Глава 1.

… держусь я за ремень, и мне становится страшно, что поток лавы внизу смоет и проглотит мои кости живьем, а я так и не достиг своей цели…. А вся жизнь проходит передо мной, а кем я был? И вообще как я здесь очутился?  Кто меня во все это вовлек? Черт, пора напомнить себе кто я…

Глава 1.

Ну, с чего бы начать? Знаю! Давай я тебе лучше представлюсь? Зовут меня Артемий (конечно не имя, а бред), произноси через «е», хорошо? Просто некоторые прикалываются над моим именем, произнося через «э». Хотя я не против… Фамилия Ааронсон. Еще бредовее, чем имя! Интересно, мои родители не думали о том, что такой парень как я не уживется с такой фамилией и именем…?! Ой, чего–то я развел демагогию, как обычно… Просто этот вопрос никогда не перестанет меня волновать. Учусь в 9 классе, общеобразовательной школы, не буду называть номер. Вообще, я очень популярен в ней, даже чересчур! Мальчишки меня уважают, ну а девчонки…, многим нравлюсь. Не могу я сказать, что некрасив или страшен. Довольно всего в меру, но отражение в зеркале мне нравится! Прическа довольно стильная – уложенные гелем кверху, медно–каштановые волосы. Глаза – серые, рост – 176 см, занимаюсь спортом, а еще джиу–джитсу. Мускулы и пресс имеются, я что – то забыл? Вообще, живу в богатой семье, и я один, хотя имеется множество дальних сестер и братьев. Мой лучший друг –  Маг. По крайней мере, я его так называю. Его зовут Марк Намон. Тоже из того же сословия, мы знакомы с детства и наша дружба дороже всех интересов на планете Земля. Родители крупные бизнесмены. Моя мама Шарона покинула нас, когда мне было 13, и уехала жить со своим молодым ухажером Терьером. Да, согласен кличка как у собаки, но он африканец и довольно богатый. Мой отец Лорен женился на молоденькой блондинке Кате, и они очень счастливы. Поэтому кроме моего друга и верного кота Стэна никого не было. Вы заметили, наверное, что все имена нерусские совершенно? Да, мы приехали из Канады, потому что лавочку папы чуть не взяли копы. А я хорошо знал именно этот язык так, как любил русскую классику. Ну, тогда впервые и учли мое мнение.

Но с чего же все началось перед тем, как жизнь обычного мальчика стала сумасшедшей и странной?

Это началось перед полнолунием 20 декабря 2010 года.

Я спускался с урока истории, как вдруг дорогу перегородила мне Вика. Девчонка очень мне нравилась. Ее чуть пухловатые щеки, вечно сияющая улыбка, губы и белые  волосы, переливающиеся всеми красками жизни и цветами радуги. Я не знал, как заговорить с девушкой, но собрался с духом и сказал:

– Привет, а у тебя шнурок, похоже, развязался…! – Боже, что же я говорил, на обуви не было шнуров…, но, к счастью, портфель имел несколько, которые были развязаны. Фух, пронесло.

– Оу, привет! Спасибо, Тема! Я сегодня совсем ничего не замечаю…, не выспалась, – произнесла она, завязывая шнурки, так медленно и непринужденно, что я мог покраснеть.

– Ну – э, я тоже…, – врал я напропалую, заглядевшись на Вику.

– Да? С чего же? – спросила девушка меня, прищурив глаза.

– Э–э–э, ну я реферат писал… О, ну ты знаешь… Такой большой…

– О чем? – поинтересовалась та.

– О, о… затмении…, – я увидел статью в газете, лежавшей на кофейном столике в углу, хотя зрение часто подводило; носил очки, когда читал.

– Неужели? Почитать дашь? – чуть не смеясь, рассердила блондинка меня.

– Нет, не могу. Еще не дописал…, да и вообще очень спешу, а то меня Марк заждался…, был рад увидеть тебя…, пока, – быстро сказал я и бросился бежать, как вдруг услышал голос Вики.

– Передавай Марку привет и пусть он мне позвонит, – крикнула Виктория напоследок.

Что? Позвонит? Они что, знакомы? Я вскипел от гнева и рявкнул:

– Передам!

Я несся по лестнице, чтобы придушить лучшего друга, а так же известного Казанову школы. Мой кулак так и чесался, да и к тому же хотелось попрактиковать удары джиу–джитсу. Он нагло стоял, опираясь на арку в солнечных очках, разговаривая с Ликой Синеровой, которая была по уши в него влюблена (Санта – Барбара отдыхает). Я шел с такой злобой, что хотел откусить от его глотки всю плоть. Но меня что – то остановило, это было как молния, которая ударила среди ясного неба. Злость исчезла… Странно, да? Вот так просто.

Ладно, в общем, подошел к «другу» в тот момент, когда на него хотела повеситься Лика. Короче, спас негодяя.

– О–о–о, привет, братик! Как твоя молодая жизнь? – весело произнес Марк, похлопав меня по плечу.

– Спасибо, пока я не…, давай я тебе по дороге домой расскажу…, – сказал я, еще ощущая присутствие Лики, которая развесила локаторы, спрятавшись за аркой.

– Ох, да что–то я заговорилась, пойду на урок…! Пока Марк! – ощутив, что раскрыли, сказала нервно Синерова и побежала в сторону лестницы.

– Пока, Лика, – вместе мы произнесли.

Я быстро накинул на себя пальто, завязал шарф и надел ботинки, и мы вместе с «братом» пошли из школы прочь.

– Ну, что там у тебя такого, что не хотел говорить при Ликочке? – с усмешкой сказал Маг.

Почему–то, сразу захотелось ударить по его отбеленным зубам и сломать очки.

– Ликочке? Ты смеешься? Ну, в общем, неважно. Случаем, не забыл про наш договор? – напомнил с саркастической речью я.

– Смотря какой? Ведь я и не припомню всех, уж слишком много…! – зевая, произнес он лениво.

– Ну…, это… самое про Вику…! – сказал я, даже очень смущаясь.

– А–а–а, это…! Ну, помню! А что ты так всполошился–то? – спросил Марк подозрительно.

– А ничего! Вы с ней знакомы?

– Конечно.

– Вика тебя попросила позвонить, – пытался я перебороть свою ревность.

– О, спасибо! Я и забыл…!

– То есть? Зачем? – все больше злился я.

– Ахахаха, ты не ревнуешь ли?

– Нет! Вовсе нет! – пытался я оправдаться.

– Ахахаха, ты такой смешной, когда злишься, – все смеялся надо мной лучший друг.

– Ладно, хорош ржать!

– Ну, у нас ничего нет…

– Правда? То есть,…а почему Вика попросила позвонить ей? – обрадовался я.

– Помогает с итальянским» – сказал Марк.

– С каких это ты пор занимаешься итальянским? – продолжал я допытываться.

– С тех самых, когда узнал, что поеду работать летом к отцу в Италию! Буду помогать составлять бизнес–планы, планировать день и присутствовать на партнерских встречах…! Я так давно об этом мечтал, что готов выучить  язык за 5 месяцев с половиной! – мечтая, сказал Маг.

– Да–да–да, помню! Тем более как же тут забудешь, когда ты зудишь и болтаешь об этом без умолку! Ладно, допросы окончены! А теперь извини, но нам придется поторопиться, иначе меня Катрина убьет…!

– И как ты Катюшку терпишь? Не уж–то твой отец не замечает, что девушка – хорошенький манипулятор? – потирая затылок, непонимающе спросил который раз Марк.

– Нет, и тем более ему некогда. Отец приходит, сразу спать ложиться! – отмахнувшись, сказал я, потирая переносицу. Попрощавшись с другом, направился нехотя к дому.

Когда зашел в холл, начал отогреваться от мороза (так замерз, что пальцы на ногах окаменели и не слушались моих приказов). Как только я снял куртку, спустилась Катя, на которой была розовая шелковая ночнушка. Почти прозрачная. Иногда, думал, что она живет в доме вовсе не из–за папы… Наверное, ждала, что я скоро повзрослею, ведь девушке было 18 лет.

Мачеха так на меня посмотрела, что захотелось убежать подальше от накладных ресниц.

– Ну, привет, дорогой! Как прошел день в школе? – спросила Катюха ласковым голосом.

– Э–э, ну как обычно! А ты чего разгуливаешь по дому в таком виде? Папа еще нескоро придет, – сказал я требовательно, пытаясь отвести взгляд в сторону.

– Ну, просто, я проснулась недавно… Тем более, в институте сессия закончена, а экзамены тем более! Так! Это что такое? – завизжала эта «старая» карга.

– Что именно? – не понял я.

– Ты наследил! Ковер такой чистый был до твоего прихода, а теперь – грязный! Я же так старалась и убиралась! – кричала «любительница уборки».

Лично я не понял ничего, ведь Катя же типа спала… Люди, я вообще в девушках ничего не понимаю. Они такие загадочные и всегда перепрыгивают с одной темы на другую так, что мозг начинает болеть. Примерно, как у глупенькой первоклассницы, которой рассказали о строении карбюратора.

– Ну, ты же не умеешь убираться!  Говорила, что, якобы, была создана для светской жизни. Так дерзай! – злил я мачеху все больше, что любил делать каждый день. Однако, после всегда от отца попадает.

– Я? Не умею? Да как ты смеешь?! Я росла в семье, где было 6 человек. Была почти старшая и уборку вечно вешали на меня, – дрожащим голосом кричала Катя.

– Ой, ну ладно гнать! Думал, что, такая как ты, не умеет ничего, кроме того, как окучивать чужих пап» – не выдержал я.

– Пупсик, я не ради твоего папочки здесь! Лорен мне и подавно не нужен! – тогда Катя на меня посмотрела так, как на колье из сапфиров, которое папа подарил прошлым вечером.

– Ты не в моем вкусе! Старухи не в моде, – насмехался я.

– А ты–то так сейчас говоришь, потом вырастишь, и узнаем! – распустив волосы, сказала кошачьим голосом девушка.

Тут послышался баритон моего отца. Аллилуйя! Я спасен. Но ту произошла громадная ошибка. Катя дала сама себе пощечину и сделала несчастный вид, будто ее ударил кто–то другой. Но тут я понял, к чему мачеха это сделала. Отец увидел красный след на щеке,  посмотрел на меня (а лицо у меня выражало явную злость)  и заорал:

– Та–а–ак, быстро выметайся из дома, пока не поймешь, что натворил! Катя, с тобой все в порядке? Что сын с тобой сделал? Знаешь, Артемий, я был лучшего мнения о тебе!

– Ох, Лорен! Не стоит выгонять мальчика, это я виновата, просто поскользнулась! – играя, сказала Катрина, злобно подмигнув и войдя в образ «несчастной жертвы» вновь.

Господи, папа совсем ослеп? Не понял, как обманщица «падала»?

– Нет, Катя, пусть подышит воздухом, – приказал отец, смотря на меня ястребиным взглядом.

– Но, папа…, – растерялся я.

– Шагай, давай! – крепко прижав к груди жену, рявкнул Лорен.

– А знаешь, лучше бы я уехал к маме. Мать хоть не такая слепая, как ты…, – крикнул я, надевая куртку и шарф кое–как. Даже не надев сапог, вышел в домашних кедах.

Вечер был чудесным, правда темно и холодно. Звезды изредка показывались из–за туч, блистая своей ослепительной красотой. Я не романтик, но сейчас хотел бы погулять с кем–нибудь, даже знаю с кем… Темнота обостряет чувства человека во сто крат, особенно зрение. И энергия всегда бурлит так, что ты можешь пробежать несколько километров без остановки, не то что на уроке физ–ры рано утром. Сердце пульсирует, мышцы гудят и вибрируют. Иногда ощущаешь себя полноценным хищником, влюбленным в Луну. Кровь мутнеет, превращается в энергетик, а затем адреналин дает подзарядку телу, особенно в полнолуние! Не замечали? А зря, такие чувства в каждом человеке есть. Ну, хватит о замашках.

Я бродил по прямой дороге, разделяющей коттеджи. Ноги вели к дому друга, который находился в пару коттеджей дальше. Я подошел и постучал. Но никто не ответил.  Поэтому заглянул в окно, которое было на всю стену первого этажа. К моему удивлению, Марк сидел возле камина и занимался итальянским с Викой. О, на ней было такое милое платье, что захотелось войти и предложить погреться у камина. Но тут я увидел, что Маг тянет руку к девушке, желая положить на плечо, как это делается в американских фильмах. О нет! Вика, сопротивляйся! Но этого не произошло. Виктория с удовольствием  облокотилась о руку Намона и смущенно засмеялась. Вино и конфеты лежали рядом. Ясно, меня провел собственный дружок. Вика смотрела на Марка с такой нежностью, что меня охватило разочарование. Перестав здраво рассуждать, сильно дернул ручку, но было заперто. И как дурак остался наблюдать за ними. И увидел страшную картину для сердца. Марк сидел и гладил возлюбленную по щеке. Ну, все, я ухожу.

Разозлившись не на шутку, побрел, точнее, понесся к старой площадке для детей, рядом с домом моим, которая была возле соснового леса.

Упав на качели, долго просидел в ступоре, вспоминая эту картину.

– Эй, чего грустишь? – спросил меня кто–то за спиной.

– Знаешь, не думал, что мой друг окажется таким подлым и поставит на карту нашу дружбу, – сказал на автомате, не замечая никого и ничего. Думал, что с головой что–то не так.

– А ты не знал, что Марк наживался на тебе всегда? – спросил тот же мелодичный и чарующий голос.

– Нет, честно, я думал, что Намон единственный, на кого могу положиться и кому могу довериться…! Знаешь я рад, что могу поболтать сам с собой, ведь, такие глюки помогают выговориться, – бубнил я.

– Я – не глюки! – завозмущался дивный голос, перерастающий в скрипучую калитку.

Тут я и повернулся. Позади  меня, оказывается, сидела прекраснейшая девочка. Красота затмевала всех девчонок на планете, которых знал или не знал. Не смогу ее точно описать, поэтому я постараюсь. Начну с лица. Тут и не скажешь ничего, идеально, совершенно, прекрасно. Глаза светло–бирюзовые отливали золотом. Форма лица – овал. Губы, нос, скулы, лоб – идеально ровные. Ох, а волосы. Они были до талии, постриженные лесенкой. Девушка была шатенкой. Волосы переливались и играли даже ночью. Были и темно – золотистые локоны. А пахли древесной корой и корицей.  Да, я попал в Рай.

– Хватит на меня глазеть! – крикнула миленькая мордочка.

– О–о–о, э–э–э, ах, да прости! Просто ты такая…! – говорил я так, как–будто нанюхался одеколона.

– Ах, да, обычная реакция парней, sorry, забыла! – видимо она уже привыкла действительно.

– Ты…? – захлопав глазами, потерянно спросил я.

– Меня зовут Аврора! Я твой страж! – коротко и совсем неясно пояснила красавица.

– Кто??? – тупо покосился на Аврору, но потом увидел на ее прекрасной ноге татуировку. Обычный браслет со звездочками.

– Вот что я не люблю, так это слово «кто»! Пошли, объясню по дороге! – девушка схватила меня за руку. Похоже, Аврора сильная, ведь не любая оставит на коже синий след от рук.

– Стой, стой, стой! Я тебя не знаю! Хоть ты и красивая…, но никуда не пойду! – настаивал я, пытаясь освободиться.

– Слушай, а я спрашивать и не буду! – сказала девчонка, и тут произошло кое–что.

Аврора взяла какой–то мешочек, завязанный на джинсах, и открыла его. Взяла горстку пыли, блесток и вообще непонятного чего – то. А потом высыпала на себя часть.

– Ты что, из психушки сбежала–а–а….? – не успел договорить, ведь уже болтался в воздухе.

Тонкие руки держали меня с такой хваткой, что вскоре стало больно. Если вы никогда не висели в воздухе на высоте 27 этажа, могу сказать, что это нереально круто и непередаваемо…

Дух захватывает… Но потом вспомнилось, что чем дальше в гору, тем тяжелее дышать. Я начал задыхаться.

– Эй, Артемий! Что случилось? – задала глупый вопрос прелестная Аврора.

– Я… Я… не могу… дышать…, – тяжеловато говорить было.

– Ох, прости, забыла…, – виновато сказала девушка.

Подъем в воздух был безопасным, но вот когда Аврора начала спускаться, почувствовал себя метеоритом. Накалялся и тяжелел. А потом вырубился…

– Эй, Артемий! Ты в порядке? – голос раздавался так далеко, что захотелось спать. Но пощечина дала о себе знать.

– Ой! Аккуратнее! Я слышу, Аврора! – возмущенно сказал я.

– Помнишь, как меня зовут…, – с облегчением сказал сладкий голос.

– Так, а теперь жду объяснений, – требовательно настаивал я.

– Ну, мне нельзя…, – опустив глаза, тихо прошептала девушка.

– Что? Если не расскажешь, то уйду, – пытаясь встать, сказал рассержено я. Но головокружение усадило обратно на попу.

– Ладно, но думаю, что могла бы сделать это попозже, и тем более от меня никуда не уйдешь, – пожав плечами, сдалась Аврора.

– Давай уже!!! – не удержался я от любопытства.

Я оглянулся и чуть снова не отрубился. Вокруг была такая дивная поляна, как в фильмах показывают. Была ночь, но все же успел разглядеть прекрасное вокруг.

Мы были на поле, где выращивали виноград. Его аромат распространялся по всему горлу и дыхательному пути. Так их хотелось откусить виноградинку и насладиться нектаром. Так же на поле были цветы: тилландсии (фиолетовые, персиковые, белые), орхидеи Ванда, розы Аваланж, альстромерии, стрелиции, ранункулюсы. Удивило то, что все цветы, выращиваемые в разных полосах Мира, собрались на одной маленькой полянке. Но странное было еще то, что ни снега, ни мороза не было. Я оказался совсем не в России, и это очевидно.

– Где я? – спросил растерянно.

– Ох, ну, не могу точно сказать. Ведь когда ты задыхался, решила сделать экстренную посадку. Я же не знала, что ты еще не обучен всем этим штучкам…! – виновато сказала Аврора.

– Каким штучкам? – потупился я.

– Ну, магическим, – тихо сказала Аврора на полном серьезе.

– Стоп, что ты за чушь несешь…? – не мог я понять до конца: девушка адекватная вообще?

– Ничего не несу. Просто нужно столько рассказать, что думаю, у тебя голова лопнет, – смеясь, произнесла красавица. – А теперь советую поспать, иначе утром ты точно ничего не поймешь.

– Э, ну, хорошо, только можно один вопрос? – с надеждой спросил я.

– Какой? – прищурясь, спросила прекраснейшая дева.

– Как папе скажу, где я? – было очень страшно, ведь  папа может искать. Подумают, что либо сбежал, либо похитили конкуренты отца. Так уже было, неоднократно.

– Не волнуйся, здесь время замедляется, не идет и вообще не существует. Поэтому, когда вернешься, будет такое же время, – махнула рукой девочка.

– Что? – удивился я.

– Поэтому я и говорю, спокойной ночи! – сказала Аврора, улегшись рядом.

Что ж, я послушался, но уснуть долго не смог. Мучили вопросы о том, как это все со мной связано, кто такая эта Аврора, что это за место, где времени нет, почему сплю на траве?

Но также вспомнил, как мой лучший друг предал, обманул и нарушил наш договор, и рана в груди заныла с такой силой, что я, волей и не волей, сжался в ком. Было ужасно скверно и противно, что тот, кому доверял, воспользовался и кинул, словно клочок тетрадной бумаги. А Вика, не думал, что девушка такая же, как и все девчонки нашего возраста, ведь блондинка была для меня особенной и любимой, нежной и хрупкой. Небось, когда вернусь, голубки еще будут сидеть вдвоем на полу и греться возле камина. А у меня есть вообще перспектива, такая красивая и прелестная, даже Вика по сравнению с ней меркнет. Как будто, Аврора самая настоящая звезда, спустившаяся с небес. А что, попробую расспросить о том, кто девушка и почему я именно нужен ей.

– Вставай, соня, – ласково прошелестел ветерком ангельский голос.

Я встал и увидел совершенно другую картину. Где выращивали виноград, стали выращивать черешню, а цветы закрыли свои бутоны. Оказывается, я спал возле гигантского водопада, где плавали радужные рыбы и щебетали колибри. Над головой пронеслась большая желтая бабочка, а за ней голубые и оранжевые тропические бабочки. Они пахли чудесно: конфетами и лакрицей. Трава была изумрудной и шелковистой, что на ней реально можно было спать, как на пушистом ковре, который был похож на тот, что лежит в ванной возле раковины. Облаков на небе не было, и небо не было голубым. Оно было персикового цвета, как на тропических островах. Ох, было так здорово, что я расслабился и не мог встать. Ветер был таким теплым, как будто кашемировый шарф ласкал меня по щеке.

– Да, здесь чудесно, – увлеченно произнес я.

– Ага, я тоже люблю это место, – довольно сказала Аврора.

– Но ты же сказала, что не знаешь, где мы!

– Э–э–э, ну, пока ты спал, перенесла в пункт назначения, – неловко улыбнулась девушка.

– Не тяжелый? – я пытался быть вежливым, но…

– Эй, не подкатывай ко мне, – возмущалась Аврора.

– А я и не …, – начал я.

– Если сосредоточена и никто не отвлекает, то могу мысли читать, – отвернувшись, сказала, краснея, девушка.

Ого! Я был в шоке, то есть я же такое вчера себе нафантазировал, что стыдно вспоминать…

– Ладно, прости… А теперь расскажи то, что собиралась сообщить вчера, – я пытался забыть этот маленький инцидент и перевести тему разговора.

– Выбирай: кто я или кто ты? – предоставила выбор Аврора.

– Давай – кто ты? – о себе хотел узнать в первую очередь, ведь было даже страшно подумать о том, кем являюсь, поэтому решил уступить место даме.

– Я – Аврора Элейская – твой хранитель–страж! У меня 5 разряд, почти самый последний. Обучалась в крепости Беллактрис и получила красный диплом. Столько же, сколько и тебе. Являюсь твоим щитом. У каждого человека есть своя звезда, а у героев – они самые большие. Обладаю такой магией, как полет, прорицание, чтение мыслей, алхимия, оккультизм. Имею доступ к кристаллам вечности, мудрости, пламя, воды, растений, анимагии, луны, звезд, любви, теней, доброго духа, милосердия и силы. Мое обличие – это  человеческое тело, поэтому я не небесное тело! Звезда на небе это знак тебе! Я – твой путеводитель. Моя клятва – служить и быть верной, – закончила Элейская, но я до сих пор не понимал, для чего все это.

– Ух ты, крутая… Мне нравиться! Но как ты связанна со мной? – спросил я.

– Если тебя ранят или убьют – со мной случиться то же самое, но если меня ранят или убьют с тобой ничего не случиться! Говорю же – я твой страж. Щит, отражение, – девушка опустила голову и начала плакать.

– Эй, буду тебя,… себя беречь! Не дам такое прекрасное создание в обиду, слышишь? – я подошел к Авроре и обнял.

Слезы Элейской обращались в жемчуг и катились до самого водопада.

– Убери руки! Я в порядке…, честно…! А теперь пора идти, – быстро произнесла звезда, как будто ничего не произошло.

– Подожди, а про меня рассказать? – удивленно я произнес.

– Потом! Времени нет! Или ты думаешь, что ночью здесь так же чудесно? – небрежно Элейская ответила.

– Но… ты говорила, что время здесь не течет, – так запутался, что понимал только то, что Аврора страж–звезда. И даже не понимал, кто я такой! Так начинаю бредить и медленно сходить с ума.

– Давай пошевеливайся, – крикнула звезда, которая уже стояла на горе, с которой шел водопад.

Я хоть и спортсмен, но по лиане забирался довольно долго и тяжело! Пару раз падал, обдирал кожу рук из–за сильного скольжения вниз, соскальзывал и ударялся о скалу. А наверху диким хохотом заливалась эта девчонка. Мне было даже неловко как–то из–за неумения лазить по 16 метровой лиане – скользкой и противной. Но все–таки забрался на скалу через полчаса моих мучений. Мышцы гудели, и, похоже, я заработал кучу мозолей и шрамов. Пришлось снять рубашку. Да, я еще был в школьной форме.

– Господин, вас посадить на спину и довезти до места, к которому направляемся? – саркастически сказала Аврора.

– Очень смешно! И это при всем притом, что у тебя есть мешочек с пыльцой феи, а у меня нет, – задыхаясь и лежа на траве, ответил я.

– Пыльца феи? Да, фея и единорог так похожи…! Это пыль с рога единорога Диабло, который является личным транспортом, – с некоторым воодушевлением в голосе пропела моя звезда.

– Так, стой! Похоже, будто попал в том сказок! А у вас тут есть летающие предметы или говорящие часы? – ударив ладонью по лбу, сказал нервно я, заметив, что нервы начали сдавать.

– Ты что «Красавица и Чудовище» пересмотрел? Думала, что ты парень, а не девочка, которая любит смотреть мультики про принцесс и примерять розовые платьица, – выпучив глаза, сказала разочарованно девушка.

– Эй, я самый настоящий парень, который умеет отвечать за свои поступки и брать ответственность. Подумаешь, в детстве мама сажала на диван и включала мультики про принцесс, просто она их любила смотреть и ждала девочку вообще, а я вот мальчиком родился, поэтому мама заставляла сидеть и смотреть с ней якобы для того, чтобы боевики не давили на мою детскую психику. Но честно даже и не слушал, о чем сказки были… Я играл в солдатиков в это время, – пытался соврать, ведь если честно, просто обожал такие мультфильмы, особенно любил смотреть «Золушку». Всегда представлял, как буду расчесывать ее желтые волосы, и играть с мышками, раньше, очень давно, до тех пор, пока не появилась Вика.

– Ах–ах–ах–а, за дурочку держишь? Говорю же, что знаю о тебе все! Когда ты ходил в туалет, что ел, что пил, кого любил…, – девушка приутихла на последней фразе.

– Хей, ты подглядывала? – закрыв руками грудь, спросил брезгливо я.

– Э–э–э, не то чтобы подглядывала, если мягко говорить – наблюдала, – заметил, как девушка покраснела. Аврора резко отвела глаза вниз и повернулась спиной.

– Ну и как тебе мой пресс, а? – сказал я голосом хищника, даже чуть ли не зарычал.

– Так, двигаемся вперед, и хватит болтать, смотри лучше под ноги, иначе опять упадешь, Барби, –  видно, что я окончательно смутил девушку.

Ехидно улыбнулся и хотел спросить, не хочет ли Аврора потрогать мои бицепсы, но сделав шаг вперед, понял, что под ступней воздух. Тропики закончились. Передо мной открылась картина вроде бы ужасающая, но вроде и прекрасная: небо как будто опустилось, т.е. перед обрывом простирались белые облака, которые передвигались, как им хочется. Вдали виднелось целое поселение, состоящее из площади, домов, сделанных по старому итальянскому стилю и дворец. По–моему, я попал в 16 век… Я не думал, что там и кто ожидает. Больше всего интересовала идея, как добраться туда. Но в голову пришла безумная идея, и я встал на облако, думая, что сейчас провалюсь сквозь. Даже со страху закрыл глаза и, почувствовав тепло руки Ро (сокращение имени Авроры, придуманное мною), открыл веки и увидел, что прочно стою на белом и сияющем облаке. Я не удержался и потрогал облачко: мягкое, пушистое и щекочущее руки. Но как только потрогал определенную часть облака, она стала растворяться, поэтому подальше отошел и не стал трогать. Пока мы перемещались, наступила ночь, и засияли звезды.

– Слушай, давай присядем? – предложил я.

– Не против, – сказала личная звездочка.

Мы присели, и я вдруг почувствовал, как что–то в животе чешется, или даже летает. Нет! Я же не влюбился в Аврору? Чушь. У меня есть Вика, хотя уже нет… Но я люблю блондинку еще, а вот вернусь и начищу лицо этому Марку. А Вика такая вся:

– Мой герой, мой герой. Я без ума от твоего поступка.

Кого обманываю, я разочаровался в любви.

Но так хотелось прикоснуться рукой к руке Авроры, но девушка резко сказала:

– Артемий, смотри! Видишь вон ту звезду, которая светиться золотистой дымкой? Это твоя звезда, то есть я, чисто теоретически! А вон та, которая светиться серебристой  дымкой – моя сестра Юнона. Сестра старше меня, но почему–то подопечная, Вивиен, твоего возраста. Странно, но старейшины решили так. Я очень люблю Юнону, единственную, кто у меня остался, ведь у звезд, как и у людей, есть своя семья. У меня мама, Диадема (значение – бриллиант), входила в совет старейшин, но несколько лет назад на наше поселение нашла страшная беда в виде проклятия Шаулы (значение – жало), которая являлась темной царицей Нижнего Грааля, то есть подземного слоя нашего измерения. Проклятие принесло с собой хаос и нападение Мрака, если говорить точнее, Мрак – царь забвений  и заблуждений. Шаула наделила его магией чумы. Ведьма не только хотела уничтожить наш народ, но и получить все артефакты. Старейшины не знали, что делать. Но моя мама отдала себя в жертву, прежде чем смогла подумать. Диадема встала перед Рунными воротами и вселила вовнутрь себя Мрак. Противостояние, терзающее мамину душу и жизнь, шло около 4 месяцев, но при этой борьбе Диадема ногтями рвала свою плоть, было ужасно. И вот в первый день летнего солнцестояния мать упала без сил и погасла. Мрак был уничтожен, но и мама была мертва. Но знак Диадемы не погас, ведь после смерти душа переселяется в звездное тело» – Аврора так внимательно смотрела на красную, единственную красную звезду, которая мерцала рядом с золотистыми воротами. По щекам Авроры мерцали слабые и горячие слезы. Я хотел девушку обнять (какой раз), но Ро встала. Мы прибыли на место.

– Это те самые Рунные ворота, да? – догадался я, ведь на них было нарисовано множество рун, которые светились и переливались блестками.

– Да! Ой, чуть не забыла! Не забудь поклониться воротам, иначе не пропустят, – поклонившись, сказала нервно звезда

– Хорошо, – поняв, что тут все всегда странно, согласился я.

Потом поклонился Рунным воротам, как вдруг врата засияли изнутри.

– Не бойся, иди! Это значит, что ворота приняли, – с облегчением в голосе сказала Ро.

Я прошел сквозь свет и оказался на той самой площади, которую видел издалека. Странно, почти весь день ехали на облаке, видимо поселение было далеко, а так хорошо видел площадь издалека. Ничего не понимаю. Это тоже добавляется в список вопросов. Площадь была красивой и чистой, дорога состояла из колотого венецианского стекла, которая вела через сад с розами всех видов и оттенков к фонтану, примерно высотой с 13–ти этажный дом, а шириной с  6–ти комнатную квартиру. Вода лилась светлая и прозрачная, но иногда вытекали через определенный промежуток времени разноцветные струйки воды. Дети подбегали и наливали в чаши эту разноцветную воду и пили. Один маленький мальчик дал мне попробовать эту воду. Розовая вода была по вкусу, как клубничный коктейль; голубая, как черника и ежевика; оранжевая, как апельсин, ну остальные я не успел попробовать, потому что там было огромное количество оттенков и цветов. Дома окружали большую часть площади, как я уже говорил, их стиль напоминал старые итальянские дома. На площади было множество торговых лавок, выставок и конкурсных программ. Когда смотрел на все это, мое настроение достигло максимума, даже забыл обо всех проблемах и несчастиях. В моей душе как будто настали покой и гармония. Люди были приветливыми и улыбчивыми.

– Это Площадь Первой Зари, – тихо сказала Аврора.

– Здесь просто чудесно…, – промямлил я, витая в облаках.

– Естественно, ведь в нашем мире всегда царит покой, гармония и атмосфера праздника. Все всегда дружны и готовы постоять друг за друга. Правда, на человеческий мир не похоже? Ведь я видела столько страданий и горя в вашем мире, что на душе становилось скверно, – посмотрев на играющих детей, сказала гордо девушка.

– Да, здесь не поспоришь, – сказал я и тут же вспомнил Вику и Марка.

– Знаешь, Виктория тебя не достойна! Ведь девушка такая непостоянная и распущенная! Так что не переживай, найдешь себе другую более достойную спутницу жизни! Тем более в нашем поселении много симпатичных девушек твоего возраста есть, поэтому, не хлопай глазами и не упускай своего шанса, – со странным видом сказала Ро.

– Хорошо… А куда сейчас пойдем? –  спросил я.

– Сейчас поедем, а не пойдем! А поедем в крепость Беллактрис (значение – воительница) туда, где проводится Совет старейшин, и обучают звезд магии, – так же гордо произнесла Аврора.

–Za mene, moja draga, – крикнула звезда. Перевод таков: «Ко мне, мой милый». Это она на хорватском  сказала. Но для чего, узнал только тогда, когда в небе увидел несущийся со скоростью 210 км/час столб синего огня. Это приближалось так быстро, что от страха упал на дорожку и схватился за голову.

– Не бойся, это мой единорог Диабло, ничего не сделает, ну, может, мале'нько поджарит. Ха–ха–ха,  шучу! Вставай, давай! – смеялась надо мной эта смелая девочка.

Когда открыл глаза, то увидел вокруг толпу, которая смеялась надо мной. Волей и неволей улыбнулся. Когда обернулся, увидел того самого Диабло. Мое удивление и впечатление было настолько мощным, что открыл рот. Это был черный мустанг с огненною голубой гривой и хвостом, причем не в переносном смысле, а в прямом. Вместо конских локонов был огонь, который обжигал руки и кожу, по крайней мере, мою точно, ведь Аврора прикоснулась к животному и даже погладила, и ничего не случилось. Из головы торчал черный перламутровый рог, который в длину достигал около 1,5 метра. Шкура была черной и бархатной. Глаза были тоже черными. А из–под копыт валила черная дымка. Настоящий дьявол.

– Потрогай, не бойся, не укусит! – приказала защитница.

– Я не боюсь, что укусит, просто от единорога таким жаром веет, что кожу обжигает, – трусливо произнес «настоящий парень».

– Быстро погладил! – крикнула Ро.

Я закрыл вновь глаза и стал медленно тянуться ладонью к единорогу. Кончики пальцев медленно начало щипать. Рука стала теплеть. А потом и совсем жечь. А я через боль все продолжал тянуть руку. Было невыносимо больно и горячо, как будто сунул руку в костер, потом опустил в котел с кипящей водой, а в конце к накаленной лампе прикоснулся, но по–прежнему тянулся дальше. Прошла как будто вечность, как вдруг ощутил легкую прохладу и нащупал что–то жесткое. Это был затылок мустанга. Да, я сделал это!

– Ну как, горячий? – поинтересовалась ехидно Авроша.

– Нет, но сначала показалось, что жаром веет, – смахнул холодный пот со лба, облегченно сказал я.

– Это правда. Если никогда к определенному единорогу не прикасался, то срабатывает его защитная магия, которая сопровождается неприятными ощущениями. У разных единорогов – разная магия защитная. А вот у Диабло защита срабатывает в качестве жара. Но если честно, то та боль, которую ты испытал еще слабая по сравнению с тем, что может быть, просто Ди ослабил магию, потому что поверил и почувствовал твое доброе сердце, – пояснила Ро.

– А давай прокатимся?» – спросила девушка вдруг.

– Э–э–э, если быть предельно честным, то не умею кататься на лошадях, а тем более на единорогах» – краснея, произнес я.

–Ничего, это у тебя в крови, думаю, что сам справишься гораздо лучше, чем с моей помощью. Садись, – сказала Аврора. Я уселся на рогатого мустанга, причем, безо всяких трудностей и гордо выпрямился. Но рановато я это сделал, потому что Диабло резко двинулся вперед. Ощущения обуревали дикие: сначала дрожь, потом холодок по коже, страх, боязнь, дикая свобода, адреналин. Это было, типо, как водитель «Жигули» пересел за руль новенького «Порше», как вам такое сравнение?

Так вот, сначала мы пронеслись через Рунные ворота, чуть не опрокинув статую звезды – хранительницы, а затем, прибавляя скорости, приблизились к небесному своду. Я  не знал, за что держаться, ведь никаких веревочек не было, поэтому схватился за огненную гриву. «А разве можно держаться за огонь?» спросите вы. Оказывается, можно. Да, это противоречит всем законам физики и существованию всего земного, но ступив на эту землю, понял, что здесь всему тому, во что мы свято верили,  все противоречит. Разве кусок земли может парить в воздухе, где звезды находятся на расстоянии вытянутой руки, где существуют единороги, где существуют девушки–звезды, где существует магия?

Но вернемся от рассуждений к первому полету. Я взялся за гриву, и  вдруг в глазах начали появляться картины, то, что видит конь. Ощущения, будто надел 3–D  очки. Время начало замедляться, сердце бешено стучало, по всему телу прокатилась волна огромной энергии, зрение стало таким четким, что мог видеть строение любой звезды, людей, которые находились за Рунной аркой. Такое ощущение, что мы с единорогом слились в нечто целое или вообще стал сам  лошадью. Мог контролировать движения Диабло, приказывать без всяких звуков, слов и мыслей. Не нужно было делать ничего, все делало мое тело, его тело. Летели медленно, легкий ветер обдувал лицо, была приятная и спокойная ночь. О, я только что увидел падающий кусок от метеорита, а что, если… Я быстро рванул вперед и сделал мертвую петлю. Вау! Это нереально круто! И полетел за осколком, который летел довольно быстро, тем более он был дымчатого цвета, поэтому обычному человеку было бы тяжело разглядеть ночью этот камешек, но я сосредоточил все свое внимание на куске. Мы осторожно облетали острые концы звезд, оставляли дырки в облаках, но неслись с огромной скоростью. Оставался один метр до этого несчастного куска, как вдруг глаза перестали видеть, и контроль постепенно исчезал, равновесие оставляло желать лучшего, а тепло уходило со смелостью. Я начал ощущать, что падаю, проваливаясь в бесконечную яму, которой не было ни конца, ни края. Силы угасали и начало клонить в сон. «Не сдавайся, ты можешь! Прошу, собери все силы или погибнешь» – предупредил сквозь сон чарующий голос, такой, который никогда не слышал. Напоминал перезвон церковных колоколов. Но медлить было нельзя, надо было выполнить просьбу, и поэтому собрал весь остаток сил и открыл глаза. Я не был уже в пучине звезд, окружал красный закат, где виднелись песчаные бури.

