# Крылья Легиона

Арика Блайдд

Страница книги <https://1.selflib.me/legion_s_wings>

Деревянные крылья

«Давным-давно, когда по земле ещё не ходили гиганты, а всем миром правили люди, жил да был один могущественный волшебник. И всё у него было: и сила, и красота, и ум, и власть. Одного лишь ему не хватало — бессмертия. И что бы он ни делал, какие бы книги ни читал, у кого бы ни спрашивал, какие бы эксперименты ни проводил, не мог понять, как его достичь. Но однажды попался ему один старинный фолиант, написанный бессмертным алхимиком.

— Вот оно! — воскликнул волшебник.

Многие годы он изучал найденную рукопись. И наконец создал его — эликсир бессмертия…»


Девочка взглянула на тёмное небо, усыпанное звёздами. Окно, в которое она смотрела, было забрано решёткой. Но сейчас, ночью, казалось, что этой преграды на пути к её свободе не существовало. Стоило лишь только передвинуть тот ящик к окну и… И она с братом запросто сможет убежать от того, что им предстоит завтра. И пусть тогда односельчане выбирают новую жертву для гигантов.

Эрен беспокойно заметался во сне, сбрасывая с себя тот жалкий лоскут тряпки, который сейчас заменял им одеяло. Микаса тут же поспешила его укрыть. Ночи сейчас холодные.

Да, наверное, теперь глупо пытаться спасти от простуды брата. Завтра им всё равно предстоит умереть. Но она так привыкла.

Уже много лет ей приходилось заботиться об Эрене. Матери она почти не помнила, та умерла очень давно. А отец часто бывал в разъездах. В последний же год он вообще не появлялся дома. Селяне говорили, что, скорее всего, его убили разбойники где-нибудь в дороге. Но ни Микасе ни Эрену не хотелось в это верить, пусть их отец действительно в этот раз сильно задерживается, но однажды он вернётся. Правда, иногда её брат порывался отправиться на его поиски. Но ей всегда удавалось отговорить его от этого. Может, зря?

Но тогда она не думала, что всё так обернётся. Односельчане были добры к ним и всегда помогали всем, чем могли. И она была им за это благодарна.

— Глупая… — пошептала девочка, отворачиваясь от окна. Слишком близко желанная свобода и слишком недосягаема. — Дура.

Ей стоило догадаться, что они не станут делать это просто так. Этот мир слишком жесток к слабым.

А она словно бы не хотела замечать очевидных вещей. Забыла, что, например, случилось с Францем. Он тогда повредил ногу, когда работал в поле. Всё бы ничего, но рана почему-то не хотела заживать, загноилась, а потом ногу и вовсе пришлось отрезать. Но такие в их селе, да и не только здесь, живут ровно до зимнего солнцестояния. Увечные, больные, слишком старые — первые кандидаты, чтобы быть принесёнными в жертву гигантам. Жить должны здоровые и сильные. Таков их мир.

Она так привыкла к этому, что старалась не замечать, делала вид, что так и должно быть. Но до того момента пока это не коснулось её. И когда ей сообщили, что в это солнцестояние был выбран жертвой её брат, она первое мгновение даже не могла понять, что ей говорят. А потом попыталась остановить односельчан. Но куда там. С толпой взрослых мужчин никакому ребёнку не справится.

Только после того, как её и Эрена заперли здесь, она поняла какую совершила глупость. Будь она на свободе она, возможно, смогла бы спасти брата.

А сейчас всё, что ей оставалось, это верить в чудо. Вот только, похоже, что светлые силы от них отвернулись и уже давно. А тёмные? Зачем им нужны двое детей?

И у кого тогда попросить помощи?

Микаса достала из кармана старую потемневшую от времени деревянную пластинку, на которой были изображены два крыла — чёрное и белое. Она получила её от отца, когда тот уходил. Он ещё сказал, что если что случиться, она должна была передать её Эрену. Но… сначала события развивались так быстро, что она просто забыла о ней. А сейчас Микаса уже не видела в этом смысла.

Да, хотелось бы, чтобы у неё и брата были крылья, чтобы улететь туда, где нет тех, кто отдаёт детей на съедение гигантам. Но это невозможно. Они не в сказке, а чудес не существует. И эти крылья просто вырезаны на деревяшке и раскрашены. На таких не улетишь. Микаса зло швырнула её в угол.

И тут же почувствовала, как невидимая рука отвесила ей подзатыльник.

— Не тебе, соплячке, разбрасываться такими вещами, — раздался голос у неё за спиной.

Микаса испуганно завертела головой, но так никого и не увидела.

— Живо встала и подняла, — проговорил кто-то невидимый грозным голосом и, поняв, что девочка не собирается его слушаться, отвесил второй подзатыльник. — Кому сказал!

Похоже, что с ним лучше не спорить. Микаса тут же бросилась к тому углу, куда забросила деревяшку, одновременно косясь на Эрена. Но тот спокойно спал, словно и не было тут странно ведущих себя призраков.

Дрожащей рукой девочка Микаса нащупала деревяшку с крыльями и обернулась, чтобы показать её грозному невидимке.

— Ой! — вскрикнула она.

Перед ней стоял мужчина, вполне себе материальный. В темноте было плохо видно, но он оказался не таким страшным, каким она его представляла, когда он был невидим.

— Так, молокососка, — проговорил он, — чтобы больше не разбрасывалась эмблемами Легиона. Эй! Ты меня слышишь или глухая?

— Слышу, — ответила Микаса. — Но ведь Легион — это просто старая сказка.

Девочка стала осторожно продвигаться к Эрену. Про них ходило много всяких сказаний, но все они сходились на одном: Легион — это демоны забирающие души людей.

— Я смотрю, ты наслышана о нас, — сказал мужчина, наблюдая за маневрами девочки, — и вдаваться в объяснения не нужно.

— Ты пришёл сюда, чтобы исполнить одно моё желание в обмен на то, что дорого мне? — решила всё же уточнить Микаса.

— Что-то вроде того, — подтвердил демон.

— Но… Я Эрена не отдам! — категоричным тоном заявила девочка, заслоняя собой брата.

— Как же сложно с современными детьми, — пробормотал демон, подходя к ней и присаживаясь рядом.

Микасе очень хотелось отодвинуться от него подальше, забиться в самый дальний угол. Но позади был Эрен, а его оставить она не могла.

Демон взял её за подбородок, поворачивая её лицо к себе, и заглядывая ей в глаза.

— Ты ведь понимаешь, что завтра умрёшь и твой братец тоже?

— Понимаю, — ответила девочка.

Казалось, что невозможно было спрятаться от его взгляда, словно бы заглядывающего в саму её душу.

— И всё же твой ответ нет, — подытожил демон поднимаясь.

— Постой! — спохватилась Микаса. Упустить последний шанс спасти брата она не могла. И поэтому оставался лишь единственный вариант. — А что если я взамен отдам тебе свою душу?

— Твою? Ну, мне без разницы чью. Кстати, раз ты ещё ребёнок, у тебя есть отсрочка в пять лет. А после я приду за тобой, — равнодушно ответил демон.


* * *


Староста деревни торопился. Нужно было поскорее закончить все приготовления. Детей, конечно, жалко. Но таков тут порядок вещей. Не они, так был бы кто-нибудь другой. А ведь каждый стремится, прежде всего, оградить от этого своих родных. У этих детей просто не осталось защитника.

Мужчина спокойно отпер дверь. За все те годы, что он был старостой деревни, он привык ко всему: и к слезам, и к мольбам, и к равнодушию, и к угрозам. Но на этот раз, заглянув в сарай, где они держали детей, он замер поражённый. Такого ещё ни разу не случалось. Внутри не было ни единой живой души.

И кто же теперь станет жертвой?

Он медленно повернулся к жителям деревни, что столпились у него за спиной и обвёл их взглядом.

— Кто-то помог детям сбежать, — произнёс он. — Мы после выясним, кто это был. Сейчас мы должны решить более важный вопрос.

Селяне тут же заволновались. Они прекрасно знали, что это значит. Времени на выбор уже почти не было.

Так кто? Пропойца Петер? Но у него на шее шестеро детей. Или жена Яна, которая уже третий год не может разродиться? Или кузнец, что… нет, он точно нет. Единственный же на всю деревню.

Внезапно староста резко повернулся к Карлу.

— А где твоя дочь Рене?

Тот побледнел и отступил.

— Но ведь… ты же знаешь, что зимой она легко простужается. Ведь… если мы поищем тех детей… Они не могли далеко убежать! Ну, давайте!

Он с надеждой взглянул на односельчан, но те угрюмо молчали.

— Мы не можем, — ответил староста, отводя глаза. — У нас мало для этого времени.

А ведь Карл сын его лучшего друга. И как теперь тому в глаза смотреть? Но Рене и так получила слишком большую отсрочку. В других деревнях её бы давно отдали в жертву гигантам — слишком слабая.

И потом, он не имеет права колебаться. От его решимости зависит жизнь всех селян.

— Мы будем вечно помнить Рене и ту жертву, которую она принесла ради нашей деревни, — произнёс староста давно уже привычную фразу.


«…Но был у того волшебника очень хитрый слуга. От работы он своей отлынивал, зато секреты всякие узнавать проявлял большое рвение.

— И всё-то у тебя уже есть, — часто проговаривал слуга, когда хозяин не слышал. — И всё тебе неймётся. Но уж бессмертие тебе точно не к чему. Я лучше смогу им распорядиться.

Уличил однажды слуга когда волшебник отвлёкся, схватил флакон с эликсиром бессмертия и поспешил скрыться с ним. И так он быстро бежал, что стал расплёскивать его в разные стороны. Но там, где падал эликсир на землю, стали словно из ниоткуда появляться гиганты, которые тут же принялись пожирать людей. Слишком много появилось в мире этих исполинов. И тогда разразилась война между гигантами и людьми. Но длилась она не долго — силы человеческие были слишком слабы. Люди проиграли войну и стали рабами гигантов. И вскоре каждое селение и каждый город должны были в день зимнего солнцестояния приносить дань этим исполинам — живых людей. Не со всякого места они забирали одного человека, бывало и по два и по три. Так что маленькие деревеньки вскоре вымерли. А в городах и в крупных селениях поселился страх, перед гигантами и днём зимнего солнцестояния.

Так заканчивается история о могущественном волшебнике, который искал бессмертие».

Между Шиганшиной и Тростом

Чистое голубое небо, такое яркое и глубокое! Раньше она часто вот так лежала с Эреном в траве и мечтала, что когда-нибудь они отправятся в путь вместе с отцом, чтобы посмотреть везде ли оно такое. Они ведь никогда не покидали своей деревни.

Микаса резко села. Брат! Первым делом она должна проверить все ли с ним в порядке. Но тот мирно спал себе рядом с ней. Вот только… недалеко от них сидел незнакомый светловолосый мальчик и с беспокойством поглядывал на них. Откуда он тут взялся?

Стоп! А как они вообще оказались на этой небольшой лесной полянке?

Последнее, что Микаса помнила, это то, как жители деревни заперли её и Эрена в сарае, чтобы принести в жертву гигантам.

Так сколько дней прошло с того момента? Несколько дней или часов? Нет, похоже, что месяцев. Тогда была зима, а сейчас уже лето.

— Микаса! Ты наконец-то проснулась! — радостно воскликнул светловолосый мальчик, прервав её размышления.

— Ты кто? И откуда знаешь моё имя? — удивлённо спросила девочка.

Тот непонимающе на неё взглянул.

— Это же Армин, — голос только что проснувшегося Эрена, заставил Микасу вздрогнуть.

— Армин? — медленно проговорила девочка, пытаясь понять, что тут происходит. Неужели, пока она спала, что-то произошло? — Но в нашей древне даже не было никого с таким именем!

— Какой деревне? — нахмурился Эрен, сейчас он выглядел скорее встревоженным, чем удивлённым.

— В той, в которой мы родились, — неуверенно ответила Микаса. — Утгард же…

— Но мы ведь всегда жили в Шиганшине, в городе, — возразил брат. Теперь он был не менее удивлён, чем она сама.

— Может, ты слишком сильно ударилась, когда мы удирали от полиции? — предположил Армин.

Голова у неё действительно болела, но это не объясняло того, что у неё были совершенно другие воспоминания. А этот светловолосый мальчик вообще был для неё незнакомцем.

Хотя название города было ей известно.

— Подождите, — решила проверить свои знания Микаса, — Шиганшина — это ведь мятежный город. Его жители отказались платить дань гигантам и решили сражаться с ними. Они даже городскую стену дополнительно укрепили и установили на неё большие пушки. Но всё равно в день зимнего солнцестояния все жители были уничтожены.

— Да, — кивнул Армин. — Уцелеть удалось немногим. Мы и то выжили лишь благодаря тому, что ради нашего спасения, своей жизнью пожертвовал господин Ханнес.

Вот, ещё одно незнакомое имя.

— Ты ведь это помнишь? Да? — с надеждой спросил Эрен.

Микаса замешкалась, не зная, что ему ответить. Для неё рассказ о Шиганшине был лишь страшной сказкой, подслушанной у взрослых, и который они пересказывали друг другу по вечерам. Не более.

— Я не уверена, — соврала девочка. — Всё так расплывчато.

Было ещё что-то, что она вначале приняла за странный сон. Демон, с которым она заключила сделку. Значат, это было наяву? Но неужели у Легиона есть такая огромная сила, что они могут даже изменять воспоминания людей?

Хотя, может, и лучше, что Эрен ничего не помнит. Узнай он правду, он опять бросился бы совершать какие-нибудь глупости.


Два года спустя


Эрен до сих пор считал, что он родился в Шиганшине и что Армин друг детства. А она не стала его разубеждать. Пусть уж он лучше думает, что он жил в городе, где люди не стали мириться с неизбежностью приносит жертвы титанам и героически погибли, чем знает, что он из деревни, где жители приговорили их к смерти. Им и так эти два года с трудом удавалось пережить зимнее солнцестояние. К тому же временами её охватывало смутное чувство, что на самом деле это у неё ложные воспоминания, а демон и деревня Утгард никогда не существовали. Да и объяснить появление Армина, который хорошо знал её и Эрена, она не могла. Но Микаса старалась такие мысли как можно скорее гнать от себя. Иначе всё происходящее с ней было слишком уж необъяснимым.

В любом случае, как оказалось, сбежать из Утгарда или Шиганшины было вовсе не достаточно, чтобы спастись. Ведь в их стране покидать место рождения без особого разрешения, а вернее дорожных документов, было запрещено и кралось смертью. Впрочем, как и подавляющее число других преступлений.

Тем не менее, оставшись без поддержки, все, что они могли, это попрошайничать и воровать, чтобы хоть как-то прокормить себя. Взрослые относились к таким как они, то есть к детям, рядом с которыми не было видно родителей, с подозрением.

Поэтому равнодушие, это, пожалуй, лучшее на что они могли сейчас рассчитывать. В конце концов, доброты людей им стоило опасаться, может даже больше, чем всего остального. Зачастую именно так и заманивали детей, чтобы затем их принести в жертву гигантам. Лучше отдать чужого, о ком никто и не вспомнит, чем своего.

До сих пор их спасало то, что они были детьми и что полиция, которая должна была следить за порядком, без особого рвения относилась к своей работе. Хотя всё равно им приходилось очень стараться, чтобы в них не распознали бродяг.

К сожалению, во многих городах помимо полиции существовали ещё и дружины добровольцев, которые отлавливали в городах и его окрестностях тех, у кого по тем или иным причинам не было с собой дорожных документов. Их часто называли просто чистильщиками. И они работали куда усерднее полиции. Именно из-за дружины добровольцев нельзя было надолго оставаться в одном месте.

А ведь в их деревне никаких чистильщиков не было. Хотя вроде бы собирались создать, староста уже даже приготовил необходимые для этого документы. И Микаса часто ловила себя на мысли, что если бы у Утгарда была дружина добровольцев, то возможно бы два года назад место жертвы занял бы какой-нибудь бродяга. И тогда ей и брату не пришлось бы скитаться без надежды на будущее.

А впрочем, в её деревне никто не доживал до глубокой старости. И раньше она считала, что это было в порядке вещей. Но до того момента, пока она не попала в город, в место, где главную роль играла не твоя способность к работе, в их деревне то, что её и Эрена собирались принести в жертву было скорее исключением, а то, какое количество денег у тебя в кармане. У власть имущих были совсем другие заботы, нежели те, что завтра тебя могут отправить на корм гигантам.

Хотя сейчас самое главное для неё — это найти Эрена. Они пришли в Нидли, потому что услышали, что здесь будет ярмарка. В такие дни проще всего затеряться в толпе, да и пропитание найти легче. Но им пришлось разделиться.

— Эй, девочка, где твои родители? — окликнул Микасу высокий брюнет.

Он был одет в обычную одежду. Но чёрная повязка на руке говорила о том, что он из дружины добровольцев. И как она его сразу не заметила? Впредь стоит быть осторожнее. Чистильщикам лучше вообще на глаза не попадаться.

— Тут неподалёку, - соврала Микаса. — Позвать их?

— Проводишь меня к ним, — проговорил брюнет, смерив её подозрительным взглядом. — Из-за ярмарки тут слишком много приезжих ошивается.

Что ж, такое уже не в первый раз случается. Сейчас главное улучить момент и сбежать.

Микаса уверенно повела мужчину на площадь, где как раз проходила ярмарка. Там и людей побольше и сбежать проще. Хотя вот там перекрёсток впереди — можно и пробовать. Как раз этот чистильщик ослабил внимание, успокоенный её уверенным поведением.

Девочка резко перешла с шага на бег, а потом повернула за угол. Она уже давно заметила, что, с тех пор как заключила договор с демоном, стала намного сильнее, чем была раньше. Тут с ней ни Эрен, ни тем более Армин потягаться не могли. Поэтому Микаса была рада, что сейчас с ней их не было. Одна она точно сможет убежать от этого чистильщика. Но из города всё равно теперь придётся уходить. Быстро лавируя между прохожими, девочка слышала, что крики позади усилились, и, похоже, что к тому чистильщику присоединился ещё кто-то.

Ну и ладно, сейчас главное завернуть за тот дом и…

Какой-то тучный мужчина, несмотря на свою комплекцию, ловко схватил её за руку и дёрнул на себя. От неожиданности Микаса споткнулась и потеряла равновесие. Незнакомец ту же воспользовался этим и заломил ей руки за спину, не давая возможности вырваться. Неужели она ещё одного чистильщика проглядела? Не везёт её сегодня.

— Эй, ребята, слушайте, а девка-то сильная. Отъелась, понимаешь, на ворованных харчах, — произнёс толстяк, обращаясь к двум только что подошедшим мужчинам, одним из которых как раз и был заприметивший её чистильщик.

— Мои родители этого так не оставят! — крикнула Микаса, пытаясь придумать хоть что-то, что дало бы ей ещё один шанс убежать. Армина бы сюда. Вот уж кто умел заговаривать зубы.

— Да-да, заливай больше! — усмехнулся высокий брюнет. — Но не думаю, что за тобой кто-то явиться. Сразу видно, оборванка. Таких как ты надо сразу уничтожать, чтобы не разводить ворья и преступников. Не зря же вас и отправляют в первую очередь на корм титанам.

— Эй, Юрген, послушай, а личико-то у неё милое, если отмыть, конечно. Может, мы её мадам Мэйдд продадим? Ей как раз нужны новые девочки, — обратился толстяк к брюнету.

— Нет, Эб, — возразил третий, что был худощавого телосложения. — Они-то ей и нужны, что в прошлом году у нас недобор был. Да и в этом ситуация не лучше. Того, что месяц назад поймали сдох же сегодня.

— Неужели правда, Вернер? — удивился толстяк. — А я об этом и не слышал.

— Ну он же есть отказался. Хотя полиция его и насильно пыталась кормить, а всё равно… — пояснил тощий.

— Ну и дурак, — заключил Эб. — Хоть пожил бы несколько месяцев.

— Так что нам опять нужно шесть человек, — продолжил Вернер. — По борделям же полиция вечно тоже шариться не будет. Сами же туда частенько заходят. Да и городок у нас тихий, преступности почти никакой. А к зиме, сам знаешь, даже самые отъявленные злодеи затихают.

— Ну наши-то семьи они не тронут, — отмахнулся Юрген.

— Наши нет, — воздохнул толстяк. — А у моего друга четыре года назад отца забрали. Да и у тебя самого невеста, как говорят в полиции, как раз попадает под нужную категорию.

— Чёрт бы побрал этот обычай! И почему после помолвки нужно ещё полгода выжидать? Давно бы женился бы к ней и тогда ни один полицейский не придрался к моей Агнет, — в сердцах произнёс брюнет. — Да и не справедливо. Вон, в соседнем городе вполовину нашего отдавать нужно.

Микаса слушала этот разговор вполуха. Всё равно они вряд ли скажут что-либо полезное ей. Она прекрасно понимала, что чистильщики ведут её в местное отделение полиции. И ей нужно сбежать до того, как она туда попадёт. Но кажется, что эти трое мужчин уже не в первый год были в дружине добровольцев и успели всякого повидать от бродяг, которых ловили, поэтому сейчас не давали ей ни малейшего шанса, чтобы сбежать.

Но всё-таки хорошо, что Эрен не видел, как её схватили. Брат, конечно же, попытался бы ей помочь и естественно сам попался. А теперь у него и Армина есть шанс уйти из города. Вот только, скорее всего, Эрен бросится её искать…

Первый, что шёл чуть позади вдруг вскрикнул. Толстяк тут же немного ослабил свою хватку, и Микаса смогла извернуться, как раз для того, чтобы увидеть, как Юрген оседает на землю, а его руки, которыми он обхватил голову, все в крови.

Дальнейшие события произошли слишком быстро, чтобы девочка смогла как следует всё рассмотреть. Кто-то очень быстрый сбил с ног толстяка, а потом, схватив её за руку, потащил её в ближайший переулок. Только когда они остановились, пробежав два квартала, Микаса поняла, кем был её спаситель. Это был он, тот демон, с которым она заключила сделку. Но только два года назад он показался ей куда более внушительным и, кажется, тогда он был выше. И… значит, её воспоминания не являются ложью!

— Спасибо, конечно, но почему ты спас меня? — спросила Микаса.

— Не доросла ещё, чтобы знать, — ответил демон. — Может, года через три поймёшь.

А ну да, её душа принадлежит ему. Но, возможно, что их договор потеряет силу, если она умрёт раньше положенного срока. В некоторых легендах говорилось об этом. И всё равно это ничего не объясняет.

— Меня же и раньше ловила и полиция, и чистильщики. Почему ты решил спасти меня именно сейчас? — решила уточнить девочка.

— Потому что в этот раз тебе бы не удалось сбежать, — произнёс он с недовольным видом. — А теперь живо пошла вперёд. В конце этой улицы ты наткнёшься на церковников. — Если ты к ним прибьёшься, то сможешь выбраться из города.

Церковь?

Микаса только открыла рот, чтобы выразить удивление, но демон уже исчез, словно его и не было.

Но всё же, почему он посылает её к церковникам? Да и вообще странно всё это. Сейчас демон, если не брать в расчёт его странное исчезновение, действовал как вполне обычный человек. Никаких тебе магии, дыма, адского пламени и серы.


* * *


В конце улицы она действительно обнаружила двоих мальчишек, одетых в церковное одеяние послушников. А чуть позади них стоял лысый монах с тёмными кругами под глазами. Да к такому подойти страшно! Ведь самое первое, что он мог сделать, судя по виду, это собственноручно скормить её гигантам. Сразу понятно, что она для него просто пустое место. Лучше будет потихонечку уйти отсюда, пока её не заметили. Но монах сразу обратил на неё внимание и подал знак двум своим послушникам.

Попробовать сбежать? Но, с другой стороны, демон сказал ей идти именно сюда.

— Меня зовут, Бертольд, — подошёл к ней один из них. Было заметно, что он сильно нервничал. А затем он указал на своего друга. — А это Райнер. У нас для тебя есть благая весть… Если ты примешь учение церкви Троста, то сможешь забыть о страхе перед гигантами и… э… как же там дальше… В общем, тебе не будет нужды бояться, что тебя поймает полиция или чистильщики…

— Я же говорил, чтобы ты выучил слова так, что бы от зубов отлетали! — монах как-то незаметно оказался рядом и положил руку на плечо Микасе. Хватка у него была железная. — В общем, девочка, у меня сейчас нет времени, чтобы тебя убеждать. Так что выбирай: или ты соглашаешься идти с нами, или мы сдадим тебя полиции.

— Но я… — начала Микаса.

Но монах на неё грозно цыкнул.

— Без оправданий! Я же вижу, что ты сирота и что без дела слоняешься от города к городу.

И зачем демон оправил её к этому человеку? Ведь, скорее всего, они просто набирают бездомных детей для Троста, чтобы потом их опять же отдать в жертву гигантам. Такое она уже видела.

И Эрен… не может же она оставить его! Хотя выбраться из города будет действительно трудно. Наверное, чистильщики, если ещё не подняли всю полицию на уши, то скоро это сделают. А ведь им и попасть-то в город было не так легко.

Двое послушников отвели её к крытой повозке. И Микаса уже приготовилась стукнуть Берта посильнее, чтобы потом сбежать. Не важно, что там говорил демон, без брата она никуда не поедет. Но в этот момент её остановил удивлённый голос Эрена.

— Микаса, и ты тут? А я уже надеялся, что хотя бы тебя не загребли.

Через городские ворота повозку монаха пропустили даже не остановив для проверки. Помимо её, брата и Армина здесь было ещё двое детей.

— Эй, уснули что ли там все? — послышался голос монаха, что сейчас правил лошадьми. — Берт, расскажи им что-нибудь из писания.

— Хорошо, — вздохнул тот. — А можно я расскажу ту легенду, что сестра Криста любит рассказывать?

— Ладно, — послышалось в ответ.


«Давным-давно жил был колдун, которого звали Эрвин. Не было у него особых печалей кроме одной — гиганты. Не нравилось ему, что люди находились под их властью, ведь он и сам был человеком. И поэтому Эрвин пытался отыскать способ, чтобы избавиться от них раз и навсегда. Но гиганты были неуязвимы ни к человеческому оружию, ни к магии людей. Тогда Эрвин отправился к самым далёким горам, где по слухам жил мудрец, который на любой вопрос ответить мог. Много невзгод пришлось пережить колдуну прежде, чем он смог добраться до места назначения.

— Жду я тебя уже давно, — сказал мудрец при встрече. — И знаю, зачем ты ко мне пришёл.

Удивился этому Эрвин.

— Значит, тебе известен вопрос, который я хочу тебе задать.

Долго молчал мудрец, а потом заговорил.

— Храню я в себе знание каждого человека жившего или живущего на земле. Но всё же ответить, как избавиться от гигантов, я не могу. Никому из людей этого не ведомо.

Понял тогда колдун Эрвин, что в пределах человеческих не отыскать ему оружия. Воззвал он тогда к небесам, но те промолчали. Зато откликнулся на его зов демон из самых глубин ада. Сказал он, что даст он ему то, что так желанно, но только в обмен на его душу.

До сих пор ни одному человеку неизвестно согласился Эрвин или нет, но только с тех про его никто не видел, а тайна, как победить гигантов, до сих пор сокрыта от людей».

Крылья ангелов

Его отец был мастером, а вернее, резчиком по дереву, основным заказчиком которого являлась церковь, где за работу платили хорошо. А потому их семья не бедствовала. Но в тот год их отец зачем-то решил отправиться в святые земли, место, где по преданию появился первый человек, и взял свою семью с собой. Дорога была долгой и утомительной. Все эти мелкие городишки, в которых они останавливались, казалось, были копией друг друга. И мальчику уже представлялось, что они вовсе и не движутся вперёд, а возвращаются в одно и тот же место, где только меняются вывески постоялых дворов.

Но тот городок, где они остановились, когда всё это случилось, он запомнил очень хорошо. На вывеске с непонятными ему буквами, читать он умел, но в этой стране использовали незнакомые ему символы, красовалась белая лошадь, так напоминающая единорога, священного зверя его веры. В то утро он сидел на улице и пытался выреза́ть из найденной деревяшки. Она показалась мальчику вполне подходящей для его задумки.

— Что ты делаешь? — Увлёкшись, он и не заметил, как сзади подошёл его отец.

— Крылья ангелов, — ответил мальчик.

Обычно отец подобные его затеи одобрял, но на этот раз нахмурился.

— Спрячь это, пока никто не увидел, — сказал он тоном, не терпящим возражения. — Вера людей этих земель отличается от нашей. Они не поймут.

Мальчик невесело кивнул и сунул поделку в карман куртки.

— Идём, — продолжил отец, оглядываясь на дорогу. Видимо, его беспокоил шум доносящийся с того конца улицы.— Тебя мать звала, чтобы ты за братом присмотрел. К тому же мы завтра снова отправимся в путь.

Но дойти до дверей постоялого двора они так и не успели. Наконец-то стал ясен источник шума — рота солдат. Мальчик не знал, куда они направляются, но ему это было и неважно. Он замер разглядывая до этого невиданное зрелище: люди двигались как единый слаженный механизм, их мушкеты грозно сверкали на солнце, казалось, что всё в них, даже отполированные медные пуговицы на вычищенных мундирах, говорили о том, что нет той силы, которая может их победить.

— Они идут с кем-то воевать? — спросил мальчик.

— Кто знает… — произнёс отец, заталкивая его в помещение.

Но поднимаясь по лестнице, мальчик мельком уловил разговор каких-то людей.

— Говорят, что на западе появились странные монстры, вот армию и отправили их уничтожить.

— Чушь! Какие монстры? Ты хоть одного видел?

— Но тогда зачем они всех солдат туда стянули?

— Уверен, вскоре этому найдётся более разумное объяснение.

— В любом случае ничего хорошего ждать не приходиться.

А на следующий день мальчик впервые услышал о гигантах.


Микаса резко открыла глаза и села. В последнее время этот странный сон повторялся всё чаще. И с каждым разом в нём появлялись всё новые и новые детали, словно полустёртое воспоминание начало обретать жизнь.

— Это просто сон… — прошептала Микаса. Армин говорил, что, скорее всего, она просто когда-то услышала какую-то историю, что слишком сильно впечатлила её. Вот та и повторяется во сне. Вполне возможно, что так. Отец любил рассказывать всякие небылицы, после того, как он возвращался из очередного путешествия.

— Что ты там бормочешь? — окликнул девочку лысый монах.

Он оказался на удивление хорошим охранникам. При всём своём желании Микасе, Армину и Эрену так и не удалось сбежать от него. Хотя, возможно, это у них бы и получилось, если бы монах был один. А так кто-нибудь из послушников постоянно следил за ними.


Помимо них тут было ещё несколько детей. Одним из них был небольшой на рост паренёк, которого звали Конни. Эрен быстро нашёл с ним общий язык. По его словам было ясно, что он просто потерялся, да и по его поведению он отличался от детей с улицы. А вот со вторым, Жаном, отношения у брата совсем не сложились. Он сразу же устроил с Эреном ссору. За что они оба получили по подзатыльнику от монаха. А вскоре к ним присоединились ещё две девочки: неразговорчивая Энни и острая на язык Имир.

Всё это беспокоило Микасу. Ничего хорошего ждать от монаха не приходилось, к тому же не было никакой ему причины собирать детей, если только он не собирался отдать их гигантам. Того же мнения были и Армин с братом. Поэтому всеми силами они искали любую возможность, чтобы сбежать, хотя подходящего случая им так и не представлялось.

Но в тот момент, когда огромные тяжёлые ворота Троста захлопнулись за ними, они осознали, что всё-таки попались, и последний шанс оказаться на свободе был утерян.

Микаса была уверена, что везут их в местную тюрьму, чтобы запереть там до зимнего солнцестояния. И глядя на мрачные лица Эрена и Армина догадывалась, что они думают о том же.

Из-за слегка приоткрытого полога повозки было видно, что на улицах полно людей в форме полиции. И значит, попытайся они сейчас спрыгнуть и затеряться на улицах города, у них не получилось бы.

А потом Берт задернул полог, следуя указаниям монаха, но Микаса успела заметить, что повозка, кажется, свернула в небольшой парк. Вот сейчас им бы и удалось улизнуть, хотя вряд ли всем. У неё точно бы получилось. И, скорее всего, у Эрена. Но вот Армин… А друга брат не бросит.

Микаса с нескрываемой ненавистью взглянула на лысого монаха. Если бы не он, она бы сейчас не мучилась безысходностью.

— Приехали! — вдруг крикнул монах и повозка остановилась. — Чего расселись? Слезайте!

Микаса нехотя вылезла и тут же оказалась перед огромным каменным зданием, которое, впрочем, на тюрьму мало походило. К тому же на фасаде красовался незнакомый ей герб, на котором был изображён белый единорог.

— Церковная школа Троста, — Армин из них троих был единственным, кто умел читать.


* * *


Её разделили с Эреном и заперли в какой-то комнате. Несмотря на решётки на окнах и крепкие двери, это помещение мало походило на тюрьму, но Микаса всё равно чувствовала себя загнанным в клетку зверем. К тому же она волновалась за Эрена. Наверное, впервые в жизни она всем сердцем пожелала, чтобы здесь опять появился этот демон. Может, для того чтобы отпинать его как следует, за то, что послушав его, она оказалась в этом странном месте. А может, для того, чтобы попросить, чтобы он вытащил отсюда хотя бы её брата. Ради этого она готова была отдать ему свою душу прямо сейчас, лишь бы знать, что с Эреном всё хорошо.

Но демон так и не появился. Зато послышался звук отпираемой двери и в комнату вошли две девочки. Только сейчас Микаса поняла, почему здесь именно три кровати.

— Не волнуйся, — сказала одна из девочек, — тебе нечего бояться. Никто не причинит тебе зла. Меня зовут Криста, а её Саша. Можешь спрашивать меня обо всём, что непонятно.

Криста… это имя Микаса уже слышала от тех двух послушников, что сопровождали монаха. Они называли её сестрой. Значит она тоже из церкви? В любом случае не стоило ей доверять.

— Где мой брат? — Микаса всё же решила спросить о том, что её волновало больше всего.

— Брат? — Криста выглядела удивлённой, но потом, словно что-то поняв, пояснила. — Спальни для мальчиков находятся в правом крыле здания. Со своим братом ты сможешь увидеться во время ужина. Я уверена, что с ним всё в порядке.

— Да не кисни ты! — хлопнула её по плечу Саша, радостно улыбаясь. — Ужин уже совсем скоро!


* * *


Им так никто и не объяснил, зачем здесь собрали и заперли столько детей. Конечно, здесь их, как и в других обычных школах учили читать и писать, а так как это была церковная, то с уклоном в религию, но основной упор всё же делали на физическую подготовку и на умение стрелять из ружей. Армин говорил, что всё это очень необычно, если бы жители Троста хотели просто принести их в жертву Титанам, то незачем было бы обучать таким вещам.

— Больше похоже на то, что нас к чему-то готовят, — рассуждал он. — Если бы можно было выбраться в город, то я бы больше мог сказать.

Но вот именно этого они сделать и не могли. Даже несмотря на то, что стена вокруг школы была не слишком высокая, ни в какое сравнение с городской. И, тем не менее, все, кто пытался сбежать, были немедленно возвращены назад. Никому из них даже не удалось выбраться из парка, что раскинулся за стеной.

Происходящее Микасе не нравилось. Кормили их здесь хорошо и, не смотря на строгую дисциплину, жить здесь можно было вполне неплохо. Но это пока. Неизвестность пугала девочку, и в особенности то, что взрослые не собирались им ничего объяснять. Жизнь научила Микасу не доверять людям, а в подобных ситуациях вообще за лучшее было сбежать куда-нибудь подальше. К тому же собранных здесь детей вполне могли готовить к чему-то, что было похуже, чем быть съеденным гигантом.

А так как пока сбежать не получалось, Микаса для начала решила разведать окрестности школы по эту сторону стены.

К счастью, Саша оказалась ещё той пронырой и частенько после отбоя выбиралась из комнаты, чтобы проскользнуть в кладовую школьной столовой. Притом делала она это настолько ловко, что до сих пор не была ни разу поймана. Её-то знаниями Микаса и воспользовалась, но только для того, чтобы попасть в комнату Эрена или, если это не было возможным, наружу. Криста подобные вылазки не одобряла, но и не сдавала их.

На поверку территория школы оказалась очень большой. По крайней мере, здесь вполне свободно могла поместиться вся деревня Утгард вместе со всеми её полями и огородами.

