# НИЧТОМАНТ

Егор Псевд0

Страница книги <https://selflib.me/nichtomant>

Том 1

Глава 1. Просыпайся, УБЛЮДОК!

В комнату, что была окутана тишиной, вторгся злой и яростный голос: ПРОСЫПАЙСЯ, УБЛЮДОК!!!

Фигурка мальчишки с растрёпанными околокудрявыми волосами, чьё лицо и серо-фиолетовую причёску омывало солнце, проглядывающее через шторки, резко, по-армейски, поднялась в кровати.

Рома: Что бля?! Какого хрена, Артём?!

Артём: Мелкий ты пидорас! — фигура, которая была немного покрупнее и повыше, в ту же секунду, что мальчик проснулся, махнула рукой в его сторону со словами — Магия Воды!

Рома, вертя и крутя руками во все стороны, создавая подобие защиты, вскрикнул: Нет-нет-нет, я же только встал!

Артём: ВСПЛЕ-Е-Е-Е-ЕСК!

Из руки человека в наспех надетом пиджаке появились небольшие капли, которые переросли в колоссальную струю из бурлящей воды, что понеслась прямиком в парня на кровати. Тот самую малость захлёбывался, прерываясь на попытки глотнуть воздуха, в то время как из его рта шли нечленораздельные звуки: Т-бркбркл-ка-не-бррркеке-вод-бхр-а!

Как только бодрящий душ в постель прекратился, от Артёма, стоящего у двери, послышались слова: Называется, попросил три раза, три блядских раза, разбудить ДО семи утра! Так и надейся на старшего брата, а сегодня, между прочим, день, когда нас принимают в Академию и в Орден! Безответственный ты кусок...

Рома: Так нахрен, — кхе-кхе — ЗАТКНИСЬ!!!

Последнее слово, видимо, имело какую-то неведомую силу, потому что оно перешло в гулкое эхо. Оно было настолько сильное, что книги на полке над дверью пошатнулись и упали на бок.

Артём: Дерь… — внезапно послышался треск, и полка свалилась на голову разоравшегося вторженца, после чего прозвучало — Ай, блядь! Короче, собирайся живо! Через десять минут начинается сбор, а через пятнадцать — отбор в Школу.

Рома: Стоп, а пятнадцать минут от сейчас или пятнадцать от… Кхх...

Артём: Заебал со своими шутками, живо одевайся… Стоп, ты уже одет?

Рома: Да, я был во всеоружии, но потом кто-то пришёл и всю одежду наводнил своей сраной магией!

Артём: Эмм… Неважно! Быстрее бежим, у нас мало времени!

Рома: Мало времени, говоришь? Собрался?

Артём: Как видишь по моей одежде и кейсу — ещё как!

Рома: Отлично, тогда можно выдвигаться!

Мальчуган с фиолетово-серыми волосами вскочил с кровати на пол, усеянный несколькими бутылками из-под кваса и крошками от чипс, застрявших в ковре. Вокруг были разбросаны даже комиксы про некого паучка-человечка. Рома рванул к двери, схватил свой полупустой рюкзак, а также прихватил за шиворот пацана с серовато-синими волосами оттенка индиго, что оказался чуть выше его ростом, а затем подбежал ко всегда открытому окну.

Рома: Взял очки?

Артём: Да.

Рома: Советую взять их в руки.

После этих слов он за секунду надел резиновые тапочки на пути к окну. И с хлюпающими ножками ускорил бег.

Артём: Рома, чё ты собираешься сделать?

Рома: Сэкономить нам время: на лестнице полвека пройдёт.

Произнеся последнюю букву, мокрый парнишка подпрыгнул, встав на подоконник, а затем, особо не дожидаясь попутчика, совершил мини-рывок вперёд, выйдя из окна.

Он видел пейзажи внешнего двора: широкую, но полупустую дорогу, по которой проезжали то какие-то машины, то люди на лошадиных повозках, прохожих, что шли под окном, солнце, бившее в глаза минуту назад, а напоследок и кучу деревьев, земля под которыми была усеяна травкой-муравкой и множеством бабушкиных цветов. Артём, недолго думая, прыгнул за ним.

Рома: Поехали-и! Уа-а!

Артём: Нашу ж мать, Рома-а!

Если в голосе Артёма были слышны искренний страх, ужас, нервозность и даже отчаяние, то Рома заворожённо оглядывался вокруг, у него захватывало дух от происходящего.

Парочка летела вниз, их падение с пятого этажа дома, что находился где-то около центра, замедлили сосны и берёзы, которые чудным образом не попали им в глаза. Несмотря на то, что по законам физики такое падение должно длиться от силы пару секунд, они летели куда дольше. И благодаря этому Артём успел уловить взглядом лужицу, что осталась от вчерашнего дождика.