– Так, давай! Но как я это сделал, как соединился с Диабло? – спросил сам у себя. Похоже, забыл, что было проблемой, ведь внизу ожидали колья. Но чудо! Волна энергии пронеслась по телу, и почувствовал то же самое, что и в прошлый раз, когда соединился с сознанием мустанга. Я взлетел в подходящий момент, фух, был на волоске от смерти. Но не стал слишком париться, потому что, во– первых, все–таки схватил этот чертов камень, а во–вторых во мне было слишком много эмоций, чтобы вспоминать эти несчастные колья, а в–третьих, вопросы заполняли мозг настолько, что все было готово вывалиться наружу. Мы быстро поднялись к Рунным воротам, пролетев сквозь арку, и я немедля соскочил с лошади.

– Ну, и как тебе поездка? – улыбаясь, произнесла Аврора.

– О–о–о, хочу спать… Хочу пить…, – и тут глаза  закатились, и я упал в обморок. Лишь жар заполнил сознание.

Глава 2.

Глава 2.

– Не–е–ет! – крикнув, проснулся я.

– Успокойся. Все хорошо, ты в безопасности, никаких кольев нет… Вивиен, принеси еще холодной воды для компресса. Артемий, ты как? – с некоторым волнением произнесла Ро (что, конечно, польстило).

– Э–э–э, я..., я в порядке, ого,  где это…? – пробормотал я.

Открыв глаза, понял, что лежу в шелковом, песочного цвета, постельном белье, в кровати из темного дуба с подвесными шторами, в комнате коричневого, даже светло кофейного, цвета. По бокам стояли плетеные тумбочки, где были разбросаны морские камешки и свечи, от которых пахло клубникой и арбузом. Перед кроватью на стене была картина прекрасной поляны, как раз той, на которой мы были. Там, где я, мучаясь, забирался по лианам на гору. Ох, воспоминания…

Под картиной красовался комод из того же дерева, что и кровать. Рядом, справа, стоял телевизор, а слева – музыкальный центр, позади которого было прикреплено зеркало в форме волны. Окно занимало всю стену левой боковой стены, если считать от бока кровати. Было, видимо, тонированным.

– Ты в моей комнате, в моем доме, – гордо сказала Ро.

– Здесь просто чудесно, – слабо улыбнулся я, разглядывая комнату.

– Спасибо. Хей, да у тебя температура, – прикоснувшись рукой к моему лбу, сказала богиня. Девушка сидела на кровати рядом и гладила мой лоб.

– Брось, нет никакой температуры, – я взял руку Ро и хотел снять со лба, но решил не спешить.

– Пусти руку, говорила же, чтобы не подкатывал, – смущенно сказала Аврора.

– Но почему? – обиженно произнес я и сложил руки на груди.

– Я же твой страж, а не любовница, – покраснела от злости Ро.

– Мисс Аврора, я принесла воду, – произнес хрустальный голос из двери.

– Спасибо, Вивиен! А теперь поставь воду и иди в академию, иначе меня не простит Самсон. Кстати, предай директору варенье из ежевики, я поставила банку на порог, – радостно произнесла Аврора.

– Да, мисс, – произнес монотонно голос девушки за дверью.

– Спасибо, – улыбнувшись, довольно сказала Аврора.

– Это что, твой парень, этот Самсон? – прищурив глаз, сказал я с нотками ревности в голосе.

– Кто? Нет, это вообще–то глава старейшин крепости Беллактрис, он же и глава академии... Ой, давай собирайся, иначе в академию опоздаешь! Вот твоя форма, одевай и лети, Диабло покажет путь, – мечась по комнате, сказала Ро.

Не стал спрашивать, слишком мало сил было. Я быстро оделся. М–м–м, а у звезды со вкусом ничего так! На мне была красная шелковая рубашка, черные штаны, ремень кожаный и лаковые ботинки. Я специально расстегнул две верхние пуговички, быстро привел свою прическу в порядок и побрызгался духами, которые стояли возле зеркала (они не женские). Не успел свистнуть, как вдруг появился мустанг.

– Ну, вези, давай, красавец, – радостно сказал я и уселся на спину животному.

Мы вспорхнули в небо и полетели через горы, лес. Чуть позже сквозь облака увидел прекрасный замок, состоящий из 12 башен, 15 корпусов, соединенных мостами, а вокруг была огромная толстая каменная стена, защищавшая крепость. Оборона стены состояла из 26 позиций, за одной стеной скрывалась другая, а у каждой стены были свои тайны и ловушки. Мы подлетели к золотым воротам, никак не вписывающимся в стену, и я постучал.

Замки затрещали и через 15 минут ворота открылись. Дальше я пошел один, потому что Диабло повели в специально отведенную конюшню для гостей и постояльцев. Повели слуги, одетые в золотистые плащи и белые лосины, на ногах были ботинки в форме «лодочек», почти как у султанов. На лицах красовались венецианские маски. Да, такое ощущение, что пришел на карнавал. Видимо старейшины хотели сохранить все в строгом секрете, даже тех, кто на них работал. Ну, довольно. Я шел по темному и сырому коридору сначала, но зайдя в холл, к которому почему–то быстро дошел, не смотря на толщину стен и громадные сооружения, поэтому испытал облегчение. Холл был огромным и довольно современным, в отличие от коридора. От входа, где я стоял, находились по разным бокам две винтовые лестницы, ведущие на второй этаж, затем на третий и так далее. Посередине холла стоял фонтан в форме тигра и волка, которые замерли в серьезной схватке, а сами статуи окружала волна, закутывая их в невидимую пелену. Статуя была большая, почти в два этажа высотой. Холл был белым: пол, лестницы, стены, колонны, фонтан – все было сделано из прозрачного венецианского стекла с чередованием серого мрамора. Над фонтаном висел герб школы: тигр и волк, ну, то же самое, что изображает фонтан, точь–в–точь. Только флаг весь был прошит черными нитками, где волк был белым и серебристым, а тигр – золотистым. На самом верхнем этаже виднелся потолок в форме прозрачного купола, откуда лился приятный солнечный свет.

– А мне здесь начинает нравиться! – восторженно произнес я, ведь таких позитивных чувств никогда не испытывал, разве только в церкви. Да, здесь было душевно и спокойно.

Я стоял и все тщательно осматривал, да вот только встал посередине входа в холл, поэтому на меня налетела какая–то девчонка.

– Черт, ты что здесь встал? – произнесла незнакомка.

– Прости, я здесь типо новенький! Надеюсь, не ушиблась, ведь я как скала…, – заботливо пытаясь разглядеть царапинки, сказал я, но вдруг посмотрел на девушку полностью, а не только на ее ногу. Это была миловидная, с длинными вьющимися волосами темно–красного цвета до талии, с зелеными глазами, которые будто проникали в твою душу, была чуть ниже меня, в черной академической форме девочка (а она симпатичная, интересно, здесь все такие красивые?).

– Скала? Да по сравнению с моим другом Дорианом, ты – камешек, – отряхивая юбку, насмешливым тоном произнесла ехидная девчонка.

– Меня Артемий, кстати, зовут. А ты, как тебя зовут, о прекрасная нимфа? – поклонившись и поцеловав руку, прельстил я, чтобы загладить вину.

– Вивиен. Для знакомых Ви, но для тебя Вивиен, – сказала Ви, махнув длинными волосами, развернулась и ушла.

Но тут прозвенел приятный перезвон маленьких колокольчиков, наверное, это был звонок на урок. О, нет! Я же не знаю, куда идти.

– Вивиен, стой! Подожди! Пожалуйста! – опомнившись, крикнул вдогонку девушке я.

– Ну что еще? Хочешь, чтобы и меня исключили из Академии? – где–то вдалеке послышался голос Вивиен, но я быстро бежал, поэтому звучал все громче и громче с каждой секундой.

– Нет, просто я не знаю, где находится кабинет директора или кто там самый главный… Помоги, пожалуйста…, – умоляюще произнес я.

– За что на мою именно голову–то свалился…? Ох, ладно, пошли…, – красноволосая так посмотрела, как будто я у нее шоколадку отнял, и она хотела меня теперь за это избить.

Мы подошли к левой винтовой лестнице, как вдруг Ви встала на первую ступеньку и просто застыла на месте.

– Хей, а дальше не пойдем? Или кабинет находиться на этаже для гномов? – саркастически сказал я.

– Ты – балбес, который ничего не знает, а выпендривается.  Встань на ступеньку рядом, и сам все увидишь, – устало произнесла Вивиен.

Такое ощущение, что я девушке очень надоел. Ну, что поделаешь? Я новенький здесь, вот и туплю.

Ну, короче я встал, и лестница стала производить действия эскалатора, как  в метро: ступеньки стали подниматься наверх, но только по спирали, из–за формы лестницы потому что. Через пять минут мы были уже на восьмом этаже в шикарнейшем холле, отделанном жемчугом и перламутром. Стиль напоминал море, пляж, в общем, место, где можно хорошенечко отдохнуть. Через каждые два шага стояли метровые вазы, в которых были посажены красные бархатные розы. Они так чудно пахли, что забыл обо всем на свете. Между вазами располагались различные статуи богов, существ. На потолке висели люстры из хрусталя, сделанные в форме волны, хотя, это была одна люстра, которая тянулась по всему холлу. Сам холл напоминал длинный коридор, но довольно просторный. Наконец, увидел в конце дверь, по которой текла вода, как своеобразный ручей, обычно они есть в различных кафе.

Вивиен подошла к двери и постучала.

– А дверь не мокрая? – поинтересовался я. Становилось все любопытнее и любопытнее.

– Мокрая, но вода–то кристально чистая, – закатив глаза, произнесла устало девушка.

– Войдите! – раздался голос внутри кабинета.

– Иди, а я на урок пойду, встретимся в столовой, если найдешь, – смеясь, произнесла эта змея.

Я двинулся вперед и прикоснулся к двери. А она и, правда, мокрая, но вода такая прохладная…

Потом вошел в кабинет, где стояло множество шкафов с книгами, техники (очень много компьютеров различных размеров), банок с какими – то веществами, плакатов в защиту природы. Кабинет был в персидском стиле: посередине круглого кабинета, стоял диван с подушками из персидской ткани зеленого цвета, за ним стоял круглый стол из ольхи, пред ним лежал белый персидский ковер. За столом было как раз то множество компьютеров и свертки бумаги. Рядом стоял телескоп и микроскоп. Сзади располагалось полукруглое окно из персидского стекла. Книжные шкафы стояли по обеим сторонам от дивана, тоже полукругом. Над диваном был потолок из стекла, в форме купола.

– Здравствуй, Артемий Ааронсон! Добро пожаловать в крепость Беллактрис! Меня зовут Самсон, я глава старейшин, – произнес человек лет тридцати. Это был мускулистый, темнокожий, лысый, кареглазый, одетый в персидский наряд (рубашка шелковая зеленая, расстегнутая на три пуговицы, штаны – шаровары белого цвета и сапоги – лодочки) человек, ростом в два метра и пятнадцать сантиметров. На всех пальцах было по три перстня, а левое ухо было проколото различными кольцами. На мускулистых руках были разные татуировки. Да, вышибала, какой–то…

– Наверное, не знаешь, зачем тебе нужно учиться там, где обучают магии звезд? Ты – обладатель одной из самых сильных звезд, которая является нашей выпускницей с отличным красным дипломом. Аврора обучена всему тому, о чем обычные звезды мечтать только могут. У нее особое задание – сохранить тебе жизнь и вознести твое имя к звездам, сделать из настоящего героя, в общем. Но ты должен научиться некоторым вещам, которые пригодятся для будущего путешествия. Твоя миссия очень опасна и смерть может настигнуть в любой момент, тебя могут застать врасплох, но ты должен будешь сдерживать эмоции и жертвовать чем–то для спасения будущего. Скорее всего, множество раз задавал себе вопрос, зачем все это происходит и кто ты вообще?  Артемий, ты предок одного из древних священников – Великомученика Артемия, который жил примерно 700 лет назад. Он был военоначальником в правление равноапостольного царя Константина Великого, а затем – его сына и преемника, Констанция. Достижения Артемия заслуживали всегда очень большой похвалы, поэтому получал различные награды, трофеи, подарки за свою отвагу и достижения, так же был поставлен наместником Египта. В этой должности он много сделал для распространения и укрепления христианства в Египте. Но Констанция сменил Юлиан, который был по своей воле жестоким человеком. Он желал возвратить язычество обратно, но встретил противоречие со стороны Артемия, который как раз вернулся обратно в Египет. Великомученик настаивал на своем, что нужно оставить христианство, но Юлиан был против и потребовал, чтобы Артемий признал языческих богов. Но опять получил отказ, и решил устроить военоначальнику мучительные пытки, которые не сломили дух Артемия. Юлиан решил обезглавить великомученика. Но после смерти кольцо, которое Артемий всегда носил при себе, не было обнаружено. Ходили слухи среди населения, что кольцо обладало какой–то магией. Если честно, то мы не верили этой легенде до конца, пока Шаула не захотела заполучить артефакт. А если она чего – то хочет, то это неспроста. Шаула знает для чего кольцо нужно, и я чувствую, что это как и исцеляющая магия, так и разрушительная. И никто, кроме нее не знает о силе кольца. Никто и не знает о месте нахождения, и это немного радует. Но твоя миссия будет заключаться именно в этом: ты найдешь кольцо и узнаешь о силе, до того, как наступит 21 июня, день солнцестояния, – пояснил вот так вкратце мне директор.

Я сидел, наверное, как дурак, и хлопал глазами, да еще и с открытым ртом.

– Э–э–э, а почему  я–то? Ведь я обычный человек…, – промямлил я.

– Ты предок, а значит, имеешь особые привилегии к доступу кольца. Тебе поможет найти кольцо родственная связь, ведь кольцо, если терялось, то можно было с помощью крови и солнца найти. Ну, а среди песка никто не найдет это чудо. Извини, что вовлекли тебя во все это, но это задание упало на твое поколение, хотя должно было упасть на плечи твоих внуков, –  интересно, Самсон речь долго репетировал?

– Хорошо, но кровь… Я должен буду прокалывать свой палец столько, сколько терять буду? – поморщившись, спросил я.

– Естественно, но будь бдителен, враги могут узнать о твоем существовании и смогут воспользоваться всей кровью не только в нахождении кольца, но и всех других артефактов предка, – сказал Самсон, поглядывая на идеальные ногти.

– А у кольца есть название? – мне стало очень интересно, но и жутко одновременно.

– Точного нет, но египтяне называли его кольцом «Странника», а некоторые называли кольцом «Ночного стража», – сказал директор.

– И каков маршрут? Почему так много времени дается? – нетерпеливо спросил я.

– Пока ты будешь учиться тому, что скажут учителя, и именно месяц тебе для поисков и потребуется. Вот карта школы. Все, ступай! Ах, да передай большое спасибо Авроре за это чудесное ежевичное варенье, просто сказочный вкус, – с довольным видом произнес «Мистер Годзилла».

– Да, сэр, – я развернулся и вышел из кабинета. С каких пор моя будущая девушка кому–то варенье делает? Почему Ро мне ничего не дала попробовать? И тут понял, что уже вот два дня не ел. Из живота издавались такие звуки, что стало тошнить. Я открыл карту, которая представляла собой карманный GPS–навигатор, и стал искать столовую, кухню, хоть что–то, что было связано с едой. Ничего похожего не нашел, но увидел странное название «комната для пира» и двинулся туда. Комната находилась на самом первом этаже, там же где я стоял, как раз напротив входа. Раздался перезвон колоколов, и понял, что урок закончился. Но вот мой живот совсем не решал стихать, поэтому поспешил.

Когда я зашел, то увидел большое помещение, в древнерыцарском стиле: деревянные длинные столы, деревянные лавки, каменный пол, вместо люстр на стене висели подсвечники со свечами. Окна были уже с обычными прозрачными стеклами, только форма напоминала шоколадный трюфель. Бар, где подавалась еда, был в стиле «шведского стола», за стойкой стояла приятной внешности девушка с заколотыми волосами в черно–белом фартуке.

На столах стоял хрустальный сервиз. Музыка даже была живая. Ох, а запах… все, я быстро двинулся к столу и взял картошку по–деревенски, клюквенный морс, салат «Цезарь» и пиццу. Уселся за ближайший пустой стол. Народа было в столовой немного, очень приятная обстановка, ничего не скажешь. Я уже доедал картошку, как увидел Вивиен в окружении девочек в точно такой же форме. Девушка была такой веселой и беспечной, что улыбнулся волей или не волей. Но вдруг Ви увидела меня и стала задумчивой. Взяв поднос с едой, девушка попрощалась с подругами и направилась ко мне. Я стал ерзать на месте, но сохранял «каменное лицо».

– Привет! – сказал и все равно улыбнулся.

– Уже здоровались…, – буркнула красноволосая.

– Приятного аппетита тебе! – буркнул я.

– Спасибо, тебе тоже, – пробормотала Вивиен.

– Как прошел урок? – без особого интереса спросил я.

– Хорошо, – коротко и ясно. – Уже домой сейчас пойду.

– Что? Ты же только что пришла, прогуливать собралась? – прищурив глаз, спросил я.

– Я никогда не прогуливаю! Все шесть уроков уже закончились, – зло сказала змея.

– Но как, же так? Я же всего тридцать минут сидел у Самсона, то есть у директора, – недоуменно спросил я.

– Нет, ты сидел там все шесть уроков, – жуя картошку, буркнула девушка.

– Ого, да, не заметно даже как–то…, – сказал я, почесывая затылок.

– Здесь магия. А ты, что думал, это простой мир? Как же. Все пока, не до скорой встречи! – сказала Ви и ухмыльнулась затем.

– Ох, стой! Хочешь, подброшу на моем пегом единороге? – сказал я с видом крутого парня, облокотившегося на стол.

– Ха–ха–ха, нет, ну вы посмотрите, первый день в академии и уже выпендривается. Никуда я не поеду с таким парнем. Да и к  тому же у меня есть машина «Cadillac CTS». Так, что отстань, – сказала девчонка, опять взмахнув своими длинными волосами, а потом быстро пошла к выходу.

Да, девчонка – не промах. Я бы с такой потусил, но у меня есть Вика, то есть Аврора. Упс! Похоже, я запутался. Да… я настоящий горемщик какой–то. А по–другому это называется бабник. Нет, на самом деле я не такой. Просто меня окружают одни красавицы, вот так. Любой бы на моем месте не знал, что делать. Хотя, кому как!

– Это кто еще и выпендривается? «Codillac». Я лично за живой транспорт, с ним хоть поговорить можно, не то, что с некоторыми, – сказал я и проскочил мимо нее быстрым шагом.

– Что?! – взвизгнула Вивиен, но я не стал отвечать.

– Za mene, moja draga, – крикнул я, и Диабло тотчас же прискакал, перепрыгивая через слуг, которые пытались поймать коня. Ха, моего мустанга не поймаешь! Я сел на спину, и через минуту были в воздухе. Пока летел, думал о Вике, что сейчас дама до сих пор сидит у Марка, и голова лежит у Намона на плече. Да, а я на Вику потратил три года безответной любви. Даже дарил цветы любимые –  тюльпаны розового цвета, и конфеты, да еще множество различных безделушек, только слал я это все почтой и анонимно, поэтому Виктория все время думала о ком угодно, кроме меня. Но как вы догадываетесь, что чаще всего, видимо, мысли все склонялись лишь к Марку, который был моим лучшим другом. А когда я увидел Аврору, Вика никакая не нужна была, ведь от девушки веяло позитивом и добром. Эта девчонка для меня много значит. Не хотел бы потерять. Может, я в звезду влюбился все–таки? Не знаю, но, по крайней мере, я не испытывал таких чувств к Вике, точно. Любовь с первого взгляда? В нее никогда не верил, ведь это все чушь! Сначала человека нужно узнать, а не судить по внешнему виду. Но  и по глазам много можно чего узнать, и поэтому я предпочитаю также смотреть в глаза.

От автора: Набросала, как в моих глазах выглядит Аврора. Если интересно, вот ссылка,т.к.не научилась пользоваться еще редактором: https://disk.yandex.ru/client/disk|slider/disk/IMG_20160223_165536.jpg

Глава 3.

Глава 3.

Я мягко и быстро приземлился на землю прямо перед порогом дома Авроры. Не заметил, какой дом был снаружи, когда в академию летел: трехэтажный, облицованный кофейного цвета круглым камнем. Крыша была декорирована черепицей черного цвета. Окна были огромными и тонированными.  По некоторым частям дома вились кусты диких красных роз. Перед домом был небольшой фонтан в форме лотоса. Небольшое количество ступенек белого цвета вели к двери. Дверь была каменной, и поэтому легко терялась среди стен дома, только оттенок был чуть светлей, а ручка была перламутрового цвета.

Я постучался в дверь, которая быстро отварилась Авророй. Девушка стояла в прелестном полупрозрачном, белом, шелковом платьице с полуоткрытым декольте. На голове у Ро сегодня была прическа – крабик и свисавшие локоны. Аврора улыбнулась мне так, что чуть не растаял.  Господи, какая же она…!

– Привет, Артемий! Заходи, рассказывай все то, что сегодня узнал, – приветливо пригласила хозяйка.

Мы уселись на удобный диванчик в шикарной гостиной сиреневого цвета. Обои были сиреневые, а их нижняя часть была украшенная полосками зебры. Ковер был белым и пушистым, похожим на траву. В середине на ковре стоял прозрачный кофейный столик в форме листа. Стол окружал диван в форме полукруга, только уже он был черного цвета и был кожаным. На нем лежали шкуры различных животных. На стене, напротив дивана и столика, был огромный телевизор. В стене вмонтирован аквариум, который был продолжительностью, если по горизонтали смотреть, на всю стену, но прерывался перед экраном, а потом опять начинался. Подцветка то и дело менялась; аквариум служил лампой.

Когда Аврора уселась рядом, к нам подошла до боли знакомая девушка с напитками на подносе.

– Спасибо, Вивиен! Теперь можешь идти делать уроки…, – Элейская не успела договорить, как я перебил.

– Вивиен? – удивленно спросил я.

– Артемий? – змея была не меньше удивлена, чем я.

– Э–э–э, вы, уже, похоже, знакомы? – потупившись, спросила Ро.

– Да! – крикнули мы в один голос с этой врединой.

– Красноволосая такая вредная…, – сказал я. Черт, слышал же имя Вивиен, когда Аврора говорила с девушкой, что воду принесла в комнату с утра, но я и подумать не мог…

– Такой нахал…, – сказала Ви.

– Так, что произошло? – кидая непонимающий взгляд то на одного, то на другого, спросила обеспокоенно Ро.

Я рассказал Авроре то, что произошло в академии при встрече с Ви. Но естественно я умолчал о некоторых мыслях.

– Нет, не так все было. Этот парень сначала с ног сбил, потом начал флиртовать, а затем нахамил, – возмущенно сказала Вивиен.

– Флиртовал? В смысле, Артемий ты должен извиниться перед девушкой, – сказала Ро.

А Аврора, похоже, занервничала, что я с другой флиртовал. Ура, наконец, наши отношения сдвинуться с мертвой точки.

– Не буду я перед красноволосой извиняться! Я же не виноват, что Вивиен с первой встречи невзлюбила, – обидчиво сказал я.

– Артемий, если извинишься, то можешь что–то попросить взамен, – ого, да надо соглашаться.

– Все–все? – еще раз я перепроверил условия нашего договора.

– Да. Не потерплю ссор в доме, ведь Вивиен – моя приживалка, которая живет за наш счет по программе «Услуг детям из преступных семей». Мой долг –  защитить Вивиен, – гордо произнесла звезда.

Что? Родители Вивиен преступники? Бедная, я же не знал…

– Вивиен, прости меня! Был неправ! Примешь извинения? – с надеждой спросил я, но взглянув на девушку, увидел, как ее всю трясет. Виви вот–вот разрыдается.

– Я прощаю, и ты… прости…, – еле договорив, Вивиен побежала наверх.

– Зачем сказала это при ней? – набросился я на Аврору.

– Ой, я не должна была… Господи, ужасно стыдно. Пойду, поговорю с Вивиен…, – начав теребить волосы, сказала нервно Ро.

– Нет, дай девушке побыть одной, пусть успокоится. Так, давай пока расскажу все, что в академии узнал. Кстати, приветик тебе от Самсона. Лысый благодарен тебе за варенье, какое–то, –  произнес я.

– Ох, Самсон такой… добрый, – краснея и кокетничая, сказала Ро.

– Что у тебя с Вышибалой? – быстро и неожиданно для нас обоих, произнес я, как на допросе.

– Ничего, ведь Самсон меня старше… И к тому же мне нравится другой…, – еще больше краснея, произнесла Ро.

– Так что, рассказывать будешь или мне самой у Самсона спросить? – резко перевела Аврора разговор, но упоминая об этом Типе, чтобы я еще больше кипел от злости.

– Хорошо, – буркнул я.

Когда почти заканчивал интересный рассказ, услышал оглушительные всхлипывания Вивиен.

–Ар…темий! Все же надо с Вивиен поговорить, иначе изведет себя, – нервно сказала Аврора.

– Давай, потом! Ты сейчас более важным делом занята, – зло сказал я.

– Думаешь только о себе! – возмущенно сказала Аврора.

– Неправда! Я докажу! Давай сам с Ви поговорю? – резко встав с дивана, вызвался я.

– Хм…давай, единоличник, – дразнила Ро.

Я тебя тоже люблю! Но это сказал я про себя. Было ужасно противно идти к этой Вивиен. Но лучше от девушки было все узнать.

– Когда была маленькой, любила ходить к папе на работу. Он работал полицейским. Но нам не хватало денег, хоть и были весьма обеспеченными. Просто папу деньги испортили, было всегда мало; поэтому отец крал их, то есть помогал преступникам в краже, которые отдавали папе долю за помощь. Коллеги по работе выследили отца и  показали запись моей маме, потому что не хотели, чтобы у семьи проблемы были. Моя мама работала помощником судьи, но оказывается, мать тоже помогала мелким преступникам получать малый срок.  Мама переговорила с папой, после чего решили «судить отца». Но на суде произошло непредвиденное: был подготовлен побег папы его друзьями–преступниками и моей мамой. Были взорваны стены, а для скрытия пустили дымовую шашку. Мамы на месте не оказалось, когда суета прекратилась. Они сбежали вместе, потому, что любили друг друга очень сильно, а я была для них обузой. Их так и не нашли, а у меня родственников не было больше, поэтому обоих решили родительских прав. Меня же хотели сослать в приют для бездомных, но на помощь пришла Юнона, сестра Авроры, сказав, что я подопечная звезды и стану героем. Сейчас живу с Авророй, ведь Юнона на задании. И извини меня за гадкое поведение, просто уже два месяца дома не была, и какими не были бы мои родители, все равно очень сильно люблю, –  сказала мне это все красноволосая девушка, когда только вошел. По ее румяным щекам бежали слезы.

Я подошел к девушке и обнял.

– Я тебя прощаю. Но запомни, ты не виновата не в чем, слышишь? Вивиен – хороший человек, и думаю, что мы подружимся. Уверен, что родители тебя тоже очень любят, – пытался убедить Вивиен я.

– Думаешь? – с надеждой спросила Ви, сделав такой миленький вид, будто, зайчика обидели.

– Да. А у меня тоже жизнь не сахар: мама бросила меня с папой и уехала с африканским принцем–собакой–Терьером. Папа бизнесмен и живет с больной молодой восемнадцатилетней женой Катей, которая строит планы не на папу, а на меня. Постоянно клеит, но  знаешь, тупые и искусственные тетки парней нормальных точно не интересуют. Бесит постоянно. А пред тем, как меня Ро забрала, Катя закатила сцену, что я ей пощечину дал. Папа выгнал, и я пошел к лучшему другу Марку, который был почти братом.  К слову, уже три года я любил одну девочку, Вику. И вот, подойдя к дому друга, увидел, как Марк и Вика сидят, обнимаются. Предательство Вики не так поразило и укололо, как предательство лучшего друга. А ведь я всегда доверял Марку. Потом встретил Аврору…, – я замечтался. – Аврорушка была так добра ко мне.

– Спасибо за поддержку, но у тебя и друг был… козел… Прости! – тихо сказала Вивиен, закрыв ладонью рот.

– Знаю…, – я сказал грустно.

Потом послышался голос Ро.

– Ребята, вы там стихли, все в порядке? – крикнула звезда.

– Нет, Вивиен еще не пришла в себя, – отозвался я.

– Хорошо, тогда на почту схожу. А вы отдыхайте, – сказала Ро, хлопнув дверью.

Когда Аврора ушла, мы спустились вниз и начали уборку. Так же заключили перемирие и пообещали подружиться.

– Я вернулась, – крикнула Аврора, спустя два часа.

– А мы ужин приготовили! – радостно произнесла Вивиен.

– Оу, молодцы! Знаешь, Ви, не хотела причинить тебе боль, я такая безалаберная…, – опустив голову, промямлила расстроенная Ро.

– Эй, ничего. Артемий все рассказал и я ему, мне легче стало, спасибо тебе за все, что вы с Юноной для меня сделали, – робко произнесла Вививен и подошла и обняла Аврору.

Аврора, стоявшая ко мне лицом, просияла от счастья и сказала мне губами спасибо, она такая добрая: всегда переживает за всех. Просто ангел.

– Ну, что вы приготовили? Пахнет аппетитно…, – понюхав воздух, сказала голодная звездочка.

– Я приготовил клубничный чизкейк, а Вивиен – курочку по–китайски, – похвастался я.

Потом вместе сели за стол, который находился на кухне. Кухня была черного изысканного цвета. Посередине стояла барная стойка, которая шла полукругом и окружала бытовые приборы: холодильник, плиту, бар. А за ней стоял стол прозрачный и мягкие кожаные стулья.

Спокойно поев, я решил вызваться помыть посуду. Пока мыл посуду, вспомнил, как сюда добирался, как познакомился с Ви и как прокатился впервые на Диабло. Приятные воспоминания, может, обрету настоящих друзей тут...?

– Артемий, сейчас спать пора, и поэтому желаю спокойной ночи! До завтра! – прервав мысли, сказала тихим и нежным голосом позади меня Аврора. Шаги босых ног Элейской напоминали листочки дерева, которые подхватил ветер, когда те спокойно падали.

– Желаю и тебе приятных сновидений, – мечтая о своем, произнес я.

– Ха–ха–ха…, – залилась громким смехом Ро.

– Что? – потупился я, чуть не уронив скользкую тарелку.

– Глупенький, разве звезды ночью спят? –  весело насмехалась надо мной дива.

– Ой, черт, вот болван! И забыл! Получается, ты никогда не спишь? –  с видом чурбана, произнес я.

– Нет, сплю! Сплю тогда, когда солнце всходит. До двенадцати часов утра. По крайней мере, должна, но встаю рано, уже привычка такая выработалась, –  устало произнесла Аврора.

– А что же делаешь все время, пока не спишь? – поинтересовался я.

– Передаю сигнал камню на небе, якобы, как люди думают, звезде, чтобы та светилась! Я – путеводная твоя звезда, поэтому должна передавать сигнал. Светить, чтобы знак указывал дорогу! Но раз ты здесь, могу спокойно поспать! Разрешишь? – зажмурив глаза, весело спросила Ро.

– Я что, твой хозяин, чтобы запрещать? – тупо покосился я на девушку.

– По кодексу Академии, да! – моргая, с досадой в голосе, сказала Ро.

– Нет, ну, кто кодекс составлял? – рассердился я.

– Старейшины, – быстро ответила звезда.

– Психи, – протерев и поставив тарелку, сказал грубо я.

– Ладно, пойду спать! Так устала с тобой возиться ночью, что, пожалуй, воспользуюсь данным отгулом, – Аврора потянулась и ушла наверх.

– Интересно, а Ро вообще сама светиться? – задал сам себе вопрос и тоже пошел спать. Стоп, а куда мне идти спать–то?

– Ро…то есть, Аврора, я буду спать там же, или другую комнату приготовили? – крикнул я.

– Поспи пока в моей комнате, а потом решим, – донесся усталый голос звезды.

– Хорошо, спокойной ночи, – сказал довольно я. Есть, буду спать в той крутой кровати. Кроватушка была такой мягкой и шелковистой, что не хотел с ней расставаться.

Сначала не мог уснуть: думал о будущем путешествии, о прошлом Вивиен, которое особо меня впечатлило и запомнилось. Но самым приятным воспоминанием стала улыбка Авроры, которая передавала настолько сильный позитивный заряд, что настроение могло быть хорошим весь день. Внезапно вспомнил маму, которая уделяла мне всегда кучу времени, и даже иногда бывал избыток внимания. Мне мамы очень не хватает, ведь я ее очень сильно люблю и очень привязан, но за все года так и не разу не позвонила . Мать – моя опора, не то, что папа. Отец всегда был занят, хоть мама была всегда выше по карьерной лестнице. Папе было некогда поговорить со мной о любых мелочах, даже о погоде. Скучал по нему и даже обижался первое время…, но потом привык, и потом стало все равно. Конечно же, я бывал у отца часто на работе. Там очень круто было, но время я проводил с секретаршей Энжелой. Да, некоторые могут позавидовать, что в детстве у меня было все. Но я бы себе не завидовал. Лучше жил бы в семье, где все дружны и любят друг друга, а не давятся деньгами. Я был брошен…

Этой ночью первый раз запомнил свой сон. Снилась пустыня, наверное, которая находилась в Египте, потому что рядом стояли сплошные пирамиды, и разливалась река Нил. Шел в сопровождении верблюда, как вдруг поднялась песчаная буря, и я упал в песчаную яму, что находилась около одной из пирамид. Потом сжег факел и пошел по узенькому проходу. На стенах были нарисованы непонятные иероглифы: цари, змеи, птицы, глаза и река. Я шел очень долго, но, в конце концов, дошел до места, откуда шли два пути, то есть две дороги, два тоннеля, называйте, как хотите. Выбрал левый тоннель и пошел дальше. Я вышел в большую комнату, где находилось множество сокровищ: кубки, тарелки, идолы, украшения, и все это было сделано из золота и серебра. В самой середине стоял позолоченный стол, на который падал свет, а лежало на нем что–то, сделанное из меди. Это было кольцо, вполне обычное и, по виду, раз только тронутое, довольно старинное и ценное. Хотел взять сокровище, но вдруг услышал у себя в голове голос, какого–то мужчины:

–Нет, еще не время! Ты получишь кольцо, когда сердце будет чисто, а разум туманен! Дам подсказку, как найти артефакт, когда не сможешь найти в себе силы бороться с желаниями. А теперь иди и больше не приходи сюда!

Тут я проснулся, и сон прервался.

– Артемий! Артемий! Вставай, иначе опоздаешь на первое занятие! А я не хочу неприятностей от совета старейшин! – кричала и долбила в дверь неугомонная Аврора. Ах, а я ведь еще очень спать хочу.

– Да–да, уже встал! – едва поднимаясь с кровати, лениво произнес я.

– Ну, да! А то я не знаю тебя! – иногда забывал, что девушка следила за мной практически всю жизнь. Интересно, когда родился, Аврора сразу проверять побежала, что я делаю?

– Нет, этим занималась пока моя мама! – протестующе, чуть не вламываясь, крикнула Ро. Черт, все время забываю о даре читать мысли. Быстро оделся, причесался, умылся, короче привел себя в порядок и открыл дверь.

Аврора стояла вся растрепанная, что я видел впервые с того момента, как познакомились.   Интересно, а сколько дней–то прошло? И какое сегодня число?

– Если мерить по человеческим часам, то ужа неделя с половиной, – сказала Ро.

– Что?! – у меня чуть челюсть не отвисла.

– Не могу объяснить почему, нам никто не говорит точно, но звезды умеют как–то определять время, – пожала Элейская плечами.

– Доброе утро, Ааронсон!  Как спалось? – поприветствовала Ви, еще находившаяся в пижаме голубого цвета (похоже, не один я поспать люблю, что радует).

– Да, отлично…, – соврал я. Ведь проснулся вообще в поту.

Я спустился вниз. Собираясь уходить, ведь хотел прибыть сегодня пораньше, чтобы не опоздать в первый же день и не схлопотать выговор, а то Аврору пригласят к директору в качестве опекуна, а она с Самсоном там будет… Как вдруг, почуял такой запах, так что я, не смотря на всякие уговоры совести, поплелся на кухню. О, звезды! На столе стояли вафли, политые клубничным джемом, а рядом стояла кружка с карамельным эспрессо!

– Нравится? Решила приготовить вам с Вивиен это вместо благодарности за вчерашний ужин, – нервно теребя пальцы, сказала Ро.

– Да ты что? Это же то, что я люблю больше всего на завтрак, – с восторгом я крикнул и сел быстро за стол.

– А я знала…, – краснея, произнесла Ро.

Не успел моргнуть и глазом, как все съел, было очень–очень вкусно, словно мама приготовила свое фирменное блюдо.

– Спасибо, Аврора! Настроение прямо приподняла! А почему ты все время краснеешь? – язвя, я спросил, когда вышел из дома.

– Ах да, пожалуйста… Что?! Я не краснею, и краснеть я не умею…, – запротестовала Ро.

– Za mene, moja draga, – крикнул я, чтобы прискакал мустанг, но почему–то не увидел поблизости нигде, ведь Диабло всегда прилетает за секунду. Может, что случилось?

Я пошел уже спрашивать у Авроры, почему Ди нет, как с небес спустился с огромной скоростью огненный гепард. Что еще за новости?

– Аврора, Аврора, как защищаться от хищников? – начал я пятится назад.

– А зачем тебе это? – выходя на крыльцо, спросила Элейская, протирая лицо холодным полотенцем.

– Просто посмотри на это, – я указал на гепарда.

– Ха–ха–ха, что Диабло не узнал? – серьезно, подняв бровь одну, спросила та.

– Нет, это не Диабло, ведь Ди был…, постой, ты что–то случайно не забыла сказать? – приподняв правую бровь, спросил я.

– Извини, из головы вылетело… Диабло – это дух, ведь не зря у него такой неясный и огненный облик. Он принимает образы любого животного, каким захочет быть. Так что не сомневайся, если увидишь огненного животного, Диабло единственный экземпляр во всем Мире, – добавила мне еще много новой инфо Ро.

– Ну, раз ты опять засорила мозги, то, когда приеду, расскажу кое–что, – усевшись на гепарда, таинственно произнес я.

И сел на огненного гепарда и помчался со скоростью 278 км/ч. Промчались быстро, и через 3 минуты я был в Академии.