Обычно такие её вылазки не приносили особого результата. Но потом одной ночью она наткнулась на тропинку, что вывела её к церкви с большими витражными стёклами. Было слишком темно, чтобы понять, что на них изображено, к тому же ей это никак не могло помочь. И Микаса уже хотела было вернуться, когда из церкви вышел человек. Он сразу её заметил, и бежать было поздно.

— Тебе не стоит гулять здесь одной, — мягко произнёс он. — Ещё кто-нибудь увидит.

Микаса подозрительно на него уставилась. Разглядеть его она не могла, но он чем-то напоминал её демона, только был повыше.

— Меня учительница Петра послала за… — Микаса запнулась. Она никак не могла придумать причину, по которой здесь оказалась, и тут же пожалела, что не сделала этого раньше.

— Вот как… — задумчиво произнёс человек, а потом вдруг указал в сторону церкви. — Там есть ещё одна тропинка, она выведет тебя к человеку по имени Леви. Тебе обязательно нужно найти его пока не поздно.

Девочка удивлённо на него уставилась и уже хотела спросить, о чём это он, когда её окликнула Петра Ралл:

— Микаса! Что ты тут делаешь!

Девочка отвела взгляд от странного человека лишь на мгновение, но и этого было достаточно, чтобы он исчез.

— Тебе нельзя здесь находиться! Ученикам и близко нельзя подходить к этой церкви! — оказалось, что с Петрой был ещё и учитель физической подготовки Ауруо Боссард.

— К тому же в это время ты должна находиться в своей комнате, — быстро добавила Ралл.

— Я не успела вовремя вернуться и боялась попасться кому-нибудь из учителей, — Микаса уже успела прийти в себя после встречи со странным человеком, да и человеком ли, в конце концов, это было не в первый раз, когда она сталкивалась с подобным. И поэтому необычная реакция учительницы на слова Ауруо от неё не ускользнула. — Но почему нельзя? Что такого в этой церкви.

Петра недовольно покосилась на Ауруо, но всё же пояснила:

— Её построили люди из другой страны. Их вера отличалась от нашей. И… иногда здесь происходят странные вещи.

Другие страны… Микаса знала об их существовании, но они были для неё чем-то такими далёкими. С тех пор как мир оказался во власти гигантов, лишь небольшому числу торговцев было разрешено вести дела с другими странами. И девочка как-то слышала, что целое королевство было уничтожено за одну ночь, когда их правитель отказался выполнять это условие.


* * *


Микасу, конечно, наказали за её самовольную прогулку. К тому же досталось и её соседкам. Теперь после ужина их всех троих закрывали в комнате, чем Саша была очень недовольна.

— Ну вот, я же говорила, что нужно быть осторожней, — бурчала она. — А я ведь только положила глаз на мясную рульку и собиралась её стащить!

— Не расстраивайся, — попыталась утешить её Криста. — Хочешь, я расскажу тебе историю о крыльях ангелов.

— Лучше отдай мне свою булочку за завтраком, — хитро взглянула на неё Саша.

— Я хочу услышать эту историю, — тут же встряла Микаса.

Обычно её не волновали рассказы Кристы. Но в этот раз её соседка упомянуло слово «крылья». Маловероятно, но это всё же могло иметь отношение к Легиону. А Микаса всеми силами старалась узнать о нём побольше, хотя до этого момента расспросить об этом Кристу ей в голову не приходило.

— Хорошо, — улыбнулась та.


«Когда бог создал мир, тот был пуст и безжизнен. Наполнил тогда создатель его светом, землёй и водой, и прочими вещами. Но всё равно чего-то в нём не хватало. И тогда бог взял из одного места кусок мира и сотворил из него ангелов. Разрешил он им летать во все уголки и к земле, и к звёздам, и к луне, и к солнцу. Но в одном месте он запретил им появляться, в том самом, где их сотворил. Время шло, побывали ангелы во всех уголках мира и наскучили они им. И тогда некоторые их них решились нарушить запрет бога. Подлетели они к месту, где были созданы, но увидели лишь огромную дыру. И была она черна как ночь и необъятна, словно сам мир. Испугались ангелы и попытались улететь. Но не захотела отпускать их дыра, ибо пустое всегда стремится заполнить себя. Изо всех сил махали ангелы своими крыльями, так что стали они терять свои перья. Но даже это не помогло им. В конце концов не выдержали их крылья и сломались.

Только не позволил бог упасть ангелам в дыру мира. Но и исправлять ничего не стал. Сотворил он из выпавших перьев всё живое: растений, рыб, насекомых и животных. А из сломанных крыльев создал он людей. Позволил бог им бродить по земле, где они захотят, и не поставил он перед ними никаких запретов, сказав, что они свободно могут выбирать, падать ли им во тьму, наполняя собой дыру мира, или же стремиться к свету.

Но рассердились ангелы, что не стал бог ничего исправлять, а вместо этого создал человека, и ушли от него. С тех пор так и бродят они по миру, стремясь к людям, в надежде вновь обрести утерянную свободу. Но никто не знает, что случается, когда падшие ангелы находят свои сломанные крылья».


— А что случится, когда дыра мира заполнится? — нарушила воцарившееся молчание Саша.

— Всё живое исчезнет, — ответила Криста, а потом, немного подумав, добавила. — Но одних людей недостаточно, чтобы заполнить дыру мира.


* * *


Только спустя три недели Микасе наконец-то удалось снова тайком выбраться из комнаты. Как и говорил тот странный призрак, за церковью оказалась неприметная тропинка, которая вскоре вывела её ко вторым воротам стены школы. Девочка и не подозревала об их существовании. Впрочем, выбраться через эти ворота вряд ли удалось бы, у выхода на скамейке возле небольшой сторожки сидел какой-то человек и пил чай. Микаса осторожно подошла поближе. Второй раз попасться ей не хотелось, но…

— Ученикам сюда вход воспрещён, — заявил он, даже не взглянув на неё.

Это определённо был он, тот самый демон, который её спас! Хотя встретить его здесь, спокойно попивающим чай, было как-то странно.

— Это вы! Зачем вы сказали, чтобы я нашла монаха? — Микаса решила не ходить вокруг да около и сразу всё выяснить.

— Сказал? — поднял он на неё тяжёлый взгляд. — Я тебя впервые вижу.

— Но вы же демон! — не отставала девочка.

— Вон отсюда! — буркнул он, опять сосредоточившись на чае. — Ещё раз тебя тут увижу, получишь дисциплинарное взыскание.

— Ага, а я тебе говорила, Леви! Одного твоего вида достаточно, чтобы распугать всех детишек, — весело заявила Ханджи Зоэ, их инструктор по стрельбе, высунувшись из сторожки, а потом она обратилась к Микасе. — Но тебе действительно нельзя здесь находиться. Ты ведь не из Троста, верно?

— Из Удгарда, — не задумываясь ответила та, больше волнуясь о том, что теперь ей точно долго не удастся выбраться из комнаты. И надо же ей было опять так глупо наткнуться на учителей!

Леви вдруг со стуком поставил чашку на скамейку.

— Хватит врать.

— Я не… — начала Микаса и осеклась, заметив, как хищно блеснули глаза Ханджи.

— Но Утгарда уже давно не существует. Кажется, вы это вскоре должны будите проходить на уроке истории. Утгард был одной из первых деревень, нарушивших договор между гигантами и людьми, — заметила Ханджи. — Я удивлена, что ты знаешь её название.

Микаса ничего не ответила. Сейчас ей отчаянно хотелось за что-нибудь схватиться, чтобы почувствовать хоть какую-нибудь опору.

Все её воспоминания оказались ложны. Значит… Историю с демоном она тоже придумала? А люди из деревни: староста, Карл, Рене, Петер — тоже никогда не существовали? Но тогда кто тот человек, что спас её от чистильщиков? И почему он одно лицо с этим Леви, который утверждает, что никогда её до этого не видел? И действительно… откуда ей известно про Утгард?

Крылья свободы

Поначалу все считали, что гиганты — это просто глупая выдумка. Люди лишь усмехались, слушая всякие россказни о них. Да и кто поверит в каких-то неведомых чудовищ, когда тут и своих, вполне обыкновенных, хватало.

— Люди бывают пострашнее всяких монстров, — говорил отец. Он тоже не верил в гигантов, но, тем не менее, беспокоился, считал, что за всеми этим слухами что-то кроется, поэтому не торопился съезжать с постоялого двора, как собирался раньше, медлил, хотя и сам не мог объяснить почему.

А вот мальчик не знал верить ли ему в этих гигантов или нет. В сказках, которые он читал, они вполне существовали. И почему бы им не появиться здесь? К тому же эти чужедальние края были такими странными, что это было бы даже не удивительно. Но большинство взрослых, в том числе и отец, говорили, что такого просто не может быть.

А потом на дороге появились солдаты. Они очень отличались от тех, что прошли здесь два дня назад. Их мундиры были запыленными и грязными. А на лицах солдат лежала печать усталости и страха. Непобедимой армии больше не существовало. Это была горстка дезертиров, которым лишь чудом удалось уцелеть. И на все вопросы о том, что случилось, они невнятно говорили что-то о гигантах и спешили дальше по дороге, словно боялись хоть немного замешкаться.

Увидев их, отец тут же переменился в лице и стал срочно собираться в дорогу. Мальчик очень удивился, когда понял, что его семья возвращается назад.

— Мы не поедим в святой город? — спросил он.

— Нет, — ответил отец. — Нам надо как можно быстрее убраться из этой страны.

«Наверное, это из-за гигантов, — подумал мальчик.— Всё-таки они существуют».

Вскоре он заметил, что некоторые люди тоже спешили прочь от неведомой опасности. Но далеко не все. Сниматься с насиженного хорошо знакомого места из-за каких-то там, казалось бы, нелепых слухов не хотелось.

Но чем дальше продвигалась его семья, тем чаще им попадались люди, что ехали на повозках груженным нехитрым скарбом или же, что шли пешком, таща на себе всё то, что могли нести. Лица этих беженцев всегда были угрюмы. И всё чаще были слышны обрывки разговоров о гигантах. Над этими слухами больше никто не потешался.


Тем вечером его семье всё никак не удавалось найти ночлег. Единственный постоялый двор, который попался им по пути, был забит до отказа. И мама ворчала по этому поводу, а отец молчал, в последнее время он вообще всё чаще хмурился. Самому же мальчику было всё равно. Он уже привык путешествовать, хотя ему и хотелось как можно быстрее оказаться дома, где были его друзья. А то здесь он мог играть только с братом, но тот ещё был слишком мал.

В конце концов отцу всё же удалось напроситься на ночлег в одном доме. Он уже распрягал коня, когда заметил, что по дороге мчаться несколько всадников на взмыленных лошадях. Мальчик видел, что его отец в тот момент замер в нерешительности. Но их конь нуждался в отдыхе.

А утром мальчика разбудила перепуганная мама, прижимавшая к себе его маленького брата. Тот ничего не понимал и, кажется, был готов расплакаться. Отца же нигде не было видно.

— Быстро вставай, Армин! Нам нужно бежать.


Микаса проснулась и огляделась по сторонам. На кровати, что стояла у стены, спала Саша, пуская слюну изо рта, а на той, что у окна — Криста, завернувшись в одеяло с головой.

Она всё ещё в этой школе. Только в последнее время сны её изменились. Она словно видела кусками жизнь какого-то мальчика. И это было странно. А теперь ещё и это имя… Армин… Почему именно оно? Но ведь это не может быть тот самый Армин, друг Эрена!

Обуреваемая этими мыслями Микаса ещё немного поворочалась в постели, но в конце концов заснула.


* * *


Утро выдалось холодным, с утра моросил дождь, и погода была донельзя неприятной. Но, тем не менее, их всех выгнали на улицу на тренировку. Микаса сразу же направилась к Эрену. К счастью, на занятиях не делали различия между мальчиками и девочками. Но, конечно же, рядом с её братом уже был вездесущий Армин, и теперь Микаса с беспокойством поглядывала на него.

— Чего встали, сопляки! Живо построились! – выкрикнул учитель Ауруо. И Микасе уже в который раз показалось, что он пытается подражать сторожу Леви, как бы странно это ни звучало. — Вам полезно будет растрястись перед обедом!

— Какой обед! Мы ещё даже не завтракали! — недовольно пробурчала Саша, что стояла рядом. Сзади тяжело вздохнул Конни, который оказался в паре с Жаном. Микаса тоже была недовольна. Пагода её мало волновала, но ей хотелось быть рядом с Эреном. И она чувствовала, что ещё немного, и она начнёт считать Армина своим врагом.

Но чем дальше они забегали в парк, тем больше ровная шеренга начала распадаться. И кто-то стал вырываться вперёд, а кто-то отставать, например, Армин. Микаса сразу же поравнялась с Эреном, но тут заметила тропинку, ту самую, которая вела к той странной церкви. С тех пор как девочка наткнулась на Леви, за ней усилили надзор, и ей всё никак не удавалось сбежать, а значит, и найти ответы на интересующие её вопросы. Хотя она всё же пыталась выяснить насчёт Леви у учителей, но так ничего толком и не узнала.

Поэтому Микаса сразу же, не раздумывая, юркнула в кусты. Она старалась сделать это так, чтобы со стороны казалось, что она пытается немного срезать. Но на самом деле, описав широкую дугу, девочка вышла на ту самую тропинку. Она и сама толком не понимала, что хотела найти. Но там был этот призрак, который зачем-то сказал ей найти Леви.

Днём церковь выглядела иначе, нежели ночью. Это было здание из обработанного серого камня. Микаса наконец смогла хорошо рассмотреть огромные витражи в окнах. На них был изображён ангел в красном одеянии на синем фоне с огромными распростёртыми крыльями. Одно из них было чёрным, а второе белым. Микаса тут же вспомнила о деревянных крыльях, с помощью которых она вызвала демона. По крайней мере, думала, что вызвала. Больше вокруг церкви ничего интересного не было.

Немного потоптавшись на месте, Микаса всё же решилась зайти внутрь. Она думала, что увидит огромное, заросшее грязью и паутиной помещение. Но чисто вымытый пол блестел. На скамьях, что стояли в два ряда, пыли тоже не обнаружилось. Здесь явно кто-то бывал. А на противоположной стороне Микаса увидела четыре ниши у алтаря, в которых стояли статуи каких-то святых. Девочка сделала осторожный шаг вперёд, и тут раздался недовольный голос Леви у неё за спиной:

— Я смотрю, что твой целью в жизни является нарушать дисциплину.

Микаса тут же обернулась. Леви действительно стоял позади неё и каким-то образом умудрялся одновременно выражать всем своим видом и недовольство, и полное равнодушие.

— Я… — начала девочка и запнулась. Она почему-то знала, что оправдания Леви вовсе не нужны.

— Кажется, обычного дисциплинарного взыскания тебе недостаточно, — проговорил сторож.


* * *


Всем здесь в школе давался один свободный час, а в выходной два, когда ученики могли заниматься своими личными делами. Обычно в это время все собирались в общей комнате. С тех пор как Микасу словили в первый раз, это было единственное место, где она могла спокойно пообщаться с братом без недовольных взглядов со стороны учителей.

Но теперь её и этого лишили. Её новым наказанием стало то, что теперь ей нужно было в свой свободный час убирать ту самую старую церковь под надзором Леви. Ей приходилось мыть и без того чистые полы и протирать несуществующую пыль со статуй странных святых.

С каждым днём Микаса раздражалась всё больше. Она понимала, что наказание и не должно приносить радость, но ей казалось, что она делает бесполезную работу. И однажды, удивляясь, откуда у неё взялось столько смелости, она так и заявила. Если бы Леви умел кидать камни, её бы, наверное, уже раздавило десятком-другим огромных валунов.

— Ты и не должна видеть пыль, — снизошёл он до объяснения. — Когда она появится, уже поздно будет.

— Почему? — удивилась Микаса.

— Потому что тогда она будет видно! — заявил Леви, всем своим видом показывая, что разговор окончен, и ей уже пора браться за работу.

Микаса лишь пожала плечами. Она так и не поняла, что такого плохого в пыли. Она ей никогда не мешала.


Четыре месяца спустя


Микаса и сама не понимала почему, даже если она этого не желала, она постоянно, так или иначе, нарушала эту самую дисциплину. И с некоторых пор все её наказания проходили однообразно, ей приходилось убирать старую церковь. Вот и на этот раз она тут, а изверг Леви куда-то ушёл.

Микаса стала осторожно протирать пыль с одного святого, у которого не было руки, и что стоял в нише у алтаря. Внизу была небольшая подпись. В школе они как раз учились читать. Девочка решила проверить свои знания и пригляделась к надписи.

— Эр-вин Смит, — прочитала она по слогам.

Это очень удивило Микасу. В старой легенде говорилось, что он колдун, а здесь был святым. Но, может, это какой-нибудь другой Эрвин? Или вера у людей, что построили эту церковь, была такой странной?

Микаса осторожно дотронулась до статуэтки и, обернувшись проверить, не появился ли сторож Леви, осторожно перевернула её. Это удалось ей без особого труда. Снизу эта статуэтка не представляла ничего особенного, только там была вырезана надпись, уже почти неразличимая от времени.

— Фар-лан Чёрч, рез-чик по де-ре-ву, — это было единственное, что смогла разобрать Микаса. И это ей ничего не сказало, поэтому она, пожав плечами, поставила, статуэтку так, как она стояла раньше.

Но после того её странные сны про Армина стали повторяться, каждый раз заканчиваясь на том месте, когда его будила мать.


* * *


День зимнего солнцестояния приближался, и Микаса начинала волноваться. В конце концов, до сих пор толком не было ясно, для чего здесь собрали столько детей. К тому же она всё ещё не оставила мысли о побеге. Она считала, что будет лучше поскорее смыться из этого странного места, чем ждать, когда эти взрослые решат причинить ей и брату какую-нибудь гадость. К тому же окрестности школы она уже знала очень хорошо. И единственное, что ей осталось, это совершить свою последнюю ночную вылазку, чтобы подготовить всё к побегу.

Естественно участвовала в этом не одна она. План придумал Армин. К тому же пришлось задействовать некоторых своих друзей, хотя Микаса предпочла бы, чтобы в побеге участвовали только она, Эрен и Армин, потому что ей казалось, что так у них будет больше шансов. Но, как оказалось, без помощи им было не обойтись.

И этой ночью она, Саша и Эрен, должны были тайно выбраться из школы. Но в последний момент всё сорвалось. Брата зачем-то вызвала к себе Зоя Хандзи, а Саша попалась, когда пыталась стащить булочку из кладовой, и её наказали. Поэтому Микасе пришлось действовать одной.

Выбраться из школы труда не составило, такое она уже проделывала не раз. А дальше путь лежал через парк к северной части стены, там был один участок, где можно было без проблем перелезть через неё. Правда, затем начинались частные земли, и их хозяин по ночам спускал собак. Но решение этой проблемы они уже нашли. Самая большая трудность состояла в том, как выбраться затем из города. Их собственную одежду отобрали, и им приходилось носить форму школы. Так что, если они не переоденутся, их остановят ещё раньше, чем они смогут добраться до ворот Троста. И сейчас задача Микасы состояла в том, чтобы найти подходящую одежду, кое-что им уже удалось раздобыть, но этого было мало, а Армин считал, что без тщательной подготовки их всех переловят.

За этими мыслями Микаса и не заметила, как оказалась у северной части стены. Внимательно осмотревшись по сторонам, она уже было собралась перелезть через неё.

— Постой, — раздался спокойный голос Леви из темноты. — Я бы не советовал этого делать. Сегодня в городе будет небезопасно.

Микаса чуть не подпрыгнула на одном месте. Как? Как он узнал, что она будет здесь?! На простое совпадение это не похоже!

— Вы всё-таки настоящий демон, иначе как объяснить, что каждый раз вы так внезапно появляетесь, — тихо пробормотала она.

— Мне всё равно, кем ты меня считаешь, — безразлично произнёс Леви и вышел к ней. Хотя в темноте Микаса всё равно не могла хорошо рассмотреть его.

— Как вы узнали, что я буду здесь? — спросила девочка.

— Неважно. Но я бы не советовал тебе пытаться ещё когда-либо сбегать.

— Почему? Что вы сделаете? — разозлилась Микаса. В конце концов, сюда их привезли насильно!

— Всё равно ведь найду, — ответил Леви.— Пойдём.

И девочке ничего не оставалось, как пойти за ним. Как оказалось, Леви привёл её в свою сторожку. Внутри Микаса никогда не была, и теперь с любопытством осматривалась. Но никаких таинственных знаков, указывающих, что Леви демон, здесь не было. У стены стояла простая узкая кровать, а у печки две табуретки. Интерьер дополнял деревянный стол. Пожалуй, единственное, что выделяло эту комнату среди других — это чистота, но как раз этого Микаса и ожидала.

— Садись, — произнёс Леви, ставя чайник на огонь.

Девочка осторожно устроилась на краюшке табуретки и уставилась на сторожа. Вот и зачем он её сюда привёл?

— Боишься дня равноденствия? — прямо спроси Леви.

— Да, — ответила Микаса. — И все бояться. Никто не знает, зачем вы нас здесь собрали.

— Завтра всё равно об этом всем объявят. Но кое-кто попросил рассказать тебе сейчас.

Кое-кто? Это может быть Армин, если верить в то, что её сон имеет хоть какое-то значение. Но это может быть и тот демон, что похож на Леви, если, конечно, считать, что он всё же существует. Или тот таинственный призрак. Или… кто вообще может попросить об этом сторожа?! Кто-то из учителей?

— Я слушаю, — проговорила Микаса, решив, что расспрашивать Леви об этом бесполезно.

— Эту школу создала организация под название «Крылья свободы». Официально она занимается благотворительной деятельностью. Но на самом деле цель у неё другая, поднять Трост на борьбу с гигантами.

— Это невозможно, — произнесла Микаса. — Шиганшина пала и…

— На этот раз у нас появился козырь в руках.

— Я не думаю, что власти города пойдут на это, — опустила голову девочка. Она не очень-то разбиралась в таких вопросах, но часто слышала разговоры взрослых и понимала, что на этот шаг они не решатся.

— Сегодня ночью начнётся операция по ликвидации правительства города. А утром Трост объявит о своей независимости и о том, что он выступает против гнёта гигантов, — Леви поднялся и снял с огня закипевший чайник.

— Но… — прошептала Микаса.

— Всё уже решено, — произнёс Леви. — Мне нужно будет на некоторое время уйти, а ты пока останешься здесь. Вот, можешь пока чая выпить.

— А если… — девочка вскочила со стула и выкрикнула вслед уходящему сторожу. — А если я убегу, пока вас здесь не будет?!

— Это твоё решение и тебе нести ответственность за него, — ответил Леви, даже не повернувшись к ней.

Микаса угрюмо села обратно на стул, в конце концов, без брата она всё равно сбегать не собиралась. Но, как только дверь за Леви закрылась, девочка заволновалась. Из объяснений сторожа она только и поняла, что сегодня в городе случится мятеж. Но всё же зачем этим «Крыльям свободы» дети? И вообще, что там с Эреном? А если власти Троста подавят это восстание, что будет со всеми ними?

Белый снег

После ухода Леви Микаса некоторое время действительно ждала, когда он вернётся. Но назойливые тревожные мысли не отпускали её. Что если эти «Крылья свободы» уже проиграли? Что если злобные полицейские Троста уже идут сюда, чтобы арестовать всех, а затем принести в жертву гигантам? И на этот раз никто их не спасёт.

Микаса не выдержала и подбежала к двери. Она не может так просто сидеть и ждать, когда её схватят! И она должна предупредить брата! Они должны бежать сейчас! Немедленно!

Но распахнув дверь, девочка на мгновение замерла. В этот момент ей показалось, что тепло и свет сторожки Леви не хотят отпускать её в темноту и холод. Страшно. Почему-то так страшно. Словно, если она сделает шаг вперёд, то, возможно, произойдёт что-то плохое.

Но Эрен…

Девочка решительно шагнула в темноту и закрыла за собой дверь. Пути назад больше нет. Но это и к лучшему. Просто сидеть и ждать, когда сейчас за ними придёт полиция Троста или немногим позже гиганты, она не собиралась.

Микаса быстро шла кратчайшим путём к школе, надеясь, что Эрен уже в своей комнате и его не придётся разыскивать. Конечно, брат, скорее всего, не захочет убегать один. Но… это она как-то сможет уладить. Она должна. Даже если из-за этого пострадает она сама. Хотя в то же время мысль, что она совершает большую глупость, не покидало её. Она никогда не боялась темноты, но сейчас у неё было такое чувство, что из-за любого куста кто-то может выскочить и напасть на неё. Опасность.

Микаса уже успела преодолеть половину пути, когда чья-то цепкая холодная рука ухватила её за плечо. Девочка тихо вскрикнула от испуга.

— Тебе не стоит гулять здесь одной…

Этот голос!

Микаса резко обернулась и увидела перед собой человека. Того самого, которого она тогда повстречала у церкви. Тогда она решила, что это был призрак, но сейчас он выглядел вполне живым. Вот только… как он мог подкрасться к ней так, что она его не увидела? И у него же в руке фонарь, она бы точно заметила свет! Такое чувство, что он возник позади неё из ниоткуда. Страшно, пусть не так, как перед тем, как она покинула сторожку, но всё-таки. К тому же этот человек всё так же продолжал напоминать ей того демона из Удгарда, пусть он и выглядел иначе и даже голос был совсем другой. Тем не менее Микаса спокойно взглянула на то ли человека, то ли действительно демона и спросила:

— Кто вы? И почему тогда вы отправили меня к сторожу Леви?

— Тебе не нужно сейчас идти в школу. С твоим братом всё в порядке, — сказал человек-демон, словно и не слышал её вопросов.

— Но… я должна сама убедиться! — ответила Микаса и сделал шаг от него, почти выйдя из круга света его фонаря.

Девочка с беспокойством посмотрела в ту сторону, где была школа. Почему-то сейчас она была совершенно уверена, что именно там её и поджидала та неведомая опасность.

— Я же уже сказал, что с твоим братом всё в порядке. Конечно, я не могу представить тебе доказательства этого прямо сейчас, но… — человек-демон вдруг солнечно улыбнулся, и Микаса поняла, что ему ей хочется верить. — Но никто в этой школе не позволит, чтобы с этими детьми что-нибудь случилось, даже если сегодняшний план «Крыльев свободы» провалиться. Их не просто так собрали. А уж с Эреном точно ничего не может случиться.

— Я не понимаю. Что это значит? — нахмурилась Микаса.

— Пойдём, я не могу здесь долго находиться. Я объясню, что смогу, по дороге.

Что-то внутри неё кричало, требовало, чтобы она немедленно встретилась с братом и убедилась, что с ним всё хорошо. Но с другой стороны почему-то выйти из круга света этого фонаря, что держал этот человек-демон, было намного труднее, чем из сторожки Леви.

— Хорошо, — согласилась Микаса. По крайней мере, она узнает то, что сможет. — Так что там с Эреном? Почему с ним ничего не может случиться?

— Потому что... — человек-демон на секунду замолчал, — он всё ещё в кабинете Ханджи Зоэ. И за ним есть кому присмотреть.

Этот ответ не очень-то понравился Микасе. Но главное было то, что с братом всё в порядке.

— А как насчёт того, почему здесь собрали столько детей? — спросила девочка.

— Этого я сказать не могу.

— А что можешь? — решила настоять на своём Микаса. — Что если эти «Крылья свободы» хотят сделать что-то плохое с Эреном?

— Ладно, скорее всего, завтра утром вам пояснят, что вас всех свезли сюда, чтобы сделать из вас солдат, которые боролись бы против гигантов, вместо того, чтобы стать их жертвами. Отчасти это правда, — человек-демон замолчал.

Девочка не привыкла вверить взрослым на слово. Но сейчас она была уверена, что так и есть, хотя её всё ещё тревожила та часть, о которой он не мог рассказать. Но у Микасы в голове вертелось ещё множество вопросов. А решить, какой из них самый важный, было почему-то трудно. И она вдруг выдала тот, на который этот человек-демон вроде бы не должен был знать ответ, но который на самом деле больше всего не давал ей покоя:

— Я действительно из Шиганшины? Я жила в этом городе, не в Утгарде?

— Ты из Шиганшины, — подтвердил человек-демон.

— Но почему я этого не помню!

— Ты узнаешь это из прошлого… Леви, — ответил человек-демон и посмотрел вверх. — О, кажется, сегодня выпадет первый снег.

— Но… — начала было девочка.

— Мы пришли, — прервал он её. — Думаю, что этой ночью тебе на улицу лучше не выходить…

Как Микаса и ожидала, она снова оказалась у сторожки Леви. И в то же мгновение словно оберегающий её круг света исчез, как и этот человек… нет, точно демон. Демон-призрак.

Девочка немного поколебалась и вошла в сторожку.

Побег не удался. Уже второй раз за сегодняшнюю ночь.

Но в сторожке всё так же было тепло и спокойно, в печке горел огонь, словно она и выходила всего на пару минут. Впрочем, чай оставленный на столе, уже остыл. Микаса вдохнула. За время своих скитаний между городами она привыкла, что нельзя с пренебрежением относиться к еде, любой. Неизвестно, когда в следующей раз ты поешь. Поэтому и здесь, где их вполне хорошо кормили, Микаса не могла оставить еду недоеденной, даже если была не голодна.

Чай она не очень-то и любила. Но… Девочка сделал небольшой глоток. Она дождётся этого Леви, если он, конечно, вернётся. А потом…


Выпавший этой ночью снег, ещё держался и не собирался таять. День был холодным. Впрочем, в сторожке всё ещё было тепло, хотя огонь в печке, по-видимому, давно погас. Леви устало опустился на стул.

Сегодня они сделали один шаг вперёд. Ещё многое предстояло, но эта победа, уже в их руках. Хотя это только начало. Скоро зимнее солнцестояние, а значит, нужно будет выдержать натиск титанов. Ситуация с Шиганшиной не должна повториться.

Леви принялся разводить огонь в печи. Он бы с большим удовольствием просто завалился спать, но его кровать сейчас занимала Микаса. Судя по тому, что дело уже было ближе к вечеру, ждала она его до последнего.

Да, если бы тогда их выбор пал не на Шинганшину, ему, возможно, ещё долго пришлось бы её разыскивать. И это хорошо, что она осталась здесь. Сегодня ночью им удалось забрать несколько детей, в том числе и ту девочку — Анни.


Три года спустя


Микаса критически осмотрела плоды своих трудов. Вроде бы чисто. Но тут и так всегда чисто! А Леви или, как она уже давно его называла про себя, мелкая колючка всё равно находил к чему придраться. Это прозвище она ему дала не просто так. За почти три года, что Микаса провела в Тросте, она уже давно обогнала Леви ростом, да и характер у него был не сахар. И за всё это время только одно осталось неизменным, каждый раз ей приходилось отрабатывать своё наказание здесь, в этой старой церкви.

Свои мысли о побеге Микаса уже давно оставила. Да и как она это сделает, когда Трост находиться в осаде королевских войск, кроме дней солнцестояния, когда город атакуют гиганты. Стоит только выбраться за стены и тебя тут же схватят солдаты. И никто из них не посмотрит на то, что она оказалась в Тросте не по своей воле. Для них все находящиеся в городе заведомо виновны.

Потому ей только и оставалось, что учиться убивать гигантов. «Крыльям свободы» каким-то чудом удалось найти оружие, при помощи которого можно было это сделать. Это были какие-то особенных ружьях, но где они и достали, было неясно. Но главное, что этот способ действовал и Трост стоял — единственный город, которому удалось продержаться так долго за всю историю с появления гигантов.

Микаса подула на замёрзшие руки, в церкви было холодно. Неудивительно, уже совсем скоро зима, сегодня даже выпал первый снег. Немного подумав, дожидаться ли Леви здесь или идти к нему в сторожку, Микаса выбрала второе, там, по крайней мере, было тепло. Выбежав из церкви и осторожно закрыв за собой двери, девушка замерла. По снегу, не оставляя следов, шёл тот самый демон-призрак, который когда-то направил её к Леви. На самом деле здесь он появлялся довольно часто, и Микаса уже должна была бы привыкнуть, но она каждый раз ждала, что он что-нибудь скажет. Но этот демон-призрак после того как провёл её той ночью к сторожке Леви словно её и не замечал. Правда, Микаса читала, что если позвать его по имени, то он может откликнуться, но она так и не смогла выяснить кто он такой.

И на этот раз демон-призрак молча прошествовал через поляну и растворился не доходя до деревьев.

Девушка лишь пожала плечами, а потом побежала по давно уже знакомой ей тропинке к сторожке. Естественно Леви был там. Где ещё ему быть? Он уходил отсюда только тогда, когда по каким-то причинам нужен был ополчению Троста. И Микаса знала, что там его уважали. Но здесь он почему-то всё равно оставался обыкновенным сторожем и лично для неё — мелкой колючкой.

И естественно, Леви пил чай, обхватив кружку каким-то странным, казалось бы неудобным, способом. Но в этом был весь он. И всё у него было не так, как у нормальных людей. К тому же за эти три года запасы чая в городе иссякли. Но у Леви они почему-то всё равно были нескончаемыми и бездонными.

— Я уже всё сделала, — сообщила Микаса и сразу направилась к чайнику. Поставив кружку на стол, Леви, не говоря ни слова, тут же вышел на улицу. Девушку это не удивило, он всегда проверял, насколько хорошо она выполнила свою работу. Такое его поведение было такой же неотъемлемой данностью, как Леви и бесконечные запасы чая. Но до того, как он вернётся, было ещё время, поэтому девушка с кружкой чая уселась поближе к огню, уже привычно жалея, что здесь нет Эрена. В последнее время во всём городе начались перебои с едой. Это, конечно, должно было случиться намного раньше, учитывая, что город несколько лет был в осаде, но до этого «Крыльям свободы» как-то удавалось доставлять еду в Трост. Впрочем, даже с теперешними перебоями до зимнего солнцестояния они дотянут. А там… Микаса нахмурилась. Им, тем, кто сейчас учится в школе, придётся принять непосредственное участие в этой войне. Она-то ладно, но за Эрена она волновалась.

Девушка совсем забыла, что в это солнцестояние истекал отведённый ей срок — пять лет. Впрочем, она уже и не верила ни в какого демона из Удгарда, ведь все её воспоминания о деревне оказались ложны. И она уже давно убедила себя, то тем, кто направил её к монаху, был вовсе не демон, а человек, в конце концов, это его внезапное появление и исчезновение в том городке можно было запросто объяснить. Микаса считала, что на самом деле это был Леви, хотя тот и не признавался в этом.

В комнату, впрочем, тоже уже давно привычно ворвалась Ханджи Зоэ.

— Опять наказана? — поинтересовалась она.

— Да, — ответила Микаса, наблюдая, как Зоэ оглядела комнату, затем, зачем-то поморщившись, заглянула в кружку Леви, но всё же решила взять новую, а после и вовсе уселась на стул сторожа, прихватив с собой чайник. Недавно Микаса услышала от Конни, что Леви и Зоэ «уже давно крутят шуры-муры». Она тогда эти слова посчитала глупыми, но сейчас девушка показалось, что в них что-то есть, и ей это не понравилось.

— Он скоро придёт, — тихо проговорила Микаса, словно это могло погнать неприятные мысли.

— Да я не тороплюсь, — отмахнулась Зоэ. — Но Леви как, не слишком тебя третирует? А то я его знаю!

— Да нет. Но… — Микаса решила, что лучшего момента, чтобы спросить может и не представиться. — А откуда он берёт чай?

— О, когда дело касается чая, Леви становится сущим демоном, — хитро улыбнулась Зоэ. — А хочешь я тебе расскажу…

Но в этот момент вошёл Леви и хмуро глянул на свой занятый стул, правда, сгонять не стал, просто отобрал чайник у Зоэ и уселся на край кровати. Но даже это можно было назвать уже знакомым и привычным. И поэтому Микаса просто наблюдала, как снежинки, запутавшиеся в волосах Леви, быстро таяли, превращаясь в капельки воды. Снег всегда напоминал ей о той ночи, когда из школы необъяснимым образом исчезли несколько детей, в том числе и соседка по её комнате Криста, и когда, почему-то Микаса была в этом уверена, её защитил свет фонаря демона-призрака и тепло сторожки Леви. Такое уже привычное тепло, которого она уже очень скоро лишится. Скоро она уже никогда не будет отбывать наказания, убираясь в церкви.

