшой крюк. Подбегая к раздвоенной в метре от земли берёзе, всем своим видом напоминавшей вытянутый камертон, стукнул кулаком висевший между двумя стволами на железном тросе выгнутый металлический диск. Это был колёсный диск от большегрузной машины. Рядом с ним на обломках толстых веток находилась железная колотушка. Ею Дима пользоваться не стал. Он лишь прислушался к едва различимому отклику импровизированного колокола на свой удар — вспомнил себя, стоящего на этом самом месте когда-то в далёком детстве…

…Тогда он приехал на турбазу летом с родителями перед самым поступлением в первый класс. Отец сразу пошёл в столовую, чтобы получить разрешение воспользоваться холодильником для заморозки свежепойманной рыбы. В ответ на эту услугу его попросили помочь накрыть столы к завтраку (из персонала кто-то приболел). Димку тоже озадачили — доверили на тележке развозить посуду для сервировки. На каждый стол он выкладывал в пластмассовые подставки вилки и расставлял чистые кружки. Работу старался выполнять аккуратно. По завершении всех приготовлений, удостоился великой для себя награды от повара: оповестить отдыхающих, что завтрак готов и все приглашаются в столовую. Димка сбегал по ступенькам лестницы быстро, как мог, перепрыгивая даже через три ступеньки разом. Он очень боялся — вдруг повар передумает, и это дело поручит другому. Птицы с ближайших деревьев вспорхнули, разнося на своих крыльях мелодию, которой только что дал жизнь маленький мальчик. Его восторженная душа тоже летала, замирая от детского счастья…

Проходившие за спиной Димы рыбаки дружно обсуждали сегодняшний улов. Шебуршание их плащей сразу напомнило, что если парнишка сейчас не распрощается со своими детскими воспоминаниями, то точно останется без завтрака.

Барка́с* — (Барка́з) (итал. barcaccia — «большая лодка», нидерл. barkas): Большая мореходная 14 — 22 — вёсельная или моторизованная шлюпка, длиной до 12,2 метра, шириной до 3,66 метра, водоизмещением 4 — 5 тонн.

9.162

— Доигралась! — вскрикнула Лена, осознав, что отправила блок фотографий незнакомому парню. Получив в подарок телефон от Вадима, Лена вначале им не пользовалась, но постепенно обида, что он принял её за пацана в ту первую встречу, прошла. А принимая во внимание все достоинства телефона — большой экран и хорошее разрешение — она стала постепенно заполнять его фотографиями. По ним можно было отследить, как она и брат превращали старый автомобиль в красивую легковую машину.

— Пусть он будет недоступен! Пусть он будет недоступен! — с тревогой вглядываясь в экран телефона, повторяла девушка в надежде, что посланные ею фотки не дойдут до Вадима.

Сердце девушки гулко отсчитывало секунды томительного ожидания, приближая неминуемую развязку этого неожиданного внутреннего конфликта. Лене очень хотелось узнать про незнакомца больше, но общаться с невзрачным парнем небольшого роста, именно таким он ей показался при первой встрече, она не желала.

На экране появилось оповещение, что файл с фотографиями благополучно доставлен, и Лена, мгновенно ощутив перегрузку от нахлынувших мыслей, быстро выключила телефон и засунула его под подушку. Для надёжности. Она реально испугалась ответного звонка. Сейчас к разговору с Вадимом девушка была не готова и прекрасно понимала, что, набрав её номер, он ожидает услышать голос парня, а не девушки.

Во время хаотичных передвижений по комнате Лена решила вытащить аккумулятор из телефона. Напоследок захотелось всё-таки одним глазком взглянуть на ответную реакцию Вадима, и она снова включила телефон. Увидев подборку его фотографий, которые он прислал в ответ, облегчённо вздохнула.

Лена замерла, а в её широко открытые глаза с фотографий вбегали живые безбрежные просторы океана и парусник с высокими мачтами, уверенно идущий навстречу восходящему солнцу. Развешанные в комнате многочисленные яркие постеры любимых артистов сразу поблекли, а новые образы, рассказывающие о суровой романтике долгого похода моряков среди бескрайней водной стихии, завораживали с каждой минутой всё сильнее, предлагая стать участником этого удивительного путешествия.

— Кругосветка! — восторженно произнесла Лена, прочитав короткую, но такую ёмкую надпись под фотоснимком, а взглядом скользнула по самому верху шкафа, где притаился очень старый и поблекший от времени глобус.

— Где он сейчас находится? — торопливо рассматривая контуры морей и океанов, Лена вспоминала свои скудные познания по географии. Ей захотелось узнать как можно больше об этом парне, сидящем в матросской робе на бухте из свитых канатов. На фотографиях Вадим всегда в центре, в окружении ребят. Чувствовалось, что пользуется у них заслуженным уважением. Аккуратный, подтянутый и как-то внутренне собранный он выглядел намного старше, чем сверстники Лены.

Нахлынуло чувство, будто её лодочка, так долго стоявшая у сердечного причала, вдруг стала поднимать паруса — ей захотелось приблизиться к тому большому паруснику и увидеть как можно больше событий, связанных с Вадимом. Она на самом деле была поражена новым для себя открытием — насколько же интересен может быть мир другого человека! Настолько, что просто дух захватывает!

По удачному стечению обстоятельств в отправленных Вадиму фотографиях были только поэтапные снимки ремонта автомобиля. На них не было самой Лены. Это было большим плюсом. Но одна проблема оставалась. Короткая фраза Вадима: «Генка, а вы с братом молодцы!» — напомнила об этой самой проблеме.

— Опять Генка! Вот бы врезать тебе разочек за это! — рассерженно проговорила Лена, просматривая в очередной раз фотографии на телефоне и широко улыбаясь при этом.

9.163

По парковым дорожкам утро рассыпало шуструю компашку солнечных зайчиков. Весело играя в пятнашки, они бежали наперегонки за двумя спортсменами по красивой аллее, обрамлённой изящными липами. Тонкие листья грелись на ветках, примеряя зеркальный наряд вместо привычного зелёного. Тихо перешёптываясь, смотрели на маленькую белочку, навострившую ушки и внимательно изучающую фигуры людей под пышной кроной дерева.

— Возьми её, открой крышку и потряси слегка. Кедровые орешки у них любимое лакомство. Белочки сейчас избалованы вниманием, — Константин протянул Ларисе небольшую пластмассовую баночку.

Услышав знакомый шорох орешков, белочка мгновенно спустилась с дерева и ловко устроилась на вытянутой руке Константина, наслаждаясь вкуснятиной и не обращая внимания, что участвует в фотосессии.

— Значит, скоро мы будем соперниками на городской спартакиаде трудовых коллективов нашего района? — шутливо спросил Константин, забирая из рук Ларисы пустую баночку.

— Мне больше нравится: мы будем участниками эстафеты под названием «В здоровом теле здоровый дух!»

— Хорошо, тогда сейчас проверим твой здоровый дух — сможешь перепрыгнуть вон ту лесенку одним прыжком? — Константин протянул руку вперёд, указывая на лестницу из массивных гранитных плит. Лестница имела по бокам широкие перила с фигурными балясинами, окрашенными в белый цвет, и на фоне зелени выглядела очень нарядно.

— Легко! — бодро ответила Лариса.

— Тогда прыгаем вместе! — уверенно беря спутницу за руку, Константин подмигнул ей. — Главное — хороший разбег!

Когда оба благополучно пронеслись над ступеньками лестницы, Лариса обернулась и после недолгого молчания тихо произнесла:

— Ступенек на лестнице ровно восемь… Мы словно перепрыгнули те восемь лет, что пролетели с нашей первой встречи.

— Так, на сегодня никаких лестниц и никаких прыжков! Я знаю одну тропинку, она выведет прямо к выходу из парка, — задумчиво произнёс Костя, указывая Ларисе на еле заметную тропку, плавно огибающую заросший пруд с жёлтыми кувшинками.

— Костя, а сколько нам идти?

— Ну… Я согласен идти по ней всю жизнь… С тобой.

— А? Ну-ка… повтори!

— Я тебя плохо слышу!

— Стой, не убегай, кому говорю!

Лёгкий ветерок переплетал голоса бегущих с пением птиц, шелестом листвы и на своих крыльях беззаботно нёс этот тёплый солнечный летний день, собирая на своём пути улыбки прохожих.

9.164

«Задний фон тобой хорошо прорисован, и мелкие детали тщательно проработаны, но этого недостаточно…» — Ксения читала на экране ноутбука присланное сообщение и время от времени, откинувшись на кресле, смотрела поверх экрана, представляя образ этой удивительной девушки, опираясь лишь на ту короткую встречу в далёком детстве. Мысли кружились в сознании Ксении, сами собой возникали многочисленные вопросы: как она сейчас выглядит, какую причёску носит, как одевается, с кем дружит, в конце концов, как выглядит её комната?

Советы Светланы всегда помогали, особенно во время работы над новым комиксом. Ксения понимала, что точные советы может давать только человек, владеющий сильной базой, усиленной долгой и кропотливой практикой художника. На робкие попытки Ксюши задавать вопросы на тему личного творчества Светланы, та отвечала грустным смайликом без всяких комментариев, как бы деликатно уходя от темы. Ксюше хотелось бы не просто переписываться со Светой, а встретиться с ней в реальной жизни и пообщаться. Пообщаться на разные темы. Не поболтать о том о сём, а доверительно поговорить. Как с подругой.

Рядом с ноутбуком на столе находился изрядно потрёпанный старый блокнот. На нём мальчик, очень похожий на Димку в детстве, ехал на велосипеде. Улыбка озаряла его лицо. Этот рисунок Ксения хранила в давних набросках, и теперь он приятно навевал воспоминания. Они словно оживали перед её глазами.

…Дверь автобуса за последним пассажиром закрылась. Закрывалась она с характерным шипением, и, резко дёрнувшись, две половинки дверей, сомкнувшись, смогли всё-таки что-то попробовать на «зубок». Девочка, которая последней поднималась в салон автобуса, немного замешкалась, позволив дверцам-злыдням откусить маленький резиновый наконечник, прикреплённый к костылю, помогавшему юной пассажирке увереннее передвигаться в дороге.

Автобус фыркнул, напоследок обдав сизым дымком мальчишку, который в это время старательно возился со своим двухколёсным другом, пытаясь справиться с цепью, слетевшей со звёздочки. Подобрав с асфальта резиновый кружок, парнишка вытер перепачканные смазкой руки придорожным лопухом, глубоко вздохнул и изо всех сил помчался за отъехавшим автобусом. Следующая остановка была конечной. Надо было преодолеть двенадцать километров, чтобы добраться до неё. Других вариантов у него не было.

Девчонка увидела в окно, как парень подобрал маленькую деталь от костыля и сразу поехал за автобусом. Долгое ожидание девочки в тот день было вознаграждено полностью, когда возле конечной остановки появилась фигурка велосипедиста. Мальчик ловко кинул наконечник прямо в руки девчушки, и махнув в ответ рукой на прозвучавшие слова благодарности, быстро зашагал в сторону реки…

Ксения взяла в руки альбом и стала раскрашивать цветными карандашами рисунок с велосипедистом, вплетая в лёгкие прикосновения карандаша все свои чувства.

9.165

— На твой день рождения мы приедем. Так что имей в виду — будем гулять по полной! Как экзамены? Черепушка не треснула от усердия?! — громкий голос Кати вырывался из телефона, заставляя Свету убавить громкость и пройти по салону троллейбуса к кабинке водителя, где пассажиров было меньше.

Разговаривая с подругой, Светлана увидела в окно Софью Ивановну, неторопливо идущую по тротуару с пожилой дамой и неугомонной, как всегда, Кнопкой. Завершив разговор, Света вышла из троллейбуса и направилась в сторону женщин. Почти догнав мило беседующих о чём-то подружек, она невольно услышала окончание разговора. Софья Ивановна, заметив появление девушки, не стала обрывать свою речь на полуслове, а лишь кивнув Свете приветливо, продолжила говорить:

— У тебя, Татьяна, всё время какие-то крайности. То хочешь быть со своими детьми не разлей вода, готова облизывать их, то стружку снимаешь с них постоянно. Мне кажется, родители для своих детей должны стать, если говорить по-простому, старшими друзьями! Но это звание родители должны заслужить в глазах детей своим примером и подтверждать его в течение всей жизни.

Согласившись, подруга Софьи Ивановны направилась к ближайшему магазину.

— Вечер добрый, дорогая! — голос Софьи Ивановны, приятно обволакивая, располагал к себе.

— Здравствуйте, Софья Ивановна!

— Отстрелялась?

— Да, всё закончилось!

— Добро. Экзамены… Да, всем приходится их сдавать. Жизнь — главный экзаменатор. Ну, оставим это в закрытой тетрадке. Ты что-то бледная… Тебе надо хорошенько отдохнуть! Смотри — даже я немного загорела, и Кнопа. Ты тоже не отставай.

— Возьму на заметку.

— Лучше сразу взять купальник и махнуть на речку загорать. Будь мы с Кнопкой пошустрее, то охотно составили бы тебе компанию.

Запиликавший телефон у Светы в сумке позволил подумать над предложением, и, быстро прочитав мелкие буквы на экране телефона, она произнесла:

— Похоже, скоро к нам в гости приедет большая компания, осталось только найти хорошую речку и место для загара.

— Ну, видишь, я как в воду глядела! Хорошенько отдохните, лето быстро пробежит — глазом моргнуть не успеете.

— Отдохнуть. Вопрос — где? Мой дядя — заядлый рыбак, и ему точно мало будет лишь одного загара.

— Света! Сегодня меня к тебе послали сами небеса! Я знаю одно место от города недалеко. Там рыбы — ну просто уйма! А раки — вот такие! — широко расставив руки и старательно подражая мимике Димки, что восхвалял перед ней красивое озеро, над которым элегантные ласточки сплетают воздушные кружева, Софья Ивановна в довершение своей громкой реплики, убедительно добавила: — Эта информация из надёжных источников. Отдохнёте на славу — обещаю! А мы будем с Кнопкой ждать от вас лесных гостинцев.

— Да, интересно, а можно поподробнее? Мне мама как раз поручила выбрать место для отдыха.

Летний вечер своей лёгкой прохладой приятно успокаивал горожан после дневного пекла, и жители города не спешили прятаться по своим домам, безмятежно вращая своими шагами незримые стрелки бегущего лета.

9.166

Летнее солнце не жалело палящих лучей, окрашивая шоколадным загаром спортсменов, бесконечно снующих по лагерю из-за насыщенного плотного расписания.

Тренер отводил время и на отдых. Вечерами в будние дни после второй тренировки, когда озёрная вода выжимала из пловцов все силы, можно было порыбачить или погонять в футбол с отдыхающими на базе ребятами. А в выходные после обеда все были предоставлены сами себе. Правда, некоторым пришлось столкнуться с маленьким «но». Для провинившихся тренер придумал наказание — наряд вне очереди — лишение отдыха в один из выходных дней! Димка недавно в этом списке провинившихся и оказался. Он получил целых два наряда — в приближающиеся выходные, после которых они покинут так хорошо обжитую ими базу, об отдыхе придётся забыть. И всё из-за той вредной девчонки.

Свободное время каждый использовал по своему усмотрению. Валерка, к примеру, очень грамотно вёл свой небольшой бизнес прямо на территории базы — организовал сладкую жизнь для всех ребят. Операция по кодовым названием «Раковые шейки» имела ошеломительный успех. Те самые раки, за которыми приезжали сюда многие отдыхающие, и были гарантом такого успеха.

Отдыхающие на базе делились на две группы. Одни приобрели путёвки на длительный срок. У них было время наловить и попробовать деликатес. Другие приезжали только на выходные. Именно на них и был рассчитан бизнес-план. Ребята из секции плавания с нетерпением ждали как раз эту группу.

Большая часть приезжала в пятницу вечером, располагалась в палатках на обустроенных площадках с готовыми кострищами. Эти места находились на территории базы, вытянувшись изогнутой лентой вдоль красивого берега, насыщенного валунами, омываемыми прозрачными водами озера, в которых прекрасно жилось многочисленной живности с клешнями.

Димка сам наблюдал, как этот бизнес работает на деле. Приехавшие на отдых люди разжигали костры, и вскоре в котелках закипала чистая озёрная водичка для ушицы и раков. Когда на берегу появлялись первые охотники за раками, Валерка отправлял мелких пацанов к воде поиграть с парочкой крупных экземпляров. Это была грамотная приманка. Посмотрев на добычу малышей, охотники одобрительно хмыкали и, нацепив маски, погружались в воду, рассчитывая на улов. Улов был незначительный. Накануне секция плавания в полном составе потратила два вечера только для того, чтобы собрать всех раков на всём ближайшем побережье. Не тронули только мелочь.

Вдоволь нанырявшись, охотники за раками, как правило, по подсказке малышей приходили к Валерке. Валерка мог наговорить всё что угодно, объясняя, что раки ушли на глубину и наловить сейчас трудно, но за хорошее вознаграждение готов насобирать столько, сколько надо. Затем для виду нырял в воду и оттуда вытаскивал уже припрятанную сетку с раками. После этого у спортсменов появлялись в огромных количествах конфеты и печенье. Палыч удивлялся — ребята в выходные дни рассекали озёрную гладь на водных лыжах — услуга была платной.

А у Димы был не бизнес, а бартер. В свободное время он периодически поставлял для работников столовой рыбу в обмен на возможность «завести крепкую дружбу» с гонгом, оповещающим обитателей базы отдыха о времени завтрака, обеда и ужина.

Наказание он заработал в тот выходной, когда из-за мелкого надоедливого дождя отдых мог и не состояться. Но когда дождь закончился, Дима пошёл порыбачить на лодочную станцию. Береговая линия на территории базы в самом центре имела небольшой выступ, образующий по обе стороны две небольшие бухточки. С одной стороны находилась лодочная станция, рядом с ней в густых зарослях ив пара старых баркасов, а чуть дальше за ними — новый пирс, где была стоянка небольшого прогулочного теплохода. С другой стороны был пляж, невдалеке за ним несколько домиков улучшенной планировки, а уже за ними — площадки для любителей жить в палатках.

Сам выступ имел продолжение в виде старого деревянного пирса, собранный из нескольких мощных срубов, заполненных большими валунами, и сверху застелен толстыми широкими досками. Выбрав щель побольше между серыми от времени длинными досками, можно было быстро наловить приличную компанию сопливых ершей. Обычно ершей Дима ловил, когда на кухне готовили тройную уху. Тогда этих ершей отваривали в первую очередь для аппетитного навара.

А сегодня попросили принести другую рыбу. Прихватив немудрёную снасть, которая помещалась в пустом спичечном коробке, Дима завернул в полиэтиленовый пакет ещё и кусок белого хлеба. На этот раз предстояло ловить пескаря. Рыба мелкая, но очень вкусная. Пескарь любит прогретое мелководье, а из-за маленького размера и осторожной манеры во время поклёвки рыбакам с обычными снастями практически недоступен.

Как-то, вытаскивая длинную корягу во время расчистки берега, Димка обнаружил на ней прицепившийся маленький крючок и метра три лески в придачу. И сейчас эта снасть была как раз кстати.

Доски слегка прогибались под ногами тихо поскрипывая, а мелкая волна легко дробила солнечную ткань на множество ярких бликов. Для ловли пескаря погода была очень даже недурственна. Скатав из белого хлебного мякиша малюсенький шарик, Дима ловко закрепил его на самом кончике крючка, после этого пропустив леску между пальцами, прижав покрепче, он погрузил снасть в воду. Крючок с грузилом мягко опустился на дно, а свободная от натяжения леска, смазанная тонкой плёнкой жира через прикосновения пальцев, покачиваясь, плавно легла на волну. Поклёвка у этой вкусной рыбёшки была такой осторожной, что поплавок просто не успевал своевременно реагировать на хитрые манипуляции рыбы.

Вдруг леска, до этого безмятежно качавшаяся на волне, стала медленно погружаться. Сделав грамотно подсечку, Димка вытянул из воды первый экземпляр, чуть больше спичечного коробка. И такой мелочи ему сегодня надо наловить примерно полсотни. Всё шло так хорошо, пока за спиной не появилась та вредная девчонка, младше Димки на пару лет. Своим поведением она давно вызывала лёгкое раздражение.

Заявив ни с того ни с сего, что собирается тут загорать, она стала выпроваживать Диму с его места, хотя рядом был свободен деревянный настил. В конце концов, во время взаимного препирательства эта вредина столкнула пакетик с хлебом в воду. Случайно ли, нарочно ли она это сделала, Дима понять не мог, но разозлился не на шутку и в тот же момент сбросил её в воду. Эту картину наблюдали родители девчонки, приехавшие её навестить. Вот Дима и получил от тренера эти непонятные «наряды вне очереди».

Он был не согласен с таким наказанием. Подумаешь, искупалась в тёплой водичке! Димка хорошо запомнил, как она на прошлой неделе принимала участие в заплыве через всё озеро. Когда все ребята преодолели длинную водную дистанцию в шесть километров, тренер сказал, что девочки могут плыть по желанию. «Озеро переплыла, а когда я её сбросил с пирса, так бултыхалась в воде, словно тонула. А там глубина — максимум по пояс», — негодовал Дима, сосредоточенно вглядываясь в убегающий по волне поплавок, сделанный из куска сосновой коры. Поплавок резко ушёл под воду, и Дима стал вываживать из воды крупного окуня. Перед отъездом он хотел взять домой свежей рыбы — в столовой ему обещали её заморозить.

Сегодня началась последняя неделя пребывания их секции в летнем спортивном лагере на берегу этого красивого озера. Дима, убрав пойманную рыбу в пакет с водой, задумчиво выдохнул:

— Хорошо, что эту вредину родители забрали раньше! Теперь никаких помех, чтобы спокойно отдохнуть в оставшиеся дни, не будет. Надо ещё грибов насушить, земляники набрать в день отъезда. Если всё получится, то дома будут рады.

9.167

Одержав долгожданную победу над злобным монстром в компьютерной игре, Юра удовлетворённо выкрикнул победный клич и, по привычке проверив свою электронную почту, сразу зашебуршал в ящике письменного стола.

— Значит, встречаемся через час, — довольная физиономия Юры слабо отражалась в погасшем экране, когда он вытянул из вороха бумаг и коробок с дисками длинный блок сигарет. В нём не хватало всего одной пачки. Её отсутствие было напрямую связано с одноклассником, живущим в соседнем подъезде. На целую минуту Юра завис в задумчивой тишине, вспоминая недавний разговор с Димкой…

…Желая закрепиться в весёлой компании одноклассников, Юра был вынужден идти на определённые уступки, чтобы соответствовать, принимая и невольно разделяя их привычки.

В тот день девчата, с которыми Юра подружился, намекнули, что было бы неплохо в следующий раз получить из рук юноши небольшой подарок. Приложив определённые усилия и сообразительность, Юра смог вскоре стать обладателем целого блока красиво оформленных дамских сигарет. Сидя на скамейке в скверике недалеко от дома, Юра распечатал упаковку и внимательно изучал свою покупку. Именно в тот момент удивлённый Димка и склонился над ним.

— Ты же говорил, что на дух не переносишь табачный дым, — голос Димы звучал строго, требуя ответа от растерявшегося парня.

— Знаешь, это девочки попросили. Смотри, они совсем безвредные, с ментолом… — пытаясь как-то выйти из неловкого положения, Юра протянул другу тонкую упаковку.

— Были бы безвредными, то вместе с игрушками продавались бы на каждом углу, — Димка смял со всей силой яркую упаковку и выбросил в урну. — У нас в секции двоих отчислили за это, здоровье легко подорвать. Им надо, вот пусть сами закупаются этой отравой.

— Ну, меня попросили всё-таки, а в следующий раз я… — Юрка, словно дирижёр, жестикулируя руками, пытался оправдаться.

— В следующий раз они пойдут ещё дальше в своих просьбах. Неужели ты не видишь, что это за компания? Впрочем, я тебе не мама, да и ты сам уже взрослый дядя, — грустно произнёс Димка, припомнив, как Юра, поддерживая одноклассников, громко кричал учителю физики, что они уже все взрослые…

Юра промолчал, понимая, что во многом Димка прав. Но спустя несколько дней этот разговор забылся, а весёлые смайлики, постоянно присылаемые одноклассницами, вернули Юре былую решимость, и он, выудив из блока пару упаковок, стал собираться на прогулку. Летний вечер приглашал всех прогуляться в лабиринте многочисленных огней города. Каждый выбирал свой маршрут.

***

— А наш сын взрослеет на глазах. Представляешь, стал меня расспрашивать про всю родню. И что самое интересное, его любопытство было довольно многогранным. Мне даже пришлось брата побеспокоить, чтобы он выслал нам копию своего архива, — мужской голос на кухне своим густым тембром заглушал старательное шкворчание сковороды на газовой плите, наполняя домашнюю атмосферу волной родительского удивления.

— Да, мне тоже пришлось пройти суровое испытание! Вспоминала с точностью до минуты свою биографию и особенно нашу с тобой первую встречу. А ещё он расспрашивал, не болен ли кто из родственников. Если да, то какое лечение принимает. Даже и не знаю, что на Диму нашло. Но мне было приятно, — в женском голосе чувствовалось, что тема разговора волнует его хозяйку. Незримые вопросы витали по кухне, словно воздушные шарики.

Картошка с хрустящей корочкой неумолимо остывала в сковороде под прозрачной крышкой, а двое в это время увлеченно рассматривали за столом семейные фотоальбомы, отслеживая по ним взросление своего сына.

9.168

В пятницу, выкроив немного времени на рыбалку, Димка отправился к заветному месту, где часто видел стайку крупных окуней, когда плавал под водой. В этот раз ему пришлось взять в помощники Валерку. Поймать рыбу Дима мог и самостоятельно, но близко к берегу обитатели озёрной водички не подплывали — стая двигалась вдоль побережья — из-за этого Димке приходилось осторожно идти в воде почти по самые плечи и пойманную рыбу просто бросать на каменистый берег, надеясь на то, что Валерка изловчится и поймает её.

Сожалея о том, что сегодняшний вечер у него последний из отведённого времени для отдыха — завтра надо будет отрабатывать полученное наказание, — Димка внутренне не соглашался с тренером. Вдруг представил его в образе маленького мальчика, а себя, наоборот, зрелым и высоким.

«Так, опять опоздал на тренировку! Быстро пробежал двадцать дополнительных кругов по стадиону, а потом три круга гусиным шагом! И с улыбочкой давай, а плакать будешь дома!» — подражая Палычу, мысленно мечтая дать нагоняй воображаемому подопечному, Димка облегчённо вздохнул от этой маленькой мести и грустно посмотрел на поплавок.

Тот притих, безмятежно покачиваясь на лёгкой волне, и мальчишка, понимая, что рыбалка на сегодня закончилась, направился к берегу. Валерка уже вытянул из воды сетку с уловом, поджидая, когда рыбак оденется, как услышал над головой мужской голос:

— Ребята, вы тут не видели ножика складного, синего цвета? Он простой, но очень мне дорог. Отец подарил очень давно. Я недавно проходил по этому берегу со спиннингом, может, где-то здесь обронил его. Если вдруг найдёте, то положите его под заднее колесо красного фургона на стоянке. Договорились?

— Ладно, — ответил Валерка, задирая голову, поскольку каменистая полоска берега в этом месте упиралась в заросшую соснами сопку, по краю которой и проходил с удочками незнакомец.

Перехватив у Валерки сетку с рыбой, Дима заметил у него в руке небольшой синий ножик и спросил его не скрывая своего удивления:

— Так ты его нашёл?

— А, да, и знаешь он очень острый, — ответил Валерка, ловко разрезая толстый прутик в руке.

— Может вернёшь его рыбаку?

— А зачем? Думаю, мне он пригодится.

— Давай всё-таки отдадим его.

— За так?

— Хорошо, с меня стакан земляники, — предложил Дима, понимая, что замашки торгаша вкоренились в Валерку основательно.

— Договорились, только смотри не забудь.

Размышляя на ходу, как ему выкроить завтра время на непредвиденный сбор спелой лесной ягоды, Диме вспомнилось, как лет семь назад он тоже оказался в подобной ситуации.

С одним мальчишкой, примерно такого же возраста, они придумали игру на лодочной станции: перепрыгивать из одной привязанной к пирсу лодки в другую. И во время этой чехарды они нашли в одной из лодок пакет с зимними удочками. Обрадовавшись такой находке, они разделили добычу, и вскоре Димка уже опробовал новую снасть в деле, а вечером уже хвастался своим приобретением перед отцом.

Реакция отца была такой: взял сына и рыболовецкую снасть, и весь вечер они ходили по базе, спрашивая всех встречных, не потерял ли кто удочку. Намотав множество кругов по турбазе и не отыскав владельца, уже поздно вечером отдали удочку лодочнику. Воспоминания эти были болезненными, потому что право спрашивать встречных и показывать находку отец предоставил исключительно ему, своему девятилетнему сыну.

Опустив невзрачный на вид складной ножик под колесо красного фургона, Дима облегчённо выдохнул, расставаясь с неприятными воспоминаниями детства.

Приближалось время ужина, и Димка, аккуратно переложив свой улов в крепкий пакет, направился в сторону столовой, пытаясь определить по небольшим островкам потемневшего неба среди колючих шапок сосен погоду на завтрашний день. Радоваться-то особо не стоило — грядущий день всё равно считался пропавшим. На чудо рассчитывать было бессмысленно.

А чудо произошло! Перед самым отбоем…

В полной темноте на охоту вылетели, как обычно, голодные полчища комариных войск, и звёздный узор вспыхивал над притихшим лесом. Одинокий фонарь слабо освещал ровную шеренгу домиков, взгромоздившихся почти на самый верх пологого склона, и силуэты двух человек на скамейке. Голос Палыча за Димкиной спиной, как всегда, грозно проскрипел:

— Давайте по койкам, не болтайтесь тут у меня.

— Да вот последнюю партию доиграем сейчас, — указывая рукой на игровую доску, где его белые шашки имели небольшое преимущество перед соперником, обронил Дима, выискивая лучший ход.

— Да, последнюю и по домам, — вступился Димкин соперник — худенький старичок из соседнего домика.

Тренер хмыкнул и, хлопая себя время от времени веткой, стал наблюдать за игрой. Комариный писк усиливался с каждой минутой. Но чей-то голос, не скрывая своей радости, гулко разорвал задумчивую тишину:

— Парень! Наконец я тебя нашёл! Я тут все домики на уши поднял, пока до тебя добрался! — голос принадлежал тому самому рыбаку, потерявшему отцовский ножик.

Перед Димкиным носом вдруг появился большой свёрток фольги, из которого во все стороны улетучивался приятный аромат копчёной рыбы.

— Прими в знак благодарности! — мужчина развернул фольгу. Два огромных леща с бронзовым загаром от горячего копчения красовались перед глазами.

Тренер почему-то перестал махать веткой и, опустив руку на плечо Димки, с довольным видом пожал руку незнакомцу.

— Твой парень? — участливо спросил рыбак, широко улыбаясь.

— Мой! Все силы в него вкладываю, — Палыч светился ответной улыбкой.

Попрощавшись, рыбак нырнул в темноту, а следом за ним и старичок скрылся за дверью соседнего домика.

— Ладно, на завтра наряды отменяются. Можешь отдыхать вместе со всеми, — милостиво обронил Палыч, поворачиваясь к Димке спиной.

Когда Дима перевёл свой взгляд на фольгу, то одного леща там уже не было. Видимо, тренер в былые годы тоже был неравнодушен к рыбалке.

— Ура! — тихо произнёс Дима, сдерживая себя, чтобы не закричать от нахлынувшей радости и пытаясь запомнить звёздный узор над головой.