Пришлось следовать по расписанию, которое прислали утром по почте. Первым занятием была анимагия. Понятия не имел, что это такое. Мне пришлось подниматься на 3 этаж и пройти коридор в стиле хай–тек. Когда вошел в кабинет, прозвенел звонок, и все стали рассаживаться по местам. Думал, что мы с Ви будем одни в классе, то есть люди. Но нас было около 40 человек. Учителя еще не было, поэтому побежал к свободной парте. Видите ли, парты были расположены, как в университетах, то есть на разных уровнях. Только собрался сесть, как вошла странная дама с длинными белыми волосами чуть ниже талии. Сама была роста, примерно, 1 м и 65 см, ниже меня. На женщине было надето белое платье, с открытым декольте, а низ платья касался пола. На талии был золотистый ремешок, а на ногах – золотистые сандалии. Когда незнакомка вошла, от нее запахло цветами и скошенной травой. Женщина была очень красивой: белое лицо, глаз был коричневого цвета. Стоп, был виден только один глаз, другой же был прикрыт черной повязкой. Между прочим, это не безобразило ее лицо, а по – своему преображало, придавая свою изюминку, виноградинку, апельсинку…

– Меня зовут Адель Сент–Мари, хочу вам представить нового ученика, надежду на будущее, Артемий Аронсон, дамы и господа, – прервала мои размышления Адель. Учительница это сказала так, словно я был каким–то певцом и собирался выступать. А когда женщина говорила о «надежде на будущее», казалось, что Адель в свои слова не верит, да и может от этих слов тошнит.

Мне пришлось встать в середину аудитории. Чуть не покраснел. И ничего не придумал сказать глупее, как:

– Э–э–э, привет, как делишки?

Все тут же начали перешептываться, а некоторые и вовсе втихаря хихикать.

– Браво, Артемий! Блестящая речь, а теперь садитесь к мистеру Твигги, – закатив глаза, лениво произнесла Адель.

Сел рядом со щупленьким мальчиком, но высоким, даже выше, чем я. Был по виду растаманом, ведь на голове висели черные дреды, кепка была в форме грибка, а футболка была с изображением Боба Марли. Твигги сидел, прикрываясь учебником по анимагии, читал комиксы о «Человеке–пауке».

Не став отвлекать, я стал слушать речь Адель.

– Итак, что такое анимагия? Это наука, точнее не совсем наука, но будем ее так называть, о перевоплощении в живых существ. Будем изучать с вами, возможность переселения души человека в животное тело; изучать это как теоретически, так и практически. Некоторым, придется пройти все в ускоренном темпе, так как наступает распределение заданий, которые будут выполнять лишь самые отличившиеся не меньше чем, на трех предметах ученики. Знайте, у меня редко получают зачетки дети, поэтому надо прикладывать все усилия для получения согласия на право выполнения задания. Итак, преступим? Сегодня познаем, что такое душа, тело и бессмертие…, – и всякое бла–бла–бла, говорила 30 минут эта учительница. Все, что понял это то, что бессмертия не существует, сознание неотделимо от души, что у животных особые души. Эх, зря здесь просидел.

Прозвенел звонок, и все рванули из этого скучного кабинета, но меня, конечно же, окликнула Аделька–вермишелька, попросив подойти.

– Привет, еще раз! Как тебе урок? Скучно, наверное? Уж извини, если что не так, а то могла тебя обидеть. Ведь нужно проявлять строгость, если хочешь, чтобы на тебя не садились, – дружелюбно и с нежной улыбкой проговорила учительница. Я в шоке.

– Э–э–э, спасибо, ничего так, урок! Но если быть честным до конца, то не совсем все понял, да и теорию негде было написать, – немного облегченно сказал я.

– Ах, да. Знаешь, тебе и не надо никуда ничего записывать. У тебя и нескольких моих учеников будет специальная подготовка по просьбе Самсона. И будем только практиковаться! Называй меня Ада, – подмигнула Ада мне.

– Хорошо, мисс Ада, – подумав, что от переедания может конкретно глючить, сказал я.

– Да и еще, приходить будешь на всеобщий урок, но тебя трогать не буду. Просто нужно для вида так делать, чтобы не было повадно другим. Вот расписание времени, и еще раз, называй просто, Ада, и пока! – весело подмигнув, сказала Адель. Но я попросил показать кабинет следующего предмета – руноведения, так как забыл карту Академии. Ада с удовольствием показала кабинет, который находился этажом ниже.

Второй этаж был в стиле Древнего Рима: белые колонны, на стене висели копья, мечи, щиты, короче, оружия, трофеи всех времен и поколений. Я прошел через арку, на которой были нарисованы всякие непонятные символы. Затем зашел в аудиторию точно такой же структуры, как и в предыдущем кабинете, только стулья были в форме круглых кресел и были подвешены к потолку полупрозрачными цепями, которые были обвиты лианами и кустарниками.

За учительским столом сидел низенький человек примерно 50 лет и роста 1 м 50 см, у него были маленькие голубые глаза, «тараканьи» усики, козлиная бородка, правда, не седая, а черного цвета. Нос был неправильным, немного греческим, прическа: черные волосы были прилизаны гелем и были похожи на волосы манекена. На мужчине была кожаная черная куртка, под которой красовалась «змеиная» рубашка, черные джинсы, кожаный темно–красный ремень и красные кожаные ковбойские сапожки.

– Здоро'во, новенький! Знаю, как тебя зовут! Вот зато ты не знаешь, как меня зовут! Дориан Филипп. Добро пожаловать на урок магии и волшебства, на мой урок. Урок рун, – сказал Дориан. Кстати, от мужчины пахло чипсами с сыром и колой.

Но меня волновал другой вопрос, вот назвался Дорианом Филиппом, а что имя, что фамилия?

Сегодня на уроке рисовали символы, точнее руны: жизни, удачи, любви и несколько других еще. После урока дал такое же расписание, как и Аделаида. Потом я последовал на урок истории, затем урок зельеварения, урок оружия и его использование. Если честно,  немного утомился и после очередного звонка пошел вместе с Вивиен в столовую. Сегодня на столе было множество экзотических фруктов, французский суп–пюре, картошка жареная, луковые колечки, много салатов и компоты. Взял парочку салатов и суп. Когда мы сели с ребятами за стол (Ви со всеми познакомила), то взглянул на Вивиен и увидел в глазах девушки печаль.

– Хей, что случилось? Ты так устала что ли?  – спросил я.

– М–м–м…, не могу точно объяснить, но у меня такое чувство, что–то нехорошее случилось, а что именно – не знаю. Как будто силы все пропали, и я осталась совсем беззащитной, – пожала красноволосая плечами и начала есть суп. Вид у подруги был, словно пять дней не спала, т.е. синяки под глазами, красные глаза и бледная кожа, хотя была загорелой.

– Ты, наверное, переутомилась все–таки…, – предположил я.

– Хм, наверное…, – устало Вивиен произнесла, и вдруг начала падать лицом вниз. Чуть не упала в суп, но я успел подхватить, сидел рядом.

Ви повисла на мне без сознания. Пощупал пульс, который был не таким слабым, как я думал. Затем положил девушку на лавочку и попросил принести воды и повязку на голову.

– Так не пойдет! Ты должен отвезти Вивиен домой и поскорее. Нужен покой, а я прикрою, все равно последний урок, – сказала Светлана, девочка чуть ниже меня с короткими черными волосами, темными глазами и с красной помадой на губах. Девчонка была похожа на босса.

– Ладно, и заранее спасибо, – с этими словами я взял на руки Вивиен и понес к выходу. Потом посадил на Диабло, и мы понеслись к дому.

Как было странно, когда приехали, дом снаружи был каким–то тусклым, не таким, как раньше. Я поднялся наверх и положил Ви на кровать, прикрыл одеялом и спустился вниз.

Затем рухнул на диван и хотел прикрыть глаза, как услышал частые всхлипывания где–то в углу кухни. Я взял газету с кофейного стола и направился в сторону звука, начал огибать барную стойку и уже замахнулся газетой, но увидел Аврору. Звезда сидела вся в слезах за стойкой.

– Что случилось? – спросил я и присел рядом.

– Она… она… моя–я–я… моя сестра… она погибла–а–а…, – писклявым голосом заливалась бедняга.

Я сел возле девушки и обнял.

– Все, ну все успокойся! Все наладится…, – пытался я утешить, хотя понятия не имел, как это сделать.

– Нет!!! Нет!!! Нет!!! Ничего не наладится!!! Юнона погибла!!! У меня никого не осталось!!! Никого…, – Аврора упала на пол и начала колотить руками по полу (благо, там ковер лежал).

– Успокойся! – заорал я. – Хватит истерить, так угробишь себя только.

Элейская остановилась и перестала плакать. Девушка посмотрела на меня взглядом котенка, который потерял маму и пытался найти поддержку, доверие и сочувствие. Глаза были голубыми, прекрасными, словно прошелся дождь, и туман застелил лазурное море.

– Т–ты прав, слезами горю не поможешь…, – на глазах Ро стали вновь наворачиваться слезы.

– Ну–ну, тихо. Иди ко мне, – прикусив губу от боли, сказал я.

Аврора на меня покосилась и сделалась строгой тут же.

– Артемий, говорила же: даже не мечтай, – странно, ведь Ро потеряла сестру, а ведет себя как прежде. Истерики, как не бывало.

– Раз пришла в себя, может, все расскажешь? – съязвил я.

– Как помнишь, я говорила, что Юнона была на задании, которое дали старейшины. Так вот, это задание было очень опасным, и я до конца не знала о содержании. Но теперь все рассказали, по крайней мере, то, что сестра успела передать. Юна была отправлена в Нижний Грааль, проследить за замыслами Шаулы, раздобыть информацию о поисках врага и планах… насчет тебя. Ты играешь в игре Шаулы очень большую роль, ведь от успеха выполнения задания зависит очень многое в планах темной владычицы…, – начала Аврора.

– Так может не искать артефакт? – перебил я девушку.

Ро подняла бровь и посмотрела так, словно я самый тупой тупица на всем Белом Свете.

– Долго думал? – язвительно произнесла Аврора.

– Э–э–э, ну нет…. А что, не такая уж и плохая идея, – краснея, сказал я.

– Ты не понимаешь, видимо, сложность ситуации! Придется найти кольцо, иначе без него не активируются все наши артефакты, которые теряют силу, а город  из–за этого может потерять силу гравитации! Весь народ будет убит, а звезды начнут рушиться на Землю, на города, кометы будут падать, и тогда наступит конец всему живому, что стоит, что летает, что дышит, и первым будет Египет! У нас нет выбора, ведь это судьба! Кольцо пробуждается, и долго ждать не будет! – Элейская сидела и орала, а у меня в ушах, будто тоннель рыли.

– И когда приступим? – пытаясь отвлечь от плохих мыслей девушку, потупившись, спросил я.

– Когда обучишься! – буркнула подруга.

– Ну, все, хватит орать, иначе оглушишь…, – я не успел договорить, как в дверь постучали.

Я подошел и открыл дверь. На пороге стояло что–то чудно'е: каменная скульптура человека с 4 руками, 4 ногами, большим телом, лысой головой и человеческим лицом, а ростом был выше второго этажа. На существе были шорты, а на боку свисала сумка – почтальонка. Все. Это было все, что на статуе было надето, а еще на руке был браслет с надписью «БДП».

– Быстрая доставка почты, сэр, если вы не знаете! Меня зовут Сото Шондель–Ли–Ту, если коротко Соту, но для вас господин Шондель! Так, где Аврора Элейская? У меня вести, – вот грубиян, а как Соту сказал «сэр», просто нахальство!!!

– Аврора, тут какой–то каменный самодовольный болван посылку принес, – саркастически произнес я, но я забыл какого он роста….

– Не посылку, а весть, – поправил Шондель.

– А разница в чем? Стой, то есть признаешь, что ты каменный самодовольный болван? – опять я не сдержался.

– Разница есть: посылка это то, что весит больше 1кг, что находится в товарной упаковке, то есть это предмет, а вести это пергамент, где все кратко изложено! А насчет болвана – нет, насчет каменного самодовольного – да, еще вопросы будут? – Соту сказал это так, словно ему все равно и всегда причем.

– Артемий, не надо так с Соту, он старый приятель, бывший атлант, в отставке, – возмущенно произнесла с покрасневшими глазами Аврора.

– Похоже, у тебя все селение тут друзья, – пробурчал я, но еле слышно.

– Это то, о чем думаю? – с надеждой спросила Ро.

– Да, держи – Сото протянул Ро пергамент и еще что–то в конверте.

– Ты же говорил, что не посылку принес, – заметил я.

– Просто люблю поспорить, малец, – уф, этот тип любого взбесит.

– Ладно, держись, Юна была и моей близкой подругой, точнее… Ты поняла… Приду, чтобы поддержать тебя, пока, – атлант в отставке взял Ро и поднес к своей груди, типо, обнял. Аврора хоть и парила в руках на высоте второго этажа, я подумал, что Соту девушку раздавит.

– А ты, будь всегда себе верен, до встречи Артемий Аа, – повернулся и прыгнул, потом исчез этот типчик.

– Я не Аа, а Ааронсон, Сото, – крикнул я вдогонку.

– Пошли, нужно подготовиться к почитанию Юноны. Сестра бы этого хотела, да и к тому же, надо все рассказать Вивиен. Она потеряла защиту, – грузно сказала Аврора. Я звезду такой печально никогда еще не видел.

Глава 4.

Глава 4.

Мы долго не могли привести в чувство Вивиен, которая узнала о судьбе Юноны. Девушка выглядела реально беззащитно. После этого начали готовиться к похоронам сестры Авроры. Мы забрались на скалу Верности, которая была напротив Рунных ворот и стали готовить стол, мемориальные рисунки, цветы, памятный костер и еду. Скатерть обычно бывает всегда черной, но не здесь. Здесь был цвет серебристый, ведь звезда Юноны была такого цвета. Так же зажгли факелы, которые светились красным пламенем. Мне Ро объяснила, что звезда перекраситься в красный, после развеивания праха, то есть, пыльцы, которая перенесется в звезду–камень. На столах были только диетические блюда, вегетарианские и красное вино. В углу стояли музыканты, которые будут играть поминальный гимн.

После приготовления, отправились домой, переодеваться, ведь мы закончили ближе к полуночи, а церемония начнется в полночь ровно. Я стоял, одевался в комнате, как вдруг услышал какой – то скрежет, словно точат нож. Потом резко заболела голова, и я отключился.

Когда пришел в себя, было ощущение, словно в мозг чип вставили. Не знаю, сколько был без сознания, но в комнату вломилась Аврора.

– Так, ты еще без штанов валяешься здесь! Имей хоть каплю уважения и оденься, конечно, понимаю, что ты не знал сестру, но будь так мил вести достойно и  уважительно. Давай быстрее, скоро полночь, – слова звезды скрежетали так, словно тот звук, который я слышал. Но стало все равно, ведь сердце поразила красота этого прелестного очарования. Аврора была одета в длинное обтягивающие серебристое платье с небольшим декольте, со шнуровкой на спине из серебряных ниточек. На ногах были серебристые туфли, как у Золушки почти (тссс, я вам не говорил этого). На шее болтался кулон с серебристой дымкой, изображающей разные знаки, а прическа была весьма хитрой, но элегантной, как у принцесс. Но макияж был так прост и свеж, что Ро напоминала невинного ребенка с помесью куклы Барби. Ах, ну не девушка, а мечта. Так, почитание, почитание.

– Слышишь? – спросила звезда.

– О, да, я тебя слышу, уже натягиваю брюки, мисс, – по–военному отчеканил я.

Надел серебристые брюки, которые гармонировали с серебристым смокингом и рубашкой, и вышел на улицу, зовя Диабло.

Из дома вышла Аврора, а за ней обворожительная Вивиен. Подруга выглядела так же замечательно: короткое серебристое платье, серебряные сапожки, распущенные темно–красные волосы.

Я сел на любимого Ди, который был сегодня гигантской белой огненной ящерицей, и помог залезть девчонкам.

Мы подъехали к горе и увидели большое, ну просто огромное, количество народа. Там же были Самсон, Адель, Соту и много других учителей, детей, старейшин, зверей.

Церемония началась. Мы встали все в два ряда, друг напротив друга, образуя проход, по которому проносили что–то в серебристом, круглом, стеклянном цилиндре. Потом я увидел, когда проносили подле бледную сестру Авроры, Юнону. Теперь понял и увидел, как выглядела сестра: черноволосая, с длинными прямыми волосами и густой челкой, шелковистая кожа, точные контуры губ, носа, идеальная внешность, густые черные брови, длинные ресницы, стройная, длинноногая. Но мертвая и бледная, как лунный камень. В волосах Юны лежали белые лотосы, а одета была в красное кружевное платье. Не видел глаз девушки, но понял, что в них отражалась большая мудрость, сочувствие, сопереживание, любовь и доброта. Юнона была точной копией Авроры. Теперь не мог не заплакать, ведь Юна погибла из–за меня. Как старейшины могли послать в логово Шаулы, зная, что звезда может быть обречена на верную погибель? Как они могли лишить Аврору сестры, которую та боготворила? Хотел бы  познакомиться с этой прекрасной девушкой, но было уже поздно. Красота Юноны напоминала красоту царицы Клеопатры, такую же нежную и могучую. Все плакали, даже Соту. Только Аврора стояла так, словно из нее вышла вся  жизнь – не шевелилась, не плакала, а тупо смотрела куда–то, словно была в прострации. Вивиен была в истерике, ее била дрожь. Подруга была очень слаба, ведь теперь будет без защиты. Я стоял рядом с Ви и поэтому обнял.

Когда пронесли Юнону, саркофаг поставили напротив Рунных ворот, между двумя факелами. Тут вышла Аврора, Вивиен, Самсон и Соту.

– Мы знали Юнону Элейскую, как самого отзывчивого человека, как самого доблестного воина, как чуткого психолога, как верного друга, как заботливую сестру… Юнона умерла на миссии, ради того, чтобы узнать информацию для продолжения жизни, ради нашего будущего, чтобы спасти Мир. Так почему же Юна это сделала? Потому, что была предана нашей стране, своему делу. Мы должны помнить о Юноне, и поэтому награждаем красной звездой, что значит – доблесть и любовь, – Аврора говорила, как робот, словно в сердце не осталось чувств.

Потом Ро зажгла пыльцу и кинула в серебряную звезду Юноны. Сначала ничего не произошло, но потом ударила волна и понеслась к звезде, окатив ее красным цветом. Потом звезду окутало облако и перекрасило в красный цвет. Теперь на небе было две красные звезды: Юнона и Диадема.

– Защита Юноны в моей душе, любовь в сердце. Юна заменила мне родителей, как и Авроре, как и всем беспомощным людям. Мы должны гордиться Юноной Элейской! – крикнула Вивиен и поцеловала Юнону в руку.

– Я люблю, любил, и буду любить. Большее никто не заменит такой невесты, как Юна. Любимая должна была стать моей женой. Уже завтра мы должны были сыграть свадьбу, но по року судьбы я лишился всей радости жизни. Юнона, мы обязательно встретимся на небесах, потерпи, дорогая, я тебя люблю, – сказал Соту. Так вот кто этот Соту? Это был будущий муж Юноны. Мне стало жалко парня… Понимаю, ведь лишиться любви так ужасно и кошмарно.

– Покойся с миром! – протянул руку Самсон. И это все, что хочет сказать этот парень, а как насчет «прости» или на вроде этого? Из–за его глупого задания… В общем, я был зол.

Тут гроб Юноны подожгли, впрочем, как и ее саму. Девушку окатило серебристо–красное пламя, и дым пополз в сторону звезды. На месте, там, где Юна была, уже ничего не было.

Гости уселись за столом и стали тихо поминать усопшую. Только Аврора стояла на краю скалы и смотрела на две сияющие рядом звезды – Юнону и ее мать. Но вдруг Ро резко развернулась и крикнула:

– Сестра хотела всем передать небольшое послание, которое написала в последнем письме. Сейчас зачитаю.

Звезда достала тот пергамент, который принес Соту и начала читать: «Гости и родные! Если читаете это письмо, значит, я погибла. Вы должны знать, зачем это делала и что узнала, о чем не успела сообщить. Я следила за замыслами Шаулы. Наверное, это не новость. Но главное это то, что сумела спасти надежду на возрождение и мир – Артемия Аронсона, предка Великомученика Артемия. Когда Артемий впервые летал на Диабло, то мальчика уже подстерегала Шаула, поэтому захотела заполучить кровь, разбив о колья. Собрать кровь в сосуд и использовать в поиске кольца. Но я была рядом и разрушила порчу, тем самым разбудила Артемия. Узнав о промахе, Шаула  рассвирепела. Но поняла, что Артемий спасся не случайно. Ведь ведьма была уверена в своих силах, поэтому приказала оборотням найти чужого и привести. Я побежала прятаться и случайно забрела в покои Темной Царицы, и не зря. Там раздобыла куклу Вуду Артемия, с помощью которой Шаула собиралась подчинить себе мальчика и получить все артефакты Верхнего Грааля. Ведь старейшины не проводили обряд посвящения Артемия, из–за чего парень беззащитен. Так же смогла прочитать дневник Шаулы и поняла, как можно убить, но всего лишь смогла разорвать ее защиту. Хоть немного, но Шаула уже не совсем бессмертная. Итак, вот, что надо сделать, чтобы одолеть царицу Нижнего Грааля. Когда найдете кольцо, наступит полнолуние, это сказано в записях, ведь Шаула может предсказывать судьбу, помните, то нужно проткнуть… Аврора остановилась.

– Все! Это все, что Юна успела написать…, – склонила голову Ро.

Так вот, что это за дивный голос был! Господи, Юнона меня множество раз спасала, но зачем, ведь подопечная звезды была Вивиен? Меня терзали удушающие чувства… Скоро все стали расходиться, но перед уходом каждый подходил к Авроре и обнимал девушку, говоря утешительные слова. Ну а мы с Вивиен сидели рядом и просто молчали. Под утро сели на Диабло, который, казалось, так же был опечален, и поехали домой. Мне вовсе спать не хотелось, как и Ви. А Аврора, молча, прошла в спальню и заперлась.

– Как ты? – спросил я Ви.

– Ох, такое чувство, что мир изменился… Давай пойдем, прогуляемся, не будем мешать Авроре? – безынтересно спросила Виви.

– Давай, – согласился я.

– Куда пойдем? – потерев глаза, спросила Вивиен.

– Я знаю одно место, где давно хотел побывать, – затем я свистнул, и появился любимый мустанг.

Мы уселись и понеслись за Рунные ворота, пролетели над Тропиками, опустились со скалы и приземлились на ту самую поляну.

– Ты что, с ума сошел?! – кинулась с кулаками на меня Вивиен.

– Что здесь такого, мне нравиться это место. Такое мирное, спокойное и тихое… Чего так напряглась? – как–то напористо я сказал.

– Мне нравится это место только тогда, когда спит зубами к стенке. Тем более, сейчас скоро здесь вечер будет. Хоть знаешь, куда нас привез?!!! Это горы Сирен, назвали их так, потому что красота поляны и гор очаровывает и запутывает. Магия прикрывает такое здесь, что Шаула красавицей по сравнению с чудовищами кажется. А если ты здесь находишься больше 39 минут, то становишься распутным и сумасшедшим, разум затуманивается. Вечером хищники выходят мстить и убивать, поэтому тут осталось нам час, если хочешь побыть здесь, то давай еще 15 минут, – нервно сказала Ви, но я уже не слушал. Потому, что вдруг шею обвило что–то. Это было несколько толстых веревок. Я не мог дышать, глаза начали закрываться, но сквозь туман слышал оглушительный смех, может, 10 людей. Кто–то сзади подошел и прошептал на ухо:

– Не бойся, больно не будет!

Потом мужской голос превратился в смех, а остальные подхватили.

– Сэр, ой, то есть, Капитан Феникс, девчонку тоже с собой брать? – сказал тоненький голос.

– Бедсберри, а как считаешь? – саркастически прогремел Капитан.

– Да…, нет…, может…, я… я… я думаю…, да! – не как не мог решить Бедсберри.

– Ха–ха–ха, ты дурак, связать девчонку и на судно, – скомандовал Феникс.

– А ты, дружок, тоже пойдешь с нами! Как же повезло, предок Великомученика Артемия! Шаула хорошенечко заплатит, ха–ха–ха, деньги – двигатель торговли, детка! А твоя подружка будет моей следующей женой, ха–ха, хе–хе, кхм… Подавился, да, забыл представиться, Капитан Феникс, капитан пиратов и настоящий разбойник, ну и мачо по совместительству, – не умолкал этот урод.

– Вы не посмеете. Не знаете, на что способен, и Вивиен никогда не будет женой такого урода – не мог говорить нормально из–за удушья.

– Ох–хо–хо, поверь, все знают, что ты еще ничему не научился. Ха–ха–ха, а насчет Вивиен, сомневаюсь, что ты противостоишь пирату, малыш, – тут я отрубился, но успел услышать голос Ви:

– Помоги, не хочу замуж за этого...

Я проснулся тогда, когда почувствовал запах азота. Открыв глаза, увидел железный пиратский корабль. Да, железный. Нет, не знаю, как железяка держится на воде. Но я встал и понял, что корабль не плывет по воде, а плывет по небу. Позади  железяки виднелась пыль. Я услышал какую–то песню вдалеке и пошел на звук. Да, узнал, это был изуродованный свадебный марш. Я увидел девушку, стоящую рядом с высоким, стройным, молодым, кареглазым, с волосами до плеч, брюнетом. Парень был в красной рубашке и черных джинсах. Девушка стояла в красном свадебном платье. Нет, это же Ви. Подруга не выглядела несчастной, а наоборот, счастливой. Ви восхищенными глазами смотрела на парня. Тут из моих рук что – то выскользнуло. Это было похоже на цепь. Я попробовал еще раз, и опять получилось. Теперь попробовал направить цепи на жениха и обвил шею капитана, но тут Вив закричала:

– Артемий, не мешай!

– Что?!!! – я изумился, уронив цепи.

– Это Алекс, сын капитана Феникса, мой жених, – возмутилась та.

– Что?! – я опять повторил, прищурив глаз.

– Мне очень понравился этот юноша. Теперь буду вечно любить. Мы с Лексом будем самой лучшей семьей. Ой, а папочка Феникс подарит квартиру в Нижнем Граале! Правда, здорово? Потом заведем кучу детишек и внуков, а я буду работать на судне у Капитана. А если захочу, буду служить самой Шауле, это круто. Вот только не решила, что мне выбрать… Ты подарок свадебный принес? – что–тут–случилось???

Я схватил безумную девицу цепями и притянул к груди. Схватив Ви за руку, побежал в ту каюту, откуда вышел, и запер дверь. Только сейчас заметил ожог в форме жала на руке Вивиен.

Я осмелился дать пощечину девушке, но перестарался, если честно. След от руки был очень–очень красным. Красноволосая завизжала:

– Ты что, весь макияж испортишь!!! Ну–ка отпусти, иначе охрану позову! Охра…, – Ви не успела договорить, т.к. я прижал к стене и зажал рот рукой. Затем резко наклонился и посмотрел девушке глаза в глаза, и сказал:

– Тебя зовут Вивиен! Твои родители преступники, тебе 16 лет, как и мне! Ты любишь Дориана, который учиться в академии! Тебя загипнотизировали, может, вкололи что, не знаю. Просто борись, – Вивиен заплакала и упала на пол.

Девушка свернулась в клубок, потом резко разогнулась и села, потом глаза Ви стали черными. Подруга закричала так, что окна разбились. Потом ударила кулаком по железному полу так, что пробила дыру. Из глаз покатились черные реки из слез. Потом глубоко вздохнула, скривив спину, и из груди Вивиен вырвалась черная дымка, оставив девушку без сознания.

– А–а–а, Артемий, прекрасный молодой юноша, с хорошими задатками! Много о тебе слышала, много! Очень силен, но справиться со мной будет не под силу! Я – Тьма –сестра Мрака! Знаю твои страхи и помыслы, бойся! – шуршащим голосом пропела Тьма.

–Я не боюсь Тьмы, и нет страхов! А еще клаустрофобией не страдаю. Уходи, пока не сковал цепями, – угрожал я непонятному существу, которое потупилось после упоминания слова «клаустрофобия».

– Интересно, интересно, но ты ошибаешься, в каждом человеке живет страх, пусть даже маленький, но сидит! Твой страх силен и огромен. А кроме создания цепей можешь и не только это! Еще сразимся, но в следующий раз, когда восстановлю силы. А то эта девчонка слишком много магии забрала! До встречи, герой, – и дымка испарилась.

Вивиен лежала без сознания, а тем временем пираты штурмовали дверь каюты. Я схватил какой–то металлический кусок и вставил в затвор. Что же делать дальше, ведь это надолго не поможет? Но тут я кинул взгляд на дыру, которую проделала Ви, а потом вспомнил о способности вызывать, ну, или вытягивать цепи. Поэтому взял одну и прицепил к ручке двери, а потом схватил Вивиен и перебросил через плечо (с виду была такой худенькой и легкой, но внешность – обманчива). Я залез на цепь и начал спускаться, окликнув Диабло, но видимо уж очень далеко отплыли. Мустанг мог, просто на просто, не услышать. Но вдруг цепь начала падать вниз. Черт, не могли пиратики еще потерпеть пять минут? О, знаете, никогда не смотрите вниз, если парите в небе, да еще и девицу на себе несете, а тем более убегаете от пиратов. Когда же я посмотрел вниз, закружилась голова, но все же переборол страх, ведь если бы не сосредоточился, то оба погибли.

– Ха–ха–ха!!! Интересно, что же теперь делать будете? Наверное, мальчик, у тебя план есть? Постой, скорее нет, ведь вы парите на скользкой цепи в миллиардах км от земли? А там вас ждут колья, так что, если решите упасть, Шаула итак–итак заплатит. Может, лучше подниметесь?, – услышал сверху голос Капитана Феникса.

– Оближи мои ботинки! Ни за что! Тем более…, – услышал шорох под ногами и почувствовал знакомое чувство. – …план есть!

Я отпустил цепь.

Да, вы подумали, наверное, что я –  псих, или за мной прилетел Ди. Вы правы и в том и в том, но думать было некогда, поэтому доверился интуиции. Пару секунд, двадцать секунд, минута, и все это время летели, на мгновение пожалел о своем решении, но через минуту и пятнадцать секунд мы уже летели на зеленой огненной змее. Сверху донесся громкий рев Феникса:

– Ар–ар–ар! Бедсберри, ко мне! Ты сказал, что заковал коня!

– Кап–п–итан–н! Я–я, я виноват, я не думал, что конь – фантом! Честно, я не видел призрака! – нервно закричал бедный Бедсберри.

– А себя, себя ты видишь призраком или фантомом? – зло прогремел Кэп.

– Н–нет! – истерично сказал Бедс.

– Ну и зря, – после этих слов что – то очень тяжелое полетело сверху на нас.

Еще чуть и на нас бы упал Бедсберри, которого скинул капитан. Нельзя же так! Я приказал Ди лететь за бывшим пиратом, которого мгновенно догнали. Я схватил Бедсберри за шиворот и посадил на большую змею.

– Как вы? – спросил я, дыша тяжело.

– Спасибо, спасибо мальчик! Я ваш должник на всю жизнь, помоги вам Диадема, спасибо, спасибо, я ваш должник,…, – без перерыва меня благодарил бедняга.

Немного успокоившись, пират тихо заговорил:

– Я всегда мечтал уйти от этого деспота. Всю свою ничтожную жизнь. Теперь, когда я обрел свободу, не знаю, куда идти… Ведь вся семья в Нижнем Граале. Мне всего 21 год, а жены нет еще! Там только родители, которые всю жизнь мечтали, чтобы я служил злу. Куда теперь идти? – без надежды посмотрел на облака парень.

– Привезем тебя в Верхний Грааль и попросим приютить ненадолго у моей хозяйки, а потом можем доставить на Землю, когда Артемий отправиться в путешествие! – послышался слабый голос Вивиен, которая приходила в сознание.

– Ви, ты в порядке? – спросил тут же я.

– Если не считать того, что привез нас на поляну и поймали, то да! Но щека почему–то горит… Спасибо за помощь, если бы не ты, то Тьма сидела бы во мне, – благодарно Вивиен посмотрела на меня.

Я покраснел, ведь щека у девушки горела не просто так.

– А ты извини за покрасневшую щеку. Просто дал тебе пощечину, чтобы в чувства привести, – с трудом вспоминал я.

– Ну, спасибо! И вообще хорошо то, что в тебя не вселился дух. Искушение, которое может пробудить все самые негативные эмоции. Если бы не Искушение, то поляна была бы и моим любимым местом, – подмигнула красноволосая.

– Но странно, когда я был на поляне с Авророй, то ничего не происходило, – не понимал я.

– Ты был со стражем, а значит, был под защитой, – пояснила подруга.

– Кхм…, простите, что прерываю диалог, но я бы хотел дослушать предложение девушки, – сказал, кашлянув, Бедсберри.

– А, да, конечно, извините. В общем, все, что сказала – это и есть предложение, просто вам придется немного подождать у Авроры. Потом снарядим всем тем, что вам потребуется, и отвезем туда, куда направится Артемий, – быстро переключилась Вивиен.

– Ну, тогда я был бы весьма благодарен и признателен, – улыбнулся приветливой улыбкой Бедсберри.

– Что ж, Артемий, – повернулась ко мне Вивиен. – Что делать будем? Имею в виду, рассказывать Авроре о наших приключениях будем? Или промолчим?

Девушка нервно расспрашивала, но при этом немного улыбаясь.

– А как же Рора поймет, кто такой Бедсберри, откуда взялся? Давай, расскажем все, кроме небольшого инцидента, ну, как обложался? – сказал я, краснея и потея.

– Хорошо, нет проблем, и не вини себя, тебя застали врасплох, – мягко сказала подруга.

– Спасибо, и знаешь, я не ошибся, когда решил, что мы подружимся. Просто, был уверен, что Вивиен глубже, чем кажешься на первый взгляд. Спасибо, за то, что у меня есть ты – самый чистый и добрый друг, – немного нервничая, сказал я смущенно.

– А как же Аврора?, – сказала «помидорная» Вивиен.

– Ну, у меня насчет Ро чуть другие планы..., – сказал я таинственно, но видел, что Ви прекрасно поняла.

А пока летели и наслаждались попутным ветром, легкой прохладой и приятной лестью. Интересно, что там делает Аврора?

Когда прилетели, то наступила ночь в Верхнем Граале, все жители на площади жгли костры и жарили что–то, по запаху, очень вкусное. Потом были фейерверки разных причудливых цветов и форм. Заметил, как все были просто счастливы наступлению ночи, ведь звезды не спали ночью. Дети все бегали вокруг Красильного фонтана (так его назвали здесь, хоть оригинальное название было – фонтан Фортуны), наливая в стаканы разноцветную воду, некоторые смешивали несколько цветов сразу. Только сейчас понял, что мучает жажда, поэтому я схватил кубок и подставил к зеленой струе воды. М – м – м, вкусно, эта вода напоминала смесь киви и лайма, может и безалкогольное мохито. Чуть позже подошли к дому. Там горел свет.

– Где вас носило?! – крикнула Аврора, бегущая в халате навстречу.

– Э–э, давай зайдем в дом, и Вивиен все расскажет? – улыбнувшись, сказал я.

Ви кашлянула.

– То есть мы, – поправил я.

– А это кто еще? – спросила Аврора, смотря на Бедсберри.

– Я же говорю, расскажем все потом, – повернув девушку в сторону дома, сказал устало я.

– Что???!!!! – вскипела от негодования Аврора. Такой рассерженной не видел прежде, и лучше не видел бы.

– Ну, да мы были на той красивой поляне…, – сказал я писклявым голосом, потому что я сорвал.

– Ты что, вообще никогда не думаешь???!!! А если бы убили???!!! – все злилась Ро.

– Почему? Я просто не знал… Ну, видишь, не убили же? – пытался я хоть что–нибудь сказать, но пока не получалось ничего разумного.

– Я уже потеряла одного близкого человека, хочешь, чтобы еще двух потеряла? – строго посмотрев на меня, сказала уже спокойно Аврора.

Я виновато перевел взгляд на пол. Теперь опять вспомнил о том, что сделала ради меня Юнона, и стало паршиво. А еще жизнь Вивиен под угрозу поставил.

– Послушай, Аврора, не жить ведь всегда в постоянном страхе? Я и сама была не против затеи с поляной, просто произошел форс–мажор, тем более мне даже понравилось небольшое наше приключение, – подмигнула мне Вивиен. Я все больше и больше стал обожать девушку.

– Да если бы не я, где вы сейчас были? Вот ты, Артемий! Наверное, папа бы посадил под домашний арест, Катрина бы весела, друг с твоей возлюбленной сидел бы обнимался, а возлюбленная наслаждалась бы обществом друга! А ты, Вивиен, наверное, гнила бы в детдоме, деля месячную заначку сладостей с сокамерником, а родители даже о тебе и не вспомнили бы! – Боже, да что Аврора несет? Как звезда может упрекать нашими же слабостями?

Я стал сердиться, неприятно, когда опускают ниже плинтуса. Вивиен же стояла и часто тяжело дышала, еще чуть–чуть и расплачется.

– Хватит! Перестань унижать! Вивен, уходим отсюда в академическое общежитие! И оставайся здесь одна с совестью! Больше не намерен терпеть, как оскорбляют меня и мою подругу! Прощай! – взорвался я.

– Ох, валите тогда! Скатертью дорожка! – заорала Аврора–психона.

Я схватил за руку Вивиен и Бедсберри и пошел прочь. Мы сели на спину Диабло, и поскакали в сторону Акдемии, крепости Беллактрис.

Через пару мгновений прибыли к большому дому общежития. Да, об этом не рассказывал, но тогда не было нужды, а сейчас мне этот дом был необходим. Мы зашли, в гостиной было шумно, ведь звезды не спали, потом прошли к регистрационному столу и забронировали комнаты. Нам с Вивиен дали одну на двоих, а Бедсберри поселили в комнату для гостей и приезжих.

Поднялись на 13 этаж на лифте, и сошли в опрятный светлый коридорчик, нашли комнату 264 и открыли. Когда зашли, то ожидал увидеть дрябленькое, однокомнатное помещение. Ничего подобного не увидел. Наш номер был красивый: обои темно – бордового цвета, две комнаты, разделенные аркой, у каждого своя кровать, шкаф, телевизор, КОМПЬЮТЕР, душевая комната, а коридор был совмещен с маленькой кухней.

– Ого! Здесь здорово! Но, Артемий, уверен, что нам надо было оставлять Ро одну? – тихо спросила Вивиен.

– Да, уверен! Не думал, что Аврора такая истеричка. Думал – звезда не такая, как все. Ведь, когда познакомились, Рора была такой идеальной, что на руках захотелось носить. А сейчас Аврора унизила нас, начала бить по больным местам… Кто же она? Деспот? Или все–таки обезумевший горем человек? – растеряно, усевшись на кровать, опустив руки от бессилия, промямлил я.

– Пойми же, Аврора потеряла сестру… Но ты прав, это не дает право никого морально калечить. Так что же делать дальше будем? – сев рядом, опустив голову мне на плечо, спросила Вивиен.