— Мне надо идти, — наконец произнесла девушка, в тоже время чувствуя, что уходить и особенно оставлять наедине Леви и Зоэ ей совсем не хочется.

Но вот только этого ей не хватало! Он же просто мелкая колючка.

Микаса вышла за дверь и остановилась. Она говорила себе, что подслушивать не собирается, но, тем не менее…

— К нам готов присоединиться ещё один город, — донёсся до неё приглушённый голос Ханджи Зоэ. — Но нам удалось сохранить только половину груза.

— Ясно, — ответил Леви.

Микаса отошла от двери.

Естественно, о чём они ещё могут говорить, как не о деле? Но девушка почем-то всё равно испытала облегчение, поняв, о чём будет их беседа. Наверное, это всё из-за слов Кони, из-за них у не появились такие странные мысли. Ведь раньше ничего такого в её голову не приходило. Но всё-таки почему ей неприятна сама мысль, что Леви и Ханджи могут быть вместе? В конце концов, они ведь взрослые люди да и времени проводят вместе не так уж и мало.

Микаса вдруг остановилась. Из церкви, в которой, как она привыкла, никого не бывает кроме неё, Леви и демона-призрака, вышел человек. И девушка почему-то никак не могла понять, кто это, пока он не обернулся.

— Микаса? — произнёс Армин, улыбаясь. — А я искал тебя, хотел предупредить, что расписание изменилось.

Странно, почему она не смогла узнать его сразу?! В конце концов, даже если забыть про Шиганшину, они все равно уже почти пять лет провели вместе!

Девушке вдруг вспомнились сны, про того, другого Армина, которые в последнее время опять вернулись к ней.


Всё ещё слишком сонный Армин не сразу понял к чему такая спешка.

Земля дрожала. Он когда-то читал о землетрясении. Может, это оно? Нет, это больше было похоже на то, как он бывало с друзьями прикладывал ухо к земле, чтобы услышать, как дрожащим гулом отдаются шаги.

Странно… Что это может быть?

Выйдя во двор, Аримин увидел, как отец спешно пытается запрячь повозку и как жильцы дома выводят из стойла свою лошадь. А потом мальчик обернулся на источник шума и каким-то внутренним чутьём понял, что никто из них, ни его отец, ни жильцы дома не успеют. Там, по дороге, неуклюже вышагивая, к ним приближались гиганты. Они, наверное, были ростом с колокольню, что стояла на площади его родного города, а некоторые и ещё выше.

Мальчик с сомнением посмотрел на их коня. А сможет ли он убежать от гигантов? А потом Армин бросился помогать отцу, прекрасно понимая, что на своих двоих им точно не уйти. Но их конь, напуганный неведомой угрозой, дрожал и то и дело норовил броситься в бега прямо сейчас, чем существенно осложнял процесс.

А гиганты неумолимо приближались, и по дороге бежали перепуганные люди, лишь малая часть из них была верхом на лошадях. Несмотря на то, что Армин был занят повозкой, он каким-то образом подмечал всё, что творилось вокруг. Даже то, что у отца дрожали руки, и он никак не мог справиться с упряжью.

— Бросите это! — наконец не выдержала мама, потому что брат уже ревел вовсю. — Пусть Армин и Ривай едут верхом! Хотя бы они…

Что ответил отец мальчик не расслышал, но ему показалось, что это: слишком поздно. Один из гигантов уже нависал прямо над ними. Отец бросил возиться с упряжью и выхватил из рук матери брата. И побежал, но не на дорогу, а куда-то туда, где были огороды. Армин помчался следом, но не выдержал и обернулся, как раз для того, чтобы увидеть, как огромная лапина схватила кого-то из жильцов дома, и как их конь в этот момент срывается в галоп.

Мальчик тут же отвернулся и теперь старался смотреть только на спину отца. Кричали какие-то люди, надрывно плакал его младший брат, гудом отдавались шаги гигантов, но мальчику казалось, что громче всего звучат его мысли: Быстрее! Быстрее! Ему всё казалось, что его вот-вот схватит та огромная лапища. К счастью, тропинка, которую выбрал его отец, шла под уклоном вниз. Правда, из-за мокрой от росы травы надо было следить, чтобы не поскользнуться.

Армин очень удивился, когда отец внезапно остановился; он не сразу догадался почему. Они оказались у реки. И отец стал спешно отвязывать лодку. Армин не понимал, откуда тот знал, что найдёт её здесь. Удачей ли это было или чем-то ещё, но уже через мгновение его младший брат усидел в лодке, и сразу же сильные руки отца втолкнули туда и Армина. В тот момент мальчик ещё успел подумать: а где же мама?

И тут раздался страшный грохот. Гигант, который всё же последовал за ними, поскользнулся и упал. И тут же съехал вниз по склону в реку. Раздался громкий всплеск, лодку качнуло набежавшей волной и вырвало из рук отца, отбросив в сторону. Армин испуганно замер, глядя на то, как гигант барахтаясь зашлёпал руками по воде.

— Берись за вёсла, Армин! — закричал его отец, бросаясь в его сторону. — Убирайся отсюда!

Мальчик слышал его слова, но понимал, что сделать это не сможет, ведь если он так поступит, гигант точно доберётся до его отца. Сейчас единственным спасением была лодка. Но отец почему-то медлил. Он, конечно, пытался добраться до них, но Армину всё казалось, что он мог бы быть и быстрее. Пусть немного, но быстрее.

А потом за борт лодки схватилась какая-то девчонка, она юркнула внутрь и тут же схватилась за вёсла, словно и не было тут незнакомого ей мальчика и надрывающегося от плача ребёнка. Несколько секунд Армин смотрел, как девочка выводит лодку на середину реки, а потом спохватился и попытался её остановить, но та, развернувшись, ударила его под дых.

— Это лодка моей семьи, — прошипела она.

Армин судорожно хватая ртом воздух, понимал, что теперь отца он, скорее всего, больше не увидит.

Когда наступает завтра

Первое время Армин просто позволял этой наглой девочке управлять лодкой. Единственное, что он сделал, это попытался успокоить плачущего брата. А потом мальчик просто бездумно смотрел на берег. Смотрел и не видел. Может, к счастью. Гиганты продвигались вперёд с невероятной быстротой. Казалось, что шествие этой «армии» ничто не могло воспрепятствовать. И такие надёжные ранее стены родных домов не могли их остановить. Гиганты просто проламывали крышу и доставали прятавшихся там людей словно рыбку из банки. Спастись бегством тоже не представлялось возможным, гиганты быстро отлавливали мечущихся в страхе людей. Возможно, шанс был только у тех, кто был на лошади. Но только куда им было бежать? Разве городские стены могли остановить гигантов?

Наверное, так и выглядит конец света, что упоминался в одной книге, которую однажды прочитал Армин.

Но пара человек так же, как и он с братом и эта девочка, попытались спастись на лодках. Хотя и здесь не всем повезло. Армин видел как двое мужчин уже сели на лодку и начали отплывать от берега, но подскочивший гигант схватил их. К счастью, река была слишком глубокой и широкой, поэтому на середине можно было не опасаться этих монстров.

Ещё двум лодкам всё же удалось вырваться. И чудом уцелевшие люди на них гребли словно за ними гнались привратные псы из самого ада. Некоторое время они все держались вместе, а потом одна лодка вырвалась вперёд, словно где-то там можно было найти спасение. Потом от них оторвалась и вторая.

А к полудню задремавший было брат опять проснулся и, оглядевшись по сторонам, заплакал, зовя маму. Армин, всё это время безучастно смотревший на берег, наконец очнулся.

«Ривай, наверное, голоден», — подумал он. Но здесь на середине реки достать еду было невозможно, и, убегая, они ничего не прихватили с собой. А на берегу было всё ещё слишком опасно. Первая волна гигантов уже прошла. Но некоторые всё ещё продолжали бродить по округе, словно выискивая случайно уцелевших людей. И никто не мог поручится, что вскоре не появятся ещё гиганты.

— Заткни его, — сквозь зубы процедила девочка. Было видно, что она очень устала, хотя изо всех сил старалась не подавать вида.

— Как? — ответил Армин. — Нужна еда… Но…

Девочка презрительно фыркнула.

— Если он не замолчит — это привлечёт гигантов.

Армин угрюмо взглянул на берег.

— Сейчас мы не можем высадиться.

Девочка некоторое время молчала, а потом, видимо, сделав для себя какие-то выводы, спросила:

— То есть ты предлагаешь, чтобы я поделилась с вами своей едой?

Ничего такого он не предлагал, он даже и не думал о таком. Но раз она сама об этом заговорила, то почему бы и нет.

— Завтра… Завтра я и брат уйдем, — ответил Армин. Всё равно им рано или поздно придётся сойти на берег. — А пока…

— Хорошо, — перебила его девочка. — Я поделюсь. Но тогда дальше грести будешь ты.


Сегодня было особенно холодно. Но девушка словно не замечала этого. Дни её ученичества закончились. Сегодня она стала настоящим солдатом Троста. Наверное, этим можно было гордиться. Но Микаса никогда не горела становиться этим самым солдатом. Просто так получилось. И если у неё была бы возможность, она бы спустилась с этой стены и отправилась… неважно куда. Главное, далеко. Ведь она никогда не стремилась защищать жителей Троста. Главное для неё была защита Эрена.

И именно поэтому за последние несколько лет её снова посетила мысль о побеге. Ещё даже окончательно не сформировавшаяся, она не давала покоя Микасе. Ведь завтра наступит день зимнего солнцестояния. Завтра придут гиганты. И сможет ли она защитить брата от них? Вот только… Даже если бы Эрен согласился бы сбежать, но он бы этого никогда не сделал, всё равно ничего не получится. Несмотря на то что в округе Троста не осталось ни одного королевского солдата, бежать было некуда.

— Значит, завтра, — прошептала Микаса непослушными от холода губами.


Это утро было наполнено серостью. Снег, втоптанный в грязь тяжёлыми сапогами, холодные камни стен, небо затянутое тучами и даже зелёные плащи их отряда — всё отдавало серостью. Впрочем, ничего бы и не изменилось, если бы даже сегодня был светлый солнечный день. Она бы всё так же стояла здесь, в ожидании, когда вот-вот должны были появиться гиганты, и в беспокойстве, зная, что Эрен сейчас слишком далеко от неё. Если что случится, то она просто не успеет придти ему на помощь. Да она даже не узнает об этом вовремя!

Тут же захотелось всё бросить и отправиться на поиски брата. Но она сразу же подавила это желание в себе и осталась стоять, пристально всматриваясь в горизонт. Осталась, так же как уже не один год оставались в своих домах жители этой страны, и неважно кем они были, богачами или вельможами, в страхе и ожидании они все запирались в своих домах, предварительно оставив связанных пленников по тут сторону городских ворот или в крайнем случае на границе деревни. Мало кто из нынешних людей мог похвастаться, что видел гиганта вживую. Но Микаса сейчас увидела.

С несколько десятков гигантов приближалось к городу. Они были огромны, быстры и… нелепы. Нет, Микаса, конечно, уже видела, как они выглядят, на картинках. И всё-таки до этого момента её враг представлялся ей каким-то более величественным! А не этими уродцами с глуповатой улыбкой, словно опоенных зельем безумной ведьмы.

— Приготовиться! — раздался выкрик командира, когда гиганты почти подошли на расстояние выстрела.

Микаса приложила ружьё к плечу и прицелилась. Она знала, что права на ошибку у неё не было. Впрочем, это знали все. Обычным оружием убить гиганта невозможно. Так, по крайней мере, считалось пока не паялись эти ружья. И стрелять из них нужно было какими-то особенными пулями, запасы которых были ограничены. Чтобы победить гигантов промахиваться было нельзя. Не зря же их столько времени учили куда и как бить.

И тут же Микасу кольнул червячок сомнения. Пусть это не обычные пули, но как ими, которые с лёгкостью помещались в её ладони, можно убить такого здоровяка, когда с ними и пушками нельзя сладить!

— Огонь!

Первое, что почувствовала Микаса после выстрела это отдачу от ружья. А в следующее мгновение, гигант, в которого она целилась, стал заваливаться на спину, а из его кожи повалил пар. Пройдёт ещё пару десятком минут и от гиганта вообще ничего не останется. Эдакий призрачный мираж вроде бы и эфемерный, но вполне способный убивать людей и крушить стены.

Хотя Микаса уже и не смотрела на поверженного гиганта, она целилась в нового врага. В этом сражении им нужно было продержаться до заката. Странно, в сказках зло и нечисть всегда приходили ночью, а эти гиганты…

Новый выстрел. И ещё один враг начал «таять». И в этот момент Микасу кольнуло предчувствие, нет, это даже была уверенность, что она о чём-то забыла. О чём-то очень важном.

Впрочем, тут же решила девушка, уже ничего не исправишь. А поэтому это не имеет значения.


Погода была мерзкая. Но, возможно, Армину так казалось, только лишь потому, что он вовсе не хотел здесь находиться. Да, это было малодушно, но была бы его воля он бы просто заперся где-нибудь, неважно где, лишь бы ничего не видеть из того, что здесь вскоре должно было произойти. Может, тогда бы ему удалось поверить в чудо? В конце концов, даже то, что Трост до сих пор держался, было невозможным. Почему бы ещё чего-нибудь такому не случиться?

Армин прицелился в ближайшего гиганта. Ещё одно чудо — ружьё, способное их убивать, вещь словно появившееся из легенды об Эрвине. Ещё одна причина поверить в невозможное. Но…

Именно в этот момент всё и случилось, как раз тогда, когда гиганты попёрли на них чуть ли не сплошной стеной, так что их просто не успевали отстреливать. Несколько из них всё-таки сумели подобраться к самой стене. И один из них уже даже занёс руку, чтобы схватить… Эрена. Армин взвёл ружьё, хотя и понимал, что не успеет, что под этим углом попасть в нужную точку на теле гиганта будет трудно, что… Эрен всё же не растерялся и успел выстрелить в своего противника. Но, заваливаясь назад, гигант всё же ударил рукой по стене, и во все стороны полетели осколки камня.

Армин выронил ружья, понимая, что опять всё повторилось, что опять он оказался совершенно бесполезен. Там на серых камнях стены лежал Эрен и было ясно, что он больше не поднимется.

Бесполезно… Безоружный Армин повернулся навстречу нависшему над ним гиганту, что глуповато улыбался.


Микаса не плакала. Она просто сидела на холодной земле. Она словно и не чувствовала зимнего холода. Окажись рядом гигант она бы и не пошевелилась. Впрочем, Трост и на этот раз хоть и с трудом, но устоял. Чуть было не прорвавшиеся на северном участке стены гиганты были отброшены назад вовремя подоспевшим отрядом Леви. Ещё одна победа. Вот только Макасе сейчас уже было всё равно. Ведь Эрен! Эрен погиб. Продержаться вместе столько времени и затем вот так… Почему она не настояла на том, чтобы быть рядом с ним?!

Послышался шорох. Такой навязчивый, словно произведённый лишь для того, чтобы привлечь её внимание.

Микаса почти с ненавистью посмотрела на оказавшегося вдруг рядом Леви. Что он здесь забыл? Пришёл утешать. Нет, на него не похоже. И почему он тогда не поторопился? Окажись он на северном участке стены чуть раньше, Эрен мог бы быть жив? Почему он вообще тогда, когда они ещё собирались сбежать, не отпустил её? Почему? Они бы сейчас были бы свободны и… живы.

— Теперь твоя душа принадлежит Легиону, — как-то не впопад сказал Леви.

Несколько мгновений Микаса с недоумением смотрела на него.

— Что? — наконец спросила она. А впрочем, какая разница! Он может нести любую чушь, лишь бы оставил её в покое. — Ладно. Хорошо.

— Значит, не помнишь всё ещё, — отставать от неё Леви похоже не собирался. — Я помогу. — И тут же прохладная рука коснулась её лба.


Шиганшина восстала. Уже несколько месяцев эти слова не были удивительной и шокирующей новостью для мира. И уже пару часов на территории Шиганшины вёлся бой, который должен был решить её судьбу. Пожалуй, это была самая долгая битва для Легина. Но, к сожалению, этот город уже был смертельно ранен и спасти его уже не могло ничто. Новое оружие себя не оправдало. Леви знал это уже последние полчаса, но всё равно продолжал сражаться хотя бы до того последнего момента, когда пришёл приказ об отступлении.

Шиганшина обречена. И все жители, которые пусть и невольно, но всё же доверили свои жизни Крыльям свободы тоже. Ведь большинство из них вполне бы себе дожили до преклонного возраста. Но теперь их спасти могло только чудо. Вот только чудес в этом мире не бывает. По крайней мере таких.

И поэтому…

— Стой! — раздался срывающийся голос какой-то девочки. Сколько раз эти слова ему уже кричали вслед? В конце концов, это ведь именно Крылья легиона оставляли позади все эти города и деревни, превращая их в страшную историю в назидание другим. И сколько раз он уходил не оборачиваясь, слыша эти слова?

— Стой! Я видела. Ты ведь не человек. Демон, — на этот раз голос девочки звучал твёрдо и отчётливо. А потом она что-то со злостью швырнула в сторону.

Леви обернулся. Девочка сидела на земле, и её платье было испачкано в крови, а на лице были заметны следы слёз и пыли. Леви понял, что с ней всё в порядке, по крайней мере, пока. Но рядом с девочкой лежал мальчик, уже мёртвый. И… Ну вот скажите откуда у неё именно эти «крылья», которые он уже давно считал потерянными?! Несколько шагов, слишком быстрых, чтобы она смогла их увидеть.

— Не тебе, соплячке, разбрасываться такими вещами, — произнёс он, отвешивая ей подзатыльник. — Живо встала и поняла!

Девочка вздрогнула, но не пошевелилась.

— Кому сказал! — повторил Леви, отвешивая второй подзатыльник.

Похоже, что на этот раз всё-таки подействовало, потому что девочка всё-таки поднялась. Леви с беспокойством оглянулся. Сейчас этот участок можно считать безопасным, но ещё немного и гиганты опять появятся здесь.

— Так, молокососка, чтобы больше не разбрасывалась эмблемами Легиона, — произнёс Леви, когда убедился, что девочка нашла то, что недавно выбросила. В конце концов, без этих деревянных крыльев, он не сможет сделать то, что собирался. — Эй! Ты меня слышишь или глухая?

— Слышу... Легион… — задумчиво произнесла девочка и тут прямо взглянула на него. – Ты ведь можешь спасти?

Он мог. Но она вряд ли понимает цену этому.

— И зачем мне тебя спасать? — осведомился Леви.

— Не меня. Если ты действительно демон Легиона, то спаси моего брата.

— Как же сложно с современными детьми, — пробормотал он в сущности ни к кому не обращаясь.

Но услышав его слова, девочка тут же опустила голову.

— Значит, не можешь…

Он взял её за подбородок и, поворачивая её лицо к себе и заглядывая ей в глаза, сказал:

— Ты ведь понимаешь, о чём просишь?

— Да, — ответила девочка. — Я отдам всё, что у меня есть. Даже свою душу!

Упрямый ребёнок. Но у него не так много времени. И выбор тоже невелик.

— Твой брат уже мёртв, — задумчиво произнёс Леви. — Но я могу ещё дать ему пять лет жизни. Не больше.

— Это лучше чем ничего. Но… — Девочка замолчала, но потом похоже на что-то решилась. — Я согласна.

— Хорошо. Я дам Эрену пять лет жизни. А когда он умрёт, я приду за тобой. Ровно через пять лет.

— Хорошо, — кивнула девочка. — Но… — она обернулась на всё ещё неподвижно лежащего брата.

— Завтра, когда ты проснёшься, он будет жив, — ответил Леви. Времени больше не оставалось. Гиганты были уже здесь.

Разбитые осколки прошлого

Он вернул ей воспоминания, прекрасно понимая, что теперь она его, скорее всего, возненавидит. А может, и нет. Впрочем, это было неважно. Дружеских чувств она к нему никогда не испытывала. Наверное, потому что они такие неправильные. Оба.

Если бы тогда в Шиганшине он знал, что Микаса — это она, то оставил бы её там вместе с трупом Эрена и близко бы не подошёл. Впрочем, его брат тогда тоже этого не знал, и вот что вышло. Не всегда получается так, как хочется. Впрочем, во многом это вина отца. Не стоило ему тогда вмешиваться. Лучше бы он оставил всё как есть.

— Ты что, бросил Микасу одну? — спросил брат. — Ты представляешь, что сейчас твориться в её голове? Сейчас, когда она поняла, что её воспоминания были ложью… Ещё и Эрен…

— Никуда она не денется, сама придёт, — ответил Леви. — Тут уж ни я, ни она ничего изменить не можем. И потом, у неё, наверное, сейчас много вопросов ко мне...


Микаса просто молча лежала на кровати в своей комнате в школе, несмотря на то, что они уже закончили обучение, жили они пока ещё здесь, и смотрела в потолок. Она хотела бы забыться на время, просто не помнить о том, что Эрен погиб. Но это было невозможно. К ней даже сон не шёл. И заплакать она тоже не могла. Поэтому Микаса просто вспоминала эти пять лет украденных у смерти. Сейчас она была уверена, что возможно было бы лучше, если бы она вообще не встречала Леви. Тогда бы она погибла ещё Шиганшине. Тогда бы она не лежала здесь, глядя в потолок. Микаса почти ненавидела Леви за то, что он тогда не отверг её просьбу.

— Эм… — раздался неуверенный голос Армина. Она и не заметила, как он оказался в комнате. — Прости.

— За что извиняешься? — резковато спросила Макаса. Не то чтобы ей было это интересно, да и вообще она хотела, чтобы Армин сейчас оставил её в покое. И не только он, вообще все.

— Я ничего не смог сделать, ничего изменить, — тихо ответил Армин.

Она вот тоже ничего не смогла. Эрен всё равно умер. И пяти лет жизни на поверку оказалось слишком мало.

— А ты мог?

— Нет, — почал головой Армин. — Как бы я не хотел, я ничего не смог изменить.

Микаса взглянула на него. Тот стоял, опустив голову. Уж ему-то чего чувствовать себя виноватым? Это она заключила сделку с демоном. Так или иначе, Эрен бы умер. Но не сделай она этого, Армин не стоял бы здесь с понурым видом.

— Послушай, — прямо взглянула на него Микаса, — если кто и виноват, то только я. Не могу тебе всего объяснить. Но если бы тогда в Шиганшине Эрен и я… не смогли бы выбраться…

Да, так было бы лучше. Для них всех.

— Ты думаешь я бы тогда смог бы выжить один? — он наконец поднял на неё глаза.

Микаса все же не выдержала, отвернулась.

— Глупый это разговор. Пойду я, — и она быстро вышла из комнаты, облегчённо вздохнув от того, что Армин не стал её останавливать. Сейчас после этих слов ей не хотелось его видеть. Ведь получается, что она спасла его. Спасла, когда Эрен погиб, когда для него она ничего не смогла сделать. Когда, если бы была возможность, то она не задумываясь поменяла бы их местами, как бы эгоистично это ни было. Просто Эрен для неё был важнее, намного важнее.

Шаги Микасы гулко отдавались в пустых коридорах школы. Здесь всё было наполнено воспоминаниями о брате, призраками их прошлого, нагло вырванными у судьбы и смерти. Всё-таки все эти пять лет Эрен был с ней, так что жалеть ей не о чем. Только внутри её сердца почему-то пусто, так же как в этих коридорах. И от этого хочется сбежать. Вот только нет такого места, которое облегчило её боль.

Поэтому Микаса просто продолжала медленно брести, заглядывая в классы, вспоминая. И радуясь, что здесь никого нет. Завтра эти коридоры опять наполнятся людьми, но сейчас все празднуют очередную победу над титанами. Их победу, не её. Для неё эта битва была проиграна.

Микаса хотела бы ещё немного побродить по школе, может даже забиться в какой-нибудь уголочек, чтобы там погрузиться в свои мысли, но тут заметила Ханджи. Та, видимо, направлялась в учительскую. И что ей здесь понадобилось? Не могла она до завтра подождать? Сначала Армин, а теперь ещё и Ханджи…

Присутствие других людей в школе почему-то раздражали Микасу, и она осторожно выскользнула из здания и направилась в лес. Она сама не знала, что ищет, но ноги по привычке вынесли её к церкви. Сколько раз она шла сюда, злясь на то, что свои свободные часы могла бы потратить и с большей пользой. Да, если бы Леви не заставлял драить эту церковь, она бы смогла больше времени провести с Эреном. И почему, куда бы она ни направилась, везде она натыкается на острые осколки воспоминаний о брате? Раздражённо хмыкнув, Микаса уже готова была уйти, когда заметила, что в дверях стоит человек. Нет, тот призрак, что когда-то направил её к сторожке Леви. Поколебавшись лишь секунду, девушка решительно направилась к нему. К счастью, тот и не думал исчезать, словно ждал её.

— Почему ты тогда направил меня к Леви? — с ходу выпалила Микаса. — Ты говорил, что это важно! Но ничего не изменилось!

— Изменилось, — ответил он. — Но ты не обретёшь покоя, пока не узнаешь, что по-настоящему связывает тебя с ним. Тебе снятся сны. Это тоже важно.

— А нормально объяснить никак? — зло спросила девушка, но призрак уже начал таять. Лишь улыбнулся в ответ. Это почему-то показалось знакомым. Словно она уже видела эту улыбку. И тут до Микасы дошло, что ведь этот призрак на самом деле копия отца Армина, того, который из её снов. И почему она поняла это только сейчас? Может, из-за тех фальшивых воспоминаний, что наградил её демон?

— Вот как, значит, — тихо проговорила Микаса, глядя в пустоту, где только что был призрак. А потом решительно направилась к строжке Леви. Раз уж она продала ему душу, то пусть он хотя бы ответит на её вопросы. А у неё их сейчас очень много. Например, зачем понадобилось, чтобы она обо всём забыла?

Но сторожка оказалась заперта.

«Наверное, тоже празднует со всеми, — недовольно подумала Микаса, усаживаясь на скамью под окном. — Им нет дела до того, что Эрен погиб. И ему тоже нет, — от осознания этого почему-то стало горько. — Надеюсь, что своей кислой рожей он там им настроение попортит».

Микаса прикрыла глаза и опёрлась об стену. Искать Леви среди шумных и радостных горожан ей не хотелось, да и она совсем не была уверена, что он действительно там. Может, он вообще решил слетать в свой ад, или где там эти демоны обитают. Лучше она подождёт его здесь. И когда он вернётся, ему придётся ответить на все её вопросы. Может, заодно и об Армине из её снов расспросить? Хотя вряд ли он знает.

Вернув свои воспоминания, девушка поняла, что тот Армин, которого она считала своим другом, и тот Армин, что ей снился, просто не может быть одним и тем же человеком. Еще за год до восстания Шиганшины как-то так получилось, что Эрен и Микаса подружились с робким светловолосым мальчиком, которого постоянно доставали местные мальчишки. Это и был Армин, что совсем недавно переехал в их город. Он не очень-то охотно рассказывал о себе, но было ясно, что его родителей почему-то принесли в жертву титанам, и теперь он боялся за своего деда, единственного родственника, что остался у него. И никаких братьев у него не было, ни старших, ни младших.

Но тогда что значат её сны? И почему отец Армина из снов так похож на призрака из церкви? Это странно.

Впрочем, если бы только это. Те деревянные крылья, эмблему легиона, теперь Микаса это помнила точно, ей Эрен сунул в самый последний момент. Перед своей первой смертью. Но откуда они у него взялись? Ещё и сказал, что это поможет ей. Неужели что-то знал? Но почему тогда не рассказал ей?..

— Замёрзнешь, если будешь здесь спать, — раздался голос Леви чуть ли не над самым ухом.

Микаса встрепенулась и открыла глаза, и тут же быстро отодвинулась, поняв, что Леви стоит склонившись над ней. И как ему удаётся так к ней подкрадываться? Хотя демон же.

— Я не сплю!

Леви тут же смерил её взглядом, словно говоря, что уж теперь то, когда она поймана с поличным, врать не стоит.

— Ты, наверное, спросить о чём-то хочешь? Идём в сторожку. Конечно, замёрзнуть насмерть ты сейчас не сможешь, но всё-таки… не хватало, чтобы заболела.

Микаса поднялась со скамейки и поняла, что он прав. Останься она здесь сидеть, действительно могла замёрзнуть. Руки уже и так ныли от холода. Похоже, что из-за смерти Эрена она совсем расклеилась, что не заметила этого. Впрочем, в сторожке было не намного теплее, чем на улице. И Микаса, решив, что тянуть кота за хвост не имеет смысла, лучше уж сразу обо всём узнать и вернуться в школу. Там, по крайней мере, тепло. Поэтому, остановившись посреди комнаты, она спросила:

— Не могу замерзнуть насмерть? И что это значит?

Неужели она превратилась в такого же демона, что и он? Но никаких изменений в себе Микаса не чувствовала.

— Нет. Ты не демон, — ответил Леви, словно прочитав её мысли. — Но теперь ты принадлежишь мне, а потому просто так расстаться с жизнью не сможешь. По крайней мере, пока я не решу, что пришло время.

Микаса раздражённо хмыкнула. Принадлежать какому-то демону, что обитает в маленькой сторожке, ей не хотелось, особенно теперь, когда рядом не было Эрена. Вспомнив о брате, девушка нахмурилась.

— Но почему ты стёр мои воспоминания? Почему заставил забыть о том, что Эрену осталось так мало времени? Если бы я только знала! Я бы придумала что-нибудь, чтобы его спасти.

— Это вряд ли, — спокойно произнёс Леви, разжигая огонь в печке. — И я не стирал никаких воспоминаний. Это сделал другой.

Вот как.

— Кто? — спросила Микаса. — И когда ты понял, что я ничего не помню, почему мне ничего не сказал?

— Я не мог. Это уже было не в моей власти, — сухо ответил Леви и внимательно на неё взглянул. — Ты плохо выглядишь. Тебе надо отдохнуть.

— Нет, — ответила Микаса. — Я ещё многое хочу узнать, и здесь холодно.

К тому же сейчас она почти ненавидела это место, где провела так много часов, когда ей надо было быть с Эреном, и это было ещё одной причиной, почему ей хотелось уйти отсюда.

— Скоро будет тепло, — ответил Леви, отводя от неё взгляд. Теперь, когда огонь в печке весело разгорелся, демон занялся чайником. Вот так и не скажешь, что он не человек, занимается же самыми обыденными вещами, вместо того, чтобы как в легендах истязать души грешников в клубах дыма и серы. Вот потому-то он её и провёл.

— Ещё я хочу спросить об Армине, — оставаться здесь дольше необходимого девушка не собиралась.

— С чего бы это?

Леви и ухом не повёл на её замечание, всё так де продолжал наливать воду из ведра в чайник. Похоже, что он действительно ничего не знал. Но Микаса решила всё-таки продолжить расспросы в этом направлении, так, на всякий случай.

— Почему мне постоянно сниться жизнь какого-то там Армина? Почему призрак из церкви сказал, что это важно? Почему вообще сказал, что я должна найти тебя? И почему отец того Армина так похож на…

— Хватит! — Леви поставил полный чайник на стол. — Что-то ты сегодня стала слишком разговорчивой.

— Ты… — хотела возразить Миасса, но демон быстро подошёл к ней, так, что она и среагировать не успела, и легко коснулся холодными кончиками пальцев её виска. На девушку тут же навалилась сонливость, так что сопротивляться было невозможно.

— Ничего страшного не случится, если ты узнаешь ответы на свои вопросы несколько позже, — сказал Леви.

— Насколько позже? — спросила Микаса. Она мотнула головой, пытаясь разогнать накатившуюся сонливость, но ничего не помогало. Чувствуя, что на ногах она уже не удержится, Микаса уселась на ближайший стул.

— Настолько насколько это будет возможным.

Девушка хотела уже было возмутиться такому ответу, но и на это уже не оставалось сил. Глаза её нещадно слипались, как бы она ни пыталась противиться этому.

— А зачем, собственно, демонам души? — уже почти провалившись в сон, пробормотала последний вопрос Микаса.

— Спи уже, — ответил Леви, подхватывая чуть не свалившуюся со стула девушку.


В конце концов им всё же пришлось причалить к берегу. Сделать это они решили ночью, в этом и Армин, и девочка, которую, как оказалось, звали Анни, были единодушны. Для этого они выбрали небольшой городок, что ютился возле самой реки. Возможно, когда-то это было спокойное и мирное место и, наверное, оно ничем не отличалось от тысячи других, которые мальчик видел, когда путешествовал вместе со своей семьёй. Но сейчас в свете полной луны дома с проломленными крышами казались пугающими. Армину всё чудилось, что из-за каждого тёмного угла на них таращатся гиганты, готовые в любой момент схватить их.

— Чего стоишь столбом? — прошипела в его сторону Анни, похоже, что это место нервировало и её. — Нам сейчас надо бы поскорее найти какой-нибудь еды и сматываться отсюда! — и тут же добавила. — И нам лучше разделиться.

Армин с сомнением взглянул на девочку. Вот в этом вопросе они так и не пришли к общему мнению. Он ей не доверял. А там, в лодке, остался его брат. И что если она решит оставить его в этом мёртвом городке, а сама решит уплыть без него? Что тогда будет с Риваем?

— Мы пойдём вместе, — как можно более твёрдо произнёс мальчик.

Девочка на него недовольно зыркнула и неоднозначно передёрнула плечами, а потом направилась к ближайшему дому. Это была жалкая лачуга, в которой, скорее всего, ютилась семья рыбаков. Её соломенная крыша, в отличие от многих других была целой. Армин сразу прикинул, что ничем особо вкусным они не смогут там разжиться, но вступать в дальнейшие пререкания с упрямой девочкой ему не хотелось, к тому же сейчас он был голоден.

Внутри оказалось ещё хуже чем он ожидал. Лачуга состояла всего из одной комнаты, где посреди комнаты находился открытый очаг, а вся немногочисленная утварь оказалась разбросана где попало, словно хозяева собирались в большой спешке. Увидев это, Анни нахмурилась, но всё же принялась деловито осматриваться.

Им не повезло. Две маленькие сушенные рыбки — вот и всё, что дали им непродолжительные поиски.

— Возможно, хозяева удрали на лодке, так же как и мы, — предположил Армин. — Ещё и собраться успели.

— Что ж, тогда поищем в другом доме, не думаю, что все жители городка оказались такими шустрыми, — ответила на это Анни.

Следующей своей целью они решили выбрать дом побогаче в надежде, что уж там-то еда точно должна быть. Конечно, сам городок был бедным, а дома зажиточных людей, похоже, здесь располагались ближе к площади, куда ни Армин, ни Анни идти не собирались. Но недалеко от реки стоял небольшой, но зато кирпичный домик с черепичной крышей. Уже одно это говорило о том, что здесь можно было разжиться чем-нибудь более интересным, чем сушенная рыба. И Анни с Армином не сговариваясь отправились к нему.

Крыша у домика была слегка покорёжена, словно гигант опирался об неё, но существенных повреждений не было. К тому же крепкая дубовая дверь была открыта настежь. Зайдя внутрь, Армин ожидал увидеть такой же бардак, как и в домике рыбака. Но на удивление там было чисто и уютно, словно хозяева лишь на минуту отлучились по делам и сейчас должны вернуться. Мальчику стало не по себе, и он воровато оглянулся, словно ожидая грозного окрика за то, что он без разрешения вторгся сюда.

— Прекрасно, — вдруг хмыкнула Анни, которую, похоже, не мучили угрызения совести. — Видимо, удирая, они ничего с собой не прихватили. Мы тут неплохо сможет разжиться! Идём на кухню.

Девочка была права. Всё аккуратно лежало на своих местах. И от этого Армин чувствовал себя словно он действительно какой-то вор. Впрочем, это ему совсем не помешало быстро набить откуда-то притащенный Анни мешок хлебом, сыром и другой всячиной.

Уже на выходе взгляд Армина задержался на тёплом плаще, что висел на гвозде вбитом в стену. «Ну это уже слишком, — мелькнула мысль у него. — Хватит с нас еды. И так…» Но Ани, заметив его взгляд, ухмыльнулась и сорвала плащ.

— Пригодиться, — заявила она.

Уже сев в лодку Армин оглянулся назад на мёртвый городок. Возможно, они последние люди, кто там побывал. И словно в подтверждение этого над крышами появилась голова гиганта. Мальчик тут же схватился за вёсла и начал грести. Не хватало ещё попасться, когда они почти выбрались.