Помечтать не дали. Ребята из секции, заталкивая Димку в домик, набросились на ароматный подарок. Непозволительно вкушать такой деликатес в холодном виде! И в этом вопросе Дима был с ними солидарен.

9.169

В комнате было оживлённо. Вся эта оживлённость сконцентрировалась у стола. Если дети играли в свою игру, прячась под столом за свисающими краями расшитой вручную скатерти, то взрослые вершили игру непосредственно за столом — они пытались из разнокалиберных коробочек и свёртков соорудить высокую праздничную башню, укрывая её цветной бумагой. Несмолкаемый разговор во время этой творческой работы заполнял просторную комнату.

— Настоящие робинзоны не берут с собой в поход консервы и прочую ерунду! Всё, что надо: спички, соль и острый топор! — уверенно заявила Катерина, пытаясь завязать большой бант наверху импозантной пирамиды — ленточка в самый последний момент ускользнула из рук, видимо, тоже прониклась праздничным настроением, поэтому и проявила игривость.

— А дети чем будут питаться? — мягкий голос женщины в изящном платье был насторожен.

— Дети будут заряжаться солнышком и свежим воздухом! — бодро ответила Катя, поднимая с пола соскользнувшую ленточку.

— В дорогу Софья Ивановна испекла пирожков, так что будь добр, братик, проследи, чтобы Катя случайно не увлеклась ими. По забывчивости. И позаботься о том, чтобы в её рационе на ближайшие два дня присутствовали исключительно озвученные ею ингредиенты! — настойчиво заявила женщина, обращаясь к мужчине в летнем камуфляжном костюме и помогая Кате закрепить сложный бант наверху башни.

— Сестрёнка, будь спокойна! Накормим и даже добавки дадим сполна! Будет стройная, как кипарис! — весело откликнулся на обращение сестры брат.

— Постойте, постойте, ну хоть водички попить озёрной можно? А то я и так стройная, как та жердь, — пытаясь выкроить для себя хоть какие-то послабления, Катя пригнулась к пакету с пирожками, вдыхая источающие ароматные запахи вкусной выпечки, осторожно спросив, — А пирожки мы можем и перед походом оприходовать, не так ли?

— Ася, Дениска, позовите Светлану, она у себя в комнате. Да, я вам поручаю тоже следить за тётей Катей и этими пирожками.

Дети дружно выскочили из комнаты, желая выполнить поручение, а слова мужчины прозвучали как слабое утешение:

— Катя, не переживай, наловим рыбы и соберём грибочков. Самое время. Да и про ягоды не забывай. Сейчас важно уговорить мою племянницу принять наши подарки. Мы ведь не переборщили с этим сюрпризом?

— Возможность праздновать свой День рождения два дня подряд не каждому выпадает! А подарки наши примет, я не сомневаюсь. Проблема в том, что нам этого будет мало! Сейчас дружно улыбаемся и надеемся, что мелкие нам помогут её уговорить! — подбодрила Катя, активно размахивая руками.

Вскоре в комнате появилась и виновница праздника. Все, затаив дыхание, следили, как Светлана аккуратно развязывает бант и сворачивает упаковочную бумагу.

Внимательно осмотрев все предметы на столе и поблагодарив собравшихся, Света после небольшой паузы сказала то, что от неё с нетерпением и ожидали:

— Ладно, я надену всё это, но только сегодня.

— Ура! У нас получилось! Поздравляем с днём рождения! — не скрывая радостных улыбок, трое взрослых людей дружно хлопали в ладоши, высоко подняв руки.

— Ну как малые дети, — глядя на этот всплеск эмоций, произнесла Света, улыбнувшись, и обратилась к малышам: — Дениска, Ася, помогите мне перенести подарки в комнату, они ведь точно не успокоятся, пока не примерю всё это.

Когда Светлана скрылась в своей комнате, возле опустевшего стола снова оживлённо заговорили.

— Значит, сейчас выезжаем на природу, активный отдых претворяем в жизнь, а завтра вечером приедем обратно и уже будем тут отмечать день рождения. Правильно, сестрёнка? — спросил мужчина, внимательно осматривая удочки.

— Да, ты мечтал порыбачить в наших краях, так что постарайся там. Софья Ивановна обещала пироги с рыбой и грибами испечь, конечно, если вы их добудете. А завтра вечером придёт с работы Виктор. Да и Софья Ивановна говорила, что придёт, — голос хозяйки был наполнен заботой и участием.

— Пусть Софья Ивановна начинает месить тесто — мы там всю рыбу построим вместе с грибами в шеренгу! — уверенно заявила Катерина, укладывая в большую корзину пирожки. Она всем своим видом показывала, что не стоит сомневаться в способностях дружной команды. — Наловим и наберём столько, сколько захотим.

Света сразу сообразила, в чём состоял подготовленный для неё сюрприз. Заметив резкие перемены в стиле одежды, который не по возрасту стал сдержан, и, чтобы как-то оживить её внешний вид, взрослые договорились подарить что-то из одежды и обуви.

Развернув упаковку, Света увидела стильную летнюю шляпку, юбку-шорты, жакет и даже босоножки. В маленьких коробочках находились украшения. А рядом лежали незамысловатые, но очень искренние детские рисунки.

9.170

— Сын, в жизни необходимо брать на себя ответственность. Если не сделаешь этого, то останешься лишь пустой оболочкой, бредущей по жизни! — постаревший за последнее время опытный воин произнёс задумчиво, всматриваясь в притихшего младшего сына.

Предстоял непростой разговор о самом дорогом и близком человеке для обоих путников, остановившихся на краю горного ущелья рядом с тонким подвесным мостом, сплетённым из прочных корней вечного дерева.

— Пришло время рассказать во всех подробностях о том, что произошло здесь много лет назад. Вкратце ты, конечно, знаешь, как мужественно встретила свой последний день твоя мать, — отец развернул плащ на небольшом валуне и, присев на него, неспешно обвёл взглядом высокие горы, нависшие над ними со всех сторон.

Младший сын знал, что в самом центре города горожане установили в память о его матери памятник в виде вырезанной из ствола вечного дерева фигуры женщины, и каждый раз, именно в тот день, когда мама спасла всех, кто отправился тогда с нею в горы за сбором целебных трав, в женских ладонях скульптуры таинственным образом распускались живые цветы. Никто не знал, как это происходит, но люди с благодарностью собирали их и уносили по своим домам. На добрую память. Многие высаживали эти цветы и бережно ухаживали за ними. Ночами от них исходило лёгкое свечение. Люди заметили, что дети, оказываясь рядом, успокаиваются и перестают капризничать. И это далеко не всё, что можно было поведать о цветах.

— Ты знаешь, что время цветения горной лозы очень короткое — всего пять дней, и если вовремя не собрать их в специально подготовленный сосуд с соком змеиной травы, то соцветия засохнут и потеряют лечебную силу. Как правило, собирать эти цветы отправлялись женщины и дети-подростки. Летающие ящеры в тех местах в своих гнёздах откладывали яйца и высиживали их. Если вести себя тихо и близко к ним не подходить, то они на людей не обратят особого внимания и позволят собирать лечебные цветы, — размеренная речь отца стала тише, воспоминания давались ему тяжело. — Накануне в городе появились торговцы, которые принесли на продажу очень лёгкие и удобные заплечные сумки, сшитые из кожи древесных червей. Цена на удивление была очень скромной и, конечно, почти все женщины, собиравшиеся отправиться в горы за сбором трав, приобрели эти сумки, — голос пожилого воина стал ещё глуше, и он замолчал, собираясь рассказать сыну самое главное.

— Как оказалось, это были не торговцы, а тщательно замаскированные охотники за яйцами ящеров. Их план был очень коварен и прост. Все проданные ими сумки были пропитаны раствором белого корня, он очень устойчивый, но слабо выраженный. Дождавшись, когда женщины забрались в горы и начали собирать цветы, охотники украли у ящеров из гнезда яйца, опрыскав раствором белого корня всё гнездо, — отец печально посмотрел на сына, и боль, долгое время сидевшая в груди, на короткий миг нашла отражение в его глазах.

— Разъярённые ящеры напали на женщин и детей в тот момент, когда они уже возвращаясь с собранными травами обратно, пытались перейти по подвесному мосту в сторону дома. Охотники точно всё рассчитали, подставив беззащитных людей, — взгляд отца замер на тонкой полоске мостика, соединяющей оба края высокого ущелья, словно сам сейчас невидимой тенью шёл вместе с людьми по мосту в тот злосчастный день.

— Пара ящеров, оставшись без своих детёнышей, стала в гневе сбрасывать огромные камни на тонкую ниточку подвесного моста. Твоя мама приняла решение закрепить на своём теле как можно больше сумок с заготовленным раствором и активировала магический доспех для полёта. Тот самый, что я тебе подарил, — мужчина встал, словно отдавая дань герою, склонил голову и завершил эту печальную историю: — Она поднялась в воздух, отвлекая ящеров на себя. Когда они набросились, то разбила все сосуды, зная, что высокая мощность заготовленного эликсира сможет на время парализовать всё живое, и поэтому они, сцепленные в один клубок, обездвиженные, упали на дно ущелья и разбились.

Юноша, склонив голову, стоял рядом с отцом, и только чистые хрусталики слёз тихо орошали цветы, которые он сейчас бережно держал в руке.

9.171

Когда рано утром за шумной компанией, наконец, закрылась входная дверь, и комната вмиг опустела, хозяйка квартиры сразу набрала знакомый номер телефона:

— Софья Ивановна, пирожки Ваши я вручила, все остались довольны и просят добавки.

Выслушав ответ, женщина рассмеялась и озвучила состав команды, отправившейся на природу:

— Да, брат мой приехал, как и обещал. С племянницей. Асе скоро шесть лет исполнится. Смогли выбраться в гости. Да, и Катя с Дениской, Вы их знаете. Команда у них что надо! Думаю, Свете будет весело с ними. Жаль, у Рубена гастроли. А завтра вечером соберёмся у нас. Вы только не обременяйте себя готовкой, а то я совсем разленюсь. Договорились?

***

Спустя три часа вся дружная компания уже благополучно расположилась на борту небольшого прогулочного теплохода, отправившегося на обзорную экскурсию по озеру.

Кораблик, старательно раскрашенный в бело-голубой цвет, отчалив от пристани, бодро направился в сторону островов, находившихся в прямой видимости. Чайки, выкрикивая, шумно танцевали над длинной волной, отбегающей от корпуса судна и тянущейся слегка закрученной косичкой по зеркальной глади водоёма.

Оказавшись на борту, Катерина с Дениской сразу спустилась в салон, где для желающих проводили весёлую викторину. А отец Аси быстро сдружился с мотористом теплохода и исчез в люке машинного отделения. Ася и Света, оставшись на палубе, просто любовались голубой поверхностью притихшего озера. Спустя какое-то время Ася нарушила молчание:

— Света, а почему ты сегодня без фотоаппарата?

Вопрос маленькой девочки был уместен, так как контуры островов заметно приближались, и уже можно было рассмотреть красоту прибрежного пейзажа. Если ближайший остров походил на сильно гружёный фрегат с многочисленными соснами-парусами, то остров по соседству, меньший по размеру, представлял собой нагромождение больших каменных глыб. Этим и притягивал внимание. На палубе почти все принялись фотографировать, снимать на видео. Каждый ловил уникальный кадр под своим ракурсом.

— Сама не знаю. Хочешь, можно на телефон снять, — рассматривая острова и не проявляя особого энтузиазма, немного помедлив с ответом, спокойно сказала Света.

— Нет. Такой день хороший, а ты невесёлая! — Ася взяла руку Светы, положила себе на плечо и, внимательно всматриваясь в лицо сестры, предложила: — А давай немного поиграем с Досей и Реми. Помнишь, как мы раньше с ними придумывали разные истории? У папы даже видео сохранилось. Я много раз пересматривала.

— А ты их с собой взяла? — Света крепко обняла сестрёнку и легонько прижалась к её головке.

— Конечно, смотри, — раскрыв сумочку и вынув фигурки игрушечных обезьянок, ответила Ася, давно ожидая этого момента. — Соскучились по тебе. Ты же их делала. Для меня, помнишь?

— Хорошо. Тогда сегодня они будут юнгами корабля! — заряжаясь позитивным настроем от сияющей во всё лицо Асиной улыбки и стараясь придумать интересную тему для общения двух обезьянок, Света невольно улыбнулась.

— Тебе дам Реми, а себе возьму Досю, — распределяя обезьянок, произнесла Ася. Привычно надев пальчиковую куколку, согнула пальчик на вытянутой руке, изобразив поклон.

— Сегодня на этом пароходике должны зажечься улыбки! Ты готова, Дося? — Свете ничего не оставалось, как отыгрывать роль весёлой обезьянки, которая улыбалась во всю мордочку, довольная тем, что Света водрузила её на свой мизинец. Ася специально отдала эту куклу, а себе оставила другую — с серьёзной мордашкой, но при этом тоже большую любительницу розыгрышей и шуток.

— Да, Реми! И первыми в нашем списке будут тётя Катя и Дениска! — выпалив весело свой воинственный клич, Ася стремительно ринулась на поиски нужных ей героев.

Провожая взглядом убегающую девочку, Света невольно вспомнила себя — в шесть лет она была такой же озорной девчонкой.

…После памятного знакомства с дядей Рубеном и его театром, родители Светы быстро сдружились с ним и его супругой, тётей Тасей. Именно тогда, оказавшись вместе с Рубеном на катке, открывшемся в городском парке, Света впервые смогла почувствовать волшебную магию, которой может обладать человек.

На белых аллеях парка было многолюдно. Из сугроба торчали маленькие варежки, закреплённые между собой длинной тесёмкой и припорошённые лёгким снежком. Но Света смогла разглядеть их под синими огнями высоких фонарей, старательно отодвигающих тёмное покрывало вечернего неба от собравшихся в парке людей.

— Дядя Рубен, смотри, смотри, кто-то потерял рукавички! — выкрикнула она, вытягивая из снега шерстяные потеряшки красного цвета.

— Да, интересно, кто их потерял?

— Красные девочки носят.

— И как нам найти эту девочку?

— Может, привяжем их к дереву, на ветку.

— Сейчас уже вечер, да и дорожек в этом парке так много, что сразу все и не обойдёшь. Тут надо что-то другое придумать.

— Мы можем взять эти варежки и пойти с ними туда, где много ребят и там показать их.

— Хорошая мысль! Но я думаю, что нам для поиска этой девочки придётся на время стать волшебниками! Ты согласна?

— Да, здорово! А у нас получится?!

— Мы будем очень стараться!

— Ура! А что мы будем делать?!

— Мы должны с тобой научить эти варежки разговаривать, петь песенки и рассказывать интересные истории.

— А…! Мы устроим представление?!

— Так точно! Мы одна команда волшебников! Нам всё по плечу!

Через несколько минут возле небольшого павильона, где любой желающий мог взять коньки напрокат, развернулось целое представление, в котором главными действующими лицами были рукавички-потеряшки. Дядя Рубен очень ловко придал им форму кукол, использовав обрывки полиэтилена и даже свои собственные шнурки с ботинок. Импровизированной сценой для артистов был большой стенд информации, расположенный у входа на каток. Помочь в этом представлении вызвались и остальные взрослые. Папа Светы изображал оркестр, играя на расчёске и бумажных стаканчиках и подыгрывая связками ключей. Тётя Тася отвечала за спецэффекты — в нужный момент подбрасывала снег над сценой или из шапки изображала миниатюрный домик. А мама Светы ходила по аллеям парка и приглашала всех детей на представление, особенно тех, кому нравились красные варежки…

Внимание улыбающихся людей, смех, аплодисменты и в конце этого действа появившийся хозяин красных варежек, им оказался мальчик, — всё это ярким солнечным светом оставило след в душе маленькой девочки, которая сейчас заметно повзрослела. Слова дяди Рубена, сказанные тогда, она помнила слово в слово: «Света, когда у тебя получается зажигать на лицах детей добрые улыбки, ты становишься волшебницей. Это магия твоего сердца! Я очень хочу, чтобы она всегда жила в тебе, согревая и радуя многих!»

9.172

Светлана добросовестно выполняла роль нянечки — с одной стороны на неё навалился сонный Дениска, а с другой — сладко посапывая, крепко прильнула Ася. В уютном салоне теплохода было относительно тихо. Взрослые тоже устали от насыщенной программы: острова, посещение фарфорового цеха на другом берегу, прогулка по Ярмарке Мастеров в небольшом городке.

Громкое постукивание и редкие возгласы доносились лишь из дальней части салона. Света сама попросила Катерину и своего дядю, игравших в нарды, уйти подальше от спящих детей. Катя выиграла эти нарды за победу в викторине, громко заявив, что на своей доске никому не проиграет. Асин папа оказался крепким орешком, уступать не собирался, утверждая, что нарды — мужская игра. Вот в такой в битве не на шутку они и сцепились за личное первенство.

Прижатая с двух сторон малышами, Света держала в руке тонкую тетрадку, скрученную в тугую трубочку. Послание, которое Артём поместил в упаковку с подарком, Ася передала ещё утром, а Света только сейчас улучила момент, чтобы прочесть его.

Артём, брат Аси, был старше Светы на два года, но общению это не мешало. Их очень сближало одно увлечение. Мир техники, где царствовали быстрые автомобили и мощные мотоциклы, интересен был обоим. Но прошёл уже год, как их общение свелось к формальности, выраженной в двух словах: привет, пока. Не на пустом месте свернулось оно до таких пределов. Причина таилась в одном имени, которое неоднократно упоминалось двоюродным братом в длинном письме. Он просил у Светы прощения, подробно объясняя всю сложившуюся ситуацию, которая долгое время оставалась непонятной, но прояснить её всё же удалось.

«Юлия, можно просто Юля» — так представилась Свете одноклассница Артёма во время их знакомства. Именно она стала камнем преткновения, отгородив надолго брата и сестру друг от друга, поставив обоих в неприятное положение, из-за которого они переживали.

***

Случается, что один эпизод в жизни человека, ничтожно маленький по времени, может оставить в памяти незабываемое воспоминание. У Юли этот случай состоялся в детстве, когда она побывала в цирке в компании с одной девочкой. Их ещё в дошкольном возрасте познакомили родители.

Когда на ярком манеже цирка завершилось представление, в просторном фойе для желающих предлагались платные услуги — фотосессии с артистами цирка. Клоун, с которым девочки решили сфотографироваться, во время фотосессии неожиданно предложил Юле самой навести объектив на свою подружку, и когда он восторженно расхваливал фотографию, появившуюся в небольшой пластинке, то для маленькой девочки это простое действие стало мечтой, заветным желанием на ближайшее время. На день рождения Юля и получила в подарок фотоаппарат. Новое увлечение оказалось не сиюминутной прихотью ребёнка. Девочка старательно фотографировала, придерживаясь определённых тем. Цветы, птицы, даже соседские коты мелькали на снимках фотовыставки, устраиваемой самой девочкой. Родители поддерживали дочку во всём, поэтому пороги школы и фотокружка она перешагнула практически одновременно.

Прошло девять долгих лет, и за это время Юля ознакомилась с основами фотоискусства: построением кадра, основами композиции, режимами съёмки, балансом белого, теорией цвета, жанрами фотографии и многими другими премудростями.

В своей школе она уже несколько лет была внештатным фотографом. Это она кадр за кадром фиксировала школьные мероприятия как в стенах школы, так и за её пределами. Практика была большая, поэтому знакомые не раз приглашали её в качестве фотографа на семейные торжества и юбилеи. А прозвучавшее однажды объявление, что состоится первый Городской фотоконкурс среди школьников, воодушевило её. Юля просто летала по школе, заранее предвкушая свой успех и лавры победителя, справедливо убеждая себя в возможности победить на этом конкурсе. В отличие от других школьников для победы у неё было всё. Так она считала.

Единственная проблема заключалась в отсутствии явных конкурентов. Только в сравнении её звезда сияла бы ярче, поэтому на школьном этапе нужны и другие участники, чтобы создать видимость конкурентной борьбы. А их не было. Тогда Юля старательно стала просить знакомых и малознакомых ребят и девчат принести любую фотографию на школьный стенд. Лучшие будут отбираться на городской конкурс.

Обратилась Юля и к Артёму, своему однокласснику, с которым практически не общалась до этого, но вспомнив, как выручила его однажды, помогла избежать неприятных нравоучений взрослых из-за расколотого по его вине цветочного горшка.

— Слушай Артём, помнишь, я тебе оказала услугу — помогла со цветком? — начала Юля.

— Да, припоминаю, и что? — Артём оторвался от телефона, с любопытством ожидая, что последует дальше.

— В школе проводится фотоконкурс, а участников катастрофически мало. Может, пару фотографий сделаешь и принесёшь, это же нетрудно. Я отвечаю за организацию этого конкурса. Ты только фото принеси или пришли на почту, а я сама оформлю и размещу, — в умоляющей, но настойчивой форме Юля гнула своё.

— Слушай, я в этом деле совсем дуб дубом, а вот у сестры я видел фотоаппарат, может, её попросить?

— А она школьница?

— Да, она младше нас, в седьмом классе учится, только в другом городе живёт.

— Она занимается фотографией?

— Да ты что! Ну пару раз видел, как она фотографирует… Зато она классно гоняет на машине! — ответил Артём. Он, влюблённый в технику, выделял в арсенале Светы только одну, созвучную ему тему, не обращая внимания на другие интересы двоюродной сестры.

— Ясно, ну неважно, ты или она… Если пару фотографий мне предоставите на конкурс, буду очень признательна.

— Лады, — хмыкнул Артём, переключаясь на экран своего телефона.

— Только запиши или запомни тему конкурса «Улыбка Весны в Объективе»

— Вот, я уже отправил ей сообщение. Всё будет тип-топ! — бодро завершил этот разговор Артём, довольный тем, что смог это задание сбагрить на Свету, которая довольно быстро прислала сообщение о готовности помочь.

9.173

Занимаясь все эти дни обустройством фотовыставки и пребывая в лёгкой эйфории, Юля упустила одну незначительную деталь, которая усложняла ситуацию и ввергала в состояние двойственности: радости и глубокого разочарования одновременно.

То, за чем Юля тщательно следила, принимая фотографии у ребят из других классов, она почему-то упустила при оформлении работ одноклассников. Под каждой фотографией помимо фамилии должны были быть инициалы. Это требование необходимо было чётко соблюдать. Почему так получилось?

Одноклассники оказались абсолютно равнодушным к её усилиям, поэтому представлять свой класс на выставке пришлось в гордом одиночестве. Когда выставка уже открылась, звонок от помощницы, помогающей ей в проведении данного мероприятия, застал Юлю врасплох.

По телефону девушка сообщила, что кто-то принёс две фотографии, уже подготовленные для выставки. Они имели нужный размер, были оформлены в рамки. Но на этикетке был указан только класс, в котором училась Юля. И больше ничего. Сама Юля в это время была занята съёмками спортивного мероприятия, где участвовала школьная команда. Понимая, что в эту минуту у неё нет возможности разрешить ситуацию, попросила принять фотографии и установить их под её, Юлиной, фамилией.

Она предположила, что это мог быть Артём, но времени на выяснение его отчества не было. Массовость придавала особый вес выставке, поэтому Юля решила просто использовать принесённые фотографии для наполняемости их классного стенда, рассчитывая, что через пару часов она уже будет в школе и перепишет фамилию, добавив необходимые инициалы.

Конечно, она в спешке приняла такое решение. Голова её была перегружена всевозможными обязательствами. Приходилось снимать спортсменов, тренеров, спонсоров мероприятия, зрителей. Потом она непременно поймёт, что благодаря этому решению её жизнь пересечётся с удивительным человеком, который не исчезнет бесследно, а своим появлением ещё и поднимет в её душе огромную волну внутренних противоречий.

После соревнований появиться в школе тоже не получилось. Лишь на следующий день рано утром ей удалось выслушать отчёт о первом выставочном дне. Отбор работ для дальнейшего участия в городском конкурсе осуществлялся специальной комиссией из опытных профессиональных фотографов. Три мастера, закреплённые за определённым районом, независимо друг от друга, просматривали фотовыставки и отмечали наиболее интересные работы. Выделить можно было не более пяти работ, а если таковые не находились, то в списке напротив школы делался прочерк. Каждая фотография на школьном стенде имела порядковый номер, которому соответствовала закреплённая запись в журнале. За всем этим надлежало следить Юле и её помощнице.

Фотограф из комиссии, который накануне приходил на фотовыставку, был первым из той тройки. Он сделал общие фотографии всех стендов, проверил правильно ли заполнен журнал. Юлиной напарнице пришлось подсуетиться и быстро добавить запись о тех фотографиях, которые принесли в последний момент. Возможность что-либо изменить просто исчезла. Авторство работ на стенде её класса теперь принадлежало ей. Аккуратные таблички с указанием её фамилии и инициалов подтверждали это.

Смирившись с этим недоразумением, она пошла в актовый зал к стенду своего класса.

Два новых снимка были ничем не примечательны. На одном — кучка грязного снега, а на другом — дворники, идущие по улице. Единственное, что радовало, — фотографии соответствовали установленному размеру и были в рамках.

Позже, спросив Артёма о фотографиях, Юля услышала, что он их принёс и положил на стол, даже не распаковывая. Очевидно, тема высокого искусства не интересовала его вообще. Вскоре этот эпизод в школьной суматохе забылся, а подготовка к предстоящим экзаменам поневоле свела на нет все переживания. Стоит ли переживать по мелочам?

9.174

Две недели с открытия школьной фотовыставки пролетели быстро. Распух от написанных отзывов толстый журнал. Наконец, были объявлены результаты первого тура. На следующий этап конкурса прошли пять Юлиных работ. Ребят с максимальным результатом из всех школ города оказалось совсем немного — четыре человека.

А Юля стояла перед стендом класса, отказываясь верить в то, что ей приходится делать собственными руками. Она аккуратно открепляла пять лучших работ, которые собрали самые высокие баллы, чтобы отправить их на второй тур конкурса. Юля готовила для конкурса ровно пять фотографий. Почему же сейчас две её работы остаются сиротливо висеть на стенде? Вместо них приходится снимать две фальшивки, ничего не представляющие собой!

— Где глаза были у этих профи?! — громко выдохнула девушка, заочно обращаясь к фотографам, сделавшим такой нелепый выбор.

— Юля, поздравляем, ты в финале всех разнесёшь! Это точно! — знакомые девочки с восхищением окружили её.

— Благодарю, девчата, за поддержку, но в следующем туре будет намного сложнее. Там будут участвовать лучшие работы! — ответила Юля, пытаясь спрятать своё бушующее недовольство в напускной улыбке.

— Юля, как ты думаешь, в скольких номинациях победа будет за тобой? Возьмёшь все пять?! — в восторженных голосах чувствовалось такое же желание победить.

— Думаю, если в двух-трёх номинациях смогу выиграть, то это будет хороший результат, — скромно заявила Юля, до сих пор в мыслях даже не допуская, что она кому-то уступит.

Она заберёт все призы! Не иначе! Она была так уверенна в этом. А сейчас этот настрой претерпел существенную поправку.

Девчонки ушли, а вместе с ними ушло и воодушевление, внезапно появившееся с приходом восторженной группы её почитателей. Ситуация была не такой радужной. Всего три её работы могли конкурировать! А у трёх школьников в городе есть даже максимальный результат! Чтобы понять уровень конкурентов, надо как можно скорее увидеть эти работы.

С этими мыслями Юля вышла из актового зала и сразу столкнулась с Артёмом, который с выпученными глазами тащил огромный диван через весь холл под сопровождение улюлюкающей толпы пацанов. Ноша была непосильна. Видно опять поспорил с мальчишками о какой-нибудь ерунде. Дождавшись, когда он закончит свои странные манипуляции, Юля захотела спросить о том, почему он принёс лишь две фотографии. Но вовремя вспомнила, что она сама тогда обозначила количество.

«А если бы Артём принёс пять фотографий, а не две? Сколько фотографий из них тогда выбрали бы на конкурс?», — внезапно посетившие мысли накрыли Юлю серым облаком, но она постаралась быстро выбросить из головы эти мысли, решив, что надо верить в себя.

Старательная и прилежная девушка в фотокружке радовала успехами своего наставника. Её художественный почерк за эти годы вырос, и техническая составляющая процесса съёмки была на высоком уровне. Наработанная база позволяла идти дальше по пути творчества, и поэтому опытный наставник в задушевной беседе предлагал Юле взглянуть на мир фотоискусства под новым ракурсом:

— Юля, участвовать в конкурсах, конечно, интересно, да и польза не малая от этого. Но всё-таки главное — не победа и призы, поверь мне. Самое главное, возможность научиться чему-то новому, расширить свой кругозор в творческой диафрагме, так сказать.

— Ну, без таланта и упорной работы призы не завоюешь! — уверенно подчёркивая, в большей степени для себя, значимость конкурсов и призов, заявила Юля.

— Как скажешь. Желаю тебе интересных событий и новых открытий на конкурсе, — пожелал умудрённый жизнью мужчина, понимая, что порою лучше один раз увидеть, чем сто раз выслушать, тем более, когда это касается фотографии.

«Лучше бы пожелал мне победы», — с ноткой недовольства подумала про себя Юля. Она была категорически не согласна с руководителем кружка, но спорить не стала. Желание победить росло с каждым днём всё сильнее и сильнее.

Состоялся второй тур. Во время него отсеялась ещё одна Юлина работа. Значит, теперь в решающем туре будут участвовать всего две работы! И ещё те две работы, которые Артёму прислала сестра. Юля до сих пор не понимала, за счёт чего простые на вид, ни о чём не говорящие фотографии незнакомой девчонки, которая ещё и младше, прошли такой длинный путь и добрались до финала. Из тысячи работ, что прошли первый тур, после второго осталось всего сто работ. Если разделить на пять номинаций, то получается, на один приз — двадцать претендентов.

«Надо обязательно почитать отзывы на работы этой незнакомой девчонки, ведь по факту я являюсь автором этих фотографий. Вдруг мне будут задавать вопросы, а я до сих пор в неведении, что мне сказать в ответ по существу. Какая изюминка скрыта в её фотографиях? Что в них так сильно привлекает внимание многих?» — подобными вопросами задавалась Юля в последнее время.

9.175

Дождавшись, когда возле работ, присланных сестрой Артёма, остановились солидные мужчины, вооружённые навороченной импортной оптикой, предназначенной для серьёзных свершений в области фотографии, Юля осторожно стала приближаться к ним, чтобы услышать отзыв о работах. Когда, делая вид, что изучает соседние снимки, девушка практически вплотную остановилась рядом, громкий всплеск дружного хохота трёх мужчин заставил её ошарашенно вздрогнуть и с опаской сделать шаг в сторону.

Один, улыбаясь, повернулся в сторону Юли и спросил её:

— Это случайно не ваша работа?

Издав непонятный возглас и изобразив в воздухе сложное движение руками, Юля сделала полукивок, похожий на приветствие, и, развернувшись, быстро пошла к выходу.

Она изо всех сил сдерживала себя, хотелось бежать, как можно быстрее. «Чего я ждала? Дура! Они же смеются над этими фотками и даже не скрывают этого», — вылетая пулей на улицу, с горьким чувством разочарования укоряла себя Юля.

А в это время возле фотографий разгорелось бурное обсуждение.

— Ребята, потише, а то всех детей распугаем, — полный мужчина с гладкой лысиной на большой голове обратился к товарищам.

— Тут трудно сдержаться… Какой красивый посыл даёт автор! После многочисленных травинок, девчачьих улыбок и тающих сосулек увидел по-настоящему серьёзную работу… Даже не верится, что это работа школьницы, — мужчина высокого роста, внимательно всматриваясь в фотографию, не скрывал своего удивления.