– Будем жить здесь, пока не научусь тому, что необходимо, затем отправимся на поиски кольца, – уверенно сказал я.

– Хорошо, согласна. Мне здесь очень нравится. Кстати, вообще придется платить за номер? – улыбнулась Ви.

– Нет, не придется. Это не гостиница. Здесь все бесплатно, – развел руками я, и снял рубашку.

– О, тогда хорошо, – резко отвернувшись, сказала спокойно Вивиен.

– Поможешь с заданием? Отправишься со мной? –  резко, с надеждой спросил я.

– Я? Конечно, конечно помогу, – чуть краснея, произнесла Вивиен.

– Тогда спокойной ночи? – с неким удовольствием произнес я.

– Спокойно ночи, Артемий Ааронсон, – подмигнула Вивиен и закрыла дверь.

Я отправился в свою комнату. Быстро приняв душ, почистив зубы, лег в теплую и мягкую кровать. Конечно, терзало чувство предательства с моей стороны по отношению к Ро, но смог быстро подавить ненавистью. Прошло пять минут, и я уснул, как младенец.

Глава 5.

Глава 5.

На следующее утро чуть не опоздал на занятия, на которых обычно делал вид, что слушаю учителя. Хорошо, что Диабло летал где–то рядом, поэтому и разбудил за семь минут до начала, спасибо ему большое. Да, понимаю, что до академии идти всего две минуты, а как насчет времени на умывание и все такое?

Мы быстро оделись и понеслись на занятие руноведения, где был учитель с особым чувством юмора, звали мужчину Дориан Филипп. Вот когда мы проходили руну вечности, Дориан рассказывал историю про старую даму, которая захотела вернуть себе молодость и продлить до самой вечности. Когда настал момент кульминации, Филипп вспомнил какую – то шутку про гнилой апельсин, якобы его съел один молодой человек, а когда съел, голова превратилась в апельсин. После этого Дориан сказал: «Как же я голоден» и достал апельсин, сказав, что сейчас парню голову откусит, после чего рассмеялся и упал со стула. Когда встал, отряхнулся и открыл кока–колу, обрызгавшись коричневой пенкой. По–моему, смешнее всего было смотреть на то, как Дориан падает и ругается, как сапожник.

День в целом выдался не особо приятным и собранным. Постоянно вспоминал Аврору, то, что наговорила. То, что я сказал девушке.

После последнего урока – анимагии – меня остановила Адель и сказала, что директор Самсон хочет видеть. Не стал задавать много вопросов и побрел к кабинету. Когда подошел к кабинету, то услышал диалог директора и кого – то еще незнакомого.

– …да, разумеется, как она и планировала. Но этот мальчишка, он стоит у нее на пути, если бы мы могли прибегнуть к первоначальному плану, то не возникло пауз и недоумений. А я же стоял на своем, но вы, разумеется, слушать не желали, – сказал кто–то хриплым и низким голосом, но весьма молодым.

– Да–да, все это я уже слышал. Что теперь делать? – каким–то, не знакомым голосом, сказал Самсон.

– Я предлагаю все еще раз обдумать и заслать по иному…пути. А пока, спасибо за приглашение, до завтра, директор, было важно с вами поговорить. Спасибо еще раз, что не дали сорваться, эти стрессы…, – сказал кто–то так, словно знал, что я стою за дверью, ведь тембр голоса и тема разговора заметно изменились.

– Не за что, Брайт, – с воодушевлением проговорил «лекарь».

Я стал поспешно удаляться, делая вид, что только иду, т.к. послышались приглушительные шаги.

Из кабинета вышел юноша, такого же возраста, примерно, как я. Парень был чуть тоньше, но руки были весьма массивными и изящными. Волосы были соломенного цвета, стриженные своеобразным каскадом до талии. Глаза были светлого орехового цвета, почти цвета груши, выражавшие невозмутимость и горделивость. Манера в одежде была странной, я скажу вам, что так современные парни не одеваются точно: белая рубашка с кружевным воротником и жабо, рукава тоже были кружевными. Брюки были словно трико, только состояли не из обтягивающей ткани, а из кожи какого–то пресмыкающегося. Ну и конечно элегантные черные лаковые туфли. В руке была простая трость. Не сказал бы, что парню требовалась психологическая помощь, вид был у него вовсе не нуждающийся в опеке и утешении. Хотя, может наш Самсон на славу постарался?

– Проходи, я уже ухожу, – сказал незнакомец, при этом, не спуская с меня глаз. Парень что, решил глазами просверлить? А может он…? Нет, хотя…

– Ах да, спасибо, – промямлил я.

Когда я зашел, директор сидел на своем персидском ковре в позе лотоса. Медитировал, типо! По–моему, совесть этого Самсона не совсем чиста… Хотя, может напридумывал чего–нибудь лишнего? В общем, я вошел и поздоровался.

– Ах–ах–а, привет, мой юный друг! – приветливо сказал Самсон.

– Звали? – сонливо сказал я, облокотившись о дверь.

– Да, слышал, что вы с Авророй повздорили? Это плохо, ведь вы должны держаться вместе, ты – подопечный, Аврора – хранитель. Ты не должен был так поступить с девушкой, Аврора очень волнуется! – вполне серьезным тоном проговорил «новый доктор Малахов».

– Послушайте, конечно, понимаю, что не должен, но я не имел желания слушать лишнюю болтовню. Аврора сама виновата, – настаивал на своем, но вспомнились эти глаза, и я смягчился. Нет, не буду больше вспоминать, а то еще начну думать, что виноват. А я этого не хотел.

– Конечно, поэтому госпожа Элейская попросила встретиться с тобой, чтобы поговорить. Ты должен пойти на встречу, – просиял директор.

– Ха!!! Не хочу идти к ней на встречу и не пойду, – отказался я. Наверное, это слишком по–детски, ну и что! Я не хотел с Ро видеться.

– Хм… Никуда не придется идти, Аврора сама уже пришла, – кивнул на дверь Самсон.

В дверях стояла Ро. Вся такая поникшая и серая, не такая, ослепительная, как обычно. Сегодня девушка по–настоящему была мутной: белый сарафан с отблесками серого, заплетенные волосы в растрепанную косу, красные глаза. О, нет! Теперь чувствую себя виноватым.

– Я вас, пожалуй, оставлю, – сказал Самсон с довольной улыбкой на лице и ушел.

После того, как ушел Самсон, мы молчали. Прошло 5 минут, 19 минут.

Я отвернулся от Ро. Но через несколько секунд услышал, что Аврора тяжело втянула в себя воздух.

– П–привет..., – первой начала Аврора. Видимо, красавице было ужасно сложно произнести это слово, ведь Ро запнулась еще в самом начале.

Я развернулся и посмотрел прямо в глаза. Я почувствовал новую волну ненависти вперемешку с состраданием. Но поднялся и сказал, изогнув бровь:

– И это все, что ты хочешь сказать?

– Послушай, не знаю с чего начать и думаю, ты не скоро простишь, даже не сразу, но все равно скажу – прости, прости ради Бога. Я так соскучилась, да прошел один день, но без вас чувствую себя совершенно опустошенно. Я… я… мне нет прощения, но ради Бога прости! – чуть не рыдая, скороговоркой, выпалила Аврора.

Я подождал немного, подумал.

– Давай сделаем так: если простит Вивиен, то и я прощу, – выставил требования я.

Рора вновь вздохнула и сказала:

– Идет, зови Вивиен. Похоже, я чудовище, которое никто никогда не простит, – чуть слышно сказала звезда. Я не ответил.

Потом позвонил Ви, и подруга уже через 15 минут была на месте.

– Привет, Аврора! – улыбнувшись, произнесла Вивиен.

– Если не простишь, я пойму! Я монстр, чудовище! Но была бы признательна, если ты проявишь немного милосердия и простишь…., – уже не так тепло и виновато сказала Аврора.

– Конечно! Конечно, прощу, ведь понимаю, что ты не обязана извиняться передо мной! Прощаю, – весело произнесла Ви. Дезертирша быстро подбежала к Авроре  обняла горячо, словно родную сестру, которая прибыла после войны.

У обеих из глаз потекли слез ручьем. Ух, эти девчонки! Всегда ревут на пустом месте. А всего–то день не виделись.

– Иди к нам, – пригасила меня Вивиен. Я сначала смутился и не понял, но потом неохотно поплелся. Когда подошел, девчонки схватили меня и прижали с такой силой, что не мог и вздохнуть. Затем посмотрел в глаза Ро, я сказал губами «Прощаю», а потом глаза девушки так просияли, что стало так хорошо. Наши семейные объятия и веселые восклики прервал Самсон.

– Вижу, у вас вновь все нормализовалось! А теперь рад сообщить приятную новость, особенно эта новость, понравиться тебе, Аврора, – с какой–то тайной и удовлетворением произнес Самсончик.

– Что за новость? – спросил я с поднятыми бровями кверху.

– Ро, помнишь моего племянника Брайта? – едва сдерживаясь от экстаза, спросил директор.

– О, да, конечно! Брайт, как давно уже не видела…, – сладко произнесла Аврора. Это что, тот самый Брайт? И чему так обрадовалась?

– Бри приехал погостить и помочь вам с поисками, – улыбнулся, с облегчение в голосе, директор, которого захотелось треснуть.

– Это значит…, – мечтательно и с нетерпением произнесла Аврора.

– Может ли племянник пожить у тебя? – торопливо перебил Самсон Аврору.

– О! Да, да, конечно! Я буду только рада…, – сказала Аврора.

Тут я к Вивиен наклонился и шепнул на ухо:

– Что этот Брайт из себя представляет? И почему девчонка так улыбается, при одном упоминании его имени? – спросил с упреком я.

– Э–э–э…, – покраснела Ви.

– Почему ты покраснела? У них что, роман был? – усмехнулся я, но тут же понял, что прав, раз Ви стала похожа на рака варенного.

– Ничего рассказать случайно не хочешь? – с прищуренными глазами настоящего ревнивца, произнес я.

– Ну…, это долгая история, – все пыталась уйти от разговора Ви.

–Брайт! Брайт Хоуп Даркнесс, прошу, войди в кабинет! – позвал своего племянничка, Самсон.

Легкой и непринужденной, «летящей» и горделивой походкой, Брайт Хоуп Даркнесс пришлепал к нам в комнату. Когда Ро парня увидела, думал, что в штаны от счастья надует. Глаза Авроры так преобразились, что стало как–то в комнате светло, я даже глаза прищурил.

Да, Хоуп Даркнесс, конечно, красавчик, но, а я как же? Забыла уже, да? Эгоистка! Только недавно подлизывалась, хоть я и сопротивлялся! Ой, да что такое говорю? Просто ревную, что тут скрывать–то теперь? Но внутри так и скребли кошки, было обидно, что на меня так звезда не смотрела (а в школе смотрели почти все девчонки с любовью и желанием), ведь Ро мне очень нравилась… Аврора для меня солнце, всходящее на востоке, которое греет своим теплом и радует каждым лучиком. Как дождик, которого ждет крестьянин для того, чтобы продолжить выращивать картошку. Эх, что было между Брайтом и Ро?

– Бра–а–а–а–а–айт! – вдруг крикнула Аврора и прыгнула на шею Брайту (а я стоял в оцепенении).

– Арорва! – с таким же воодушевлением, обняв, крикнул Брайт.

Это что за ролевые прозвища? Арорва, звучит так, что… Как оторва… Можно разве так? В общем, у них были какие–то тайны, и я должен теперь их узнать, любой ценой, хоть буду доставать Ро.

– Так рада тебя видеть! Просто неотразим, так изменился, так похорошел! Я просто безумно рада, что наконец–то увиделись, и у нас будет время поговорить, – начала заигрывать с Брайтом Аврора.

– Был бы рад, но времени мало на разговоры, я здесь, чтобы потренировать Артемия! – тут Даркнесс повернулся ко мне. Но я вспомнил разговор с Самсоном и понял, что здесь что–то нечисто.

– Рад познакомиться с тобой, Брайт! – протянул руку я, здороваясь сквозь зубы.

– Взаимно, Артемий! – как–то Брайт врет умело.

– Аврора, нам придется завтра вылететь в Турцию, чтобы быть ближе к источнику силы, к источнику того, что ищем, – уверенно, но уже с серьезным видом произнес мой новый протеже.

– Куда? Куда? – переспросил я.

– В Турцию, бывшую Османскую империю, – умником прикидывается, чтобы сразить наповал глупенькую Аврору.

– Но…? – расстроено начала Аврора.

– Милая, у нас целый день впереди, даже успеем обо всем поболтать и посетить любимый парк «Ледяной Розы» – поспешил успокоить Аврору новый герой любовник.

– Правда, ты еще помнишь? – с глазами маленькой девочки спросила Ро.

– Конечно, мы же там первый раз…, то есть парк «Ледяной Розы» – самый крупный парк развлечений Верхнего Грааля, где есть лабиринт Св.Розалии, которая погибла от рук Мрака, защищая своего возлюбленного –  человека. Ведь Роза работала на Мрака, и из – за любви ослушалась приказа убить человека – спасителя Грааля, за что поплатилась…, – посмотрев на меня,  и для меня же пояснил Брайт.

– …поплатилась, и ее сердце Мрак превратил в лед, а саму Розу в ледяной цветок, который питается с помощью энергии, исходящей от сердца. В общем, роза торчит из сердца. Что самое интересное, пока этот памятник никто не нашел, но по легенде того времени, поселенец, который найдет розу и сердце получит какой–то особый дар, – продолжила любительница историй. Меня сейчас не история вовсе волновала, а то, как назвал Ро этот чувак. «Милая». Стошнит сейчас.

– Кстати, что случилось с ее возлюбленным, никто не знает, – добавила Вивиен.

– А звали его хоть как? – спросил я.

– Микаэль, – в один голос сказали все, присутствующие в комнате.

– О, такое женское имя, – заметил я.

– Смешно, – подстрекнул Брайт улыбнувшись едва заметно, словно под нос поднесли вонючий носок.

– А как же, я – парень с чувством юмора, – сказал я и подмигнул Авроре, которая не изменилась в лице.

– Заметно, ну ладно… Аврора, может быть, поедем домой и приготовимся к путешествию, нам нужно очень многое собрать! А когда соберем, у нас впереди вся ночь для болтовни будет, ну или пойдем в парк, – спокойным голосом проговорил король чувства юмора.

– Идет! Так ребята, мы с Брайтом поедем домой, а вас я попросить хочу заскочить на рынок и прикупить чего–нибудь вкусненького. Сможете? – спросила Ро.

– Это почему й–то …, – ой, больно. Мне Вивиен так наступила на ногу, что глаза вылезли из орбит.

– Да, конечно, – перебила Ви, немного покраснев.

– Ну, вот и чудненько! Пошли Брайт я тебе столько всего рассказать хочу, – уходя, сказала с особым энтузиастом, Рорик.

Когда голубки ушли мы с Вивиен попрощались с директором и пошли к выходу.

– Эй, ты это чего? – спросил с укором я.

– Чего? – не поняла красноволосая.

– Зачем мне так на ногу сильно наступила? – еще с обидой спросил я.

– Ну, говорю – долгая история…, – таинственно, уклончиво и запутанно сказала Вивиен.

– А, кстати! Артемий, тебе придется пойти на рынок одному, просто с парнем должна попрощаться до отъезда, – краснея, сказала Вивиен.

– Чего? – уже без особого настроения, спросил я.

– На тебе пластины и дуй на рынок, встретимся дома, – подруга протянула тоненькие (2 мм в толщину), золотые, прямоугольные пластины  около 5 см в длину и 3 см в ширину и ушла.

Да, казались весьма  легкими и практичными, но когда я ощутил вес 19 пластин, то понял, что лучше купюр ничего нет. Конечно, не знал, как ими расплачиваться, как называются и  куда мне идти.

Я вышел на улицу и позвал Диабло, который был сегодня белой дымчатой совой, только большой совой.

Прошло 3 минуты, как я уже стоял на той самой площади, где был разноцветный фонтан. Ребятишки, чуть младше, пили ту волшебную воду, некоторые даже плескались, но вода не мутнела, а становилась чище.

Я осмотрелся по сторонам и увидел лавки с сувенирами, но ничего из еды. Поэтому подошел к одной милой старушке, которая сидела ко мне спиной и что–то пела, и спросил ее, где находятся магазины с продуктами. Когда бабушка встала, чтобы поздороваться, то увидел, насколько ошибался насчет возраста. Передо мной стояла статная, высокая, грациозная, фигуристая, добрая, улыбчивая и мудрая дама с длинными серебристыми волосами. Надет был красный балахон, но почему–то красивший женщину.

– Здравствуй, дорогой юноша, – вежливо поприветствовала незнакомка. – Вижу, ты здесь совсем недавно. Путь, конечно же, подскажу. Надо пройти через розы, и там где находятся Рунные ворота, справа есть чудесный магазин «Eye of the Eagle», в переводе с венгерского «Глаз орла».

– Надеюсь, там глаза не продают? Спасибо вам огромное, нахожусь здесь уже давно, но в магазин в первый раз иду. А можно вас еще кое о чем спросить? – попытался я пошутить, и быть вежливым одновременно.

– Ты очень добрый человек, Артемий! О, глаза там не продают, можешь спросить о чем угодно, – сказала незнакомка.

– Стойте, откуда знаете имя? – настораживающее спросил я.

– Я знаю потому, что моя дочь твой талисман, – с каким–то грустным выражением лица ответила дама.

– Так вы Диадема? Звезда–герой Верхнего Грааля. Но вы же…, – я был так удивлен, что не мог понять, почему так происходит.

– Да, умерла. И никто не может видеть меня, кроме избранных, то есть тебя, – мягко сказала Диадема.

– Я…я… я ничего не понимаю, – растерялся я.

– Ничего страшного. Видишь ли, я вроде, как и жива, вроде и нет. Я – звезда, а звезды не живут вечно, но и не умирают. Только перерождаемся в наши «Реликвии», так мы называем звезды. А души живут в Псевдо Граале. Да, вижу, юноша запутался. Псевдо Грааль – мир потухших звезд, где начинается вторая жизнь звезды, это вроде вашего Рая. Но здесь Верхний и Псевдо Грааль соединены в единое целое, ведь если не будет Псевдо, то и не будет гравитации. Наша магия помогает поддерживать невесомость. А видишь меня, потому что Артемий не звезда, не человек, а анимаг. В твоих жилах кровь животных и магия Луны. Можешь превратиться так , что будешь самым непобедимым во всем Мире. А если освободишь Рохо (с суахили – «дух»), то сможешь обрести такую силу, что без контроля над собой, сможешь подвергнуть вселенную полнейшему уничтожению. В тебе есть, как и процветание, так и разрушение. Поэтому Шаула и хочет заполучить кольцо Св. Артемия. Обрети кольцо, сможешь обладать разумом, когда перевоплощаться будешь в Рохо, без него ты – смертельное оружие. Но кольцо и не только нужно для этого, но и для баланса в Мире, чтобы Псевдо Грааль, Верхний Грааль и Нижний Грааль не соединились, чтобы равновесие не было потеряно. Возьми кольцо добрый или злой человек равновесию – конец, – торжественно завершила свое шокирующие известие Диадема.

– Получается, я, типо, равновесие мира? Типо, аватар что ли? – не мог понять я.

– Ха–ха–ха, нет глупенький! Аватар – связующее звено между миром живых и миром мертвых, если про мультик. А ты – существование мира, жизнь, – рассмеявшись, сказала женщина.

– Теперь понял. Понял, что не человек, что меня просто нереально огорчает, вот так живешь, и не знаешь, что ты какой–то пришелец, отвечающий за жизнь Вселенной, – хватаясь за голову и рвя на себе волосы, сказал я.

– Артемий, пока все обдумываешь, могу и кое о чем попросить? – с неким волнением спросила Диадема.

– Да, конечно! После того, как узнал, кто я, обязан пожизненно, – кивнул я.

– Скажи Авроре, что я ее люблю. И передай это, – Диадема передала кулон в форме руны света.

– Обязательно, – пообещал я.

Диадема улыбнулась пошла к воротам, но перед выходом резко остановилась и сказала:

– Артемий, береги Аврору! И не вини себя в смерти Юноны, ты ни в чем не виноват! И напоследок: осторожно с Брайтом, он – не самая лучшая звезда. Спасибо! И прощай Артемий Аронсон, ты станешь легендой, верю.

– Прощайте, Диадема! – тихо сказал я и увидел, как звезда умчалась красной дымкой.

Глава 6.

Глава 6.

Я пошел вслед за Диадемой, но только уже в «Глаз орла», но по пути не как не мог прийти в себя от дикого ужаса того, кто я такой, и что будет, если вовремя не найдем кольцо предка. Так же конечно после слов Диадемы о том, что на меня не сердиться Юнона, с души как – будто камень упал. Состояние сейчас нельзя было назвать вменяемым, мне хотелось сброситься прямо с Верхнего Грааля, но вспомнив, кто я, и что от существования зависит Вселенная, мгновенно передумывал. Еще догадки о Брайте подтвердились. Я как знал, что этот тип опасен. А Аврора, как сказать о том, что видел ее мать? Поверит ли Ро мне? А Вивиен?

Я должен позаботиться об этих двух дорогих мне людях, которых безумно успел полюбить, которые дороги так же, как и моя мама.

Снаружи магазин выглядел неброско, но довольно уютно. Магазин был в двухэтажном коттедже, коричневатого цвета с яркими мозаичными окнами.

Я ступил на лестницу, как дверь сразу же открылась. Хотя, уже не удивлен. Черт, я так и не спросил, как называются эти золотые пластины.

Зашел в магазин и увидел четырехэтажную квартиру, такую просторную и светлую. На каждом этаже продавались продукты под определенными цветами и значениями. Вот первый этаж включал в себя все цвета радуги, второй – темные, третий – светлые, а четвертый – несуществующие.

– Здравствуй, молодой человек! Чем–нибудь помочь? – вдруг я за спиной услышал грубый и шероховатый голос.

Повернулся и увидел высокого, худощавого пожилого мужчину. Его кучерявые до ушей волосы были седыми, но кое–где можно было увидеть попытки скрыть свой возраст, то есть краску для волос черного цвета, хотя, может это был реальный цвет. Кожа была потрясающе гладка, ни одной морщинки, но при этом руки были жилистыми и сухими. Глаза старика были белого цвета, то есть зрачков вообще не было. Может слепой?

– Не бойся! Не слепой, – сказал, словно читая мысли, мужчина.

– А почему же ваши глаза такие…,– от изумления спросил я.

– Такие белые? Я – джин, поэтому у нас в роду, никогда не бывает зрачков, – смеясь, произнес старый джин.

– Ой, простите я такой невоспитанный, лезу не в свои дела…, – забылся я.

– Нет, ничего страшного, для человека подобный вопрос вполне считается нормальным. Я привык, к тому же ты не первый, кто так пялится, – с легкой улыбкой сказал джин.

Мужчина показался достаточно прикольным и думаю, он не опасен.

– У вас необычный магазин. И кстати, первый раз пришел в магазин сам, – пытался я исправиться.

– О, ну значит, большим стал, – расхохотался джин.

– Очень смешно! И как узнали, что я человек? – огрызнулся я.

– Да, у тебя на лбу написано! Шучу, просто у вас, у людей, особая аура! Хотя у тебя какая–то необычная аура, конечно далеко от человека не ушел, но и не рядом стоишь, – прищурился джин.

– Меня Артемием зовут, – представился я.

– Али–Мак–Ам, можно просто Лиам! – таким же приветливым тоном представился мне джин Лиам.

– А можно спросить кое о чем? – начал краснеть я.

– Да, давай! Только давай на «ты»? Просто мне 116 лет. А ты обращаешься, как будто мне 609, – возмущался Али.

И, правда, чего с ним так, подумаешь ему 116 лет, а мне 15, вот я негодяй.

– А как называются эти слитки в вашем народе? – протянул я слитки, показывая.

– О, это называется «эталон». Наша денежная единица, – серьезно сказал Лиам.

– Спасибо, а то так мучил этот вопрос. А можно еще один вопрос? – уже с наглостью спросил.

– Давай, – любезно ответил джин.

–А почему ваше лицо такое гладкое, а руки такие сухие, волосы седые? – спросил с жадностью я. Сегодня день разоблачений и познаний, раз узнавать что–то новое, то лучше сегодня.

– Мне 116 лет, по–вашему это 19 лет. Кожа лица соответствует возрасту, а руки тому, сколько энергии и силы использовал. А использовал достаточно, когда воевали с Мраком. Волосы тоже показывают на использование магии. А так я молодой! – горделиво произнес Лиам.

– Уф, ну теперь все ясно. Спасибо, а то этот вопрос мозг бы взорвал. А можно у вас купить кое–что? – спросил я.

– Уже все приготовил, – сказал Лиам и достал из–под кассы бумажный пакет около 1,5 метра.

– А как узнали, что надо? – с изумлением спросил я.

– Я экстрасенс. Ха–ха–ха, шучу, просто Вивиен позвонила и попросила отдать все это Артемию, то есть тебе, – рассмеявшись над собственной шуткой, произнес Лиам.

– Оу, ну спасибо, тогда вот вам эталоны и до свидания, – протянул все эталоны джину я.

– Достаточно одного. И к тому же у меня есть подарок, – мимолетно сказал Лиам и быстро убежал наверх за подарком.

Спустя минуту Али нес что–то в золотой ткани.

– Это тебе, – радостно произнес Лиам.

– А что это? – удерживая пакет еле–еле, спросил я.

– Посмотри, а потом скажу, – загадочно произнес джин.

От нетерпения тут же развернул ткань и увидел лампу, в которых обычно джины сидят. Лампа была начищена, отполирована. Была золотого цвета, песочного, если быть совсем точным. Украшали лампу огромное количество сапфиров разных цветов.

– У тебя есть 2 желания, – строго произнес джин.

– А почему не три? – с насмешкой вспомнил сказку я.

– Для тебя и твоей возлюбленной, именно для этого была предназначена лампа раньше, пока историю не переделали современники Али–Бабы. У нас же традиционно всегда 2 желания. А я джин, на два желания, – потерев ладони, сказал бодро Али.

– Даже не знаю, как благодарить тебя, – положив лампу в пакет, сказал растерянно я.

– Никак, это чисто мое желание. Так что ступай, еще увидимся, думаю, – прогнал меня дружелюбный джин. Домой шел, а потом и летел, без всяких раздумий. Слишком был утомлен рассказом о своей сущности. Но, как оказалось, это была лишь малая доля правды…

Глава 7.

Глава 7.

Дома было довольно тихо, хоть и было много гостей. Зайдя в гостиную, увидел Бедсберри, который собирал вещи и что – то поговаривал под нос, Аврору, мило болтавшую с Брайтом, и Вивиен, которая хлопотала на кухне.

Моего прихода никто, разумеется, не заметил. Ну, через 5 минут на меня обратила внимание Вивиен. Подруга подошла и спросила:

– Привет! Чего так долго?

– Слушай, чего хочешь, если я здесь никогда по магазинам не ходил? – вопросом на вопрос ответил я.

– Ну, прости! Не хотела расставаться с парнем, который бросил меня, прежде чем успела что–либо сказать, – грустно вздохнула Ви.

– Что? Бросил? – нагло поинтересовался я.

– Да! И если быть честной, то я даже рада! В последнее время наскучил, – улыбнулась подруга.

– Надеюсь это не из–за меня? – начал флиртовать я. Прямо, как котяра… Хе–хе–хе…

– Как знать, – уклончиво ответив, подмигнула и пошла обратно на кухню.

О, я польщен. Так, что даже чуть не споткнулся об Бедсберри. Я хотел было пойти в душ, как услышал хихиканье Авроры и Брайта, поэтому подкрался и стал подслушивать.

– …да, помню, такая наивная была, как блондинка. А помнишь наш первый поцелуй? – сказал Брайт.

Что?! Первый, что?! Поцелуй???!!!

(Дальнейшие действия и эмоции не будут описаны, т.к. нецензурно)

– Не–е–е–т! Артемий, уйди! Отпусти его! Вивиен, Бед, помогите! Кто–нибудь! – послышился в моей голове голос Ро. Слабые руки скользили по спине. Но я так и не понял, чего Аврора так орет?

Нет, все же понял!

Оказывается, я перепрыгнул через спинку дивана, за которой прятался, и налетел на Брайта с такой силой, что снес парня с дивана. Когда очнулся, в смысле, когда смог думать, то увидел, что сижу на Брайте и бью парня по морде. Хоуп в это время отмахивался и пытался с себя сбросить. Ха–ха! Ничего не вышло, ну только два синячка, и то на его же лице.

– Артемий, Артемий! С ума сошел? Хватит, хватит, – умоляющим голосом кричала Аврора.

Но никак не мог остановиться. Но уже через 6 минут нас разняли 6 рук. Вскоре я валялся на полу один, а Брайт, молодец, собрал группу поддержки.  Я резко встал и пошел наверх, в комнату, в душ. Вода была приятной. Струйки воды касались тела и смывали остатки грязи сегодняшнего дня в канализацию. Я намылился, помыл голову. Но так и не вышел из–под душа. Наоборот, включил только холодную воду, чтобы отрезвиться. Странно, но вода была по–прежнему теплой, но не стал обращать на это особое внимание. Минуту постояв, я вдруг почувствовал ломку и сонливость, покалывание в голове и спине.

– Твоя правда – в твоем сердце, мое сердце – отравлено ядом, – вдруг в голове кто–то произнес.

– Кто здесь? – стал я оглядываться и искать хозяйку голоса, но в ванне никого не было, поэтому решил, что заглючило.

– Лишь искренность проглотит прохладу, откроет дорогу к Аду, – опять кто–то сказал.

– Это не смешно! Если хотите отомстить, то сделайте это как–нибудь поновей, – крикнул я, но не ответили.

– Но ключ к жизни найдет награду, а мир получит навеки усладу.

Так, похоже, сейчас усну. А еще упаду от мондражки. Еще этот голос. Так, пора лечиться.

Я вышел из душа и пошел одеваться. Ведь сегодня идем в этот дурацкий парк. О, наверное, меня там никто не ждет, но все равно пойду, ведь стало намного лучше.

Только я надел штаны, как вдруг в дверь постучали.

Я открыл и увидел Аврору.

– Привет, – мило улыбнулась девушка.

– Прости…, – начал я.

– Тс–с–с…, не надо  извиняться, я все поняла, да и Брайт не сердиться, – закрыла Ро мне рот пальцем. Таким сладким, что чуть не потерял самообладание.

– Но…, – опять начал я.

– Все понял, поэтому хочет наладить контакт на прогулке, – мило улыбнулась Элейская. Еще чуть–чуть и я укушу девушку за палец и крепко обниму.

Но тут Ро посмотрела уже не в глаза, а на мой оголенный торс и закричала:

– Артемий! Почему ты в таком виде? – засмущавшись, воскликнула Аврора и отвернулась.

– Ой, прости! Просто после душа не успел одеться, – сказал я торжествующим голосом. В душе был уверен, что дама не просто так отвернулась, ведь у меня такой пресс, что тут точно не устоишь.

– Ага, увидимся через 25 минут, – только и буркнула не в тему Аврора и  ушла, закрыв дверь перед носом.

– ЕстЬ, – сказал я, ликуя.

Пора навести марафет и пойти на встречу с мистером синяком.

Когда спустился, мне, признаюсь честно, было немного стыдно. То ли от того, что ударил, то ли от того, что я на Брайта набросился из–за ревности. Противник посмотрел на меня спокойным взглядом, что явно рассердило.

– Артемий, можешь меня выслушать? – спросил мягким тоном.

– Да, конечно, валяй, – сказал я небрежно, и все еще сердясь.

– Я так понял, что ударил из–за Авроры, верно? – с ядовитой усмешкой произнес Хоуп Даркнесс.

– А тебе–то, какое дело? –  пытался я отвертеться от вопроса.

– Просто, кажется, Аврора тебе нравится… Да, не в этом суть. Лучше скажи, что ты слышал? – напряженно спросил Брайт.

– Что вы, что вы с Авророй целовались…, – сквозь зубы, сказал я.

– Что?! С Авророй?! Ха–ха–ха, не с ней целовался…, – Брайт не закончил рассказ, потому что Ро и Ви спустились с лестницы в ослепительных платьях папирусного цвета. Аврора выглядела, как настоящая звезда, а может даже лучше – как богиня. Темно–золотые мелированные локоны так блестели, что невозможно было отвести взгляд. А глаза были так подчеркнуты, что я утонул окончательно в них, как камень, брошенный на дно Атлантического океана. В глазах было столько чувств, что я бы вряд ли разобрался. Волосы не все были собраны, лишь тонкая коса служила как бы ободком.  Но, как уже сказал, было важно смотреть только в ее глаза.

Пока мы с Брайтом стояли, разинув рот, спустилась Вивиен со своими «горящими» волосами. Что странно было, так это Брайт, смотрящий на девушку. По взгляду было видно, что у них есть тайна какая–то.

– А! Вот с кем ты…, – не успел я договорить, как Брайт закрыл ладонью рот.

– Тс–с–с. Да, ты умничка. Только не кричи. Я и до сих пор, в смысле, Вивиен мне и до сих пор нравится…, – смущенно сказал мистер Уверенность.

– Так в чем проблема? – усмехнулся я.

– У Вивиен есть парень, – задумчиво сказал Брайт.

– Был, если быть точнее. Ви бросили вчера, – уклончиво сказал я.

– Да???!!! В смысле, как такую девушку можно бросить. Ведь Вивен, как персиковое дерево – нежна и прекрасна. Спасибо, друг, – хлопнул меня по плечу Брайт.

– Да, нет проблем. И извини за синяки, – застенчиво я попросил прощения.

– Да брось! Я теперь твой должник. Ты открыл путь к любви, но ты не слышал мои слова. У меня репутация умиротворенного и мрачного парня. Ок? –  подмигнул Даркнесс.

– Ага, а ты ничего парень, думаю, сработаемся, – подмигнул я в ответ, но тут вспомнил слова мамы Авроры:

– И напоследок: осторожно с Брайтом, он не самая лучшая звезда.

Впервые мы шли такой большой компанией, чтобы развлечься, хоть завтра вылет в Турцию.

– Слушай, Аврора. Могу кое – что сказать, это касается твоей мамы? – сказал я шепотом, когда Брайт, Вивиен и Бедсберри шли впереди нас и громко смеялись.

– Что? Конечно, давай, – с некоторым непониманием сказала Аврора.

– Когда сегодня ходил за продуктами в магазин, то на площади встретил одну даму, – начал я.

– И причем тут моя мама? – не поняла Аврора.

– Так вот, эту даму звали Диадема. Женщина и была твоей мамой…, – не успел договорить я.

– Но как? Как это возможно? – на глазах у Ро стали появляться слезы, но не хотел, чтобы все веселье было испорчено.

– Так, если будешь плакать, то ничего рассказывать не буду. Не хочу, чтобы такая красота была размазана по лицу, – предупреждающе сказал я.

– Ладно, все. Больше не буду плакать и прерывать. Пожалуйста, расскажи мне все, – вытирая глаза, сказала Аврора.

И тут я начал рассказывать все до малейшей детали.

– Так, мама действительно гордится мной? – Элейская так улыбнулась, как не улыбалась никогда. Улыбка Ро была полна горя, но и в тоже время облегчения.

– Кстати, госпожа Диадема просила тебе кое–что передать, – вспомнил я. Затем достал кулон в виде руны света.

– Только не плачь, – предупредил я. Девушка схватила кулон и прижала к груди, даже понюхала. Видимо, запах мамы был еще на кулоне. А потом сильно и крепко обняла меня и шепнула на ухо: «Спасибо». Я обнял девушку за талию, и сердце забилось в 16 раз быстрее. Я надолго запомнил этот момент. Тепло Авроры было настолько согревающим, что стало так жарко, что немного вспотел. Запах Ро был таким…!

Мы так простояли около 10 минут, что даже забыли о других, нашу идиллию прервал Бедсберри.

– Простите, что помешал, но так только к закрытию придем, – неловко спросил друг.

Мы тут же быстро отпрянули друг от друга, покраснев и засмущавшись. В стороне стояли Брайт и Вивиен, которые стояли друг напротив друга и просто смотрели в глаза.

Через 12 минут, пройдя площадь, где был рынок, мы подошли к чему–то невероятному. Перед нами была ледяная полу–прозрачная глыба, длинной в 15 км. А шириной, не могу сказать, потому что не было ни конца, ни края.

– И что, туда пойдем? – дрожащим голосом спросил я.

– Да, это же местный парк развлечения, – радостно сказала Вивиен.

– Что же тут веселого? – спросил я.

– Ты еще внутри не был. Но давай расскажу правила? Ты войдешь отдельно ото всех, и нужно будет просто бродить по лабиринту, можешь заглядывать в разные ледяные комнаты и закоулки, там будут подарки и разные приколы. Если надоест, то просто нажми на браслет, который выдадут при входе, перенесешься в Колдпарк, там каток, бар и все такое, короче там все люди. Не волнуйся, там светло, фонарики разноцветные горят. Но самый главный приз, конечно же, никто не может найти. То самое сердце и цветок. Но это лишь легенды. Удачи тебе, – объяснила Ви.

– Так, через сколько встречаемся, и сколько нужно вещей набрать? – спросил Брайт с азартным взглядом.

– Как обычно! Час и около 35 вещей, – улыбнулась мне Ро.

– 35? – изумился я.

– Это минимум, – ответил Брайт.

И все разошлись, кроме меня. Я был последним.

Я вошел, и свет льда поглотил.

Да, думал, что в таких заведениях градусов –34, но было тепло. Даже новогодние гирлянды, украшали каждую стену изо льда, делая атмосферу романтической и спокойной. Даже играла медленная музыка. Здесь нужно быть с девушкой, а не одному.

Я начал разрабатывать тактику, решив идти, куда глаза глядят. Пошел прямо. Пройдя около трех метров, наткнулся на разноцветную дверь. Конечно же, открыл. И тут на меня обрушились раскаты фейерверков, разных и красивых таких. Я так и застыл с открытым ртом. Потом взял со склада фейерверков один большой бенгальский огонь размером с руку и  пошел дальше. Так успел заскочить в комнату с мыльными пузырями, где остановился дольше всего, потом зашел в комнату, где были одни модели (полуголые), но быстро вышел. Затем зашел в закуток с алмазами разных цветов. По дороге взял автомат по производству содовой. Конечно, наткнулся на комнату с тиграми, оттуда взял слюнявую кость. Не волнуйтесь, все это сложил в тележку. Потом стал все реже и реже встречать комнаты с призами и, похоже, заблудился, потому что тепло уже куда–то уже исчезало, и ламп все меньше и меньше. С каждым шагом становилось холоднее и холоднее, темнее и темнее. Хотел нажать на кнопку, даже нажал, но она отказалась работать из–за такого холода. Я стал так мерзнуть, что пальцы на ногах могли вскоре отвалиться, но все равно шел вперед. Дыхание начало сбиваться. Я стал задыхаться. Еще чуть–чуть и конец жизни. Прощай моя любовь, прощай Аврора. Видимо, нам не суждено быть вместе. Я сел прямо на дороге и свернулся в калачик, чтобы умереть гордо. Но тут тот скрипучий голос из ванны сказал:

– Ты близко, я жду тебя! Только встань и иди дальше! Слушай свое сердце!