— Нам ещё повезло, — флегматична заметила Анни, вгрызаясь в сыр. — В следующий раз, когда нам понадобиться высадиться на берег…

Армин удивлённо взглянул на неё и оставил вёсла.

— Ты чего? — спросила девочка. — Твоя же очередь грести.

— Я тут подумал, — сказал мальчик. — А куда мы плывём? Что если везде, как в этом городке?

— Дальше по реке будет столица, — ответила девочка, кутаясь в прихваченный плащ. — Там король, а значит должно быть много солдат. Если и плыть, то только туда, потому что там должно быть безопасно. Так говорил мне отец.

Девочка замолчала. А у Армина сжалось сердце от нехорошего предчувствия. Сильно ли отличаются солдаты из столицы от тех, кто сначала с бравым видом шли на гигантов, а потом бежали от них? Что если безопасных мест вообще не осталось? Или что, если одно такое и существует, по реке до него не добраться? Но говорить об этом Анни Армину не хотелось. Пусть надеется, за них обоих.

Надежда на спасение

Чем дольше они плыли по реке, тем больше Армин сомневался, что там, в столице, они обретут спасение. Может быть, он и поверил бы в чудо, если бы им удалось обогнать гигантов. Но по пути им встречались лишь разорённые сёла и города. Несколько раз они видели и чудом уцелевших людей. Хотя подплыть к ним и расспросить Армин и Анни побоялись, те запросто могли отобрать у них лодку.

Анни, наверное, тоже понимала, что шансов на спасение у них очень мало, но она упрямо продолжала настаивать, чтобы они плыли вперёд.

Путешествие по воде утомило мальчика куда больше, чем когда он ехал в повозке со своей семьёй. В том числе и из-за того, что спать им приходилось поочерёдно, а тут ещё и маленький брат, который совсем не понимал, что происходит, и постоянно звал маму, то и дело собираясь расплакаться. А они боялись шума, тот привлекал гигантом. Хотя река и гарантировала им некоторую защиту.

До столицы им оставалось не так уж и долго плыть, когда ранним утром бодрствующий Армин заметил лодку, плывущую им на встречу. Это было странно. Мальчик впервые видел, чтобы кто-то не пытался убежать от гигантов, а наоборот.

Может, солдатам из столицы действительно удалось прогнать этих монстров? Нет, это всего лишь одна лодка. Или их послали на разведку?

Армин тут же принял решение подплыть ближе и узнать у них, что происходит. Был, конечно шанс, что они могли оказаться плохими людьми. Но их в любом случае уже заметили. И на этот раз мальчик решил рискнуть.

— Почему ты меня не разбудил? — вдруг прошипела Анни, видимо проснувшись, услышав странный шум.

Армин ничего не ответил, продолжая вглядываться вперёд. В сумерках было плохо видно, но он вскоре понял, что это действительно были солдаты. Его сердце бешено заколотилось. Возможно, сейчас он узнает, что ждёт их впереди — спасение или крушение всех их надежд.

— Дети? — изумлённо воскликнул солдат в мятом мундире. — Как вам удалось…, а впрочем, и так всё понятно.

— Откуда вы? Что происходит в столице? — спросил Армин, уже прекрасно зная ответ.

— Столицы больше нет, — пустым голосом ответил солдат. — Больше ничего не осталось.

Из лодки послышался тихий стон раненного.

— Эрвин?


— ... Эрвин… — такой знакомый голос. Где ж она его слышала? Ах да, это же тот самый призрак, который появляется возле церкви. И что ему нужно от неё сейчас?

Микаса попыталась разлепить глаза, но её словно сковало оцепенение.

— Это было неизбежно, — продолжал о чём-то говорить призрак, — с тех самых пор как ты заключил договор с Микасой.

— И всё-таки я хочу этого избежать, — ответил Леви.

— Я отослал его, но это вряд ли поможет, — а это уже кто-то незнакомый. — Сначала Анни, теперь Микаса… Им лучше пока не встречаться.

— Авель… придёт в ярость, когда всё поймёт. По крайней мере, пока она жива, — добавил призрак, — или пока не выпала из цикла, новому крылу не появиться.

— Сам знаю, — ответил Леви — Но…

Тут он замолчал, и Микаса почувствовала, как холодная ладонь коснулась её лба.

Голоса стихли.

Когда девушка открыла глаза в следующий раз, возле неё уже никого не было.

Зато воспоминания о событиях последних дней сразу нахлынули на неё.

Брат… пяти лет оказалось слишком мало. И если бы она хотя бы помнила, о событиях в Шинаншине, то всё было бы по-другому. Возможно, она сумела бы придумать ещё что-то, что спасло бы его. Демон зло подшутил над ней.

Стоило вспомнить Леви, как он тут же появился.

— Я вижу, что ты уже немного пришла в себя.

— Да, — ответила Микаса. — Но мои вопросы никуда не исчезли.

— Всему своё время. А сейчас у нас новое задание.

— Но… почему я должно подчиняться Легиону? Теперь, когда брата нет, я не вижу в этом смысла…

— У тебя нет выбора. Ты сама согласилась заключить договор с Легионом. Таков был твой выбор пять лет назад.

Микаса прикрыла глаза. Да, они вернули ей брата на пять лет. И…

— Хорошо, — наконец ответила девушка. — Что я должна сделать?

— Мы отправляемся в Стохес. Как ты помнишь несколько лет назад из школы исчезло несколько учеников. Недавно нам наконец-то удалось установить их местонахождение. Мы должны их вернуть. И… отыскать ещё одного человека, вернее следы пребывания его в городе.

Стохес?

— Этот город всё ещё находится под властью короля, — заметила Микаса. — А после восстания Троста и присоединения к нему ещё нескольких городов, попасть в Стохес будет очень непросто.

— Ты была очень прилежной ученицей, — в строжку вошла Ханджи. — Это радует! Но для вашего проникновения в Стохес всё уже готово. Вы появитесь там качестве брата и сестры, которые…

— Нет! — вскочила на ноги Микаса. — У меня был только один брат — Эрен. И он, — тут она указала на Леви, — им не станет.

— Он и не должен становиться. Просто… — попыталась успокоить её Ханджи.

— Никаких просто. Называть его «братом» его я тоже не буду, — возразила Микаса. И вообще, она пока ещё не дала согласия участвовать в их планах.

— Тогда как муж и жена? — спросила Ханджи с хитрой улыбкой.

— Это ничем не лучше, — угрюмо ответила Микаса и взглянула на Леви. Но тот делал вид, что этот разговор его совершенно не касается, и как раз ставил чайник на огонь.

— Я ведь не предлагаю вам вступить в настоящий брак, — махнула рукой Ханджи. — И выбор у нас не богат. Как ты сама заметила, всех вновь прибывших в города тщательно проверяют. А в Стохесе ситуация ещё хуже. Нам пока удалось сделать документы только на Ривая Аккреман, его сестры и жены…

Микаса слушала рассуждения Ханджи вполуха. Потому что… Ривай… так ведь звали брата Армина из сна? Девушка взглянула на Леви. Нет, это не возможно. Он не мог быть тем самым ребёнком. Хотя даже интересно сколько ему уже лет? Когда он стал демоном? И почему… Неужели он тоже с кем-то заключил договор?

Леви оторвался от созерцания закипающего чайника и произнёс:

— У нас нет времени на споры. Уже завтра мы должны отправиться в путь.

— Я пока никого не смогу называть братом, — выдохнула Микаса. Она вообще отказалась бы от этого задания. Но что-то мешало. Что-то, то не давало ей сказать «нет». Неужели это и значит, что она теперь принадлежит к Легиону?

— Тогда решено и тебе стоит отдохнуть перед дорогой, — ответила Ханджи.

— Я уже наотдыхалась, — отрезала Микаса. — Если моё присутствие не требуется здесь больше, то тогда я пойду.


Она скоро покинет это место. Может это и к лучшему. Здесь всё напоминает о брате и о тех временах, когда она ничего не помнила и была слишком беспечна. Была ли она здесь счастлива? Пожалуй, да.

Ноги сами вынесли её к церкви. Это место так и осталось для неё неразгаданным. Может быть, когда-нибудь Леви расскажет, хотя он пока то-то не с лишком торопится её просветить в то, что происходит.

Но кроме этого демона есть ещё и он… призрак. Может быть он появиться, если позвать его по имени. Жаль, что она до сих пор не знает, как звали отца Армина из снов, иначе можно было попытаться. Она только и помнит, что он был резчиком по дереву. Резчик? Точно! В церкви же есть статуэтка одного такого!

— Фарлан! Фарлан Чёрчь! — крикнула Микаса, особо ни на что не надеясь.

— Я не могу здесь долго находиться, — раздался мягкий голос у неё за спиной.

Девушка резко обернулась. Призрак всё-таки появился! Хотя вряд ли он ответит на её вопросы. Но…

— Так тебя действительно зовут Фарлан Чёрчь, — сказала она. — И что теперь? Опять сбежишь? Или всё-таки мне всё расскажешь?

— Ты должна узнать правду — это неизбежное условие, — улыбнулся призрак. — Но в какой-то мере это не в моих интересах.

— Хватит говорить загадками! — нахмурилась Микаса. — В любом случае завтра я уезжаю. И мы больше не увидимся.

Она собралась уже уходить, всё равно от него ничего не добьёшься, когда Фарлан остановил её.

— Хорошо, тогда на прощание я скажу прямо. Ты ещё не стала демоном, а потому всё ещё можешь отменить договор с Леви. И ты вновь станешь обычным человеком.

— Почему ты мне всё это говоришь? И какая мне разница, если Эрен уже мёртв.

— Потому что в какой-то мере это в моих интересах. Если ты станешь обычным человекам, то я смогу заключить с тобой сделку и, например, вернуть Эрена к жизни.

Её брат снова будет жив? Ради этого она готова на что угодно. Но Микаса всё же не могла не спросить:

— А цена?

— Твоя жизнь — ответил Фарлан и добавил задумчиво: — Возможно, сейчас будет лучше, если они начнут свои поиски заново.

Призрак уже давно исчез, а Микаса всё стояла не шевелясь.

Что ж, если так она сможет спасти Эрена, то она согласна. Только как же ей теперь отменить сделку с Леви? Он ведь сам не скажет. Но она узнает, так или иначе.

Новая цель

Сколько лет она не покидала Трост? Если бы она знала, здесь всё так обернётся, она бы приложила все силы, чтобы сбежать из той повозки, в которой они когда-то попали в этот город. Даже прекрасно осознавая, что в итоге это бы ничего не изменило. Дело ведь не в самом Тросте, а в её договоре с Леви.

И всё же сейчас она покидала этот город с облегчением. Он принёс ей слишком много горя. Здесь она второй раз потеряла брата и вспомнила о том, что предпочла бы забыть навсегда. Если бы ещё тогда в Шиганшине она знала, что так всё обернётся… Нет! Она всё равно бы заключила сделку с Леви. Хотя бы пять лет, но её брат был жив.

Дорога пробудила в Микасе множество воспоминаний. Когда-то она вместе с Эреном и Армином путешествовали из города в город, спасаясь от чистильщиков и полиции, да и просто от людей, которые могли принести их в жертву. Они искали безопасного места.

И казалось бы их нескончаемое странствие закончилось, едва они въехали ворота Троста.

Теперь Микаса же чувствовала себя очень странно. Она снова в пути. Но сейчас ей не надо опасаться других людей, с ней не было ни Эрена, ни Армина.

И теперь она бы отдала бы всю эту безопасность за то, чтобы вернуть прошлое. Она бы с радостью снова начала бы скитаться от города к городу, со страхом глядя на людей, убегая от чистильщиков, опасаясь полиции, лишь бы с ней был бы брат.

— Отпусти прошлое, — раздался рядом голос «мужа» Леви. — Это ни к чему хорошему не приведёт.

Микаса вздрогнула. На мгновение ей показалось, что он может читать её мысли. Но тогда бы он знал об её разговоре с Фарланом и о том, что она хочет расторгнуть их договор.

— Прошлое меня не волнует, — тихо произнесла девушка.

Леви недоверчиво взглянул на неё, а потом сказал:

— Как же. Но мёртвых лучше оставить в земле.

Микаса сжала кулаки, едва сдержав гневный выкрик.

Ну конечно, он совсем не похож на человека, который терял близких. Да и вообще, есть ли тот, кто дорог ему? Нет, наверное.

— Да ладно, хватит вам, — примирительно произнесла «сестра Леви» Петра.

Вот ещё одна странность. Совсем недавно она и «её муж» Оруо были учителями Микасы. А теперь их можно было считать равными. Конечно, если не учитывать одно «но»: оба они были такими же демонами, как и Леви. Микаса покосилась на ехавшего с ними «племянника Оруо» Жана.

Да, вот он совершенно точно был человеком. Пожалуй, единственным в их компании. Себя Микаса не знала к кому причислить.

Вообще говоря, ей совершенно не нравилось то, что ей придётся притворяться женой Леви. И спасать тех пропавших детей из школы Троста ей тоже не особо хотелось. Но ради Эрена она была готова и не на такое.


***

Микаса взглянула на ворота Стохеса. Здесь и сейчас начинается её новый путь. Её путь, в котором она должна найти способ вернуть к жизни брата.

Проходя через ворота, девушка немного волновалась. Когда она была ребёнком и пробиралась в новый город, именно этот этап был самым сложным, даже выйти из него было намного легче. И один из стражников, взглянув на их документы, тут же поинтересовался:

— Аккерманы значит и Кирштайны… неужели в Нидли так плохо было, что вы решили перебраться в Стохес?

— Ну, так вы должны были слышать о последнем пожаре в Нидли. Не иначе как эти еретики из Троста постарались, — тут Оруо сплюнул на землю и продолжил с воодушевлением: — Наш магазин сгорел, как и дом. Ничего не осталось. А после и в самом городе стало неспокойно, — тут он оглянулся, словно за ним могли следить, прошептав: — Еретики. Ну вы понимаете.

— К счастью, нам удалось получить разрешение на переезд в нормальный город, где нам не надо будет бояться гигантов каждое равноденствие, — спокойно продолжил Леви.

Видимо, такое объяснение удовлетворило стражника, так как он кивнул и пропустил их.

Микаса едва сдержала вздох облегчения. Она слишком долго провела в Тросте, ведя беззаботную жизнь. Теперь всё иначе.

— Куда мы сейчас? — спросил Жан, едва они миновали ворота.

— Для начала остановимся в какой-нибудь гостинице, — ответил Леви, уверенно шагая дальше по улице, словно он бывал в Стохесе уже не раз.

Очень скоро они оказались перед зданием, на вывеске которого красовалась бегущая лошадь. Микасе сразу же припомнился первый сон про Армина. И на мгновение ей показалась, что сейчас история повториться, но она тут же отогнала эти мысли прочь от себя. В конце концов, эта лошадь не тот единорог с постоялого двора, где останавливалась семья Армина, и гиганты уже давно захватили их королевство.

— Ну вот, — вздохнул Жан, увидев первое их жилище в Стохесе.

— Для людей почти всё потерявшие в пожаре самое то, — ответил Леви.

— Может, нам тогда стоит подыскать гостиницу похуже? — добавил Оруо.

— Нет, — не надо, — ответил Жан.

— Ну тогда снимем комнаты, а потом пообедаем, — сказал Оруо

Гостиница действительно не блистал излишествами, но она ничем не отличался от их комнат в школе Троста, поэтому Микасе было всё равно. Другое дело она предпочла бы отдельную комнату, а не делить её с Леви. Но в Стохесе они были как бы муж и жена. И им нужно было быть очень осторожными. За ними, как за приезжими, могли следить чистильщики, обязанности которых в последнее время расширились.


Комната, в которой ей предстояло провести несколько первых дней в Стохесе была небольшой. Она немногим была больше сторожки Леви в Тросте, где, если собиралось человека четыре, и развернуться было негде.

До этого момента Микаса чувствовала себя вполне спокойно. Но оказавшись сейчас наедине с Леви, она растерялась. Девушка понимала, что они просто притворяются мужем и женой. Но всё же…

— Если ты думаешь, что я буду приставать к тебе, то… — похоже, что Леви заметил её нерешительность.

— Нет, — быстро ответила Микаса и отвернулась.

— Тогда ложись спать, — сказал он. — Пусть ты уже и не совсем человек, но сон тебе всё же нужен.

— А демонам нет? — поинтересовалась она, припомнив, что действительно никогда не видела, чтобы он спал.

— Я могу обходиться и без сна, — уклончиво ответил тот. По его виду было понятно, что продолжать разговор он был не намерен.

Микаса сняла верхнюю одежду. Она никогда не была стеснительной. Но Леви и не подумал отвернуться, от чего ей стало не по себе, поэтому, даже несмотря на то, что не хотела показывать насколько вся эта ситуация сбивает её с толку, она всё же потушила свечу.

— Я и в темноте прекрасно вижу, — тут же заметил Леви.

Микаса фыркнула.

Она попыталась убедить себе в том, что ей всё равно смотрит он или нет. В конце концов, в темноте она этого не поймёт, поэтому просто можно было притвориться, что никакого Леви здесь нет. И всё же разделась и забралась в кровать Микаса удивительно быстро.

Но и после этого она долго ворочалась в постели. Сон к ней не шёл, а в голове крутилось множество разнообразных мыслей. Присутствие Леви её нервировала. Но в конце концов ей удалось задремать.

Проснулась она под утра. Солнце ещё не взошло, но небо уже посветлело. Микаса поёжилась, в комнате заметно похолодало. Вскоре она обнаружила причину этого. Леви заснул в кресле у распахнутого настежь окна. Потому сейчас девушку ничего не защищало от холодного ночного воздуха.

В детстве… Микаса мотнула головой, это путешествие вызывало слишком много ненужных воспоминаний, и плотнее укуталась в одеяло. А после ещё раз взглянула на Леви. Действительно ли он спит? Или просто притворяется?

А тот, словно услышав её мысли, открыл глаза и спросил:

— Холодно?

После чего захлопнул окно и прикрыл ставни.

В комнате от этого не потеплело, зато стало темнее. Микаса закрыла глаза и попыталась снова заснуть. Леви же опять уселся в кресло. На этот раз его присутствие её не беспокоило.


Столица захвачена. Армин был поражён. В глубине души он всегда понимал, что такое может быть. Но по-настоящему поверить в это не мог. Путь это и не была столица его родной страны. Но до сих пор это было место, где, как он надеялся, он наконец сможет завершить эту гонку с гигантами. Место, где ему не надо было бы думать, как пережить ещё день, где он сможет отдохнуть и где, он может оплакать своих родителей. Но теперь… Теперь Армин не знал, что делать ему дальше.

Армин бросил растерянный взгляд на солдат, что занимались раненным, которого, кажется, звали Эрвин. И это не остаётся незамеченным для них. Один из них, по-видимому, самый главный, вздохнул и произнёс:

— Плывите с нами.

Да, наверное, так будет лучше всего. Проще всего будет просто довериться им. Уже просто потому, что они знают, что делать дальше.

Армин обернулся к Анни и… натолкнулся на упрямый взгляд девочки.

— Я должна попасть в столицу, — прошептала она, и совсем уж тихо добавила: — И я не доверяю им.

Такого Армин не ожидал. Он не совсем понимал её упрямства, и почему для неё было так важно попасть в столицу. Для самого мальчика это было не так уж и существенно. Он, пожалуй, слишком устал, чтобы и дальше плыть без поддержки того, кому он может довериться, на кого он сможет переложить всю ответственность за принятые решения. Но слова, чтобы всё это объяснить Анни, почему-то сейчас не шли.

Девочка, видя его нерешительность, отвернулась.

— Я и одна справлюсь, — упрямо проговорила она. — Плыви с ними.

Армин опять взглянул на солдат. По их лицам было видно, что они уже утратили всякую надежду. Словно они уже знали, куда ни направятся, всюду их будут ждать гиганты.

— Нет, — отрицательно покачал он головой. С этими солдатами он был незнаком. А Анни хотя порой и была невыносима, и даже подругой её было сложно назвать, но всё же он предпочёл бы остаться с ней.

Солдат пожал плечами, словно говоря, как знаете.

— Будьте осторожны, — произнёс он на прощание.

Армин лишь кивнул им ответ. Но, когда солдаты отплыли уже довольно далеко, обернулся им в след. Возможно, ради своего маленького брата ему всё же следовало бы отправиться с ними. И возможно… он ещё пожалеет о своём решении. Больше всего сейчас Армину не хватало отца.


Чем ближе они подплывали к столице, тем больше в Армине росла уверенность, что он ошибся.

Нет, им не попадались на пути лодки бегущих из города людей, и они даже не встретили больше ни одного солдата. И всё же мальчик чувствовал, что что-то не так. Но вот что именно, он понять не мог. К тому же у него не было ни одного убедительного довода, что плыть в столицу нельзя. И поэтому он ничего не говорил о своих подозрениях Анни. Всё равно она не послушает.

Хотя, может, она и сама всё понимала. Чем дальше они продвигались, тем она становилась всё мрачнее и молчаливее, хотя и раньше она была не особо разговорчивой.

— Тебе не кажется, что гигантов становиться всё больше, — в какой-то момент Армин просто не смог терпеть тишину, нарушаемую лишь всплеском вёсел.

— Да, — ответила Анни. — Их больше, — она сжала кулаки. И Армин уже хотел было предложить ей вернуться, их затея всё больше казалось ему безрассудством, когда девочка вдруг продолжила: — Но… столица уже близко. Наверное, где-то час остался…

— Почему ты так решила? — поинтересовался Армин. Попросить повернуть лодку назад, он не решился.

— Я с отцом уже плавала как-то туда, — тихо ответила она. — И перед тем… как его схватили гиганты, он сказал, что там безопасно.

Девочка замолчала, упрямо уставившись вперёд. Армину показалось, что она и сама прекрасно знала, что плыть в столицу бесполезно. Но повернуть назад уже не могла. Он должна была увидеть всё своими глазами.

И очень скоро Армин понял, что его самые страшные опасения сбываются. Теперь на берегу толпилось множество гигантов, некоторые даже пытались войти в воду, чтобы поймать быстро плывущую вперёд лодку. К счастью река была здесь широкой и глубокой, так что пока детям не о чем было беспокоиться.

А потом из-за очередного поворота они видели столицу. Вернее то, что от неё сталось. Стена, некогда окружавшая город, была разрушена. И там, среди развалин некогда бывшими улицами, бесцельно бродили гиганты.

Анни чуть не выпустила вёсла. Плыть ей больше было некуда. Цели, ради которой она проделала весь этот путь, просто не существовало. Те солдаты оказались правы: гиганты были всюду и безопасных мест больше не осталось.

Такой растерянной девочку Армин ещё никогда не видел. С неба начал накрапывать дождь, и мальчик накинул ей на плечи плащ.

Их лодка, подгоняемая течением, медленно плыла к руинам столицы. И Армин понимал. Что прямо сейчас он должен найти новую цель, придумать место, куда они смогут отправиться, ради Ривая, и ради Анни тоже.

Туда, где находится дом

Некоторое время Армин смотрел на растерянную Анни, пытаясь придумать, как её приободрить. А потом спохватился. Лодку течением несло к руинам города, и, если сейчас ничего не предпринять, то их вполне могли схватить и сожрать гиганты. Армин взялся за вёсла и начал грести, стараясь отплыть как можно дальше. Анни сначала сидела с безучастным видом, казалось, что её вовсе не волновало то, что они могли погибнуть, а потом всё же взглянула на Армина и спросила:

— Ты назад решил повернуть?

— Да, — машинально ответил мальчик. А потом понял, это ведь то, что им нужно! — Может, там, откуда мы пришли, уже никаких гигантов нет.

Анни удивлённо посмотрела на него, и Армин даже успел испугаться, что она откажется. Но потом она вдруг едва заметно улыбнулась.

— А ведь может ты и прав. Давай проверим.

Успокоенный Армин начал грести ещё усерднее, хотя против течения лодка двигалась уже не так быстро, как раньше. В тайне мальчик надеялся, что сможет догнать тех солдат, что встречал прежде. Они ведь, наверное, не просто так выбрали это направление и знают куда плыть.

Но вскоре Армин выдохся и выпустил вёсла. Лодку начало течением медленно относить назад. К тому же как на зло заплакал младший брат.

— Толку-то от тебя, — проворчала Анни. — Давай дальше я буду грести, а ты лучше Риваем займись.

— Но… — попытался возразить смущённый Армин. Его всегда учили, что в подобной ситуации лодкой должен управлять мужчина, а не наоборот. Но спорить с девочкой было бесполезно. Та уже взялась за вёсла и начала медленно грести.

— Скажешь, когда устанешь, я тебя сменю, — только и смог пробормотать Армин, а сам занялся Риваем, иногда с беспокойством вглядываясь вперёд. Но лодки с солдатами, как он надеялся, нигде не было видно и спустя час. Возможно, те успели уплыть далеко вперёд. Не стали же они на берег к гигантам высаживаться!

— Что ты там высматриваешь? — в конце концов спросила Анни.

— Да так, ничего, — ответил Армин. Про солдат он решил ничего ей не говорить. Мальчик был уверен, что она откажется от их помощи. — Просто я беспокоюсь. Путь назад займёт гораздо больше времени. А еды у нас почти нет, — он почти не врал. Это его тоже беспокоило.

— Глупости, — фыркнула Анни. — Просто украдём что-нибудь. Вокруг полно брошенных домов. Давай, теперь твоя очередь грести, а то, сморю, тебе всякие глупости в голову лезут.

Но, как и опасался Армин, теперь они действительно стали продвигаться гораздо медленнее. К тому же раньше они могли просто плыть по течению, сейчас же приходилось всё время грести, а поэтому и уставали они быстрее, и на берег надо было высаживаться чаще.

Так прошло два дня. Других людей они так и не встретили. Но и гигантов постепенно стало попадаться меньше.

После полудня, когда была очередь грести Армина, Анни устало уселась в лодке и запрокинула голову вверх. На небе было ни облачка. И летнее солнце жарко палило. Но девочка, казалось, совершенно не обращала на это внимание.

— Их всё-таки меньше становиться, — тихо произнёс Армин.

— Не думаю, — ответила Анни. Ей не нужно было пояснять кто это «они», и так было понятно — гиганты. — По-моему, их столько и было.

— Но… — Армин замер на полуслове.

Из-за поворота реки показалась лодка. Она ещё была слишком далеко. Но мальчик уже мог разглядеть, что в ней было два человека. Это не были солдаты, которых он так жаждал увидеть, но всё-таки живые люди.

— Что там? — обернулась Анни и нахмурилась. — Чёрт, жаль не заметили их раньше.

Люди в лодке тоже увидели их и принялись что-то радостно кричать.

— Повезло, — улыбнулся Армин.

— С чего это? — насупилась девочка. — Давай спрячемся от них.

Армин искренне не понимал, почему Анни так упорно избегала встреч с людьми.

— Но они нас уже заметили, — возразил он. — И где мы можем спрятаться от них посреди реки?

Лодка стремительно приближалась к ним. И вскоре Армин смог разглядеть двоих мужчин. С проросшей уже щетиной, в грязной одежде, что мешковато висела на них — эти люди не внушали доверия.

— Сущие бандиты, — констатировала Анни.

Впрочем, сейчас уже и Армин стал с подозрением поглядывать на них.

— Это же дети! — грубым басом вскрикнул один из мужчин. — Как вам удалось выжить? Мы давно ни одной живой дущи не встречали, верно Арчи?

Мужчина рассмеялся, а Армин поёжился. От его цепкого взгляда становилось не по себе.

— Мы просто держались середины рек, — ответил мальчик, молясь, что бы его подозрения оказались беспочвенными.

— Удивительно! — вокликнул мужчина.

Лодка тем временем лодка совсем близко подплыла к ним.

— Вы, наверное, голодны? — спросил второй мужчина Арчи, наклоняясь вниз и что-то ища. — Сейчас-сейчас…

Армин облегчённо выдохнул. Всё-таки они, кажется, были неплохими людьми. А громогласный уже успел схватиться за край их лодки. Арчи тем временем нашёл то, что искал, и широко улыбаясь выпрямился.

Стальное лезвие молнией блеснуло в воздухе. Армин ни за что бы не успел уклониться от направленного на него удара. Но его толкнула Ани. И нож только вспорол край его рубахи. Пока мальчик пытался осознать, что происходит, Анни уже била ногой по руке первого мужчины и кричала:

— Быстрее! Вёсла, Аримн! Не тупи!


Когда Микаса проснулась рано утром, Леви уже не было. Девушка выдохнула с облегчением, из-за всей этой ситуации она чувствовала себя не в своей тарелке. И мысль, что придётся провести с ним вот так несколько дней, выбивала из колеи. Для неё Леви всё ещё оставался простым сторожем, излишне помешенным на чистоте. Даже осознание того, что он тот самый демон, давалась ей с трудом. Как она не вглядывалась, не находила в нём ничего необычно.

Микаса припомнила свой сон про Армина. Даже сейчас ей продолжало сниться прошлое этого мальчика. Но она до сих пор не понимала, какая может быть связь между ней ним. Иногда эти сны казались ей глупостью, и она преувеличивает их важность, но сегодня почему-то она была совершенно уверена, что она поймёт всё только, когда увидит этот сон до конца.

Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл Леви. Микаса облегчённо выдохнула, она уже успела одеться, а значит, и повода для смущения не было. Это не укрылось от Леви.

— Нам в любом случае придётся провести некоторое время вместе. Так что привыкай, — он сделал непродолжительную паузу: — Идём. Все уже собрались и ждут только тебя.

Микаса в ответ лишь кивнула. Вчера она слишком долго не могла уснуть, вот и встала поздно.

Они спустились последними. Как и говорил Леви, все остальные уже ждали их. Микасе сразу бросилось в глаза, что Петра и Ауруо были необычайно тихими. Особенно это касалось бывшего учителя физической подготовки. Девушка ещё никогда не видела его таким. Зато Жан прямо лучился энергией.

— Давно я так хорошо не высыпался, — заявил он.

И Микаса ему тихо позавидовала. Жан был единственным, кому досталась отдельная комната.

— Куда пойдём, — проигнорировал его Ауруо.

— Завтракать, — заявил Леви. — А после… нам надо присмотреть себе новый дом. Мы не может вечно оставаться в этой гостинице.

И они направились к ближайшей забегаловке. Местечко оказалось дешёвым, впрочем кормили там недурно. Но Микаса почти не ощущала вкуса еды. Все её мысли то и дело возвращались к уже казалось бы давно забытому детству, когда она вместе с Эреном и Армином неприкаянно слонялась от одного города к другому. Тогда она о таком и мечтать не могла. Свой собственный дом. В те дни по вечерам она с жадностью и завистью вглядывалась в окна, сияющие тёплым светом. Казалось, что там была спрятана нереальная и недосягаемая мечта. И ей оставалось лишь мысленно проклинать, как оказалось никогда не существовавших, жителей деревни, по вине которых она и брат оказалось в таком бедственном положении. Когда Микаса попала в церковную школу Троста, то почти забыла об этом. Хотя общежитие, в которое её поселили, нельзя было назвать в полной мере домом — это скорее были временное убежище.

— Хватит в облаках витать, — заметил Леви, когда она начала мусолить ложкой кашу, так и не попробовав её. — Ешь.

— Да наелась я уже, — огрызнулась Микаса. В самом деле, аппетита у неё сегодня не было совершенно.

— Ну, тогда идём, — бодро отозвался Жан, который уже успел полностью умять свою порцию. — Кстати, а как мы этот самый дом искать-то будем?

Микаса нервно сжала ложку. Она и сама не могла понять, почему вдруг заволновалась. Её брак с Леви был всего лишь фарсом. А значит, и дом будет ненастоящим. И вообще глупости всё это. Сейчас её больше должно волновать то, как снова вернуть к жизни Эрена, а не поиски жилья.

Впрочем, всё оказалось куда более обыденным, чем ей представлялось вначале. Леви купил у мальчишки газету, а потом, когда они все вернулись в гостиницу, он и Ауруо принялись изучать объявления, изредка о чём-то совещаясь. Жан сказав, что хочет прогуляться, ушёл изучать город, прихватив с собой Петру. Микаса же осталась, таких городков она и в детстве вдоволь навидалась. К тому же ей не хотелось столкнуться с чистильщиками. Пусть сейчас они не могли арестовать её, всё рано они бы навеяли неприятные воспоминания. Но вскоре она пожалела об этом. Заняться ей было совершенно нечем. Даже в дороге было проще. Поэтому, придвинув кресло к окну, она, распахнув его настежь, принялась рассматривать проходящих внизу людей. Большинство из них куда-то спешили, делая вид, что они торопятся по делу величайшей важности, но немало было и тех, кто просто степенно прогуливался. Со стороны казалось, что это город счастливых людей. Но Микаса знала, что это потому, что до зимнего солнцестояния ещё несколько месяцев. Кто знает, какое лицо покажет Стохес, когда будет близиться указанный срок.

Вдруг Ауруо оторвался от изучения газет и сказал:

— Мы пройдёмся по объявлениям.

— Я с вами, — вскочила на ноги Микаса.

Леви удивлённо глянул на неё, а потом произнёс.

— Хорошо.

Как оказалось, они нашли два подходящих предложения, но дома располагались в разных частях города, и поэтому Леви и Ауруо решили разделиться. И как-то само собой получилось, что девушка отправилась вместе с Леви.

Микаса шла молча, лишь на полшага позади него, и усиленно делая вид, что её интересуют окружающие красоты, но на самом деле не видя ничего. Она уже почти ругала себя за свою затею выйти вместе с Леви, лучше бы она оставалась в комнате и скучала и дальше.

— Если так хотела прогуляться, могла пойти и с Жаном, — заметил он.

— Я мешаю?

— Нет. Но знаю, что тебе неприятно находиться рядом со мной.

Микаса не ответила. Нежных чувств она к нему точно не испытывала. Более того она считала, что Легион причастен к смерти её брата. Ведь именно он тогда поднял восстания в Шинганшине. Если бы не это, то Эрен был бы сейчас жив. И никакие демоны для его спасения ей не были бы нужны.

— Можешь просто пройтись прогуляться, — безразлично сказал Леви.

— Я пойду с тобой, — упрямо ответила Микаса. Пусть и косвенно, он и виноват в смерти её брата, но считать своим врагом она уже не могла. Может потому, что слишком много времен провела рядом с ним, а может потому, что её душа уже принадлежала ему.

— Как хочешь, — ответил Леви.

И вдруг он взял её за руку и несильно сжал. Микаса, не ожидавшая этого, вздрогнула, а потом услышала очень тихое:

— За нами следят чистильщики.

Вот значит как, её стоило и раньше догадаться, что их не оставят без внимания и обязательно будут проверять. Нет, ей действительно просто стоило остаться в той комнате.

Теперь Микаса шла опустив голову, чтобы никто не увидел её раскрасневшегося лица. Она прекрасно понимала, что то, что Леви так осторожно сжимает её руку, это ещё один фарс. И на самом деле этот, то ли человек, то ли демон, ничего не чувствует к ней. Наверное, для него она была очередной глупой девчонкой, которая по неосторожности заключила с ним сделку. Но унять своё волнение она не могла.

Весь оставшийся путь они проделали молча, а потом Леви остановился у трёхэтажного здания. Входа в него тоже было три, видимо дом был рассчитан на несколько семей. Здание выглядело ветхим, а позади него виднелся старый неухоженный парк. Недалеко от центрального входа сидела девочка в красном платьице и, играясь со старой тряпичной куклой, пела какую-то детскую песенку, немного фальшивя:

— …Раз снежинка, два снежок. Засыпай же паучок. Если ты не будешь спать,

съест гигант тебя опять…

— Жуткое местечко, — тихо пробормотала Микаса.

Леви же, не обращая ни на что внимания, сразу же направился к девочке.

— Где хозяин дома? — спросил он у неё.

Девочка, оторвавшись от своей куклы, глянула на него, а потом нахмурилась и выдала:

— Я не должна разговаривать с чужими дядями.

— Я, может, свой, — невозмутимо возразил Леви.

Девочка некоторое время смотрела на него, словно обдумывая его слова, а потом мотнула головой и повторила:

— Чужой.

Ответить Леви ничего не успел, из дома вышел немного полноватый мужчина, впрочем, это его совершенно не портило. Взлохматив пятерней свои светлые волосы, он приветливо улыбнулся:

— Простите её. Последнее время участились пропажи детей, вот мы и запретили ей общаться с незнакомцами. Люси, иди в дом.

— Вы Джерд, что сдаёт этот дом? — спросил Леви.