— Да, хорошая зарисовка! Главное, так жизненно. Автор молодец! Обязательно после окончания выставки попрошу разрешение напечатать снимок в нашей газете, — пытаясь по привычке пригладить упрямую рыжую шевелюру, ещё один фотограф не скрывал своего восторга.

— А как грамотно табло с электронными часами в общем ракурсе работает, словно отсчитывает последние мгновения упрямой зимы. Да, удивительно в простой повседневности увидеть такой уникальный кадр. Вы посмотрите, на заднем плане тачка с лопатой. Одно мгновение. А как всё взаимосвязано! Однозначно — весенняя улыбка тут присутствует! Неординарная, я бы сказал! Так и просится в наш журнал. Думаю редактор будет не против, — мужчина с шикарной лысиной, довольный увиденным, сделал запись в блокноте и предложил товарищам подойти к следующей фотографии, которая тоже обратила на себя внимание.

И другая работа Светланы, о которой Юля высказалась небрежно — «просто мужик с лопатой идёт» — удостоилась такого же оживлённого и бурного обсуждения.

***

Когда Артём попросил пару фотографий, обидеть отказом Светлана и не помышляла. Желая помочь, вооружилась фотоаппаратом и поспешила на «охоту» в круговорот повседневных будней шумного города.

Город, щедро засыпанный песком и реактивами из-за переменчивости погоды, буквально весь был очищен от снега, а солнышко старательно сбросило с крыш последние гирлянды сосулек. Поневоле надо постараться найти хотя бы что-то, напоминающее о зиме. Весна — это же продолжение уходящей зимы… Пытаясь для начала найти ключевую для снимка взаимосвязь, которая послужила бы бы основой поиска, Света отправилась на окраину города. Там располагался крупный парк отдыха и найти ускользающую тень зимы шансов было больше.

Определившись с темой, Света задумалась… А какой может быть улыбка Весны? Грустной? Доброй? Озорной? Можно бесконечно перечислять… Надо найти ту, которая сейчас бежит где-то по улицам, переулкам или прячется за спиной идущего ей навстречу прохожего.

Автобус, распахнув свои створки, выпустил «охотницу» на волю и, заглотив новую партию озябших человечков, отчалил от остановки. Решив, что на обратном пути она будет добираться на электричке, игнорируя набитые битком автобусы в час пик, Света прошла по маленьким квадратикам уложенной брусчатки буквально десять метров и остановилась как вкопанная.

В небольшом пространстве, а это была площадка метров шесть в длину и столько же в ширину, в которую можно было спуститься по четырём широким ступеням, прямо перед Светой красовалась её первая добыча. В центре брусчатки, выложенной в форме квадратиков, возвышалась на полуметровой высоте снежно-ледяная башня — крепость. Обсыпанная песком и собранная из обломков серого льда, она горделиво стояла в эпицентре насыщенного потока людей. Буквально в двух метрах от неё — пригородные кассы. Рядом с кассами лестница вела пассажиров в подземный переход для выхода на платформы. Напротив касс находился киоск с напитками, печеньем и разными сладостями. При спуске в подземный переход по бокам каким-то невероятным образом смогли пристроиться ещё два магазинчика и цветочный павильон — двери были открыты для покупателей.

И в этой невообразимой толчее снежно-ледяная крепость возвышалась победоносно! Участок всё время в тени, и солнышку не по силам сражаться с последней надёжной защитой зимы. Но понимая, что данная конструкция является помехой для пешеходов, дворник, в силу своей занятости, обмотал снежную пирамиду красно-белой лентой и на самую верхушку этой башни водрузил красный флажок, вынудив горожан водить хороводы вокруг этой нарядной «ёлочки».

А чтобы «ёлочка» не радовалась сильно, в снимок очень органично вписывалось электронное табло с бегущим таймером времени. В довершении на заднем плане просматривалась приготовленная тележка со скребками. Улыбка Весны на этом снимке получилась многозначительной и символичной.

9.176

Светлане пришлось минут пятнадцать выжидать, чтобы сделать второй снимок. Прогуливаясь по чистым тротуарам, девушка видела, как в паутинке гибких ветвей просыпаются мохнатые паучки — нежные почки, как лёгкие облака старательно растекаются улыбкой на голубом воздушном холсте, как светлеют лица горожан, радуясь приближению вешних дней,

Света понимала, что на многих фотографиях и будет представлено это явное весеннее преображение, она же настойчиво искала что-то другое. Она не знала, что конкурс будет общегородским — Артём не сказал. Но хотелось прислать брату достойные работы.

Высокий ясень раскинул ветвистую сеть рядом с домом, желая задержать солнечные лучи, но они ловко ускользая, рисовали его стройный силуэт на светло-коричневой штукатурке. Светлана, любуясь весенним калейдоскопом, остановилась, пропуская мимо себя прохожих. Трое рабочих, одетых в одинаковые комбинезоны несли на плечах длинные деревянные черенки, на которых были закреплены скребок для льда, большая снеговая лопата из пластика и жёсткая пластиковая метла. Похоже, весь инвентарь они несли на хранение до следующей зимы. Света пошла за ними. Внимание девушки привлекла интересная деталь в снаряжении одного из рабочих. В широком совке лопаты в стороне от центра зияла рваная прореха по размеру в два кулака. Возможно, эта поломка произошла во время уборки. Выломанное пространство имело острые и неровные края и выглядело фактурно и впечатляюще.

Сегодня Свете везло. Удача снова была на её стороне. Словно на мягких лапах девушка-фотограф бесшумно сопровождала свою цель, и когда на одном перекрёстке рабочие на мгновение остановились, переговариваясь между собой, а выглянувшее из облаков солнышко выстрелило точно в зависшую в воздухе лопату, подмигивая фотографу озорной улыбкой, щёлкнул затвор фотоаппарата. Сделав долгожданный снимок, Света убрала фотоаппарат в сумку. Она осталась довольна, что всё получилось так, как ей и хотелось.

***

В просторном зале объявили окончание конкурса и победителей финала попросили подняться на сцену. На награждение выстроилось всего три человека, по одной простой причине — Юлю награждали за победу сразу в трёх номинациях. И если одну награду она получила заслуженно, в разделе «Художественный уровень фотографии», то две другие награды: за «Оригинальность авторской идеи» и за «Неожиданность творческого решения» заслужила сестра Артёма. Ещё и приз зрительских симпатий достался Юле. Этим Юлю добили окончательно, потому что симпатии зрителей адресованы были всё той же мелкой девчонке. Никогда ещё Юля не испытывала такого внутреннего дискомфорта.

С одной стороны, ей бы радоваться — единственной из награждённых в качестве поощрения молодых талантов разрешили участвовать без предварительного отбора в Межрегиональном летнем фотоконкурсе, за призы которого будут бороться все фотографы страны. А это уже высшая лига! С другой — чувство досады в проигрыше девчонке, которая постоянно гоняла на машинах и от нечего делать щёлкала затвором фотоаппарата, было до беспощадности унизительно. Всем своим нутром она желала реванша. И в этом поединке видела себя только победительницей. Безоговорочной!

Узнав, что сестра Артёма планирует летом приехать к нему в гости, Юля стала больше времени уделять своему однокласснику. Неожиданно её заинтересовал мотоспорт. В выходные она выбиралась на соревнования любителей-гонщиков и активно фотографировала. Просматривая качественные фотографии с гонок и видя себя в них, Артём смог оценить это и дружеским отношениям с Юлей был рад.

Летом Светлана смогла приехать погостить к Артёму с Асей. Буквально на следующий день Артём представил свою одноклассницу, с которой хорошо сдружился за последнее время. «Юлия, можно просто Юля» — так представилась Свете одноклассница Артёма во время их знакомства.

9.177

Света держала в руке письмо Артёма. Последние пазлы от прочитанного собирались в целое — личность Юлии становилась не такой привлекательной… Символично было то, что тот летний фотоконкурс, в который Света была вовлечена помимо своей воли, и оставивший внутри чувство полного опустошения, назывался «Твой летний пазл».

«Какой пазл нарисует лето в этом году? Так не хочется снова получать очередную боль от предательства. Почему люди врут, как дышат? И с каждым разом их становится всё больше и больше. Артём же ручался за эту девушку…» — в широкое окно салона стали забегать верхушки деревьев, и Света осторожно негромкой бодрой песенкой начала будить детей.

— Смотрю, у тебя проснулся материнский инстинкт! — Катя, как всегда, была в своём репертуаре, громогласно прогоняя остатки лёгкого сна у малышей и заставляя Свету ответить в подобной манере.

— Я понимаю, что ты за своей улыбкой прячешь слёзы от поражения, садись рядышком, Реми тебя пожалеет, — шутливо ответила подруге Света, предлагая присесть рядом с Дениской, прибегая для убедительности к закреплённой на пальце куколке. Она её забыла снять.

— Ха! Да за кого ты меня принимаешь? Я бы его точно размазала, но ему повезло, наш рейс сейчас завершается, — уверенно заявила Катерина.

— Пока у нас ничья! Но вечером, Катюша, я поставлю тебя на второе место. Это ведь тоже почётно у спортсменов? — вмешался Катин соперник, забирая Асю на руки и кивком головы предлагая Катерине сделать то же самое с Дениской.

— Добро! И наперегонки до базы! Слабо?! — соревновательный дух основательно пророс и жил в сознании Катерины.

— Вечером я проведу для вас двоих конкурс — кто быстрее съест шоколадку! — Света пыталась остановить намечающиеся гонки взрослых с детьми в руках.

— И всё? Неинтересно, — Катя лишь помотала головой в разные стороны, продвигаясь к выходу.

— Но… Победитель может проигравшему дать одно задание! — Светлана знала, какой аргумент подействует на подругу.

— Вот то, что надо! Я в деле! — аккуратно поднимаясь по лесенке на палубу с сыном на руках, заявила Катерина.

— А я уже придумываю для тебя задание, Катя! — прижимая дочку к груди, не сдавался в споре отец Аси.

— Вы бы лучше под ноги смотрели, — Света пыталась остудить пыл разгорячённых родителей.

— Завтра рано утром с Дениской махнём на рыбалку. Если пойдёт клёв, то нас не ждите. Наш завтрак и обед принесёте в домик. Вам, девчата, советую позагорать вволю. А день будет хороший!

— Мы с утречка сбегаем за грибочками, а там посмотрим. Кто-то нас раками обещал угостить? — оставляя последнее слово за собой, Катя встала рядом с выдвижным трапом, намереваясь первой сойти на берег.

На палубе свежий ветерок приятно обдувал собравшихся людей. Высоко в небе кружили ласточки. В заливе мерно покачивались массивные рыбацкие судёнышки, и на зависть им рядом шныряли голубые прогулочные лодки. Кто-то катался на катамаранах — водных велосипедах, усиленно крутя педали.

Теплоход, издав приветственный гудок, плавно развернулся перед тем, как причалить к пристани. Уже можно было рассмотреть с палубы старый пирс из массивных брёвен, лодочную станцию и верхушку спасательной вышки, окрашенную в рыжий цвет. Такой яркий, что слепило глаза. Красочная приветственная растяжка между деревьями изображала двух ласточек, рисующих в полёте название базы отдыха.

— Ого! У нас сегодня вечером танцульки, соревнование в домино и прощальный костёр под гитару. Хм… Негусто, однако, — Катя громко читала расписание мероприятий на сегодняшний день, на плечах удерживая сына.

— Да, а где нарды? Сразу видно, они тут на базе нас испугались, — присоединился к чтению Асин папа. — Катя, ты смотри, а это нам подходит как раз. И для команды надо два человека.

— Хм! У меня даже руки зачесались! Да, будет битва!

— А детей куда денем?

— С собой возьмём. Пусть смотрят, как их родители скальпы снимают с соперников, им это пригодится в жизни!

Света не стала дожидаться шумных взрослых и по широкой тропинке через перелесок направилась в сторону двухэтажного бревенчатого дома. Вырезанная из дощечки стрелка с надписью «администрация» указывала в его сторону.

Пока всё шло хорошо. Свете хотелось, чтобы так продолжалось и дальше. Как хорошо оставить все городские проблемы где-то далеко и на короткое время дышать только природой, стать на мгновение тем невесомым листочком, что тихо шепчет свои сокровенные думы ярким звёздам в ночи.

9.178

Утром в субботу у Димки началась последняя тренировка на базе отдыха «Ласточка». После он будет предоставлен сам себе. Радость была необъяснимая. Дима вспомнил добрым словом того рыбака с копчёными лещами. Если бы не он, то не видать бы долгожданной свободы на эти два дня.

Дорога из утрамбованного щебня разрезала небольшой луг пополам и, делая плавный изгиб, скрывалась в лесу. Вокруг Димы раздавалось дружное сопение ребят из секции, многие обсуждали на бегу, кто чем займётся. Темп бега был средний, чтобы только разогреться перед упражнениями на гибкость. На разговоры тратить время не хотелось. Впереди бежал Валерка, на его майке среди множества логотипов машин красовалась эмблема пожарной машины. На память пришёл случай во время майской учебной тревоги, проводимой в школе по плану…

…Сирена ожидаемо громко завыла, и во всех коридорах и залах система автоматического оповещения мужским голосом стала настаивать срочно покинуть помещение школы. Школа загудела от довольных голосов — радовала возможность ещё одной большой перемены. Дети дружно и энергично покидали школу. По такому случаю ворота рядом с калиткой были открыты настежь, и поток школьников, проходя их, выстраивался в длинную вереницу на тротуаре.

— Дима, смотри внимательно, видишь, в некоторых классах забыли окна закрыть полностью, — Константин с красной повязкой на рукаве и с секундомером, ловко вытянув Димку из толпы и давая указания, очень рассчитывал на него.

— Сделаем, — Димка кивнул в ответ, стараясь запомнить куда ему надо забежать.

— Света, а ты проверь, пожалуйста, все коридоры, и потом, как закроете все окна, выйдите с Димой из школы на ту сторону через столовую. Постарайтесь успеть, пока младшие классы выползают. А мне надо после построения всех классов, сфотографировать всё для отчётности и хронометраж в журнале зафиксировать, — озадачил он и Фею, успев перехватить её, когда она проходила мимо.

Понимая, что учитель оказал им большое доверие, ребята побежали в школу, лавируя между идущих навстречу учеников. Объяснив вахтёру предстоящие действия, Дима рванул на самый верхний этаж, на ходу высчитывая, где находятся классы с открытыми окнами.

Проверив свой участок, Дима забежал в столовую и, обогнув стойку буфета, по узкому коридору выбежал на крылечко, где всегда разгружались машины с продуктами. Недалеко от крылечка в белых фартуках и колпаках стояла группа женщин, работающих в столовой. Они поглядывали на часы и ждали, когда дадут команду возвращаться к поварским обязанностям.

Когда через пару минут из столовой вышла Фея и подошла к Диме, из-за угла появился Константин, снимающий на видео учебную эвакуацию для инспектора пожарной части. Столовая была конечной точкой.

— Молодцы! Наши повара самые шустрые! — весело подвёл он итог своей проверки.

— Не будешь шустрить, такую ораву и накормить не сможешь! — отшутилась директор столовой и спросила у Константина: — А ничего, что у нас двое остались в варочном цехе?

— Это допустимо.

Кивнув Диме и Фее в благодарность за работу, Константин быстрым шагом скрылся из виду.

Через столовую Диме идти не хотелось. Как и многим другим ребятам ему не хотелось вообще идти сейчас в школу. Мечтательно посмотрев на бегущие облака, как бы ненароком, он сказал Фее:

— Вот бы сейчас все птицами стали и взлетели дружно в небо.

— Когда над головой большая стая птичек, такая же большая вероятность испачкаться, — Света реалистично смотрела на вещи.

— Тогда можно стать воздушными эльфами! — Димка не сдавался, радуясь тому, что у него появилось время поговорить с Феей.

— Туда не берут всех подряд, ну если только по блату договоришься, — Фея так же задумчиво рассматривала облака. Только ход мыслей у неё был приземлён и прямо противоположен Димкиной мечтательности.

— Тогда… — сбитый с толку Дима не договорил свою мысль и растерянно посмотрел на Светлану, понимая, что она сейчас по какой-то причине не в настроении мечтать.

— А если будет пожар, ты прыгнешь в огонь, чтобы спасти человека? — не отрывая пристального взгляда от небесной выси, неожиданно спросила Светлана.

— В огонь? Это страшно. Не знаю, но попытался бы как-то помочь. Позвал бы кого-нибудь на помощь. Я не такой смелый, как ты думаешь, — Дима вспомнил свою беспомощность, когда они выручали из беды Софью Ивановну, и ответил честно, как есть.

— Ладно, пойдём, нас уже взяли на прицел, — проговорила Фея, показывая рукой на выглядывающую из-за угла Лену. Димка почувствовал, что последнюю фразу Фея сказала мягче, словно то напряжение, что сковывало её, исчезло…

…Задумавшись, Димка споткнулся и боднул головой в спину бегущего перед ним парня, чем вызвал дружный смех ребят. Димке стало даже грустно, что это последняя его тренировка в привычной для него дружеской атмосфере, и даже маячивший на финише Палыч показался сегодня на удивление добрым и покладистым.

9.179

Обхватив тягучими резиновыми лентами стволы деревьев, как и остальные ребята, Димка делал упражнения, а память всё возвращала и возвращала его в тот майский день…

…Лена, заметив, что её обнаружили, с довольным видом затараторила:

— А я видела, как вас в пожарники записали!

— Вообще-то, пожарные, если уж так хочется нас одеть в эту форму, — поправив Лену, Фея направилась к центральному входу школы.

— Да, сейчас бы не в школу, а в кафешку забуриться всей компашкой! Хочу вкусняшек и побольше! От этих тестов у меня мозговая ломка! — Лена быстро провернулась на одной ноге, раскинув руки в стороны так, что светлые волосы всколыхнулись волной.

Выйдя с теневой стороны здания на солнечную, в глаза сразу бросились яркие цветы шиповника и сирени, а следом и искрящаяся сочная зелень листвы. Димка, уже давно отключившийся от учебного процесса, поддержал идею Лены:

— А что, хорошая мысль, я — за!

— Нет, тебя мы не возьмём с собой. Идут только девочки! — Лена, зыркнув глазами, и незаметно от Феи показав Димке язык, сразу стала напевать модный мотивчик, всем видом показывая, что это уже дело решённое.

— Стоп! Первое слово дороже второго! Так что не надо тут ля-ля разводить, — Димка попытался оказать сопротивление.

Он тоже хотел пойти с Феей в кафе. Да ещё как хотел! И был недоволен, что появилась Лена и помешала им. Ему и так не удаётся побыть с Феей наедине. К тому же ещё эти цветочные дни-встречи таяли на глазах.

Лена тоже возмущалась. Про себя. Фея, видите ли, не пришла сразу в класс, а осталась с Димкой на улице. Светлана, увидев рядом двух обиженных, решила смягчить ситуацию и, подняв над головой две конфетки на палочках, произнесла:

— Разрешается съесть только тому, кто сможет забросить фантик вон в ту мусорницу. Бросать от этого поребрика.

В одно мгновение конфеты исчезли. Как Света и предполагала, Дима и Лена заспорили за её спиной. А для неё выдались минуты испытать те же эмоции, которыми она полна была во время проверки. Там, в школе…

…Завершив обход коридоров, Светлана зашла в кабинет группы продлённого дня. Обстановка кабинета отличалась от обычных классных комнат. Игрушки, настольные игры, много красочных стендов. На одной стене даже были нанесены разноцветной краской фигуры квадратов, треугольников и пирамид.

Светлана закрыла окно в кабинете и осмотрелась. При раскраске стен использовали трафареты. Это было видно. Часть фигур была скрыта установленными вдоль стены шкафами с детскими поделками. Компоновка рисунков и качество покраски оставляли желать лучшего. Даже не согласовали заранее, где будет расположена мебель. Присев на мягкий пуфик, Света закрыла глаза. Вспомнила, как она с дядей Рубеном в детском саду раскрашивала большую игровую комнату. Впечатления от той работы остались неоднозначные.

В начале всё было хорошо. Ребята из детского садика приехали в театр на утренний спектакль. Приехали, но не все. Сломался второй автобус и не смог забрать остальных малышей. Чтобы поддержать расстроенных ребятишек, Светлана с Рубеном пообещали заведующей детсада, что всех главных героев, участвующих в представлении, они отобразят на стене игровой комнаты.

Так интересно было работать с учителем! Пришлось учитывать всё: и подготовку стен к покраске, и освещение естественное и искусственное, какое покрытие на полу, цвет мебели и, конечно, пожелания детей. Так хотелось подарить детям кусочек тепла и радости. Тогда мастер доверил своей ученице полностью делать колеровку красок. А потом поручил все мелкие детали и тени рисовать. Они очень старались порадовать ребят, выкраивая время в насыщенном графике городской жизни.

Все были в восторге: и дети, и работающий персонал детского садика. На нарядную игровую комнату приходили посмотреть многие.

Но и неприятные моменты, связанные с этой историей, вспомнились сами собой. Спустя какое-то время Светлана встретила уборщицу из этого детского садика, и та, узнав её, попеняла, что дорого обошлась и детсаду, и родителям работа художников. Света удивилась. Упрёк казался несправедливым. Всю работу они делали бесплатно, в подарок детям, о чём и сказали заведующей. Когда Рубен разобрался, то оказалось, что был составлен липовый договор с детским садиком от их лица. Сумма в договоре стояла космическая. Предъявив договор родителям, давили на их сознательность и получили приличные суммы. Тогда действительность подбросила Свете очередной урок. Грустно, когда самые добрые помыслы измеряются деньгами…

…Дима, разгрызая подаренный Феей леденец, шёл за девчатами в школу, переваривая короткий эпизод, произошедший во время пожарной тревоги…

…Перебегая от кабинета к кабинету и заглядывая в большие комнаты, выискивая открытые окна, Дима заметил, как дёрнулась дверь, ведущая в мужской туалет. Развернувшись, он увидел Юру. Его страдальческое выражение лица обескуражило. Юра молчал, пытаясь жестами что-то изобразить. В тишине чётко послышалось цоканье женских каблуков, и Дима почувствовал тонкий аромат сигаретного дыма. Догадавшись, что происходит на самом деле, он сказал Юре:

— Они уже из тебя лакея сделали. А если сюда поднимется инспектор с проверкой, то школе штраф выпишут, а учителям — выговор. Нас директор просит об этом постоянно. О чём ты думаешь, Юра?…

9.180

Димка… Димка не знал, почему на кусочек лёгкой и тонкой сосновой коры, сорванной ветром с макушки ствола здоровенной древесной мачты, подпирающей летящие облака, он мог смотреть часами; вращая в руках, мог читать в причудливых узорах на ней зашифрованные письмена молчаливого исполина. Почему из засохших травинок и сучков строил в песчаном холмике сказочный мир, завораживающий всё его внимание, тот мир, где он мог побыть мечтающим мальчишкой.

Димка понимал, что время бежит стремительно, с каждым новым годом неизбежно предстоит сделать шаг вперёд ко взрослой жизни. Но в отличие от многих сверстников, Димка не спешил взрослеть, не подражал старшим ребятам, осознавая, что эта, так называемая взрослость, порою давит на него, заставляя искать свой путь в таком запутанном и противоречивом мире.

В домике, где Димка обитал, было тихо. Ребята разбрелись по базе, наслаждаясь отдыхом. А он, приготовив спрей от комаров, собирался в лес за земляникой. В тот момент, пока голова была занята раздумьями, на пороге появился Валерка, имеющий на тему взрослости своё мнение, которое сразу же и озвучил:

— Димка, подгребай в десятый домик, я вроде подлатал свой ноут, посмотрим продолжение сериала, я ещё две серии закачал, — Валерка, как всегда, отличался деловитостью и в лагере почему-то взял на себя заботу о Диме, просвещать его на пути взросления. Они были одногодки. Может, это и было причиной такой опеки. Другие ребята были на пару лет младше.

Хоть тренер и просил не брать с собой ценные вещи, не в гостинице же предстояло жить, но Валерка всё равно взял ноутбук, который уже не раз терпел падения, один раз довольно ощутимое — мальчишки во время борьбы грохнулись на него.

— Нет, я пас. Мне такие сериалы неинтересны, — Димка знал, что Валерка предпочитает смотреть фильмы, предназначенные сугубо для взрослой аудитории, поэтому был уверен, что так будет и на сей раз.

— Да ты что! Фильм на самом деле классный! Если что, то я двоих пацанов отправил за Палычем следить, приходи! — не отставал Валерка.

— Давай лучше среди ребят турнир проведём по теннису, — предложил Дима, ему в последнее время нравилось осваивать эту игру. На территории базы была обустроена большая площадка, покрытая разноцветными полупрозрачными пластиковыми листами от дождя, там устанавливали теннисные столы для желающих, а в выходные дни организовывали танцы.

— Что ты как маленький?! Я тебе такой интересный фильм подогнал по-дружески, хватит ерундой страдать. Мы с тобой уже взрослые пацаны, — надулся Валерка и ушёл, хлопнув дверью.

В лесу озорное солнышко играло в прятки, и птичьи разноголосые пересвисты легко заменяли Димке всю отечественную эстраду, вместе взятую. Густой настой разнотравья смогла победить маленькая красная ягодка — на взгорке полянка просто благоухала ароматом спелой земляники.

Пока Димка собирал ягоды, из головы всё не выходил недавний случай с Валеркой. Тот, насмотревшись своих фильмов, решил попробовать «дружить по-взрослому» с девчонкой из секции. Выбор пал на Верку. Вера — видная и сильная девчонка, да и старше Валерки — не оценила этой дружбы и влепила ему пару «подфарников» так, что потом незадачливого кавалера ребята со смехом частенько просили «фары включить».

Затараторил свою морзянку дятел, несколько раз протяжно ухнула кукушка, а Димка выполнил свою задачу по сбору ягод. Раскинув руки, он лежал на тёплой земле и мысленно летал наперегонки с редкими облачками. Дима почему-то был уверен, что с девушкой можно дружить. Валерка, наверное, не с того начал. Самая настоящая дружба возможна, когда есть взаимное доверие. В этом Дима был твёрдо убеждён. С травинки слетела божья коровка и деловито поползла по Димкиной щеке. Терпеливо ожидая, когда она улетит, мальчишка вспомнил историю знакомства родителей — он как-то расспрашивал маму об этом. История показалась немного забавной…

…В то утро, когда автобус, набитый пассажирами, перевозил людей по окраине города с одного района в другой, строгая контролёрша приказала водителю остановиться на середине самого длинного прогона между остановками и с довольным видом вытолкала из салона автобуса прямо в огромный сугроб двух «зайцев». Ими и оказались будущие Димкины родители. Они ехали в институт без билета не потому, что хотели сэкономить, а потому что у них просто не было денег. Страна переживала «весёлые времена»: если человек устраивался на работу и начинал трудиться, то первую зарплату выдавали только через полгода, не раньше. Только пенсию выдавали вовремя. Люди крутились как могли: занимая — перезанимали, одалживая — выживали.

Рассказывая о том дне, мама с теплотой заметила:

— Твой отец тогда взял меня за руку, помогая выбраться из сугроба, и с того самого дня до сегодняшнего так и не отпустил…

Божья коровка улетела, и Димка, проводив её полёт завистливым взглядом, потопал на своих двоих в сторону базы отдыха, выхватывая на ходу из травы спелые ягоды со вкусом этого сладкого солнечного летнего дня.

10.181

Лёгкий грибной дождик, набежавший внезапно из ниоткуда — на небе вроде и облаков дождевых не было — оказался таким приставучим, что Дима не выдержал и выдохнул из себя: «Ну хватит, хватит! Обещаю, что ещё немного подрасту, только перестань идти за мной!»

На базе стало намного оживлённее. Впрочем, так и бывает по выходным — приехали люди отдохнуть лишь на два дня. Валерка, наверное, будет снова свой раковый бизнес продвигать. А Дима, в отличие от него, сегодня познакомится с аквалангом. Такую возможность обещал ребятам штатный спасатель турбазы. В выходные, когда молодые пловцы были свободны от тренировок, они дежурили на пляже — следили за купающимися. У них в распоряжении была лодка с красной надписью «спасательная», а у старшего товарища — катер с такой же надписью, он следил за лодками и водными велосипедами.

Отдав обещанные ягоды за ножик, Димка рванул на пляж, горя огромным желанием погрузиться с глубоководным аквалангом. Насчёт глубоководного он немного преувеличил — на озере максимальная глубина не больше девяти метров. Желающие поплавать с большим жёлтым баллоном на спине уже с утра выстроились в очередь, и Димке ничего не оставалось, как принять это и терпеливо ожидать.

Делая маленькие фонтанчики из песка, Дима протопал по краю пляжа и заскрипел потемневшими широкими досками старого пирса. С него весь пляж был как на ладони.

Завибрировал телефон — звонил Вадим.

— Ты сейчас с кем фоткаешься? С обезьянами или с пингвинами? — спросил Димка, разглядывая стаю мальков в чистой воде. — Завтра последний день тут, собираем вещички и домой. Да, недельку отдохну, а потом на море полечу уже со сборной, приглашение получил, документы в спортивную школу отдал, — отвечая на вопросы, Дима стянул с себя футболку, в такой момент, когда солнце пекло беспощадно, хотелось нырнуть в воду.

Заметив в воде большую рыбину, Димка стал следить за ней, осторожно переступая по краю настила, и не забывал про разговор:

— Ну, знаешь, ничего здесь такого особенного не происходит, две тренировки в день, можно порыбачить, ягод набрать. Да, надо сказать, раки очень вкусные в озере. Зато у тебя всё по высшему разряду — океаны, штормы, паруса! Короче — одна крутотень!

Солнечный ветерок приятно согревал загорелую фигурку юноши. А юноша даже не чаял, что сегодня будет тот самый особенный день, который всегда приходит неожиданно. А по Димкиным утверждениям — случайно. А то, что случайности закономерны, Дима в полной мере осознать ещё не мог.

День пролетел быстро, заполнив шкатулку памяти интересными и увлекательными событиями. Самому яркому предстояло случиться поздним вечером, в дымке приближающейся ночи.

На танцы Дима пошёл просто за компанию. Танцевать он не собирался, хотелось побыть в этот последний вечер с пацанами. Совсем скоро их дороги разойдутся, когда встретятся, трудно сказать. К тому же вечером тренер подозрительно высматривал ребят в домиках, мог запросто загрузить просьбой или поручением, водилось за ним такое, ещё и поэтому Дима решил быть подальше от его глаз.

Половина светильников погасла, и зазвучала музыка, приглашая всех на танцплощадку. Мелодия попеременно меняла свои ритмы, и уютная атмосфера мягкого вечера коснулась собравшихся. На скамейке, где расположились ребята из секции, стало оживлённо. Пацаны зашушукались: настала очередь белого танца. Димка же об этом и не ведал. Как только начались танцы, он вообще кружил в своём мире. Глядя на танцующих, любовался, как в прозрачном дворце Фея гладит огромных волшебных орлов, послушно склонивших перед ней головы… Потом она оказалась рядом с ракеткой в руке…

Тут Димку кто-то из ребят толкнул локтем, заставив вернуться в реальность. Переключение в реальный мир было тягучим, медленным. Когда Дима увидел среди танцующих пар неспешно идущую девушку, он не сразу понял, кто она. Красивая девушка… Одна, без партнёра… Самое удивительное — очень похожа на… Фею. Перепрыгнув через сидящих на скамейке парней, Димка пошёл навстречу. Шёл и не мог себе объяснить, что это: сказка или быль?