Но я не мог, слишком тяжело было. Но кое–какие силы нашел и все–таки встал. Я шел большими неуклюжими шагами в темноту и тут услышал шепот.

– Должна была умереть еще раньше, почему он тебя оставил в живых? Он слишком любил тебя, а я нет! Еще и король мрака. Кто и должен был им стать, так это я. Хотя, я не жалуюсь. Меня и так все устраивает, Мария! Какая же ты наивная, как можно было поверить мне? Но ты все еще жива, и я не успокоюсь, пока не найду способ убить. Вместе с этим, мальчишка не получит тех сил, которые ты могла бы ему дать!  Мамаша, ха–ха–ха! Он даже и не знал про твое существование! И про то, кто его отец! – жадным и мерзким голосом проговорил человек в сером пальто и шляпе.

– Ладно, мне пора! Но скоро вернусь, – тут послышались шаги, но незнакомец исчез.

Я поплелся к светящемуся бледному кубу. На кубе была руна, которую никогда не видел. Стал просматривать ее и легко прикоснулся. Вдруг куб засиял ослепляющим красным цветом, что я даже закрыл глаза. А когда открыл глаза, передо мной расстилался по полу туман. А вместо куба была прозрачная стеклянная тумба, на которой лежало ледяное красное сердце, а в нем торчала черная ледяная роза.

– Не может быть…, – промямлил я.

К сердцу по всему полу тянулись ледяные лианы с шипами.

– Ты пришел, думала, что никогда тебя не увижу, мне столько нужно рассказать, – вдруг, позади сказал знакомый чем–то голос. Передо мной появилась девушка в белом длинном балахоне, с длинными медно–каштановыми волосами, зелеными глазами и милой улыбкой. Чем–то даже была на мою маму похожа.

– Кто вы? – спросил я замершим голосом.

– А разве не узнал? – с нежной улыбкой произнесла незнакомка.

– Ну, вы очень похожи на маму, а так не знаю, кто вы…, – заикался я от холода.

– Ты замерз, подойди, может, сразу узнаешь, – поманила к себе красавица.

От окоченения и холода подошел к женщине, потом она накрыла балахоном и прижала к себе, то есть обняла. Почему–то сердце так быстро забилось, тепло пошло так резко, что забыл о том, что когда–то чуть не превратился в ледяную скульптуру. И на душе стало светло, так приятно, какое–то старое чувство проснулось во мне, которое дремало и не хотело просыпаться.  Но тут вспомнил это чувство. Это была любовь к маме – светлая и нежная, но в то же время полная грусти и ностальгии.

– Мама? – неуверенным голосом спросил я.

– Артемий, мой милый мальчик, как же я скучала! Прости меня! – начала объясняться мама.

– Стой, но почему ты выглядишь чуть иначе? Ты же ведь была ниже на 30 см, ниже меня. А теперь такая стройная, молодая и высокая, что случилось? Ты сделала пластику, и где Терьер? Почему тебя тот человек называл Марией, а не Шароной? Кто это вообще был…? – не мог я остановиться от захлестнувших эмоций, ведь маму только в 13 лет последний раз видел.

– Тс-с-с! Сначала хочу перед тобой извиниться! – сказала Мария, опустившись на одно колено, поманив меня к себе и взяв за руку.

– Я тебя не бросала вовсе, а Терьер – это выдуманный человек, не зря же не видел никогда. Просто поджимали сроки, надо было помочь Диадеме справиться с Мраком. Но ты был еще слишком мал, чтобы помогать, хоть сила могла спасти нас за секунду, но не могла тебя подвергнуть опасности. Насчет внешности, тут мое обличие настоящие, просто в мире людей я не имею право в настоящий рост и внешность обличаться, так как красота может ослепить, а рост принести разруху. И на самом деле меня зовут Марией, а не Шароной. Полное имя – Мария Св. Розалия. Так прозвали селяне. Это мой лабиринт. И вся эта легенда, которую слышал от Авроры, это все, правда. Тот человек и заковал меня. Микаэль. Да, тебе сказали, что это сделал Мрак, но тут есть ошибка. Микаэль – это тот, на кого работала. Мрак – это мой супруг. Из–за одного инцидента все и случилось так трагично. Одним зимним утром мы с твоим отцом как всегда гуляли, но тут прибежал прислужник и  сказал, что меня зовет Микаэль по очень важному делу. Микаэль был тогда главой старейшин. Я естественно пошла, но обещала прийти через час на обед с Мраком. Когда вошла в кабинет, то увидела рядом сидящую женщину с очень привлекательной внешностью. Она что–то шептала Микаэлю, а тот сладко, но ядовито улыбался. Таким босса видела первый раз.

– Заходи, прошу, садись, дорогая! – пригласил присесть Микаэль.

– Нет, спасибо, я ненадолго, супруг ждет отобедать по поводу рождения сына, – сказала я. Ведь ты на тот момент и родился, что стало самым замечательным мигом в нашей жизни.

– Настаивать не буду, тогда и задерживать тоже. Я задам только один просто вопрос. Ты с нами? – уклончиво спросил меня этот змей.

– С кем с вами? С вами Микаэль я всегда, но о чем толкуете? – не поняла я.

– Отлично, большего и не надо. То есть я могу рассчитывать на твою поддержку? – настойчиво спрашивал влиятельный в то время человек.

– Разумеется, в разумных пределах, но так, да, пожалуй, можете, – согласилась я, но, ни на минуту не спускала глаз с той девушки, которая постоянно шептала что – то на ухо Микаэлю. Женщина выглядела как ведьма: черные пышные волосы, карие глаза, длинные сливовые ногти, черный корсет и красная пышная юбка, черные губы, татуировки. Я не особо – то замечала девушку.

– Вот и чудно! Все, можешь идти! Я позову, когда будешь нужна, – сказал на прощанье Микаэль.

Я не опоздала на обед. Мы чудно пировали. Но вдруг набежали тучи на селение, что было очень странно для солнечного города, где никогда практически нет туч. Дожди, снег – все было без туч. Налетел сильный ветер, сносивший столы возле ресторана. Происходило такое, что не поддавалось логике. Я сначала подумала, что это та самая ведьма, но это была не она. Это был ты… Ты набирал силу, мощь. Конечно, долго искали источник этих необъяснимых явлений, но перепугавшись за тебя, побежала домой. Когда пришла, то увидела, что дома как такового нет. Все, что было вокруг тебя, просто снесло с лица Земли. А ты спал, так тихо и мило… Старейшины, узнав о столь могущественном источнике силы, решили покарать и сослать тебя подальше с Грааля. Тогда существовал только один Грааль. Сначала тебя хотели сослать на планету Хелы (Хель  — повелительница мира мёртвых), но это уже было слишком. К счастью, Микаэль вступился за тебя и попросил сослать в мир Земных существ, на Землю. Пришлось уехать с тобой, а отец остался восстанавливать дом, служить и работать. И ему, такому могущественному существу просто запрещалось покидать Грааль. Мы были вынуждены разорвать узы брака, ведь могли больше никогда не увидеться. Это была последняя встреча в качестве хороших друзей. Когда были на Земле, повстречала твоего земного – отца. Я влюбилась в Лорена. Мужчина был таким светлым, по началу, что решила не лишать тебя полноценной семьи и сделать счастливым. Лорен не был против, наоборот, он тебя любил как родного. Вскоре, забыла о существовании Грааля, пошла на работу, стала обычной земной женщиной. Но мне напомнили о Граале. Через 13 лет мне прислали письмо старейшины с многочисленными извинениями, попросили вернуться на службу, узнав, кто ты такой. Я, чтобы разведать обстановку, как будто предчувствуя беду, оставила тебя с Лореном и котом, сказав Лорену, что если не вернусь, чтобы сказал тебе, будто сбежала с любовником. Когда приехала в Грааль, то меня встретил Микаэль и та девушка, спросив, где ты. Я ответила, что решила оставить, что Лорен не выдержит расставания.

– Артемий нам нужен! Сию секунду! В нашем Верхнем Граале происходит беспорядок, мы должны остановить твоего мужа, – завизжал старейшина.

– Какой Верхний Грааль? Причем здесь Мрак? – с растерянностью произнесла я.

– Этот подлец, предал селение, усомнился во власти старейшин. Сказал, что я опасен и разделил Грааль на Нижний и Верхний. А твой сын сможет их соединить…, – дальше я уже не слушала. Если Мрак сомневался во власти Микаэля, значит, здесь было что–то нечисто. Видишь ли, твой отец был самым преданным старейшинам существом. И если он сомневался, то здесь пахло жареным. Пришлось претвориться, что не сомневаюсь в Микаэле.

– И где теперь Мрак? – с безразличием спросила я.

– Со своими многочисленными сторонниками внизу, – старейшина показал вниз, где не было больше голубого неба, где казались шипы и красно–черный закат.

Вечером я пробралась в нижний Грааль. И нашла твоего отца. Я была рада видеть Мрака, а он меня нет. Мрак знал о моем браке и считал это изменой, чего не прощал.

– Но мы же развелись…, – не понимала я.

– А я все равно тебя люблю и сына. Ох, ну ладно, зачем пришла? – с тоской сказал новый неприятель.

– Старейшины пригласили, но почему–то мне кажется, не просто так. И если ты сомневаешься во власти, то мне стоит чего–то опасаться? – спросила я.

– Ты, надеюсь, сына не притащила??? – с яростью и волнением крикнул Мрак.

– Нет…, – взволнованно ответила я.

– Слава небесам, – с облегчением произнес Мрак.

– Но почем…? – не успела спросить.

– Им нужен Артемий, им нужно кольцо Святого Артемия, они хотят уничтожить все существующие планеты и расширить пространство, создать новый мир. Они хотят подчинить Артемия, сделав мальчика оружием, а ты знаешь, к чему это может привести, – трясясь, яростно выкрикивал Мрак.

– И что же теперь делать? – растерялась я.

– Вернись в Верхний Грааль и найди в крепости карту Св. Артемия, кубок вечности и сожги. Я приду на помощь, только осталось подготовить оружие, ступай! С тобой небеса, – приказал Мрак.

Я вернулась в Верхний Грааль и направилась в сторону Беллатрикс. Легко обманула охрану, прошла в главный зал и забрала вещи. Но на выходе меня ждала Шаула (та ведьма) и Микаэль.

– Ликвидируй Марию, а я разберусь с Мраком, – прошептала со сладкой местью Шаула.

Микаэль кивнул головой и стал надвигаться на меня с волшебной сетью, которая блокирует магию и высасывает энергию. Я развернулась, чтобы убежать, но двери перед лицом захлопнулись, как собственно и глаза. Я была под давлением 108 кг. Мое дыхание учащалось, а энергия истощалась. Я была в плену, а Мрак подумал, что я предала его и перешла на сторону Микаэля, предупредив врага тем самым о заговоре Мрака. Мрак считал, что это я сделала из–за любви к Микаэлю, так и родился ложный миф обо мне. Микаэль же, можно сказать, пощадил меня, вырезав сердце и обратив в розу, так как старейшина всегда за мной ухаживал и любил, но как ты слышал, пожалел об этом... Шаула, конечно же, узнала о замысле и покарала. А после моего заточения, Шаула вселила тьму в душу Мрака, ну, а дальше ты знаешь легенду о Диадеме, моей верной подруге,  – закончила с грустью мама.

Ну и ну! Я уже столькими родственниками обзавелся, что по пальцам не пересчитаешь. Мрак – мой отец, Мария Св. Розалия, она же Шарона, моя мать, папа – вовсе не папа.

Надеюсь Аврора мне не сестра? А то у меня на девушку такие планы...

– Сынок, я должна передать кое–что важное, то о чем слагают легенды. Силу предка – мудрость, стойкость и способность распознавать ложь, – серьезно произнесла мать.

– Э-э-э, не хочу тебя огорчать, но это и есть те крутые силы, которые Шаулу должны победить???!!! – с недоумением спросил я.

– Сила ума порою превосходит физическую и астральную силу, разве Одиссей обладал магией? Нет, а чего герой достиг..., – мама не стала больше церемониться и прикоснулась амулетом в форме совы к моему лбу. Легкий холодок пробежал по голове, а потом исчез.

– Мне пора, но верю, что еще увидимся,  – сказала, разворачиваясь, мама.

– Стой, куда же ты? Мы даже не пообщались толком,  – растеряно произнес я.

– Пока не победишь Шаулу, под чарами нахожусь, но ты разрушишь и освободишь меня, – улыбнулась мама и исчезла.

– Верю в тебя, – произнес голос в голове.

Вдруг что–то запищало на руке. Ах, это же был браслет, который должен перенести в центр, где ждали друзья. Вовремя заработал, ничего не скажешь. А вот если бы угрожала смертельная опасность, а она угрожала, браслет бы так же перестал работать? Гаджеты в этом мире какие–то левые я вам скажу, то дело наши, человеческие. Ну, разумеется, нажал на кнопку и уже через секунду стоял в теплом и приятном месте, где были слышны раскаты ударов боулингого шара. Это было огромное помещение персикового цвета, где располагались кафешки, сувенирные лавки, аттракционы и всякие прочие развлечения.

– Кажется, нашел, – произнес где–то рядом знакомый мужской голос.

– Артемий! – крикнул счастливый девичий голос, и я развернулся и увидел Аврору, кинувшую все свои артефакты лабиринта на плитку и устремившуюся бегом ко мне. Ого, да девушка не на шутку разволновалась, м–м–м, лестно. Через пару секунд девчонка весела у меня на шее, тяжело дыша.

– Где же так долго был? Почему такой растрепанный и синий, замерз? – начали один за другим расспрашивать друзья.

Естественно я все рассказал, даже Брайту, которому почему–то стал доверять, но в конце добавил:

– ...и ерунда это вся ваша игра, у меня к концу в руках и тележке все перестало помещаться, как вы так 30 предметов доносите?

– Ну, практика. То есть получается, что мы все жили в глубоком заблуждении насчет мифа о Марии? – никак не могла поверить Вивиен.

– А представь, каково мне сейчас, узнав о том, что мой земной отец–отчим и что я даже не человек, – задумчиво произнес я.

– Прошу прощения, ребята, но завтра надо рано вставать...,  – смущенно сказал Бедсберри.

– Ах, да, точно. Аврора, конечно, могу тебя донести на руках и мне нравиться вот так стоять, но..., – сказал я, краснея.

– Ой, да, да, пойду сама, естественно. Просто, очень рада видеть тебя..., – теперь покраснел не только я, но и Ро, может быть, даже еще сильнее.

Девушка выпустила из обнимашек, и мы медленно пошли на выход, а когда вышли сели на любимого мустанга Диабло.

Солнце, красного цвета, садилось за воздушно–белые облака, будто ложилось в постель, а мы не спали, готовились к чему–то новому. К тому, о чем не знали и не догадывались, к путешествию загадочному, может веселому, но возможно и для кого–то последнему. Мы ни о чем не знали и даже не стали гадать. Судьба покажет, на чьей стороне, кому давать жизнь и надежду, а у кого это все отнять.

Мы, люди, не ценим все то, что у нас уже есть, заменяя старое и ценное на новое и ненужное. Но разве не греет нас чувство поддержки, когда она нам нужна? Конечно, греет, а без нее мы никто. Дружба и любовь проверяется временем.

Глава 8.

Глава 8.

– А когда вернемся на Землю, время станет идти по их времени? – начал я допытывать Аврору.

– Конечно, о, не беспокойся насчет папы, я отправила письмо, где говориться о том, что тебя Мария забрала к себе. Лорен естественно поймет, что ты все узнал и находишься в полной безопасности, пока, – сказала уверенно Аврора.

– А куда сейчас направляемся?  – опять спросил я.

Ну что тут скажешь, мне нравилось общаться с девушкой, которая была небезразлична. А после того, как Аврора вчера обняла, девушка обязана на мне жениться, точнее, выйти замуж за меня. Так, надо этот вопрос как–нибудь решить на днях.

– В аэропорт, конечно же, – удивленно произнесла Ро.

– Зачем? Мы что на Диабло не можем долететь или магией звездной воспользоваться, к чему это все?  – спросил я с недопониманием.

– Для того, чтобы Шаула не смогла засечь.  Хочешь, чтобы ведьма тебя стерла в порошок прежде, чем в Египет прибудешь? – сказала Ро, смотря взглядом, будто я осел.

Мы пролетели над Нижнем Граалем, затем лес, потом ту чудесно–смертельную поляну и оказались у водопада, где когда–то в свое время спал и узнал, что Аврора является моим звездой–хранителем. Ох, детство–детство, чудный миг.

Спустившись с мустанга, погладил Ди и сказал ему, чтобы ждал и никогда не забывал, еще пообещал вернуться и хорошенечко погонять с ним (прямо, как Карлсон, осталось живот размером со свинью себе набить и пропеллер в одно место вставить). Ди улетел, громко заржав, якобы, удачи пожелал.

– А теперь что? Как на Землю попадем? – нагло опять стал я расспрашивать.

– Пройдем через водопад, а проход, портал, вы должны с Вивиен совместными усилиями создать, – сказал Брайт.

Меня, конечно, учили на занятиях отдельных рунами пользоваться, но не совместно же... Тем более портал вызывать. Но вдруг в моей голове промелькнула мысль, какие руны нужны, и как все сделать.

– Вивиен, нарисуй на подводных камнях руны вечности и бесконечности, – быстро выкрикнул я, и Ви принялась за работу: пальцами по камням подруга начала рисовать. Естественно, руны загорелись и засветились золотым свечением.

Я же вообще начал делать что–то из разума выходящего: начертил на самом водопаде, на падающих струях воды, руны перемещения и космоса. Сначала ничего не происходило, подумал, что ошибся, но потом там, где я рисовал, вода стала выделять пузырьки маленькие, из которых стали складываться картинки. Через минуту за водопадом стали рушатся стены, и образовалось что–то похожее на черную дыру, только белого цвета.

– А ты говорил, что дар не пригодиться,  – сказал мамин голос в голове.

– Спасибо,  – мысленно я поблагодарил.

– Вау, а я думала, что не знаешь ничего и не справишься! Это было невероятно, – удивленно сказала Аврора.

– Ну, я же учился..., – скромно произнес я.

– Тогда пошли? – предложил Брайт, оборвав процесс обменивая любезностями.

– Пошли,  – отважно произнесли мы все вместе.

Тот, кто шел спереди, как будто засасывался в большой пылесос. А я, как самый последний трус, пошел последним. И если честно, на Землю мне как–то не хотелось. Там же Вика и Маг. Да, конечно, не должно интересовать то, на чем остановилась моя прежняя жизнь человека, но после этого, остался такой противный осадок, который вновь дал о себе знать.

Наконец, сделал шаг в телепортатор и провалился в какую–то глубокую яму. Я летел, летел долго. Чувство было, словно в Космосе, где нет гравитации. Да и картина меня окружала соответствующая: звезды летели навстречу и кололи, как иголки; планеты были так близко, что разглядел столько новых планет, которым названия нет (это я в рифму сказал, прям Есенин). Летел, лечу, и сколько буду лететь..., не знаю. Хотя, нет, догадываюсь, я куда–то стремительно лечу, как метеорит. И свет белый окружил. Пришлось зажмуриться. Когда открыл глаза, то уже был в знакомом мне месте – Красной площади. Да что же это такое? Это что же получается, на Красной площади портал имелся? Блин, если бы знал, что тут есть вход, то давно бы с Авророй познакомился, а потом бы стал ее парнем. Это я столько время потерял...

– Ага, это ничего бы не изменило, мистер Дамский Угодник, – рядом произнесла  (когда привыкну к тому, что мысли умеет читать?) звездочка.

– То есть я тебе не нравлюсь? – смело и неожиданно спросил я.

– Ну, нравишься, но как послушный подопечный, и вообще..., Брайт! Я должна обсудить кое–что..., – неуверенно, краснея, поменяла тему разговора Ро, поспешно уходя к Брайту. Да, я девушку врасплох застал, похоже. А помучаю еще.

– Ро, я должен кое–что спросить, – загадочно, но с серьезным видом позвал Аврору. Рора посмотрела так, будто боится или стесняется. Да, такого барьера у нас раньше не было. Но это понятно почему – девчонка втрескалась в меня, как пить дать. Мисс Гордость неохотно подошла.

– Чего? – с неким опасением спросила звезда.

– Я по делу: а что же тогда твои обнимашки значили? – усмехаясь, спросил я.

Ого, такая красная! Да Ро сейчас от стыда и неловкости сгорит.

– Опять ты...? – буркнула Ро и понеслась галопом к друзьям, показывая гостиницу, в которой селились такие знаменитости... Нет, я–то мог номер позволить, ну, а остальные откуда деньги возьмут? Стоп, все именно туда и направились. Ничего себе.

Ох, как же давно не спал в номере люкс класса, где мини–бар и еды завались, а телек я вообще давно не смотрел, даже в интернет не заходил на личную страничку.  А вот сейчас и зайду, хоть завтра вылетать в Турцию (сразу вспомнил турецкую девчонку Азизу, с которой отжигали по вечерам на дискотеках), но было интересно, что там у меня творится в социальной сети.

Так, ага, 345 новых сообщений, 134 комментария и 1078 новостей. Зайду в сообщения, пожалуй. Кто пишет?

Марк, спрашивает куда пропал. Ответил бы, где я и куда бы его послать хотел, но решил проигнорировать. О, Виктория написала, что хочет о чем–то важном поговорить (в первом сообщении), а потом написала, что я ей нравлюсь... М–м–м, по–моему, Виктория опоздала, зачем мне та, которая лезет ко всем парням? Не буду отвечать. А все остальные сообщения были от девчонок со школы, где флиртовали и признавались в любви, а еще от тренера по джиу–джитсу. Говорит, чтобы сегодня пораньше пришел. Вот ему и отвечу. Написал, что бросаю занятия (это опечалит тренера). Не, лучше телек посмотрю, там, наверное, новости какие–нибудь идут.

– В центре Москвы, на Красной площади, появились крупные трещины в земле, как говорят ученые, феномен непонятен и причины неизвестны. Длина трещин в среднем составляет около двух метров, почему и как появились, будем ждать окончательных расследований ученых. С вами была..., – я выключил ящик.  Сейчас, по–моему, вам понятно, кто и как сделал эти трещины. Вот тебе и портал, вот тебе и баланс. Почему–то был уверен в том, что постоянно так в жизни ничего не случается, что просто, не оставив никаких следов от сделанного, не получится перенестись.

Надо быть осторожнее с магией, а то Шаула нас вмиг найдет. Черт, уже 4 часа ночи, через два часа вставать.

Начинаем курс по засыпанию:

– Раз овечка (овечка перепрыгнула через забор, вторая же нагло за ней проследовала, без моей команды), третья овечка, десятая овечка...

Все овечки наглели и перепрыгивали вне очереди, но, в конце концов, уснул.

Просыпаться всегда тяжело, но когда тебя будят с помощью холодной воды, то сон уходит на раз–два.

– Ей, ты чего?! – гневно я прорычал.

– Будила девять раз, а ты все не просыпался. Поэтому решила ускорить процесс, – с каким–то маниакальным удовольствием в голосе сказала Аврора.

Похоже, вчера так задел девушку, что та теперь отыгрывается. Может, я не нравлюсь Авроре? А может Ро просто делает все, чтобы я не понял ничего о страстных чувствах?

– Простыну же, – «няшно» произнес я.

– Ну, потом выздоровеешь, тем более обладаешь нечеловеческим иммунитетом, – сказала звезда, поправляя мою кровать.

– Я вообще–то взрослый мальчик и постель убрать могу сам, – лениво сказал я.

– Иди лучше переоденься, а то в таком виде в аэропорт не пустят, – усмехнулась Аврора.

Я скорчил гримасу за спиной у девушки.

– Все вижу, и тебе не идет! – пропела девчонка.

Ну, все, так больше не могу. Я резко развернулся и полетел прямо на Аврору. Схватил за талию и подтянул к себе так, что девчонка ничего не успела сказать. И по–це–ло–вал Аврору, о да. Конечно, поцелуй получился весьма агрессивным, но страстным и горячим. тело плавилось, губы трепетали, а руки наслаждались прикосновениями к девушке. Я был в таком экстазе, что был готов сделать все что угодно, чтобы время остановить, но как говориться, все хорошее быстро кончается.

Тук–тук–тук (не, это не крекер, и я не напеваю его название, в дверь постучали).

– Артемий, не видел... оу, не вовремя... простите... я... никому не расскажу... Даже не вериться... Я попозже зайду, – в комнату зашла Вивиен и замешкалась, ударившись от неожиданности головой о дверь.

– Ой, да нет... это ничего не значит... это просто... Артемий, приставал..., – шлеп, и я не за что получил пощечину от Авроры. Да, за такой первый поцелуй и я бы дал пощечину. Но я же исправился, потом показалось, что и Аврора не особо сопротивлялась. Как уже говорил, люди, совсем не понимаю девчонок! И вот стою посреди гостиницы один, мокрый и с красной щекой, которая горела, словно ожег.

С Ро весь путь в аэропорт, в самолете тоже, не разговаривали. Аврора даже не смотрела на меня, не выражала никаких эмоций, а только задумчиво сидела и смотрела в одну точку. Я должен был сидеть рядом, но Ро поменялась местами с Брайтом, который весь полет расспрашивал о поцелуе. А я не спускал глаз со звезды.

– Может, что–то сделал не так? – все корил я себя.

– Не думаю, такой Элейская бывает только в двух случаях: если серьезно думает что–то сделать, либо если Аврора выпила чай со свеклой, – спокойно произнес Брайт.

Я сейчас себе сам напомнил девчонку, которая рыдается подружке. Куда делась мужская самоуверенность? Я себя не узнаю. Да и завтра у меня день рождения, что–то расклеился. Вот только почему всегда ничего не выходит с теми, кто нравится? Хотя, с Викторией все еще может получиться, если отвечу... Нет, не горю таким желанием, если честно... Ладно, проехали, мне ничего не светит.

– Если хочешь, могу прочитать мысли Авроры, – спокойно и непринужденно предложил Брайт.

– Это же не хорошо, но я не против, – лениво сказал я.

– Ро хочет улететь обратно в селение и назначить тебе другую защитницу, – обеспокоенно сказал спокойный парень.

– Как? – встрепенулся я.

– По высадке в Анталью, – оглянувшись на Ви, сказал Брайт. Ви же кивнула головой, а Брайт сделал грустное лицо.

Так, пора включить способность мыслить здраво, только, как это делается, понятия не имею. Так, идея. Хотя не такая грандиозная и сверх способностей для этого не требуется, но идея была похожа на мысли здравого и взрослого человека. Заключалась идея в том, чтобы просто поговорить с девушкой и пообещать кое–то. Состояние разбитости и потерянности, конечно, много чего обещали, но я одел маску серьезного человека и кивнул Ви, мол, чтобы пересела.

Аврора все сидела в позе статуи.

– Слушай, знаю, что слышишь, хоть и стараешься не смотреть на меня, но обещаю, что ничего подобного делать больше не буду, что не подойду к тебе и буду относиться только как к наставнику. А взамен прошу – не уезжай, останься ради ребят. Без тебя вряд ли найдем путь, по которому следует двигаться. Вернуться успеешь всегда, если нарушу свое обещание. И последнее – прости, больше так не буду, – сказал я и ушел с болью в сердце

– Рейс Москва – Анталья подходит к завершению. Самолет готовится к посадке. Уважаемые пассажиры просьба, оставайтесь на своих местах и пристегнитесь, – сказала стюардесса.

Вы когда–нибудь чувствовали себя брошенным и уничтоженным, если даже еще никогда ни с кем не встречались? Думаю, каждый из вас сейчас поймет меня. Похоже, потихоньку в эмо превращаюсь – хотелось выброситься из самолета, чтобы больше никогда ничего не чувствовать. Мне не хотелось ни есть, ни пить, вообще ничего не делать.

– Артемий, пора выходить, – кто–то толкнул в бок. Ах, похоже, уснул. Бедсберри смотрел на меня со счастливыми глазами.

– Ага, спасибо, Бедс, – промычал я.

– Нет, это вам спасибо. Вы подарили мне вторую счастливую жизнь, – пират в отставке достал из кармана нож волнообразной формы и протянул мне оружие. – Это вам в знак благодарности, нож не обладает магией, но лезвие может рассечь титан и кирпич, это будет напоминать вам обо мне.

– Спасибо, друг, я не потеряю сей дорогой сувенир, – похлопал я Бедсберри по плечу.

Выйдя из самолета, мы отдали все необходимое бывшему пирату и попрощались с парнем. Мне будет не хватать паренька. Бедс – тихий и спокойный парень, который был плохим, но потом исправился, стал другим, хотя, мы все изменились.

Погодка была теплой, по сравнению с Москвой, где холодно, да еще и зима была. Было где–то +15. Нас ждал автобус, который должен был отвезти до Кемера. М–м–м, я где–то слышал об этом городке. В общем, зашли в автобус и сели кто куда: я сел в конец автобуса, Аврора в середину, а Брайт с Вивиен ближе ко мне. Да, когда заходил в автобус, Ро так на меня посмотрела, как будто то ли сожалела, то ли сердилась, то ли хотела что–то сказать, но потом звезда, опустив голову, поднялась в салон. Всю дорогу вспоминал, как Аврора впервые заговорила, как была прекрасна при лунном свете тогда, когда было плохо. Тогда было плохо, а сейчас просто кошмарно чувствовал, словно меня в цепи заключили и пытали раскаленными иголками. Хотелось с любимой поговорить…, но я дал обещание. Хотелось увидеть улыбку Ро, которая не стоит рядом с улыбками голливудских звезд, но уже такого не будет. Я бы все отдал, чтобы все вернуть назад и исправить ошибки, чтобы Аврора со мной разговаривала. Очень нравилось, как Ро смущалась при виде обнаженного торса. Нравилось, как беспокоилась о нас. А сейчас Аврора стала воином, который сражается за жизнь, только за свою и больше ничью.

Мы ехали по горным дорогам, горному серпантину, медленно, словно не на автобусе ехали, а на черепахе. В салоне было жарко, кондиционеры не работали. Играла какая–то турецкая музыка, а за рулем сидел старенький мужичок, который еще ел на ходу.

Бум. И мы все попадали на пол с сидений.

– Что случилось? – спросила Вивиен, глядя на меня – У тебя кровь из висков.

– Как кровь появилась, если я упал на попу? – спросил я, растирая пятую точку.

– Аврора! – крикнул Брайт.

Мы все побежали к месту, где сидела Ро, но девушки не было там. Стойте, но лужа крови…

– Где Аврора? С Ро что–то стряслось, я чувствую, – нервно выбегая из салона, сказал я.

– Водитель..., – туманно произнес Брайт.

– Да, тоже пропал, – взахлеб выпалила Ви.

– И скорее всего не просто так, – задумчиво сказал я.

Брайт вернулся в автобус и начал осматривать место водителя. Долго копошился, но затем нашел какой–то песок и попробовал на вкус.

– Истребители, – четко произнес Брайт.

– Стоп, кто это такие? – не понимая, спросил я.

– Охотники на звезд. Выкрадывают их, потом приводят к Султану, а затем лишают звезды не только магии, но и жизни. Охотники почувствовали силу Авроры, когда летели над  Абхазией, у девушки очень сильная магия, которую практически невозможно скрыть. А магия еще и усилилась, когда вы там стояли в гостинице, ну ты знаешь, о чем я, – сказала Вивиен.

Брайт туповатым и вопросительным взглядом посмотрел на меня, а потом на Ви.

– Что же теперь делать будем? – безнадежно спросила Ви.

– Надо сначала понять, где охотников искать? – рассудительным тоном произнес я.

– Слышал, что обычно в горах прячутся. Еще вспомнил строчки из одного нашего мифа: «Когда над горами закат взойдет, кто–то из воинов кровь прольет, искомое герой один из них найдет, но душа его умрет. Те горы золотом черным сыпятся в ночи, увидев нечто, лучше – не кричи, а в одном деле ему помоги, прах с его костей, не забудь, собери»,– мрачно закончил Брайт.

– Да, ты, конечно, умеешь поднять настроение и боевой дух! Ладно, горы, горы, горы… какие из них? – рассматривал я горизонт.

– Не хочу прерывать размышления, но сначала нужно найти провизию и что–то нужное для похода, чтобы силы восстановить, – сказала Ви.

– Я видел, как в багажник водитель кладет наши вещи…, – указал я пальцем на багажный отдел. Черт! Там же артефакты были!

Я кинулся в багажник, нашел рюкзаки, перерыл все в них, нашел все, что нужно для жизни. Все, кроме артефактов.

– Они издеваются! Забрали еще все артефакты! – кричал я от ужаса и злости.

– О нет! У них видимо грандиозные планы, – закрыв глаза, с дрожью в голосе, сказала Ви.

– Так, не паниковать, – пытался успокоить подругу я, но сам был таким же.

– Скоро ночь, нам нужно разбить лагерь, чтобы отдохнуть, – сказал, обняв Вивиен, Брайт.

– Какой отдых, вы, что, в самолете не отдохнули?! И боюсь, что солнце уже почти село.  Давайте сделаем факелы, – предложил я.

– Ладно, но факелы делать не надо. У тебя же силы есть, – произнес Брайт таким тоном, будто я должен сам был догадаться. Но тут я обратил внимание на закат, который был таким красивым, вот садиться за две горы, ого. Горы такие…!

– Ложись, – прыгнул на меня Брайт.

– Ты чего? – не понял я.

– Стрелы, что, не видишь? – крикнул Брайт. Тут я стрелы и заметил: трехметровые стрелы, будто из тумана сделанные, которые летели на нас из кустов. Оружие мне напоминали Диабло, его строение. Синяя стрела попала в руку Брайта, парень закричал. И из руки полилась синяя кровь. Потом друг стал на глазах превращаться в кусок льда.

О, нет! Похоже, это был не миф, а предсказание!

Из кустов полетели такие же цепи, как стрелы, которые обвили нас с Вивиен, еще с Брайтом–ледышкой. Потом из кустов уже вышли. Лучше бы не выходили!

Это были самые настоящие зомби: бледная кожа, залитые злобой зрачки, кровавые лица и отвалившиеся куски плоти. Фу!

– Кто это? – на всякий случай спросил я у Ви.

– Зомби, кто же еще. Или ты думаешь, что это феи? – да, чувство юмора в предсмертный час то, что нужно.

– Что делать с Брайтом будем? – спросил шепотом я.

– Да, это временная магия, – спокойно произнесла подруга.

– Почему ты так спокойна? – возмутился я.

– Потому, что нас учили в Академии в таких ситуациях не проявлять признаков волнения. Монстры чувствуют страх и становятся агрессивными. Если не будешь волноваться – с ними можно даже договориться, – тихо сказала Ви.

– Так. Этих. Ведите. В пещеру. Кусок льда. В воду, – чуть ли не по слогам сказал самый страшный и высокий из монстров, видимо, предводитель.

– Ага. Есть. Сэр, – сказал вяло другой, лысый зомби.

– Стойте! Давайте поговорим! – выпалил я, и сразу ощутил гневный взгляд Вивиен.

– Нет, – кратко сказал предводитель.

– На нет, и суда нет, – сказал я.

– Хо–хо–хо. Веселый парень. Мне. Он нравится. Не будем. Есть, – вяло рассмеялся тот.

– Ага. Есть. Сэр, – сказал то же самое слуга.

Вот если зомби такие вялые и ленивые, как чудовища нас поймали вообще?

–Тол. Пригласи друзей. Развяжи. Проводи в гостиную» – приказал глава зомби.

–Ага. Есть. Сэр Майкоп» – сказал Тол.

Нас развязали. А Брайта отправили на разморозку.

– Простите. Что. Съесть. Хотели. Просто. Подумали, что вы враги. Те, кто перевернул автобус, – о, два сложных предложения, прогресс.

– Да, ладно! Лучше скажите, не видели, куда враги направились и как выглядели? – дружелюбно я спросил. Да, сохранять спокойствие было сложно. Посмотрел бы на вас, если бы стояли возле окровавленных монстров…

Конечно, с одной стороны зря спросил Майкопа о похитителях. Почему? Потому, что долго описывать будет!

– Да. Вон к тем горам. Враги, как тени – их видно, но слегка. На коже есть татуировки частей света, – кратко и недолго пояснил Майкоп. Зомби указал на горы, где садилось солнце. А затем я увидел, что горы, будто черные на фоне заката. А трава с песком – будто золото, которое сыплется с них. Вот, черт! Невнимательный такой, как же сразу не догадался? Дурак. Как же там Ро? Надеюсь с девушкой все в порядке. Но столько времени потеряли зря. Пора спешить.

– Спасибо, друг! Очень помог. Без тебя мозг бы не дошел до такой мысли. Но нам пора идти, иначе подругу убьют враги! – печально и поспешно говорил я.

– Эй! Ты меня назвал другом? – на лице зомби было такое выражение лица, которое в принципе не присуще таким созданиям. Майкоп был тронут.

– Да, и думаю, что когда–нибудь встретимся, – скороговоркой выпалил я. Но такого желания не было. Я слишком слабонервный. Второй раз почувствовать не только страх, но и вонь, исходившую от зомби – самоубийство.

– Майкоп, можно вас попросить о двух вещах? – вдруг спросила Ви.

– Да. Да. Друг. О чем угодно. Проси, – вытирая слезы, произнес громила.

– Первая просьба – освободите, пожалуйста, моего друга, которого заморозили. А вторая – не могли бы одолжить свои чудесные стрелы. Оружие поможет спасти подругу, – требовательно, но с мягкими нотками в голосе, произнесла Ви.

– А вы умеете пользоваться? – перестав плакать, произнес с насмешкой Майкоп.

– Да, нас научили, – уверенно сказала Вивиен.

Черт! Всех всему учили, а меня только какой–то чепухе… Ну, и где здесь справедливость?

– Ну, тогда тоже попрошу кое–что взамен, – вот это–то и насторожило, в принципе, как и то, что Майкоп стал выговаривать связные предложения.

– Ну, смотря о чем, – осторожно я согласился.

– Скажите свои имена, – потребовал Майки (как всегда, придумал оригинальное сокращение).