— Да, — кивнул он, — Хотите снять? Пойдёмте, я покажу его вам.

Внутри дом оказался куда уютней, чем казался снаружи. Он был полностью мебелирован. Микаса, прогуливаясь по нему, пыталась вспомнить, был ли он похож на то единственное место, которое она могла назвать своим домом, её дом в Шинганшине. И не могла. Возможно, она слишком долго жила ложными воспоминаниями, так что настоящие успели поблекнуть.

Она шла позади всех, вполуха слушая пояснения хозяина, когда Леви, едва войдя в спальню на втором этаже, остановился. Занятая своими мыслями, Микаса чуть не столкнулась с ним.

Леви смотрел в окно из которого открывался вид на старый парк. Проследив за его взглядом, Микаса не увидела ничего необычного. А Леви внезапно произнёс:

— Мы снимем этот дом.

Потерянные дети

Дом, вернее треть дома с отдельным входом, который они сняли, был маловат для двух женатых пар и одного племянника. Но учитывая их положение, они бы вызвали подозрение если бы начали искать дом побольше. А арендуй они два дома — работать вместе было бы сложнее.

В любом случае Микаса считала, что это жилище намного лучше, чем те клетушки, что они снимали в гостинице до этого. А ещё теперь по крайней мере у них будет место, где им не надо будет притворяться семьёй. Хотя по прежнему, из-за опасений возникновения всяких непредвиденных ситуаций, ей по прежнему придётся делить одну комнату с Леви. Он и Микаса выбрали комнату на третьем этаже, которая, к тому же была самой большой. Всё остальные остановились на втором этаже. Жану, конечно же, досталась пусть и самая маленькая, но отдельная комната, чему Микаса очень завидовала.

Вещей у них было не так уж и много, поэтому работы в доме в связи с переездом было мало. После того, как они обустроились, все отправились на первый этаж в комнату, которая, как они решили будет играть роль гостиной и столовой. Здесь был достаточно большой для пятерых человек стол, а ещё небольшой диванчик в углу, на который сразу же уселся Жан. Остальные расположились на стульях. Им предстояло решить, что делать дальше.

— Ну, первый пункт нашего плана мы выполнили, — сказал Оруо. — Теперь хоть кому-то из нас придётся найти работу в этом городе. А ещё узнать, где держат похищенных детей.

— Думаю, что найти работу, действительно полезную в поисках, будет сложновато, — покачала головой Петра.

— Кстати, у меня есть кое какая информация, — улыбнулся Жан. — Не зря же я всё утро таскался по городу.

— Какая? — поднял на него взгляд Леви.

— В Стохесе необъяснимо пропадают дети. Все списывают это на происки Крыльев Свободы. Но мы-то с вами знает, что это не так, — ответил Жан.

— Да, я слышал об этом от хозяина дома, — кивнул Леви. — Но ведь это может быть и не связано с гигантами.

— Да, вот только детей пропадает слишком много. Их уже бояться выпускать на улицу. В это время года и оборванцев, забредших в город ради пропитания, можно встретить, и просто играющих детей. Но в Стохесе всех, кого можно увидеть на улице — это взрослые.

— А он прав, — Микаса внезапно осознала, что она действительно, кроме той девочки в красном пальто не видела никого из детей.

Оруо устало помассировал виски:

— Разведка об этом не докладывала. Есть ещё что-нибудь?

— Из разговоров я так понял, что сначала пропадали маленькие дети, но постепенно их возраст стал увеличиваться.

— И всё же это может и не иметь дело к гигантом, — как-то неуверенно проговорил Оруо.

— Даже если и не имеет, — покачала головой Перта. — То это всё равно усложнит нам дело. Мы чужаки, на нас и так смотрели бы с подозрением, а если пропадают дети, то будут вдвойне бдительны.

— Тут уж ничего не исправишь. Придётся действовать из того, что есть, — ответил Леви. — Второго шанса у нас не будет. Мы и эти документы с трудом получили.

— Раз мы уже всё решили, может поедим? — предложил Жан. — А то обед мы пропустили, уже и ужин будет скоро.

С этим трудно было не согласиться, и Перта встала, чтобы на кухню, которая также располагалась на первом этаже.

— Микаса, поможешь? — обратилась она к ней.

— Но я не очень-то хорошо умею готовить, — немного смущённо ответила Микаса. В детстве её учила мама, но потом она несколько лет слонялась от одного города к другому, где гораздо важнее был навык воровства. В школе Троста тоже больше уделяли внимание военной подготовке. Конечно, некоторых детей, особенно провинившихся отправляли на кухню. Но наказание Микасы было другим.

Она искосо взглянула на Леви.

— Пожалуй, из домашних дел я только в уборке и хороша.

Леви в ответ лишь слегка усмехнулся.

— Ладно, — на мгновение растерялась Петра, но тут же взяла себя в руки. — Ну тогда кухня за мной.

— Я помогу! — поднялся с дивана Жан.

— Эй, молокосос, то есть племянничек, постой, я с тобой, — бросился за ним Оруо.

И Микаса неожиданно для себя самой оказалась наедине с Леви.

До этого она была занята переездом в новый дом и поэтому просто не позволяла себе отвлекаться посторонними мыслями. Но сейчас… Может действительно надо было пойти с Петрой на кухню? Уж овощи она бы смогла почистить.

Как на зло Леви молчал. Лишь задумчиво смотрел в окно, которое как раз выходило в старый парк. Голые ветви, гнущиеся под порывами ветра лишь усиливали неуютное ощущение.

— Так почему ты выбрал этот дом? — спросила Микаса, чтобы нарушить нависшую давящую тишину. — Это ведь из-за парка?

— Этот дом стоит на старом священном месте. Здесь моя сила больше, — неожиданно ответил Леви. Его голос звучал ровно, казалось бы даже безразлично. Но создалось такое ощущение, что эта тишина давила и на него.

— Священная земля даёт силу демонам? — немного удивилась Микаса.

— Ты ведь совсем ничего не знаешь ни о нас, ни о древних религиях.

— Криста иногда рассказывала старые легенды, — возразила Микаса. Вот только она никогда по-настоящему не интересовалась ими. И как оказывается зря. — Те, которых одни считали демонами, для других были ангелами, да?

— Что-то вроде того, — кивнул Леви.

— Может тогда расскажешь?

— Нет, — Леви посмотрел прямо на неё.

— Да, я помню, чем позже я узнаю, тем лучше, — Микаса опустила голову, чтобы избежать этого пристального изучающего взгляда. Леви не должен знать то, о чём она на самом деле думает. Фарлан пообещал, что спасёт её брата, если она расторгнет сделку с Леви и умрёт. Вот только не сказал, как это сделать. Похоже это она должна выяснить сама. — Но неужели в этих старых легендах скрыто какая-то страшная информация?

— Конечно нет, — Леви, наконец-то отвёл от неё взгляд и казалось немного разочарованно выдохнул.

— Тогда почему не хочешь рассказать? — спросила Микаса, почувствовав облегчение.

— Может быть потом, — но это звучало так словно «никогда». — И раз уж мы не готовим, то уборка в доме за нами.

— Да-да, — преувеличенно устало сказала Микаса. — Это я тоже помню. Если пыль будет видно, то будет уже поздно.

Леви чуть заметно улыбнулся.

Интересно, а если она завоюет его доверие, то тогда он расскажет как расторгнуть с ним договор?


***


Армин не помнил, как ему удалось сбежать от тех людей. Он просто продолжал грести как сумасшедший. Мужчины, что напали на них некоторое время пытались преследовать их лодку, выкрикивая громкие ругательства, но потом всё же отстали.

Армин всего этого не заметил, он вообще практически ничего не видел. В его голове набатом били слова: «Вперёд! Быстрее! Быстрее!» Словно он вернулся в тот день, когда впервые увидел гигантов.

— Армин, уже можно остановиться, — сказала Анни.

Армин слышал её слова, но почему-то они не доходили до его сознания.

«Вперёд! Быстрее! Быстрее!»

— Армин, остановись уже!

«Вперёд! Быстрее! Быстрее!»

— Армин…

Неожиданно он почувствовал как Анни его обняла. И прижала к себе.

— Всё хорошо, теперь всё хорошо… — тихо прошептала Анни.

Армин замер, он всё ещё не пришел в себя, но набат в его голове замолчал.

А потом заплакал маленький Ривай.

Анни отодвинулась от него, а Армин выпустил вёсла. Анни тут же подхватила их.

— Теперь всё хорошо, — сказала она.

— Да, — ответил Армин, наклоняясь к Риваю, чтобы попытаться его успокоить. Но тут с удивлением обнаружил, что у него дрожат руки.

— Хоть какая-то польза от этого малого, — тем временем добавила Анни. — А то я думала, что он только есть нашу еду и способен.

Армин взглянул на Анни, но она сидела отвернувшись, словно хотела избежать его взгляда.

— Да, — тихо прошептал Армин. Его начала бить крупная дрожь и он внезапно поймал себя на мысли, что не против если бы Анни опять обняла его, чтобы успокоить. Но попросить её об этом он не мог. Вместо этого он притянул к себе Ривая и обнял, шепча:

— По крайней мере сейчас мы в безопасности, — казалось, что он говорит это своему младшему брату, но на самом деле скорее он шептал это себе. Можно подумать, что если он произнесёт это вслух, то это случится на самом деле. И всё же в глубине души Армин знал, что на в безопасности они никогда уже не будут.

— Я думаю, что нам всё-таки надо будет найти какое-нибудь пристанище, — произнёс Армин, спустя долгое время.

— Я уже говорила, что пока и так нормально, — недовольно пробурчала Анни. — И чем тебя река не устраивает?

— Зимой она замёрзнет.

— Я не думаю, что лёд на реке станет таким толстым, что выдержит гигантов.

— Гигантов, может, и не выдержит, но людей, да, — возразил Армин.

Анни ответила не сразу:

— В этом ты прав. Но пока у нас есть немного времени.

Армин понимал, почему она пытается так упорно держаться реки. Ему и самому было страшно после сегодняшнего случая встречаться с другими людьми. Но особого выбора он не видел. Вечно прятаться они не могли. И потом, он ещё верил, что где-то остались люди, которые примут их.


Разрушенное убежище

Армин и Анни ещё некоторое время плыли по реке. Но в конце концов путешествие на лодке окончательно вымотало их, не говоря уже о маленьком Ривае. Им постоянно приходилось грести против течения. И даже высаживаясь на берег они не могли расслабиться. Они опасались как людей, так и титанов. Хотя последние стали попадаться всё же реже. С одной стороны это успокаивало, но с другой добывать еду стало сложнее. Теперь во всяких деревеньках можно было запросто наткнуться на какого-нибудь разбойника. Поэтому Армин и Анни, оказавшись на берегу, оставляли лодку в стороне от домов. Порой им везло, но иногда приходилось быстро спасаться бегством.

В тот день они, заметив разрушенную деревню, решили попробовать найти там какой-нибудь еды. Поэтому, как всегда оставив лодку в стороне, они отправились к домам. Но они не успели сделать и пары шагов, когда Анни остановилась и указала дым, что видимо шёл от какого-то костра.

— Возвращаемся, — сказала она. — Странно, что мы дым раньше не увидели, может они только сейчас огонь разожгли?

Но Армин в ответ лишь устало покачал головой.

— Мы уже сутки почти ничего не ели… Давай проверим, что там за люди. Может мы сможем у них остаться.

Анни некоторое время смотреть на становящемся всё более густым дым, а потом всё же кивнула. Это путешествие уже настолько утомило её, что у неё просто не было сил спорить с Армином.

Поселение, к которому они вышли, было почти полностью разрушено, почти ни один дом не мог похвастаться целой крышей и стенами. Но тем не менее некоторым людям всё же удалось выжить. Возможно, в своё время они успели сбежать, а теперь вернулись. И сейчас собравшись вокруг костра небольшой деревенской площади жители деревни что-то хмуро обсуждали.

— У нас нет выбора, мы просто должны принять это, — пытался убедить в чём-то своих сельчан пожилой мужчина.

— Но староста, нас и так мало осталось, кого мы пошлём… — споривший не договорил, просто сплюнул на землю.

— Рене, ты хочешь, чтобы погибли мы все сразу? — неожиданно у старосты нашлась поддержка. — Так у нас хоть будет надежда выжить. Потом мы просто придумаем что-то!

— Что? Что ты придумаешь? — возразил Рене. И тут замолчал, услышав шум от полуразрушенного дома.

— Армин… — недовольно прошептала Анни.

— Извини, — ответил тот. Пытаясь расслышать, о чем спорили сельчане он потерял всякую бдительность.

— Теперь уж ничего не поделаешь, — сказала Анни и вышла из-за укрытия. — Здравствуйте.

Армин последовал за ней.

— Дети? — удивился Рене.

— Где ваши родители? — тем временем поинтересовался староста.

— Их нет, — ответила Анни, оглядываясь по сторонам.

— Тогда… — староста улыбнулся, но как-то нервно. — Если вам некуда податься, то можете остаться с нами.

— Но староста! — не согласился с ним Рене. — Скоро зима!

— Ты сам говорил, что у нас мало людей, — возразил староста.

— Да, — согласился кто-то. — Уж двоих детей мы прокормим зиму.

— А когда придёт весна вы ведь оплатите нам? — спросил староста улыбаясь.

Анни просто кивнула.

А Армин сказал:

— Только нас трое, а не двое. А ещё… можно узнать, как эта деревня называется?

— Утгард.


***


Несколько дней прошло вполне спокойно. Жану даже удалось найти работу. В Стохесе строили какое-то грандиозное правительственное здание и для этого набирали всех желающих. И теперь Жан звал к себе Оруо, но тот не соглашался, говоря, что эта работа не может им помочь с их делом, а потому он лучше поищет другую.

Микаса в их споры не встревала, хотя и считала, что Жан прав. В Стохесе все смотрели на них, как на пришельцев, от которых неведомо что было ждать. Напряжённая обстановка из-за пропажи детей ощущалась везде. Удивительно, что Жану вообще удалось найти хоть какую-то работу. Перта тоже пока молчала, но было видно, что она поддерживает Жана из-за чего Оруо злился ещё больше.

О чем думал Леви было не ясно. Иногда Микаса ловила его на том, что он как-то странно смотрит на старый парк. Однажды она попыталась туда пойти, но её остановил хозяин дома, сказав, что это не место, куда женщине стоит соваться одной. Иногда там прячется всякий сброд, которому до поры до времени удавалось ускользнуть от чистильщиков.

Микасе ничего не осталось, как вернуться в дом ни с чем. Это в Тросте она могла нарушать правила. Здесь же, если её поймают, простой уборкой в храме она не отделается.

И всё же, похоже, предчувствие её не обмануло.

— Не ходи больше в этот парк, — сказал ей вечером Леви, когда они поднялись в свою комнату. Он по своему обыкновению уселся в кресле у окна. Рядом с ним на небольшом столике горела масляная лампа. Она давала не так уж и много света, но сейчас и этого было достаточно.

— Я и не собираюсь, — ответила Микаса, заходя за ширму, где могла спокойно переодеться. — Хотя мне всё ещё интересно, что тебя в нём так привлекает. Я всё.

Леви тут же потушил лампу. И Микаса быстро пробежав по холодному полу, юркнула под одеяло, прижав ноги к грелке, что заранее положила на кровать. Прошло всего несколько дней, но это стало их своеобразным вечерним ритуалом.

— Там развалины церкви, вроде той, что ты видела в Тросте, — неожиданно ответил Леви. Микаса знала, что он так и будет всё ночь сидеть у окна, глядя в темноту, на голые деревья. — И лучше бы никого из нас рядом с ними не видели.

— Хорошо, — пробормотала, Микаса. Но про себя подумала, что если представится возможность, то обязательно стоит там побывать. Вскоре Микаса уже крепко спала.

Наверное, уже была середина ночи, когда она неожиданно проснулась. Леви всё также сидела окна, в которое светила полная луна. Леви почему-то казался бледным и очень усталым. Волна необъяснимого чувства накрыла Микасу.

— Разбудил? — обернулся он к ней.

— Нет, я так проснулась, — немного раздражённо ответила Микаса, закутываясь в одеяло и отворачиваясь от Леви. Что она только что почувствовала к нему? Жалость? Наверное, да. Но это совсем не хорошо. Ей нельзя привязываться к Леви. Никак нельзя.

Спустя несколько дней Оруо всё же согласился пойти на ту же работу, что и Жан, к нему решил присоединиться и Леви. В конце концов, если они так и дальше будут «бездельничать», то это тоже могло выглядеть подозрительно уже просто потому, что всем было известно, что если приезжие не найдут своего места в Стохесе, то их шанс стать следующей жертвой в день солнцестояния возрастал. И Микаса знала, что ей тоже надо постараться. Чем быстрее закончат они эту миссию, тем лучше. В Стохесе Микасе ни разу не видела Фарлана. Могло ли быть так, что он был привязан к Тросту? Тогда ей надо побыстрее вернуться туда. А пока возможно, стоит расспросить про древние земли, что дают силы демонам поподробнее. В последнее время Леви стал больше ей доверять, может и получится узнать это у него. Напрямую спрашивать про Фарлана Микаса не решалась.

С этими мыслями она вышла из дома. В газете она нашла несколько подходящих объявлений, касающихся работы, и сегодня решила проверить их.

Но отойдя немного от дома, Микаса заметила знакомое красное пальто. Дочь Джерда Люси шла в сторону парка в сопровождении незнакомца. Возможно Микаса и не обратила бы на это внимание, но ей вспомнился рассказ Жана о том, что тут пропадают дети, и что парк считается не самым безопасным местом. И Микаса решила немного последить за девочкой и незнакомцем. Ничего страшного, если её подозрения беспочвенны, так, по крайней мере, у неё будет чем оправдаться, если заметят, что она вошла в парк.

И всё же, чем дальше наблюдала Микаса, тем больше ей казалось, что она ошиблась. Девочка весело болтала с мужчиной, что держал её за руку, словно давно его знала. А если учесть, как Люси настороженно отнеслась к ним, когда впервые увидела, то скорее всего это мужчина или друг семьи или родственник.

И Микаса уже давно бы повернула назад, но мужчина всё глубже заводил девочку в парк, который действительно оказался заброшенным. Тропинка, по которой они шли, видимо, когда-то была вымощенной дорогой, но теперь она с двух сторон она поросла кустарником, ветви которого так и норовили зацепиться за одежду, а кое-где встречались поваленные деревья, что создавало удручающее впечатление. Это было совсем не то место, куда нормальный человек повел бы ребёнка.

Внезапно впереди показался просвет. Микаса даже подумала, что этот неприятный парк наконец закончился. Неужели мужчина просто вёл девочку по короткому пути?

Но Микаса, к своему удивлению, оказалась на краю поляны, а перед ней высилась старая церковь из серого камня. Она напоминала ту, из Троста. Только здесь она казалась намного более зловещей из-за своей заброшенности и выбитых окон, где впрочем кое-где ещё торчали острые осколки стекла. Того и гляди, что сейчас появиться жуткого вида призрак!

Микаса неуверенно сделала шаг вперёд. Церковь производила удручающее впечатление, но девушку больше беспокоило то, что она потеряла из вида мужчину с Люси. Микаса уже подумывала, а не обойти ли вокруг церкви, как внезапно раздался резко оборвавшийся крик ребёнка, доносящийся из здания.

Микаса бросилась внутрь. Как раз для того, чтобы увидеть, как мужчина склонившись связывает ребёнка. А рядом с ними стоят ещё двое незнакомцев в тёмном пальто и в шляпах с широкими краями, только у одного из них была серая шляпа, а у второго чёрная. Услышав шум, мужчины обернулись:

— А ведь я говорил, чтобы ты был аккуратнее, — сказал один из них.

Микаса остановилась, понимая, какую совершила ошибку. Не стоило вбегать сюда без подготовки. И тут же рванула в сторону, почувствовав опасность сзади. Как раз вовремя! Четвёртый мужчина, подкравшись, уже замахнулся большой палкой, видимо, собираясь ударить её. Но Микаса извернулась и нанесла удар в живот. Тот согнулся пополам. Микаса быстро повернулась к троим мужчинам и тут же замерла. Двое мужчин в шляпах держали в руках револьверы и целились в неё.

— Не рыпайся, — сказал тот, что был в чёрной шляпе, а потом обратился к всё ещё скрючившемуся мужчине. — Ты дурак, Дирк, она может быть полицейской или чистильщиком.

Микаса внутренне вся сжалась, словно пружина, что в любой момент могла распрямиться. Только надо дождаться подходящего момента.

— Простите, кажется, это я её сюда привёл, — опустил голову мужчина, что уже закончил связывать Люси.

— Просто заберём обоих, — сказал мужчина в серой шляпе. — Ухо…

Раздался выстрел. И мужчина уронил пистолет. Зато тот, что в чёрной шляпе успел выстрелить, прежде вторая пуля настигла его.

Микаса рванула в сторону, прячась за сломанную скамью. Оставшиеся трое мужчин так же поспешили спрятаться, но следующий выстрел уложил мужчину, которого ранее ударила Микаса.

Оставшиеся двое уже пришли в себя и открыли огонь в ответ.

Микаса была безоружна, а потому всё, что ей оставалось — это наблюдать.

Мест, где можно было спрятаться здесь, действительно было много: от сломанных скамей до другой какой-то мебели. Но казалось, что неизвестному, который спас Микасу от этих бандитов, это совершенно не мешало. Вскоре и двое оставшихся мужчин оказались повержены его пулями. Сначала Микаса медлила выходить, словно что-то внутри неё говорило, что опасность ещё не миновала. А затем в дверях храма появилась девушка, по виду даже девочка, в простом зелёном пальто и ружьём в руке.

— Эй ты, выходи! — крикнула она, явно обращаясь к Микасе. — Теперь уже безопасно.

Микаса осторожно выглянула из-за скамьи и в беспокойстве взглянула на Люси, что, несмотря на ужасный шум и звуки пальбы, ни разу не пошевелилась. Похоже она была без сознания или мертва.

— Что с ней? — девочка с ружьём тоже заметила это и заволновалась.

Микаса сделала шаг к Люси. И тут внезапно приподнялся человек в чёрной шляпе и выстрелил в Микасу.

Девушка в зелёном пальто сразу вскинула ружьё, но было поздно.

Микаса понимала, что увернуться уже не успеет, когда её сбил с ног мощный толчок.


Авель

Микаса упала, больно ударившись. Но всё это отошло на второй план, когда она поняла, что тем, кто толкнул её, был Леви. Микаса хотела было подняться, но Леви дал ей знак не двигаться. Он не смотрел на неё. Его взгляд был прикован к мужчине в чёрной шляпе, который успел подняться с пола и целился в них. Вернее в Леви, который заслонял её.

— Отпусти меня, — глухо произнёс мужчина, обращаясь к девушке с ружьём.

— Я не веду переговоров с преступниками, — ответила она, целясь в него.

— Ну да, вам же плевать, что станет с гражданскими, — усмехнулся мужчина. — А как насчёт сделки? Я знаю, твой отряд уже долго охотиться за нами. Убьешь меня и опять вернётесь к тому с чего начали.

Девушка недовольно цокнула языком, но было видно, что она задумалась.

— Положи револьвер. И тогда поговорим, — сказала она.

Сначала Микаса напряженно слушала их разговор, но сейчас она уже поняла, чем всё это завершаться, а потому внутренне с облегчением выдохнула. Теперь всё её внимание привлек Леви, который всё так же не смотрел на неё.

Выстрел того мужчины все же задел его, и теперь рукав пальто медленно пропитывался кровью. Микасу охватило беспокойство, хотя она и продолжала себе твердить, что всё хорошо. Леви — демон, разве может он пострадать от обычного выстрела? Наверняка его рана скоро заживёт? Но как бы она ни пыталась успокоить себя, ничего не помогало.

— Хорошо, — тем временем сдался мужчина в чёрной шляпе и, осторожно положив револьвер на пол, отпихнул его ногой. — Теперь я безоружен.

В улыбке мужчины, которую он послал девушки с ружьём, проскользнула что-то неприятное, словно даже в этой ситуации он имел власть над ней.

— Свяжите его, — обратилась она к Леви, всё ещё целясь в мужчину.

Леви кивнул и поднялся. Со стороны казалось, что он сделал это легко. Но Микаса заметила, что он на мгновение замешкался. Это совершенно не было похоже на того Леви, которого она знала.

Ей вдруг захотелось спросить его, в порядке ли он. Но сдержалась. В конце концов, глупо с её стороны так переживать о нём. Обычное оружие не могло причинить ему вреда.

Микаса быстро отвернулась. И тут заметила Люси, что всё также лежала на скамье. Микаса быстро подошла к ней и бегло осмотрела. Казалось, что девочка просто спала. Микаса попробовала её разбудить, но всё без толку.

— С ней же все будет хорошо? — спросила Микаса ни к кому конкретно не обращаясь.

— Она просто спит, — неожиданно ответил мужчина в черной шляпе. Казалось, что его совершенно не волновало то, что его связывали. Впрочем, мертвые товарищи его тоже не беспокоили. — Через пару часов проснется.

— Для чего вам вообще дети? — спросила Микаса.

Но на этот раз мужчина не ответил, лишь усмехнулся.

Леви же, закончив связывать, посмотрел на девушку с ружьём.

— Может уже опустишь своё оружие?

— Сначала объяснитесь, кто вы такие и что тут делаете? — потребовала она.

— Я Аккерман Ривай, а это моя жена Микаса, — спокойно ответил Леви. — Я сегодня немного раньше вернулся домой и увидел, что жена отправилась на прогулку в этот парк. От Джерда, у которого мы снимаем дом, я слышал что это место небезопасно. Поэтому я решил… пойти за Микасой.

Девушка с ружьём на это неопределённо хмыкнула. Видимо она решила, что он просто решил проследить за ней, подумав, что она с кем-то тут встречается.

Леви же, словно подтверждая её догадки, взглянул на Микасу:

— Так что ты тут делала?

— Просто увидела, как незнакомец уводит дочь Джерда Люси. И вы же знаете об этих слухах, — в голосе Микасы прозвучала нотка раздражения. — Поэтому я решила немного последить за ними.

— Почему ты просто не позвала на помощь? — спросил Леви.

— Да, гражданским это дело лучше оставить полиции, — согласилась с ним девушка с ружьём.

— Я и сама это уже поняла, — ответила Микаса. От того, что теперь не только Леви читал ей нотации, её раздражение только увеличивалось.

Чтобы скрыть это, Микаса отвернулась и принялась развязывать Люси.

— Думаю, не стоит оставлять её так, — сказала она.

Неожиданно рука Леви коснулась её волос, и он осторожно погладил её по голове.

— Тогда не делай так больше, — даже голос его звучал непривычно мягко.

Микаса напряглись, словно котёнок, которого впервые взяли на руки. Микаса понимала, что сейчас Леви на самом деле играет заботливого мужа на публику. Но справиться со своими чувствами все равно не могла.

— Этот узел не поддаётся, — она словно пыталась спрятаться за словами, но подняв глаза на Леви, увидела в каком удивлении он на неё смотрит.

Неужели понял, насколько её взволновали его действия? Это плохо. Её чувства — это слабость. А их она не должна показывать никому.

— Давай помогу, — на этот раз его голос звучал привычно безразлично, словно он давал ей шанс взять себя в руки.

— Кхм, — голос у девушки с ружьём отчего-то звучал недовольно. — Я надеюсь, что вы помните, что все ещё находитесь под подозрением.

— Ну, они видимо молодожены, что с них взять, — голос у мужчины звучал насмешливо. — Когда нибудь и ты…

Он не договорил, потому как девушка опять начала целиться в него.

Но насмешка в голосе мужчины позволила Микасе взять себя в руки. Да, она не должна показывать свои слабости. Ни перед Леви, ни тем более перед этим двумя.

— Будет лучше если вы пойдёте со мной добровольно в отделение полиции, — тем временем сказала девушка с ружьём.

— Люси надо бы вернуть родителям, — возразила Микаса.

— Не беспокойтесь, им обо всём сообщат.

— Хорошо, — согласился Леви, беря Люси на руки.

Сейчас, когда Леви не смотрел на неё, Микаса почувствовала себя лучше.

В участок они шли уже совсем не по тому пути, которому Микаса пришла. Это часть Стохеса была ей неизвестна. Шли они медленно и в основном из-за мужчины, что был связан. Микаса видела, что девушка пыталась показать себя уверенной и знающей, что делать, но на самом деле она очень боялась. И в конце концов она не выдержала и сказала:

— У вас обоих неплохая физическая подготовка, — она посмотрела на Микасу. — Я видела, как ты уложила одним ударом того преступника.

Микаса, поймав на себе взгляд Леви, который словно говорил, что ей следует быть осторожной, сказала:

— Тут нечем восхищаться. Мы ведь из Нидли, и, чтобы попасть в Стохес, нам пришлось проделать долгий путь. В дороге всякое может случиться. Поэтому Ривай научил меня нескольким приёмам, куда лучше всего бить, — Микаса внезапно обнаружила, что говорить о Леви, как о Ривае гораздо легче. Словно она рассказывала о совсем другом человеке.

— И всё же тебе стоило быть более осторожной, — тем временем недовольно сказал Леви. — Тебя могли убить.

Слышать такие слова было неприятно, но тем не менее Микаса знала, что он прав. Прежде чем так опрометчиво бросаться в эту церковь, стоило сначала проверить её.

— Я знаю, — тихо ответила она.

На мгновение повисла неловкая тишина. И видимо, чтобы её сгладить, девушка с ружьём обратилась к Леви:

— Тебя ведь Ривай зовут? А я Габи Браун, отряд специального назначения.

— Вот значит как, — сказал Леви. — Получается, слухи не врут, и в Стохесе действительно происходит что-то серьёзное.

— Возможно, мы зря приехали сюда, — добавила Микаса.

Они оба прекрасно знали, что такое отряд специального назначения. И, по мнению Микасы, они были ещё даже хуже чистильщиков. К тому же они в основном расследовали дела связанные с такими организациями как «Крылья свободы». И уже одно это было опасно.

— Ну не думаю, что в Стохесе есть что-то, что представляет реальную угрозу, — покачала головой Габи.

Уже оказавшись в полиции, Микаса пожалела, что решила проследить за девочкой. Люси, скорее всего, и так бы спасла Габи. А сейчас Микасу расспрашивали несколько часов о том, как она оказалась в этом парке, что случилось, откуда она вообще и зачем приехала в Стохес. Пожалуй, это был даже скорее допрос.

— Теперь за нами будут следить ещё более тщательно, — сказал Леви, когда их наконец-то отпустили.

Микаса не ответила. Что она могла сказать в своё оправдание? Что так вышло потому, что она пыталась найти способ расторгнуть договор с Леви? Или что она попыталась спасти Люси, подставив по угрозу всю операцию?

— Я не говорю, что ты поступила неправильно, — неожиданно добавил Леви.

Микаса покосилась на него. Почему-то сразу бросилась в глаза раненная рука. На самом деле доктор в полиции её осмотрел и сказал, что ничего страшного, и рана уже давно перестала кровоточить. Но это было очередным доказательством, что она опять обязана этому демону.

Микаса чувствовала, что она окончательно запуталась. Её чувства были похожи на клубок ниток, с которым поиграл котёнок. И теперь распутать их так, как было раньше, уже не возможно, только разрезать.

Вот только кто тот, кто забавляется с её жизнью? Демон Леви? Может призрак Фарлана? Или тот, кто спутал её сны с памятью Армина? Микаса знала, что сейчас ей не найти ответы на интересующие её вопросы. Но не задаваться ими не могла.

Она и не заметила, как она и Леви подошли к дому.

Было непривычно видеть, что там, несмотря ни на что, ничего не поменялось. Петра о чем-то спорила с Оруо. Впрочем, увидев, как они вошли, вернее Леви, на мгновение замерла, а потом спросила:

— Ты ранен?

— Просто царапина. Но… — он обвел взглядом присутствующих. — Где Жан?

— Я тут, — выглянул тот из кухни, вытирая руки полотенцем. — Что-то случилось?

— Обсудим в гостиной, — ответил Леви.<tab>Микаса уселась на свое привычное место, чувствуя себя неуютно. Она понимала, что все должны знать, о том, что произошло в парке. И в тоже время ей не хотелось признаваться в своих ошибках.


— Я сама всё расскажу, — сказала Микаса. Но раз ничего не изменить, то тогда уж пусть лучше они всё услышат от неё самой.

— Хорошо, — согласно кивнул Леви.

— Я увидела, что дочку хозяина уводит в парк незнакомый мужчина, и решила проследить за ним, — начала Микаса. — Возможно, мне не стоило туда идти, потому что я наткнулась на группу бандитов, за которыми уже следила полиция. Девочку нам удалось спасти, но теперь, кажется, за нами будут следить ещё тщательнее.

— Нам? — переспросил Жан.

— Я просто увидел, что Микаса направилась в парк, куда ей идти не следовало, и пошел за ней, спокойно объяснил Леви. — Но это ещё не всё.

Микаса взглянула на него. Неужели он хочет, чтобы она рассказала обо всем в подробностях. Но Леви тем временем продолжил:

— Думаю, вы все должны об этом знать. Особенно вы, Оруо и Петра. Та девочка, Габи Браун, что следила за бандитами, не просто из полиции, она из отряда особого назначения.

— Тот, который был создан, чтобы сражаться с демонами? — спросила Петра.

— Пф, — фыркнул Оруо. — А какой же ещё! Хотя им никогда не сравниться с нами.

— Так это она тебя ранила? — Петра не обратила на Оруо низкого внимания.

— У неё было ружьё способное убить демона, — покачал головой Леви, — но это не она. По какой-то причине бандиты, похищающие детей тоже были вооружены антидемоническим оружием. И это уже странно.

— Этот город вообще странный, — пробормотал Жан.

— Но с тобой точно всё будет в порядке? — тем временем спросила Петра Леви. Этот вопрос хотела задать и Микаса. Но как она могла выразить свое беспокойство о нём на глазах у всех?

— Я же сказал, что это просто царапина, — отмахнулся Леви.

— Но… — попыталась возразить Петра, но осеклась под пристальным взглядом Леви.

— Я же говорю, что их антидемоническое оружие ничто, — гордо выпятил грудь Оруо, словно это его самого ранили.

А Микаса лишь про себя облегчённо выдохнула. Хорошо, если это действительно так.

Но этим вечером Леви раньше обычного отправился в их комнату. Микаса может быть и не обратила бы на это внимания, но она видела обеспокоенный взгляд Петры, и даже Оруо, похоже, за бахвальными речами пытался скрыть свою тревогу. Лишь Жан вел себя как обычно. Но что он мог знать о демонах?

Из-за всего этого Микаса тоже не стала засиживаться. Но стоило только ей подняться на третий этаж и зайти в свою комнату, как она увидела Леви, что как всегда сидел в кресле у окна. Неужели она всё надумала? Ну, учитывая, сколько всего произошло в этот день, не удивительно.

Микаса быстро шагнула за ширму, чтобы переодеться ко сну.

— Я всё, — тихо сказала она, ожидая, что Леви как и всегда потушит лампу. Но к её удивлению, он даже не пошевелился.

— Леви? — выглянула она из-за ширмы, и чуть не отшатнулась от того пристального взгляда, который Леви бросил на неё.

— Сегодня мы немного всё поменяем, — неожиданно сказал он. — Этой ночью тебе придется потерпеть моё присутствие.

— Ты… Собираешь спать в кровати? — растерянно спросила она.- Но демонам ведь не нужен сон.

— А по чьей вине меня ранили? — усмехнулся он, но потом добавил уже серьезно. — Утром со мной всё будет в порядке. И не смотри на меня так, я не собираюсь ничего с тобой делать.

— Я и не смотрю, просто потуши уже свет, — разозлилась Микаса, хотя постаралась не подать виду.

Леви не ответил, просто потянулся к лампе.

Дождавшись, когда погаснет свет, Микаса быстро прошлась по холодному полу и залезла под одеяло. Обычно перед этим она клала в кровать грелку, но из-за всех сегодняшних событий она совершенно забыла об этом. Впрочем посетовать она не успела, потому что почувствовала, как кровать слегка прогнулась под весом чужого тела. Микаса напряглись. Сейчас ей стоит лишь протянуть руку, чтобы коснуться Леви. И это почему-то нервировало и будоражило, и в тоже время немного раздражало. Это ведь просто Леви, демон с которым она заключила сделку. И он, конечно, ничего подобного к ней не испытывает. Для него она скорее всего просто удобный инструмент, не более. А ещё он живое напоминание о том, как она сглупила, пытаясь спасти Эрена. И главное препятствие, чтобы вернуть брата к жизни ещё раз.