10.182

От других Димка отличался искренностью. Конечно, он умел прятать чувства и не раскрывать их полностью, но человеку, к которому проникся доверием, Димка был открыт беспредельно. Без утайки. Особо это проявлялось в увлечённом разговоре или когда переживал. Такому человеку он рассказывал всё, что творится на душе. Будь то разговор с дядей Володей, жаркий ли спор с родителями или доверительная беседа с Вадимом… Или… с Феей. Одно её присутствие наполняло всё вокруг безграничной аурой доверия и надёжности. В порыве искренности Димка делился с ней прямо и честно. Раскрываясь полностью, человек становится беззащитным. Это с одной стороны. А с другой — показывает цельность и чистоту души.

Фея не сразу заметила Димку во время танца. Увидев его, Светлана остановилась прямо посередине импровизированного зала, ожидая, когда Дима подойдёт к ней. Благодаря тому, что танец белый, и Светлану не окружали парни, желающие пригласить её, для Димки открылась дорога без всяких помех подойти к девушке, ожидающей его среди танцующих пар.

— Танцуешь? — прозвучал вопрос вместо приветствия.

— Нет, от тренера прячусь, — улыбаясь, ответил Димка и, переполненный радостью от встречи, неожиданно для самого себя произнёс: — Знаешь, я хочу по жизни танцевать только с одним человеком.

Дима хотел сказать Фее, что и в мыслях не планировал кого-либо приглашать на танец. Но получилось, как получилось.

— И, у тебя есть такой человек? — Света пристально посмотрела на Диму, ожидая ответа.

— Да! — Димка кивнул для убедительности.

Он понимал, если сейчас она спросит, кто именно эта девушка, то он решительно скажет правду. Светлана не спросила, а тихо произнесла:

— Рада за тебя. Она хорошая девушка и… — Света хотела ещё что-то сказать, но почему-то так и не завершила свою фразу.

— Да, очень хорошая! — в Димкиных глазах Света была именно такой. Он почувствовал, что чего-то не улавливает в этом разговоре. Почему Света говорит о себе в третьем лице? Расставить всё по полочкам помешала сама девушка, сменив тему разговора.

— Знаешь, меня, кажется, подруга разыграла: сказала, что они будут на танцплощадке, а получается, они где-то в другом месте. Где ещё можно встретить много людей? — Светлана выжидающе посмотрела на Диму, надеясь на его помощь.

— Знаю, я тебя провожу. Они, скорее всего, пошли в бильярдную, там всегда многолюдно.

Вечером турбаза всегда выглядела таинственно. Редкие фонари высвечивали только фрагменты дорожек, выложенных из больших плит рядом с домиками, чьи крыши уже поглотила темнота. А высокие сосны (на территории базы были сохранены все крупные деревья) своими узловатыми корнями удерживая землю вокруг, заставляли постоянно смотреть под ноги, если приходилось свернуть с дорожки, решив топать напрямик.

На лодочной станции мощный прожектор, освещая притихшие лодки, убегал в темноту по воде. Было ещё одно место, где яркое освещение играло во всём блеске. Это была большая, укрытая от дождя и ветра с широкими окнами, летняя веранда — бильярдная. Вечером, особенно в дождливые дни, она была забита под завязку желающими сразиться в эту игру.

Димка не ошибся, подруга Светы и иже с ней дружно передвигались возле одного из четырёх столов. Сегодня проводился турнир среди любителей бильярда. Желающих было очень много. Проходил предварительный тест — он выявлял необходимую минимальную подготовку будущих участников. На отмеченных мелом двух точках устанавливали бильярдные шары. Они находились на большом расстоянии друг от друга, и один представитель от команды должен был одним ударом закатить оба шара в лузы — сделать «штаны». Без «штанов» на турнир не допускали. И это правильно. Надо соблюдать приличие. Даже в игре.

Отсеяв слабых, турнир набирал обороты. Об этом красноречиво свидетельствовала толпа, обступившая со всех сторон просторную веранду, окна которой были раскрыты настежь, предоставляя зрителям возможность смотреть игру мастеров и обсуждать их действия.

Чтобы сжать время турнира, первенство сделали командным. В каждой команде участвовало по два человека. На заранее подготовленном листе фанеры, закреплённом в бильярдной, мелом были написаны названия соперничающих команд и турнирная сетка, на которой по ходу турнира вписывали победителей состоявшихся матчей.

Светлана не стала протискиваться близко к окну, раздвигая зрителей, она просто громко сказала:

— Катерина Васильевна! На выход, к Вам пришли!

Буквально через пару секунд чьи-то проворные руки раздвинули в стороны всех зрителей у окна, и в нём появилась Катерина.

— Так, сейчас мой удар! Я тут быстро, — прозвучало командирским тоном. Молодая женщина улыбнулась Светлане и сказала, подмигивая: — Видишь! Не зря я тебя на танцы отправила, смотрю, а ты уже с кавалером! Честно, не ожидала, что так быстро найдёшь что-то стоящее! Да, кстати, а ты угадай, как наша команда называется?

— Железобетон. — устало выдохнула Света. — Дядя просил машину перегнать, а ключи мне не дал.

— Ха! Верно! И как ты догадалась? — промелькнувшее на лице удивление Катерины сменилось озабоченностью, и она промолвила: — Ключи? Сейчас я его позову, а мне пора скальпы снимать!

Вскоре у окна появился мужчина в камуфляжной форме, он отдал Свете ключи, а потом поманил рукой к себе Димку и спросил:

— Вы знакомы?

— Да, мы со Светланой в одной школе учимся. Только в разных классах.

— А, понятно, я так и предполагал.

— Света — Ваша племянница?

— Да, ты прав. Слушай, у меня к тебе просьба — помоги Свете вещи из машины перенести в дом, а то у нас тут битва идёт, и мне не уйти. Если сможешь, конечно.

— Хорошо, я всё сделаю.

— Скажи Свете, что это я тебя попросил. И в благодарность за твою услугу, я тебе расскажу один секретик, о котором ты точно не знаешь.

— Секрет?!

Мужчина притянул к себе рукой Димкину голову и доверительно произнёс:

— В этот день, ровно в полночь она родилась, и поэтому мы её день рождения празднуем два дня. Можешь тоже её поздравить.

— Я… я попробую, — Димка, ошарашенный таким открытием, кивнул в знак благодарности и побежал догонять скрывшуюся в темноте девушку.

«Штаны» — в бильярде есть понятие «штаны». Это намеренное попадание одним ударом без рикошета прицельного шара и битка в разные лузы. Безотходное, так сказать, максимально результативное «производство». Нелёгкий, надо заметить, удар, особенно для начинающих бильярдистов.

10.183

Впечатления от неожиданной встречи со Светой переполняли душевное состояние Димы. Это и понятно. Он испытывал даже неловкость, не узнав её сразу. Как так получилось — не узнал ту, о который постоянно грезил? Может потому, что впервые увидел её в красивой и запоминающейся одежде? В подаренных вещах Света смотрелась стильно и естественно.

Само появление Светланы в элегантном образе заставило обратить на неё внимание многих. Парни уж точно стояли с раскрытыми ртами. Хорошо, что есть ещё один день отдыха. Валерка до самого отбоя приставал к нему, бесконечно упрашивая познакомить со Светланой. Когда Дима на реальных примерах пояснил, что тому «подфарниками» не отделаться, в лучшем случае его ожидает долгая госпитализация, Валерка почему-то поверил на слово и отстал.

Отбой на турбазе был в одиннадцать вечера — обычная рекомендация для взрослых, но всякий шум, мешающий отдыхающим, быстро пресекался. После танцев прощальный костёр из-за начавшегося дождя отменили. Близилась полночь, а у Димки, сидящего на койке возле окна притихшего домика, не было никаких идей — что подарить Фее на день рождения? Всю голову изломал. Проплывающий высоко в небе белый кораблик луны, подмигнув сквозь колючую бахрому сосен, предлагал выйти на свежий воздух и развеяться. Выйдя из сонного царства на длинную цепочку плиток, Дима поднял голову, словно просил у переливающихся на чёрном бархате звёздочек совета. И почти сразу яркая улыбка вспыхнула на лице юноши. Само небо подсказывало, что преподнести в подарок девушке, безраздельно царившей в сердце юноши.

Когда Светлана услышала в раскрытое окно, как Димка тихо зовёт её по имени, то ответила негромко:

— Она уже засыпает, ей Фея читает сказку.

— Тебя можно ненадолго отвлечь? — спросил Димка осторожно, понимая, что время и место не самое подходящее, но уж очень хотелось поздравить Свету.

Светлана медлила с ответом. Однажды после такой же в точности фразы ей долго было не по себе…

…Юля после знакомства со Светой была очень активной в общении. Света понимала её профессиональную заинтересованность и делилась своими наработками и идеями. Она не знала, как прошёл школьный фотоконкурс — Артём не удосужился рассказать об этом, ему было неинтересно. Но сразу, по приезду Светы, повёл показывать весь арсенал мототехники — гордость любителей гонок. Юля тоже не стала вдаваться в подробности прошедшего конкурса. Наоборот, это только развязывало ей руки для дальнейших действий. Она не оставляла мысли о долгожданном реванше. Её грамотно продуманный план должен был сработать. Правда, сложно предсказать, какой ждать результат в конечном итоге.

Во время очередной прогулки по живописным окрестностям города Юля подробно рассказала Свете о том, что хочет послать свою работу на Межрегиональный летний фотоконкурс «Твой летний пазл».

— Света, давай просто представим, какую бы ты фотографию отправила на конкурс, если бы попросили участвовать? — спросила Юля заинтересованно.

— Я бы отказалась, мне интересно смотреть работы разных людей, их подход, их идеи, но участвовать в конкурсах пока нет желания.

— Понятно. Тогда может ты найдёшь среди своих фотографий ту, которая соответствует теме конкурса. Для меня. А то совсем нет никаких мыслей. С чего начинать, какое наполнение дать образу? Надеюсь на твою помощь, — Юля ловко тянула одеяло на себя.

Светлана тщательно пролистала свой фотоальбом, выбирая подходящее на её взгляд:

— Знаешь, вот этот снимок, наверное, подошёл бы. Но так получилось, я очень долго ловила нужное освещение — погода была переменчивой, и я поставила таймер в фотоаппарате на интервал в пять минут.

Юля заинтересованно склонилась над экраном, а Света продолжила подробно рассказывать об образном наполнении фотоснимка:

— Как видишь, на берегу озера лежит лодка, часть её находится в воде, примерно половина длины. Вёсел нет, но в лодке находится длинная жердь. Тут я за основу взяла двойственность видимого — ведь можно вытащить лодку полностью на берег и для надёжности воткнуть жердь в землю, привязав к ней лодку. Получается такая законченность в движении жизни. Лодка — как образ времени. С другой стороны, можно, столкнув лодку в воду, отправиться на ней по воде, используя жердь вместо весла. И тогда лодка-время начинает плыть по озеру, где озеро — символ жизни, подвижной и необъятной. Чтобы выделить эти две темы, я ловила нужное освещение. Надо было, чтобы со стороны озера вспыхнули подвижные блики, чтобы птица попала в кадр в это время. А с другой стороны, должна быть чёткая тень на песке от лодки. Вот на этом контрасте и поставить точку.

— Здорово! Такая крутая философия! — Юля одобрительно захлопала в ладоши.

— Но знаешь, я сама же всё и испортила. Прошло, наверное, полчаса с начала съёмки, и я, гуляя по берегу, задумалась, случайно зашла в кадр, и как назло в этот момент было идеальное освещение. Настроение у меня, честно говоря, не ахти, и фотография получилась очень личной. Её, конечно, ни на какой конкурс бы я не отправила. Но саму идею ты, конечно, можешь использовать где-то в своих работах, я буду только рада, — закончив, Света убрала телефон в сумку и стала внимательно рассматривать высокую металлическую вышку. Расположена недалеко. Метров пятнадцать в высоту. Не было на ней ни проводов, ни антенн.

— Это вышка геодезистов, они их специально устанавливают. Я тебя попрошу залезть на неё и сделать с моего фотоаппарата несколько снимков. Рукой отмашку дам, когда снимать. Хорошо? — Юлина просьба выглядела уместной, и девушка согласилась помочь.

Оставив Юле свои вещи на хранение, гибкая фигурка Светланы быстро стала подниматься по длинной железной лестнице. Юля, не теряя времени, быстро вытащила из сумки Светы её телефон, а из своего баула заранее подготовленный ноутбук. Так фотография Светланы была отправлена на конкурс без её ведома. В отличие от Юлиной работы, фотография Светы должна участвовать с начала конкурса, когда работы пришлют тысячи фотографов. Юля твёрдо верила, что среди тысячи снимков фотография соперницы просто растворится и утонет.

Незатухающая обида за поражение и самоуверенность помешали Юле увидеть и перенять у Светы много интересных находок и задумок, которыми молодая девушка искренне делилась, ничего не подозревая.

10.184

Образ Юли, внезапно появившийся, быстро размылся и пропал. Светлана спросила Диму:

— Ненадолго? Значит, надо взять фонарики. Ты взял фонарик?

— А… зачем нам фонарики? — Димка опешил от внезапного вопроса.

— Как зачем? Грибы собирать ночью без фонариков трудно, — твёрдо произнесла девушка, ожидая обратную реакцию.

— Нам они не понадобятся, есть кое-что получше, — уверенно заявил Дима.

— Да, интересно, и что же это такое? — Света, медленно вытянула руку в сторону окна и, раскрыв ладонь, ожидала, будет ли сказанное заслуживать внимания.

— А это… секрет. Тут рядом, всего пять минут идти, — махнув в сторону озера, Дима притихшим голосом пытался убедить Свету принять его приглашение.

— Значит, мы идём вдвоём?

— Да. Он нас уже ждёт.

— Кто?

— Секрет. Он, правда, маленький…

— А он нас не испугается?

— А мы тихонько.

— Хорошо.

Фея ловко выпрыгнула через окно прямо на большой плоский камень, где стоял Дима, и на мгновение пристально посмотрела на него. Дима светился от радости, что Фея приняла приглашение.

Обогнув большой дом, где жила Светлана, они подошли к деревянному столбу с закреплённым на нём фонарём.

— Тут тропинка узкая, но ровная, нам надо только подойти к озеру, — раздвинув плотные кусты, Дима предложил Свете следовать за ним.

Тропинка, делая замысловатые крюки и огибая редкие валуны среди перелеска, вскоре вывела их на небольшой каменистый мыс, где тихо шелестели тонкие берёзки.

— Это моё место, иногда тут купаюсь, — показывая на большой камень, высотой в рост человека, рядом с которым еле заметно колыхалась тёмная гладь воды, Дима по-хозяйски стал объяснять, что и как надо делать Свете: — Смотри, одежду можно положить сюда, а у этого камня я сделал углубление, как коридорчик, по нему выплывешь в озеро и вернёшься. Это полотенце новое, пригодится, а я тоже искупаюсь на пляже, где все купаются. Тебя никто не увидит — сама каменная гряда даёт тень в эту сторону, так что купальник не нужен. Встречаемся минут через пятнадцать у того фонаря. Надеюсь, тебе понравится.

Минут через пять Димка уже привычно заходил в воду. Пляж на базе отдыха был классный — линия берега в этом месте была в виде плавной песчаной дуги, где с одной стороны она упиралась в старый пирс, а с другой стороны — в ту каменную гряду, за которой сейчас купалась Света.

Димка, стоя по пояс в воде, блаженно закрыл глаза и, раскинув руки, ловил редкие крупные дождинки. Да, на самом деле этот ночной дождик был особенным. Благодаря тому, что вода в притихшем озере не успела остыть, а тонкая вуаль прохладного воздуха укутала поверхность озера словно шарфом, и на этом перепаде температур дождик казался реально волшебным! Смотришь в тёмно-синее звёздное небо, а на тебя сверху падают тёплые невидимые дождинки, словно звёздочки с тобой играют под удивительную мелодию ночи. Ночной дождик за всё время удалось поймать второй раз.

Нырнув, Дима поплыл под водой. Многократно ныряя и плавая в этом месте, Димка изучил его досконально — мог плавать здесь даже с закрытыми глазами. Удерживая себя на двухметровой глубине, он плыл закрыв глаза, прекрасно зная, что через сорок метров вынырнет совсем рядом с большими железными буйками, окрашенными в красный цвет и ограничивающими безопасную зону плавания. Когда осталось сделать под водой последний гребок перед тем, как вынырнуть, руки, а вслед за ними и весь он сам влетел во что-то мягкое и подвижное. Открыв глаза, Дима понял, что он, как рыба, на самом деле воткнулся в большую сеть.

Огромная сеть, словно высокий и длинный забор, оказалась препятствием. Видно, местный лодочник, что на турбазе заведовал лодками, пользуясь тем, что дно тут идеально чистое, и у него гарантированно не будет зацепов, ночью решил половить рыбки.

Димка и не думал примерить на себе роль пойманной рыбы, поэтому сдержав первый естественный испуг, замер, оценивая создавшуюся ситуацию. Ноги сетью ещё не были охвачены полностью, поэтому Димка включил задний ход. Самое неприятное — запас воздуха в лёгких был на пределе, а руки ещё удерживались сетью. Оставались считанные секунды для решения этой проблемы. Пришлось применить свой приём — дышать водой. Он давно открыл его, ещё в секции. Всё очень просто, когда уже нет сил находиться под водой, то надо просто набирать воду в рот и выталкивать её обратно — имитировать полноценное дыхание. Тогда можно выиграть несколько секунд, находясь под водой. Димка не находил этому объяснение, об этом нигде не читал и от ребят такого не слышал.

Драгоценные секунды благодаря «приёму» спасли от печальной участи незадачливого любителя подводного плавания с закрытыми глазами. Вынырнув рядом с большим железным поплавком, Дима увидел над собой звёздное небо и, пытаясь как можно скорее успокоиться, поплыл к берегу.

Ждать, как условились, возле фонаря пришлось недолго. Светлана появилась вскоре. Мокрые волосы она собрала в узел и обернула полотенцем. Димка, увидев её, невольно вздрогнул, показалось, будто он уже видел где-то этот женский образ.

Светлана выглядела довольной после купания. Красивая и загадочная одновременно. Поправляя руками полотенце, Света спросила:

— Тебе дядя сказал?

Димка кивнул в ответ, понимая, что если начнёт сейчас говорить, то не сможет не сказать, о чём думает.

— Благодарю за подарок, мне твой дождик понравился, мы даже подружились!

В ответ Димка только кивал, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не высказать открыто своё искреннее восхищение. Он благодарил ночь, которая подарила такую незабываемую встречу. О таком ему и не мечталось.

«Ей понравился подарок! Он ей понравился!» — ликовал юноша в душе, возвращаясь в свой домик. Вековые сосны, задумчивым взором провожая его, соглашались.

10.185

Ближе к утру шишки дали о себе знать. Колючие сосновые шишки, старательно разложенные ребятами под простынёй на Димкиной кровати, пока он ловил ночной дождик, определённо ждали чего-то. Им впору было возмутиться, что светящийся от счастья парень спал, сладко посапывая, и ночью даже не обратил внимания на них — не почувствовал «мягкой перины». Но утром их массажный эффект сработал на ожидаемую реакцию, заставив Диму, только что проснувшегося, выйти из домика на свежий воздух.

На проделки ребят Димка не обиделся, только улыбнулся — сам любил подобные розыгрыши. Особенно нравилось, когда делали кому-нибудь «велосипед». Обычно это происходило во время «тихого часа». «Тихий час» — название так себе, главное — чтобы все были в домиках и не шумели. Тренер строго следил за этим. А ребята, изображая сонное царство, внимательно следили за тем, кто первый заснёт. Тогда тому осторожно закрепляли между пальцами ног фантик или маленькую бумажку, а затем… Затем поджигали. Спящий сразу просыпался, не понимая, что происходит, и начинал работать ногами. Как на велосипеде. Всеобщий хохот будил его окончательно. По договорённости «велосипед» делали только в «тихий час», поэтому желающих спать днём было мало.

С пригорка, где находился домик, можно было рассмотреть сквозь деревья и дома светлые полоски озёрной воды. Перепрыгивая через сгустки корней, Дима побежал вниз к озеру. На лодочной станции было оживлённо: рыбаки стучали вёслами, шуршали пакетами и укладывали снасти, отправлялись за утренним уловом, негромко переговариваясь между собой.

В одном из рыбаков Дима узнал Светиного дядю и подошёл поближе. В благодарность за информацию про день рождения посоветовал ему одно хорошее место для ловли — встать на грузах между двумя островами. Дениска тоже был рядом. Сонный, обмотанный лентой из маленьких поплавков, мальчик выглядел комично, но Дима сдержался и, махнув ему, стал подниматься по лестнице на спасательную вышку. Ему не верилось, что сегодня последний день его пребывания на такой обжитой и уютной «Ласточке».

Лёгкий озноб от утренней прохлады убегал с появлением первых солнечных лучей. Турбаза просыпалась. Выходили первые любители утренней зарядки и водных заплывов. Димка, привычно закрепив на руке повязку, которую носили спасатели на пляже, пошёл на лодочную станцию, чтобы пригнать лёгкую пластиковую лодку. Для поддержания порядка в зоне купания она была необходима. Сегодня он вызвался дежурить на пляж из-за Светы — надеялся ещё раз увидеть, хотя бы краешком глаза. А пляж — это то место, где собираются все отдыхающие. Вероятность её появления здесь была высокой, и он, надеясь на встречу, находился тут как бы по делу, а не просто баклуши бил.

Солнышко поднималось всё выше. Народу, мечтающего побултыхаться в озёрной водичке и позагорать, заметно прибавлялось. Двое пацанов из секции пришли на подмогу, а Димка без устали вертел головой в разные стороны, боясь пропустить знакомый силуэт.

Отправляясь на пляж, Димка надел белую футболку и такого же цвета шорты. Самый нарядный прикид в его скудном гардеробе. Берёг его всё это время, чтобы в город было в чём поехать. Как будет одета Света, он и представить не мог. Для большей солидности загорелый парень вооружился большим биноклем. В принципе, он был и не нужен — зона отдыха и купания хорошо просматривалась с вышки.

Осматривая линию берега, Дима увидел в бинокле рыбака, над которым кружила чайка. Увеличив изображение, разглядел, что мужчина на берегу озера чистил пойманную рыбёшку, а рыбьи потроха подбрасывал высоко в воздух, и чайки на лету успевали ловко схватить угощение. Плавно переведя направления линз в зону купания, он быстро снял бинокль и побежал по тёплому песку к лодке, ждавшей его на берегу. Увидев прямо перед собой Свету, остановился. В светло-сером спортивном костюме она смотрела на спрятавшиеся среди больших сосен зелёные домики турбазы. Очевидно, она кого-то ждала, остановившись на пологом склоне пляжа.

— Света, мне нужна твоя помощь! — крикнул Дима взволновано, пробегая мимо неё к лодке и выталкивая её на воду. Лодка слегка качнулась, принимая второго участника спасательной операции.

— Смотри, слева второй буёк, рядом мужчина активно барахтается на надувном матрасе. Я сейчас займусь им, а ты притормози корпусом лодки тех двоих, что плывут на помощь. Они могут оказаться в большой беде! — мощными гребками приближая лёгкую лодку к человеку, судорожно цепляющемуся за надувной матрас, сказал Дима и нырнул в воду.

В матрасе из трёх камер одна воздушная секция, расположенная в середине, сдулась. Оставшиеся две камеры должны были выдержать на плаву грузного мужчину. Проблема, которую Дима сразу увидел, взглянув на происходящее, — мужчина абсолютно не умел плавать. Димка попросил Свету никого не подпускать к проблемному купальщику. Из опыта знал, что может случиться непоправимое: в животном страхе человек, не умеющий плавать, хватается за всё, что ему попадается под руки, использует это в виде опоры, пытаясь выбраться из воды. С такой массой тела он мог запросто утопить несколько человек.

Поднырнув под мужчину, активно дрыгающего ногами, Димка ухватил его за ноги и стал тянуть вниз. Убедившись, что голова толстяка скрылась в воде полностью на несколько секунд, использовал ноги как рычаги и вытолкнул мужчину на поверхность. Хлебнув за раз пару литров чистой озёрной водички, движения мужчины стали не такими активными. Когда Дима повторил эту процедуру, тот совсем притих.

Так Дима и отбуксировал его к берегу. Канатом для испуганного человека послужил матрас. За уцелевшую камеру бедолага вцепился мёртвой хваткой. Желающих помочь Светлана не подпускала к ним, как Дима и просил. Она и сама понимала, что он прав.

Оказалось, что всё произошедшее было неудачной шуткой со стороны отдыхающих парней. Прикорнувшего на солнышке мужчину вместе с его надувным матрасом они плавно отправили в плавание. Из-за сдувшейся камеры всё могло обернуться трагедией. С водой шутки плохи.

К водной стихии Дима относился с уважением. Его разовое отступление от этого правила недавно подтвердило правильность этого постулата. Думая об этом, он подошёл к Свете, чтобы её поблагодарить, но внезапно на песке увидел тень от стоящего позади него человека. Тень была настолько внушительной, что парень невольно замер, разглядывая её. Великан внезапно схватил его за плечо и грозным хриплым голосом спросил:

— А это что за шкет?!

Растерянно посмотрев на Светлану, Дима увидел, как она вздохнула, развела руками, предлагая ему разобраться с этим великаном лично. Спасатель должен и самого себя спасать при необходимости.

10.186

Тень куда-то пропала, и перед Димой появилась маленькая девочка лет шести, внимательно рассматривающая мокрого с ног до головы спасателя. Малышка спросила:

— А почему ты купался в одежде? Потому что вода холодная?

— Я… — начал растеряно Дима, не зная что ответить, ему хотелось узнать, кто стоит сзади.

— Да, ты! — прозвучал хриплый голос, и рука, до этого держащая Димку за плечо, уверенно произвела тычок в спину. — Интересная униформа, выделяется, надо сказать. Берета не хватает с эмблемой, — Катерина развернула Диму перед собой, повесила сумку на его плечо, словно на вешалку, совершенно не думая, хочет он того или нет. Приставив ладонь ко лбу, стала вглядываться вдаль, изучая побережье в надежде увидеть знакомые лица. — А наши рыболовы не появлялись ещё?

— Света, Света, смотри! Они их несут! — радостно закричала Ася и, ухватив Светлану за руку, вместе с Катериной скрылась, оставив Димку одного.

Ничего не понимая, Дима развернулся и увидел, как мужчина с женщиной рядом устанавливают на пляже круглый пластиковый стол и два кресла, выкладывая пакеты и коробки.

— Вот он — снежный барс! Я так долго его искала! — Ася от возбуждения подпрыгивала и хлопала в ладоши.

— Нас интересует этот белый котик, — обратилась Света к мужчине, раскладывающему на столе листы и авторучки.

— Я рад вашему выбору. Чтобы его получить, вам нужно собрать команду и выиграть турнир, если не ошибаюсь, по пляжному волейболу, — пояснил мужчина и в подтверждение своих слов закрепил на упакованную в прозрачный пакет игрушку снежного барса самодельную табличку.

— Понятно, а сколько в команде должно быть участников? — спросила Светлана, поглаживая сестрёнку по голове.

— Команда состоит из двух участников. Состав команды может быть смешанным, возрастных ограничений нет. Участвовать могут все, это же просто праздник спорта для отдыхающих.

Возле стола стало оживлённо. Димка не знал, что сегодня на завтраке объявили о спортивных мероприятиях на территории базы. Призы, видимо, тоже были показаны.

— Света, мне как-то не комильфо, было бы что другое, а тут волейбол. А играть с любителями это немного… — Катя смолкла. Она искала правильное решение. Заведомо зная исход поединка, ей, профессиональной волейболистке, соревноваться с любителями не позволяла совесть.

— Желаю победы, — Дима передал сумку Свете и, развернувшись, пошёл к спасательной вышке, на ходу стягивая мокрую футболку.

— Света, а может…? — Катя многозначительно посмотрела на Светлану и перевела взгляд на уходящего Диму. Расценив молчание подруги, как знак согласия, она быстро догнала юношу и ловко сделала подножку.

— Да, что это… — Димка упал, но успев сгруппироваться, избежал на своём лице песчаной пудры.

— А тебя кто отпускал? Пожелал победы и решил всё на хрупких девушек взвалить? — с недовольной миной Катя стала отчитывать Диму и, окончательно добивая его, произнесла, указывая на двух загорелых мужчин с пивными животиками: — Станешь с ними соревноваться в плавании? Отвечай!

— С этими бегемотиками? Да, что я, совсем? — поднимаясь, ответил Дима, понимая наконец, что от него хотела Катя.

— Дошло? Тогда иди и принеси вот этой маленькой леди приз за победу, — Катя указала на Асю, не сводящую глаз с игрушки снежного барса. — У тебя есть всё для победы! Профессиональный, заслуженный и многоопытный играющий тренер, самый преданный болельщик и необыкновенная и восхитительная напарница! Согласен?! — милостиво протягивая руку поднимающемуся Димке, подытожила Катерина.

— Да, — тихо выдохнул Дима, изображая кроткое согласие перед всеми, а в душе ликуя от радости, огромной волной всколыхнувшей его поющее сердце. Светлана вчера рассказала, что Катерина добилась в спорте больших успехов, и Дима проникся уважением к этой спортсменке.

— Придумайте название и запишитесь на турнир, а мы с Асей пойдём на площадку, посмотрим, что там да как, — Катя уже была в образе тренера, раздававшего указания, и Дима отметил, что она была очень убедительна в этой роли.

Солнечный свет мягко обнимал стоящую рядом девушку. Димка смотрел с лёгким прищуром на яркое светило, пытаясь скрыть счастливую улыбку — от переполнявших его эмоций он уже был на седьмом небе.

— Дима, как назовём нашу команду? — голос Светы вернул его с небес на землю, вернее, на тёплый пляжный песок.

— Песчинка… — неуверенно, пытаясь импровизировать, Дима предложил это название, но окончательно сформулировать свою мысль не мог.

— Хорошо, тогда так и записываю.

— А ты? Может что-то добавишь?

— Тогда — Песчинка Солнца!

Записавшись на турнир, ребята пошли к самому краю пляжа, где была обустроена площадка для игры. Высокая сетка и широкая малиновая лента, закреплённая на жёлтом песке в качестве разметки, создавали лёгкую праздничную атмосферу. Димка, махнув рукой на свой изрядно испачканный наряд, разлёгся на тёплом песочке в ожидании соперников. А Светлана, сняв свой спортивный костюм, оказалась в спортивных шортах и футболке чёрного цвета.

Первые соперники, с которыми пришлось столкнуться, оказались самыми трудными для «Песчинок Солнца». Высокие парень и девушка играли довольно прилично для любителей. Особенно выделялся парень. Их преимущество было в росте, на песке это ощущалось. И тут без тренерских подсказок Катерины ребятам пришлось бы несладко.

— Они тяжелее вас почти в два раза, поэтому приноравливайтесь в первой партии и жилы не рвите. В начале их надо вымотать, чтобы устали, а уже потом будем скальпы снимать. Подачи делайте максимально высокие — свечой, при приёме солнце глаза слепит и ветерок немного меняет направление, она не такая простая, особенно, когда на песке играешь, — Катя, сделав установку на первую партию, добавила: — А ты, Дима, когда подачу парня принимать будешь, попытайся на задней линии брать все мячи, даже те, которые уходят в аут. Но только в первом сете. Я смотрю, он любит лупить по мячу от души, поэтому пусть пока развлекается. Знаю по себе — трудно в игре сразу перестроиться под новую тактику соперника.

Отдав первую партию, во второй Дима и Светлана под чутким руководством Кати смогли озадачить соперников. С большим трудом, но всё же зубами вырвали победу и сравняли счёт в игре. А в третьей решающей партии борьбы, как таковой, уже не было — сказалось очевидное преимущество «Песчинок Солнца» в выносливости и скорости.