– А, ну это запросто! Меня зовут Артемий Ааронсон, а это Вивиен, а тот, что во льду Брайт Дарк Хоуп, – сказал я. И еще понял, что совсем не знаю фамилию Ви.

– Артемий? – произнес Майки и упал на землю с поклоном.

Ну и дела, это с чего зомби так заколбасило?

– Чего, с ума сошел? – шепнул на ухо я Вивиен.

– До сих пор не осознал, кто ты и что твое имя знают все? – и Вивиен даже не удивилась.

– Да, и еще не осознал, что не знаю твою фамилию, – сказал я.

– Спасем Ро, скажу, – покраснев, сказала Ви. Так… Фамилия явно веселая.

– Я не только стрелы дам, но еще и ковер–самолет. Мы ковер у тех разбойников забрали, – встав с земли, начал суетиться зомби. Нет, ну, впервые вижу, чтобы такие монстры вялые бегают и стараются угодить человеку.

– Да, мне бы так, чтобы такие монстры ползали и пытались угодить. Хоть вялые трупы – порождение тьмы, но зомби тебе служат так, будто ты все: и тьма, и свет, – с какой–то завистью сказала Ви.

В общем, чтобы долго вас не томить нудными разговорами, скажу так: зомби отдали ковер самолет, мы не знали, как пользоваться артефактом, забрали Брайта, который был еще слегка подморожен. Потом монстры отдали лук и стрелы. Еще не придумали, как заставить взлететь эту махину (веселый чудо–коврик), поэтому сложили и пошли пешком. Да, до гор было 55 км. И за ночь было невозможно до глыб дойти, а мы все еще были голодными и уже усталыми. Но все это забывалось, когда думал о Ро, что судьба звезды зависит от нас.

Но естественные потребности победили! Мы разбили палатку с Ви. Я так же разжег костер, пока та Брайта кутала одеялом и пыталась магией снять лед. О, кстати, я тоже магией костер развел. А вы подумали, что дрова собирал и думал, чем поджечь? Почти все так и было, пока не вспомнил, кто я такой и что предо мной пару минут назад танцевал зомби. Ви все–таки, поев, отключилась возле костра. Я отнес девушку к Брайту и накрыл пледом, зажег свечу и ушел обратно к костру. Спать не мог. Только одна мысль о том, что с Авророй может что–то случиться, душила меня. А я таких глупостей наделал за это время… Не хочу терять Ро,  поэтому немедленно должен спасти девушку.

Проверив, спит ли Ви и Брайт, собрал, недолго думая, необходимые вещи и побежал тихо навстречу горам.

Глава 9.

Глава 9.

Ночь. Кусты. Листья в волосах. Царапины на щеке. Да, и вообще, везде. А я в отчаянии. В таком отчаянии, что забыл про собственный день рождения. Не было сейчас главным, что исполнилось 16 лет. Сейчас главным было спасти Аврору, пусть ценой моих сил или вообще жизни. Стоп! Забыл, что как раз свою жизнь не могу подставить, иначе Аврора и так, и так умрет. Как же мог вообще допустить то, что любимую украли? Я безалаберный человек. Таких безалаберных на свете нет вообще. Я один такой!

Ну, в общем, уже прошел 11 км, осталось еще 44, а мне уже нехорошо. По болотцам, по  лесам и кустам, где только не шатался. Порвал любимые брюки, веткой повредил глаз, и все это делал в полной темноте, ведь забыл о фонарике и что есть способности, которые бы помогли в поиске. Но я был в таком отчаянии, что главной мыслью было спасение девушки.

Пройдя еще 5 км по лесу, наткнулся на дорогу, очень ровную и хорошую, которая пролегала по горам. Можно сказать, что вышел на шоссе.

Вдалеке увидел какие – то огни, которые становились все ближе и ближе. И ближе... И уже было невыносимо на огни смотреть... А еще светила двигались на меня… Я сделал шаг назад, но споткнулся и упал.

– Малыш, чего так поздно по горам шатаешься? Разве тебе не надо быть дома? – раздался голос около огней, которые светили прямо в лицо.

Я привстал и уже свет не так бил в лицо. Это были фонари мотоцикла. Причем какого…! Черный, с кожаным сидением, большой мотоцикл. Это был мотоцикл под названием Boss Hoss BHC–3 ZZ4. Настоящий дьявол. Но красивый.

За ним сидел парень, примерно двадцати пяти лет, в кожаной черной куртке, синих джинсах, в гриндерсах. На руке были золотые часы, а в ухе красовалась золотая маленькая серьга. Ну, в общем, типичный байкер. Только вот прическа была в стиле Джонни Деппа, когда актер был молодым, а глаза были каре – зеленые, короче, непонятный цвет какой– то. Внешность не была похожа на турецкий тип мужчин, скорее всего, парень был похож на американца. Такого крутого современного американского тинэйджера.

– Эй, малыш? – позвал юноша. Я просто загляделся.

– Я не малыш, 16 уже. И я решил просто прогуляться, а чего, погодка неплохая, – лукаво произнес я.

– Заблудился? – понимающе спросил меня незнакомец.

– Да, – с фальшивой грустью произнес я. Ну, не мог же сказать, что магом являюсь, или вообще непонятно кем.

– Я все равно путешествую на байке, давай подвезу? – спокойно предложил тип.

– О, спасибо, но как–нибудь сам дойду, – отмахивался я.

– Отважный малый, видно, ты не из местных, это явно. Меня зовут Кей Лорнекс. Я из Австралии. Вот путешествую в поисках красивой девушки. Родители просто поставили условие: добыть девушку и сделать своей женой, иначе наследство не получу. Ну, я сбежал, а то кандидатки родичей сильно раздражали, – зачем Кей все это говорит? Ну, теперь хоть понятно, откуда у парня такой классный байк.

– М-м-м…, да у тебя невеселая жизнь… Меня зовут Артемий, я из России. И поболтал с радостью бы, но у меня очень важное дело, надо спешить, – все торопился я.

– Так и предлагаю сесть на байк. Если хочешь, даже можешь вести красавца. Ты внушаешь доверие. Давай, Арт. Садись, – ну как от такого предложения невозможно отказаться.

Я сел на байк, Кей дал шлем, который с ворчливым видом надел на голову. Затем Лорнекс включил музыку, на станции играла песня группы Linkin Park с композицией «Numb». Любимая песня. Я завел мотоцикл, почувствовав вибрацию от движка, и тронулся плавно с места к горам, где солнце уже село. Ветер свистел, адреналин бурлил, и я позволил позабыть обо всем, уж больно момент был подходящий. Думал, что мне весь мир подвластен.

– Не возражаешь, если кое–что расскажу, а затем задам парочку вопросов? – с осторожностью крикнул Кей.

– Давай, – согласился я.

– Недавно потерял свою подругу, ну как подругу, можно сказать телохранителя… Похитили  называют себя «Охотники на звезд», – сказал Кей. Я резко тормознул, да так, что парень чуть не перелетел через весь байк.

– Эй, ты чего? – вставая, произнес Кей.

– Ты, не обычный человек. Ты герой? – сказал я, снимая шлем.

– Нет…, – уклонялся Кей.

– Ну, как нет. Я сам шел спасать звезду, – допытывался я.

– Значит, Донде – не первая пропавшая звезда? – уже без особого напряга произнес Кей.

– Да, Аврору похитили буквально вчера днем, – приподняв брови, сказал строго я.

– Хорошо, ковбой, что делать намерен? – спросил Кей.

– Просто вломиться и забрать Ро, – с маниакальным рвением произнес я.

– Пр–р–р! Остановись. Ты безумец? – я удивился, ведь Кей был похож на любителя экстрима.

– Нет, должен и все, – решительно сказал я. Могу поспорить момент был очень крутым, как в боевиках, но тут раздалось урчание в животе…, что все испортило.

– Ты голоден, безумен, и, видимо, любишь эту звезду…, мы с тобой полностью похожи. Слушай, друг, но не уверен, что на пустой желудок стоит идти спасать Мир. Знаю, здесь есть одно местечко, работает круглосуточно. Угощаю, – дружелюбно произнес Кей.

– Ох, поесть и правда стоит, но время терять…, – желудок опять заворчал. –  Согласен, но у меня есть тоже деньги, – согласился я, уже садясь на байк.

– Э–э–э, нет, теперь я поведу, – вот облом. Весь кайф обломал.

Мы проехали еще 23 км. Оставалось всего 20.

Остановились возле небольшого кафе под названием «Сахара». Зашли и нас встретил хозяин заведения, провел к столику и предложил меню. Ох!!! Мой!!! Бог!!! Я все бы отсюда съел. Затем Кей позвал официанта. Из–за ширмы, где готовился ужин – завтрак донесся голос:

– Пап. Я собиралась идти чинить байк, а ты опять гоняешь к клиентам. Я хоть одну свободную минуту могу провести в пользу для себя? Уже 2 года здесь живем, а проку нет...

На этом моменте голос оборвался.

Из–за ширмы вышла ну просто нереально красивая и горячая девчонка. Ох, незнакомка была божественная. Рост 170 см. Волосы – черные, длинные, по пояса. Ресницы густые, глаза карие, а руки – накачанные, но в меру. На красавице был надет розовый топ, поэтому был виден пирсинг в пупке. И пресс. Ну, естественно, джинсы на девушке тоже были.

Я посмотрел на Кея и понял, что парень попал. Кей так смотрел на девушку, что от смущения хотелось спрятаться под стол. Лорнексу не хватало только высунуть язык и завыть.

– Здравствуйте, поздние посетители! Что будете заказывать? – спросила брюнетка грубоватым голосом.

– Э–э–э, ну, э–э–э, будем картошку фри, колу и куриные крылышки, – наконец произнес я.

Друг даже не пошевелился, все пожирал глазами девушку. И хоть бы постеснялся.

– Меня зовут Терра, – увидев выражение Кея, произнесла девушка и улыбнулась белоснежной улыбкой. На душе стало так светло... Терра, как ангел… Ну, ей Богу…

Но Кей все сидел в позе –Голодного волка». Я толкнул локтем парня в бок. И, о чудо, Лорнекс очнулся.

– Кхм, Кей Лорнекс, – откашлявшись, сделав вид джентльмена, произнес солидным голосом Кей.

Я засмеялся. Это было очень смешно.

– Ха–ха–ха, меня зовут Артемий. Очень приятно познакомиться. Ты милая, Терра, – уверенно произнес я.

– Вы не местные. По вам видно, – уверенно сказала красавица.

– Да, я из России, а мой друг – из Австралии, – сказал я.

Терра опять улыбнулась и попросила подождать, сказав, что скоро вернется.

Через 10 минут Терра пришла с заказом и спросила, может ли сесть с нами. Ну, разумеется, мы согласились. Села девушка ко мне, напротив Кея.

– Так, вы путешественники? – начала свой допрос красавица.

– Да, можно сказать и так, – жуя, произнес я.

– А ты, Кей, что хочешь найти в этих краях? – уже каким–то другим голосом спросила Терра.

– Приключения…. – серьезным тоном произнес Кей. Я опять засмеялся. И Терра засмеялась. Кей засмущался.

– Ты видимо серьезный парень? – подмигнула мне Терра, но обращалась девушка к Кею.

– Да, у меня такое кредо – быть серьезным, – все не снимал маску с себя Кей. – И я вас оставлю на минутку, надо отлучиться.

Кей пошел в туалет. Мы остались с Террой наедине.

– Не подумай, Кей не такой. С Лорнексом всего 2 часа назад познакомились, и парень не такой грузный и нервный, – сказал я.

– Я поняла, типичный байкер: свобода, адреналин, скорость. Все, как люблю, – немного грустно произнесла брюнетка.

– А еще у вас интересы совпадают – оба любите байки, – заметил я.

– Ага. Только вот не нравится, когда парни при мне так ведут… И вообще, вы куда–то нацелено направляетесь? – сменила тему Терра.

– Ну…, э–э–э, так, по делам. Разобраться с плохими парнями, – ну, я не мог врать. Терра – ангел.

– А вот мой отец никуда не отпускает, даже прокатиться до ближайшего города. Говорит, что юная леди не должна уподобляться парням. А если мне интересно, – Терра перевела на меня взгляд, да такой…, что в дальнейшей просьбе не смог отказать. – Артемий, вижу, что ты очень хороший парень, возьмите меня с собой. Пожа–а–алуйста. Умею драться, а еще из лука стрелять.

Почему девушки такие все милые, особенно Терра? Глаза девушки молили о приключениях.

– Хорошо, – выдохнул я. – Но тогда возьмешь свой байк, не будешь задавать лишних вопросов о том, что увидишь, и не будешь много болтать. Прости, но девчонки всегда так много болтают…, – начал жаловаться я.

– Идет! – прервала Терра с неким воодушевлением.

Тут послышались шаги Кея. Терра вскочила с места и поцеловала меня в щеку, вот так, ни  за что. Красавица побежала собираться.

– Хей, чувак! Чем ты занимался тут? – с претензиями полез Кей.

– Успокойся, я девчонке не нравлюсь. А тебе бы стоило вести себя, как обычно: легко и непринужденно. А то, когда стараешься, становишься похожим на индюка. Соберись и стань обычным милым парнем, – сказал я, защищаясь.

– Ох, ты прав, Терра вскружила голову… И не знаю, чем, но зацепила даже. Все!!! Отныне существует только обычный парень! – пообещал друг.

Тут послышались быстрые и частые стуки каблуков. Терра бежала со всех ног.

– Ребята!!! Заводите байк! – крикнула девушка. И кинула ключи. Видимо, от ее мотоцикла.

Тут послышались еще одни стуки от обуви, только такие грузные и чуть медленно звучащие. Понял, в чем дело. Терра сбежала из дома. И папа пытается остановить любимую дочь. Недолго думая, побежал заводить мотоцикл. Прибежав на стоянку,  увидел такое множество скутеров, мотоциклов, байков и мопедов, и растерялся. И какой же байк Терры? Так, попробую тот, что покрыт перламутровой краской, с блестками. Черт. Это не то. Так, а вот тот розовый? И снова промах. Тогда я обратил внимание на темно – синий скутер. Это был MTT Turbine Superbike – мотоцикл с авиационной турбиной. Ох. Девчонка знает толк в мотоциклах. Я завел скутер в тот момент, когда Терра выбегала из кафе, а за девушкой ее папа, с криками:

– Терра! Дочка! Ну, куда же ты? Не бросай меня! Если же не вернешься сейчас же, то тебя найду, и будешь сидеть до конца своей жизни взаперти!

Сначала отец начал, естественно, с пряников, а закончил на кнуте. Терра ничего не ответила, только разбежалась и прыгнула на скутер, и крикнула, чтобы я трогал. Да, это прямо экшн.

Мы неслись 5 км без остановки. Наконец, сбавил ход, чтобы убедиться, что с Кеем все в порядке. И с парнем было все в порядке. Тут я вспомнил о Вивиен и Брайте. Я друзей оставил не потому, что обузы, а потому, что времени не было, и потому что уверен в этих чудесных людях. Уверен, что способны за себя постоять.

Мы остановились.

– Терра, ты как? – спросил я.

– Да, ничего, и признаю, ребята, вы отлично водите, – с восторгом произнесла девушка.

– Спасибо. Извини, что так себя вел. По–дурацки получилось, если честно, – почесав затылок, произнес неуверенно Кей.

Терра сошла с байка, подошла к Кею так близко, что между ними оставались миллиметры.

– Я все понимаю, – тихо произнесла брюнетка.

Я отвернулся, понимая, что сейчас буду определенно лишним.

Затем, голубки, естественно, поцеловались. Не думаю, что вас это особо интересует. Хотя, по–моему, вас это как раз и интересует.

После долгого поцелуя и долгого обмена комплиментами таких, как: «Ты красивая, «Ты настоящий герой», «Я от тебя без ума» и так далее, парочка решила сесть на байк Кея, предоставив мне право вести скутер Терры. А чего, вовсе не против.

Оставалось всего 15 км. Самых тяжелых 15 км в моей жизни. По дороге разрабатывал стратегию в голове. Думал, что скажу Авроре, когда спасу. Что ждало, не знаю, но на душе не было абсолютно спокойно. Переживал и за Брайта, и за Вивиен, и за Аврору, и даже за этих славных ребят.  А Терра так вообще ничего не знала, куда мы собираемся.

Уже прошел второй день. И я еще жив, а жива ли Ро… Нет, подруга жива! Я чувствую, что девушке плохо, но сердце точно бьется. Я слышу зов отчаянного сердца Ро.

– Ребят, куда едем? – наконец спросила Терра.

Мы с Кеем переглянулись.

– Э–э–э. Едем с одними ребятами встретиться, ну типо, стрелка забита, – о да, Кей – молодец.

Я стукнул себя по лбу от глупости товарища.

– М–м–м, интересно, – все, что сказала Терра.

– Кстати, а какая у тебя фамилия? – спросил я, пытаясь сменить тему. А то после того, как понял, что не знаю фамилию Вивиен, мировоззрение перевернулось.

– Мекс, – улыбнулась Терра.

– Терра Мекс! Звучит, – улыбнулся я в ответ.

Тут послышался гул грузовика, который оказался в нескольких сантиметрах от нас. Вот…! Я быстро вырулил, а вот Кей задел грузовик. Они с Террой упали с байка. Я быстро слез со скутера.

– Вы как, ребята? – с волнением спросил я. Это все я заболтался. Это я во всем виноват!

– Да, в порядке. Только кожу немного содрала, – слабо улыбнулась Терра.

– Простите, простите, – с ужасом произнес я.

– За что? Это я виноват! Если бы не я, Терра не разодрала пол руки, – с полным раскаянием произнес Кей.

– Стоп! Ребята! Хватит винить себя! У вас есть, чем рану обработать? – крикнула девушка.

Конечно же, ничего подобного не было. Тогда я отважился сходить в лес  и попробовать найти воду. Ребята согласились подождать.

Я побрел в лесок. Да, ветки деревьев опять лупили по лицу. Но на этот раз нарисовал руну защиты, и было все равно, что ветки со мной сделают. Я взбирался по холмам, по камушкам шел, пока не дошел до ручейка. Затем достал из рюкзака (да, все еще был на мне) флягу и заполнил водой. Не смог удержаться и отпил из ручейка. А еще решил сходить в туалет. Ну да, в кусты. А что вас удивляет?

Только расслабился, как из кустов выпрыгнуло нечто. Уже второй раз из кустов на меня что–то прыгает. Хорошо, что хоть ширинку застегнул.

– Те горы золотом черным сыпятся в ночи, увидев нечто, лучше – не кричи, а в одном деле ему помоги, прах с его костей, не забудь, собери,  – прозвучал голос в голове. И решил не кричать.

Так вот, вернемся к нечто! С виду это был индеец какой–то, разодетый в перья. По всему телу были рисунки, даже возможно, что татуировки. А вот глаза были странные: кошачьи зрачки напоминали.

Затем незнакомец стал что – то бормотать под нос, а еще я заметил в руке хлыст.

– Э–э–э, парень! Давай договоримся? И вообще, как тебя зовут? – начал я говорить.

Этот тип встал и тупо на меня уставился. Зачем так смотрит? Я стал смотреть на незнакомца. Глаза в глаза. Никто из нас не моргал. А глаза начали слезиться. И тут нечто заморгало. Есть! Но, а что мне это дает?

– Ты победил. Можешь забрать в плен, – начал падать на колени странный человек.

– Хей, стой. Я не собираюсь никого брать в плен, о чем ты? И кто ты вообще? – торопливо я сказал.

– Я – Стенлок. Последний из своего рода. Нас кого поубивали, кого поработили, а кто–то сам погиб. Поэтому сдаюсь без боя, – печальным, но воинственным голосом произнес Стенлок.

–И кто же поработил? И кто вы? – спросил я.

Стенлок долго глядел на меня. Таким пронзительным и глубоким взглядом. Потом произнес:

– Нас поработила Бадра (араб. – «полная луна»), Артемий Ааронсон. А называем мы себя детьми ночи.

И да, уже не удивлен, что этот тип оборотень, что знает, кто я.

– Могу помочь. Только скажите, где искать, – храбрым голосом произнес я.

– Спасибо за помощь, но вряд ли чем–то поможешь… Но если этого хочешь, то тебе придется дойти до вершины устья реки, – поникшим голосом сказал Стенлок.

Я кивнул и побежал вдоль ручейка. Сначала это был действительно ручеек, а затем стал стремительно превращаться в реку. В конце концов, я вышел к водопаду.

Вышел в такое место, где было очень красиво и спокойно. Затем на верхушке водопада я увидел движение: девушка в серебряном купальнике собиралась прыгать с высоты, а за ней какие–то мужчины и женщины бежали с копьями. Я должен был помочь.

Пару минут прошло, как все эти бегущие упали в воду с веселыми выражениями лица. Затем куда–то исчезли.

– Взять его! – крикнул грубый женский голос.

Я сначала не понял, откуда звук донесся, а когда увидел руки свои, связанные золотыми тонкими нитями, понял, что голос раздался за спиной. Затем повернулся и увидел тех ребят, что с водопада ныряли, только без той девушки в купальнике.

– Что вы сделали с той девушкой? – начал я возмущаться, тем самым делая акцент на разговоре, а не на том, как я черчу руну огня на нитях за спиной.

– Молчи, иноземец! Говори, тебя Стенлок послал? – грубым армейским тоном произнесла главарь банды.

– Нет, просто решил помочь освободить его народ, – резво я начал отвечать. И еще потеть. Потому что начал переживать за то, что руна могла быть неправильно нарисована, то есть вверх тормашками.

– Его народ? Как смеет так говорить, предатель? – возмущенно сказала та девица.

– Не знаю, но зачем–то вам нужно было поработить волков, Бадра? – гневно заявил я.

– Я не Бадра, глупец, – язвительно сказала девушка.

Вдруг к плечам прикоснулась теплая и легкая рука. Затем почувствовал запах орхидей и лаванды. И увидел возле себя ту девушку в серебряном купальнике, только уже без купальника была. То есть не голой, а одетой в белое шелковое платье. По рукам вились какие–то растения. Внешность была очень приятной: белые длинные волосы, ангельски–серые глаза и бледные розовые губы. В волосы была вплетена диадема с символами звезд и месяца. Так вот, как вы уже поняли, это была Бадра.

– Слушаю, милый юноша, – произнесла Бадра таким нежным голосом, что напомнило пение птиц и шелест ветра.

– Вы не могли бы освободить волков? – я не мог говорить с такой красавицей грубо.

– Пожалуйста, волки могут идти. Но сказали, что не хотят возвращаться. Понимаешь ли, мальчик, Луна и волки неразрывно связаны. Ты не представляешь, сколько боли им причиняю, когда нахожусь дома, на небе.  Когда далеко – волки не могут правильно перевоплощаться в волчьи тела. Поэтому решила помочь и спустилась на Землю. Я могу уйти, никого не держу насильно. Но разве это правильно? И только Стенлок не может смериться с тем, что потерял борозды правления. Но Стенлок так же не понимает, что мне не нужна власть, что живу ради мира. Хотела, чтобы он не мучился и присоединился к стае. Но, как ты понял, это бессмысленно… И когда Стенлок сказал, что хочет сдастся, это был фарс. Он никому никогда не был подчинен. И поэтому прислал тебя для того, чтобы волки тебя убили, точнее я. Это бы показало, какая Луна плохая. Но знаю, кто ты, повелитель. И что скажешь, то и сделаю, – нежным голосом произнесла Бадра.

Я посмотрел на голые ступни девушки. С каждым новым шагом под ногами Бадры расцветали розы, это было чудесно.

– Должен убедиться в твоих словах…, – произнес я. – Волки, точно хотите остаться с Бадрой?

– Да, повелитель, – все закричали, как один.

Тогда закрыл глаза, вспомнил, как учила Адель на уроке чувствовать правду и видеть ауру, и начал «колдовать». Через секунду открыл глаза и увидел полнейшую тьму. Но это не пугало, я знал, что на правильном пути. Тогда прислушался к сердцебиениям волков, увидел сердца, затем их фантомов и, наконец, ауру. У всех аура была голубого цвета. Только одна сияла золотистой дымкой. Это была Бадра. Девушка светилась золотом. Значит, она что – то скрывает, но волки не врали, значит, не под чарами Бадры. Это радовало. Затем сделал глубокий вдох и снова закрыл глаза.

– Вы не врете, можете идти, – все развернулись и пошли.

– Бадра, останься, – сказал я строгим голосом.

Девушка остановилась и посмотрела на меня искоса.

– Твоя аура нечиста. Что–то тревожит, – аккуратно сказал я.

– Не хотела жаловаться, Артемий, но что–то твориться с другими подчиненными, звездами. Звезды стали пропадать, тем самым истощая мою магию, – слабо и уже не так нежно, сказала Бадра.

– Я знаю, где искать. Просто доверьтесь, – сказал я серьезно.

– Доверяю тебе, – сказала Бадра, и ее аура сразу поменялась. – Кое–что дам.

Луна достала из кармашка платья белую коробочку.

– Это прах первого мужа. Лу–гару, – девушка передала коробку, объяснила, как пользоваться и пожелала удачи. Еще сказала, что подругу могу вылечить сам. А про Стенлока: решил сам добровольно прийти к Бадре. И парню понравилось с Луной общаться и жить под покровительством. Просто в одиночестве жить человеку сложно, выжить одному – возможно, но без общения тяжело.

– Парень, где тебя носило? – полез с кулаками Кей.

– Воду искал, – буркнул я.

Терра засмеялась.

– Что? – улыбнулся я.

– По–моему, не только воду пил, но и…, – Мекс опять засмеялась, указав на мою ширинку. Я смущенно закрыл молнию.

Затем попросил закрыть глаза и расслабиться. Приложил руку на рану и начертил руну вечности. Рана быстро затянулась, а чтобы у девушки не было вопросов, закрыл рану, точнее то, где она была, подорожником. Терра сказала, что уже не чувствует боли. А с лица Кея не сходило выражение удивления. Оставалось еще 15 км. Аврора, я уже спешу.

Глава 10.

Глава 10.

Ветер. Мерцающие огни, проносящиеся рядом. И злость за то, что допустил ситуацию с похищением возлюбленной.

10. 9. 8. 7. 6. 5. 4. 3. 2. 1. Мы на месте!

– Каков план? – вновь спросил Кей.

– Сам с чудовищами разберусь, – твердо сказал я и прибавил звука на магнитоле в скутере. Играла песня группы Nightwish «Nemo». Советую ее включить.

Резко схватил кожаную куртку, которую подарила Терра, и побежал к горе. Кей побежал со мной. И Терра. Но тут ветер сбил меня с ног. Я упал, да и все упали. Приготовился отражать удары, но тут посмотрел наверх и увидел знакомый ковер–самолет.

– Хотел без нас надрать…, разобраться с охотниками? – спускаясь с ковра, произнес Брайт. Я улыбнулся какой – то азартной улыбкой и почувствовал себя защищенным на 100%. Теперь точно готовы. Я представил Кею и Терре Вивиен и Брайта. Мы договорились действовать стратегично, по плану. Медленно пробирались через кусты и увидели вблизи гор охранников, вооруженных магическими артефактами с ног до головы. На лицах были маски.

– С Богом! – тихо сказал я.

Вивен выбежала из засады и начала атаку: с помощью воздуха и магии сделала туман, можно сказать дымовую завесу. Но охрана не особо растерялась: вызвали подкрепление. Но Ви все бежала вперед, отражая все удары и выстрелы охраны с помощью ветвей деревьев. Туман начал сгущаться. Ви добежала до горы и взобралась, как мы и договаривались. Теперь подруга атаковала стражу сверху с помощью магии земли. Кей же, на другой стороне леса, кидал специальное приспособление, состоящее из камней и веревок, для того, чтобы можно было связать ноги страже. Терра пробралась через дымовую завесу и отлупила стражников кнутом. В одно время ее схватили двое коренастых парней, но девушка с помощью гибкости провернула такое, что все, включая охрану, замерли на мгновение. Мекс одной ногой подкинула одного, а второй другого отрубила. Вот это сила в ногах. А еще на ней были кожаные штаны…, которые, чуть не порвались.

Тем временем Брайт пытался прочитать мысли охраны для того, чтобы можно было узнать, где вход и как добраться до заключенных. Но мысли охраны были заняты борьбой. Тогда Даркнесс углубился в воспоминания. И не прогадал! Заодно оставил в головах стражи четкие указания о ненападении. Тогда враги стали просто шелковыми и встали, как вкопанные.

Я ничего не делал? Не правда, я помогал Вивиен держать защиту. Защищал силой мысли, и заодно подтолкнул на вершину горы.

Мы все собрались. И да, вход не выглядел обычным. Это была прозрачная дверь, о которой могла знать только стража.  А так бы точно не нашли.

Зайдя вовнутрь, оказались в кромешной тьме. Свет, конечно, никто не включил. Тогда воспользовался руной света, начертив на теле. Тогда я зажегся, как факел. М–м–м, золотой мальчик. Кожа выглядела, словно по мне бегали золотистые жилки, которые были похожи на тоненькие нити из лавы.

– Ты прекрасен, – с неким воодушевлением произнесла Ви.

Я улыбнулся. Я же себя не видел.

Тогда мы с Брайтом решили идти первыми, так как парень знал, куда идти, а я был живым факелом и защитой. Шли долго, огибая закоулки, находя потайные ходы и чуть ли не падая в пропасть. Тогда совсем потерял надежду, что Брайт вообще туда ведет.

– Я веду туда, будь уверен, уже слышу сотню сердцебиений, – обиженным голосом произнес путеводитель.

Да, я сам услышал сердцебиения. Звук сердец с каждым шагом все больше и больше гремел в ушах. Становилось невыносимо, хотелось умереть от давления. Казалось, что сейчас кровь из ушей пойдет, твой мозг сдавят, и глаза из орбит полезут. Я уже и сам свое сердцебиение слышу. Как оно сравнивается с теми звуками.

– Это испытание, – произнес тихий голос Брайта в голове.

А–а–а! Я уже не мог терпеть! Хватит!

– Ради Авроры! Ради!!! Авроры!!! – говорил сам себе.

Тут свет погас. Я погас. В глазах все потемнело. Давление превышало норму. Я готов был сдастся. Но свет, такой яркий свет озарил глаза. И я, прикрывая рукой глаза, вышел в странный зал с пятью дверями. Друзья лежали на полу. Я бросился поднимать, но они сами уже потихоньку вставали.

– Что это было? – все, как один спросили друг у друга.

Тут послышались аплодисменты и шаги дорогих ботинок.

– Браво! Вы прошли все испытания! Экие молодцы! Но боюсь разочаровать... Дальше никуда не пойдете. Вы враги, поэтому придется дисквалифицировать, – с насмешкой в голосе, произнес мужчина лет 35, с длинными волосами, в маске со шрамом, одетый в шикарное шелковое пальто. Затем, откуда не возьмись, круглый зал окружили фантомы. То есть нас окружили. В руках были лавовые флейты. Если в них вдохнуть, то из флейт вылетит черный порошок, который ослепит, а затем огненные наконечники отделят душу от тела.

– Где Аврора? – крикнул я, как–то растягивая время.

– Ох, эта прекрасная брюнеточка? Как раз сейчас с Хозяином. Танцует последний танец, – усмехнулся мужик.

– Как смеешь так говорить? – уже не на шутку рассердился я.

– Красавица понравилась господину, поэтому ей продлили жизнь, но ненадолго…, – лукавя, сказал командир.

Я пальцем показал Брайту знак о бегстве.

– Никогда, мой друг, – сказал Соул Даркнесс с помощью силы мысли.

Я немного улыбнулся. Приятно осознавать, что есть настоящие друзья на этом свете.

Тогда кивнул. И сказал командиру:

– Возможно ли исполнение последнего желания?

– О, ну если хочешь. Тогда да. Только не проси жизни, это не исполняемо, – улыбнулся уродец, его это позабавило.

– Нет, мы с друзьями хотим станцевать перед смертью, – сказал я.

Командир рассмеялся.

– Позабавьте, прошу, – разрешил враг, помахав правой ладонью.

Тогда попросил Кея и Терру встать в середину и просто станцевать медляк. А мы с Вивиен и Брайтом образовали треугольник. С помощью руны музыки, включили песню Within Temptation «In the middle of the night».

Наш треугольник стал двигаться. Вивиен кружилась на месте, потом садилась на шпагат. Брайт медленными движениями изображал воду. Я тоже двигался в ритме Брайта. Затем поменялись местами. Падали все трое на пол и круговыми движениями, сидя на ногах, двигались по часовой стрелке. Затем, выполняли прыжок балетного типа, под названием антраша (прыжок, во время которого вытянутые ноги танцовщика скрещиваются в воздухе несколько раз). Потом взялись за руки, чувствуя, что наш план удался, начали передавать энергию друг другу.

– Все, время подошло. Браво! – сказал с восторгом командир, но мы уже не слушали.

Треугольник начал отрываться от пола и вращаться по кругу в воздухе: создали торнадо. Тут я почувствовал боль в спине. Это были огненные наконечники. Но мы терпели и стали очень быстро вращаться, пока не переместились в комнату, где еле слышались вздохи.

Я поднял голову и увидел целый ряд людей, точнее звезд, которые были закованы цепями и весели на стене, прогнившей до дыр. Здесь было сыро.

– Донде! – послышался радостный голос Кея.

Терра немного нахмурилась. Я объяснил девушке, что это как бы его защитница. А еще соврал, что это сестра. И вообще Терра молодец, ни разу не спросила о том, что вокруг происходит. Я глазами искал Аврору, но так и не нашел. Тогда решил прислушаться к чутью и так же не нашел среди других Ро. Тогда вспомнил, что сказал тот тип:

– Красавица танцует последний танец.

Я сказал ребятам, чтобы освобождали всех заключенных. А так же приказал убираться отсюда, во что бы то ни стало. А за меня попросил не беспокоиться и не возвращаться.

– Ждите до завтрашнего дня в кафе «Сахара», а потом если не вернусь, езжайте на поиски,  – сказал я. Терра хотела возразить, но поняла, что этого не стоит сейчас делать.

Спросил у одного из заключенных, куда отводят на казнь или что–то подобное. И получил ответ. Тогда пожелал друзьям удачи и поспешил к Королевскому залу. Я нашел этот зал сразу, потому что бежал на зов сердца Ро. Приближаясь к месту, услышал музыку и какие–то голоса, и сердце бешено забилось. Я приоткрыл дверь и увидел, как Аврора стоит в голубом шифоновом платье на коленях перед чьими–то ногами. Ро даже не узнал сначала: девушка была измучена до смерти. Синяки под глазами, царапины и порезы на лице, волосы грязные и в глазах никакого стремления жить.

Я дунул ветром, чтобы заметила, но Аврора все так же обреченно смотрела в пол.

– Значит, отказываешься стать моей слугой? Ладно, тогда возьму в жены, – низким и злобным голосом произнес хозяин ног.

– Я сказала, Аббас. Лучше умру, чем с тобой свяжусь, – безжизненным голосом произнесла Аврора.

– Ну, раз такова твоя воля…, – Аббас достал из сапог кинжал. Эй, это тот кинжал, что Бедсберри подарил.

Я взорвал дверь.

На троне сидел большой и коренастый рыцарь. В прямом смысле: в доспехах и в непонятном шлеме. Думал, что Ро будет рада видеть меня, но девушка даже голову не подняла.

– Так–так–так, кто к нам в гости пришел? – саркастично сказал Аббас (араб. – «суровый»).

– Отпусти Аврору! Немедленно! – потребовал я.

Тогда Аврора вздрогнула, услышав мой голос. Ро подняла глаза, посмотрела, и из глаз спустились слезинки. Девушка сказала губами, чтобы я спасался.

Аббас встал и начал медленно ходить туда–сюда передо мной. И тут враг посмотрел на меня, потом на Аврору и сказал:

– Ах, эта любовь… Пьянящее чувство. Видимо, мальчик, ты, как и все герои, любишь свою защитницу.  И у меня такая была, любовь, которая предала. Но не волнуйся, змея уже получила то, что заслужила. Ты видел когда–нибудь, как меркнут звезды? – спросил меня Аббас.

Я сразу вспомнил сестру Авроры.

– М–м–м, видимо, да. Тогда видел, как отнимают у звезд силу? – я почувствовал, как эта тварь сквозь шлем улыбалась язвительной улыбкой.

Аббас подошел к Авроре и схватил девушку за одежду. Тогда я начал рисовать руну воды, но почувствовал, что руки не двигаются.

– Ах, эта черная пыль. Вечно не вовремя начинает действовать, – усмехался Аббас.

Я оцепенел. А Аббас прикоснулся к ребрам Авроры, а затем просунул руку вглубь. Аврора поникла. На моих глазах застыл ужас. Я хотел помочь, но не мог. По руке Аббаса ручейком полился синий свет. Это же энергия Ро.

– Я люблю тебя. Береги себя, – произнес нежный голос в голове.

– Не–е–ет! – закричал я.

Я начал пытаться двигать руками, но все было без толку. От беспомощности полились горячие слезы. Я упал на колени. А затем вытер слезы пальцами. Стоп! Могу управлять частями тела. Видимо вода, то есть слезы, растворили пыль.

Тогда я подбежал к Аббасу и прыгнул на спину со всей силой. Король естественно увлекся пожиранием энергии, поэтому был удивлен и беззащитен. Я нарисовал на парне руну камня, чтобы обездвижить. Тогда враг окаменел. Затем я заковал лавовыми нитями, и затем сжал, чтобы раздавить его, размолоть на миллиард молекул. И камень превратился в песок. А синий ручеек побежал опять к Авроре. Но это был не один ручеек, а сотня подобных. Это все сила тех звезд, которых погубил Аббас. Они все покатились к Ро. Рора резко вздохнула и открыла прекрасные светло–бирюзовые глаза. Я взял любимую на руки и побежал к выходу, захватил еще кинжал с лампой джина. Всю дорогу девушка смотрела на меня молча. И я молчал. Зато чувствовал, как сердце Авроры билось. Этого было достаточно.

Дорогу из пещеры нашел, точнее сделал. Тем самым выполнил две работы одновременно: спасся и разрушил эти горы. Затем сел на скутер, Аврору посадил на колени, пристегнул к себе ремнем, и мы помчались в «Сахару».

Глава 11.

Глава 11.

Мы подъехали как раз в тот момент, когда друзья с повешенным носом выходили из кафе.

– Аврора! – крикнули Вивиен и Брайт.

Друзья обняли девушку так, что та чуть не задохнулась.

– Артемий! – окликнули меня Терра и Кей.

И парочка подбежала и обняла меня. Я был рад, что с ребятами все в порядке.

Затем представил ребятам Аврору, а Авроре ребят.