Микаса придумывала одну причину за другой, почему ей стоит быть равнодушной к Леви, но её чувства и не думали угасать, скорее наоборот. В конце концов, Микаса просто повернулась спиной к Леви. Чем быстрее она заснёт, тем лучше. А утром. . утром опять всё станет как раньше.

Микаса действительно вскоре задремала, когда из полусна её вырвал незнакомый голос:

— Приди ко мне! Приди ко мне! — мягко и настойчиво звал он.

Микаса села, удивлённо оглядываясь по сторонам, подспудно удивляясь, почему Леви всё ещё спит. Неужели голос ей просто приснился?

Нет. У окна стоял мужчина. Непонятно было, как он попал в комнату. Не мог же он незамеченным пробраться на третий этаж?

— Приди ко мне! — опять настойчиво позвал мужчина.

Его золотистые волосы и длинные светлые одежды в свете убывающей луны, казалось, просто сияли.

— Приди ко мне, — и даже голос завораживал.

Микаса помимо воли уже хотела соскользнуть с кровати, когда её за руку схватил Леви, удерживая.

— Не уходи, — тихо сказал он.

Это немного отрезвило Микасу, но полностью вырваться из сетей пленительного голоса, что продолжал звать её, она не могла.

— Приди ко мне!

Микаса на мгновение замерла, а потом попыталась вырвать руку. Леви не позволил, вместо этого он потянул её на себя. Микаса и сама не поняла, как оказалась в его объятиях.

Но туман из её головы полностью выветрился.

— Она моя, Авель, — отчётливо произнёс Леви.

— Ривай, ей никогда не стать твоим вторым крылом, — послышалось в ответ.

А затем всё стихло.

Объятия, удерживающие её, ослабили, и Микаса поняла, что ей надо бы отодвинуться, но делать этого ей совершенно не хотелось. А затем послышалось тихое:

— Спи.

И Микаса погрузилась в глубокий сон.


***


Уже несколько недель Армин, Анни и Ривай жили в наскоро отремонтированном доме старосты. Их ни в чем не ущемляли, и ели они тоже что и все. Казалось, что после своих скитаний они наконец смогли найти своё убежище. И всё-таки иногда Армина охватывали сомнения. Почему же местные так легко приняли их?

Хотя в тоже время Армин понимал, что выбора, как оставаться здесь, у него особо-то и нет. Анни, может, ещё и могла бы вернуться в свой родной город. Но его дом был слишком далеко. Ещё один Армин мог бы попытать счастья вернуться, но не с маленьким Риваем на руках. К тому же, а было ли вообще куда возвращаться? Армин не был уверен, что его страна уцелела в этом нашествии гигантов.

А потом начал падать снег. И хотя река ещё не замёрзла, стало ясно, что никуда они больше не отправляться.

Иногда Армин задумывался, а что же с ними будет дальше. Весной Анни наверное всё же уйдет. А он и Ривай… Может им лучше остаться в этой деревне? Место ничем не хуже любого другого.

И всё же…

Армин все чаще начал замечать странные взгляды, которые бросали на него и Анни селяне. Тут была и жалость и сомнение, чувство вины и уверенность. Словно селяне задумали против них что-то плохое, но необходимое. Вот только что? Ничего дельного на ум Армину не приходило, и ему только и оставалось, что теряться в догадках. Пока однажды одно событие не перевернуло всё вверх дном.

Армин как раз шел за дровами, когда навстречу к нему выбежала Анни.

— Уходим! — страшным шепотом произнесла она.

— Что? — удивлённо спросил Армин.

— Они собираются принести Ривая в жертву.

Армин непонимающе взглянул на неё. Что значит принести в жертву? Конечно, он слышал, что в некоторых диких землях туземцы приносили людей в жертву своим богам. Но ведь в цивилизованной стране такое невозможно! И всё же…

— Объясни все нормально, — внимательно посмотрел на нее Армин.

Анни оглянулась, словно боялась, что за ней могут следить.

— Я тут подслушала разговор женщин. Гиганты сказали, что больше не будут нападать на тех, кто будет приносить им жертвы каждое солнцестояние. Король согласился. А староста решил первым принести в жертву Ривая. Он чужак и из-за возраста помогать по хозяйству ещё не может. Нам надо уходить как можно быстрее! Сначала это будет Ривай, а потом и до нас доберутся.

Внутри Армина все похолодело. Поверить в слова Анни было трудно. Но это объясняло те странные взгляды, которые бросал на них староста.

— Мы не можем уйти без подготовки, — всё же покачал головой Армин. — Уже зима, и путешествие будет трудным.

— Но мы должны торопиться. Ближайшее солнцестояние через несколько дней. К тому же, если селяне поймут, что мы знаем о жертвоприношении, сбежать уже не получиться.

— Да, — согласился Армин. — Ты сможешь сегодня собрать всё необходимое?

Анни кивнула.

— Тогда жди меня на том месте, где мы оставили лодку. А я пойду за Риваем.

Сделав несколько шагов, Армин вдруг обернулся.

— Да, если я вдруг не вернусь, то беги одна.

Анни на мгновение замерла, а потом сказала:

— Хорошо. Так что тебе лучше прийти вовремя.

Армин не ответил, просто направился к дому старосты, размышляя под каким предлогом ему забрать Ривая у женщин.

— Что-то надо? — обернулась к Армину жена старосты.

— Можно, пока Ривай побудет со мной?

Жена старосты задумалась, словно колеблясь.

— А он не будет мешать тебе работать? — спросила она.

— Нет, конечно, — покачал головой Армин, а потом добавил: — Просто он единственный, кто остался от моей семьи после нападения гигантов. И мне хотелось бы проводить с ним больше времени.

Лицо жены старосты смягчилось, казалось что она вот-вот согласиться, надо только ещё немного нажать на неё.

— Не стоит, на улице холодно, а твой брат и так нездоров, — в дом вошёл сам староста.

Сердце Армина упало. А жена старосты посмотрела на него с сожалением.

— Чем быстрее ты закончишь со своей работой, тем больше времени сможешь побыть с братом, — попыталась утешить его она.

Армин машинально кивнул, лихорадочно пытаясь придумать, что же ему делать дальше. Раз уж здесь староста, то забрать Ривая не получится. Самым простым было просто выждать, но есть ли у него время для этого? Когда пропажу Ани обнаружат, то с них глаз не спустят. Бежать надо сейчас, но…

— Иди, работай, — немного нетерпеливо произнёс староста.

— Но… — попытался возразить Армин.

— Тебе уже сказали, что вечером сможешь с ним побыть, — отмахнулся староста и тут подозрительно прищурил глаза, словно ему в голову пришла какая-то неприятная мысль, он взглянул на Армина: — Или ты уже все знаешь?

Армин невольно сделал шаг назад, уже попутно понимая, что этим выдал себя.

— Вот значит как, — пробормотал староста.

— Я те яблоки для Ривая стащил, простите, — виновато опустил голову Армин, пытаясь оправдать свой испуг и надеясь, что это сработает. — Поэтому и хотел его забрать.

На лицах всех присутствующих отразилось облегчение. Всех, кроме старосты.

— Ясно, — сказал он. — Но лучше поберечься и запереть тебя на несколько дней. Хотя не хочется лишаться дополнительных рабочих рук.

— Я буду работать за двоих! — попытался уговорить его Армин.

— Просто смирись, — покачал головой староста. — После зимнего солнцестояния мы тебя выпустим.

В его последних словах явственно чувствовалась угроза.

Но Армин упрямо взглянул на него.


***


Армин взглянула на тёмное небо, усыпанное звёздами. Окно, в которое он смотрел, было забрано решёткой. Но сейчас, ночью, казалось, что этой преграды на пути к его свободе не существовало. Стоило лишь только передвинуть тот ящик к окну и… И он с братом запросто сможет убежать от того, что им предстоит завтра. И пусть тогда селяне выбирают новую жертву для гигантов.

Ривай беспокойно заметался во сне, сбрасывая с себя тот жалкий лоскут тряпки, который сейчас заменял им одеяло. Армин тут же поспешил его укрыть. Ночи сейчас холодные.

Да, наверное, теперь глупо пытаться спасти от простуды брата. Завтра им всё равно предстоит умереть.

Армин и не думал, что его решение заглянуть в Утгард, так обернётся. Селяне были добры к ним и всегда помогали всем, чем могли. И он был им за это благодарна. Хотя ему стоило догадаться, что они не станут делать это просто так. Этот мир слишком жесток к слабым.

— Идиот… — пошептал Армин, отворачиваясь от окна. Слишком близко желанная свобода и слишком недосягаема. — Дурак.

Все его жалкие попытки спасти Ривая привели лишь к тому, что они оба оказались заперты здесь. Будь он на свободе, возможно, смог бы спасти брата.

А сейчас всё, что ему оставалось, это верить в чудо. Вот только, похоже, что светлые силы от них отвернулись и уже давно. А тёмные? Зачем им нужны двое детей?

И у кого тогда попросить помощи?

Армин достал из кармана деревянную пластинку, на которой были изображены два крыла — чёрное и белое. Он вырезал их ещё когда папа с мамой были живы. Ещё до нападения гигантов. Крылья ангелов.

Да, хотелось бы, чтобы у него и брата были крылья, чтобы улететь туда, где нет тех, кто отдаёт детей на съедение гигантам. Но это невозможно. Они не в сказке, а чудес не существует. И эти крылья просто вырезаны на деревяшке и раскрашены. На таких не улетишь.


И всё же Армин бережно прижал крылья к себе. Если бы он только мог стать крыльями…

— Благая весть снизошла на тебя. Я услышал твоё желание, — внезапно раздался голос звучащий словно музыка. — Я подарю свободу тебе и брату, а взамен ты станешь моими крыльями.

Армин широко распахнул глаза.

Договор благословления и несчастья

Армин сразу понял, кто предстал перед ним. Ангел. Его светлые одежды развевались, хотя ветра не было, а глаза были подобны шторму. Когда ангел отвечает на твою молитву, это величайшее благословение и удача и, как утверждают некоторые, величайшее несчастье. Не смея не произнести ни слова, Армин упал на колени.

— В награду за то, что ты станешь моими крыльями, я исполню твоё желание, — тем временем продолжил ангел. — Чего ты хочешь? Власти? Богатства? Славы?

— Я лишь хочу спасти своего брата Ривая, — тут же спохватился Армин. И путь ангел уже сказал, что подарит свободу ему и брату, лучше было подстраховаться.

— Хорошо, — согласился ангел. — Это будет исполнено.

— А что я должен делать? — спросил Армин. — Как я смогу стать твоими крыльями?

— Для начала найти моё второе крыло, — ответил ангел.

— Но как я его узнаю?

— Ты её уже знаешь, совсем недавно она была рядом с тобой.

— Анни… — еле слышно прошептал Армин. Он слышал, что крылья тянет друг другу, так это правда. А потом Армин уверенно сказал: — Хорошо, я найду её.

— Мы заключили сделку, моё крыло, — сказал ангел, касаясь рукой его головы.

На мгновение Армин потерял связь с реальностью, словно его погрузили в безмерный океан. Он слышал лишь плеск волн и шуршание песка. Мгновение и вечность смешались, затягивая в безмерную пучину.

И в это мгновение дверь сарая, где держали Армина и Ривая, скрипнула и отворилась. Ангел мгновенно исчез. А Армину показалось, словно он только что очнулся от очень долгого сна.

В сарай зашёл Рене. Окинув взглядом детей, он замялся на мгновение, а потом сказал:

— Уходите! Быстрее!

Армин растерялся:

— Но почему? — только и смог спросить он.

Почему он их отпускает? Это деяние ангела? Или Рене пришёл, даже если бы Армин не заключил договор?

— Какая вам разница? — нетерпеливо сказал Рене. — Просто бегите отсюда! Или хотите стать жертвой для гигантов?

Рене был прав. Ещё будет время задаться этими вопросами, а сейчас главное побыстрее убраться отсюда. Армин тотчас же принялся будить Ривая.


***


На этот раз Армину и Риваю повезло, благодаря Рене им удалось незамеченными выбраться из деревни. Армин тотчас же бросился к месту, где они оставили лодку. Конечно, Анни там не оказалось. Впрочем Армин и не надеялся там её найти. Было бы странно, если бы она стала дожидаться его здесь, хотя бы уже потому, что тогда её быстро отыскали бы селяне. Армин просто хотел посмотреть, не оставила ли она каких подсказок, куда отправилась.

Но это место выглядело так же как и всегда, даже лодка была на своём месте. Сейчас отправиться в путешествие по реке было невозможно. А значит Анни пошла пешком. Вот только куда?

Ривай дёрнул Армина за рукам и немного капризным тоном сказал:

— Братик, я спать хочу.

— Да, — бездумно ответил Армин, погладив его по голове. — Вот только мы ещё немного погуляем, и тогда сможем лечь спать.

Для начала стоило проверить родной город Анни, тем более, что если просто идти вверх по реке, рано или поздно они к нему выйдут.


И всё же это будет очень трудный путь.


***


Когда Микаса проснулась, Леви уже не было рядом. Словно всё, что произошло этой ночью, было лишь сном.

— Нет уж, — прошептала Микаса, поднимаясь с кровати и быстро одеваясь.

Её сны про Армина из далёкого прошлого, но который так похож друга её детства, Анни, которая оказалась крылом ангела Авеля и Анни, что была похищена из школы Троста, Фарлан, отец Армина, который призраком бродит возле церкви и который утверждает, что может вернуть к жизни её брата, ангел, что звал её и который назвал Леви Риваем и в конце концов сам договор с Леви, который позволил спасти брата на пять лет, но который спутал все её воспоминания.

Когда её жизнь стала настолько запутанной? Микаса замерла перечисляя всё, что с ней произошло.

Да, в тот день, когда Шинганшина пала, и когда в её руках оказались крылья легиона, вырезанные Армином, тогда всё началось. А значит во всём виноват договор с Леви.

Микаса быстро спустилась по лестнице и тут наткнулась на Леви, который, кажется, собирался куда-то уйти. Сегодня он выглядел так же как и всегда, словно вчера его и не беспокоило ранение. И всё же…

— Ты в порядке? — помимо воли вырвалось у Микасы.

— Да, — ответил Леви.- Я ухожу, и поэтому ты…

— Постой, — внезапно остановила его Микаса. — Я хочу поговорить. У меня к тебе накопилось множество вопросов.

— Это подождёт, — возразил Леви.

— Опять собираешься уйти от ответа? — возмутилась Микаса. — Тогда не удивляйся, если я попытаюсь найти их самостоятельно!

— Не думай, что я знаю ответы на все твои вопросы, — сказал Леви и повернулся к выходу, и всё уже у двери он обернулся к ней и сказал: — Не выходи сегодня никуда. Когда я вернусь, мы сможем поговорить.

Микаса некоторое время растерянно смотрела ему вслед. И как ему удалось вывести её из себя практически на пустом месте и почти мгновенно успокоить? А затем, встряхнув волосами, она повернулась и направилась на кухню. Что толку думать сейчас об этом?

Но как оказалось, Жан и Оруо тоже уже ушли.

— Куда все подевались? — удивлённо спросила Микаса у Перты, что как раз мыла посуду.

— Просто ты сегодня на удивление долго спала, — пояснила та. — Жан ушёл на работу. И мне удалось Оруо отправиться с ним. А Леви вызвали в полицию.

— Так рано? Неужели это из-за того, что я попалась в церкви? — заволновалась Микаса.

— Этого я не знаю, — ответила Петра, но увидев, как помрачнела Микаса, добавила: — Возможно, что и нет. О тебе же не спрашивали. И не стоит забывать, это же Леви, что с ним может случится?

Действительно, что? Например, какой-нибудь бандит с антидемоническим пистолетом? Или Габи со своим ружьём? Вот только… с каких пор она так сильно волнуется о Леви? Ведь даже ангел, что явился сегодня ночью, сказал, что они не могут быть вместе. Всё, что удерживает их рядом, это договор.


***


Леви вернулся после полудня. Петра к тому времени уже ушла. И как-то так получилось, что они остались вдвоём во всём доме.

Увидев, что Микаса торопливо вышла ему навстречу, Леви сказал:

— Только не говори мне, что тебе так не терпится засыпать меня своими вопросами.

— Я… — Микаса запнулась, но потом всё же продолжила: — Петра сказал, что тебя вызвали в полицию.

— Да, этим засранцам захотелось ещё раз проверить мои показания. Это всё что ты хотела узнать?

— Нет, — поспешно ответила Микаса, боясь, что он опять попытается уйти от ответов.

— Тогда пойдём в гостиную.

Микаса уселась на своё привычное место за столом, но спрашивать не торопилась, лишь дождавшись, когда Леви нальёт себе чаю, она наконец заговорила:

— Я хочу спросить об Армине.

— Почему у меня? Он ведь твой друг, а не мой.

— И твой брат? А Фарлан Чёрчь — отец? — эти вопросы давно мучили Микасу. Она находила и подтверждения и опровержения этим утверждениям. И это запутывало ещё больше.

Леви внимательно взглянул на неё, но всё же ответил:

— Да, Армин мой брат, а Фарлан отец.

— Но как это возможно? Как может Армин, которого я знаю с детства, который рос у меня на глазах, быть тем самым мальчиком из моих снов, что жил в то время, когда гиганты только появились? — разом вывалила все свои сомнения Микаса.

— Ты, наверное, уже видела, что он заключил договор со своим ангелом. Он такой же демон как и я, но из-за того что заключит свой договор ещё в детстве, может менять свой возраст по желанию.

— А ты нет?

— А я нет.

— А тот договор, что ты заключил со мной? — удивлённая, что сегодня Леви отвечает охотно, Микаса решилась задать свой самый главный вопрос.

— О нём я тебе не расскажу, — вдруг заявил Леви. Хотя вот это как раз было привычным.

— Почему?

— Потому что я не позволю тебе умереть.

Заявление Леви было настолько неожиданным для Микасы, что на несколько мгновений она просто замерла, не зная, что на это сказать. Конечно, проще было просто спросить, почему он хочет, чтобы она жила. Но… Микаса боялась услышать ответ. Что если это просто связано с договором? А поэтому она просто решила сменить тему:

— Тот Ангел, что явился сегодня, это ведь был Авель? Я видела его во сне. Это с ним заключил Армин договор? А ещё он сказал, что Анни его второе крыло, так почему он звал меня?

— Анни выпала из цикла, она больше не может стать крылом. Теперь вторым крылом Авеля являешься ты. Хотя это не имеет значения пока Авель не сможет расторгнуть наш договор.

Значит Авель может это сделать…

— Почему ты решил всё-таки ответить на мои вопросы? — в конце концов ей это тоже было интересно.

— Потому что ты уже слишком близко подошла к ответам. Хотя я бы предпочёл, чтобы ты и дальне ни о чём не знала.

— Почему?

— Ты других слов не знаешь, да? — Леви на мгновение замолчал, глядя на парк, словно там находилось что-то удивительно притягательное для него, но потом всё же ответил: — Я ведь уже говорил, что просто не хочу, чтобы ты умерла. И не думай, что я не знаю о том, что тебе пообещал Фарлан.

Микаса вздрогнула и опустила голову.

— А меня пока больше нет вопросов, — тихо произнесла она.

Конечно, она ещё о многом хотела спросить его. Но если Леви знает, что она хочет расторгнуть с ним договор, то, что ей теперь делать?

Выбор в преддверии перемен

Микаса чувствовала, что в последнее время отношения между ней и Леви стали куда более напряжёнными. Конечно, их и раньше трудно было назвать доброжелательными. И нет, они не ссорились. Но после последнего разговора, когда Леви рассказал об ангелах, между ними повисло какое-то напряжение. и виной, конечно, были брошенные Леви слова о том, что он знает о предложении Фарлана. Из-за этого теперь Микаса не знала, как с ним вести себя. Так как и всегда, словно ничего и не произошло? Но это сложно. Попытаться убедить Леви, что брат теперь для неё вовсе не так важен как раньше? Переключить его внимание на другое? Но на что?

Микасу постоянно терзали подобные мысли.

Иногда она думала о том, что неплохо было бы, если бы Авель опять появился. И даже первые несколько дней ждала его, но тот больше не показывался. А ведь, если Фарлан может вернуть Эрена к жизни, то и Авель тоже? Что если она сможет заключить сделку с ангелом? Она совсем не против стать крылом ангела, если это спасёт брата. Но, видимо, из-за сделки с Леви это невозможно.

Если бы он тогда её не остановил, когда Авель звал!

Микаса вдруг смущённо уткнулась в подушку, вспомнив, как тогда оказалась в его объятьях.

— Ты сегодня на удивление беспокойно засыпаешь, — послышался голос Леви, который теперь, как и раньше, оставался ночью в кресле у окна.

— Не спится, — тихо пробормотала Микаса и подумала, что хорошо, что сейчас темно и не видно, как она покраснела. Но потом вспомнила, что Леви как-то упоминал, что и в темноте хорошо видит, и накрылась одеялом с головой. — И с окна дует.

— Да?

Её это послышалось, или голос Леви прозвучал как-то заинтересованно?

— Армин… где он сейчас? — попыталась перевести разговор на другую тему Микаса.

— Тебе не нужно этого знать, — теперь голос Леви звучал холодно.

Да, конечно же он не хочет говорить об этом. Как и не скажет, как расторгнуть разговор. Она могла бы спросить об этом у какого-нибудь другого демона. Но у какого? Она попробовала расспросить Оруо и Петру, но бесполезно. Возможно Леви запретил им об этом говорить с ней. А Жан знал не больше, чем она сама.

— Ты специально отправился на это задание, подальше ото всех и от Армина? Чтобы я не смогла ничего узнать?

— Почти угадала, — просто ответил Леви. — Понять, что происходит в Стохесе тоже важно.

Но ведь всё равно у неё осталась ещё одна возможность.

— У меня ещё есть воспоминания Армина. Ты не можешь помешать мне узнать всё через них, — упрямо произнесла Микаса.

— Я знаю, на это Авель и рассчитывает, — казалось, то голос у Леви звучит по привычному равнодушно. — Но я всё равно сделаю всё возможное, чтобы помешать тебе.

— Почему? Если ты не хочешь, чтобы я умерла, то почему бы просто не позволить мне стать крылом ангела?

— Если ты хочешь спасти Эрена, то я Армина.

Микаса выглянул из-под одеяла и взглянула на Леви. Сейчас она жалела, что здесь темно. Она хотела бы знать, какое выражение у него лица.

— Я понимаю, — почти беззвучно прошептала она. На мгновение ей показалось, что он стал намного ближе к ней.

***

А следующим утром, когда они готовились к завтраку в дверь неожиданно постучали.

— Тц, и кого это нелёгкая принесла, — скорчил недовольное лицо Оруо.

— Я открою, — проигнорировала его Петра.

Но когда в гостиную вошла Габи, Микаса и сама готова была недовольно цыкнуть. Эта девочка ей не нравилась, и почему в последнее время она повадилась заходить к ним в гости?

— Заходи, — тем временем улыбнулась Петра Габи. — Может позавтракаешь с нами?

— Нет, я спешу, я только на минутку забежала — покачала головой Габи и направилась прямо к Леви, протягивая ему конверт. — Вот, Ривай, как и обещала.

— Что это? — заинтересованно спросил Жан, — когда Габи ушла.

— Я собираюсь вступить в отряд чистильщиков, — ответил Леви, распечатывая письмо и читая его.

— Что?! — удивлённо воскликнула Микаса.

— Туда не берут приезжих, — Петра, как и остальные, тоже были удивлены.

— С рекомендательным письмом от особого отряда это возможно, — спокойно пояснил Леви, а потом взглянул на Микасу. — Тебе тоже стоит вступить туда.

— Нет, — сразу же отвергла она его предложение. Слишком много неприятных воспоминаний у неё связано с чистильщиками.

— Чем скорее мы закончим с этим заданием, тем быстрее вернёмся в Трост, — Леви продолжал смотреть на неё. — Ты ведь этого хочешь?

Он что, предлагает ей компромисс? Но конечно же, ради Эрена она не то, что в чистильщики, даже особый отряд подастся.

— Кстати, — вмешался в разговор Жан. — Мне тоже есть что сказать. То правительственное здание, которое мы строим, оно странное. Оно больше похоже на тюрьму.

— Может это для того, чтобы содержать тех, кого собираются принести в жертву? — предложила Петра.

— Камер для этого слишком много, — возразил Оруо.

— Хорошо, тогда нам надо узнать больше об этом здании, — согласился Леви., а потом опять взглянул на Микасу. — Так что? Я не буду тебя заставлять. Это решение зависит полностью от тебя.

— Для меня есть только один выбор, — ответила она.


***


Его прошлое путешествие на лодке по реке не шло ни в какое сравнение с тем, ему приходилось переживать сейчас. Армин, конечно же заранее знал, что этот путь будет нелёгким, и Рене дал им дорогу еды и тёплую одежду. Но всё же по-настоящему Армин не мог представить с чем ему и Риваю придётся столкнуться. Теперь Армин боялся обращаться за помощью к другим людям. Пусть до следующего солнцестояния было далеко, но что людям мешало запереть их на несколько месяцев? А второго такого Рене они могли и не встретить. Ещё Армин стал недолюбливать собак, которые могли выдать его местоположение. И теперь он считал за счастье если ему и Риваю удавалось укрыться на ночь в каком-нибудь сарае или украсть у кого-нибудь еду. Ривай тоже из весёлого, а порой капризного карапуза превратился в тощего угрюмого ребёнка, который уже усвоил, что лишний раз лучше не шуметь.

Их спасло в этом путешествии только то, что несмотря на то, что хотя многие люди и вернулись в свои прежние жилища, но всё же некоторые дома, а порой целые поселения продолжали пустовать.

Армин старался не думать, что будет, когда он доберётся до родного города Анни. И поэтому, когда они оказались у первого достаточно крупного поселения, Армин на мгновение опешил. Он внезапно осознал, что не может припомнить, действительно ли это тот город, в котором жила Анни. Видел ли он ещё одно подобное поселение, когда удирал от гигантов на лодке? Если бы он тогда был более внимательным!

Армин встряхнул головой. Что толку сейчас сокрушаться? Армин знал, что чтобы узнать действительно ли этот город Анни, придётся войти внутрь. Но это опасно. В таком крупном поселении точно есть люди.

Армин огляделся и, заметив неподалёку сарай, повёл Ривая внутрь и, усадив того на копну сена, дал ему половину лепешки.

— Вот поешь и подожди, пока я не вернусь.

— Нет, — вдруг Ривай попытался его удержать. — Ты уйдёшь как папа с мамой?

— Я обязательно вернусь, — попытался успокоить его Армин, погладив по голове.

— Правда-правда?

— Правда-правда, — Армин улыбнулся, но получилось как-то криво.

Действительно, что ему сейчас делать? Он не мог взять Ривая с собой в город. Это слишком опасно. Но с другой стороны, если с ним самим что-то случиться, то что будет с Риваем, который продолжит его ждать здесь. Возможно его найдут люди и… принесут в жертву гигантам?

И тогда что ему делать?

Явление ангела

Как все более или менее крупные городки, этот тоже был обнесён стеной. И ворота у него тоже были. Но после нападения гигантов появилось слишком много прорех, заделать которые пока не успели. Так что проникнуть в город в тайне не было так уж и трудно. Для начала Армин просто решил разведать окрестности, а потому всё же рискнул и оставил Ривая в том сарае. Для того, чтобы выяснить это ли родной город Анни много времени не понадобиться. Армин хорошо помнил тот постоялый двор, в котором остановилась его семья перед нападением. Дом Анни должен был быть неподалёку.

Армин осторожно крался по тёмным улицам. Благодаря снегу и луне он мог видеть, куда идёт. Порой сквозь закрытые ставни просачивался тёплый свет огня, и тогда остальные полуразрушенные дома казались Армину заброшенным могилами. Словно он брёл по огромному кладбищу.

Что-то хрустнуло под ногами Амина. Старая вывеска, возможно какого-нибудь питейного заведения. Армин огляделся. Кажется, улица, на которой он оказался, была шире остальных. А значит здесь надо быть более внимательным. Постоялый двор, где тогда остановилась его семья, был как раз на главной улице города.

Теперь Армин вглядывался в каждый дом, пока не замер. Ему показалось, что он увидел знакомые очертания. Это здание точно было когда-то постоялым двором. И хотя вывески нет, но… Вот и стойла для лошадей, точно там, где помнил Армин. Ему даже на мгновение показалось, что видит отца, пытающего запрячь лошадь и торопящую его маму. А потом появился гигант…

Армин отвернулся, словно это могло прогнать болезненные воспоминания. Но…

Да! Именно в ту сторону побежал отец, когда понял, что не успеет запрячь лошадь!

Армин направился вперёд, словно по следам призрака своего отца. Тогда он бежал спасая свою жизнь, а сейчас брёл не спеша, но сердце колотилось так же сильно. Иногда Армин останавливался пытаясь припомнить, куда идти дальше, но потом опять шёл вперёд, словно подгоняемый неведомым чувством.

Очень скоро Армин вышел к берегу реки. Именно здесь он видел папу в последний раз. Сейчас река была полностью покрыта льдом, но не узнать это место он не мог.

И на этот раз на берегу его ждала знакомая фигура.

— Анни! — радостно улыбнулся Армин. — Наконец-то я тебя нашёл.

— Да, — хмуро взглянула она на него, словно знала, для чего он её искал. Хотя она не могла, если только не видела, как он заключил сделку с ангелом. Но ведь она сбежала раньше?

На мгновение повисла неловкая пауза, а потом Анни спросила:

— И что теперь?

— Ничего, — ответил Армин, но потом всё же решился и спросил: — Ты ведь сразу сбежала, как мы и договаривались?

— Конечно, не думаешь же ты, что я отправилась тебя спасать? — усмехнулась Анни.

— Это хорошо, — успокоился Армин. — Знаешь, я оставил Ривая одного, и мне пора бы вернуться. Я волнуюсь, как бы ничего не случилось.

— Я… покажу тебе короткий путь, — предложила Анни.

Армин радостно кивнул, возвращаться тем же путём, что он пришёл сюда, было бы слишком долго.

Они больше не разговаривали, и хотя Армину о многом хотелось расспросить Анни, он чувствовал свою вину из-за сделки, что ему пришлось заключить с ангелом. Анни ведь скорее всего не захочет становиться вторым крылом. Но рассказать ей обо всем он так и не решился, а потом они подошли к тому самому сараю, где Армин оставил Ривая. Казалось бы подходящий момент был упущен. Но не мог же он вечно скрывать от Анни то, что он заключил сделку с ангелом. Рано или поздно придётся ей рассказать. И на самом деле, чем раньше он это сделает, тем лучше. Вот только сначала надо забрать Ривая.

Армин распахнул дверь и тут же испуганно огляделся. Сарай был пуст. Неужели Ривай где-то спрятался?

— Ривай? — испуганно позвал Армин.

Тишина.

Армин обернулся к Анни, но сказать ничего не успел. Сарай внезапно залил свет яркий тёплый свет, преображая пространство, словно внезапно они оказались в храме. А потом перед Армином и Анни предстал ангел.

— Теперь мои оба крыла вместе.


***


Микаса испуганно вскочила с кровати, её сердце бешено колотилось, словно ей только что приснился кошмар. Нет это всего лишь воспоминания Армина. Но если Анни тогда не стала крылом ангела, то что тогда произошло? Микаса покачала головой. Что толку сейчас думать об этом? Воспоминания Армина приходят к ней не в зависимости от её желания. Хотя в последнее время это происходит всё чаще, словно кому-то надоело ждать.

Микаса огляделась, Леви уже не было. Теперь он стал чистильщиком и рано уходил. Микаса недовольно поморщилась.

Она что-то в последнее время стала долго спать. А ведь она уже согласилась стать чистильщиком, и скоро ей надо будет просыпаться в тоже время, что и Леви. И лучше заранее привыкнуть вставать рано. Впрочем, она каждый день это себе говорит, но в итоге всё равно просыпается поздно. Кажется, за последние дни она слишком расслабилась.

Микаса быстро оделась и, спустившись вниз, заглянула на кухню. Никого, даже Петра уже ушла. Что ж, пожалуй, это даже к лучшему.

Микаса, наскоро позавтракав, вышла из дома. Сегодня последний день когда она может это сделать, и лучше ей вернуться до того, как кто-нибудь вернётся.

Не хотелось бы, чтобы её поймали на том, как она опять посещает этот парк. Особенно после того, как на неё напали бандиты. Рискованно, конечно, опять туда соваться, но должна же быть причина, почему этот парк так привлекает Леви. Микаса, конечно, уже была там, но ведь из-за всех событий могла и пропустить что-нибудь.

И Микаса отправилась в парк. Она вновь шла по почти заросшей тропинке, что вела на полянку, где стояла церковь. Для начала Микаса решила посетить тот старый полуразрушенный храм. Что-то подсказывало ей, что если Фарлан привязан к Тросту, то скорее всего это из-за той церкви, что была на территории школы. Но тогда что насчёт Стохеса?

Церковь была точно такой, какой и запомнила Микаса. Выбитые окна, с торчащими осколками стёкол, создавали ощущение заброшенности. Но всё же, Микаса вдруг поняла, что серый камень, из которого был построен сам храм, несли в себе ауру надёжности. Словно здание вполне вполне могло простоять ни один век. Но, конечно же, этого было мало, чтобы понять, почему этот парк так привлекает Леви.

Поняв, что снаружи она ничего нового не узнает, Микаса вошла внутрь. Здесь тоже ничего не поменялось, всё тот же хаос из разбитой мебели. Разве что сейчас в церкви было совершено пусто. Хотя нет, на одной из уцелевших скамей спиной ко входу сидел человек. На нём было серое пальто, очень похожее на то, что носили бандиты, похитившие Люси.

А вот это уже было опасно! И лучше бы убраться отсюда поскорее, пока её не заметили.

Но всё же Микаса направилась к этому человеку. Осколки захрустели под её ногами. Человек не мог не услышать её, но он так и не обернулся. Просто сидел, глядя туда, где когда-то был алтарь, теперь уже разрушенный, как и всё здесь.

Микаса обошла мужчину по кругу и встала перед ним.

Человек улыбнулся ей. Нет, не человек.

— Ангел, — выдохнула Микаса. Пусть он сейчас и казался обычным, и церковь не заливали потоки света, как было в последнем сне про Армина, но у человека просто не могло быть такого взгляда.

— Иеремия, — ангел продолжил мягко улыбаться. — Я ангел с которым Ривай заключил сделку. И это моя церковь. Ты ведь это хотела узнать?

— Да, — поражённо ответила Микаса. Она и не думала, что так просто получит ответ на свой вопрос. Но теперь многое встало на свои места, даже то, почему Леви постоянно смотрел на этот парк.

— Что же ты ещё хочешь узнать, человеческое дитя, которого так желает мой брат Авель?

Может это шанс получить ответ на давно мучающий её вопрос?

— Как мне расторгнуть договор с Леви? — спросила она отчего-то чувствуя, что этот вопрос ей нельзя было задавать.

— Самый простой способ… — Иеремия взглянул на неё. И хотя его взгляд по прежнему лучился мягкостью, казалось, что он выворачивал её душу наизнанку. — Это убить Ривая, конечно. Или умереть самой, хотя тогда ты не сможешь спасти своего брата. Ведь договор с Фарланом ты сможешь заключить только тогда, когда расторгнешь его с Риваем.

Микаса отшатнулась. Сейчас она хотела бы сбежать, но взгляд ангела не отпускал. Но потом всё же Иеремия закрыл глаза. И Микаса бросилась наутёк, преследуемая мягкий голосом ангела:

— Так как ты поступишь, человеческое дитя?

Встреча с неизбежным

Микаса и сама не заметила, как выбралась из парка. И пришла в себя только когда уже стояла перед домом. А потом целый день не могла успокоиться, ей всё казалось, что она слышит за спиной тихий голос ангела. Странное поведение Микасы не укрылось от окружающих.

— Неужели так волнуешься, что завтра ты вступишь в ряды чистильщиков, — спросила Петра после ужина.

— Не беспокойся, в конце концов там уже есть Леви, — попытался успокоить её Жан.

— Я и не волнуюсь, — немного нервно передёрнула плечами Микаса.