Спортивная подготовка у ребят была на высочайшем уровне, на что и обратила своё внимание весёлая тренерша:

— Молодцы! Всех с победой, а из вас получился бы неплохой тандем. В Азии проходят гонки среди велорикш. Представьте — вы сплочённо на пару крутите педали, а я сижу впереди в кресле, и всех соперников в разные стороны раздвигаю! Там, говорят, и призы хорошие дают! Ну как, здорово я придумала?!

Потенциальный тандем молча лежал на тёплом песке, слушая разговорившегося тренера и ожидая следующих соперников. Не встретив серьёзного противостояния с их стороны, «Песчинка солнца» выиграла приз к превеликой радости Аси, так мечтавшей заполучить своего снежного барса.

Димка ещё не знал, что и его ждёт награда. Такая, о которой он даже не смел и мечтать.

10.187

Заметив странное поведение парня на старом пирсе, Димка, вымотанный капитально после игры, нашёл в себе силы встать и пойти в ту сторону.

Раньше на пирсе швартовался теплоход, а сейчас там во время дежурства находился спасательный катер. Иногда рыбаки заходили малька половить, да пацаны, опуская наживку на крючке в длинные щели между старых досок, потягать сопливого ерша, спрятавшегося в многочисленных камнях. С пирса можно поймать красивые ракурсы для съёмок, и многие фотографы пользовались этим.

У парня же, зашедшего на старую пристань, ни фотоаппарата, ни удочки Дима не увидел и потому, как тот активно снимал с себя одежду, понял, что молодой человек решил понырять. А это категорически запрещалось. На специальном щите чётко были прописаны правила. Только не все отдыхающие утруждали себя прочтением, а щит использовали, чтобы повесить одежду. Хотелось нырнуть побыстрее, не терпелось почувствовать сопротивление глубоких вод.

Именно таких вот прыгунов дежурившим спасателям и надлежало останавливать, чтобы остудить пыл необдуманного желания, предостеречь от неминуемой беды. Неведомо было смельчакам, что место для ныряния опасное. Одно время здесь хотели построить новую пристань. Рядом с пирсом стали забивать сваи для опор, но передумали и перенесли строительство вглубь залива, за лодочную станцию. Сваи демонтировали, но на дне оставались их обломки.

— Купаться здесь запрещено! Тут очень опасно! — издали начал Дима отговаривать взрослого парня.

— Да тут глубоко, я и раньше здесь нырял, — упрямый ныряльщик и не собирался прислушиваться к запрету.

— Пару лет назад я и сам нырял с этого пирса, но сейчас опасно, — пытаясь убедить молодого человека, Дима высматривал, кого бы позвать на помощь, и был приятно удивлён, когда увидел, что на широкие доски старой пристани в полном составе заходит его команда, победившая в спортивном турнире.

Катерина, как и положено опытному тренеру, быстро оценив происходящую на её глазах картину, отстранила легонько Диму к остановившимся посреди пирса девочкам, а сама будничным и невозмутимым голосом стала увещевать ныряльщика поскорее совершить задуманное:

— Ты чего задумался? Решил нырять — так действуй! Только предупреждаю, тут порывы ветра бывают очень сильные, так что имей ввиду — твои туфельки, да и одежонка тоже, а в джинсах, наверное, телефончик имеется, могут оказаться в воде вслед за тобой. Здесь такое часто случается.

Пока Катя проводила базовый инструктаж с купальщиком, Ася держа в руке победный приз, обратилась к Диме:

— Я рада, что у меня появился снежный барс. Трис — главный герой нового фильма, этот снежный барс смог спасти принцессу Оджи и победить злой туман Чёри!

Девочка, удерживая игрушку, отсоединила закреплённый на шее снежного барса небольшой медальон овальной формы и с серьёзным видом сказала, обращаясь к Свете и Диме:

— Вы так старались, так старались и победили! Я хочу, чтобы у вас тоже был подарок! Этот волшебный цветок может исполнить одно желание! — Ася виновато развела руки и с грустью сказала, — Вас двое, а желание он может исполнить только одно! А мне так хотелось отблагодарить вас обоих.

— Всё хорошо, моё желание — это чтобы обязательно исполнилось желание Светы! — не задумываясь и пытаясь успокоить Асю, громко выпалил Дима.

— Правда?! — Ася заулыбалась, — Получается, что у вас одно желание на двоих! Это здорово! Тогда ты будешь Хранителем желания Светы! Света, а ты согласна с нами?!

— Да. Назначаю тебя Хранителем! — подыгрывав сестрёнке, Светлана взяла медальон и передала его Диме.

Кивнув, Ася с загадочным видом поманила Диму в сторону и, поднимая указательный пальчик вверх, тихо произнесла:

— Знаешь, я тебе скажу сейчас самое главное: ты увидишь, когда желание Светы исполнится: бутон раскроется и расцветёт. Береги его!

— Я буду беречь его всю жизнь! — искренне ответил Димка. Вне себя от радости он воспринял случившееся как огромное счастье, свалившееся неожиданно на его голову.

— Смотри, а он неплохо ладит с детьми, даже весь светится от радости. И Ася тоже не перестаёт улыбаться. Быстро они спелись, — сказала Катя обращаясь к Светлане. Катя и сама светилась — ей только что удалось остановить ныряльщика от его намерений.

Раздражённый парень, проходя мимо Димы, резко махнул футболкой, которую так и не надел. Лежащий на Димкиной ладони лёгкий медальон от этого движения сбросило на доски, и он по инерции, перекатившись на самый край пирса, не удержался и соскользнул в воду. Бросившись вслед за ним, Димка успел схватить ускользающий в глубину медальон, пока тот не скрылся в нагромождении камней на дне озера. Но проныривая между обломками свай, Дима хоть и смог увернуться от столкновения, а прут одной арматуры всё-таки задел, получив на животе три царапины. Если бы не умение владеть своим телом в воде, то всё могло закончиться намного серьёзнее.

Автобус бережно вёз отдохнувших на турбазе ребят домой, а Димка, не выпуская медальон, подаренный ему Светланой, всё смотрел и смотрел на изображение бутона цветка, изготовленного из тёмно-зелёного пластика и закреплённого на тонкой металлической пластинке. Его скромное желание, наконец, исполнилось — Света подарила то, что он хотел хранить как память. Он даже мечтать не смел, что она доверит ему хранить своё сокровенное желание! Это было настоящей сказкой для него!

Автобус натужно гудел на подъёмах, а душа юноши тихо напевала сказочную мелодию счастья.

10.188

На аллее, ведущей к зоопарку, было тихо. Одинокая «зебра» на скамейке выглядела довольно импозантно: оперевшись головой на сплетённые передние ноги и заложив задние нога за ногу, она пребывала в глубокой задумчивости. Димка, находясь в костюме зебры, был встревожен — голова гудела от столкновения противоречивых мыслей. Через плотную чёрную сетку он посматривал по сторонам, осторожно поворачивая голову, стараясь не выдать своего беспокойства.

Он не был до конца уверен, правильно ли поступает, примчавшись сюда в такую рань. Ещё вчера купался в озере на турбазе, а сегодня одержим желанием набраться смелости и задать вопрос совершенно незнакомому человеку. Прошедшая бессонная ночь изнуряла его цепью сложных умозаключений, которые и привели сюда. Из множества событий, случившихся с ним в этом году, Дима смог по наитию выбрать и соединить между собой несколько случайных встреч.

Сподвигла к решению этого сложного ребуса Софья Ивановна. Именно она своими доводами заставила Диму признать, что далеко не все случайности случайны. И если быть более внимательным, то можно во многих увидеть конкретную и чётко осязаемую взаимосвязь.

Звёзды на тёмном небе выжигают красивые созвездия и помогают кораблям ориентироваться и находить верный путь, так и в беспокойном океане жизни — встречи, даже с незнакомыми людьми, могут неожиданно вспыхнуть так ярко, как те звёзды на небе, и стать для определённого человека судьбоносными…

Всё началось в автобусе. Покачиваясь в комфортном кресле, Дима прокручивал в памяти прожитые на турбазе дни. Особенно последние, которые были наполнены присутствием Светы. Когда прощались и покидали старый пирс, Ася передала Диме цепочку, на ней был закреплён подаренный до этого медальон. Семь маленьких снежинок, соединённых между собой, не могли обхватить даже запястье парня. Улыбнувшись, он привязал к ним кусок толстой лески и надел на шею дорогой подарок.

И сразу после этого как-то неожиданно в памяти всплыли образ мужчины, отрешённо сидевшего на рельсах под снегопадом, и момент, когда Дима нашёл в снегу раскрытые часы. Видимо, полученный в подарок от Светы медальон и напомнил о тех карманных часах. Красивый портрет женщины на одной из створок привлёк внимание юноши. Её облик с красиво уложенным платком на голове Димка молниеносно сопоставил с образом Светы с чалмой из полотенца после ночного купания. Поразительное сходство потрясло его.

Новые звенья воображаемой цепочки продолжали будоражить сознание, вырисовывая удивительные совпадения. Они отчётливо сплетались перед глазами.

Селфи с незнакомкой на этой скамейке… Да, тогда в разговоре по телефону она упоминала имена: Ася, Света, Виктор. Сходство с портретом для Димы сейчас было очевидным. Виктор… Именно этим именем представился тогда солидный мужчина, когда Димка повстречался с ним на железнодорожных путях в незабываемый февральский вечер. И тот короткий разговор между ними… Именно он и заставил Диму, преодолевая внутренние разногласия, появиться здесь…

Дима понимал, что сейчас он реально вторгается в личное пространство семьи Светы, даже если эти намерения благие. Переживая, как к этому отнесётся сама Светлана, ему оставалось придерживаться совета Софьи Ивановны — делать так, как подсказывает сердце.

Сердце от волнения отбивало чечётку, а Димка внимательно вглядывался в силуэты прохожих, стараясь отыскать среди них нужного ему человека.

10.189

…Первое сентября. Торжественная линейка на школьном стадионе. Классы построены. Море цветов. Из динамиков звучит мелодия школьного вальса… Вдруг на середину стадиона въезжает белый скутер и медленно едет вдоль классов. Вадим! За рулём Вадим!… Улыбается и приветливо машет Лене. Скутер останавливается и Вадим достаёт сумку, наполненную угощениями и, обращаясь к одноклассникам Лены, говорит:

— Народ, я забираю Лену, вот выкуп! — протягивая сумку, смотрит на ошарашенную Лену. — Извини, раньше не смог, прямо с корабля к тебе на бал, — и, протягивая второй шлем Лене, тихо произносит: — Ты…

…Будильник требовательно загудел где-то вверху, подражая автомобильному клаксону и прервав безвозвратно такой интересный девичий сон. Рассерженная вмешательством, Лена с размаху запулила в будильник подушкой и, накрыв голову одеялом, крепко закрыла глаза, в расчёте досмотреть важный момент и узнать, что же Вадим хотел сказать.

— Ааа! На самом интересном месте! Ну почему?! — разочаровано выдохнула девушка и, что-то вспомнив, взяла телефон, сосредоточенно проверила электронную переписку с Вадимом и произнесла задумчиво: — Так, значит, кругосветка у них завершится осенью.

После привычного утреннего ритуала Лена спрятала белый телефончик. В отличие от Вадима, она до сих пор так и не решилась показать ему своё фото. В последний раз она отправила снимок парада ретро автомобилей, что проходил в городе. Правда, без всяких комментариев. Лена была рада тому, что Вадим не обращал на это внимания. Пока не обращал. Но периодически её охватывали переживания от этой неоднозначной ситуации. Совет человека, которому полностью доверяешь, сейчас был бы кстати. Осознав это, Лена откопала под одеялом ещё один телефон и, пробежав пальцами по светящейся полоске экрана, отослала сообщение Светлане. Телефон подмигнул голубым свечением, и Лена услышала голос подруги:

— Лена, если ты насчёт подарков, то я прошу — остановись. Меня засыпали ими так, что пришлось спать в настоящей пещере.

— Ха! А как тебе моя пандочка?! Она даже может петь такие классные песни!

— Супер! Она мне сегодня помогла навести в комнате порядок. Да, и поёт она восхитительно, — разговаривая по телефону, Света развернула скрученный в валик светло-серый шарф, внутри которого находился пакетик с набором разноцветных ниток, предназначенных для вышивки, — подарок от мамы. Она сама сшила Свете осенние перчатки и этот тонкий шарф, надеясь, что дочка украсит его узором.

— У тебя сегодня будет свободное время? Хочется поговорить, — в голосе Лены прозвучала лёгкая озабоченность.

— У нас сейчас гости. Не знаю, смогу ли выбраться. А по телефону ты не хочешь? Если что-то серьёзное, то я, конечно, забегу к тебе, но только поздно вечером.

— Не могу сказать, насколько это серьёзно, но не телефонный разговор — это точно. Ладно, потом поговорим. Я завтра с дедушкой еду на дачу, а сегодня мы с ним гоняем по городу и закупаемся по полной. А ты хорошо повеселилась с гостями! — голос Лены заметно повеселел. — Ты мне потом подробно расскажешь, как летом отдыхала?

— Хорошо, так ты купила себе новый купальник?

— Да, я уже почти оделась! — громко произнесла Лена. — Света, это я деду ответила, нам скоро выезжать надо. Купальник? Купила. Ладно, встретимся в конце лета, во всяком случае, я на это надеюсь!

— Взаимно. Дедушке привет от меня. Доброй дороги вам, и не забудь мяты насушить, как обещала.

— Лады, — Лена завершила разговор и снова взяла белый телефон, но, услышав требовательный стук в дверь, убрала обратно и стала торопливо одеваться.

Когда они ехали по шумным улицам города, Лене показалось, что она увидела знакомый силуэт, но разглядеть тщательно помешал большой автобус в соседнем ряду, перекрывший весь обзор. Громко щёлкнув языком, Лена нахмурила брови и задумалась: он или не он?

Димка шёл к метро. Всю дорогу он периодически растирал шею рукой — всё-таки «голова зебры» оставила след после длительного ношения, даже заранее подложенные пакеты не смогли обезопасить от этой сломанной спирали в костюме. Поэтому его кроме Димы никто и не надевал. «В следующий раз надо шею шарфом обмотать», — подумал Димка, проваливаясь на эскалаторе в огромную воронку метрополитена.

Сегодня была первая попытка встретить маму Светы, если Дима не ошибся в своих расчётах. Надо задать ей один вопрос, чтобы окончательно убедиться в своей правоте. Димка надеялся, что через день, в среду, он сможет добиться своей цели, а залогом этого был невольно подслушанный разговор во время фотосессии. Незнакомая женщина в разговоре с Асей обещала той купить билеты на праздник, который будет проходить во вторник и четверг последней недели июля. В конце июля в зоопарке планировалось проведение праздничного представления артистов цирка. Из-за большого количества желающих продажа билетов в кассах зоопарка осуществлялась в режиме живой очереди за день до представления.

Звякнул прикреплённый к двери колокольчик, оповестив о появлении в небольшом магазинчике ещё одного посетителя. Димка, увидев в закутке за прозрачной стенкой знакомого мужчину, улыбнулся и, достав из кармана визитку, протянул её в маленькое окошко, над которым была закреплена аккуратная табличка «Ювелир».

— Так, узнаю знакомый почерк, — шутливо ответил на приветствие Димы ювелир, изучая визитку. — Я весь внимание! Чем могу услужить?

— Знаете, тут такое дело… — нерешительно произнёс Димка, вытягивая из-под рубашки заветный медальон и разворачивая пакетик, где находилась маленькая фотография Светы.

— Понятно, надо фотографию закрепить в медальоне. А что будем делать с цветком? — ювелир, на удивление, был догадливым, а улыбка Диме показалась знакомой.

— Цветок надо оставить обязательно. А фотографию я хотел заламинировать и тонким стеклом закрыть. А цветок тогда будет поверх него. Так можно сделать? — Димка хотел сделать медальон особенным.

— Знаешь, тут стенка боковая очень слабая, может её немного усилить? Дай мне пару дней, — рассматривая внимательно медальон, произнёс мужчина.

— Два часа! — твёрдо заявил Дима, он даже и мысли не допускал о том, чтобы расстаться со своим сокровищем так надолго.

— Хорошо, я понял, он для тебя очень дорог. Тогда я согласен на два часа, за это время я попробую стекло подобрать по размеру.

— Договорились! Через два часа я заберу фотографию и медальон, — выпалил Димка, выскакивая на улицу, от волнения даже голос стал немного срываться.

Ювелир, загадочно улыбаясь, посмотрел вслед убежавшему парнишке и, доставая необходимые инструменты для работы, тихо сказал:

— Я тебе сделаю сейчас лучше всякого стекла. Эх, надо однако только вспомнить молодость, давно я этим не занимался.

Время бежало в Димкиных шагах, согревая летний день яркой улыбкой счастливого мальчишки.

10.190

Огибая массивную колонну, очередь подвижной змейкой тянулась к кассе. Дима привычно осмотрелся по сторонам в надежде увидеть что-то интересное. По привычке. Почему-то она всегда проявлялась в суете вокзальной жизни — исподволь смотреть на проходящих мимо, не переставая искренне удивляться тому, как многогранен и неповторим огромный мир людей. Наблюдал бы бесконечно, но, как всегда, не располагал свободным временем.

Завершить работу — закрепить в медальоне фотографию — ювелир пообещал в следующий раз. А пока, поправляя на шее прозрачную нить лески, Дима поймал себя на мысли, что с самого утра постоянно твердит: «Я — Хранитель её Мечты!» От одной этой мысли ему становилось легко и радостно. Наконец его заветное желание исполнилось: он смог получить подарок из рук близкого человека. Да ещё такой важный!

На вокзале после долгой дороги бездействовали мощные электровозы, тянувшие за собой нарядные пассажирские вагоны из дальних уголков страны. Поодаль, словно большие зелёные гусеницы, растянулись пригородные электрички, ожидая своего отправления. В их сторону и направился Дима, на ходу изучая расписание на электронном табло.

Тёплый летний день собрал на вокзале горожан, желающих отдохнуть за чертой города. Дима, продвигаясь через снующих туда-сюда людей, рассмотрел в толпе большую компанию туристов с байдарками. Разглядывая вытянутые чехлы лёгких лодок, пришлось резко притормозить — неожиданно кто-то перекрыл обзор, развернув прямо перед ним туристическую карту, держа её вверх ногами. Дима решил обойти, но бумажный лист с подробной схемой рек и дорог, находившихся за чертой города, снова возник перед глазами.

— Молодой человек, вы собрались за город, а вдруг там заблудитесь. Советую вначале изучить эту карту. Всё-таки я переживаю за вас, — голос показался знакомым, но за тёмными очками и вытянутым козырьком зелёной кепки на половину лица узнать было трудно, кто так настойчиво крутит перед Димкой этой самой картой.

— Я еду в гости, и мне карта не потребуется. Я там все места знаю с закрытыми глазами, — пробурчал Димка в ответ. Его задело, что в глазах незнакомого человека он выглядел беспомощным.

— Ха! Не узнал, не узнал — богатой буду! — раздался весёлый смех.

— Лариса Дмитриевна! — воскликнул Дима.

— Ха-ха! Ты бы видел себя со стороны!

— Здорово! А вы в поход на байдарках?

— Да. Я впервые на это решилась, но у меня есть надёжный инструктор. Ему, как и тебе, карта не нужна. Неужели все мужчины такие самоуверенные?!

— А это плохо или хорошо?

— Подрастёшь, сам ответ найдёшь.

— Вы так всегда говорите, а как дела с теннисом у Вас?

— Лучше! Хорошо, когда есть прилежный тренер под рукой. Да, кстати, Дима, я тебе очень благодарна за тот раз, когда составил нам компанию. Поэтому обращайся ко мне, если что, всегда буду рада помочь, чем смогу. Запиши на всякий случай мой телефончик.

— А я знаю, Вы его уже называли. Помните, когда мы возле больницы встретились! Он легко запоминается.

— А, это когда ты ёжика лепил из снега?! Ну и отлично, звони, не теряйся.

— Хорошо! Ладно, я побежал, моя электричка скоро отправляется. А инструктору Вашему от меня привет передайте!

— Счастливой дороги!

— И Вам тоже! — крикнул Дима, убегая к своей электричке и пытаясь осмыслить сказанное Ларисой Дмитриевной словосочетание «прилежный тренер». Обычно люди говорят «прилежный ученик».

Перрон вокзала за окном становился всё короче и короче, пока совсем не пропал. Забросив свою поклажу на полку, Дима рассеяно смотрел, как мелькают солнечные блики на стекле, и радовался тому, что сегодня появилась возможность отдохнуть в своих родных местах, искупаться и понырять в старых карьерах, сходить в гости к дяде Володе и тёте Маше, а заодно выполнить просьбу тётушки — закрепить новый оголовок дымохода на трубе дома. «Интересно, велик в сарае жив ещё, или придётся камеры после зимы менять?» — подумал Дима, не замечая, что начинает засыпать под размеренный стук колёс.

Старый велосипед, на удивление, был в рабочем состоянии, и поэтому, смахнув с него паутину и добавив насосом в камеры свежего воздуха, Дима, не тратя времени, быстро выкатил его на улицу. День был в разгаре, труба на крыше тёткиного дома горделиво сверкала новой шляпой и весело подмигивала оседлавшему велосипед мальчишке, который, позвякивая звонком, пытался уговорить стаю важных гусей уступить ему дорогу.

Железный конёк-горбунок, жалобно поскрипывая, всё же смог доставить своего нетерпеливого седока к голубым блюдцам заброшенных карьеров, где можно было вволю понырять — глубина была довольно приличной. Небольшой песчаный язычок пляжа примыкал к узкой полосе мелководья, умудряясь разместить на маленьком пространстве десятка два отдыхающих. Димке нравилось, что здесь было немноголюдно. Очевидно, глубина отпугивала многих желающих.

Пристроив велик возле редкого кустарника, он разделся, подошёл к воде и застыл в нерешительности. Только сейчас понял, что не хочет нырять с медальоном на шее.

Во-первых, не хотел всем открыто показывать его, а во-вторых, не успел заменить привязанную наспех леску на более прочный материал. Отступив от воды на пару шагов, Дима задумался, решая как быть. Заметив женщину, пытающуюся что-то найти, периодически опуская руки в воду, он решил за ней понаблюдать. Поймав его взгляд, она улыбнулась и сказала:

— Мне дочка сегодня дала свой обруч для волос, а я его где-то посеяла и теперь сама не знаю, где. Он не дорогой, конечно, но хотелось бы вернуть.

— А Вы далеко от берега отплывали?

— Нет-нет, я знаю, что тут глубина резко начинается, поэтому я плавала рядом с берегом.

— Хорошо, я попробую найти. А Вы, пока я ищу, будете отвечать за хранение вот этого медальона, договорились?

— Да. Я его из рук не выпущу, будьте уверены.

— Добро, но если Ваш обруч скатился на самое дно, то вряд ли смогу помочь.

— Да, конечно. Благодарю за отзывчивость.

Проверив дно на малой глубине, он решил опуститься глубже, хотя понимал, что шансы там найти обруч ничтожно малы. Глубину во время погружения Димка определял достаточно точно. До восьми метров всё было хорошо, но после этой отметки сопротивление воды становилось ощутимым. А когда глубина достигла десяти метров, ощутил лёгкий дискомфорт, который увеличивался с каждым метром. Нырнув на двенадцать метров, он понял, что дальше погружаться опасно. Стал всплывать — видимость оставляла желать лучшего, да и вода на глубине была холодная.

Обруч, который женщина искала, Дима нашёл на берегу. Он был сильно вдавлен в песок. Возможно, на него кто-то, не заметив, случайно наступил. Женщина обрадовалась находке. А благодаря ей у Димы появилась возможность не спеша понырять с самодельного трамплина, который и был главной достопримечательностью.

Довольный проведённым временем, хорошо отдохнувший парень, преодолев затяжной подъём, свернул на развилке в сторону небольшого полустанка. Крутить снова педали желания не было, поэтому он решил на обратном пути просто проехать одну остановку на электричке. Вспомнив, что где-то здесь его однажды угостили молоком, Димка свернул на узкую улочку.

Десяток домов, щедро согретых солнышком, мирно дремали в уютной тишине летнего дня. Полуденный летний зной уже давно прошёл, но жители, что спрятались в спасительной тени, не торопились показываться на улице. Медленно передвигая ноги по тёплой пыльной дороге, Димка почувствовал жажду и пожалел, что не взял с собой питьевой воды. Совсем рядом громыхнуло ведро — впереди него улицу перебежала женщина, согнувшись под тяжестью ноши. В руке она держала ведро с водой. «А, точно, у неё воды и попрошу», — промелькнуло в голове, и он направился в сторону белой калитки, в которую только что забежала женщина.

Подойдя ближе, Димка увидел за невысоким заборчиком крышу дома. Первое, что бросилось в глаза, было белое облако, похожее на пар в бане. Оно повисло прямо над домом, словно белой шляпой старалось укутать верх крыши.

Прислонив велосипед к забору, юноша осторожно вошёл в открытую калитку и остановился. Во дворе было безлюдно. Старая собачья будка пустовала, а рядом с ней валялись детский велосипед и игрушечная коляска с куклой. Вдруг из дверей дома на четвереньках, сильно кашляя, выскочил мужчина. Тут же из-за угла дома появилась и та женщина с ведром. И Диму осенило, что пар на домом вовсе не пар, а белый дым. Обманчивая тишина несла в себе большую беду — пожар разгорался. Из громкого разговора он уловил, что взрослые изо всех сил пытаются найти маленькую девочку, которая оставалась в доме — бабушка отлучилась к соседке, а вернувшись, обнаружила сильное задымление.

— В доме её точно нет, я все комнаты успел проверить, — кашляя и сдёргивая тряпку с лица, заявил мужчина.

Белый шлейф дыма, выползающий из дверей, на глазах становился гуще и плотнее. Удивительно, но Дима не видел огня. Дыма без огня не бывает, как известно. Значит, надо усилить поиск девочки и как можно скорее.

— Надо ещё проверить веранду и весь участок осмотреть, — добавила женщина.

Димка понял — надо действовать. Пока взрослые забежали в палисадник, где находилась веранда, он решил обойти дом с другой стороны и всё внимательно осмотреть. Лёгкое движение занавески в окне, находившееся высоко от земли, не ускользнуло от Димкиных глаз. Решив, что на чердаке этого старого дома была обустроена летняя комната, Димка вздрогнул от волнения и, схватив длинную лестницу, притулившуюся возле стены, стал поднимать её. Старая прогнившая древесина, местами покрытая мхом, не выдержала такого обращения и тут же развалилась на части в Димкиных руках. Вспомнилось восхождение Светы по отвесной и обледенелой стене. Дима пытался найти другую возможность подобраться к окну. Увидев длинную жердь, прикрученную толстой проволокой к стене дома, на самом верху её украшала допотопная телевизионная антенна, он стал торопливо карабкаться по ней наверх. Закрепившись ногами на тонкой дощечке, предназначенной для сбрасывания дождевых капель от стены, ему предстояло, цепляясь руками за дряхлые доски, которыми был обшит фронтон дома, сделать по этой дощечке три шага и попытаться открыть окно.

Когда Дима ухватился за раму окна и потянул её на себя, она просто вывалилась из оконного проёма и упала на землю. До этого её удерживали в вертикальном положении только прибитые по бокам гвозди. В комнате на полу в коробке с шерстяными нитками он обнаружил двух котят. Это они теребили свисающую до самого пола белую штору. Кроме котят в комнате никого не было. Одинокая кровать пустовала, а дверь из комнаты Дима не смог открыть, как ни старался. Либо закрыта была, либо её от времени перекосило. Сильный запах дыма уже властвовал в небольшом помещении, а за дверью он слышал шум, похожий на гул. Выглянув из окна, юноша увидел ту самую женщину, которой недавно нашёл обруч, окликнул её и, завернув коробку с котятами в покрывало, осторожно кинул ей прямо в руки.

Когда ноги коснулись земли, охватило неприятное чувство тревоги. Что-то не так. Уже по привычке прислонил руку к груди и понял, что медальона нет. Шум и голоса возле дома усиливались. Из окна, которое совсем недавно открыл Дима, повалил густой дым.

«Хранитель! Ты же обещался беречь подарок Светы всю жизнь! Всего два дня прошло, а ты его уже потерял!» — каждый звук пулей выстреливал в Димкино сердце. Сознание отказывалось верить в произошедшее, но как он себя ни осматривал и ни ощупывал — медальона не было.

Перехватив у пробегавшего мужчины ведро с водой, Димка вылил его на себя и решительно ухватился за жердь. После первого восхождения, проволока в некоторых местах разошлась и царапала до крови Димкины руки. Повторно взобравшись на тонкий край прибитой к дому дощечки, он готовился сделать, как в прошлый раз, три шага, чтобы попасть в комнату. Чёрный дым вперемешку с большими языками пламени, свиваясь в подвижный жгут, выползал из окна. На мгновение Дима отвёл взгляд от окна и, внутренне собираясь с силами, посмотрел на грустное светило, внезапно атакованное серыми тучами, разросшиеся кусты вишни под ногами и длинный огород засаженный картошкой и…

— Она вон там, я её вижу! Там ещё лестница стоит! — громко закричал Дима, указывая на небольшое строение в конце огорода. Именно там, под крышей, где был устроен сеновал, среди вороха сена он смог разглядеть силуэт маленькой девочки в красном платье. Выяснилось позже, что самостоятельно залезть по большой лестнице на сеновал она смогла, а слезть побоялась.

Внизу послышались радостные голоса. Димка, понимая, что у него нет времени на раздумья, отчаянно нырнул в окно. Опустившись на пол и сдерживая изо всех сил дыхание, он стал на ощупь искать медальон. Но как Димка ни сдерживался, дым упрямо проникал в лёгкие. Закрытые глаза сильно жгло. Совсем рядом раздался сильный треск, словно по чердаку разгуливал огромный великан, дышащий огнём. В какой-то момент Диме удалось нащупать медальон и, ухватив, крепко зажать в руке. Юноша не видел, как вспыхнула и побежала огненным ручейком вниз загоревшая штора. Почувствовал только, как сильная боль коснулась его щеки и обеих рук. Проведя рукой по стене, он смог быстро найти оконный проём и, действуя на автомате, оттолкнулся от пола и просто вывалился в открытое окно. Падая на землю, Димка услышал сильный взрыв.

Дальше память буксовала… Как несли к машине и оказался в больнице — не помнил. Очнувшись на больничной койке, он обнаружил, что медальона нет. Дима опять его потерял.

10.191

Плотная повязка на голове беспокоила меньше, чем руки и щека. Грохнувшись вчера на землю, Дима основательно пробил голову, и медсестра, делая перевязку, похвалила, что стрижка под ноль для этой процедуры как раз кстати. Двухступенчатая стрижка когда-то пышной шевелюры. В парикмахерской постарались…

…Возвращаясь домой после встречи с ювелиром, Дима вспомнил, что тренерский состав на предстоящих сборах внешнему виду спортсменов сборной придаёт особое значение.

Какая у спортсмена причёска их тоже волнует. А Димкина супермодная стрижка, которую ему навязали ещё в мае в связи с награждением, за лето порядком видоизменилась. Да и сам он приложил руку, поправив ножницами длинные хвосты и чёлку. Гонять на велике по деревне в таком виде можно, а вот появиться в сборной было бы опрометчиво…

…В парикмахерской, на удивление, было тихо, и Дима, полный радужных мыслей, поудобнее устраиваясь в кресле, заявил расслабленно парикмахеру:

— Чем проще, тем лучше. Без всяких там выкрутасов.

— Да? Тогда можно пригласить девушку — она у нас практикантка, но очень старательная?