– Так ты та самая Аврора? Артемий про тебя очень много рассказывал, а как он волновался–то… Темыч – молодец. Если бы неАртемий, я бы не познакомилась с Кеем, и меня не отпустил отец вообще куда–либо. За ваш секрет не переживай, сохраню, – пообещала Терра. Мекс с Авророй хорошо поладили, только я покраснел, когда были слова о том, что много говорил о Ро.

Увидев порванное платье Авроры, Терра предложила девушке примерить одежду. Как утверждала Терра – дизайнерскую. Пока девушки собирались, мы с оставшимися обсуждали совместную победу, как было круто. Затем спросил Кея, куда делась Донде и все остальные спасенные.

– Я тебе очень благодарен за приключения, что спас Донде. Звезду отправил в поселение, думаю, ты знаешь, о чем говорю. И остальные последовали туда же. Спасибо еще раз, без тебя бы ни за что не сошелся с Террой. Теперь поедем вместе колесить по Европе. Затем, познакомлю Терру со своими родителями. Господина Мекс я убедил переехать в Австралию, к нам, и открыть бизнес. Но отец отказался далеко так уезжать. Поэтому отправимся искать для господина Мекс подходящее место для комфортных условий для бизнеса и проживания. К сожалению, Артемий, пути здесь разойдутся. Но вот мой номер телефона, буду бесконечно рад тебя видеть. А когда все закончится, и спасешь Мир, то мы с Террой навестим тебя в России, – подмигнул мне Лорнекс. Я улыбнулся искренней улыбкой с нотами сожаления. Будет не хватать этих людей, классные больно.

Пока болтали, на горизонте появилась Терра, а за ней… Вау! Это же Аврора!

Да, моя защитница преобразилась: ярко–красный топ, зауженные темно–синие джинсы, высокий каблук около 10 см, небрежно распущенные волосы, серьги с перьями, ремень с черепом, в руках укороченная к груди куртка кожаная… А еще под мышкой несла шлем.

– Мы готовы, – сказала Терра. Но я даже рот открыл от изумления. Аврора всегда придерживалась стиля девочки–конфетки, а тут стиль байкерши.

Затем меня в щеку поцеловала Терра с прощальными словами, крепко обнял Кей. Пожелали друг другу удачи и разошлись. И да, скутер остался при мне.

Всю дорогу до Кемера мы с Авророй ехали молча, но оба чувствовали, что скоро предстоит серьезно поговорить. Поэтому наслаждались идиллией и тишиной.

И кстати, вспомнил, почему название города было так знакомо. Это город–курорт, о котором папа много рассказывал и обещал съездить отдохнуть. Эти побережья залива Анталья были просто волшебны, как и ветер, дующий в лицо. Еще эту прекрасную поездку дополнила песня группы Vega4 «Life is beautiful». То, что надо.

Я ощутил, как сзади сидевшая Аврора раскинула руки и так же наслаждалась бризом. Волосы Ро развивались на ветру, как языки пламя. Я улыбнулся.

Потом мы играли в догонялки на мотоциклах с Брайтом. Я, конечно же, победил. Ай, да я!

Мы подъезжали к гостинице. Это был отель под названием «Crystal Aura Beach Resort & Spa». 5 звезд. Это было невероятно крутое место. Здесь был бассейн, а через пять шагов пляж. Так солнечно и тепло, что засмеялся от удовольствия. Затем разместились по отдельным номерам, и я волей  и неволей вспомнил случай в номере отеля в Москве.

Потом вышел на балкон, чтобы посмотреть на невероятно красивый закат, но еще невероятно красивой была Аврора, сидевшая на лоджии соседнего номера, на которую ложился оранжевый закат и делал волосы золотыми, а глаза коричневатыми.

Подруга пила сок и читала книгу. А я все изумлялся красотой звезды. Тут в мой номер постучал портье.

– Сэр, отель приглашает на вечернее мероприятие «Персидская сказка». Приглашение положу на комод, – сказал портье с хорошим произношением. Через секунду постучали в дверь Авроры и сделали такое же предложение.

– Пойдешь? – спросил девушку через балкон.

Красавица кивнула и улыбнулась, и я в ответ. Наши глаза встретились. И никакой закат уже не мог стоять рядом с выразительными и глубокими глазами любимой.

Я решил не сильно наряжаться, но со вкусом все–таки оделся. Надел брюки и легкую полу–прозрачную рубашку цвета морской пены. Прилизывать волосы не стал, а то это выглядело очень страшно. Затем спустился в холл и увидел швейцара, потом спросил, где проходит мероприятие. Тот ответил, что на улице, возле бассейна.

И там сделали перестановку. Вместо шезлонгов поставили палатки с подушками и коврами, со столом в центре (как котацу). На столах стояло различное угощение и напитки. Так же установили сцену, естественно, не внутри палатки, а снаружи, возле бассейна. Там уже во всю танцевали девушки, и пел какой–то певец.

– Артемий Ааронсон? – спросил другой швейцар.

Я кивнул.

– Следуйте за мной, вас ждут друзья, – сказал мужчина и проводил до палатки, где сидели Аврора, Вивиен и Брайт.

Аврора была безумно красивой. Волосы были распущены, а одета была в легкое персиковое платье с небольшим вырезом.

– …ха–ха–ха, уже думал, что так и останусь ледышкой. И что пустят на лед в какой–нибудь бар для напитков, – рассказывал с непривычной радостью в голосе Брайт.

Заиграла быстрая песня, и Вивиен вскочила и произнесла:

– Хей, это моя любимая песня! Брайт, пошли, потанцуем.

На лице Брайта улыбка сменилась недоумением и озадаченностью. Но парень не успел отказаться потому, что Ви взяла за руку и быстро повела в центр танцпола.

Мы остались с Авророй одни.

– Я не сказала спасибо, после побега. Спасибо, – начала Аврора, смотря на меня с благодарностью.

Я кивнул. В горле застрял комок. Я начал потеть.

– Там ты был просто потрясающим и отважным героем. Рада, что успели тебя обучить за столь короткое время. Это много значит для меня. И…, – девушка зарделась. – Хотела сказать… Ты не обязан сдаваться… Я глупая…

Мы оба поняли насчет чего.

– Обещал же…, – все настаивал я.

– Жаль, – склонила голову девушка.

– А мне–то как…, – вздохнул я.

Но тут я заглянул в светло–бирюзовые глаза Ро, которые как всегда отливали золотом, и понял, что попал. Уже не смог оторваться от этих бездонных и искристых глаз, в них была нежность и строгость, одновременно. Я облокотил руку на подушку и начал медленно тянуться к Авроре, а девушка ко мне. Еще чуть–чуть и мы соприкоснемся. Ее губы много обещали, они были похожи на лепестки роз, которые только что впитали утреннюю росу. Между нами оставались какие–то всего лишь 5 миллиметров, а я уже ощущал персиковое дыхание возлюбленной, которое было как прохладный ветерок после дождика. И тут дотронулся своими губами до губ Ро… Да, это то лекарство, что доктор прописал, такое сладкое и нетронутое. По моим губам пробежал холодок. Такой нежный и мягкий, как тот бриз. Это было намного лучше, чем в первый раз. Давайте считать, что это и есть первый поцелуй? Тот не в счет. :–)

Мы сидели, и вокруг никого не существовало. Только мы. Только Вселенная. Только единое дыхание. Не могли оторваться друг от друга, но я все же попробовал:

– Стой, хочу кое–что сказать, – часто дыша, сказал тихо я.

– Давай, – прошептала Аврора.

– Я тебя люблю, – осторожно сказал я.

Тогда Аврора заглянула опять в мои глаза, и увидел в них столько блеска, что не требовался ответ. Затем продолжили, с чего начали. Ну, чтобы закрепить.

После удивительно вечера с друзьями, рассортировались по номерам. Спать, естественно, не мог, во мне столько бушевало чувств, что не мог отделить друг от друга. Да, плюс еще и полная Луна действовала на меня. Ах, почаще бы таких вечеров. Но, увы, скоро спасать Мир. И тут встает вопрос: спасу ли я его? Или провалюсь? Это обычно и происходит со мной в самые важные моменты. Так, например, в 5 классе, учитель по физкультуре назначил капитаном команды по волейболу, и я очень хорошо играл. Но!!! Когда была ничья, и подавал мяч, который смог стать решающим – я поскользнулся. А когда хотел пригласить одну девчонку на танцы в школе, то подойдя к ней, взял и подавился яблочной косточкой и плюнул прямо в лицо. Да, что тут говорить, даже друг собственный предал… А тут на тебе, иди и Мир спасай!

Все–таки пересилил себя и сосчитал до 1023 и уснул.

Во сне я вернулся в ту пирамиду, которая снилась еще в селении. Но кольца там уже не было. Там сидел скелет. Я подошел к костяшке, заглянул в пустые глазницы и сказал, чтобы отдал мне кольцо. Но скелет все сидел и тупо на меня глазел.  Тогда достал у него из–под ребер шкатулку из хрусталя. В шкатулке лежал тот перстень. Я надел на палец, и тут меня схватила костяная рука скелета. В глазницах вспыхнул огонь, я загорелся, как факел.

От такой неожиданности резко проснулся, и огонь все еще был на мне. От безысходности побежал в душ. Успел. Но коже обгорела. Было больно, очень. Пришлось несколько раз заваривать отвар для исцеления, которому учили. Но мало помог. От обычного огня этот отвар за считанные секунды исцелял кожу от ожогов, но тут, видимо, не был обычный огонь. Тогда попытался нарисовать руну защиты, но руки почти не работали. Я решил постучать Авроре. Девушка открыла и чуть ли не закричала.

– Ты чего, это же обычные ожоги? – возмутился я.

В глазах все оставался непоколебимый ужас.

– Нет, этого не может быть! – повысив голос, звезда прокричала.

– Да, успокойся. Что случилось? – не понимал я, тут послышались шаги.

В холл неслись Вивиен и Брайт. Ну, куда же без них?

– Артемий, что с тобой? – с таким же ужасом в глазах произнесла Ви.

Я уже вскипел от злости и подошел к зеркалу. Но в отражении не увидел себя. Увидел ходячий, обгорелый и страшный труп. Кожа слоилась, видны были мышцы и мясо, волос не было, глаза еле держались на месте. Даже скелет был чуть заметен.

– Шаула! Вычислила нас, ведьма! – произнес Брайт.

Все трое смотрели на меня с ужасом. Ребята не знали, что делать.

– Кто–нибудь, объяснит мне, что случилось? – недоумевал я.

Но друзья молчали.

– Отлично, – буркнул я.

– Артемий, Шаула проникла в твое сознание и попыталась убить. Но это не самое страшное, – и правда¸ что может быть лучше. – Ведьма прочитала координаты местоположения кольца в голове, которые были зашифрованы. Скажи, тебе что–то снилось сегодня?

Я рассказал о той пирамиде, скелете и голосе предка Артемия.

– Дело плохо, – сказал Брайт.

Я закатил глаза.

– Вылетаем завтра в Египет, там заедем в одно местечко. А затем, на поиск кольца. Мы должны прибыть раньше Шаулы, иначе будет очень плохо и шанса на спасение почти не останется, – сказала Аврора. Затем звезда подошла и обняла меня. Я собрал волю в кулак, потому что приготовился к боли. Даже от прикосновения пушинки уже становилось больно. Но, как ни странно, ничего не почувствовал, кроме тепла в животе и холодка по коже. Затем девушка поцеловала, и мне вовнутрь, словно морозный ветер, попал воздух. Стало гораздо легче. Затем увидел на своей коже иней.

– Я охладила тебя, немного заморозила, чтобы боль немного спала. Но это ненадолго. А если спадет, могу тебя опять заморозить. Только попроси, – мягко и нежно сказала звездочка. Да, такой счастливой не видел со дня возвращения в селение. До смерти Юноны. Я подмигнул. Ро улыбнулась, но потом опять впала в состояние задумчивости.

Что ж, Египет, жди нас!

Глава 12.

Глава 12.

Чтобы люди не испугались в аэропорту, на меня напялили паранджу. И я выглядел, как девчонка. Мне даже строили глазки местные мужики. А я прятал глаза, тогда мужчины подходили и что–то говорили по–турецки. А я молча вздыхал. Тогда арабы лезли обниматься. Поэтому открывал лицо, и мужчины так быстро убегали… Интересно, почему? Ребята смеялись. Но потом на лицах показывалась озадаченность. Долетели мы благоприятно. Без турбулентности. Без воздушных ям. Без всяких приставаний от турецких мужиков.

Пока летели (я сидел с Авророй), вспомнил о Кее и Терре. Интересно, как друзья сейчас?

Аврора спала у меня на плече, сладко посапывая. Я умиленно смотрел на любимую. И вспоминал то время, которое проводили в селении.

Вышли в Каире. Конечно же, местные таксисты начали биться за право везти такую группу туристов, но мы бегом понеслись от мужчин. Ха–ха–ха, мы выглядели, как бегущие страусы. Затем Аврора предложила зайти в магазин одежды и купить мне национальный костюм. Отказывался, но конечно, никто не слушал. Паранджу оставили. Это было очень весело. Выглядел, как полу–мужчина, как полу–женщина. Ну, русалка прямо.

Затем пошли в местный Каирский Египетский музей. Туда Аврора повела. На фоне остальных посетителей, я выглядел, как уборщица. Все оглядывались. А я старался не обращать внимание. Старался. Но не очень удавалось. Аврора собрала нас в кружок и начала шептать:

– Так, видите ту дверь, где опечатано? – показала Аврора. – Туда мы проникнем вечером, там лежит одна вещица, которая поможет снять порчу с Артемия.

Аврора улыбнулась. И Вивиен, И Брайт тоже. Я, что еще хуже выгляжу, чем предполагал?

– Так это не смертельно? – спросил я, когда сели за столик одного из кафе.

– Нет, если остановить вовремя, – жуя, сказала Ви.

У меня на лице появилась истерика.

– Спасибо, что сказали, что скоро умру! Друзья, тоже мне! – визгливым, чуть сорванным, голосом, произнес я.

Все улыбнулись и рассмеялись, а я сидел с обиженным лицом.

– Да, ладно тебе! Спасем, не переживай! – сказал Брайт с легкой улыбкой.

– Ладно… Вивиен, хочу напомнить о договоре, ты должна кое–что сказать…, – напомнил я.

Подруга посмотрела с недоумением. Но я прищурился и пристально посмотрел в глаза.

– А–а–а, об этом… Вообще, зачем тебе фамилия? – спросила Ви, отмахиваясь.

Брайт и Аврора покосились на меня.

– Для интереса, говорю же, – оправдывался я.

– Ладно. Моя фамилия Томасски, – смущенно произнесла подруга.

– Вивиен Томасски, – я рассмеялся. На первый взгляд, ну что в этой фамилии не так? А я отвечу, просто услышал, как «томатски». И из–за этого стало смешно.

Аврора дала легкий подзатыльник, а Вивиен кинула в меня шакшук (сытный омлет с мясом и помидорами). И прямо на паранджу. Я рассмеялся, и в ответ кинул на нее фетир (слоеная лепешка, наподобие блинчика, куда завернута различная начинка). И тут началась перестрелка египетской едой. Нас за это, естественно, выставили из кафе, даже не потребовав счет. А мы были насквозь пропитаны соусами. И не могли остановиться смеяться. Затем пошли к местной реке, чтобы отмыться. Там продолжили веселиться. Плескались, как малые дети. А когда увидели вокруг нас жирные пятна, решили поскорее убежать. Досушивались, пока шли к музею. И кстати, уже потемнело. Все, пора меня спасать. Не век же в египетском народном костюме ходить с паранджой.

Разумеется, мы переоделись. Ведь, если будем брать что–то запретное, то лучше не капать жиром с одежды. Мы купили нормальную одежду в местном «Секонд–хенде», вся одежда была черного цвета. А кассир на меня так смотрел, будто и ждал, что сейчас достану автомат Калашникова и начну требовать деньги.

Так же снарядились веревкой и тросами.

Наступила ночь. Мы проникли в музей сверху. Могу сказать, что это было не так тяжело с магией. Всего–то нагреть руку, приложить к крыше и сделать дырку. Спускались очень небрежно: друг за другом, наступая на головы и отдавливая пальцы друг другу. Поэтому стоял ор.

Когда спустились, Аврора начала раздеваться. Ну, не до конца. Девушка сняла всего толстовку и штаны. А под низом оказался такой костюмчик черный, который бывает на агентах в боевиках. Ей очень шло, особенно к длинному конскому хвосту.

– Так, здесь лазеры. Поэтому проникну до выключателя и освобожу проход, – сказала Ро.

– А магия тебе на что? – усмехнулся я.

– Магию здесь нельзя использовать, иначе пробудятся Древние Фараоны. А с ними не договоришься, слишком болтливые и неуклюжие. Поэтому придется действовать по–человечески, – сказала Ро. Я кивнул, закатив глаза.

Ну, Ро проползла под первым лазером. А потом пошла такая техника, такая техника. Эта грация, пластичность и аккуратность… Подруга походила на пантеру во время охоты. Как же Аврора двигалась… Шпагат, акробат, прыжки… Все было настолько технично, что любая бы знаменитая гимнастка позавидовала.

И вот так засмотрелся, что не заметил, как все лазеры потухли, и проход был свободен.

Мы подошли к двери, и Брайт достал большой мачете.

– Ты что собираешься делать, фараонов мочить? – настороженно спросил я.

Но вместо слов, Брайт провел лезвием по краю двери, и замок открылся.

– Я здесь, по–моему, и как человек, и как маг – ничего не умею…, – пробурчал я.

Мы двинулись в полутемную комнату. Здесь не было ничего особенного: старые гигантские шторы, письменные антикварные столы, стулья, печатные машинки, вазы, статуэтки, шкатулки. Было много портретов. Порванные обои.

– Что ищем? – повернулся и спросил я.

– Ищи такой желтый пергамент с зеленой лентой, ну, от старости может быть уже и не зеленой. И шкатулку с изображением феникса, – сказала где–то вдалеке Ро.

Ясно. Феникс. Зеленая ленточка. Шкатулка.

Я начал со стола, но кроме каких–то маленьких склянок ничего не нашел, затем осмотрел все вазы внутри, там были записки на египетском языке. Точнее там были египетские иероглифы. Потом начал осматривать все шкатулки, но никаких фениксов и зеленых ленточек не было и в помине. Зато в одной из шкатулок нашел живой цветок – золотую бархатную розу. Она была такой свежей, что поражен был красотой и утонченным ароматом, и не понял вообще, как цветок здесь так долго лежит и не стареет, не увядает? И почему роза золотая? Ведь такого цвета роз в природе не существует. Вообще, нам рассказывали, что золотой цвет – это цвет славы, неизбежной победы. Не приносит себя в жертву и не принимает жертв, остается самим собой (ему ничего не надо).

Хотел взять розу в руки, но шипы стали огибать запястье и сжимать. Шипы так сжали руку, что проткнули кожу до крови. Было ощущение, что руку сначала дыроколом проткнули, а затем тысячу иголок вставили.

Тогда капля крови упала на цветок, и вот чудо, роза перекрасилась в жемчужный цвет. На лепестках свисали перламутровые капельки. Я затем под лепестком заметил маленькую бумажечку, повязанную черной ленточкой. Пергамент лежал, видимо, так специально, чтобы никто не достал. Тогда, я попытался опять дотронуться до розы, но перед этим начертил на руке руну защиты. И думаете, руна помогла? Конечно, нет. Шипы разрушили барьер. Но все же я успел взять записочку.

Затем развернул, и там были старые египетские иероглифы, но я смог их прочитать. Ох, и забыл о даре своей матери…

«Дорогая моя, Харер (от египетского – «Цветок»)! Знаю, что ты долго ждала меня из карательного похода, но поверь, я никак не причастен к убийствам и не смог вырваться к тебе. Я люблю всей своей душой тебя, всей своей плотью, такой любви нет в Мире, которую я испытываю к тебе. Ты – моя роза, нежная и страстная. Я готов ради тебя пойти на страдания, на войну, на все, что угодно. Я хочу тебе рассказать, что я смог просветить народ. Я смог убедить их, не грешить и не вершить суд над теми, кто этого не достоин. Но я потерял кольцо, что ты мне подарила. И я себя в этом корю. Прости, милая. Прости, умоляю. Я его найду, а если нет, то не смогу вернуться, ибо мне будет совестно смотреть в твои добрые, бездонные и светлые глаза. Я тебе прислал эту розу в знак любви. И прошу, используй ее по назначению. Ты знаешь, что с ней делать. Я в этом уверен. Твой Артемий».

У меня челюсть отвисла. Это же мой предок. И оказывается, кольцо никуда не прятал, а просто потерял. Как так можно? Вот почему, артефакт никто найти не может. Ведь если бы спрятал кольцо куда–нибудь в свой тайник, то кто–нибудь из сподвижников да проболтался.

– Ребята…! – позвал я всех.

Друзья сразу пришли. Делая такой вид, будто их от раскопок жизни оторвал.

– Нашел кое–какую записку и шкатулку, правда не очень уверен, что это то, что вы ищите, но здесь поинтереснее будет, – сказал я.

Все закатили глаза. Тогда им все прочитал вновь и показал, как роза перекрашивается. На этот раз цветок стал персикового цвета.

– Вау! Да, ты не нашел, что искали, но это гораздо лучше, – восхитилась Вивиен.

– Ты сколько раз уколол руку, три, да? Знаешь, что эта роза способна буквально на все, в том числе и на исцеление. Сними паранджу, – сказал Брайт.

Я снял, и не только паранджу. Еще и костюм национальный. Тогда увидел, что кожа стала, как у младенца: гладкой и нежной, без единой царапинки.

– Ура! Свободу Артемию! – облегченно, вздохнул я. Находиться постоянно под такой тонной одежды было просто невыносимо. Будто вечно в парнике находишься или в бане.

Аврора подошла и обняла. Я, наверное, покраснел, но все же поцеловал. Ро улыбнулась.

– С исцелением, – прошептала мне на ухо Аврора.

Я так обомлел, что скинул со стола вазу. Вдруг послышались звуки сигнализации.

– Молодец! – восклицала Вивиен.

Я пожал плечами.

– Так, я знаю короткий путь отсюда, – сказал взволнованный Брайт.

Соул Даркнесс открыл едва заметную дверь кладовой, где ребята рылись минуту назад, затем открыл какую–то коробу, а там оказалась кнопка. Нажав на нее, открылась дверь, которая была раньше полкой для различных артефактов.

Мы шли по сырому, узенькому и темному коридорчику. Сворачивали то туда, то сюда. Брайт опять вел. Длинноволосый, как GPS–навигатор. Затем дошли до тупика. Брайт нащупал кнопку, и мы вышли возле того кафе, где днем кидались едой. Но перед выходом на свет, сняли темную одежду, чтобы не выделяться. На нас были цветные рубашки и короткие шорты. Словно туристами были.

– Брайт, ты здесь был, раз знаешь дорогу? – спросил я друга.

– Да…, было дельце, – сказал уклончиво мистер Хоуп Даркнесс.

– Так, и что это за дельце? – требовательным голосом произнесла Вивиен уже.

Брайт вздохнул.

– Как знаете, я был несколько лет назад призван на службу в армию «Звездного десанта». Там над нами издевались, задавали какие–то непонятные задания. Вот однажды, генерал приказал принести сапфировую кошку – артефакт невероятной мощности, но проблема в том, что можно очень легко разбить статуэтку. Я принес, но потребовал в обмен ответ на вопрос, зачем ему это надо было. Но меня арестовали за излишний интерес. Потом провел в камере 3 дня. Затем опять дали поручение: нужно было добыть пыль с костей фараонов. Я возмутился, но сказали, что если не выполню приказ, то отчислят из десанта. А это было позором. И вот всего я пробирался в этот музей 32 раза. Но, как оказалось, мы с ребятами выяснили, что это был не генерал из селения. Это был генерал армии Шаулы. Тогда сделал так, чтобы меня отчислили. Но дяде все рассказал, и Самсон пообещал что–нибудь придумать.  И придумал, что если я помогу Артемию, то перекрою этот позор почетом…, – да, так много умник не говорил. Ого, да Брайти решил прославиться за мой счет. Да, ладно, я добрый, пускай. Но вот жалко будет, если у меня ничего не получится.

– Ты работал на Шаулу? – все, что услышала Ви.

– Получается, что да…, – отвернувшись, сказал с горечью Брайт.

Вивиен тоже отвернулась. Они стояли спина к спине.

– Ребята, не хочу настаивать, но глупо ругаться не из–за чего, когда тут скоро с Шаулой лицом к лицу придется биться…, – сказал я. Аврора покачала головой и сказала губами:

– Не очень ты подбодрил.

Я опять пожал плечами.

– Ааронсон прав, что–то я эмоциональная какая–то. Прости. Рада, что ты смог вырваться от туда и не поддался искушению Шаулы. Ты – молодец, – сказала, обернувшись, Вивиен. Томасски подошла к Брайту и крепко обняла. Да так, как будто в последний раз видится с парнем. Хоуп Даркнесс поцеловал в лоб возлюбленную и сказал, что та самая лучшая. Я умилялся. Мимо нас пронеслась машина местной полиции, а за ней еще, и еще. В общем, спешили схватить преступников. Надеюсь, камер там не было…

Мы двигались к отелю. Ведь завтра предстоит сложный день. Даже очень.

– Брайт, а почему полезли через крышу, если ты знал вход в Музей? – спросил я.

– Как–то забыл, да и это нас сплотило, – улыбнулся умник.

Ага. Очень. Особенно, когда спускались и орали друг на друга всеми «приличными» словами.

– Всем спокойной ночи, – сказал я.

– Стой, сегодня спишь с Брайтом в одном номере, чтобы в голову никто не проник, – остановила меня Аврора. Я начал возмущаться, что самостоятельно могу разобраться, но решил, что так даже будет лучше.

Глава 13.

Глава 13.

Конечно, спать мы не могли, поэтому болтали про девчонок, мотоциклы и всякий бред. К 4 часам утра Брайт уснул, а я все лежал и глядел в потолок. Все думал, что могу подвести целый Мир. Облажаюсь, как всегда это делаю. И почему я? Вообще, почему я не звездой чьей–нибудь стал, а именно тем, от кого зависит весь Мир? Разве, похож на того, кто обладает всеми качествами лидера или героя? Нет. Я всего лишь обычный подросток. Я хочу быть полугероем. Меньше ответственности. Кому хочется брать на себя ответственно тогда, когда не уверен в себе и своих силах?

Так сколько времени сейчас? Что?!!! Скоро вставать, а я даже ни минуты не поспал! Все, теперь точно пропал!

– Мальчики! Пора! – послышался голос Вивиен за дверью.

Я стал волноваться еще больше, зрачки расширились, и пот покатился градом. Мышцы начали трястись. А сердце бешено колотиться.

– Не спал, да? – сонливо произнес Брайт, открыв глаза.

Я потряс головой.

– У тебя стресс, а из–за того, что не поспал, начнется еще истерика и мандраж, – успокоил!

Я сказал другу огромное спасибо. Так, начался нервный тик. Глаз стал левый прыгать туда, куда ему хочется. Бровь тоже стала елозить. Дыхание сбилось. О, Боги, за что?

Благо, у меня есть друзья. Ребята, цените и уделяйте время своим друзьям. Они не вечны. Вы должны их любить, как родных и ни на кого не менять. Настоящих друзей так редко можно встретить… Вот мой друг, Маг, был другом только с виду, а на деле просто настоящий предатель. Я никогда не мог подумать, что Марк сможет увести из–под носа девушку, которая нравилась. Но, видимо, это так надо. Без этого всего бы не встретил настоящих друзей. Спасибо Марку за это!

Так вот, отойдем от нотаций. Сейчас больше беспокоила миссия, которую должен определенно выполнить. И еще то, что я был в таком напряжении, что чуть не вышел в холл без штанов...

Я решил, что надо успокоиться: умылся холодной водой, включил классическую музыку и сел в позу лотоса. Потом представил чудесные альпийские луга, где пасутся коровы из рекламы «Милка». Ой. Нет. Горы начали рушиться! А там коровы…

Я открыл глаза. Значит, медитация не помогает! Потом выпил горячего чая с шоколадкой. Вроде, не намного, но полегчало. Но стоило подумать о Шауле, Египте и маме, сразу вновь начинал нервничать. От меня зависит не только весь Мир, но и судьба моей мамы. Я обещал, что спасу, но, как это сделаю в таком состоянии? Вдруг что–то напутаю, когда буду бороться с Шаулой? Например, вместо заморозки, из рук вылетят мыльные пузыри. А ведьма начнет смеяться надо мной? Б–р–р–р!

Вдруг к моим плечам кто–то прикоснулся. Тогда схватил за руку и перебросил через плечо обидчика. Хрустнул чей–то позвоночник. Ой!!! Я ударил Аврору!!! Вот я, дурак!!!

– Аврора! Аврора! Ты как? Прости, прости…! Не знаю, что со мной! Прости! Ты как? Прости! Тебе не больно? – начал я безостановочно лепетать, подбежав к любимой.

Девушка упала к кровати. Не на кровать, а именно к ней. Но Ро не рассердилась, а улыбнулась, почесав спину и голову.

– Ну, у тебя и захват! Просто потрясающе. Вот что значит джиу–джитсу. Я в порядке. Правда. А вот ты, вижу, нет. Перед выходом хочу кое–куда отвести, – улыбаясь, нежно сказала девушка. Ро самая лучшая на свете! После такого броска, не любая простит, а тем более улыбнется… Аврора всучила махровый халат, подождала, пока оденусь, и повела куда–то, надев повязку на глаза.

– Расслабься. Все сможешь, все получится. Меня же ты вон как перебросил, а значит, с реакцией все в порядке! – подбадривала меня красавица. Когда девушка развязала глаза, я увидел массажный столик и горячие источники рядом. СПА?!!

Аврора оставила меня и ушла. Я лег на столик, пришла массажистка и принялась за дело. Я такой расслабленности никогда не испытывал. Все напряжение спало. Ненужные мысли ушли. А когда, после массажа, я сел в горячие источники, то почувствовал единение с природой. Это было невероятно. Фантастично. Я только и думал о своей победе. А еще  вспомнил, что я парень с неплохими мускулами, навыками боевых искусств и вообще «красавчиг».

Я был готов. Пора в дорогу…!

Как думаете, реально ли пройти, а не проехать, за пол дня, 90 км? А вот реально, как оказалось. Нестись со всех ног туда, где ждет невероятно сложное задание, можно сказать, смерть, это глупо для обычного человека. Обычно мы стараемся все нужные и громоздкие дела оставить на потом и приступить к ним очень поздно, а возможно и никогда. А тут хотелось наконец–то со всем разобраться и насладиться победой. И насладиться прохладным и освежающим напитком – Мохито. Если бы знали, как здесь, в пустыне, жарко, то поняли меня. И кстати, не знаю по какой пустыне шли.

Просто тупо шли, разыскивая пирамиду, что являлась в видениях. Как только появлялась новая пирамида, все дружно спрашивали меня, не эта ли пирамида. Я с тяжелым вздохом отвечал, что нет. Тогда все так же вздыхали, как и я, и шли дальше под жарким солнцем.

Но слава Богам, солнце садилось, и начинало темнеть, а за этим и спадать жара. Делать остановку не стали, воспользовавшись преимуществом прохлады, двинулись с большей оживленностью. Мимо нас каталась сухая солома, пробегали кактусы и проползали ящерки, так же радуясь прохладе ночи. Потом Аврора остановилась и сказала:

– Ребята, посмотрите наверх.

Девушка указала на ночное небо, где было нескончаемое количество звезд, что нехарактерно вообще для планеты Земля. Брайт кивнул и сказал:

– Поговори с ними. Это не случайность. У них есть новость. Мы подождем.

Тогда я даже не стал задавать глупых вопросов и просто присел на куртку.

Аврора села на песок и зажгла вокруг себя около 12 свечей (зачем в рюкзак класть эти ненужные вещи?). Все они были белого цвета, а языки пламени огней были разноцветными. Цвета начинались от черного пламени, заканчиваясь на белом.

Затем звезда села в позу лотоса и указательными пальцами прикоснулась к середине лба, тем самым соединив большие пальцы рук. Сложился треугольник из пальцев. Тут кожа Ро стала переливаться синими блестками, как будто Аврору посыпали миллиардом маленьких блесток или бриллиантовых крошек, а потом, татуировка на ноге засветилась белым светом. Выглядело это, словно на коже звезды были светодиодные лампочки зажжены. Потом Ро открыла глаза. О, мой, Бог! Из глаз повалил дым, а за ним не было прежних зрачков. Только белки, как у мертвяка. В глазах блестели черные звездочки.  По волосам пробегал ток.

Аврора стала вдруг взлетать, и поднялась на 15 метров над землей. Я не стал вмешиваться… Хотя было сложно усидеть на месте.

Затем девушка стала что–то шептать, но я и не понял что. Вивиен сказала, что и не смогу понять, так как слышу в другом диапазоне.

Прошло около часа, как Аврора стала медленно спускаться «с небес», а кожа стала покрываться инеем. Я понял, что здесь что–то не так. Взлетев (не знаю, как я это сделал), схватил девушку и стал греть. Ро открыла глаза и с удивлением посмотрела, спросив, что я делаю.

– Ты стала покрываться инеем, – не поняв наезда, сказал я обиженно.

– Так! Это не значит, что в твоей помощи нуждаюсь. Я сама способна регенерироваться и управлять магией, без твоей помощи, – сказал Элейская грубо. Все трое переглянулись.

Тогда попробовал поцеловать девушку, но Ро так на меня посмотрела, что будто готова была убить. Я заглянул в глаза Авроры, которые странно поблекли. В зрачках загорелся какой–то знакомый огонек, похожий на… На тот, когда мы познакомились…Элейская тогда было очень независимой и противоречивой персоной. Не то, чтобы грубой. Но близко.

– Чего встали, надо выдвигаться? – жестко спросила Ро. Брайт с Авророй пошли вперед, меня же Вивиен придержала.

– Что с Ро? – спросил я.

– Похоже старейшины и академики селения на стороне Шаулы: заблокировали все положительные чувства Авроры. Если быть точнее, просто отобрали сердце твоей звезды. Ведь, насколько знаешь, любовь – чувство, с помощью которого можно горы свернуть, победить все зло, существующее на этой планете, – пожала плечами Ви.

– Кажется, понял для чего им это все надо: нужна моя дисквалификация. Эти гады прекрасно поняли, что вместе нам под силу все. Предателям не удастся добиться желаемого. Ведь есть же способ вернуть Ро сердце? – с воодушевлением и некоторой жалостью, произнес я.

Вивиен покачала головой, а потом тяжело вздохнула и произнесла:

– Сердце лежит в шкатулке и спорим, у Шаулы? Пока ты не победишь королеву тьмы, Аврора будет вести себя с каждым часом все хуже и хуже, а потом, возможно, будет под полным контролем Шаулы.

Перед глазами пробежали все воспоминания, связанные с Авророй. И я не представлял, что буду делать, если Ро выступит против. С одной стороны, я не смогу ударить девушку, ведь я люблю Ро. Но с другой стороны, не смогу подвести всю планету с невинными людьми ради себя и своих чувств. Теперь нас осталось трое. Ведь даже старейшины купились на заманчивые и многообещающие слова.

Конечно, кроме нас были Кей и Терра, но просить у парочки помощи совесть не позволяла.

– Чего там так плететесь? – недовольно спросила Аврора. Мы с Ви посмотрели друг на друга, закатив глаза, и побежали к друзьям. Оправка, к другу.

Пока шли и искали пирамиду, успел проголодаться, но Генерал Аврора не дала нам передохнуть и заставила идти дальше.

– Так точно не найдем пирамиду. Давайте, я, как говорили, проколю себе палец и на песок капну? – устало спросил я.

Аврора собиралась кивнуть, да с такой улыбкой, что мурашки появлялись.

– Зачем, у тебя же есть волшебная лампа. Да и нам не стоит этого делать, иначе Шаула точно узнает, где мы, – напомнила Вивиен. Я стукнул себя по лбу. Из рюкзака достал ту лампу, которую подарил джин в поселении. Я потер артефакт, и появился оттуда Лиам. Джин начал быстро болтать, но я, попросив прощения, перебил и потребовал исполнить желание, чтобы нашли пирамиду или хотя бы нам дали карту. Потом спросил, можно ли вернуть Ро сердце. Лиам сказал, что наложить заклятие на неповиновение можно, а разрушить чары до конца, нет. Но я согласился на то, что есть. И да, Лиам сказал, что пирамиду найду по карте–татуировке на моей руке, которая отпечаталась после исполнения желания. Затем джин попрощался, дал свой телефон и исчез вместе с лампой. Так исчезли два желания.

Мы двигались на северо–восток, и удалялись от пирамиды Хиопса, что было странным, обычно в книгах и фильмах все действия разворачивались там.

Ночь уже перетекала в утро, прохлада сменялась опять жарой, а звезды устроили настоящее шоу: падали одна за одной, словно лил дождь из звезд. Тогда Аврора подбежала к месту, где падало их больше и плескалась в них, словно попала под дождь, брызгаясь в луже. Ро выглядела, как маленький ребенок – счастливой, но мокрой. На лице сменялось одно выражение другим. Счастье сменялось безумно холодным взглядом. Я покрутил у виска. Понял, что у каждого желания есть свой побочный эффект. Вот вам и минус.

Но тут отвлекло жуткое жжение кожи, где располагалась карта. Будто горячим железом залили и отправили в печку. Я стал тереть тату, раздирая кожу так, что под ней не было мяса, а находилась золотая оболочка. Ох, папа говорил, что от тату может привести к заболеванию кожи, крови, но кажется, что такой болезни, как у меня, просто ни у кого не находили. С золотой оболочки стала капать золотая кровь, которая текла змейкой по песку в неизвестном направлении. Тут мою спину кольнуло что–то холодное. Из рюкзака выпала шкатулка с волшебной розой. Шкатулка раскрылась, а из нее стали выползать лианы с шипами, которые кололи ни раз, когда пытался притронуться к цветку. Ветки, лианы, ползли не ко мне, а к золотой крови, текшей на встречу. Они соединились. Свет золотой озарил глаза, да так, что было невозможно открыть. Начал дуть штурмовой ветер, поднимая песок, розу и кровь вверх. Началось землетрясение, я почувствовал руками вибрации, потому что глаза были закрыты. И внезапно услышал крики друзей, поняв, что падают, я пытался найти их, но поиски оказались тщетными. И через секунду меня затянуло в воронку торнадо, и я стал опускаться под землю. Меня не таскало туда–сюда, я медленно и ровно опускался. И когда все это закончилось, открыв глаза, встал, как вкопанный и открыл рот от удивления. Я стоял в центре зала, который снился, там, где находилось кольцо Артемия. Но сон не был четким и не мог передать такой красоты, которой обладал этот зал.