— Тогда что с тобой? — не унимался Жан. Кажется так просто он от неё не отстанет. И хотя его беспокойство о ней было искреннем, сейчас Микаса предпочла бы чтобы на неё меньше обращали внимания.

— Нечего, просто… — Микаса замолчала. Не могла же она сказать, что виделась и Иеремией! И тут ей на ум кое что пришло: — Просто для меня слишком странно даже просто думать о том, что я стану чистильщиком. В детстве я ничего хорошего от них не видела. Скорее тогда для меня главным правилом было держаться от них подальше. А теперь мне надо будет отправиться в самое сердце этого ада. И, возможно, мне придется ловить таких же детей, какой я была раньше…

— Ну ведь это же ради дела, можно сказать что не по-настоящему, — примирительно сказал Жан.

— И как тогда это будет выглядеть? — недовольно фыркнула Микаса. — Если я не стану настоящим чистильщиком, то просто вызову ненужное подозрение.

— Да, с этим не поспоришь, — немного смущённо произнёс Жан и, не зная, что ещё сказать, замолчал.

— Я спать, завтра будет трудный день, — встала со своего места Микаса, хотя она понимала, что с её стороны это просто побег от дальнейших вопросов.

Но уже поднимаясь по лестнице Микаса поняла, что Леви следует за ней. На самом деле в этом не было ничего необычного. Но сегодня Микаса почувствовала беспокойство. И она заволновалась ещё сильнее, когда они оказавшись в своей комнате. Леви закрыл на ними дверь, а после так и остался стоять возле нее, словно отрезая для Микаса путь отступления. Девушка нервно повернулась к нему и спросила:

— Что-то случилось?

— То, что ты сказала Жану, правильно, — Леви неожиданно в упор взглянул на неё. — Но ведь ты беспокоишься вовсе не об этом.

Микаса невольно отступила на шаг назад. Пусть Леви и не обладал такой пугающей силой как ангелы, но сейчас он был не менее страшен. К тому же раз он понял, что дело не в чистильщиках, значит, скорее всего в курсе того, что она как минимум опять нарушила запрет и отправилась в тот парк.

— Сегодня я встретила твоего ангела Иеремию, — скрывать это и дальше она не видела смысла.

— И? Что он тебе такого ляпнул, что ты весь день дергаешься? — Леви не был удивлён, похоже он действительно знал о их встрече, но не о самом разговоре.

— Я просто не понимаю, почему он так хочет, чтобы ты умер, — тихо сказала Микаса, решив, что сейчас хороший шанс кое-что прояснить.

— Почему? Просто в отличие от всех остальных ангелов ему не нужны крылья.

— Но тогда почему он вообще заключил с тобой договор?

Леви не ответил, лишь отошёл от двери и уселся в своё кресло. Микаса же не сдвинулась с места, проследив за ним взглядом.

— Ложись спать, — наконец устало произнес он. — Завтра будет тяжёлый день.


***


А на следующее утро она вместе с Леви отправилась в штаб Чищильщиков. На самом деле сегодня она только должна была зарегистрироваться и получить первые инструкции. Но заполнение бумаг заняло довольно много времени, поэтому Леви вскоре её покинул, ему нужно было отправлять на патруль.

Лишь после того как она заполнила все документы, к ней подошёл молодой человек со светлыми волосами и приятной внешностью.

— Меня зовут Кольт, — сказал он. — И я буду твоим инструктором. Сегодня я введу тебя лишь в общий курс дела, настоящая робота начнется завтра. Помимо тебя есть ещё двое новичков, но с ними ты познакомишься позже.

— Хорошо, — кивнула Микаса. Но ещё двое новичков? Неужели в городе всё так плохо?

— Идём, это не самое удачное место для разговора. — И когда они вышли в почти пустой коридор Кольт продолжил: — В последнее время в Стохесе неспокойно. Ты и сама могла это заметить. В последнее время в городе пропадают дети. Недавно нам удалось поймать несколько бандитов, что замешаны в этом. Они продавали детей в другие города и деревни, где возникли трудности с определением очередной жертвы.

— Это ужасно, — тихо сказала Микаса.

— Да, — кивнул Кольт. — Дети это будущее Стохеса. Но к сожалению, хотя мы и поймали нескольких преступников, многие члены банды ещё на свободе.

— А где… — они вошли в небольшой зал и неожиданно Микаса прервалась, остановившись как вкопанная, глядя на портрет на стене: — Кто это?

— А! — Кольт улыбнулся. — Это тот, кто создал чистильщиком. Эрен.

Микаса судорожно вздохнула. Как? Как такое возможно? Почему этот Эрен так похож на её брата?


***


Армин спал с лица, глядя на представшего перед ним ангела. Значит вот так всё и закончится? Сейчас, когда он ничего не успел объяснить Анни? Сейчас, когда исчез Ривай? Он не мог этого допустить. Но что он, простой человек, мог противопоставить ангелу? Что ему делать?

— Я не согласна, — неожиданно заявила Анни. — Я никогда не стану твоим вторым крылом. И никому демону меня не заставить.

— Ты уверена? — грозно спросил ангел.

Неожиданно Армин ощутил такое давление, что упал на колени. Краем глаза он заметил, что Анни сделала тоже самое.

Какое у неё сейчас лицо? Наверное она с ненавистью смотрит на него. В конце концов, если бы не он, не его договор, или даже если бы он не отправился искать её, она никогда не очутилась в такой ситуации. И если бы не давление ангела, из-за которого он и пошевелиться не может, хватило бы у него сейчас смелости взглянуть ей в глаза?

— Ты уверена? — повторил Ангел, сейчас все его внимание было приковано к Анни.

— И что ты сделаешь? Убьешь меня? — но у неё все ещё доставало сил перечить ему.

— Почему бы и нет. У меня много времени. Я могу подождать пока ты возродишься, как следующее крыло. Может тогда ты будешь более сговорчивой.

— Но!.. — решился подать голос Армин, судорожно пытаясь найти выход из ситуации. Он не мог допустить, чтобы Анни убили. — Наш договор ещё не исполнен!

— Что? — теперь гнев ангела был направлен на него.

— Одним из условий было то, что мой брат Ривай должен быть спасён Но сейчас я даже не знаю, где он.

Из священных писаний, которые он досконально изучил благодаря отцу, Армин знал, что ангелы обязаны блюсти договор и исполнить все условия, иначе крыло они заполучить не смогут.

— Он жив.

Ангел больше ничего не добавил и это настораживало.

— Я не сомневаюсь в вашей великой мудрости и прозорливости, но… Я должен лично убедиться, что с Риваем все в порядке.

Гнев ангела утих, но сейчас, казалось, он был очень раздражён.

Прошло несколько минут, но ангел всё не отвечал ему, лишь тяжело смотрел. Казалось, что на плечи Армина внезапно обрушилась вся тяжесть неба, так что хотелось просто согласиться со всем, чтобы избавиться от этого чувства.

Но ангел внезапно сказал:

— Будь по-твоему. Договор должен быть соблюден. Но после этого я заберу вас обоих, — ангел на мгновение замолчал, но потом добавил: — Идите на северо-запад, человек увел Ривая туда.

И после этих слов он исчез.

Армин облегчённо выдохнул, на время они спасены. К тому же последние слова ангела означали, что Ривай жив, по крайней мере до дня зимнего солнцестояния. А затем, собравшись с силами взглянул на Анни. Она выглядела испуганной, но пыталась скрыть эти чувства и с вызовом ответила на его взгляд.

— Ты ведь знала о договоре, — Армин, не спрашивал, а просто констатировал факт. — Но тогда почему сейчас ты пошла со мной?

— Я не думала, что он так внезапно объявиться, — недовольно ответила она. — К тому же хотела послушать как ты будешь оправдываться. Только ты всю дорогу молчал.

— Просто у меня нет оправданий, — невесело усмехнулся Армин. — В то время я думал лишь о спасении Ривая. Прости.

— Мне не нужны твои извинения, — недовольно фыркнула Анни.

— Но… — Армин запнулся, но потом все же задал мучающий его вопрос. — Откуда ты узнала о договоре? Неужели тогда в Утгарде ты не ушла сразу? Неужели осталась, чтобы помочь?

Анни отвернулась.

— Но в итоге сделать все равно ничего не смогла, — тихо сказала она. — Ну? Так что ты теперь намерен делать?

— Искать Ривая.

— От тебя я другого и не ожидала. Но всё же я пойду с тобой.

— Но как же Ангел? — удивился Армин.

— Я иду с тобой не для того, чтобы отыскать твоего брата, а для того, чтобы найти способ расторгнуть эту сделку, не более. Оставшись дома я не смогу этого сделать.

Армин кивнул и протянул руку Анни, чтобы помочь ей подняться, но та демонстративно проигнорировала его.


На открытую ладонь упала снежинка. Скоро начнется снегопад. Если бы тот мог скрыть и начавшее проявляться разногласие между ними. Армин неожиданно спохватился. Следы! От человека, что увел Ривая на снегу должны были остаться следы!

Восставшие из мёртвых

Сразу догнать человека, который увел Ривая, Армин и Анни так и не смогли. Возможно из-за того, что сам Армин слишком долго блуждал по городку Анни, да и разговор с Ангелом занял время. А потом из-за начавшегося снегопада они и вовсе потеряли следы того человека.

— Это бесполезно, — в конце концов сказала Анни. — Мы даже не знаем, в какую сторону он отправился дальше. А расспрашивать людей… Ты и сам знаешь насколько сейчас это опасно.

— Ты права. И я знаю, что нам было бы вернуться к тебе домой, — согласился Армин, но потом всё же покачал головой. — Но я не могу так просто сдастся. И ради себя и ради тебя тоже.

— Меня? Это для тебя важно найти Ривая, не для меня.

— Если я сейчас сдамся, возможно, ангел заберёт тебя, не дав даже шанса, чтобы найти какой-нибудь способ спастись.

Анни удивлённо его выслушала, а потом, задумавшись на мгновение, сказала:

— Хорошо, тогда продолжим поиски вместе. К тому же я тоже не могу так просто сдаться.

Армин кивнул, да, Анни же согласилась пойти с ним, чтобы найти способ расторгнуть его договор с Ангелом, хотя он уже и говорил ей, что это почти невозможно. В священных писаниях говорилось, что для этого надо выпасть из круга, и хотя Армин не очень-то понимал, что это значит, он знал, что это сделать очень нелегко. В легендах подобные попытки всегда заканчивались неудачей.

Больше на эту тему они не разговаривали. Просто шли по направлению, которое указал им ангел по возможности никуда не сворачивая. Конечно, они понимали, что человек, забравший Ривая, мог свернуть куда угодно. Но слепо бросаться из стороны в сторону тоже было бы глупо. Лучше придерживаться одного направления.

К тому же, несмотря на все трудности, на этот раз путешествие для Амина протекало намного легче. Наверное, из-за того, что с ним снова была Анни, к тому же теперь ему не приходилось заботиться о Ривае, пусть в последнем он и не хотел себе признаваться.

Так прошла зима и все трудности связанные с ней, а поздней весной уже и пропитание и место для ночлега было найти намного проще. Но теперь, когда день летнего солнцестояния становился все ближе, люди, что встречались им, становились все подозрительнее и опаснее. Теперь деревни попадающиеся им на пути они избегали, но в крупные города всё же заглядывали. Армин всё ещё не оставлял попыток найти Ривая, хотя уже и понимал насколько бесполезными были все его действия. Единственное, что сейчас могло ему помочь — это удача. Но даже на это надежды уже почти не оставалось. Зато Анни с каждым днём становилась всё спокойнее, хотя и её поиски способа разорвать договор с Ангелом были безрезультатными.

Казалось, что они так и будут слоняться из одного города в другой, словно две неприкаянные птицы потерявшие своё гнездо. Но однажды всё изменилось.

В тот день они опять решили заглянуть в очередной попавшийся на их пути город.

Был теплый день, какие бывают в конце мая. На улицах было полно народа, горожане отмечали какой-то местный праздник. Но это было даже и не плохо. Так проще было смешаться с толпой. За время из путешествия их одежда поизносилась, да и сам их вид выдавал в них скитальцев. И теперь они чаще ловили на себе косые взгляды. И Анни решила, что сейчас самое время раздобыть новую одежду, а заодно и еды. Под раздобыть она конечно же имела ввиду украсть. То что когда-то для Армина было немыслимым, теперь стало обыденностью. Он обычно придумывал план, как всё лучше провернуть, а Анни его исполняла.

Но сейчас они просто прогуливались по улицам города, изучая его планировку и стараясь остаться как можно более незаметными.

Взгляд Армина блуждал по почти однообразным лицам прохожих, ни на ком не задерживаясь, хотя на детей одного возраста с Ривая он он обращал более пристальное внимание. Внезапно впереди показался знакомый силуэт.

Армин даже остановился.

— Что случилось? — забеспокоилась Анни.

— Там мой папа, — растерянно произнёс Армин.

— Но ведь это невозможно. Ты говорил, что он умер, — недоверчиво подняла бровь Анни.

— Да, наверное… — ответил Армин и тут решительно пошел следом за тем, кто так сильно напоминал его отца.

— Постой! — недовольно прошипела Анни, но все же останавливать не стала. — Ты не можешь быть уверенным, что это он.

— Я просто поверю, — быстро ответил Армин, стараясь не потерять знакомый силуэт в толпе.

Внезапно «призрак» отца свернул в переулок. Армин и Анни поспешили за ним. Но тут дорогу им преградила грозного вида женщина. Блеснув на солнце очками, она сурово произнесла:

— Что вы тут делаете? Вон отсюда! Или хотите, чтобы я вас полицию сдала?

— Мы уже уходим, — быстро ответила Анни, почувствовав в женщине угрозу, и схватила Армина за рукав.

Армин уже хотел было подчиниться, но тут увидел, как отец входит в соседнее задание, и вырвавшись побежал вперёд.


***

На Микасу с портрета основателя Чистильщиков смотрел её собственный брат, только старше. Не узнать она его не могла, но и поверить в то, что это её Эрен тоже. Не могли же ей и на счёт его подменить память, как это было с Армином!

— Я никогда не слышала об этом, — тихо сказала Микаса.

— Это произошло довольно давно, во времена появления первых гигантов, — с готовностью пояснил Кольт. — Тогда в городах воцарился хаос и никто не мог понять, что делать дольше и кого лучше отправить в жертву, чтобы успокоить гигантов. В Стохесе тогда дела обстояли не лучше, а может и хуже. Люди начали враждовать друг с другом. Никто не хотел, чтобы пострадал кто-то из их родных или он сам. Казалось, что ещё немного и город поглотит хаос. Тогда и появился Эрен. Ему удалось объединить жителей, создав чистильщиков и установив законы, которые касались, кого следовало приносить в жертву. Кстати, с ним связана история с ещё одним знаменитым Чистильщиком Стохеса…

— А что в конце концов произошло с этим Эреном? — перебила его Микаса. Слушать о каком-то неизвестном, пусть и легендарном Чистильщике ей не хотелось, её куда больше волновал тот, что был похож на её брата.

— К сожалению, судьба Эрена сложилась трагически, он погиб от рук печально известных Крыльев Свободы. Они, кстати, образовались примерно в одно время с Чистильщиками.

Это заинтересовало Микасу, на уроках, которые ей преподавали в школе Троста ни о чём таком не рассказывали. Но расспросить поподробнее Кольта она не успела, так как в зал вошел ещё один человек. Наверное, из-за очков, он производил впечатление добродушного Человека, но Микаса сразу почувствовала в нёс скрытую силу.

— Вижу ты инструктируешь новичка, — сказал он. — Но, к сожалению, должен тебя прервать.

— Что-то случилось, Зик? — забеспокоился Кольт.

— Мне нужна твоя помощь. А всё что нужно знать новичку, ты сможешь рассказать и завтра на месте.

Кольт виновато взглянул на Микасу. Но та лишь равнодушно ответила:

— Ничего страшного.

В конце концов, если у нее возникнут какие либо трудности, она всегда может расспросить Леви. На самом деле сейчас Микасу больше беспокоил Чистильщик Эрен. Отчего он так похож на её брата? Это немного напоминало ситуацию с Армином. Вот только Эрен был её братом, она знала его с самого раннего детства, видела как он растет. Так что определённо это не связано ни с какими контрактами с ангелами. Но тогда с чем?

Скрытая правда (Армин)

Инстинкты никогда не подводили Анни и не раз спасали её, но сейчас она растерялась. Армин, который всегда действовал с осторожностью, пусть порой и бывал чересчур доверчивым к чужим людям, сейчас бесстрашно рванул вперёд, несмотря на угрозы женщины в очках и, скорее всего, понимая, что его все равно поймают. И тогда… Город ведь не откажется от такой удобной жертвы для гигантов. Анни понимала, что Армина надо остановить, но сейчас она лишь беспомощно наблюдала, как он бежит к тому мужчине. А тот, словно и не замечая преследования, спокойно вошёл в дом и закрыл за собой дверь.

— Папа! — видимо уже практически отчаявшись, закричал Армин.

Но его крик захлебнулся, потому что в этот момент женщина в очках нагнала Армина и, заломив руки за спину, повалила его на землю.

— Послушай, мальчик… — начала было женщина, но замолчала потому, что Армин принялся отчаянно сопротивляться.

Анни уже сделала шаг назад. Армина на этот раз не спасти. Но в тоже время она отчаянно придумывала, как можно оправдать поступок Армина перед этими людьми.

Мужчина, который уже было вошёл в дом, выглянул наружу и обескураженно уставился на развернувшуюся перед ним сцену.

— Ханджи, отпусти его, это мой сын, — наконец произнес он, а потом улыбнулся: — Армин, я рад, что ты жив и нашёл меня.

Женщина наконец-то отпустила Армина, а тот сидя на земле не мог не улыбнуться. Он был счастлив, но в в тоже время в его сердце закрался страх и чувство вины.


***


Вот уже, наверное, целый час Армин сидел в комнате отца и пил чай, слушая историю. Анни тоже была рядом, но она с ничего не выражающим видом просто держала чашку в руках и казалось о чем-то думала. Во всяком случае Анни не выглядела как человек, что внимательно слушает окружающих.

— На самом деле мне очень повезло, что гигант в тот момент когда я оттолкнул лодку поскользнулся. Я побежал вдоль берега. Мне тогда вдвойне повезло, что я не наткнулся на второго гиганта, а предыдущий на что-то отвлёкся, к тому же мне удалось поймать чю-то сбежавшую лошадь. Я пытался вас догнать, поэтому двигался вдоль берега. Но по дороге я наткнулся на бандитов, что ранили меня. К счастью, меня спасли добрые люди. Если бы не их помощь даже и не знаю, что со мной стало.

Фарлан замолчал. На мгновение повисла тишина. А потом Армин спросил:

— А мама? — на самом деле было очень страшно задавать этот вопрос. Уже просто потому, что ответ он на него знал, но казалось, что пока он не озвучен ещё можно было надеяться.

— Я не думаю, что она спаслась, — упавшим голосом ответил Фарлан.

— Я… — Армин замолчал, но потом все же решился и опустив голову сказал: — Я не знаю, что случилось с Риваем. Я оставил его ненадолго, а когда вернулся, его уже не было. Я знаю, что виноват…

Армин замолчал, не в сила больше продолжать, и хотя он очень пытался сдержаться, две слезы упали на его сжатые кулаки. Внезапно большая теплая рука коснулась его головы:

— Ты не виноват Армин. Уже то, что ты остался жив чудо. Ты не виноват.

Армин не ответил, его эмоции просто хлынули через край.


***


Армин и Анни так и остались в этом городе. В доме, где они остановились, помимо Фарлана жили и другие люди, большинство из которых были приезжими. Учитывая времена, это было не удивительно, многие после нападения гигантов потеряли свои дома или просто не могли туда вернуться. Но очень скоро Армин стал замечать, что с друзьями отца что-то было не так. Иногда ему казалось, что они следили за ним и Анни, а иногда собирались вместе и, стоило только Армину зайти, как разговор резко прерывался, и они начинали говорить совсем на другую тему. Возможно, раньше Армин решил бы, что ему мерещится, но после происшествия в деревне Утгард он стал куда более осторожным. К тому же странное поведение окружающих людей заметила и Анни.

— Ты не думаешь, что они что-то замышляют? — как-то спросила она, когда они вышли вместе за покупками. — Скоро день принесения в жертву титанам.

— Ты думаешь, что папа это позволит? — покачал головой Армин.

— Это для тебя он отец, а я ему никто, — мрачно отозвалась Анни.

— Давай ещё за ними понаблюдаем, — с надеждой спросил Армин. Думать о том, что его папа связан с людьми, которые могут сделать Анни жертвой для гигантов, ему не хотелось. Но слишком уж подозрительно вели себя эти друзья отца. — Здесь все приезжие, и возможно им есть что скрывать от местных. А нам они ещё не доверяют.

— Ладно, — неохотно согласилась Анни. — Главное, чтобы не получилось, как в деревне Утгард.

Домой они возвращались уже молча. Армин раздумывал, как ему поступить дальше. Может лучше напрямую спросить папу? Но что ему делать, если Анни окажется права? хотя в подобное не хотелось ни верить, ни даже думать об этом.

За этими мыслями Армин и не заметил, как они подошли к дому. Но стоило им только переступить порог, как их встретила толпа незнакомцев.

Анни тут же неуверенно попятились к двери, готовая в любой момент сбежать. Но за их спинами, словно блокируя выход тут же появилась Ханджи, которая радостно заявила:

— А вы вовремя, у нас сегодня гости. Вернее, новые жильцы.

— Не надо их так пугать, — произнёс один из незнакомцев, который, по-видимому, был самым главным, а потом обратился к Армину и Анни: — Не бойтесь. Мы не причиним вам вреда.

Но Анни, явно не собираясь так просто верить его словам, всё так же подозрительно на него смотрела. Армин же оглянулся в поисках отца. Но того нигде не было видно.

— Тогда не будем вам мешать, — спокойно ответил Армин и, взяв Анни за руку, направился в сторону комнаты фарлана. Оттуда если что-то сбежать будет проще.

— Постой, — вдруг остановил его другой гость.

Армин взглянул на него. Человек этот был выше всех остальных, что уже само по себе пугало, пусть и не выглядел злобным. И тут почувствовал, что Анни сильнее сжала его руку, словно готова была броситься бежать отсюда.

— Мы кажется уже встречались? Не помните? — неожиданно спросил мужчина

Армин удивлённо на него посмотрел, но вспомнить его не мог.

— Это было на реке. Вы хотели попасть в столицу…

— Вы те солдаты? — Армин тут же расслабился, хотя в руке Анни всё ещё чувствовалось напряжение. Не удивительно, что он не вспомнил их сразу. Провести параллель между теми потрёпанными солдатами и этими вполне солидными мужчинами было трудно.

Дверь за спиной открылась и обернувшись Армин увидел входящего радостного отца.

— А! Вы вернулись, — обратился он к Армину — Как вовремя, чтобы познакомиться с теми кто меня тогда спас. Это Эрвин и его отряд.

— Мы уже знакомы, — ответил Армин и тихо добавил: — Наверное тогда стоило всё-таки отправиться с ними.

Тогда бы он не потерял Ривая и намного раньше встретил отца.

И в тоже мгновение Армин почувствовал, как Анни выпустила его руку.


***


В последнее время Армин чувствовал, что Анни замкнулась в себе, и он знал, что если не поговорит с ней в ближайшее время, то она однажды может просто уйти даже не попрощавшись. Вот только сама Анни теперь его избегала, и Армин всё никак не мог подгадать подходящего момента, чтобы выяснить что с ней происходит. Они практически не оставались одни.

В конце концов, понимая, что дольше тянуть нельзя, Армин увидев, что Анни убирает грязную посуду в столовой и рядом никого нет, направился к ней.

— Армин, мне нужно поговорить с тобой, — неожиданно появился за его спиной Эрвин. В последние дни даже на минуту было трудно остаться одному. И порой Армину казалось, что это делалось специально.

— Сейчас? — спросил Армин, пытаясь придумать, как отделаться от этого человека.

— Сейчас, — твердо ответил Эрвин, и сразу же добавил: — Как долго ты будешь скрывать от Фарлана, что заключил договор с ангелом?

Скрытая правда (Микаса)

Микаса никак не могла выкинуть из головы Эрена — легендарного Чистильщика, того, что так был похож на её брата. Но в воспоминаниях Армина не было никаких подсказок уже просто потому, что с самого начала нападения гигантов и Чистильщиков самих ещё не было. Микаса понимала, что, возможно, позже кое-что и возможно будет узнать из этих снов, но ведь этого могло и не произойти. Полагаться на удачу Микасе не хотелось. Но и расспросить о том Эрене было некого.

— Что-то произошло, когда тебя принимали в Чистильщики, — от Леви, конечно, не укрылось, что с тех пор как она вернулась, ведёт себя странно. И поэтому когда они остались наедине в своей комнате, решил расспросить об этом.

— Просто кое-что случилось, но я не думаю, что ты можешь мне помочь, — ответила Микаса.

— И не расскажешь? — спросил Леви, но, так и не дождавшись её ответа, продолжил. — Тогда просто ложись спать.

— Подожди, я расскажу, — спохватилась Микаса, внезапно вспомнив, что Леви уже живёт не намного меньше Армина, а значит может что-нибудь знать об этом. — Я сегодня увидела в штабе Чистильщиков портрет человека, который основал их. И он очень похож на повзрослевшего Эрена. Я понимаю, что это не может быть он. Но всё же это не даёт мне покоя.

— Это просто совпадение. Не думай об этом, — ответил Леви.

— Я бы с радостью, но после всех этих событий, когда я узнала правду про Армина и тебя поневоле закрадывается подозрение.

— Просто ложись уже спать и не думай об этом, — в голосе Леви послышалось лёгкое раздражение.

— Ты был с ним знаком? — что-то в поведении Леви Микасе показалось странным.

Леви ничего не ответил, просто отвернувшись некоторое время смотрел в окно. Микаса понимала, что если он не захочет рассказать, то, чтобы она не делала, правду из него ей не вытянуть, а поэтому просто тихо ждала.

— Да, я был с ним знаком. Твой брат и тот Эрен с портрета действительно очень похожи, — наконец ответил Леви.

— Тогда…

— Но тот Эрен умер, я сам был этому свидетелем. Поэтому это не может быть ничем кроме совпадения.

— Это действительно так?

— Да, и я не хочу больше говорить об этом, поэтому просто спи.

Микаса поняла, что больше он говорить об этом не намерен. Но пусть Леви и сказал, что тот Эрен и её разные люди, ей всё же хотелось узнать больше о том Чистильщике. Вот только она не представляла, как можно было разговорить Леви.

***

На следующий день Микаса отправилась в Штаб, Кольт должен был чтобы начать её подготовку, чтобы стать Чистильщиком. Помимо неё Кольт отвечал ещё за двух новобранцев. И к удивлению Микасы они были младше её.

— Я не знала, что в Чистильщики теперь принимают и детей, — заметила она.

— Я не ребёнок, уже взрослый, — тут же возразил мальчик в очках.

Девочка лишь молча взглянула на неё, но так же недовольно.

— Удо, тише, бери пример с Софи, — сказал Кольт, а потом обратился к Микасе. — В последнее время в городе многое изменилось. И начальство решило, что так будет лучше.

— Понятно, — просто ответила Микаса, видя, что Кольт вдаваться в подробности не собирается. Но всё же это было странно, учитывая, что в городе в последнее время пропадают дети.

Кольт же быстро начал пояснять в чём сейчас будет заключаться работа Микасы. Помимо физической подготовки и теории, ей также нужно было выходить на патрули, но обо всех подозрительных вещах она должна было сообщать Кольту.

— Действовать самостоятельно вы сможете только тогда, когда вас признают полноценными Чистильщиками, — говоря это Кольт скорее обращался не к Микасе, а к детям, которые уже по их виду было понятно, что к его словам особо не прислушались. — Я надеюсь, что вам ясно это.

Микаса на это лишь кивнула. Она было уверена, что сдать нормативы по физической подготовке ей не составит труда. А патрули… что ж возможно это хорошая возможность выяснить, что здесь происходит.

— Значит мы сегодня пойдем в патруль? — с надеждой спросила Софи.

— Нет, сегодня мы займёмся физической подготовкой, — ответил Кольт.

— Но сколько можно, — недовольно произнёс Удо. — Вот Габи и Фалько, уже в отряде специального назначения, а мы даже простыми Чистильщиками не можем стать.

— Столько, сколько нужно, — ответил Кольт и потрепал мальчика по голове.

Микаса же почувствовала себя немного растерянной. Чистильщики с детства были для неё злом во плоти, сколько раз она убегала от них, чтобы спасти свою жизнь. Чистильщики никогда не смотрели на то, что она были всего лишь ребёнком, для них она была всего лишь жертвой, которую необходимо было изловить. И принять вот такие простые тёплые отношения, которые были между Кольтом и этими детьми ей было непросто.

— Тогда идём, — сказала Микаса, подавив свои чувства.

Сейчас не время было проявлять свои эмоции. И чем скорее она займётся делом, тем меньше ненужных мыслей будет лезть ей в голову.

Так прошло несколько дней. За всё это время Микасе не удалось узнать ничего нового ни про Эрена Чистильщика, ни про исчезающих детей и ничего связанного с заданием Легиона. Хотя Микаса и ходила уже несколько раз в патруль. Но даже там ни каких происшествий не было. Зато Микасе удалась сблизиться с Кольтом.

Как-то вечером, когда они возвращались с патруля Микаса спросила:

— Помнится в первый день вы рассказывали о Эрене основателе Чистильщиков…

— Да, а он похоже действительно тебя интересует, — заметил Кольт

— Ну им многие восхищаются, — сказала Софи.

— Да, к тому же в моем родном городе я подобных я историй не слышала.

— Просто Истрия Чистильщиков началась не в столице, как многие думают, а здесь, — ответил Кольт.

— Наверное, поэтому вам удается так успешно противостоять всяким организациям вроде Легиона?

— Да! — кивнул Удо.

— А у Эрена была семья? Мне интересно, как он вообще додумался до Чистильщиков.

— У него был брат. А о других родственниках неизвестно. Думаешь, он создал Чистильщиков, чтобы защитить свою семью?

— Кто знает, — ответила Микаса. Она сама ведь она заключила договор с Леви, чтобы спасти своего брата. — Я бы не удивилась, если бы он действительно сделал это ради семьи.

— Да. В конце концов, чтобы что-то получить, надо отдать что-то взамен. Так мы жертвуем слабыми, чтобы получить безопасность для города и наших семей.

Микаса на это ничего не ответила. Но слова Кольта натолкнули Микасу на мысль. Может, чтобы получить ответы от Леви она должна дать что-то взамен? Вот только поди разбери, что этому Леви нужно.

Раскрывая правду (Армин)

Услышав слова Эрвина, Армин сначала опешил, а потом, словно пытаясь потянуть время, переспросил:

— Договор с ангелом?

— Если бы ты был более внимательным, то и сам бы понял, — спокойно пояснил Эрвин. — Я заключил точно такой же договор. Как и все мои люди.

— О чем вы? — спросил Армин и, заметив, что Эрвин нахмурился, поспешно добавил: — Нет, я признаю, что заключил договор с ангелом. Но не понимаю, как вы это поняли.

— Ты мог бы узнать это у своего ангела.

— Но… — удивился Армин, вспомнив Авеля. — Он совсем не похож на того, у кого можно просто спросить.

— Хм, вот как. Они отличаются друг от друга так же, как и люди. С некоторыми легче иметь дело с другими труднее, — неожиданно согласился Эрвин.

Для Армина это было чем-то новым. Он никогда не думал об ангелах в таком ключе.

— Но Фарлану ты всё-таки должен рассказать, — тем временем добавил Эрвин.

— Почему? Неужели папа тоже заключит такой договор?

— Нет. Пока нет. Он ещё должен принять решение. И думаю, что твои слова могут повлиять на это.

Эрвин и его люди уже заключили договор с ангелами, как и сам Армин. Папа только собирается, а ведь до этого о чём-то подобном можно было услышать лишь в легендах. Появление гигантов так сильно изменило этот мир!

— Как?

— Этого я не знаю. Расскажи обо всём отцу.

Армин кивнул, а потом обернулся на столовую. Но Анни уже ушла.

— Значит, сначала поговорю с папой, — решил Армин. Хотя он знал, что разговора с Анни избегать не стоит, но всё равно подсознательно откладывал, просто не зная с чего его начать. Вот только вряд ли рассказать обо всём папе будет легче. В глубине души, хотя сам себе в этом и не признавался, Армин желал, чтобы как раз в этот день папа куда-нибудь ушёл по делам. Как будто бы завтра этот разговор станет легче.

Но сегодня отыскать Фарлана было просто. Он был в своей комнате и резал из дерева какую-то фигурку. Увидев его, Армин нерешительно остановился на пороге.

— Армин? Что-то случилось? — спросил Фардан, сразу заметив, что что-то не так.

— Я не все рассказал тебе, — решился Армин.

Отец ничего не сказал, но в его взгляде читалось ожидание.

— Я… В первую зиму после нападения гигантов, мне, Анни и Риваю пришлось остановиться в деревне Утгард. Но там в конце концов меня и брата чуть не принесли в жертву гигантам. И тогда… чтобы спастись, я заключил договор с ангелом.

На мгновение Фардан замер. Совсем не этих слов он ожидал. А потом нахмурившись спросил:

— Какие условия вашего договора? Они ведь ещё не исполнены, раз ангел вас ещё не забрал?

— Да, тогда для меня самым важным была безопасность Ривая. А ещё ангел поставил условие: я должен был найти Анни, так как она моё второе крыло. Вот только, когда я с ней встретился, то потерял брата и… Теперь уже должен отыскать его.

Фарлан ответил не сразу, некоторое время он что-то обдумывал, а потом ухмыльнувшись сказал:

— Вот как. Получается если я найду одного сына, то потеряю второго?

— Но Ривая всё равно надо найти, — твердо сказал Армин. — А ещё Эрвин сказал, что ты тоже собираешься заключить договор с ангелом?

— Я немного обожду. Чувствую, что все это будет не так просто.

Услышав это Армин облегчённо вздохнул. Осталось только поговорить с Анни.

Но он так и не смог её найти, оказалось, что она уже куда-то ушла. И вечером Анни не вернулась. Конечно, её искали, но Армин знал, что это бесполезно. Анни сбежала.

И почему как только он что-то находит, лишается чего-то другого?

Потеряв Ривпя, он отыскал Анни, но она ушла, едва он встретился с отцом. И что будет, если он найдёт Ривая?

— Не переживай, мы отыщем её, — сказала Ханджи за ужином следующего дня, заметив его удрученный вид. Они редко собирались вот так, всё вместе. Но сегодняшний день был исключением. И Армин решил, что лучшего времени не сыскать. В конце концов, не только исчезновение Анни его волновало.

— Можно задать вам всем вопрос? — Армин обвёл взглядом всех присутствующих.

— Спрашивай, — разрешил Эрвин.

— Почему вы заключили договор с ангелами?

— Чтобы победить гигантов, — просто ответил Эрвин.

— Ангелы могут это сделать? Хотя да, в легендах они могущественны. Но почему же этого ещё не произошло?

На мгновение за столом повисло молчание, а потом Эрвин сказал:

— На самом деле ангелы обладают невероятной силой. Только в этом мире она ограничена. Иначе бы людей давно не осталось бы.

— Люди — это крылья ангелов, — тихо произнёс Армин.

— Да, — кивнул отец. — Ты ещё помнишь чему я тебя учил? Ангелы ищут свои крылья, что спрятаны среди людей. Но законы этого мира сдерживают ангелов. Поэтому и уничтожить гигантов напрямую они не могут. Как и забрать свои крылья, не выполнив условия договора.

— Но что такое эти гиганты? Откуда они взялись?

— Они… — Фарлан вдруг замолчал, словно пытаясь подыскать более правильные слова.

— Они все люди, и они все творения людей, — вдруг подал голос Эрвин. — Они жертвы амбиций и желаний других, и в тоже время те кто, решил пойти против человеческих законов так и правил этого мира.

— Я не понимаю, — растерянно сказал Армин.

— Я позже все объясню, — улыбнулся Фарлан. — Я не думаю, что это подходящая тема для разговоров за столом.

— Но откуда вам все это известно? Ладно ангелы, о них в священных писаниях сказано, но гиганты… — не унимался Армин. Он боялся что другой возможности всех расспросить может и не появиться. — Откуда вы знаете что все это правда? Не мог ли вам тот, кто рассказал об этом соврать?