Прозвучавший вопрос нисколько не смутил, и Димка кивком дал знать, что готов довериться практикантке. Юноша не сразу осознал, что будущая причёска, за которой он внимательно наблюдал в зеркале, напомнит ему шахматную доску. У практикантки тряслись руки. Она просто выдёргивала Димке волосы клок за клоком, на что он старался не обращать внимания, стойко выдерживая экзекуцию. С просьбой полностью убрать хаотичные пучки волос она справилась увереннее. Похоже, в её арсенале подобная стрижка была самой любимой…

…Полученные ожоги, небольшие по площади, оказались глубокими. Вместе с медальоном Дима поймал в ладони ещё и горсть горящих капель от шторы, одна из них оставила след на щеке. Как раз со щеки и хотелось сорвать повязку, но Дима сдерживался изо всех сил.

Внутри «зебры» было душно, запах от мазей напоминал о больнице, из которой получилось благополучно отлучиться. С одеждой помогли соседи по палате. Дима оставил медсестре записку, сообщив, что обязательно вернётся на перевязку. Час ожидания был утомительно долгим. От назойливой публики Димка прятался на газоне за кустами. Рассматривая бесконечную ленту идущих людей, старался не пропустить того, кого дожидался. Вспомнив наставления — предписанные врачом — воздержаться от всех водных процедур в ближайшее время, чтобы не навредить повреждённым участкам тела, он подумал: «Значит, пролетаю мимо сборной и мимо спортивной школы тоже».

Увидев долгожданного человека, Димка стал торопливо выбираться из своего зелёного укрытия.

— Здравствуйте! Как наше селфи? Племяннице понравилось? — перегораживая путь женщине, приветливо спросил юноша, всё так же оставаясь в костюме «зебры».

— Ой! Так это Вы тогда были?! Да, она была рада, — ответила незнакомка, остановившись рядом.

— Разрешите задать Вам один вопрос? Насчёт билетов не беспокойтесь, для Вас и Ваших друзей я уже приобрёл их, — голос вначале дрожал, но справившись с волнением, заготовленную фразу Дима произнёс достаточно чётко.

— Да? У Вас есть билеты?! Это так хорошо! Но откуда Вы узнали?

— Когда мы в прошлый раз фотографировались, вы по телефону об этом говорили. Я ждал в понедельник, но Вы не пришли, поэтому сегодня я надеялся Вас встретить.

— А, понимаю. Благодарю за билеты. Но я ведь могла и сама их приобрести.

— Мне они достались без очереди. Просто решил сберечь Ваше время. Посмотрите, сколько людей возле касс.

— Я, конечно, не откажусь. А о чём вы хотели спросить меня?

— Да, пожалуйста, ответьте на один вопрос.

— Слушаю внимательно.

Всё тело ломило от повышенной температуры. Голова, сдавленная бинтами, гудела. Кисти рук, спрятанные в рукавицах, ныли от постоянной боли. А щека по ощущениям была какой-то чужой, словно её подменили во сне. Очень хотелось пить. Перебарывая себя от усталости, Дима присел на скамейку и стал рассказывать:

— В феврале этого года я случайно встретил мужчину. Он потерял свои часы. Карманные часы. Я помог найти их. Внутри на крышке этих часов был изображён портрет женщины. Женщина была похожа на Вас. А того мужчину звали … — Дима сознательно сделал паузу, ожидая ответную реакцию женщины.

— Виктор?

— Да, именно так представился он тогда.

— Вы правы, на портрете изображена я. Виктор просил подарить на память часы…

— Значит, всё сходится, тогда я Вам должен кое-что пояснить. Думаю, для Вас это важно. Извините, что разговариваю с Вами в таком виде. Надеюсь, Вы не против?

— Да как Вам удобнее.

— Когда я нашёл часы, Ваш муж поделился своими переживаниями. Он был очень расстроен тем, что Вы не рассказали о своём обследовании в больнице в позапрошлом году.

— Честно говоря, я не понимаю, о чём речь?

— Ваш супруг просил принести домой результаты с последнего обследования, а Вы не сделали этого. Помните? Тогда он сам пошёл в больницу и встретился с профессором. Так вот, профессор показал снимки, результаты, озвучил диагноз. Диагноз был шокирующим. Ваш муж очень расстроился. Он сказал… Ему показалось, будто время играет с ним — сначала остановилось, а потом побежало с огромной скоростью, — от волнения Дима говорил сбивчиво, но уверенно — тот разговор с незнакомцем на рельсах хорошо запомнился.

— Я об этом не знала, впервые слышу!

— Да, а ещё он назвал конкретный день, когда его жизнь резко изменилась. Возможно, это тот день встречи с профессором? — Дима посмотрел на растерянное лицо собеседницы и показал ей цепочку цифр возле скамейки, ранее выложенную из мелких камешков

— Так. В этот день он попал в аварию! Разбил машину и чудом избежал столкновения с пешеходом. Такое не забывается. С тех пор его не узнать. А я тогда проходила обследование, диагноз был хороший. Правда, меня потом пригласили повторно для тестирования нового оборудования. Даже не знаю, что ему там профессор наговорил, но что-то не сходится. Надо разобраться.

— У меня есть знакомая. Она врач и работает в центральной больнице, ей можно довериться. Надеюсь, она поможет разобраться, и, если Вы согласны, я могу позвонить прямо сейчас и попросить о помощи.

— Так неожиданно. Но была бы признательна за этот звонок.

— Тогда я сейчас продиктую её номер, а вы наберёте и передадите мне телефон, — извлекая из рукавицы, перевязанную бинтами руку и мысленно выстраивая свою просьбу Ларисе Дмитриевне, произнёс взволнованный парень…

В костюмерной Димка долго смотрел на лежащий перед ним полосатый костюм. Он пытался сосчитать все полоски на нём и решить для себя, каких больше. Чёрных? Белых? Устав от подсчётов, он разлёгся на полу, прокручивая события вчерашнего дня. Сразу вспомнился момент, когда он обнаружил пропажу медальона и тот короткий разговор. От этих воспоминаний его бросило в сильный жар. Но слов обратно не вернёшь, как ни старайся…

…Спрыгнув на пушистый коврик травы возле дома, Димка с недоумением вытянул футболку из спортивных брюк, пытаясь найти Светин подарок. Медальон пропал. Опустив взгляд в землю, юноша замер в оцепенении.

— Что случилось?! — встревоженная его видом, окрикнула его женщина, вынимая из коробки мяукающих котят.

— Она мне доверила хранить свою мечту! А я …его потерял! — раздражённо выкрикнул Димка, обращаясь к самому себе.

— Что потерял?

— Медальон. Подарок… самого дорогого для меня человека.., — тихо прошептал расстроенный парень, словно зачитывал себе обвинительный приговор

— Так это который ты мне давал на пляже? — спросила женщина застывшего во времени человека и с участием добавила: — Не переживай, найдётся.

— Да он точно там! — Дима махнул рукой в сторону окна, принимая решение на повторное восхождение.

— Подожди немного, — сказала женщина, снимая со штакетника старую рабочую куртку и помогая ему её надеть.

Перехватив у пробегавшего мужчины ведро с водой, Димка вылил его на себя и решительно ухватился за жердь. И уже вцепившись за жердь, он услышал за спиной разговор двух людей, но слух почему-то уловил отчётливо только женский голос:

— Понимаешь, он потерял подарок любимой девушки!…

***

Расположившись на скамейке, обе женщины внимательно рассматривали копии документов.

— Лариса Дмитриевна, получается, что в тот день обследование проходила ещё одна женщина с такой фамилией, таким именем и даже отчеством, как и у меня?

— Да, можете сами посмотреть ксерокопии. И я уверена, что ваш муж держал в руках её снимки. Самое удивительное — у неё тогда был другой лечащий врач. Почему профессор решил сам принять участие? Хотя сейчас, когда мы во всём разобрались, думаю, это уже не столь важно, — задумчиво произнесла Лариса Дмитриевна и, собрав документы в папку, передала своей собеседнице.

— Я обязательно их верну. Дома своим покажу, а то у нас это недоразумение длится так долго. Даже не знаю, как и отблагодарить того юношу за его участие и внимание. Думаю, и Виктор, и Света будут рады его чем-то подбодрить. Кстати, я заметила у него травму руки. Может, нужна помощь в лечении?

— Вы же сами сказали, что он просил об одном — не рассказывать про него своей семье. Думаю, если Вы сдержите слово, то это и будет для него большим утешением.

— Хорошо. Я постараюсь. Но с Вами мы обязательно увидимся. И никаких «но»! — тепло улыбаясь Ларисе Дмитриевне, произнесла женщина.

10.192

…Солнце медленно катилось к ближайшему хребту, а узкий выступ горной тропы, по которой осторожно передвигались два охотника, всё никак не заканчивался. Братья торопились пройти перевал до заката, но в данных условиях спешка могла выйти боком.

Ящер, потревоженный шумом случайно сброшенных камней от ходьбы двух путников, набросился на братьев сверху. Его большую тень перед собой заметил младший брат в самый последний момент. Это их и спасло. Находившаяся поблизости глубокая выемка в скале стала единственным укрытием от сильного хищника. Спасая их от ящера, она таила и грозную опасность. Ловушка ночной многоножки была устроена просто. Прогрызшие в скалах многочисленные проходы хищница заполнила небольшими камнями из лёгких пород, старательно маскируя их, и придавала им округлую форму, заряжая особой магией.

Втиснувшись в спасительную выемку, братья почти сразу провалились в ловушку многоножки. Пролетев пару метров вниз, они оказались в глубоком колодце. Увязнув по грудь в россыпи лёгких каменных шаров, братья пытались отчаянно выбраться из этого плена, но камни, заряженные магией, препятствовали этому, постоянным движением медленно затягивая вглубь.

Больше всего ночная многоножка боялась дневного света, поэтому и получила своё название. Как правило, кровожадная тварь приходила за своей добычей ночью, или когда жертва оказывалась глубоко под землёй в абсолютной темноте.

Вдруг младший брат почувствовал, что вращение камней усилилось — это было явным признаком приближения многоножки. Падая, он попытался активировать свои доспехи для полёта, но попытка оказалась безуспешной. Вероятно, в тот раз, когда спасал своего «птенчика», израсходовал весь магический заряд. Совсем рядом из полумрака прозвучал голос старшего брата:

— Интересно, на кого она первой нападёт? Если что — крикни, я тебе свой меч брошу. Только постарайся не промахнуться: он может выстрелить магией всего один раз.

Младший брат и сам прекрасно понимал всю сложность создавшейся ситуации. Да, если выстрелить магией меча и при этом попасть многоножке в голову, тогда появилась бы возможность сразить её. Но, зная её повадки и находясь в полной темноте, сделать это было трудно.

По привычке, проверив рукой наличие на шее кожаного мешочка, он тихо, но отчётливо произнёс:

— Знаешь, я недавно понял, что именно хранил наш отец в шкатулке.

— Да?! И что же?!

— Это тот самый серый платочек, которого ты ошибочно принял за обычную подкладку.

— Не может быть!

— Поверь мне, это на самом деле так. На нём недавно появился тонкий узор, очень похожий на старинные письмена. Трудно разглядеть, но я твёрдо уверен, что это подарок Феи.

— Что же мы будем делать? — вопрос брата был кстати, потому что движение камней с каждой минутой становилось сильнее.

— Надо в первую очередь сохранить подарок. Поэтому прожги мечом отверстие в скале, чтобы луч солнца смог проникнуть в колодец. Тогда я смогу сохранить то, что так долго берёг наш отец.

— А что с этим ползучим гадом будем делать? — произнёс деловито старший брат, направляя свой меч в каменный свод.

— Попробуем укоротить ему ножки, ведь у нас есть ещё ножи, — спокойно ответил младший брат, словно собирался сразиться с маленькой беззащитной гусеницей, а не с бронированной и сильной хищницей.

Братья понимали, что без меча их шансы в борьбе с ночным монстром ничтожны, но всё же уверенно решили следовать плану, предложенному младшим братом. Вскоре сильная вспышка озарила колодец и слабый луч света появился над головами охотников.

— Хорошо, что успели до заката, — произнёс младший брат, вынимая своего «птенчика» из мешочка.

На привалах, разглядывая лоскуток, он заметил, что с каждым разом ткань становилась светлее. У маленького друга, который уже однажды спас жизнь мальчишке, проявлялись новые особенности: он мог сам по себе сложиться в забавную форму, мог спрятаться, пытаясь незаметно ускользнуть из руки в карман куртки, а самое главное — мог летать. Летать! Слабо… Медленно… Но мог летать!

— Лети! — подбрасывая вверх, крикнул молодой охотник от волнения дрогнувшим голосом.

Провожая глазами улетающий силуэт тонкой ткани, младший брат прощался с ним навсегда. Когда лоскуток достиг тонкого луча света, он замер, словно раздумывая, что делать дальше. Вдруг прямо на глазах он увеличился в размерах, а на его поверхности ярким огнём стали вспыхивать старинные письмена. Светящаяся ткань приняла форму большой сферы и стала медленно приближаться к братьям, затягивая их внутрь себя…

Света, прочитав текст на листе, прикрепила его к потрёпанной старой странице, с которой был сделан этот перевод и, откинув голову на подголовник кресла, задумчиво рассматривала потолок, пытаясь представить прочитанное.

***

Входная дверь, окрашенная в светло-серый цвет, протяжно заскрипела железной пластиной, пропуская в подъезд девятиэтажки стройную фигурку девушки. На лестничной площадке между первым и вторым этажами располагались почтовые ящики. В своей синей униформе они выглядели подчёркнуто солидно, но единственно допустимым в их сообществе украшением — навесным замком — похвастаться друг перед другом всё же могли.

Выбрав нужный почтовый ящик, Света достала из сумки прозрачный конверт с находящимися в нём страницами из старой книги вместе с переведённым текстом и аккуратно пыталась протолкнуть его в узкую щель.

— Можно Вам помочь? — вдруг прозвучал за спиной девушки приятный мужской голос.

— Благодарю, думаю, что я и сама смогу справиться, — не оглядываясь, вежливо ответила Света.

— Дело в том, что именно в эту квартиру я сейчас и направляюсь, поэтому могу оказать содействие.

Обернувшись, Света увидела перед собой мужчину, держащего в руках маленький ключ, и женщину, стоящую за ним. Они приветливо улыбались, ожидая ответа.

— Вы, …родители Димы? — пытливо рассматривая в течение нескольких секунд незнакомых людей, спросила Света.

— Так точно! Они самые! — шутливо ответил мужчина, протягивая руку для знакомства.

— Светлана, — пожимая широкую ладонь представилась девушка и, указывая глазами на конверт, добавила: — Дима просил оставить это в почтовом ящике.

— Ну да, он у нас занятой человек, угодил в больницу, а сказать об этом своим родителям не удосужился. Думаю, ему было бы более уместно не обременять девушку, а найти время и самому лично забрать этот конверт. Интересно, когда он повзрослеет? — завершая свою тираду вопросом, отец Димы взял из рук Светы конверт.

— Он у Вас взрослее многих. Вы хорошего сына воспитали, можете в этом не сомневаться, — твёрдо отчеканила Света, уверенным взглядом подтверждая сказанное.

Своей речью Димкина защитница повергла мужчину в лёгкий ступор. Вывести его из этого состояния помогла мама Димы:

— Светлана, может, зайдёте к нам на чашечку чая, будем только рады.

— Извините, сегодня не получится, а вот Диму я постараюсь навестить, только подскажите, как его найти.

Рассматривая в прямоугольник лестничного окна лёгкую походку девушки, мужчина задумчиво произнёс:

— Странно, вроде меня только что отчитали, но почему же мне так приятно?

— Я рада, что сын общается с такой замечательной девушкой. А нам ни слова даже о ней. В следующий раз надо обязательно её уговорить зайти к нам в гости, — задумчиво прозвучал в тишине женский голос.

— Это будет непросто. Ты же видела, что человек умеет расставлять приоритеты. Всё правильно, посещение больного главнее, а родители должны быть довольны, что смогли нежданно-негаданно познакомиться с удивительной девушкой, — подытожил произошедшее мужчина. — Да, Димка меня по-хорошему удивил. Надо отдать ему должное.

10.193

Пересекая по диагонали небольшой дворик, прилепившийся к высокой многоэтажке в обрамлении редких взъерошенных кустов, Света машинально оглянулась назад и прощальным взглядом окинула дом, где жил Дима. От девушки не ускользнуло активное движение рук в небольшом окне подъезда. Она махнула в ответ, ускорила шаг и завернула за угол здания.

Посмотрев на остановке расписание, Света взглянула на часы и решительно побежала к застывшему на дороге троллейбусу. Расстояние было приличное, метро пятьдесят, но заметив, как водитель возится, стараясь водрузить на место соскочившие рога-дуги, поняла, что должна успеть.

Город грелся под солнечными лучами, старательно заряжая горожан тёплыми летними впечатлениями. Пассажиры в салоне во время движения синхронно покачивались в своих сиденьях. Когда троллейбус тронулся, женщина, сидящая впереди, вдруг вскочила с места и закричала:

— Стойте! Стойте! Бабушка зонтик свой оставила!

Водитель притормозил, и Света с чёрным зонтом-тростью выпрыгнула из салона. Хозяйка потери оказалась на удивление шустрой, и девушка смогла догнать её только тогда, когда запрыгнула в отъезжающий автобус. Из-за принципиальности водителя Свете пришлось ехать до следующей остановки. История с зонтом отняла много времени. Внимательно рассмотрев пачку печенья, которую в знак благодарности ей вручила пожилая женщина, Света сделала отмашку водителю маршрутки.

Димка, приноровившись смотреть на окружающую действительность сквозь несколько слоёв марли, которой был добросовестно обмотан с ног до головы, вдруг смог чётко рассмотреть за оградой больничного комплекса знакомый силуэт. Света шла вдоль железных прутьев высокой ограды в сторону центрального входа. Радость от встречи с ней перекрыла все Димкины расчёты и опасения, до этого кружившие в голове, и он громко крикнул:

— Фея! Это я, Дима!

Светлана замедлила шаг и, развернувшись на окрик, внимательно стала изучать подобие человека, который поверх больничного халата был обмотан широким марлевым полотном. Перчатки и вязаная шапочка завершали этот неожиданный образ.

— Света, мы идём воевать с осами! У нас в столовой целых три гнезда, — Дима попытался разъяснить, почему так выглядит.

— Понятно, значит, ты уже на поправку идёшь?

— Да, мне сказали, что неделю тут подержат и отпустят.

— Поправляйся. А страницы с переводом я отдала твоим родителям. Они сказали, что у тебя телефон сломан. Запиши мой номер, потом тебе передам перевод стихов из книги. Это последнее, что осталось перевести.

— Хорошо, до встречи, — машинально ответил Дима, когда Света попрощалась с ним. Было видно, что она торопилась. Уходя, она перекинула через ограду пачку печенья.

— Серафима! Слушай, у меня для тебя есть очень важное задание, посмотри, чтобы никто не наступил на эти цифры, — попросил Дима, одну из своих помощниц, девочку лет семи, отдавая ей печенье для стимула и указывая на продиктованный Светой номер телефона, который Дима записал на песчаной дорожке. Он в это время с двумя девочками постарше перетаскивал складную лестницу.

Когда команда по борьбе с осами удалилась, Серафима решила попробовать печенье — не терпелось вкусить хрустящие плиточки. Стайку воробьёв она заметила с опозданием, когда они во всю начали бороться меж собой за вкусные крошки. В результате несколько цифр засыпало песком. Отогнав шустрых птичек, девочка попыталась восстановить цифры, интуитивно соединяя отдельные фрагменты воедино.

После того как Дима однажды самовольно покинул больницу и убежал в зоопарк на встречу с мамой Светы, он пообещал медсестре, что подобное не повторится и без разрешения не посмеет и шагу шагнуть. Если с ожогами была определённая ясность — предстоял долгий процесс заживления, а следы от них наверняка останутся на всю жизнь, то пробоина в голове врачей беспокоила больше. Они настоятельно требовали от пациента не нарушать режим, соблюдать покой и быть осторожным.

Наряду с многочисленными проблемами Дима всё думал о тех днях-встречах, которые таяли на глазах. Сегодня он как раз и старался вспомнить, сколько осталось. Если собрать вместе те дни на базе отдыха и к ним добавить сегодняшнюю встречу, то по Димкиным расчётам получалось, что он уже использовал все дни-лепестки, а значит, эта сумбурная встреча может оказаться последней. Именно поэтому ещё на турбазе он и просил Свету не отдавать ему страницы из старой книги лично, а просто опустить их в почтовый ящик, тем самым оставив одну встречу в запасе. Завершив эту грустную математику, Димка невозмутимо полез к гудящему рою ос с ощущением, что искра жизни сейчас покинула его, оставив напоследок только подвижную оболочку робота.

Уже поздно вечером, перебирая события минувшего дня, его осенило и воодушевило, что можно переписываться с Феей через сообщения. Для этого необязательно встречаться лично. Но потеря медальона, которая постоянно свербила память, снова наполнила юношу чувством беспросветной грусти.

Проделав долгий и утомительный вояж по городу, Света нажала на звонок — ей хотелось сразу с порога передать маме многочисленные пакеты и свёртки. Дверь почти сразу же распахнулась, и сильные руки отца бережно подхватили Светлану, словно пёрышко, и понесли в большую комнату, где уже был накрыт праздничный стол.

— Белое перо! Белое перо! — громко выкрикивал отец, искренне улыбаясь и удерживая дочь над головой. Затем опустил дочку на диван рядом с сияющей от радости мамой.

— Папа, ты наконец вернулся?! Как же долго мы тебя ждали! Настоящего тебя, а не твою тень, — произнесла Света, освещая долгожданной улыбкой притихшую комнату.

— Сейчас всё тебе расскажем! — одновременно произнесли родители, усаживая дочку за праздничный стол.

Закат уже давно спрятался в ночную тьму, а трое, не замечая этого, вели задушевный разговор. Им было что сказать друг другу, и время не властно там, где живёт любовь.

10.194

Ветер задорно теребил пряди волос, а девушка дарила в ответ улыбку, взглядом охватывая широкий изгиб бегущей реки. Волны накатывались друг на друга, готовые брызгами зацепить горожан, местом прогулки выбравших красивую набережную. Небольшие гранитные колонны, установленные вдоль парапета и изображающие далёкие маяки, были облюбованы шумными чайками. Лучи солнца настойчиво пытались заглянуть под края соломенной шляпки Ксении, но девушка, поймав пару озорных солнечных зайчиков, сразу надела тёмные очки.

Ксюша пришла сюда задолго до назначенного времени. Она до сих пор не верила, что первая, долгожданная встреча со Светой состоится. В переписке несколько раз девушка осторожно пыталась намекнуть о том, чтобы познакомиться поближе, встретиться, но Светлана ничего не обещала, мягко отказываясь от встречи.

Пытаясь узнать в скоплении людей ожидаемого человека, Ксения ясно осознала, что сейчас ждёт свою подругу. Может быть, с её стороны было преждевременным считать Свету подругой, но порой родного по духу человека чувствуешь и на расстоянии, понимаешь с полуслова, будто между строк улавливаешь главное о нём. Ксюша всегда верила, что общается с вдумчивым и серьёзным человеком.

День обещал быть солнечным, без назойливых дождевых туч. В раскрытое окно доносились редкие крики играющих детей, гулкие удары мяча и настойчивая трель велосипедного звонка. Спрятанная за книгами фотография заняла самое почётное место. Рядом с фотографией появился аккуратно склеенный скотчем по центру простой карандаш.

Просматривая свои записи, Света нашла белый лист бумаги с коротким списком: Ксюша Болина, Зайчик… Тут же карандаш оказался в руке и через пару секунд у зайчика появилось имя, а вопросительный знак стал восклицательным. Вспомнился разговор с Катериной. Во время круиза по озеру Катя поинтересовалась, есть ли у Светы такие люди, встреча с которыми запомнилась. Ответ был утвердительный: есть такие, общается с ними с удовольствием и поныне.

Летний день, выбрав из своего гардероба солнечный галстук, беззаботно вышагивал по городу. Когда взору открылись торопливые воды реки, Света решила передохнуть. Прогулочный теплоходик, заполненный разношёрстной публикой, уверенно направлялся к плавучему понтону, рассекая волны. Арка красивого моста приковывала взгляды. Река в споре за первенство тянула горожан к себе, позволяя им любоваться мощью водной стихии.

Рядом прошуршали ролики скейтборда. Оглянувшись, Ксения увидела, как ей приветливо улыбалась девушка в лёгкой кожаной курточке, джинсовых шортах и малиновой бейсболке. Одной рукой она придерживала роликовую доску, а другую протянула Ксении для приветствия.

— А, Света, это ты?! — Ксения заметно волновалась при появлении подруги.

— Насколько помню, с утра была ею, надеюсь, что пока ехала, ничего не поменялось, — отшутилась Света, облокачиваясь спиной на гранитный парапет.

— Хм! А у меня есть домашняя пастила из яблок, хочешь попробовать? — Ксюша торопливо зашуршала пакетом.

— Не откажусь. А в этом пакетике — домашнее печенье для тебя.

— Значит, сегодня сладкий день! А потом рецептом поделишься? — Ксения улыбалась, не в силах скрыть своей радости от живого общения со Светланой.

— Хочешь прокатиться? — предложила Света, запрыгивая на скейтборд, и, сделав взмах в сторону летнего кафе, добавила: — Можем там посидеть, да и чашечка чая будет кстати.

— Кататься я не рискну, а от чая не откажусь.

Зелёные тенты дарили лёгкую прохладу. Сидя за столиком можно и любоваться рекой во всей её красе и вести задушевный разговор. Когда принесли чай, Ксения начала первой:

— Света, если честно, то я тебя представляла немного другой, думала, что ты… такая, более сдержанная.., — первое волнение, что возникло при знакомстве, прошло, и Ксюша, видя прекрасное настроение подруги, непринуждённо облекла свои мысли в слова.

— Ты права, ещё несколько дней назад я была другой. С этим не поспоришь. Но вдруг, представляешь, появился человек, который помог нашей семье. Как он выглядит — не знаю. Поблагодарить тоже не могу. Это меня и расстраивает.

— То есть, он помог, но его никто не видел? — Ксения отодвинула чашку в сторону и, затаив дыхание, слушала Свету.

— Моя мама видела. Но она обещала ему не говорить нам с папой, где она его встретила. Не знаю, зачем он об этом её просил?

— Это так необычно. Чаще всего люди принимают благодарность.

— Ксюша, скажу больше, многие принимают благодарность и ожидают за свою помощь достойное вознаграждение, а некоторые даже требуют, чтобы их наградили.

— Такой бескорыстный человек?!

— Знаешь, Ксюша, я не знаю его, и, может быть, никогда не увижу, но я рада, что он есть, и не в какой-то сказке, а в нашем городе. Он вернул нашей семье счастливые дни, ничего не попросив взамен. Хочется, чтобы и его заветное желание исполнилось!

— Я тоже верю, что такие люди есть. В детстве после операции нога восстанавливалась долго и ходила я при помощи костылей. Однажды, когда я забиралась в автобус, наконечник слетел с костыля и один мальчик ехал за автобусом на велосипеде очень долго, чтобы вернуть мне его. Правда, разок угостить мальчишку молоком удалось.

— Тебе повезло больше! — Света попробовала пастилу и одобрительно кивнула. — Расскажу немного о себе. Мой отец — известный в городе человек, он достиг больших высот в спорте, а после завершения спортивной карьеры стал отвечать за организацию спорта в нашем городе. Папа с детства брал меня с собой на все мероприятия, в которых участвовал. Поэтому невольно пропиарил меня, как свою дочь. Впоследствии сей факт доставил много проблем.

Лёгким поворотом головы Света задержала взгляд на сине-голубой глади большой реки, и тут же продолжила:

— А потом отец решил оставить свой высокий пост и уйти на другую работу. Простым рабочим. На то были личные причины. Работу выполнял добросовестно, коллеги его уважали. Но смена его деятельности показала, какие люди меня на самом деле окружали. Некоторые позволяли себе наговаривать на папу, распространяя лживые слухи, а те, что клялись в верности, просто отвернулись от меня. Не зря говорят, что друзья познаются в беде.

— Тебе многое пришлось пережить, — глаза Ксении были наполнены сочувствием.

— И тебе пришлось несладко. Сколько раз тебе делали операцию?

— Шесть… — тихо обронила Ксения.

— Значит, мы с тобою уже стрелянные воробьи?! Папа так любит повторять, — Светлана поднялась из-за стола и, подмигнув Ксении, предложила: — Пойдём, прогуляемся, а то я уже засиделась тут.

На набережной было оживлённо. Несколько рыбаков терпеливо ожидали, когда клюнет хоть какая-нибудь рыбёшка… Довольный малыш, крепко удерживаемый руками отца, кормил стаю уток, бросая с парапета хлебные крошки. Чайки носились над головой, выказывая недовольство и требуя к себе должного внимания. Кто-то фотографировался, выбирая лучший панорамный вид. Когда подошла девушка с просьбой сделать снимок на фоне реки, от Светы не ускользнуло выражение лица Ксении, уловив в её глазах мимолётную грусть.

— Хорошо, только потом и вы нас сфотографируете.

Света заметила, как Ксения смотрит на окружающих, когда те делают селфи или снимают красивый городской пейзаж. Она сразу поняла, что Ксюше хочется иметь совместное фото на память, но опасаясь отказа, девушка деликатно умалчивает о своём желании. Возможно, отсутствие в интернете фотографий Светы сдерживало её порыв просить о совместном снимке.

— Знаешь, я долгое время всеми способами избегала публичности. Благодарна тебе, что ты проявила понимание и не обременяла просьбами на эту тему.

— Света, я не хочу тебя заставлять, давай удалим этот снимок, — взволновано проговорила Ксюша.

— Нет-нет, всё в прошлом. Тот незнакомец волшебным образом растопил холод недоверия, в котором наша семья жила долгое время, — Света улыбнулась и, обняв Ксению, сделала с её телефона совместное селфи. — Теперь у нас дома большие перемены. Папа решил пойти на тренерскую работу — его там давно ждут. А я, глядя на тебя, буду поступать в художественное училище. Вот такие дела. А теперь ты расскажи о себе.

— Даже не знаю, с чего начать. Чем занимаюсь и интересуюсь, ты знаешь. Я домоседка, хотя мне сейчас можно и бегать, и даже прыгать через скакалку. Но испытания в детстве оставили след. Шумные компании я избегаю, в активных играх не участвую. Хотя попробовать хочется. Все попытки подружиться со сверстниками и в художественной школе, и в обычной оказались неудачными. Для одних я слишком тихая, для других — отсталая и неинтересная. Но в интернете есть несколько знакомых, которым нравится моё творчество. Вот с ними и общаюсь. Ещё я очень рада, что ты меня вспомнила и нашла. Честно-честно!

— Взаимно! В следующий раз приглашу тебя к себе домой. Договорились?!

— А потом ты ко мне?

— Да! Уже примеряю туфли на высоком каблуке!

— Пойдём сфотографируемся возле того большого якоря, — увлекая подругу за руку, крикнула Ксения, слегка подпрыгивая на ходу от переполнявших её сердце эмоций.

Буксир тащил за собой неуклюжую высокую баржу и, когда деловито дал гудок и обратил на себя внимание, девушки замахали вслед с пожеланием хорошего дня. День этот на самом деле для обеих был сказочно хорошим и незабываемым.

Света шла вдоль набережной в сторону дома. Встреча с Ксенией нет-нет да и пробегала в душе тёплыми отголосками. Подумалось, насколько люди могут быть разными. Юля тогда так же улыбалась, но за той улыбкой, как оказалось, скрывались коварные намерения.