Стены были все из золота, драгоценности валялись по всему полу. Вы, наверное, спросите, как тут, не темно? Нет, тут даже очень светло. Просто была очень хитрая технология: в потолке было несколько маленьких дырок, через которые проникали лучи света. Затем они отражались от несколько небольших щитов, которые были направленны на стены из золота. Физика, понимаете ли. Но я не обращал внимания на безделушки, лежавшие на полу. Интересовали две вещи: где тот выступ, на котором лежало кольцо, и где мои друзья? Но не мог найти ни того, ни другого. И вообще двери здесь не было также. Ребят, а я вам не говорил, что страдаю такой болезнью, как клаустрофобия? Нет. Так вот сейчас и говорю.

Я начал ощупывать все стены, надеясь найти скрытый рычаг, кнопку или замок, чтобы открыть скрытую дверь, но и это не увенчалось успехом. Ох, разум стал уходить, я стал паниковать. Туманность мыслей не нравилась, но я пытался думать о том, что сейчас найду выход, чтобы спасти друзей. Но истерика в голове пересилила все. Я уселся на пол и представил, что здесь останусь навсегда. Нет, не могу так... Мир еще спасать! От бессилия и беспомощности стал плакать.

– Я же сказал, что найдешь кольцо, когда разум будет туманен, а сердце чистым. И ты нашел, горжусь! Тобой гордятся все предки! Помни это, – сказал рядом голос из сна. Я вытер слезы и посмотрел на прозрачный силуэт, стоящий рядом. Это бы старичок с длинной седой бородой и длинными седыми волосами. Одет был в золотистый и длинный балахон. Мужчина улыбался. А рядом стояла прекрасная черноволосая девушка, точнее женщина, которая приветливо махала рукой. Я понял, кто это. И улыбнулся тому, что Артемий и Харер все–таки встретились и стали счастливее от этого. Я не успел ничего сказать потому, что предки исчезли.

Через секунду увидел тот выступ, а на нем кольцо. То самое, которое не могли найти веками. Я подошел и надел на средний палец это медное кольцо, и тут послышались звуки открывающихся дверей. Причем сразу трех. Вот тебе и выбор. Куда идти? Хотя, во сне шел по тоннелю, который был за левой дверью. Что ж, пойду туда.

Глава 14.

Глава 14.

Долго шел по узенькому коридорчику, пока не дошел до двери со старинными рунами, о которых говорили лишь косвенно. Попытался прочитать древние иероглифы, но мне довались не все значения, а лишь те, которые похожи на современные слова. Видно сразу было, что магия на двери была очень древней, возможно, наложили еще во времена до нашей эры. Может, во времена правления Фараонов первых. Но в любом случае, по некоторым словам понял, что впереди меня ждут не самые приятные испытания. Вот только бы найти Вивиен и Брайта, да еще и живыми. Ох, как же я про Ро забыл? Видимо, уже выработалась привычка, что вечно спасаем ее.

Дверь была четырех цветов, как понял, олицетворяющих четыре стихии. Наверное, придется пройти четыре испытания, связанные именно с этим. В двери разглядел выемку для чего–то круглого, похожего на форму... моего кольца. Я снял артефакт и вставил в дверное отверстие. Мгновение, и дверь стала открываться по одному кусочку. Я думал, что, открыв дверь, там сразу будет кто–нибудь стоять или сразу обрушится поток лавы. Но ничего подобного не заметил. За дверью был большой тоннель, к стенам которого были припечатаны большие решетки. Горели факелы, но было тихо. Это напрягло.

Вот я кольцо получил, а теперь что? Что теперь делать? Вот, что волновало на данный момент. Я медленно шел, был готов на внезапные неприятности, но по–прежнему ничего не происходило. Знаете, мне это место напомнило уровень из игры, на приставке Sony Play Station, «Tomb Rider». Там еще главную героиню Лара Крофт звали. Так вот про уровень: когда Лара шла по забытым и глухим тоннелям за ней круглый гигантский камень катился...  Я надеялся, что такого испытания не будет.

Вдруг услышал треск. Обернувшись, никого не увидел. И ничего. Нервишки были на пределе. А тоннель все не кончался. И я все шел, но под ногой что–то клацнуло. Посмотрев под ноги, увидел небольшую плиту, которая была продавлена, а это значит, что что–то активировано, а если с места сойду, то мне конец. Оглядевшись по сторонам, увидел в стенах отверстия, которых было около 19. Шли они прямо до синей двери. Это могли быть либо дротики, либо копья, либо огонь. Я попытался воспользоваться магией, своим волшебным зрением, стараясь увидеть, что находится в отверстиях. Как говорил, здесь магия заблокирована... Приходилось думать, как человек. Еще раз посмотрев на плиту, заметил отверстие для кольца. Я облегченно вдохнул и вставил кольцо туда. Отверстия для дротиков закрылись. И я спокойно пошел дальше. Но не тут–то было, как говорится. Оглянулся и увидел, как катится огромный валун из земли, а навстречу летят шипы. Я стал медленно куда–то опускаться. О, нет! Зыбучие пески! Как вовремя! Шипы пролетели мимо, благодаря пескам. Но оставался один вопрос: как миновать булыжник? Я стал перебирать много способов, но думал, как маг. Так, надо вспомнить уроки ОБЖ, но ничего не помню. На уроке я сидел и пялился на Вику... Ах, кажется, вспомнил: нужно за что–то зацепиться и ползти вверх по этому. Разглядел возле себя лиану, дернул за нее, а растение упало. Не стал паниковать, хоть валун был от меня в 5 метрах, хоть уже по плечи был в зыбучих песках. Не стал паниковать... Просто взял лиану, сделал лассо и кинул петлю на ветку дерева, росшего возле двери. Да, и мне не понятно, откуда оно...  Но древняя магия – вещь непонятная. Я стал руками взбираться по лиане, конечно, сначала это было смешно смотреть, как плюхался в грязь, но я постарался и собрал все силы, и перед тем, как камень оказался на том месте, где секунду назад был я, оказался возле двери. Недолго думая, вставил кольцо в дверь с лету и скрылся, тяжело дыша.

И да, так устал, что закрыл глаза. Открыл лишь от того, что почувствовал запах свежего и соленого воздуха. Стало намного проще дышать, намного...

Я оказался в пещере, где ничего не было, кроме большой ямы с водой. Похоже, это был подводный тоннель. И плавать, точнее, задерживать дыхание надолго не умею. Тут бы помогла магия, но понял, что это бесполезно. Я заглянул в яму с водой, пытаясь увидеть глубину, поворот или щель. Увидел только мрак и ничего больше. Поэтому достал фонарик из портфеля, задержал дыхание и прыгнул в воду. И очень холодную...! Ребята, я на это не подписывался... Работая руками и ногами в усиленном режиме, стал согреваться, но тепло быстро уходило, как и воздух собственно. Разлепив глаза, а я плыл вслепую, увидел маленький проход в стене, где было очень светло, поэтому поплыл туда. На исходе были силы, воздух и желание жить. Я молил Бога о том, чтобы наверху была хоть маленькая дырочка для кислорода. Плывя все выше и выше, предвкушал минуты наслаждения кислородом. Но доплыв до конца, лишь треснулся головой о лед. От разочарования стал долбить руками лед, который не спешил таять. Тут я почувствовал какой–то запах... Такой рыбный. Посмотрел вниз и увидел... Акул! Вообще отлично! Моя смерть придет не из–за старости, даже не из–за Шаулы, а из–за акул. Об этом и мечтал. Так бы в завещании и написал: «...а прах мой отдайте акулам». Мечта – несбытна и глупа... В общем, довольно паясничать. Их было всего две, поэтому в голове возник план: пущу каплю крови, размажу об лед, и тупицы проломят его. Что может быть проще? Так и сделал: пустил крови, размазал о лед. Но еще забыл, что кровь в воде вдруг не испаряется. Поэтому ручеек крови последовал за мной, и, разумеется, акулы тоже. Бегать долго не мог от хищников... Увы, но человеческие легкие не имеют возможности задерживать дыхание настолько, насколько нужно самому человеку. У меня начался кислородный голод. Я подплыл ко льду и там же остался, потому что силы оставили меня. Слава Богу, акулы все–таки пробили лед. Но и от меня рыбки тоже кое–что откусили. Моих двух пальцев на левой руке больше не было. И отрубился на льду, где лежал я, снег и две акулы.

Глава 15.

Глава 15.

Снег. Холод. Голод. Бессилие. И еще какая–то цель. Я лежал весь замерзший возле реки, которая оттаивала. А в голове крутилась мысль о том, что чуть не расстался с жизнью, который раз... Я встал, точнее, заставил встать, и огляделся вокруг. Когда смотрел через толщу льда, когда был под ней, то видел очертания пещеры, а не поляны с хлопком. Когда я уже перестану удивляться...?

Я надеялся, что Ви, Брайту и Ро не пришлось через это все проходить. Интересно, где ребята сейчас и целы ли? Внезапно, оторвавшись от размышлений, вода капельками стала подниматься вверх. Хлопок тоже превратился в летающую вату. И я стал терять притяжение. Очередное испытание... Только не понимал, в чем заключалось. То, что связано с воздухом, было понятно. Но здесь не было никакого смысла: я летел, точнее, парил над землей. Я посмотрел наверх и увидел дверь красного цвета. Все ясно, я должен был туда добраться. Но летели к двери только капельки воды и хлопок. Интересно, куда акулы делись?

Я только парил. Тут был какой–то намек. Явно. Давайте рассуждать логически, хлопок–олицетворение легкости и нежности, невинности и душевного умиротворения. Вода  прозрачная – символ чистоты и спокойствия. Но вода же тяжелая, как может превращаться в капли? Будто воду перевернули к верху тормашками. Так, попробую первый метод, весьма дурацкий, но хоть что – то пробую. Я решил вдохнуть и выдохнуть. Подумал, что воздушный поток поможет чуть взлететь. Но остался на месте. Тогда я рассердился. Мгновение, и я опустился на несколько см вниз. Понятно все теперь! Мне нужно очиститься от негатива и стать умиротвореннее. Ок. Я сел в позу лотоса и закрыл глаза, представив эту чудесную поляну, целые пальцы и друзей. Друзья стали отличным толчком к расслаблению. Стал вспоминать, как дурачились, веселились и помогали друг другу. Стало так хорошо и легко на душе, что улыбнулся и расслабился. Когда открыл глаза, то надо мной была красная дверь, в замок которой всунул кольцо. Клац! И дверь открылась, воздушным потоком затянула наверх.

Я очутился вновь в пещере, но уже не в тихой и мрачной, а в жаркой и красной. Да, это было испытание, связанное с огнем.

Скажу, что здесь было около 39 градусов тепла. Поэтому с меня градом катился пот. Ой, как же хочу обратно на то белое поле с хлопком, как же хочу туда. Но, увы, я даже попробовал, белая дверь не открывалась.

Я решил двигаться вперед. Сделал шаг и чуть не упал с края обрыва, где внизу поджидала госпожа Лава. Перед собой увидел каменный хлипкий мостик, через который перелетали огненные шары и над которым туда–сюда качались гигантские лезвия секиры. Я хихикнул злобно, с ноткой отчаяния и усталости. Так, последнее испытание, надо настроиться. А что же ждет в конце, какая награда? Я вроде уже получил кольцо, правда оно только двери отпирает, но все равно, нашел, что искал.

Посмотрел на огни лезвия, рассчитывая промежутки времени. Так огненные шары идут друг за другом через каждые 15 секунд, а лезвия, маятники, доходят до середины через 5 секунд. Итого, нужно проскочить все это по мосту за 10 секунд. Нереально, мост около 5 метров. Я посмотрел на расстояние между лезвиями и мостом и обнаружил, что расстояния такого достаточно, чтобы проползти. Я начал двигаться. И скажу по секрету, звуки метания лезвий вызывали мурашки. Огненные шары не касались меня, по крайней мере, до середины моста. Чем дальше полз, тем меньше становилось расстояние между мной, лезвиями и шарами. Дошло до того, что чуть не отрезало попу. И я решил не двигаться, оценивая ситуацию, встал и увидел под ногой маленькую кнопочку. Хм, наверное, блокирует движение лезвий и шаров. Я ногой нажал на кнопку. И да, я был прав, все остановилось. Воспользовавшись моментом, побежал вперед. Но не добежал до двери, а до платформы, с которой над лавой, до двери, тянулся щуплый и ненадежный трос. И мне по нему, вероятно, нужно идти. Не..., лучше обхвачу ногами, передвигаясь с помощью рук, и переползу до двери так. Короче, я был в подвешенном состоянии.

Передвигаться было достаточно тяжело из–за лавы, которая была в 10 метрах от меня. Было ужасно жарко, руки потели, трос резал руки и ноги, а я еще висел головой вниз. Еще было тяжело потому, что не было двух пальцев. Сами понимаете, чем меньше пальцев, тем тяжелее. Я уже был почти возле двери всех четырех цветов, как внезапно стало происходить что–то не то. Трос стал трястись, секиры падать, лава подниматься, а стены рушаться. С потолка упал острый каменный осколок и полетел вниз. Я заставил двигаться себя быстрее. И успел. Но от этого ситуация только ухудшилась: осколок перерезал трос, а я, как Тарзан на лиане, полетел вниз с куском троса в руках к стене обрыва, наверху которого была заветная дверь. Но трос лопнул, и я приближался к лаве. Но успел зацепиться ремнем, который снял со штанов, за что–то и повис. И вот держусь я за ремень, и мне становится страшно, что поток лавы внизу смоет и проглотит мои кости живьем, а я так и не достиг своей цели… А вся жизнь проходит передо мной, а кем я был? И вообще как я здесь очутился?  Кто меня во все это вовлек? Черт, пора напомнить себе кто я…

Я взял себя в руки и начал, как скалолаз, карабкаться вверх по выступам. Было, что чуть не соскальзывал, но это не останавливало. Я – тот, от кого зависит жизнь всего населения нашей планеты. И не позволю этим Древним Магам сбить с пути и не достичь цели. Я – Артемий Ааронсон, я – ваше спасение и жизнь. И вот, добрался до верха, до двери. И выемки для кольца не было, была выемка для руки, правой, словно сделанная специально для меня. Я прижал ладонь к замку, и дверь засветилась. Затем открылась, и я шагнул в белый свет.

Глава 16. Завершение первой части.

Глава 16.

Песочная комната с множеством иероглифов – вот, что ждало в конце. Вообще, очень круто! Ради этого я лишился пальцев?!

– Артемий! Артемий! – вдруг послышался взволнованный голос девчачий. Я обернулся и увидел Вивиен. Подруга слабо улыбалась, так как нога была придавлена нелегким камнем. Я поспешил помочь. Схватил камень и разломал одним лишь прикосновением. Что это за...? Магия, похоже, начала действовать! Да, еще с какой силой! Освободив подругу, поспешил ее обнять, ведь был очень рад видеть этого человека в живых. Осталось найти еще двух. Закончив с нежностями, рассказал Ви, что пришлось пройти.

В конце рассказа Ви сделала такое удивленное лицо, что, казалось, будто глаза сейчас выпадут из орбит. На лице застыло такое глупое выражение, что, если бы не эти обстоятельства, то я бы упал на пол и катался от смеха. Будто Вивиен дали что–то противное понюхать, но подруга, из–за того, что не хотела бы обидеть никого, улыбалась. А ноздри как раздулись...

– Бедный, как же ты так! – откуда–то донесся знакомый голос. Вдруг из тени вышел Брайт. Из появившегося, откуда не возьмись, тоннеля.

– Брайт, милый! – восторженным голосом крикнула Вивиен и бросилась парню на шею. Я подошел и похлопал друга по плечу, так по–братски, не обниматься же нам. Не правильно поймут. Хотя, здесь никого нет, перед кем тут рисоваться? Перед мумиями, что стоят позади Брайта? Му–ми–и??? Брайт, не оборачиваясь, двинул им по лицу локтем. Мы с Вивиен улыбнулись и подарили аплодисменты. Затем, как попугай пересказал Брайту историю «Лишения пальцев». Друг почесал руку правую и сказал:

– А чего ждешь, восстанови или исцели пальцы. Видишь, ли...

Хоупа перебил силуэт предка Артемия, который очень напугал нас. Шутник!

– После прохождения испытаний ты получил полную власть над магией кольца. Раньше сила не действовала, как ты заметил. Просто артефакт был ключом к испытаниям. А теперь, доказав древним Богам, что у тебя есть сердце, ум и сосредоточенность – получил то, за чем пришел сюда. Кольцо так же может, как освободить настоящую сущность, так и заблокировать. Это все зависит от твоего желания. Но главное то, что смог найти раньше, чем эта Шаула. Ты спас мир. И повторюсь, но мы действительно гордимся тобой, – сказал Артемий и исчез.

– Хм, круто! Но у меня сейчас интересует всего вопрос один, где Аврора? – спросил я.

– Я не видел Ро, когда шел по коридору. Но эти мумии – не первые, видел их около десяти. Что самое плохое – не умирают и не исчезают, через несколько минут восстанавливаются, – мрачно сказал Брайт.

Даркнесс посмотрел на мумии и потом округлил глаза.

– Это рабы Шаулы! Трупаков сюда прислала…, а Аврора с ней. Я прочел мысли Ро, – сказал с панической ноткой в голосе Брайт.

И слова друга подтвердились: мумии стали собираться по частям в одну большую.

– Бежим! – крикнула Вивиен.

– Но куда? – спросил я.

– Здесь двери открываются по мере необходимости, и угадать вероятность того, что откроется та дверь, из которой пришел, равна нулю. Я попал сюда случайно, просто все время шел и стучал по стенам, – сказал Брайт.

– Хоть кому–то с дверями повезло. У меня есть кольцо, забыли? – с ухмылкой спросил я.

– Это ты забыл, не я же спросила, куда бежать! – рассмеялась Вивиен. За что люблю моих друзей, так за то, что могут смеяться в момент опасности.

Тогда направил кольцо в мумию и попытался приказать, чтобы лазер пустило. Но артефакт только загорелся. Я постучал по кольцу. Но лазера не было. Тогда я стукнул себя по лбу, как из пальца вылетел лазер. А–а–а, забыл, кольцо усиливает магию. Тогда уже прицелился в мумию, стрельнул и оставил от нее лишь сгоревшие бинты. Затем подошел к стене и пробил дыру. Я чувствовал себя Халком. Мы вышли в зал, в котором был трон. Потом включил магическое зрение. Невероятно, во сто крат усилилось…! Я видел не только ауру и сердцебиения, но и предметы, которые находились по другие стороны стен. Пока я не видел Аврору. Но напрягло одно: я чувствовал сердцебиение человека.

– Так надо пройти еще три зала, а за ними будет комната, в котором соединены все четыре стихии. Зуб даю, что Шаула там, – решительно сказал я.

– Но нужно придумать план. Без него не застать Шаулу врасплох, – сказала Ви, нервничая.

– Ведьма и сама припрятала козырь. Я почувствовал человеческое сердцебиение. Да и к тому же, у Шаулы Аврора, – сказал я.

Брайт и Вивиен переглянулись. Затем обменялись нервными взглядами.

– Заложник в качестве человека? Это очень странно. Шаула точно имеет при себе самый сильный козырь. Уверен, что собирается сделать все возможное, чтобы тебя заставить отдать кольцо, – почесав подбородок, сказал Брайт.

– И кто бы там ни был – не руби сгоряча. Просто думаю, что человек этот тебе достаточно знаком. Обычного заложника ведьма бы не стала брать. Тут что–то личное…, – положив руку мне на плечо, сказала Ви.

Потом посмотрела мне в глаза и сказала:

– Дай обещание.

Я закатил глаза и произнес:

– Я торжественно обещаю не действовать в одиночку и не рубить с плеча, каков бы не был исход.

Хоть сказал все это, но не был уверен, что сдержу обещание. Просто не знал, кто там был. И не хотелось, чтобы заложником был кто – то из близких мне людей.

Пройдя сад с фонтанами, лабиринт из кустов и джунгли с рептилиями, добрались до очень большой золотой двери с множеством рун.

– С Богом! – вздохнув, произнес я.

Мы открыли дверь.

Перед нами распростерся очаровательный и гигантский холл, который напоминал беседку с куполом. Было не очень темно, но и не очень светло. Короче, света было в меру. Все стены были сделаны из светло–синего оникса. Комната была круглой формы. В центре стоял трон, а по бокам длинные колонны, соединяющиеся с куполом из стекла. Были четыре тропы, ведущие к трону. Между ними с одной стороны текла лава, со второй – вода, с третьей – витали облака, а четвертой – росла трава. Зал четырех стихий. Пристально посмотрев за трон, увидел еще три.

– Здесь когда–то сидело четыре царя: Азибо – король земли (Египтянин), Науатль – король четырех вод (Ацтек), Кеннет – рожденный в огне, собственно, король огня (Скандинавец) и Орайон – свет небес, король воздуха (Грек). И сидели на своих тронах и берегли планету, защищали от напастей. Но вот однажды, короли задумались, а кому все передадут, если их не станет? Тогда они объявили по всем странам, что требуются ученики. Со всех концов света в королевство Четырех стихий съезжались юноши. Начался жесткий отбор. Они выбирали лучших из лучших. В итоге остались только два молодых человека. Их звали: Артемий и Ачиль (с итальянского – «боль»). Мальчики были дружны, но короли поставили им цель не общаться и добиваться успехов самостоятельно. Но юноши не слушали, и иногда сбегали в город на танцы с местными красавицами. Об этом короли не знали. И вот одной ночью Ачиль встретил самую красивую девушку на всей планете с синими глазами, темными волосами и длинными ресницами. Звали ее Элин (со скандинавского – «факел»). И они полюбили друг друга. Потом выяснилось, что Элин – дочь Кеннета, и он изгнал Ачиля со словами: «Ничто не должно мешать истинному покорителю стихий». Дочь короля сбежала с ним. В итоге Артемий стал – королем стихий. Но через несколько лет он отказался от короны и попросил у королей дать ему шанс просвещать народ. Божества не сердились на святого, ведь главной их целью было передать знания истинному ученику. Они это сделали. Затем Артемию подарила кольцо его возлюбленная. Но кольцо было не ее. Девушке передали короли это кольцо, которое выковали из всех материалов стихий. В общем, кольцо передали короли Артемию в знак уважения и почета. Кольцо было уникальным: хранило в себе такую мощь, что не каждый мог управиться с ней. Об артефакте слагали легенды. Но этот старый дурак потерял его, не успев передать потомкам. Но, вот через множество столетий появился ты. Моя задача существенно изменилась. У меня появилась надежда, что все–таки найду могущественный артефакт. Поэтому попросила Микаэля побыть с тобой, пока не станут проявляться способности. Но эта девчонка успела увести тебя раньше, чем этот глупый демон. Но ничего, все исправим, Артемий Ааронсон! – выходя из–за колонны, сказала девушка с черными, вьющимися, длинными волосами и сладким, приятным голосом. Карие глаза горели злобой. Я сразу понял кто это. Шаула. Девушка улыбнулась красными губами. И если бы не была злой, может я в нее и влюбился.

– Ты знаешь, Шаула, кольцо не получишь, и я по–хорошему прошу, отпусти Аврору, – решительно и спокойно сказал я. Странно, но даже не нервничал так, как в отеле.

Ведьма улыбнулась еще шире.

– Микаэль, приведи сюда этого жалкого человека, – щелкнув пальцем и облокотившись о колонну, крикнула Шаула.

Из–за большой колонны вышел, точнее выпрыгнул, Маг. Мой бывший лучший друг. Так вот чье сердцебиение слышал и видел. Меня это, разумеется, напрягло.

Я хотел было кинуться навстречу другу, чтобы помочь. Но Вивиен остановила и сказала губами:

– Это не человек.

Я вопросительно посмотрел на подругу и сказал в ответ, шепотом, что это мой человеческий друг. Но Ви лишь мотала головой. Затем посоветовала посмотреть своим волшебным зрением и проверить ауру Мага.

Я сосредоточился и увидел такую ауру, что в глазах зарябило. И принадлежала аура явно не человеку, скорее всего демону, а еще точнее тому, кто был мне другом.

– Микаэль, чего ждешь? – требовательно спросила Шаула. Ведьма начинала злиться.

Но Маг стоял и смотрел на меня. Будто в парне боролись две сущности: демон, который поработил мою маму, и человек, который был мне братом.

Конечно, победил не человек. И Маг, Микаэль, сладко и злостно улыбнулся. Потом из–за колонны вывел девушку, на голове которой был мешок. Я подумал, что это Аврора, но нет. Сердцебиение человека. А Ро – звезда.

Микаэль снял с девушки мешок, и из него выпали длинные белокурые волосы. Виктория!

Увидев выражение лица, на котором была смесь удивления и беспомощности, Шаула и Микаэль переглянулись и заулыбались.

За что? Этот человек ни в чем не виноват. Сама Виктория нервно оглядывалась. Девушка не понимала, куда попала и как оказалась здесь. Увидев меня, вопросительно и напряженно уставилась. Я сказал губами, что спасу.

– Дорогой, прими настоящий облик, а то этот меня убивает, – воркуя, сказала Шаула.

Марк отошел от связанной Виктории. Парня начала окутывать красная дымка. Потом заползла в глотку. Через мгновение передо мной стоял трехметровый демон с красной металлической кожей. Я серьезно, вместо кожи был металл. Вместо обычных зрачков были черные глаза. Короче, стоял монстр с огромными мышцами, пятиметровыми крыльями и острыми двухметровыми рогами. Жу–у–уть! Спасайся, кто может!

Виктория, увидев это сумасшествие, заплакала, но беззвучно. Девушка все время смотрела на меня умоляющими глазами. И я говорил, что все будет хорошо.

Вивиен и Брайт также затаили дыхание. Ребята испытывали не меньшее удивление, чем кто–либо из присутствующих. Разве только Шаула была в восторге. А «Maybelline» от нее – нет.

– Приведи еще одну девчонку, –  ликуя и торжествуя, приказала Шаула. Микаэль выглядел, как собачка, выполняющая приказы. За это стоило зацепиться. Брайт кивнул, одобрив план.

На нашу маленькую «вечеринку» пришел еще один гость – Аврора. Все, пристрелите меня! Что же теперь делать?

– Смотри, Артемий. У нас будет игра, в которой такие правила: отдаешь кольцо – отпускаю твоих подружек. А если нет – буду каждую убивать собственноручно и мучительно. Тебе решать, – восхищено сказала Шаула. Да, у этой дамочки не все в порядке с головой.

Я повернулся к ребятам в надежде, что был готов нормальный план. Но Ви и Брайт выглядели такими же беспомощными. А в это время Аврору, которая была без сознания, и Вику подвесили над лавой за крючки. Лава была в полутора метрах от девушек.

– А! Забыла еще кое–что сказать. Если применишь магию, вступишь в схватку, то Микаэль опустит подружек в лаву. Там девчушки превратятся в выпечку для людоедов. Давай без глупостей, и не трать время зря. У меня еще на сегодня планы есть? – рассматривая ногти на руках, устало сказала Шаула.

Вот так! Жизнь всего мира против жизни двух близких людей. Я держал наготове кольцо. Я смотрел на девушек и не знал, что делать. Вдруг заметил взгляд Авроры. Элейская нежно, но безнадежно улыбалась. И взгляд – был такой, словно мысленно прощается. Я увидел, что губами шепчет:

– Спаси Викторию, ты успеешь это сделать. Вика – человек, который не заслуживает смерти. Прости меня. Я люблю тебя. Спаси мир. Я твой щит – я была создана, чтобы умереть за тебя.

По щекам побежали слезы, но Ро не переставала улыбаться. В горле застрял комок. Боюсь, не могу идти на поводу у своих чувств… Мне придется пожертвовать Авророй, чтобы спасти мир. Но как?!!! Как же без Авроры смогу потом жить?!!! Как можно представить, что тот, кого знал и любил, вдруг погрузиться в вечный сон. Слезы хлынули из глаз.

Показав за спиной знак Вивиен и Брайту (которые также были подавлены), начал наш план.

– Ты не получишь кольцо. Ты не стоишь того, чтобы люди погибли из–за эгоизма такой мерзавки, – сквозь зубы, приглушая боль, прошипел я.

Тогда Шаула махнула рукой, отдав приказ Микаэлю. Тот засвистел. Появились десятки огненных монстров, мумий и животных. И все бежали на нас.

Брайт разбежался и прыгнул в самый центр. Пока Брайт отмахивался от огненных тигров, вурдалаков и зомби, Вивиен пробиралась к Микаэлю. Моей целью была Шаула, которая подбиралась к веревкам с подругами. Но я телепортировался и встал прямо перед брюнеткой. Тогда ведьма зарядила мне в голову шар с пылью, которая парализовала, но я сделал акробат и уклонился, заодно заехав ей ботинком по лицу.

Одним глазом увидел, как Брайт, оступаясь, проигрывает огненным хищникам, а Вивиен бегает по демону и бьет по слабым местам, приговаривая, что Шаула манипулирует им и не пощадит потом.

Шаула истерически засмеялась. Тогда ведьма прыгнула на меня сверху, расцарапав лицо. Эти царапины не были простыми: активировали яд. Но не стал обращать внимание. Собрав в руках куб из металла и электричества, двинулся на старуху. Перед столкновением, пролетел через ее широко расставленные ноги и в спину зарядил этот куб. Тогда Шаула отлетела и ненадолго ослабла. Потом собрав всю силу, выпустил дракона «четырех стихий». После такого удара, по идее, ведьма должна была превратиться в молекулы. Но ее защитное поле было невероятно сильным.

Тем временем Вивиен чертила руны на всем Микаэле, уговаривая вступить в схватку против Шаулы, а Брайт топил огненных монстров в воде.

Увидев, что я отвлекся, Шаула пробралась к Авроре. У меня остановилось сердце. Все стало так замедляться, что не хватало дыхания. Поняв, что сейчас произойдет, разбежался и, высоко прыгнув, схватил Викторию за талию. Я спас ее. Но я не спас…

– Аврора!!! – дико закричала Вивиен, отвлекшаяся от схватки с Демоном. Тот, воспользовался моментом и ударил девушку со всей силой крыльями. Томасски отлетела, ударившись о стену, и упала на пол вся разбитая. Вивиен отключилась.

Брайт так же обомлел. Даркнесса схватили огненные монстры и начали бить, пока тот не стал плеваться кровью.

Я испытал такую боль, что беспомощно опустился на колени и уставился в пол. Шаула подошла ко мне, сняла кольцо с пальца и сказала:

– Кольцо все равно получила, а ты мог обойтись без этого цирка и спасти Аврору. Какой же ты глупый!

Смех ведьмы залил все сознание. Еле встав с пола, попросил Викторию тихо и незаметно спрятаться где–нибудь, погладив девушку по голове. Виктория испуганно кивнула.

Тогда я, не думая, бросился в лаву. Туда, куда упала «моя жизнь».

Когда–нибудь обжигались? А так, чтобы ожоги оставались? Я вам хочу сказать, никогда не прыгайте в лаву. Я чувствовал, как кожа постепенно сгорает, и пробирается огонь к мясу, костям. Волосы на голове, брови и ресницы – уже давно обуглились. Я чувствовал, что сам сейчас превращусь в молекулы. Или в головешку. Раскрыв газа, понял, что этого делать не надо было, стал сразу искать Аврору. Конечно, тела я не видел. Зато увидел каменную статую. Меня это разозлило. Тогда испытал такое чувство, будто по моим венам не лилась кровь, а чистая энергия, охлаждающая кожу. Будто по животу ползла змея, которая придавала сил. Будто я стал един с Миром.

Разум отключился, сознание отошло от пульта управления, и место заняла неведомая сила, а я остался смотреть и наблюдать.

Я стал увеличиваться в размерах, мускулы на руках превратились в горы, кожа покрылась титаном, в руке появились золотые сети. Вокруг меня образовалось четырехцветное поле. И я ощутил нереальную силу, будто мог взять Луну в руки и смять, как алюминиевую банку, наступить на землю и мог проделать дыру, размером с континент.

Я схватил Аврору и выпрыгнул из лавы, в тот момент, когда Вивиен, Викторию и Брайта связали и начали пытать. Шаула округлила глаза. И Микаэль стал размером с игрушечного солдатика.

– Тот, кто не думает о других. Тот, кто отбирает жизнь у невинных – должен раскаяться или поплатиться. Микаэль, раскаиваешься ли ты? – каким–то иным, более могучим и грубым голосом произнес «новый» я.

Маг настолько испугался, что бросился к ногам и стал их целовать (фу, слюни демона…). Я принял это, как положительный ответ. Тогда смоделировал золотую клетку и посадил монстра туда.  Микаэль даже не стал возникать. Кажется, что ему жизнь была дороже, чем заточение. И, кажется, Микаэль понял, кто победит в этой борьбе.

– Шаула, готова ли ты понести наказание? – спросил я. Но ведьма начала в меня пулять магические лучи, шары и т.д.

– Я понял. Нет, так нет, – сказал я.

Тогда я закрыл глаза и активировал поле, созданное вокруг себя. Молниеносная вспышка озарила зал. Шаула упала на пол, сбитая силой, с ног. Затем кинул на ведьму золотые сети, под которыми и осталась, ведь сил точно не хватало, чтобы скинуть сеть. Затем я начертил самую сильную руну, четырех стихий, на сети и сказал, какие – то слова на древнеегипетском. Пух! И на месте Шаулы сидела бабочка вида «Голубой Морфо». Я освободил насекомое из–под сетей и положил в стеклянную шкатулку с дырочками.

Монстры Микаэля исчезли. Зато на полу лежали две шкатулки: черная сапфировая и рубиновая.

Я взял кольцо, надел (да, на такие пальцы, как тогда были у меня¸ кольца не подберешь), и энергия перетекла в артефакт, а я стал прежним Артемием. Того роста, каким был до превращения.

Я подошел к шкатулкам и открыл сначала сапфировую. Там лежал кулон в форме месяца. Я догадался, чей он. Потом подошел к Авроре и надел на шею кулон. Через мгновение, кусочки камня или засохшей лавы стали отлупляться, и передо мной появилась моя любимая и красивая звезда. Брайт и Вивиен подбежали и обняли нас. Я почувствовал облегчение. Но за спиной, кто–то кашлянул. Блин, я забыл о Виктории.

– Привет, – смущенно произнесла Вика.

– Привет, – улыбнулся я девушке.

Блондинка подбежала и обняла меня. Я растаял бы несколько месяцев назад, но сейчас лишь почувствовал радость за то, что девушка жива.

– Я не требую подробных объяснений, что здесь было и все такое. Просто хочу сказать, спасибо тебе, что спас! – сказала Вика.

– Я рад буду объяснить, когда вернемся в школу, но обещай, что никому не скажешь, – подмигнул я белокурой девушке.

Виктория улыбнулась и кивнула.

– Подождешь секунду? Мы тут разберемся со всем до конца, а потом отвезем тебя домой на кое–чем потрясающем,  – загадочно произнес я.

Дама кивнула и пошла  и уселась на одном из тронов.

– Ребята, как же я за вас переживала! – все, обнимая нас, сказала Вивиен.

– Я чуть не съел сердце, когда ты туда прыгнул, герой, – дружественно толкнув, произнес Брайт.

– Спасибо, Артемий за очередное спасение жизни! – обняв меня, произнесла Аврора.

– Ну, я уже привык…, – изображая зазнайку, произнес я. Тогда все друзья рассмеялись.

– Вот видишь, ты справился со всем, – нежно сказала Ро.

– Без тебя, я бы точно не победил Шаулу, – сказал я, глядя в глаза возлюбленной.

После обмена любезностями, стали выбираться из этого места. Выбравшись на поверхность, я свистнул и крикнул:

– Za mene, moja draga.

И тут как тут, на меня набросился клубок дыма и стал облизывать (дымом). Диабло был таким радостным, что менял свои облики через каждые пять секунд. Виктория удивилась, ведь никогда не видела ничего подобного. Еще Вика сомневалась, что на воздухе вообще ездить можно. Но все сказали, что можно, и это убедило.

Мы вернулись в Россию, доставили Викторию домой, а сами полетели в селение освобождать маму из заточения. Открыв шкатулку у Рунных ворот (там лежал медальон в форме слезы, сделанный из лунного камня), медальон сам полетел к лабиринту, мы даже не успели догнать. А когда подошли к входу в лабиринт, на его пороге стояла мама. Я подбежал и обнял, а мать сказала, что не сомневалась, что все получится. Старост, которые предали Верхний Грааль, отправил Самсон в ссылку. На Землю. Оказалось, что тот был в неведении, так как отдыхал на островах.

А Аврора решила устроить вечеринку по случаю моего дня рождения, правда прошедшего, но все же. Было приглашено уйма народа, даже тех, кого едва знал. Прилетел даже мой папа, ну, земной. И я даже не злился на отца, потому что знал, как сильно меня любит.  И Виктория так же была приглашена.

Было много конфетти, огромный пятиметровый торт с фруктами и взбитыми сливками, много фейерверков. В качестве певца, на сцене выступил Соту, а так же Лиам. Ну, а имена певиц я не стану разглашать, а то еще будут потом требовать компенсацию за моральный ущерб или гонорар за пиар. Короче, могу сказать одно – они из Америки и пользуются популярностью. А если хотите послушать их песни, то загляните в конец книги…

В общем, праздник удался на славу! Столько эмоций никогда не получал, я имею в виду положительных. Я танцевал, танцевал и танцевал. Была моя мама замечена с папой. Они танцевали и о чем – то живо общались. Я улыбнулся. Наконец–то, Катрина съедет из дома. По крайней мере, на это надеюсь. К середине вечера, подлетели и Донде, Кей и Терра. Вся команда в сборе. «Видели ночь, гуляли всю ночь до утра…» – вот именно эти слова, олицетворяли нашу вечеринку. После очередных поздравлений, мы с Авророй улетели от этой суеты на поляну, где все началось. Мы долго смотрели на тот закат и просто молчали, ведь скоро мне предстояло вернуться на землю и продолжить обучение. А Аврора заняла место главы Академии, вместо Самсона, который решил, что ему на пенсию пора (ему всего 34 года). Парадокс. Но, теперь ребятки, держитесь! Аврора не даст вам расслабиться!

И я хотел закончить свой «дневник» фразой: «ЭТО БЫЛО КРУТО!».

От автора: "Спасибо большое за то, что дочитали первую часть трилогии до конца! Мне это очень важно! Предлагаю так же прочитать вторую часть Артемия, который изменился до неузнаваемости не только внешне, но и внутренне! Еще раз ОГРОМНОЕ СПАСИБО!!!"

Страница книги Артемий Ааронсон и кольцо странника в интернете

Table of Contents

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.

Глава 15.

Глава 16. Завершение первой части.

О книге