— Я знаю, что это правда, потому что сам был свидетелем появления гигантов, — невесело улыбнулся Эрвин. — Можно сказать, что был соучастником всего этого. Это и моя вина.

Армин взглянул на Эрвина. Так он поэтому решил сражаться с гигантами?

Раскрывая правду (Микаса)

Казалось, что время застыло на месте. Дни тянулись однообразно. И ничего не менялось. Лишь иногда тренировки сменяли патрулями в городе и наоборот. Даже сны про Армига перестали сниться Микасе. И вроде бы можно было расслабиться в этот короткий период затишья. Но Микасе казалось, что вот-вот должно было что-то случиться. И это постоянно держало её в напряжении. Микаса чувствовала, что если в ближайшем будущем ничего так и не произойдёт, она просто не выдержит.

И в один день события наконец-то сдвинулись с мертвой точки. Это был ещё один патруль под присмотром Кольта. И сначала он ничем не отличался от тех, на которых Микаса бывала раньше. Микасе даже было немного скучно. В последнее время в город практически перестали пропускать приезжих, только некоторым торговцам был разрешён въезд.

И патруль уже подходил к концу, когда Микаса заметила человека который показался знакомым. А потом Микаса поняла — это же Бертольд. Один из тех детей, что исчезли из Троста, и которых отыскать было их заданием. Бертольд словно почувствовав чей-то взгляд обернулся, и Микаса поспешила спрятаться за угол дома. Прошло уже несколько лет с его исчезновения. И Микаса понимала, что скорее всего он её не узнает, но рисковать не хотела. Выждав некоторые время, Микаса выглянула из своего укрытия. Бертольд все ещё стоял на месте, но теперь разговаривал с тем самым мужчиной, что похитил Люси, и которого задержала Габи. Почему же он сейчас на свободе?

Ещё некоторое время поговорив, Бертольд и мужчина разошлись в разные стороны.

— Да что тут происходит, тихо прошептала Микаса. Мало того что за эти годы Бертольд совершенно не изменился, так он ещё связан с преступниками?

— Ты о чем? — раздался рядом голос Фалько.

Микаса так была сосредоточена на Бертольд и его спутнике, что и не заметила, как он подошёл.

— Нет, ничего. На мгновение показалось, что увидела кого-то подозрительного. Но, кажется, я ошиблась.

Если этот мужчина сейчас на свободе, то похитители детей, скорее всего связаны с Чистильщиками. Или ещё с кем похуже! Впутывать в это Фалько не стоило.

— С кем не бывает, — пожал тот плечами

До конца дня Микаса была вся не своя. Причина по которой они приехали сюда были именно эти пропавшие дети: Бертольд, Райнер, Анни и другие. Возможно ли, что они скоро завершат свою миссию и скоро смогут вернуться в Трост? И возможно все это, то что она притворяется женой Леви, то что она вступила в ряды Чистильщиков останется здесь, в Стохесе. А ей так ничего и не удалось толком узнать у Леви.

Вечером, когда все они собрались в столовой, Микаса заявила:

— Я сегодня видела Бертольда, — в конце концов к каким бы переменам это заявление не привело бы, всё равно стоит рассказать.

— Ты уверенна? — нахмурился Жан.

— Да. Вот только он совершенно не изменился с момента похищения.

Словно бы он так же заключил сделку с ангелом. Вот только почему он тогда не вернулся в Трост?

— А ещё, — добавила Микаса, — рядом с ним был один из похитителей детей, тот кого арестовала Габи. Он сейчас на свободе.

— Значит они действительно здесь, — нахмурились Перта.

— Об этом надо доложить, расскажи подробнее, где ты его видела, — обратился Леви к Микасе.

Микаса поняла, ещё несколько дней и всё закончится.


***


— В городе будет объявлено чрезвычайное положение, — сегодня они должны были отправится на тренировку, но вместо этого Кольт собрал всех вместе.

— Значит мы наконец-то вступим в ряды чистильщиков? — с надеждой спросил Фалько.

— Да, — улыбнулся Кольт, но он тут же принял серьёзное выражение лица. — Но кроме этого вам выдадут противодемонические ружья.

— Неужели демоны пробрались в город? — спросила София.

— Да, но мы уже знаем, где они прячутся.

От этих слов Кольта внутри Микаса всё перевернулась. Неужели их уже вычислили? Но тогда зачем давать ей в руки оружие? Или в городе, помимо них есть ещё демоны?

— Не стоит волноваться, — тем временем продолжил Кольт. — Оружие вам выдадут для патруля. Но вам вряд ли придется им воспользоваться.

— А хотелось бы, — еле слышно прошептал Удо, вероятно уже представляя, как он захватывает преступников и становиться героем. Конечно, после такого его и в отряд специального назначения переведут, как когда-то Габи.

— Расписание на сегодня тоже меняется, — проигнорировал его Кольт. — Вместо тренировки мы отправимся на патруль в район заброшенного парка.

— Почему туда? — удивилась София. В конце концов там они никогда не патрулировали.

— Разве не ясно, что просто это самое безопасное место, — пробурчал Фалько.

Микаса ничего не сказала. Ей на самом деле было все равно, где она сегодня будет патрулировать. Её больше беспокоило, кого же ищут Чистильщики. Действительно ли кого-то другого, а не их компанию. А может это какая-то изощрённая ловушка? Вот только сейчас она не в состоянии ничего изменить. Остаётся только ждать и наблюдать.

Все эти мысли не давали Микасе толком сосредоточится, даже когда они вышли на патруль. Ружье, которое выдали Микасе было очень похоже на то, которое в Тросте применяли против гигантов. Это отчасти вселяло уверенность, что в случае чего Микаса сможет им воспользоваться. Но с другой стороны, в кого она должна с него стрелять?

В конце концов Микаса незаметно отделилась от своих товарищей. Одной сейчас было как-то спокойнее. А затем ноги сами вынесли её к заброшенной церкви Иеремии. В прошлый раз, встретившись с ангелом Леви, она сбежала. А сейчас…

Микаса немного постояла у порога, а потом все же вошла внутрь.

Сначала ей показалось, что в церкви никого нет. Но не успела она вздохнуть с облегчением, как раздался тихий голос.

— Человеческое дитя, ты снова здесь.

Иеремия сидел на обломках скамейки так словно в его церкви это было само собой разумеющимся и чуть насмешливо смотрел на Микасу.

— Ну так что, человеческое дитя? Что ты решила? — спросил ангел, а потом указал на ружьё в её руках. — Сейчас ты можешь убить Леви. Убьешь его, спасёшь своего брата. Жизнь за жизнь.

— Но я ещё… — у нее ещё так много вопросов, на которые так и не нашла…

— Ответы? — Иеремия словно прочитал её мысли, а может так и было. -Они не вернут твоего брата.

— Но почему? Почему для того чтобы спасти Эрена я должна убить именно Леви?

Почему Иеремия так настаивает на этом? Неужели действительно только для того, чтобы избавиться от своих крыльев?

Иеремия вдруг мягко улыбнулся.

— А действительно почему? Если убьешь Леви сейчас, ты вернёшь своего брата, но никогда не узнаешь ответа на этот вопрос. А решишь, что Леви для тебя важнее, то найдешь ответ, но никогда больше не увидишь брата. Это тот выбор, который ты должна сделать прямо сейчас.

Произнеся эти слова, Иеремия внезапно исчез, а Микаса позади услышала шум. Вскинув ружье, девушка обернулась.

— Это я, не стреляй, — в церковь вошёл Леви.

Как? Почему?

— Ты что тут делаешь? — спросила Микаса и сердце её упало.

— Это ведь противодемонические ружьё? — вместо ответа спросил Леви.

— Да, — чуть слышно про занесла Микаса.

— Решила в конце концов пристрелить меня? — спросил Леви, видя, что она так и не опустила ружьё.

— Я… — Микаса запнулась, не в силах продолжить.

На одно короткое мгновение между ними повисла давящая тишина. А потом Леви с чуть слышимым раздражением произнёс:

— Иеремия…

И почти одновременно с его словами прозвучал выстрел.

Микаса сама испугалась этого звука. Словно это в неё стреляли, а не она сама. И бросилась прочь из церкви.

Сейчас на звук выстрела прибегут другие Чистильщики и тогда что она им скажет?

Микаса бежала не разбирая дороги, когда чья-то крепкая рука ухватила её за плечо.

— Микаса?

Девушка остановилась, но когда увидела, кто стоит перед ней, наверное, сделала бы несколько шагов назад, если бы рука не продолжала её удерживать.

— Эрвин Смит? — Микаса узнала его из воспоминаний Армина. — И Фардан Черчь? Что вы тут делаете?

Неужели Чистильщики ищут именно их? Но зачем они появились в Стохесе?

— У нас появился шанс уничтожить всех гигантов разом, — ответил Эрвин, он совершенно не удивился тому, что она его узнала.

— Всё благодаря вашей работе, — улыбнулся Фарлан.

— Да? — вроде бы они ничего такого не сделали. И тут Микасе пришла в голову одна мысль. — Вы ведь знаете откуда взялись гиганты?

Истоки всего (Эрвин)

О том, что король уже несколько лет как увлёкся алхимией, знали все. Вернее, он искал возможность получить бессмертие. И с тех пор каких только шарлатанов не побывало во дворце, и каждый из них желал получить такую соблазнительную должность личного алхимика его величества.

— И почему мы должны охранять этого… — Ханджи на мгновение замолчала, но потом продолжила с блеском в глазах: — этого проходимца! Я понимаю, что мы проштрафились. Но всё же!

С тех пор как один их так называемых алхимиков взорвал комнату, где проводил свои опыты, да так, что пострадала даже стража, стоящая в дверях, никто на должность охраны новых шарлатанов никто не рвался.

— И зачем этих проходимцев вообще защищать? — не унималась Ханджи Зое.

— Так решил его величество, — спокойно ответил Мик Закариас. Он замолчал, но и так было понятно, что король просто не хотел, чтобы секрет бессмертия, если он всё же будет обнаружен, не был украден другими.

— Но… — попыталась возразить Ханджи, но в этот момент дверь в исследовательскую отворилась и оттуда вышел алхимик Фриц.

— Прогуляюсь немного, — сообщил он.

Фриц знал, что, с тех пор он принял должность личного алхимика короля, за ним всегда неотступно будет следовать охрана, но похоже он совершенно не возражал против этого. Лишь в исследовательскую доступ охраны был ограничен. Туда Фриц всегда входил один. И поэтому Ханджи было интересно взглянуть на эту комнату. Ей представлялось, что всё помещение должно быть заставлено причудливыми колбами, где булькают различные снадобья. И поэтому, прежде, чем дверь была закрыта на ключ, она успела мельком заглянуть внутрь. Но всё, что ей удалось увидеть — это большой стол заваленный пергаментом. Разочаровывающе. Какой-то совсем бездарный алхимик попался на этот раз. Как он собрался создавать эликсир бессмертия, если даже не пытается его сделать?

Говорили, что вскоре этот очередной шарлатан наскучит королю, но его влияние только росло. Потом начали шептаться, что Фриц счастливчик, которому повезло дорваться до власти, и что он вот-вот покажет своё истинное лицо. Но всё, что волновало алхимика, это поиск эликсира бессмертия. И Эрвин, и его люди уже были готовы поверить, что он действительно просто какой-то безумный святой.

А потом однажды при личной встрече король спросил алхимика:

— Как продвигается твоё исследование? — в его голосе сквозило недовольство. В конце концов он уже не в первый раз задавал этот вопрос Фрицу и всегда получал отрицательный ответ. Возможно, вскоре придётся искать ему замену.

Но на этот раз алхимик сказал:

— Оно завершено. Но… — на мгновение он запнулся, — для подтверждения результата нужны эксперименты на людях.

— Людях? — вскинул брови король, нутром почувствовав какой-то подвох.

— Это могут быть заключённые, — подсказал алхимик.

— Ты хочешь, чтобы в итоге бессмертным стал какой-то там преступник? — недовольно спросил король.

— Не думаю, что преступнику понравиться, если в ваших силах будет заставить страдать его вечно, — улыбнулся Фриц.

— Хорошо, — наконец согласился король. — Я выделю земли для этого эксперимента. Думаю, что лучше будет, если это будет происходить подальше от столицы, — а потом опять недоверчивым взглядом окинул алхимика. — Отряд Эрвина всё также будет тебя охранять.

— Слушаюсь, — ответил Эрвин. Заминка в его ответе была почти незаметна.


***


Алхимик, которого интересовали только его эксперименты по поиску бессмертия, почти безумный святой. Но с тех пор как Фриц стал проводить свои исследования вдали от столицы Эрвин Смит стал замечать, что образ этот был лишь фальшивой маской. Этот человек не гнушался ставить эксперименты над людьми, вот только практически все заключённые, которые к нему приводили были женщинами. Большинство из них погибали довольно быстро. Лишь немногие, тех кого Фриц приводил в свою комнату по ночам, имели хоть какой-то шанс выжить.

Подобное положение дел очень не нравилось Эрвину и его людям. Но они старались делать вид, что ничего не замечают. Хотя Ханджи Зое поначалу пыталась высказаться против:

— То что эти женщины преступницы, не даёт этому… Фрицу так обращаться с ними!

— И что ты сделаешь? Выступишь против приказа короля? Единственный способ остановить это — поднять бунт. Пойдёшь на это? — спросил Мик.

— Я, может и не против, — очень тихо ответила Ханджи.

Мик бросил на неё быстрый предупреждающий взгляд. В конце концов, её слова — это измена. И дойди они до тайной сыскной полиции короля, то Ханджи вполне могла оказаться на месте этих женщин.

Эрвин же ничего не ответил. Он понимал, что всем им было бы проще, если бы они остались во дворце, а сюда послали кого-нибудь другого. Когда не слышишь крики женщин полных боли, проще делать вид, что ничего не происходит.

И в тоже время Фриц, возможно желая расположить к себе охрану, куда охотнее, чем во дворце общался с ними, и часто приглашал их на обед, где понемногу делился своими идеями.

Эрвин никогда не интересовался алхимией. Но даже он быстро понял, что теории Фрица отличались от общепринятых. И даже были в какой-то степени безумными. Может этим он и зацепил короля?

Фриц считал, что в том, что люди смертны, виноваты ангелы. А вернее те из них, что нарушили запрет Бога. В наказание их лишили крыльев, и теперь вони были обречены вечно искать их. А чтобы усложнить им задачу крылья были спрятаны а людях, что теперь вынуждены были проходить круг рождения и смерти. Когда умирал человек его крыло ангела переходило к другому, и так бесконечно.И избавиться от проклятия смерти можно лишь двумя способами. Первый, это позволить ангелу найти себя и заключить с ним сделку. А второй отказаться от того, чтобы быть крылом ангела, выпасть из круга жизни и смерти. И Фриц выбрал второй вариант. Он искал эликсир, что разорвет связи с ангелами. Но пока из-за его экспериментов люди умирали в страшных мучениях.

Так продолжалось почти год. За это время у Фрица среди заключённых, над которыми он ставил эксперименты, появилась любимица. Её звали Имир.

Фриц изначально относился к ней по-особенному и всегда держал её возле себя. Конечно, это не избавляло её в участии экспериментов. Но Фриц был к ней мягче чем к другим. Словно она была ценным объектом. Эрвин так и не смог понять причину этого. Возможно Фрица просто нравилась Имир, а может дело было в другом.

В любом случае по прошествии года Фриц наконец объявил, что его исследования увенчались успехом. И первым бессмертным человеком стала как раз-таки Имир.

Король сразу же вознаградил Фрица. Но потребовал, чтобы новый эксперимент провели перед ним. Новыми бессмертными существами должны были стать трое заключённых Роза, Шина и Мария.

Спокойные дни, когда они просто наблюдали за алхимиком, для Эрвина и его людей закончились. Надо было готовиться к приезду короля. Из-за этого новых заключённых для экспериментов Фрица перестали поставлять. Да и от большинство тех, что были, приказали избавиться. Официально их отправляли обратно в тюрьму. Но что-то подсказывало Эрвину, что до места назначения они не доберутся.

Новые люди на землю алхимика теперь вообще не допускались, всё тщательно проверялось. Но кое что Эрвин и его люди все же упустили.

В тот день Имир смогла стащить ключи от лаборатории Фрица. На самом деле Эрвин до сих пор толком не знал что там произошло. Фриц с свою лабораторию не пускал никого. Но сейчас, когда шла полным ходом подготовка к приезду короля, эксперименты он отложил. В лаборатории не должно было быть никого. Но Эрвин просто проходя мимо по своим делам услышал шум, как будто что-то тяжёлое уронили. А затем звук бьющегося стекла. Это было странно. И Эрвин решил проверить, что там делается. Но стоило только ему открыть дверь как из дома выбежали Роза, Мария и Сина. Они рванули прочь так словно за ними гнались демоны. Остановить их Эрвин не пытался. Все равно деваться им было некуда, и далеко сбежать они не смогут. И если уж что натворили, то наказания им не избежать.

И Эрвин, оставив девушек, отчасти из любопытства заглянул в лабораторию. В отличие от дворца это место действительно напоминало то, где мог бы обитать алхимик. Впрочем прямо сейчас почти все стеклянное оборудование было разбито, а на полу среди осколков сидела Имир. Она безучастно взглянула на Эрвина.

— Что тут произошло? — спросил он. Имир ответить не успела. В лабораторию ворвался Фриц. Похоже ему, что одного беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что тут случилось. Без всяких разговоров он просто влепил Имир пощёчину, а потом бросился вслед за сбежавшими Розой, Марией и Синой. На самом деле Эрвину стоило пойти за ним. Но он остался с Имир.

— Так что тут всё-таки произошло? — настойчиво спросил он, протягивая ей руку.

Имир удивлённо посмотрела на него. Но предложенную помощь не отвергла. До сих пор Эрвин мало обращал на неё внимание. Но сейчас поразился насколько худые у неё руки.

— Мы не должны были это делать, — тихо сказала Имир. — Не должны были вмешиваться в законы мира. Но уже поздно.

Позади раздался оглушительный взрыв. Эрвин резко обернулся. И замер. Это было в первый раз, когда он увидел гиганта. Вернее трёх гигантов. Мгновенно забыв об Имир, Эрвин бросился к ним, уже на ходу понимая, что эти монстры подозрительно напоминали Розу, Марию и Сину.

До сих пор Эрвин считал, что охрана этого места безупречна. Но гигантам одним щелчком пальца удалось разрушить её. Эрвина и его людям просто никогда не приходилось иметь дело с подобными огромными созданиями. и они не знали как с ними сражаться.

В тот день почти весь отряд Эрвина погиб. Да и он сам получил тяжёлое ранение и едва не расстался с жизнью. Спасла его тогда Ханджи Зое.

Очнулся Эрвин уже в дороге, когда их маленький отряд из выживших быстро, как только мог, двигался к столице.

Сделав Эрвину краткий доклад о текущей ситуации, Ханджи добавила:

— Я послала гонца к королю, так что он уже должен знать, что случилось.

— Ты правильно сделала, — ответил Эрвин. Чем быстрее об этом узнает король, тем быстрее они справятся с этой ситуацией. — Вот только…

Продолжать Эрвин не стал, но кажется Ханджи его поняла.

— Мы и так долго молчали, — ответила она.

Ханджи знала, что по возвращению в столицу их не ждёт ничего хорошего. Вся вина за случившееся будет переложена на них. Но можно ли будет сказать, что они действительно тут не при чем? Да, это алхимик создал гигантов, не чураясь бесчеловечных опытов. Да, это король приказал охранять его, а они просто должны были следовать ему. Но они ведь просто молча смотрели на всё это и даже не пытались изменить.

— А может ну его… — встрял в разговор Моблит Барнер. — не то есть я хочу сказать… В столице нам ловить нечего. Простым понижением в звании не отделается. Так зачем нам туда идти?

— Ты… — нахмурилась Ханджи. — Тебя что, действительно не волнуют то, что произошло?

— Ладно-ладно, — примирительно поднял руки Моблит Бернер. — Я понял. Идём в столицу искупать свои грехи.

Но той ночью Моблит исчез.

А ещё через несколько дней им удалось добраться до столицы. Там уже знали о начавшемся нашествии гигантов. Хотя поверить в это и не могли. На их лицах читались сомнения и скептицизм, когда они говорили об этом. И тем не менее, едва Эрвин и его люди пересекли городские ворота, их арестовали, и в тот же день войско короля выступило, чтобы уничтожить гигантов.

В первый день Эрвина допрашивали. А потом о них словно забыли. Сидя в камере Эрвин пытался понять, мог ли он предотвратить то, что произошло. В конце концов, даже выступи он против решения короля, он бы всё так же сидел в этой, или похожей камере, а алхимика отправили охранять кого-то другого. И тогда явились бы на свет гиганты?

Но в тот момент Эрвин ещё и не подозревал, что самое страшное ещё впереди. Оно начнется с лязганья ключей, со скрипа открываемой двери.

Вопреки ожиданиям Эрвин увидел не тюремщиков, что опять пришли его допросить, а сбежавшего Моблита.

— Ты… — только и успел произнести Эрвин.

— Вам надо уходить. Срочно! — быстро заговорил Моблит. — Мир снаружи превратился в ад. Скоро он и сюда доберется.      — Что? — сердце Эрвина сжалось от нехорошего предчувствия..


— Охранники уже сбежали. Там надо спасти остальных, — всё так же быстро говорил Моблит.

— Армия короля не смогла справиться с гигантами?

— Да! И их теперь много! Они уже на подступе к столице! Я хотел сбежать, но теперь не знаю, есть ли на земле место, где можно спастись.

— Стоп! Почему их много? Изначально было только трое?

— Не знаю. Но это уже целое войско гигантов.

В тот день Эрвину и остаткам его отряда удалось сбежать из тюрьмы. Но как оказалось, из города выбраться было гораздо труднее. Гиганты уже вступили в столицу, разрушив хрупкую городскую стену. В поместье алхимика с тремя гигантами сражался отряд Эрвина и почти весь был уничтожен. Здесь же против несколько десятков гигантов были всего лишь простые горожане. И шансов у последних не было. Похоже король и остатки его армии уже успели покинуть столицу.

Сначала Эрвин и его отряд пытались спасти кого можно. А потом для Эрвина наступила тишина.

Очнулся он в незнакомом месте. Рядом слышался тихий плеск воды, а большие ветви деревьев загораживали ночное небо.

Эрвин попытался сесть, но сил к него не было. К тому же вскоре он понял, что у него отсутствовала рука.

— Наконец-то я нашел тебя, моё крыло, — раздался рядом ласковый голос. — Не хочешь заключить со мной сделку. Я исполню любое твое желание.

Перед Эрвином стоял ангел.

Истоки всего (Микаса)

Микаса рассталась с Эрвином и Фарланом молча, правда, не забыв предупредить о том, что возможно Чистильщики знают, где прячутся некоторые из Легиона. О большем у Микасы говорить не было желания. История, которую она узнала переворачивала с ног на голову всё, что она знала о гигантах. А что она собственно знала о них? Ничего. Они просто были врагами, причиной смерти её брата. И это собственно не поменялось даже после всего сказанного Эрвином. Просто теперь она ещё вдобавок понимала, что гиганты результат неуёмной жадности людей. Только почему кара, которая должна была обратиться против одного человека, обернулась против всех?

Мысли об этом немного отвлекли Микасу от того, что она сделала — выстрелила в Леви. Но ружье, которое она держала в руках, не давало об этом забыть. Микасе хотелось избавиться от него. Но ведь его не выбросишь? К счастью время патруля закончилось, и Микаса направилась к Кольту, чтобы сдать его. А заодно предоставить отчёт о патруле.

— Ты первая сегодня, — немного удивился Кольт. — А где остальные?

— Они немного отстали. Я увидела подозрительную личность и поэтому отделилась от остальных, чтобы проверить. Но ошиблась, — и глазом не моргнув соврала Микаса. — Вы говорили, что мы вскоре сможем вступить в ряды Чистильщиков?

— Да, — подтвердил Кольт. — На днях будет подготовлено соответствующее распоряжение.

Микаса кивнула:

— Тогда я пойду.

— Подожди… — внезапно остановил её Кольт.

Микаса обернулась стараясь ничем не выдать своё беспокойство.

Но Кольт вдруг неловко улыбнулся.

— Я знаю ты Эреном интересуешься?

Сердце Микасы пропустило удар. Но в следующее мгновение она поняла, что Кольт имеет ввиду Эрена основателя Чистильщиков, того кто просто очень похож на её брата. Странное стечение обстоятельств? В свете последних событий она не была так уверена.

— Да, — Микаса выдавила из себя улыбку.

— Не вижу энтузиазма, — улыбнулся Кольт, а потом взял со стола книгу. — Вот.

— Что это? — непонимающе взглянула на него Микаса.

— Жизнеописание Эрена.

— Спасибо, — на этот раз улыбка Микаса получилась чуть более искренней.

И, к счастью, Кольта как раз отозвал один из Чистильщиков, и у Микасы появилась возможность сбежать.

— Можешь быть свободна на сегодня, — на прощание сказал Кольт.

Микаса хотела побыстрее вернуться домой и в тоже время боялась этого. Она ведь выстрелила в Леви. Да, промахнулась. Намеренно. Но ведь было краткое мгновение, когда она действительно хотела это сделать. И он это понял. Просто не мог не понять.

Книга в руках внезапно стала тяжёлой почти такой же как ружьё.

Раньше Микаса без колебания пожертвовала чем угодно, лишь бы спасти брата. А сейчас? Неужели Леви стал для нее почти так же дорог? Нет, этого не могло быть.

Микаса и сама не заметила как вернулась домой. К её облегчению Леви там ещё не было.

— Что это? — поинтересовался Жан, увидев книгу в её руке.

— Кольт дал. Не знаю зачем, — равнодушно ответила Микаса.

Жан взглянул на обложку.

— А! Про этого изувера Эрена. Тогда понятно.

Микаса знала, что Жан говорит вовсе не об её брате, но эти слова всё равно больно кольнулт её. Кажется, в последнее время она совсем расклеилась.

— Не поддавайся всем этим штучкам Чистильщиков, — тем временем продолжил Жан, не заметив в Микасе ничего необычного. — Они просто хотят запудрить тебе мозги.

— Эй! Ужинать идите, — позвала из Петра.

— А Леви? — спросила Микаса.

— Он сказал, что сегодня задержится, — ответила Перта. — Не будем его ждать.

Микаса подавила вздох облегчения. Подсознательно она пыталась оттянуть встречу с Леви как можно дольше.

Оставив книгу на столике в прихожей, Микаса направилась в столовую. Но сегодня ей кусок в горло не лез, а поэтому проглотив через силу немного еды, она сказала, что не голодна и поднялась к себе.

Не раздеваясь, она рухнула на кровать. Когда придет Леви, как ему все объяснить? Или лучше не объяснять? Притвориться, что ей все равно. Он ведь не будет допытываться правды? Или будет?

Уже давно стемнело, а сон к Микасе все не шел. Леви тоже не появлялся, заставляя её все сильнее нервничать.

На улице поднялся ветер. Из приоткрытого окна стало задувать и Микаса поднялась, что бы его закрыть. И в этот момент послышался голос Авеля:

— Иди ко мне! Иди ко мне!

Микаса замерла, пытаясь сопротивляться чарующему звуку. Сегодня не один ангел, так второй пытается до неё добраться!

— Ты ведь хочешь спасти своего брата? В этом твое желание? — послышались сладкие речи Авеля.

Эти несколько слов разбили сопротивление Микасы, она сделала шаг к окну и с её губ почти сорвалось «да».

Но в этот момент сильные руки обхватили её сзади, а над ухом раздалось:

— Ты моя.

Это разбило иллюзию Авеля. Он все ещё продолжал звать её, но теперь это не действовало на неё так сильно.

Леви развернул её к себе и недовольно сказал:

— Но если так хочешь, то можешь идти спасать своего брата. Или ещё раз попытаться выстрелить в меня.

— У меня нет с собой ружья, пришлось сдать, — ответила Микаса не отрывая от него глаз. Голос Авеля звучал все глуше.

Неужели он действительно стал для неё так же важен как Эрен? Нет. Нет. Нет. Не может быть.

— Если бы знал, то прихватил бы ружье с собой, — ответил Леви. Он тоже не открывал от неё своего взгляда. И она видела, что он злился.

Но если всё-таки…

— Нет, — вслух произнесла Микаса, словно пытаясь отогнать пугающую её мысль.

— Нет? — немного саркастически спросил Леви.

И всё-таки… Можно ли как-то понять, что, да?

Словно в этот момент был единственном возможным способом проверить её чувства она поцеловала его. Это было лишь лёгкое прикосновение губ к губам, не более и Микаса сразу же отпрянула. Чувствуя как от смущения у неё горят щеки, Микаса отвернулась.

— И что это было? — удивлённо спросил Леви, нет скорее даже шокировано. Но Микаса боялась повернуться к нему, чтобы увидеть какое у него было выражение лица.

— Я спать, — заявила Микаса сейчас ей хотелось с головой накрыться одеялом, а лучше выбежать из комнаты, чтобы побороть свое смущение. И почему она только такое сделала?

— Ты… — в голосе Леви слышались подавляемые эмоции, но определить их природу не глядя на него было трудно. Может это была злость? — Совсем недавно ты собиралась меня убить. Теперь целуешь? Ты бы определилась.

— Нет, — заявила Микаса.

— И мне нужны объяснения.

— Я не хочу ничего объяснять.

Леви ничего на это не сказал. На некоторое время комната погрузилась в тишину. И только сейчас Микаса поняла, что уже некоторое время не слышит Авеля.

А потом Микаса почувствовала, как Леви лег рядом и обняв её за талию притянул к себе.

— Что? — утихнувшее было смущение Микасы вспыхнуло вновь.

— Это только потому что Авель может вернуться.

— Но почему ты всё-таки…

Леви не дал ей договорить:

— Больше я не хочу ничего объяснять.

То как он вернул ей её слова разозлили Микасу. Но сегодня она испытала так много различных эмоций, что долго она злиться не смогла. Вскоре девушкам заснула, ощущая дыхание Леви на своей шее.

Истоки всего (Леви)

Было холодно, темно и страшно. Но маленький Ривай старался не плакать. Брат сказал, что придёт за ним. Значит так и будет! Надо только подождать. Может тогда и мама с папой вернуться? Ривай с надеждой вглядывался в темноту сквозь щель в двери сарая. Но никто не шел. И постепенно становилось все холоднее. В последнее время он часто мерз, но тогда брат был рядом. А сейчас никого. И страшно. В конце концов Ривай не выдержал и заплакал. Сначала тихо, а потом всё громче.

Поэтому он не услышал как кто-то подошёл к сараю. А потом двери распахнулись. Удивленный Ривай замолчал, посмотрев на незнакомца. А тот дружелюбно улыбнулся.

— Ты почему плачешь?

— Я брата жду.

Незнакомец огляделся. Если тут и были следы, то их замело снегом.

— И давно ты ждёшь? — спросил он.

— Не знаю… Давно… — всхлипывая произнес Ривай.

— А мама с папой где?

— Не знаю… Я жду… — Ривай опять расплакался.

— Ладно-ладно, — погладил его по голове незнакомец и, сняв верхнюю одежду, укутал мальчика. — Как тебя зовут-то?

— Ривай.

— Хорошо, Ривай, я буду звать тебя Леви, — сказал незнакомец, взяв его на руки.

— Почему?

— Так в этих краях произноситься твоё имя. Меня, кстати, Эрен зовут.

Эрен уносил все дальше Ривая от сарая по скрипучему снегу. Мальчик хотел сказать, что должен дождаться брата. Но в объятиях Эрена было так тепло и он так устал, что вскоре заснул.

Всю дорогу Эрен твердил, что отведет его к семье, хотя при этом продолжал Ривая называть Леви. И мальчик верил ему, решив, что брат, наверное, ушел к маме с папой и потому так долго не возвращается.

Так продолжалось до тех пор пока они не пришли в большой город.

— Здесь ждёт меня брат? — с надеждой спросил Ривай, не замечая недружелюбные и подозрительные взгляды, которые бросали на них прохожие.

— Нет, — ответил Эрен. — Здесь мы будем его ждать. Однажды он придет сюда.

— Хорошо, — с готовность согласился Ривай. А когда, Эрен привел его в свой дом и сказал, что теперь они будут здесь жить, и вовсе обрадовался. Дом означал тепло и еду. За время своих странствий он очень хорошо это усвоил. Мальчик тотчас же с надеждой взглянул на стол. Но тот был пуст и в пыли.

Эрен, заметив его взгляд, рассмеялся.

— Я сейчас приготовлю что-нибудь поесть.

Но сделать он ничего не успел, в дом вошли несколько мужчин. Увидев их Эрен тут же загородил Ривая собой.

— Вернулся? — спросил один из мужчин.

— Как видишь Карл, — ответил Эрен. — Отца я не смог найти, он уже умер. Но как оказалось у меня был брат.

— Он что ли? — кивнул в сторону мальчика мужчина.

— Да, его зовут Леви.

Ривай непонимающе взглянул на Эрена, испуганно вцепившись в его штанину. Он не знал чего хотели эти мужчины, но они пугали, а потому решил, что лучше прятаться за Эреном и молчать.

— Ты ведь знаешь, что скоро надо будет приносить дань гигантам…

— Нет, — резко ответил Эрен. — Я только нашел хоть кого-то из своей семьи и Леви вам не отдам.

— Может сам вместо него пойдешь? — спросил мужчина, что стоял за Карлом.

Эрен, упрямо глядя на мужчин, ответил:

— Где мэр?

— К него сейчас нет власти, — ухмыльнулся Карл.

— Да и тебя тоже. Почему ты решаешь, кого приносить в жертву, а кого нет.

Ответить мужчина не успел, в открытую дверь вошли несколько женщин.

— А вы зачем сюда припёрлись? — недовольно нахмурился Карл.

— Вчера хотел моего брата забрать, а теперь к Эрену цепляется? Только и можешь, что детям угрожать, — недовольно фыркнула женщина, что шла впереди.

— Но нам же надо кого-то в жертву принести!

Женщина угрожающе взмахнула видами.

— Тут мы без тебя справимся. Лиза, зови подмогу!

Эрен, глядя на спорящих людей, поспешил увести испуганного Ривая в соседнюю комнату. Закрыв за собой дверь, он присел на корточки и, взглянув в глаза мальчику, сказал:

— Запомни, теперь тебя зовут Леви.

За дверью послышался шум драки.

— Постой тут, я скоро вернусь, — сказал Эрен, но Ривай вцепился в него не желая отпускать. — Ты…

Дверь распахнулась и в комнату ввалился высокий человек.

— Кенни? — удивился Эрен.

Мужчина окинул их взглядом, а потом сказал:

— Не беспокойся, в моем районе никого не принесут в жертву.

В тот день им удалось отбиться.

Как оказалось власти утратили свое влияние здесь и теперь сам город был разделен на несколько группировок, которые сражались между собой. Порой потасовки приводили к жертвам, порой захватывали кого-то из «чужаков» что бы отдать гигантам. Сейчас этот город был очень небезопасным местом. Но именно его Эрен мог назвать домом. И готов был защищать до конца.

Со временем Ривай привык, что его его называют Леви, а потом он и брата перестал ждать, почти забыв о нем. Теперешней семьёй для него стал Эрен.

К счастью Кенни взял из-под свое крыло, и его группировка изо дня в день становилась все сильнее. Так что опасность быть принесенные в жертву им больше не грозила.

И наверное где-то в это время у Эрена зародилась идея объединить город и создать законы, которые по справедливости оценивали тех, кто должен быть принесен в жертву. Возможно, если бы он мог, то и на гигантов пошел войной, но для этого конечно же сил у него было недостаточна, к тому же он взял на себя обязательство заботиться о Леви.

Кенни идею Эрена пусть и не сразу, но поддержал. Ему нравилась мысль взять под контроль весь город. Так и появились Чистильщики. Пусть официально город все ещё находился под властью короля, но реальная власть оказалась у Кенни и Эрена. Это они разрабатывали первые правила для Чистильщиков, ещё даже не подозревая, что из идею подхватят и другие города.

Леви рос, видя как город постепенно становится безопаснее. Теперь по крайней мере можно было без оглядки выходить на улицу. И если Эрен стремился сделать город безопаснее, что Леви стал мечтать о том, как стать лучшим Чистильщиком города. Только так он мог помочь брату.

Страница книги Крылья Легиона в интернете