Да, в то время Света старательно избегала публичности. Это было и понятно. Как только она появлялась на публике, то первый вопрос репортёров касался отца. Всем было интересно, почему он покинул высокий пост, почему не организовал прощальную конференцию, почему избегает прессу. Были и каверзные вопросы, вызванные праздным любопытством охотников до разных сплетен. Из-за этого и Света перестала участвовать в олимпиадах искусств, отказалась от победы в городском турнире по теннису…

Но всё же нашёлся тот, кто нарушил стратегию Светы, заставив её вновь выйти на публику. Когда фотография из альбома Светы была отправлена Юлей на конкурс, то из-за отсутствия подписи с неё сразу сняли штрафные баллы, лишив начального отбора. Но на этом конкурсе был организован турнир на выбывание, где полноценными экспертами являлись зрители интернета. Защита от искусственных накруток рейтинга была надёжной. Все фотографии имели номера при регистрации, и благодаря этому противоположные друг другу номера объединялись в пары. Зрители в течение суток могли голосовать, выбирая лучшие снимки. Из победивших фотографий на следующий день составлялись новые пары… И так до победного конца. Выигравшая фотография имела статус лауреата зрительских симпатий со всеми вытекающими привилегиями для конкурсных работ.

Провидению было угодно, чтобы во второй день зрительского конкурса фотографии Светы и Юли составили пару. В первой половине дня снимок Юли по голосам был впереди. Намного. Но поздно вечером, когда школьники уже видели сладкие сны, голоса ценителей содержательных фотографии заметно оживились. Перед самым завершением этой сессии преимущество Светы стало очевидным. Задумчивая девушка, идущая на снимке Светы, пленила сердца многих зрителей искренностью. В финале она разделила победу с работой ещё одного участника, набравшего такое же количество голосов. Это было неожиданно и уникально для такого мероприятия.

О своём незапланированном успехе Светлана узнала, открыв свежий номер журнала, посвящённый миру фотографий. В нём подробно отражался прошедший конкурс и прилагались фотографии участников, победивших в конкурсе. Свете, как лауреату, полагался сертификат на проведение в течение десяти дней личной выставки в крупном выставочном зале страны. Выбор времени был за ней, сам сертификат не имел временных рамок. Оставалось только заблаговременно оформить свою заявку.

Ксения… Юля… К обеим Света отнеслась одинаково, с участием. Но какая разительная реакция в ответ.

Затем мысли переключились на другое: снова тёплым солнышком проявился в памяти тот незабываемый домашний вечер, когда впервые за долгое время все члены семьи нашли согласие и понимание.

Светлана шла, изредка наблюдая за движением воды, а в голове волны собственных размышлений набегали одна за одной, невольно прокручивая подробности, которые внесли сомнения в их дружный семейный уклад. Теперь она понимала отца, который услышав от профессора диагноз мамы, решил, что та скрывает этот факт от семьи. Он же не знал, что диагноз ошибочный, поэтому и старался уберечь всех от переживаний. Конечно, он увидел результаты, по которым положение больной было сложным и непредсказуемым. А тот факт, что по документам обследование проходили одновременно два человека с абсолютно одинаковыми фамилиями и инициалами, никто знать не мог. Обещал поделиться с ней, рассказать «что-то важное», касающееся их семьи, но так и не решился. Не хотел, чтобы её, Свету, коснулись потрясения, которые и сам испытал в детстве, случайно узнав, как сильно больна мать.

Да, она обиделась на отца, разозлилась и пообещала не прикасаться к живописи до тех пор, пока он не станет прежним папой — открытым, доверительным другом. Эта недосказанность могла продолжаться бесконечно. Сейчас все семейные недоразумения позади, потому что появился человек, который буквально за несколько дней смог всё исправить.

Оказывается, отец видел его только раз, но не запомнил. К сожалению. Единственное — что сказал — это был молодой парень. Этот парень и часы помог найти тогда. Видимо, отец так расчувствовался, что захотел поделиться своими переживаниями. Только с ним. А дочери ничего не сказал…

— Получается, что он был единственным во всём городе, нет — во всём мире, кто знал о переживаниях отца. Лишь мельком взглянув на портрет мамы, запомнил его… А потом смог найти её в большом городе и всё рассказать. Если следовать логике, именно так оно и было. Фантастика! Такое и в сказке не всегда встретишь! — Света вслух раскладывала свои переживания по полочкам, будто делилась с рекой в надежде, что воды, хранившие много тайн, укажут на незнакомца, сотворившего невозможное.

10.195

— Что будет делать рыба, если вдруг её выбросит сильной волной на берег? — используя законный перерыв, размышляла вслух полосатая зебра, развалившись на скамейке в маленьком дворике технического персонала зоопарка. Задаваться подобными вопросами замаскировавшись в этот костюм, Димке было занимательно и легко.

Отдохнуть на территории зоопарка и за его пределами было просто невозможно. Лето в самом разгаре — наплыв посетителей огромный. Иногда он помогал буфетчицам развозить тележки с мороженным. По тому, как скупается лакомство, мог представить реальную цифру.

От себя трудно убежать. Победить в этом марафоне мало кому удаётся. А Димка даже не пытался. Как можно быстрее покинуть родной город — главное желание, которое двигало им.

Ещё в больнице он подметил о каком-то непривычном состоянии в новом распорядке. Дома это ощущение проявлялось особенно остро. Раньше на утреннюю тренировку вставал без будильника — внутренний таймер всегда работал чётко, без сбоев. Порой мог загадать определённое время пробуждения с точностью до минуты и просыпался, как и планировал, минута в минуту. Поразительно, но факт.

А теперь каждое утро просыпался без внутренней установки и, сидя на кровати, самому себе объяснял, что надо забыть о тренировках, о бассейне и ребятах из секции, забыть хриплый голос тренера и привычный шум воды в большом помещении. Становилось как-то не по себе. Подработка в зоопарке была своеобразной отдушиной. Платили хорошо, но условие было суровое — изображать зебру целый день.

Сегодня последний день в качестве полосатой лошадки. Решение завершить перевоплощения в зебру раз и навсегда пришло сразу, как только Вадим снял в городе, где учился, комнату на двоих и ждал, когда Дима приедет. По приезду в местном бассейне гарантировали должность инструктора по плаванию — пригодилось удостоверение мастера спорта. Документы в спортивный колледж тоже были поданы. Родители сына поддержали, и Дима был бесконечно благодарен им за понимание. Всё складывалось неплохо.

Но одна проблема тревожила. Знакомство со Светой изменило его мировоззрение. На многие вещи он стал смотреть совершенно иначе. Восхищался ею и старался не только брать пример с неё, но и соответствовать её жизненным принципам. Даже отец неожиданно заметил: «А ты повзрослел у меня за последнее время, однако». Но вот поговорить со Светой у него не получалось. Не получалось открыться, признаться в собственных чувствах. Боялся. Боялся не столько встречи с ней, сколько вопроса: как он сохранил её мечту и где медальон, который доверила хранить? Что бы он ответил? Если с простой просьбой не справился, можно ли рассчитывать на дальнейшее доверие девушки? И на телефон Света не отвечала… Хотя сама же оставила номер. Во всём этом Димка видел знак свыше — нет ему места рядом с такой яркой девушкой. Встреча в больнице была для Димки последней. Других встреч явно не предвиделось. Оставалось надеяться только на то, что желание Светы исполнится.

Однажды Димка не выдержал и съездил на место пожара, но медальона не нашёл. Потеря медальона перевешивала все трудности, которые ему предстояло пройти.

О продолжении спортивной карьеры можно было забыть. Будущее для Димы вырисовывалось не таким ясным, намечены были только общие ориентиры. Но жизнь продолжается. Хорошо, когда рядом близкие люди, готовые подставить своё плечо. Вот только чувство, что он не сможет забыть девушку с красивыми серыми глазами, было очевидным. Много раз он ловил себя на этой мысли.

В какой-то момент подумалось, что Света может простить ему потерю медальона. Но, посмотрев на себя в зеркало и увидев на щеке свежий шрам от ожога, Дима осознал свою неприглядность. Поэтому он так сильно уговаривал маму Светы не рассказывать о нём дома и был безмерно рад тому, что костюм полосатой лошадки надёжно скрывал в тот день его реальный облик.

Прокрутив ежедневную порцию своих мысленных всплесков, зебра отправилась в шумный круговорот людей — создавать праздничное настроение было её прямой обязанностью.

В квартире царила лёгкая суматоха, которая бывает по обыкновению, когда кто-то из домочадцев отбывает в дальнее путешествие. В комнате на самом видном месте стоял большой чемодан на колёсиках с вытянутой ручкой и небольшой женский рюкзачок, к ним прислонилась пара вместительных пакетов. Светлана улетала в другую страну не отдыхать, а трудиться в поте лица в мастерской известного художника, который был близким другом Рубена. Узнав о том, что его ученица наконец пришла в себя, Рубен сразу взял всё под жёсткий контроль — предстояло срочно навёрстывать упущенное время. Благодаря тому, что при поступлении в художественное училище Свете не надо было сдавать экзамены — помог статус победителя олимпиады — наставник Светы свободное время решил использовать по максимуму.

— Света, звонил Рубен, он скоро приедет. Его папа попросил. Так что такси не будем вызывать. Да, ты попробовала пирожки Софьи Ивановны? — спросила мама в приоткрытую дверь.

— С капустой? Они мне очень понравились, — отвлёкшись от телефона, дочь кивнула маме.

Света проверяла свои знания иностранного языка. Её интересовало произношение, поэтому в телефоне был включен диктофон. Не прошло и пяти минут, как за дверью послышались громкие голоса и в комнату осторожно заглянула соседка Жанна Эдуардовна. Милая старушка плачущим голосом только и смогла выдохнуть, обращаясь к Свете:

— Васенька… опять улетел!

— Жанна Эдуардовна, сейчас мы его вернём, не переживайте, — вставая из-за стола и забирая из руки соседки любимое лакомство шустрого попугая, ответила Света.

— Он только одну тебя слушается! — умоляюще сложив руки к груди, страдальчески проговорила пожилая женщина, провожая шуструю фигурку девушки благодарным взглядом.

Поимка в подъезде говорящей птички прошла успешно, а просигналившая под окном машина напоминала о том, что пора готовиться к выходу. Выключив диктофон, Света подошла к окну — кроны деревьев, как обычно, приветливо шелестели зелёными прядями листвы, играли малыши в песочнице, о чём-то судачили старушки на скамейке. Обычный день. Но порою обычный день становится для человека особенным и очень дорогим. Интересно, каким для неё будет этот день?

Как только машина тронулась, дядя Рубен сразу начал разговор с нагоняя:

— Надо же быть такой упрямой, столько времени без практики! Да на тебя все карандаши и кисточки мира обижены. Не знаю, как только в глаза им будешь смотреть.

— Ну, я работала с пластилином. Каждый день. Правда, мама об этом не знает, — осторожно промолвила провинившаяся ученица.

— Хоть что-то. А где тогда фотографии работ?

— Я всё сохранила здесь, на флешке, — сказала девушка, передавая заранее подготовленный носитель информации.

— Ну, хитрюга! Всё равно я сейчас, как тот злой и страшный серый волк, меня этим не задобришь!

— А это печенье я сама выпекала, всю-то ноченьку не спала и глаз-то не смыкала. Знаю, серый волк такое вкушать не будет, но, может, тёте Тасе по вкусу придётся? — подыгрывая наставнику, жалобно запричитала Света, опуская на пустое место рядом с водителем внушительный пакет с выпечкой.

— Я же не могу дать своей дражайшей половине что-то такое, предварительно не проверив лично. Стоит ли вообще это давать?! — многозначительно произнёс шофёр, поглощая сразу несколько вкусностей за раз.

— Я рада, что дядя Рубен сегодня такой добрый! — громко произнесла Света, целуя учителя в голову.

— Это запрещённый приём, я должен был сегодня до самого аэропорта тебя воспитывать! — покосившись назад, милостиво добавил: — Вкусные печеньки!

Света кивнула в ответ и надела наушники, ей хотелось ещё раз прослушать запись и оценить своё произношение.

На время поимки беглеца-попугая, Света забыла выключить диктофон, и поэтому он добросовестно записал всё, что смог услышать, за время её отсутствия. По записи Света поняла, что в её комнату вошла мама, разговаривая с кем-то по телефону. Голос мамы на записи звучал отчётливо, с небольшими перерывами. Видимо, в это время она слушала звонившего:

«Знаешь, сейчас Светлану собираю в дорогу. Вот смотрю, она пирожков мало взяла, так я ей сейчас добавлю, пока не видит, ей бы не помешало немного веса набрать»…

«Да, да. У нас сейчас всё хорошо: мир, дружба и океан любви! Ха-Ха! Я уже давно так не смеялась»…

«Причина? Почему так произошло? Один человек помог»…

«Нет, я его не знаю. Это долго объяснять. Я его даже не видела, если честно. Он был в костюме зебры, и, видимо, это была его работа в нашем зоопарке. Лицо он не открывал, я только заметила, что у него кисти рук перевязаны, видимо, травму получил»…

«Да, согласна, есть ещё на земле добрые люди. Я так хотела его познакомить с нашей семьёй, но он просто умолял меня этого не делать»…

Рубен уже опустошил половину пакета с вкусняшками и по привычке напевал свой любимый мотивчик, когда любимая ученица окликнула его:

— Как насчёт того обещания, что исполните мою просьбу и это будет подарком на мой день рождения!

— Я и не отказываюсь, ты же сама сказала, что пока ещё не решила. Значит, созрела?

— Да, я хочу навестить одну зебру в нашем зоопарке!

— Хорошее желание, только почему ты об этом не сказала немного раньше, когда мы отчалили от твоего дома? У нас и времени сейчас свободного нет в запасе, да и зоопарк совсем в другой стороне.

— Да? А я думала дядя Рубен — волшебник! И ему такое лёгкое желание исполнить не составит труда!

— Хм… Конечно, если добавить немного волшебства, то можно попробовать. Но знай, у тебя будет всего несколько минут, иначе самолёт улетит без тебя. Кстати, и тебе придётся принять участие, если так сильно хочешь увидеть свою зебру.

— Я на всё согласна!

— На всё? Хороший настрой! Тогда тебе предстоит стать невестой! — с довольной улыбкой произнёс Рубен, останавливая машину на обочине.

— Невестой?! — изумление Светы не знало предела.

— Да, и ты постарайся в этой роли выглядеть убедительно, сегодня на тебя будут смотреть самые строгие зрители — в погонах! Я сейчас собираюсь гнать прямо через центр города, так что готовься, дорогая. Передав Свете отрез белой ткани, Рубен вышел из машины и стал устанавливать на капоте симпатичные фигурки новобрачных. Закрепив на машине разноцветные ленты, водитель занял своё место, не забывая высказать новоиспечённой невесте напутствие:

— Рекомендую приоткрыть своё окно и подарить городу ослепительную улыбку.

— Будет исполнено! — последовал незамедлительный ответ.

— Слушай, может твои документы в театральный перешлём? Такой талант пропадает! И это всё ради какой-то зебры? Ты мне так никогда не улыбалась! Может, и мне с ней познакомиться, я реально заинтригован, — вымолвил Рубен, направляя разукрашенный автомобиль в самую гущу бегущих машин.

Димка вышел за территорию зоопарка, и привычно стал раздавать буклеты проходящим людям. Здесь было меньше народу, но вниманием зебра не была обделена. Подбежавшие малыши плотно окружили её и наперебой упрашивали взять их на руки. Рядом стояли их родители, ожидая весёлой фотосессии.

Света бежала изо всех сил по аллее, ведущей к зоопарку. Зебру она увидела сразу — та подбрасывала поочерёдно шумную ватагу малышей в воздух под громкий визг ребят и горячие аплодисменты взрослых. Остановившись в сторонке, девушка заметила, что поднимая очередного малыша, перчатка в форме копытца у зебры немного сминалась, открывая взгляду забинтованную руку.

Удостоверившись в этом окончательно, Света достала заранее приготовленный шарфик и, ловко повязав его на шею зебры, сразу побежала обратно. Сейчас дорога была каждая секунда — надо было спешить как никогда.

10.196

Катерина и Светлана неторопливо шли к храму.

— А помнишь, мы с тобой ровно год назад, день в день, были здесь. Нас тогда ещё Софья Ивановна попросила цветы передать в храм. Был большой праздник и много людей.

— Да, помню, я тогда фотографии где-то тут обронила, — ответила Светлана, поднимая понравившийся кленовый лист.

— Софья Ивановна была права, сказав, что надо хотя бы раз попросить о помощи. Если исполнение этой просьбы человеку принесёт пользу, то свыше придёт помощь. Сама подумай, не прошло и года, а у вас всё наладилось.

— Поэтому я пришла сюда, чтобы поблагодарить, что мою просьбу услышали, — Света осторожно поправила букет цветов, пристально посмотрев на подругу. — Ты ведь тогда тоже о чём-то просила?

— Да, на прошлой неделе была у врача, сказали, что у меня девочка, — немного смутившись, произнесла Катерина и попросила: — Ты со мной поделишься цветами?

— Вот это да! И молчала с самого утра! Подруга называется! Конечно, я тебе дам один цветочек, если будешь очень сильно умолять, — Света шутливо отчитывала подругу, искренне радуясь такой неожиданной новости.

— Так хотелось девочку, а то в доме одни мужики. Мне и поговорить-то не с кем о нашем, о девичьем, — Катерина обняла Свету, увлекая её в сторону храма.

Последние денёчки лета на удивление были сказочно красивыми. Тихие, беззаботные. Тёплый воздух, едва касаясь, шевелил подкрашенные кудри берёз. Августовское солнце нежно ласкало прохожих своими прощальными лучами, отдавая последнее тепло уходящего лета. Первые опавшие листья плавно скользили по дорожкам в лёгком настроении дня, неумолимо приближая крадущуюся на мягких каблучках осень. Уютная тишина, изредка прерывающаяся колокольным звоном, располагала к продолжению разговора, и Катерина, безмятежно откинувшись на спинку скамьи и рассматривая лёгкие облака над головой, произнесла:

— Так хорошо, что и уходить не хочется.

— Да, не хочется, — согласилась Света, любуясь причудливыми контурами облаков.

— Как там заграница, где побывала?

— Да я из мастерской не вылезала, каждый час приходилось высылать отчёт о проделанной работе «Серому волку»!

— Ха-Ха! Ну Рубен был реально зол на тебя! Поросёночек!

— Смешно тебе? А где слова утешения от верной подруги?

— Пойдём, я мороженым угощу, тебе — две порции!

Согласившись, Светлана призналась:

— Оглядываясь назад, понимаю, какой эгоисткой была. Папе тяжело пришлось, а я на него повесила свои «не хочу», «не буду». Казалось, это был единственный способ заставить рассказать мне всё. Но ведь заставить человека и попытаться понять — совсем разные вещи. Почему я выбрала первый вариант?

— Твой отец поступил не так, как ты ожидала. Он просто не вписался тогда в твою логическую цепочку. Со многими так случается. А надо было слушать своё сердце. Сама — не сахар, а философствую. Да и случай ваш был неординарный. Мне в таких ситуациях важно одно: человек должен быть искренен. Тогда все недопонимая со временем рассыпятся. Наши эмоции берут верх над нами. Тут уж ничего не поделаешь, — Катерина приобняла подругу и многозначительно проговорила: — Как говорится, надо нести тяготы друг друга, тем более, когда создаёшь семью. Это я хорошо усвоила.

— Я и перед детьми тоже провинилась. Обещала приехать с новой постановкой, а всё забросила. У меня и декорации готовы, и куклы. В театре с художником по свету, составляя сценарий, подробно обговорили освещение каждой сцены. Вечерами музыку подбирала для фона и песен. Я так мечтала собрать команду, найти двух-трёх ребят, которым тоже будет интересно приносить детям радость. Тем более таким детям, которые не могут сами приехать в театр из-за ограниченных возможностей.

— Так у тебя же была премьера, насколько я помню, — потянувшись, произнесла Катерина.

— Да, но тогда мне помогали взрослые, а я хотела работать со сверстниками. У взрослых свои дела и проблемы, а этому передвижному кукольному театру могли и мы, школьники, жизнь дать. Я уверена была в этом, но потом всё закрутилось не в ту сторону. Очень надеялась на тех, кто заверял меня в дружбе. А на деле только их спины и увидела.

— А… Те близнецы? Два брата, как два сапога. Только от сапог польза какая-то есть, а от этих одна пыль! — Катя посмотрела на подругу.

— Да, я думала, что они помогут с организацией театра. Они музыкой серьёзно занимались и общаться с ними было интересно. Мы сдружились. Для меня было ударом, что переход папы на другую работу заставит их отвернуться от меня. Теперь понятно, что своего мнения они не имели. Покорно слушались своего отца.

— Ты ещё говорила, что оба поочерёдно признавались тебе в своих симпатиях.

— Ну в седьмом классе все влюбляются. Тогда для меня это было не главное. Я хотела создать свой театр и выступать в детских домах, интернатах, больницах. Так хотелось быть полезной, нужной. После первого выступления я получила приглашения от пятнадцати организаций, где дети хотели посмотреть постановку. А я, попав в сложную жизненную ситуацию, бессовестным образом забросила всё.

— А что тебе мешает возродить свой театр?

— Знаешь, в последнее время думаю об этом.

— Надо не думать, а действовать! Пришло время писать свою историю. Ты же сказала, что общаешься сейчас с хорошими ребятами.

— Да, это так.

— Уверена, что они помогут тебе, о чём бы ни попросила!

— Хм! И ведь ничего не скажешь в ответ. Ты права.

— Значит так, первые билеты на спектакль — наши, если что.

— Катя, у нас нет денежной составляющей в работе, мы просто дарим детям радость.

— Да знаю я. Реквизит, затраты на дорогу и прочие важные мелочи… Если вдруг найдётся человек, которому ваша тема созвучна, и он захочет оказать посильную помощь, ведь так? Так что билеты нужны. А приобретать их можно по желанию.

— В этом есть логика. Тем более мне хочется после спектаклей дарить детям куклы, чтобы сами придумывали интересные истории.

— Заметь — железная логика! А теперь пошли на перекус, а то мой мотор долго не протянет, — задорная улыбка Кати так ярко озарила её лицо, что Свете ничего не оставалось, как улыбнуться в ответ.

10.197

В комнате аппетитно пахло деликатесами, разложенными на столе, а из раскрытой дорожной сумки выглядывал ворох зимней одежды. Разгрузив после долгой дороги свою поклажу, Дима подошёл к длинной полке над кроватью Вадима. Осторожно взяв в руки модель парусника, собранного из обыкновенных спичек, спросил:

— Значит, завершил свою поделку, пока я домой ездил?

— Да, пришлось с мачтами повозиться, но получилось узнаваемо, — Вадим, удовлетворительно кивнув в ответ и показав Димке свой телефон, прокомментировал изображённый там снимок: — А здесь один мой знакомый, Генка, сделал ретро-автомобиль. Тоже из спичек. Правда, здорово!

— Что-то твой знакомый чересчур скромный, до сих пор свою фотку тебе не показал, — подозрительно хмыкнул Дима, падая на кровать от усталости.

— А ты сам? До сих пор не показал фотографию Светы. Так что на себя сначала посмотри, — назидательно заметил Вадим, переставляя парусник на полку.

— Ладно, проехали, — миролюбиво буркнул Дима, стараясь не тревожить поднятую Вадимом тему.

Как Димка ни старался, забыть Свету не получалось. Встречи с ней, как наваждение, сами возникали в сознании…

…Димка приехал домой на несколько дней. Надо было забрать тёплые вещи перед приближающейся зимой. Да и характеристику из секции попросили на работе, куда он устраивался инструктором по плаванию.

В первый же день ноги сами понесли его к заветной арке большого дома. Ещё издалека он увидел знакомый силуэт и сразу перешёл на другую сторону улицы, пытаясь совладать с нахлынувшим шквалом эмоций. Димка не верил своим глазам — сердце заколотилось от счастья — Света спокойно шла в его направлении, что-то изучала в телефоне. Растерявшись, смущённый юноша забежал в ближайший магазин цветов и уже оттуда наблюдал за ней. В широкое окно ему было отчётливо видно, как незнакомый парень подбежал к Свете и уверенно забрал у неё сумку. Легонько, по-дружески подтолкнул её своим плечом, и они, о чём-то переговариваясь, дружно пошли по тротуару в сторону метрополитена. Конечно, он не мог слышать, о чём разговаривали эти двое. Оставалось только робко предположить, что встреча Светы с этим парнем была её заветным желанием.

В то время, когда Дима провожал с грустным взглядом удаляющуюся пару, незнакомец достал из кармана миниатюрную куколку и, протянув её Свете, шутливо произнёс:

— А это тебе Ася просила передать. Сказала, что получив её, ты обрадуешься и захочешь угостить меня вкусненьким! Сестрёнка, я весь в ожидании!

— Подхалимаж засчитан! Тогда, Артём, получи и распишись, — Света моментально протянула юноше леденец на палочке.

— А что, других вариантов нет? Можно я сам выберу вкусняшку?

— Да выбирай, сколько душе угодно. Но знай, это был твой единственный шанс хоть что-нибудь получить. Я так и скажу Асе, что брат её — большой привереда.

— Зачем из меня злыдня делать? И вообще, очень даже ничего этот твой леденец, — пробурчал Артём и сразу перешёл на другую тему: — А давай навестим дядю Рубена, я его давно не видел. Он так здорово гоняет, дрифт* у него классный получается.

— Тебе бы только гонять, а что Ася просила привезти в подарок? Ты не забыл, что мы идём по её поручению сейчас?

— Да тут целый список. Может подсократить немного?

— Пока все покупки не сделаем, я дяде Рубену звонить не буду.

— А чего мы тогда ползём, давай ускоримся и всё по-быстрому купим.

— А это уже мне нравится, давно бы так. Ладно, скажу Асе, какой у неё добросовестный брат, все просьбы сестры выполняет!

— А то! Потом только не забудь позвонить.

— Договорились, — завершила Света, рассматривая подарок Аси.

Ася давно обещала прислать куклу в виде учёного звездочёта. А Света взамен придумает для него интересную историю и пришлёт видео младшей сестрёнке. У звездочёта вместо обычного колпачка был берет, на котором сверкала маленькая снежинка. Персонаж получился милым, только глаза разъехались немного в разные стороны, словно он пытался сосчитать разом все звёзды на небосклоне…

***

Вадим ещё что-то говорил, но Димка уже не вслушивался в слова, а уткнувшись в подушку, занимался полюбившимся в последнее время делом — самобичеванием. Вот и сейчас его богатое воображение рисовало грустную картину — он представил вдруг, что стал таким маленьким, будто Света грустно произносит: «Ты не оправдал моего доверия», — смотрит по сторонам в поисках мусорного бака, выбросить туда Димку хочет. Точно также, как Лариса Дмитриевна тот телефон.

Брошенная Вадимом сумка ловко приземлилась печальному фантазеру на спину, возвратив в реальность.

— Ты меня слушаешь, вообще? — спросил Вадим, пытливо рассматривая помятое лицо друга.

— Всё хорошо… Всё хорошо. — повторил Дима, принимая сидячее положение и пытаясь убедить себя в только что сказанном.

— У меня скоро намечается практика на корабле, и поэтому не будет на берегу недели две, — сказал Вадим, а после многозначительной паузы продолжил: — На твоем дне рождения, увы, не смогу присутствовать. Не хочется тебя одного в такой день оставлять, но расписание занятий не я составляю, к сожалению.

— Да всё нормально. Надо всё в жизни попробовать, может мне этот опыт пригодится.

— Ладно, не кисни, подарок заранее дарить не буду, так что наберись терпения.

— А он какой? Большой или маленький? Войдёт в дверь?

— Ха! Если что, будем заносить частями!

— Добро. Буду ждать частями, — Димка снова лёг на кровать и, закрыв глаза, опять стал ворошить свою память.

О наставлении маленькой девочки Дима никогда не забывал. В тот момент он искренне верил в то, что сказала Ася на пирсе: «Знаешь, я тебе скажу сейчас самое главное. Когда желание Светы исполнится, ты увидишь: бутон раскроется и зацветёт. Береги его!» Придавленный этим воспоминанием, Димка в глубине своей души мог только тихо попросить: «Света, прости». Усталость от переживаний накатилась с невиданной силой, и Димка провалился в сон, будто услышал в ответ добрые успокаивающие слова…

Дрифт* — техника прохождения поворотов и вид автоспорта, характеризующийся использованием управляемого заноса на максимально возможных для удержания на трассе.

10.198

Беговое полотно, издав короткий звук, остановилось. Усердный топот Лены закончился. Её давнее желание побывать у Светы дома осуществилось. Получив разрешение, первым делом она решила испытать себя на спортивной дорожке.

Зная свою подругу достаточно хорошо, и чтобы избежать бесчисленные вопросы, которые Лена обязательно задаст, Света выложила на стол несколько семейных фотоальбомов.

— О! Сейчас поглядим, кто тут у нас?! — оживилась Лена.

— Ты спрашивай, если что, а я пока хочу подшипниками заняться. Давно их не чистила, — сказала Света, откручивая ключом колеса со скейтборда и раскладывая их на газете.

— Класс! Ты катаешься? А с трамплина можешь?

— Можно и с трамплина. Кстати, как там в школе? Теперь у вас два десятых класса получилось из трёх девятых?

— Да, многие ушли после девятого класса. Света, послушай, я виновата перед тобой… Даже не знаю, как сказать.

— Да так и скажи, вместе переварим и все дела.

— Правда?

— Конечно! Кто не ошибается? Таких просто нет в природе.

— Света. Ну, я хочу сказать про Димку. Ты написала, что вы встретились на турбазе и общались хорошо. Даже в турнире вместе играли… Не представляешь, как я завелась. Если честно, то очень сильно. И первого сентября сразу побежала к Вике. Хотела сказать, чтобы она за своим парнем следила.

Света оставила манипуляции с подшипником и стала внимательно слушать подругу.

— А она сразу в непонятки давай играть. Тогда я ей ту фотографию и показала, — Лена развернулась на стуле и отчаянно жестикулируя, добавила: — Оказывается, в тот день Димка принёс ей билеты в филармонию по просьбе Юрки. А у Вики испачкался плащ, она дала цветы подержать Димке, пока себя приводила в порядок. Эти цветы она купила сама для маэстро. А родители Оксаны сфотографировали их именно в тот момент, когда Дима отдавал ей цветы обратно. Ну так совпало. Да, а потом он побежал к тебе, сказав Вике, что ты его ждёшь.

Подшипник выпал из руки, и Света, пряча улыбку, долго делала вид, что ищет его на полу.

— Света, ты меня простишь? — жалобно спросила Лена. — Я всё-таки тебя приревновала к нему. Казалось, ты с ним общаешься больше. Я, наверное, очень плохая.

— Ты у меня просто замечательная! И не смей на себя наговаривать, а то по-настоящему обижусь! — Света крепко обняла Лену. — Ты же хотела посмотреть папины медали. Пойдём, они в другой комнате находятся.

— А можно? — не отлипая от Светы, пробурчала Лена, стараясь успокоиться.

— Ещё как можно! Пока дома никого нет, я тут главная! — шутливо произнесла Света, вытягивая подругу из-за стола и спрашивая, как бы между прочим: — Ты, помнится, хотела у меня совета попросить по одному важному делу?

— Света, а как бы ты поступила, если бы тебя незнакомый человек принял за парня? — задала Лена свой вопрос, ожидая реакции подруги.

— Разные ситуации бывают. Если это разовая встреча, то я думаю, тут ничего такого нет. А если это повторяется, тогда надо быстрее разрешить это недопонимание.

— Да всё не так! — увидев улыбку на лице подруги, замахала Лена руками и стала сумбурно объяснять: — Мы виделись только один раз, но в итоге стали обмениваться фотками, только меня на них нет.

— Немного сложно это переварить, а можно поподробнее? — с серьёзным видом, словно решала сложный ребус, спросила Света.

— Сейчас, покажу, — зачем-то оглянувшись по сторонам, Лена достала из пакета белый телефон.

— Так, Вадим подарил и высылает тебе на него свои фотографии, а ты пытаешься на двух стульях усидеть? Общаться и себя не показывать? Тогда, можно тебя спросить, зачем тебе всё это? Тебе для начала надо в себе разобраться, — просматривая фотографии, Света заинтересовалось одним снимком и попыталась его увеличить.

— Тебе тоже понравился этот парусник из спичек, это мы с Вадимом соревновались, он парусник, а я автомобиль из спичек делала, — стала объяснять Лена, заметив интерес подруги к снимку: — Я пыталась в себе разобраться, но у меня ничего не получается.

— Перестань общаться. Временно. Послушай себя — какие мысли живут в тебе. Попробуй поставить себя на его место. Но общаться в таком духе, думаю, не есть правильно.

— Да, меня и саму временами неловкость одолевает, — посмотрев на часы, Лена ойкнула и заторопилась к выходу, тараторя на ходу: — Мне сегодня брат обещал дать порулить, так что я полетела. В следующий раз встречаемся у меня дома!

— Ладно, беги, Коле привет передавай.

Стоя в прихожей у зеркала Света задумчиво произнесла, глядя на своё отражение:

— Жаль, что тогда на танцах перебила его. С кем же ты, Дима, собирался танцевать всю жизнь? Хм… И почему меня это так волнует?

После ухода Лены Света решила пройтись по магазинам. Нужно было выбрать чехол для ключей. Не себе. Отцу. У него был настолько ветхий, что мог рассыпаться в любую минуту.

— Светлана?! Если не ошибаюсь, — вежливо обратилась стоящая рядом женщина, держа в руке запонки в бархатной коробочке.

— А, да… это я. Рада Вас видеть, — ответила Света, догадавшись, что перед ней стоит мама Димы.

— Я Диме смотрю подарок на день рождения, но не знаю даже, что ему подобрать. Хочется, чтобы подарок послужил, как можно дольше.

— Запонки — хороший выбор. А я папе чехол для ключей выбрала. У него старый пришёл в негодность, а он всё расстаться с ним не может.

— Дима тоже любит носить до последнего, если что-то очень нравится.

— Как он чувствует себя после травмы?

— Спасибо, гораздо лучше. Но спорт пришлось оставить, поэтому в последнее время ходит весь потерянный.

— Серьёзно? Дима больше не плавает?

— Получается, что так. Он недавно переехал к другу. В другой город. Здесь всё напоминает о секции, ребятах, поэтому учиться и подрабатывать планирует за пределами нашего города. Он мне звонил недавно, говорит, что будет праздновать свой день рождения в очень узком кругу. Вадим, друг его, уезжает в командировку. А я по его просьбе всегда пекла пирог с грибами. Ему нравилась начинка — солёные грузди с картошкой.

— А можно рецепт пирога узнать?

— Да, конечно. Светлана, может в кафетерий пройдём? Тут есть один, на втором этаже.

— Давайте свои покупки оформим, и я Вам с удовольствием составлю компанию.

Мелкий осенний дождик старательно намывал окно, за которым можно было рассмотреть двух посетителей кафетерия, оживлённо ведущих беседу. Непринуждённый разговор шёл своей чередой, будто общались люди, давно знающие друг друга.

10.199

Когда выставочный зал остался далеко позади, Ксения провела рукой по спинке скамьи и, собрав тонкий слой снежинок в комочек, протянула Свете:

— Пока на выставке были, первый снег выпал.

— Тебе отчёт на какую тему писать? — спросила Света, отщипывая от снежного комочка половину.

— Надо выбрать определённый зал экспозиции и подробно рассказать о своём восприятии. Необходимо выделить три момента: пространство, цвет и соразмерность композиции.

— Ты выбрала второй зал?

— Да, первый и третий сложные по построению, — Ксюша подбросила снежок вверх и удачно поймала, вспыхнув радостной улыбкой, сказала: — У нас в колледже каждый месяц проводится день открытых дверей. Мастерская по нашей специальности будет участвовать в следующем месяце. Если у тебя получится, я буду рада показать дипломные работы наших девочек.

— Да, надо попробовать найти окно в расписании, — сминая снег в руке, пообещала подруга.

— Света, я всё смотрю — ты улыбаешься, а глаза всё равно грустью наполнены. Тебя что-то заботит?

— Ксюша, меня учили с детства, что лучше думать о человеке хорошо и потом ошибиться, чем наоборот. Но я тоже не железная. Когда этих ошибок набирается слишком много, то начинаешь выгорать. Мне надо время, чтобы стать собой в полной мере. Это хорошо, что я начинаю меняться. Даже в училище я одна из всей группы делаю с удовольствием все задания по академическому рисунку. Рада, что на свободную тему нет заданий. Во мне пока нет той творческой искорки, когда появляется живая заинтересованность и реальное желание что-то конкретно изобразить на бумаге.

— Извини, мне стоило быть более тактичной.

— Всё хорошо. Ты переживаешь за меня. Мне это приятно.

— А могу как-то помочь? Ты только скажи, я всё сделаю!

— Хочешь поучаствовать в одном интересном и важном для меня деле? Мне нужны помощники в организации кукольного театра. Он ориентирован на детскую аудиторию и будет передвижным. Театр будет выезжать к своим зрителям.

— О! Куклы! Обожаю! Я двумя руками за! — Ксюша в радостном порыве вскинула вверх руки.

— Хорошо, тогда дизайн и разработка кукол будет на тебе. Договорились?

— Да? А ты мне будешь помогать, если что-то пойдёт не так?

— Конечно! Планирую ещё двух человек привлечь. Каждый момент будем обсуждать вместе. Кстати, первая постановка прошла успешно. Чуть позже мы с тобой запись спектакля посмотрим, и ты будешь иметь полное представление о том, чем мы будем заниматься.

— Командир, я постараюсь оправдать ваше доверие! — Ксюша вытянулась в струнку, старательно изображая из себя образцового участника творческого коллектива.

— Да, вы зачислены! — Света разъединила свой снежок на две части и погонами шутливо закрепила их на Ксюшином пальто.

Дружный смех подруг прервал телефон Ксении, настойчиво заявив о себе бодрым маршем.

— Это бабушка моя, — вынимая из сумки телефон, пояснила Ксения. После короткого отчёта, что всё хорошо и даже замечательно, она завершила общение и призналась: — Я совсем забыла про один случай рассказать. Он удивительный. Это произошло недалеко от дома, где бабушка живёт.

— Смотри, наш автобус, как раз до метро на нём доедем, — предложила Света, увлекая подругу на остановку. — Расскажешь всё по пути, а сейчас быстренько передвигаем ножками. Раз-два, раз-два.

Устроившись на заднем сидении, Ксения стала рассказывать:

— Летом на нашей улице был пожар. Сгорел один дом. Слава Богу, никто не погиб. Правда, один парень всё-таки пострадал: голову разбил сильно, руки обжёг. Но благодаря ему удалось избежать трагедии.

— Да? А что он сделал? Потушил огонь? — поинтересовалась Света.

— Нет! Он спас людей, сам того не подозревая. Мне об этом рассказала знакомая, дачница Галина, которую в городе случайно встретила недавно. Она снимает комнату на лето в доме по соседству, поэтому её хорошо знаю.

— А ты мне летом об этом ничего не говорила.

— Тогда я знала от бабушки только то, что на нашей улице дом сгорел. Я же готовилась к поступлению в колледж и всё лето просидела в городе.

— Понятно.

— В тот день Галя повстречала этого парня на пляже. У нас рядом есть карьеры старые. В них купаются, ныряют. Она что-то там потеряла, а он помог найти. Потом пошёл нырять и ей оставил свой кулон на время. Это такая предыстория.

— А что? Кулон как-то связан с пожаром?

— Именно этот кулон и спас жизнь трёх человек.

— Каким образом?

— С пляжа они ушли почти одновременно. Так получилось, что всё, что сделал парень в тот день, происходило на глазах Гали. Когда возник пожар, в доме находилась маленькая девочка. Хозяйка на время отлучилась к соседке. Увидев дым над домом, Галя с парнем побежали на помощь — там все уже искали малышку. В доме её не было. Тогда парень полез по стене дома на второй этаж. Решил проверить, нет ли ребёнка в летней комнате, обустроенной на верхнем этаже. Пожар усиливался. В комнате он нашёл коробку с котятами и, передав коробку Галине, снова полез наверх, потому что потерял кулон. Кулон этот, оказывается, подарила любимая девушка, — Ксюша сознательно выделила слово «любимая» и, задумавшись о своём, притихла, собираясь продолжить повествование.

— А как он выглядел? Галя не описала его внешность? — настойчиво спросила Светлана.

— Я тоже поинтересовалась. Он был подстрижен налысо. Улыбчивый. На вид — старшеклассник. Примерно так обрисовала, — Ксения ответила и глубоко вздохнула. — Удивительно! Потеряв подарок любимой девушки, он бросился за ним в огонь! Понимаешь, она и есть настоящая спасительница тех людей на пожаре, раз такие чувства смогла в парне зажечь.

— Ксюша, кажется, ты увлеклась и что-то пропустила в своём рассказе, — Света попыталась напомнить расчувствовавшейся подруге, что готова слушать дальше.

— Перед тем, как прыгнуть в огонь за своим кулоном, парень увидел ту малышку, которую все искали. Она была в сарае на сеновале. На его крик прибежали люди с другой стороны дома — они пытались там тушить летнюю веранду. И как только люди оттуда убежали, на веранде взорвался баллон с газом. Веранда застеклённая была. Страшно представить, что могло бы произойти, окажись кто-нибудь рядом.

— Неужели, есть такие ребята?!

— Ты как с языка сняла, Света. Да! Выпрыгнув из горящего окна, он потерял сознание, и его увезли в больницу.

За окном автобуса мелькали огни домов, редкие прохожие и первые снежинки. Света и Ксения молчали, в появившейся тишине воображением рисуя моменты только что прозвучавшей истории.

— Бабушка недавно мне рассказала, что парень тот осенью приезжал и целый день искал кулон, но так и не нашёл. Видимо, дорог ему был. И ещё он попросил, если кому-то удастся найти кулон — пусть сохранит до весны. А весной он снова приедет. Но дело в том, что хозяева сгоревшего дома решили строиться заново и поэтому будут остатки старого дома вывозить. Конечно, об этом мальчишка не знает.

— Ксюша, а как выглядит кулон?

— Хоть Галя и держала его в руках, но он был обёрнут в полиэтилен, поэтому форму не разглядела, но цепочку запомнила хорошо. Звенья цепочки большие, похожие на звёздочки или снежинки.

— Понятно. Хоть одна зацепочка да есть. Решено — завтра надо съездить туда и попробовать найти этот кулон. Ведь скоро дом снесут. Ты мне про дорогу расскажи поподробнее, — уверенно сказала Светлана, обращаясь к подруге.

— Ты что? Серьёзно? Столько времени прошло, да к тому же ещё и снег выпал. Там можно до бесконечности искать и вряд ли что-то отыщешь, — изумлению Ксении не было предела.

— Знаешь, в последнее время я стала верить в чудеса, которые не только в сказках случаются, они порою в нашу жизнь приходят. Если завтра будет всего одна попытка, то даже бесконечность уменьшится на одну цифру, — доставая из сумки маленький блокнотик, заключила Света.

— Блокнот свой можешь убрать, потому что завтра я составлю тебе компанию. Командой искать лучше, а заодно с бабушкой тебя познакомлю. Договорились?

— Конечно!

— Тогда завтра на вокзале. Время отправления электрички — восемь утра. На этой платформе не все электрички остановку делают. Поэтому надо успеть на восьмичасовую.

— Договорились. Поисковая экспедиция начнётся завтра утром!

Попрощавшись, Светлана пропала в бурлящей толпе метрополитена. Ей надо было перейти на другую линию. Восторженным взглядом провожала Ксюша свою подругу, поражаясь её уверенности и решимости осуществить задуманное.

На следующий день Ксения смогла сама убедиться, что чудеса случаются. Во время поиска кулона, Света смогла увидеть между обгоревшими оконными рамами на чёрном от копоти осколке стекла прилипший к нему и оплавившийся кружок пластмассы, к которой была прикреплена короткая цепочка из потемневших снежинок. Света передала свою находку Ксюше и попросила сохранить её до весны. Проводив подругу на электричку, Ксения решила остаться на ночь у бабушки. Прощаясь, Света задумчиво проговорила:

— Знаешь, пока мы искали кулон, у меня появилось сильное желание нарисовать руки этого мальчишки. Словно что-то проснулось во мне. Думала, что за минувшие годы потеряла свою краску, ту, без которой художник является лишь оболочкой. И вот сейчас почувствовала, что она начинает приближаться ко мне. Я это отчётливо ощущаю. Поразительно, этот кулон мне чем-то помогает. Хотелось бы хоть одним глазком на этого человека взглянуть. Впрочем, как и тебе. Правда, Ксюша?

— Да, ты права. Но нам придётся ждать весны, — разглядывая сосредоточенно находку и аккуратно очищая нагар с кулона, согласилась девушка, похожая на мышонка.

После вкусных блинов и долгих откровений с бабушкой, Ксения решила выйти на свежий воздух. Когда вечер только начинал уходить в глубокую темень, с улицы её окликнула, приветствуя, соседка. Ответив ей, Ксюша вспомнила одну важную деталь, о которой говорила Галина. Велосипед! Когда того парня во время пожара увезли в больницу, Галя подобрала его велосипед, оставив его на хранение у соседки. Именно эта соседка и стояла сейчас перед Ксенией. Сгорая от нетерпения, Ксюша вежливо озвучила свою просьбу.

Старый, чёрного цвета велик был Ксении знаком. Его трудно не узнать. В одном месте рама велосипеда увенчивалась большим куском водопроводной трубы. Во время ремонта, видимо, её просто взяли и припаяли сваркой на месте поломки, не обращая внимания на эстетику. Недоумение от увиденного просто вытолкнуло Ксюшу обратно из ветхого сарайчика на улицу, словно волной выбросило на берег. Придя в себя, Ксения побежала в дом.

После тщательного осмотра и кропотливой работы по удалению грязи, копоти и нагара с находки Ксения, потрясённая увиденным, горько плакала в одиночестве, уткнувшись лицом в старую бабушкину кофту. Никогда ещё сердце так не разрывалось от сильных, но противоречивых эмоций. Теперь она точно знала, кому принадлежит найденный кулон. И секрет, который скрывался внутри, она тоже разгадала.

10.200

В аэропорту к стойке регистрации выстроилась очередь. Среди суетливой толпы Света и Лена заметно выделялись, потому что были налегке. Вместо привычных для пассажиров баулов и чемоданов — небольшие подарочные пакеты. Дамские сумочки не в счёт. На особое внимание при регистрации они не рассчитывали.

— Знаешь, Лена, в последнее время ощущаю беспокойное чувство. Будто что-то упускаю, теряю… — рассматривая в руке свой билет, задумчиво произнесла Светлана.

— А я, наоборот, думаю, что слишком много у меня в голове информации. Нужно время, чтобы её переварить, — заглядывая в пакет, вытянула из себя Лена.

— Предположение, что Вадим является близким другом Димы, тебя шокировало? Сама посмотри: на снимке, где Вадим показывает парусник из спичек, спортивная сумка Димы просматривается. В школе он с ней был постоянно. Или я не права?

— Света, да я смотрела сто раз! Права ты, но мне от этого не легче. Могу только представить, что он Вадиму может про меня наговорить!

— Тебя занесло куда-то далеко. Зачем Диме на тебя наговаривать? Успокойся и реши для себя, будешь Вадиму говорить… Или тебе нравится быть мальчиком? — нарочно добавив иронии, Света хотела помочь подруге с выбором. С непростым выбором.

— Ещё есть время. Подумаю над этим, — недовольство в голосе только доказывало, что неопределённость в поступках очень расстраивает. Чуть помедлив, она решила перевести стрелки внимания на Свету, задав вопрос, давно мучивший её: — А ты не переживаешь, что одна летишь в незнакомый город, и там будете только вдвоем? Удивляюсь, откуда у тебя такая уверенность.

— Я хочу поддержать Диму. Сейчас ему тяжело. Поэтому и лечу. Он много раз помогал мне. Его поддержка ненавязчивая, деликатная, бескорыстная всегда была кстати. Настоящий друг. Скажу больше, находиться с ним рядом было комфортно. До сих пор воспринимала это так естественно. Такое бережное отношение со стороны парня к девушке — большая редкость в наши дни. Чувствовала это и всегда ценила. Хочу, чтобы в свой день рождения он радовался, а не грустил в одиночестве. Какие ещё нужны причины? Тем более в последнее время как-то Дима отдалился от меня. Оставила ему телефон, а он не звонит. Листы с текстом перевода попросил опустить в почтовый ящик — не захотел, чтобы я лично ему передала. Может я что-то сделала не так? Надо в этом разобраться.

— Теперь и ты начинаешь загружать себя разными переживаниями.

— Лена, если Диме не доверять, то кому можно? У тебя есть такие ребята на примете? А переживания легко привести в порядок, если два человека откровенно поговорят между собой. Я хочу идти этим путём. Смотри, объявили посадку на самолёт. Пришло время прощаться. Так ты что решила?

— Я решила больше не общаться с Вадимом. Передай этот пакет Димке, а он пусть его отдаст Вадиму в знак благодарности за телефон. Не хочу быть Генкой!

— Хорошо. А если Вадим, когда узнает, вдруг сам захочет связаться с тобой?

— Света, тебе надо поторапливаться, хватит тут всякую ерунду городить, — громко произнесла раскрасневшаяся Лена, подталкивая подругу к выходу на посадку, приговаривая на ходу: — А я хочу, чтобы у тебя всё получилось. Димке от меня привет и поздравления. Да, и эту шоколадку передай ему, пожалуйста.

Пройдя в зал вылета, Света услышала сигнал сообщения, открыла его. Оно было от Ксении. Подруга пожелала благополучного полёта и в конце добавила странную фразу: «Света, я сейчас тебе пришлю фото кулона. Немного отреставрировала его. Он с секретом оказался!». Затем пришли две фотографии. На первом снимке кулон был в том виде, в котором его нашла Света. На втором снимке, после так называемой реставрации, цепочка была старательно очищена, а сам кулон разобран на непонятные по форме обгоревший фрагмент пластика и его корпус, к которому был прикреплён. На внутренней части корпуса легко угадывался портрет девушки. Света внимательно присмотрелась и узнала своё изображение. Ювелир, как и обещал, сделал всё очень качественно. Красивая гравировка, скопированная с фотографии Светы, подтверждала это наглядно. Дима был в неведении об этом секрете.

Сделав глубокий выдох, Светлана достала из сумки фигурку звездочёта и сравнила снежинку на берете со звеньями цепочки кулона. Понимая, что ей необходима дополнительная информация, сразу отправила сообщение Асе. Но ответ пришлось ждать долго — в это время самолёт разгонялся по взлётной полосе.

***

Незнакомый город встретил Светлану лёгким снегопадом и устойчивым привкусом моря, а пришедшее от Аси сообщение помешало проникнуться красотой портового города. Количество вопросов к Димке заметно росло. Поэтому время до ожидаемой встречи тянулось для Светы мучительно долго.

Группа маленьких спортсменов, которую доверили Диме, старательно выполняла в тренажёрном зале задания на гибкость. Показывая на личном примере, на что в первую очередь необходимо обратить внимание во время растяжки тела, Дима заметил одного мальчишку, который при каждой попытке сделать то или иное упражнение, вслух восклицал одно и то же: «Не могу!» Когда-то и у них был в секции такой паренёк, чуть постарше этого малыша. Тот то же самое повторял, не умея преодолевать трудности. Даже через год никто в секции не знал настоящего имени того парнишки — все, включая тренера, привыкли обращаться в его адрес только в одной форме — точь-в-точь как это восклицание.

Улыбнувшись, Дима подошёл к юному спортсмену и посоветовал не вздыхать так громко, а просто поднять вверх руку, чтобы тренер увидел и помог во время разминки. Димке не хотелось, чтобы неприятная кличка стала клеймом.

Завершив разминаться в зале сухого плавания, ребята убежали принимать душ перед посещением бассейна. Димка отправился в маленький закуток тренерской комнаты, чтобы переодеться. Вдруг неожиданно для самого себя понял, что его беспокойные мысли о том, что Света будет не довольна, не имеют под собой никакого основания. Надо всё честно рассказать. Она поймёт. Обязательно поймёт, что он старался сохранить подарок всеми силами. Старался. Не получилось. Обстоятельства сложились так, а не иначе. Димка вздохнул — замкнутый круг, из которого выбраться поможет только один человек… Но сейчас он был очень далеко!

Подумалось и о номере телефона Светы. По правде говоря, не могла она просто взять и игнорировать звонки. На неё не похоже. А раз с номером какая-то ошибка вышла, то есть же много способов его уточнить. Тут же на корню пресекая эту цепочку раздумий и сомнений, перед Димой всплыл образ незнакомца, идущего тогда рядом со Светланой.

Закрыв за собой широкую входную дверь, Димка постарался оставить за спиной все свои вздохи и проблемы. Хотелось отвлечься и прогуляться по тонкому снегу, стараясь найти под вечерним трепетом притихшего города что-то доброе и успокаивающее душу.

Вдруг свет уличного фонаря выхватил из белых крошек нарядного снегопада знакомые очертания… Это были не снежинки… Это были цветы, прилетевшие с той волшебной полянки. Даже поверженные на землю развоевавшимся малышом они смогли сохранить жизненную силу, и, добравшись сюда, подарили эту волшебную встречу — такую долгожданную встречу с удивительной и дорогой ему девушкой. Белыми одуванчиками снежинки кружили вокруг, а фигурка девушки виделась всё отчётливее и отчётливее. Спохватившись, Димка быстро стянул шарф с шеи и закрыл им шрам на щеке. Этот шарф, подаренный кем-то в зоопарке, стал для Димы приятным и надёжным другом.

Увидев на Диме свой шарф, Света опустила голову и, сделав пару шагов, остановилась рядом. Не поднимая головы, она осторожно сняла перчатку с Димкиной руки и бережно обхватила своими ладонями. Будто огромная волна долгожданной встречи набежала на скалы душевных переживаний. Дима замер. Его бескровное лицо казалось белым холстом… Какие краски чувств отобразятся на нём, зависело от Светы.

В её глазах, таких бездонных, как глубокие озёра, Дима ясно увидел хрупкую и красивую снежинку. Снежинка пристально посмотрела на встревоженного юношу и доверчиво полетела в его раскрытую ладонь. Согретая, вспыхнула яркой звёздочкой, а укрытый ею лучистый свет заструился в широко распахнутых глазах девушки, наполняя Димку необъяснимой радостью и смело прогоняя все клубки его тревог. Света искренне улыбалась, рисуя на лице Димы восторг счастливого человека.

Как-то в оживлённом разговоре с Софьей Ивановной Дима назвал Свету Феей. Потом выкручивался, пытаясь объясниться, но Софья Ивановна произнесла удивительную фразу: «В каждой девушке живёт Фея. Для полёта ей нужны крылья, которые она может создать только из самых светлых и искренних чувств своего возлюбленного». Слова засели в глубине души… А сейчас он безвозвратно тонул в глазах своей Феи, где удивительным образом волшебная страна соединялась с реальным миром. Тёплые нежные руки Светланы вселяли эту уверенность.

август 2016г — март 2023г

эпилог

Прошло десять лет…

Солнышко, словно из лейки, щедро орошало город волшебным светом, делая утро выходного дня по-настоящему ярким и запоминающимся. На широкой полоске тротуара, рассекающей аккуратный газон возле дома, в тёплой солнечной капели грелись два человека. Бросая на входные двери подъезда пытливые взгляды, они тихо переговаривались между собой.

— Мама, смотри! Папа идёт! — закричала радостно девочка в красивом летнем платье с элегантной шляпкой на голове.

— Да, доченька, я внимательно смотрю и вижу — наш папа опять за старое взялся! Интересно, где он их прячет? — задумчиво, слегка нахмурив брови, проговорила молодая женщина, удерживая в руке зонтик от солнца.

— Как видите, я быстро! — бодро отрапортовал молодой мужчина, стараясь скрыть своё волнение за яркой улыбкой.

— Зачем ты его на себя водрузил? Мы же вчера дружно все детали одежды проговорили, у нас сегодня будет фотосессия на открытии моей выставки. Жду от тебя внятных и убедительных доводов, — придерживая рукой длинное воздушное платье, женщина направила зонтик на тонкий свитер, высокий ворот которого сейчас был поднят и закрывал почти половину лица мужа.

— А, это? Что-то с утра прохладно, вот и решил немного подстраховаться, — проговорил быстро в своё оправдание глава семейства, осторожно направляясь в сторону ближайшей остановки троллейбуса.

— Замёрз?! — выслушав ответ, супруга хитро улыбнулась и, обернувшись к дочери, тихо проговорила, показывая ей условные знаки рукой: — Тогда мы тебя сейчас согреем. Поможешь?

Кивнув маме в ответ головой, малышка сразу стала действовать по отработанной схеме, громко запричитав:

— Папа, папа! Мне камушек в туфельку попал, помоги достать!

Когда подошедший отец склонился, чтобы оказать содействие, она, воспользовавшись моментом и заливаясь детским смехом, шустро вскарабкалась ему на шею. Не успел он толком выпрямиться, удерживая на плечах дочурку, как ему на руки вспорхнула жена и с довольным видом устроившись в крепких объятиях мужа, скомандовала:

— Будешь нести нас до метро. За это время ты точно согреешься, дорогой! И хватит стесняться. Шрамы украшают мужчину. Ты же, как тренер, со многими людьми пересекаешься в своей секции и ничего страшного с тобой не происходит.

— Так там меня все знают, — произнёс супруг, удерживая на ходу драгоценную ношу.

— А мы с дочкой хотим, чтобы нашего папу знал весь город!

— Да! Папа, а ты можешь нас с мамой покружить?!

В это время на балконе высотного дома две девушки с нескрываемым любопытством наблюдали за тем, как идущий по тротуару мужчина, украшенный ярким всплеском нарядных платьев, стал кружиться в плавном танце под звуки радостного смеха.

— Смотри, смотри, а вместе они похожи на бутон красивого цветка! — восторженно произнесла одна из них, показывая рукой на необычного пешехода.

— Да! Словно бутон этот сейчас раскрылся и от радости танцует! — поддержала её эмоции подруга, делая очередную фотографию.

— Знаешь, если честно, я тоже так хочу!

— Да, и я бы не отказалась от такой мечты!

Город просыпался, дома и люди грелись в солнечной паутинке, а где-то высоко в небе летела мечта. В завораживающем полёте она искала созвучную ей мелодию.

Страница книги Снежинка на ладони в интернете

Table of Contents

пролог

1 - 2 1.1

1 - 3 1.2

1 - 4 1.3

1 - 5 1.4

1 - 6 1.5

1 - 7 1.6

1 - 8 1.7

1 - 9 1.8

1 - 10 1.9

1 - 11 1.10

1 - 12 1.11

1 - 13 1.12

1 - 14 1.13

1 - 15 1.14

1 - 16 1.15

1 - 17 1.16

1 - 18 1.17

1 - 19 1.18

1 - 20 1.19

1 - 21 1.20

1 - 22 2.21

1 - 23 2.22

1 - 24 2.23

1 - 25 2.24

1 - 26 2.25

1 - 27 2.26

1 - 28 2.27

1 - 29 2.28

1 - 30 2.29

1 - 31 2.30

1 - 32 2.31

1 - 33 2.32

1 - 34 2.33

1 - 35 2.34

1 - 36 2.35

1 - 37 2.36

1 - 38 2.37

1 - 39 2.38

1 - 40 2.39

1 - 41 2.40

1 - 42 3.41

1 - 43 3.42

1 - 44 3.43

1 - 45 3.44

1 - 46 3.45

1 - 47 3.46

1 - 48 3.47

1 - 49 3.48

1 - 50 3.49

1 - 51 3.50

1 - 52 3.51

1 - 53 3.52

1 - 54 3.53

1 - 55 3.54

1 - 56 3.55

1 - 57 3.56

1 - 58 3.57

1 - 59 3.58

1 - 60 3.59

1 - 61 3.60

1 - 62 4.61

1 - 63 4.62

1 - 64 4.63

1 - 65 4.64

1 - 66 4.65

1 - 67 4.66

1 - 68 4.67

1 - 69 4.68

1 - 70 4.69

1 - 71 4.70

1 - 72 4.71

1 - 73 4.72

1 - 74 4.73

1 - 75 4.74

1 - 76 4.75

1 - 77 4.76

1 - 78 4.77

1 - 79 4.78

1 - 80 4.79 (1 часть)

1 - 81 4.79(2 часть)

1 - 82 4.80

1 - 83 5.81

1 - 84 5.82

1 - 85 5.83

1 - 86 5.84

1 - 87 5.85

1 - 88 5.86

1 - 89 5.87

1 - 90 5.88

1 - 91 5.89

1 - 92 5.90

1 - 93 5.91

1 - 94 5.92

1 - 95 5.93

1 - 96 5.94

1 - 97 5.95

1 - 98 5.96

1 - 99 5.97

1 - 100 5.98 (1 часть)

1 - 101 5.98 (2 часть)

1 - 102 5.99

1 - 103 5.100

1 - 104 6.101

1 - 105 6.102

1 - 106 6.103

1 - 107 6.104

1 - 108 6.105

1 - 109 6.106

1 - 110 6.107

1 - 111 6.108

1 - 112 6.109

1 - 113 6.110

1 - 114 6.111

1 - 115 6.112

1 - 116 6.113

1 - 117 6.114

1 - 118 6.115

1 - 119 6.116

1 - 120 6.117

1 - 121 6.118

1 - 122 6.119

1 - 123 6.120

1 - 124 7.121

1 - 125 7.122

1 - 126 7.123

1 - 127 7.124

1 - 128 7.125

1 - 129 7.126

1 - 130 7.127

1 - 131 7.128

1 - 132 7.129

1 - 133 7.130

1 - 134 7.131

1 - 135 7.132

1 - 136 7.133

1 - 137 7.134

1 - 138 7.135

1 - 139 7.136

1 - 140 7.137

1 - 141 7.138

1 - 142 7.139

1 - 143 7.140

1 - 144 8.141

1 - 145 8.142

1 - 146 8.143

1 - 147 8.144

1 - 148 8.145

1 - 149 8.146

1 - 150 8.147

1 - 151 8.148

1 - 152 8.149

1 - 153 8.150

1 - 154 8.151

1 - 155 8.152

1 - 156 8.153

1 - 157 8.154

1 - 158 8.155

1 - 159 8.156

1 - 160 8.157

1 - 161 8.158

1 - 162 8.159

1 - 163 8.160

1 - 164 9.161

1 - 165 9.162

1 - 166 9.163

1 - 167 9.164

1 - 168 9.165

1 - 169 9.166

1 - 170 9.167

1 - 171 9.168

1 - 172 9.169

1 - 173 9.170

1 - 174 9.171

1 - 175 9.172

1 - 176 9.173

1 - 177 9.174

1 - 178 9.175

1 - 179 9.176

1 - 180 9.177

1 - 181 9.178

1 - 182 9.179

1 - 183 9.180

1 - 184 10.181

1 - 185 10.182

1 - 186 10.183

1 - 187 10.184

1 - 188 10.185

1 - 189 10.186

1 - 190 10.187

1 - 191 10.188

1 - 192 10.189

1 - 193 10.190

1 - 194 10.191

1 - 195 10.192

1 - 196 10.193

1 - 197 10.194

1 - 198 10.195

1 - 199 10.196

1 - 200 10.197

1 - 201 10.198

1 - 202 10.199

1 - 203 10.200

эпилог

О книге