Артём: Держи меня крепче, — он направил руку в сторону небольшой лужи и крикнул — Магия Воды! Всплеск!

За мгновение до приземления лужа начала бурлить, а затем оттуда извергся фонтан воды и попал прямо в Рому, откинув их двоих в сторону тротуара. Благодаря этому они смогли приземлиться с куда меньшими потерями, а Артём так и вовсе был целёхонький, потому как весь урон, и повреждения, и боль, и удары веток впитал в себя Рома, словно губка воду.

Дважды мокрый Рома, хоть и был малость побит и изношен, встал на ноги и резко побежал, вновь хлюпая тапочками. За ним, с кашлем и болью в голове, следом двинулся виновник его водяных приключений.

Рома: С тобой всё норм?

Артём: Офигенно, всего лишь использовал целых два Всплеска подряд утром третьего сентября.

Рома: Твой сарказм говорит, что с тобой всё хорошо. Помнишь, где академия?

Артём: Да, но мы должны были сесть на автобус.

Рома: Чёрт, следующий придётся долго ждать!

Артём: Придётся тогда бегом срезать путь. Можем пойти через полулюдской рынок, только он всегда битком набит.

Рома: Да насрать, прорвёмся!

Рома и Артём, мокрый и крупный, один выглядит как неудачник в магии воды, а второй как запыхавшийся молодой дворецкий, бегут по тротуару, что больше и больше наполнялся людьми в разных одеждах. Одни одеты как офисные планктоны, вторые — как простые граждане любого другого города Расградии. В одинаковых одеждах третьих просматривалась форма учеников академии магии, однако мантии на каждом из них были разных цветов, по которым можно было узнать дресс-код всех шести магических орденов Манастополя. Рома лишь поверхностно знал о них.

Он смотрел на тех, кто был в золото-серебряных: «Похоже, какое-то там Жёлтое сердце — мастера в лечении», — подумал Рома.

Другие — в тёмно-синих мантиях: «Галлюциногены-иллюзионисты».

На третьих были шелковистые мантии: «Элементальные неженки».

Четвëртые — в балахонах, сотканных из рваных и немного грязных бинтов. На них были надеты капюшоны, что прикрывали тьмой их лица: «Странные фрики, некрофилы какие-то».

На пятых были розовые мантии и малиновые шарфы: «Как там было? Вроде «Слащавое Лико»: делают худу-вуду с объектами, меняя их свойства. Вон, одна из них даже летает».

А человек, что шёл позади них, скорее всего, был членом самого не популярного шестого Ордена. Он единственный был одет в синюю толстовку с капюшоном, который слегка затемнял его лицо. Остальную же часть скрывала хилая маска из бумаги с квадратным вырезом для глаз. На человеке была чёрная мантия с треугольными пуговицами и с пепельно-белым очертанием ладони на спине: «А о них я не знаю…»

«Стоп, «даже летает»?» — Рома вернул взгляд на одну летающую девицу, что висела в воздухе с развивающейся мантией за спиной. Она парила над остальной компанией в шарфах, которая мило беседовала.

И тут Рома вспомнил один незадачливый день, когда отец одолжил с работы парящие мантии и повёл братьев в парк. В тот день Артём грациозно летал, пока Рома чуть не задушил себя плащом в воздухе, с большим трудом его надев.

«Чёрт, времени — кот насрал, придётся это сделать».

Он шаркнул ногами, резко сменив курс, и направился со своим привычным топотом и резким спринтом к «розовой компашке». Рома мигом оказался прямо перед парящей девушкой и...

«Хорошо, что я знаю слабое место каждой девушки».

…подпрыгнул и тут же молниеносным ударом попал прямо ей… в грудь. Девушка с шелковистыми и чуть ли не воздушными волосами упала на землю в полном шоке. Рома же, пока та смирно падала, быстро урвал её мантию, смягчив немного удар, говоря:

Рома: ты уж прости, красотка, но мне нужнее.

«Не думал, что именно так впервые потрогаю женскую грудь».

Рома крикнул: Артём! — и мальчик с фиолетово-серыми волосами снова ринулся вперёд, кинув своему брату слегка порванную и только что украденную Летучую Мантию Ордена Беспечного Лика.

Артём: И что мне с ней делать? — тот подал её обратно.

Рома: Надень! Дебил! Помнишь, ты летал с ней? Ты же профи!

Артём: Ч-ч-чёрт, Р-ром, мы… мы тогда тебя обманули, я заранее выпил зелье полёта…

Рома: Твою мать, Артём!

Артём чуть ли не начал плакать: Я хотел перед тобой похвастаться!

Пока братья были в ссоре, розовая компания тут же обозлилась на сие маргинальное и вопиющее событие. Один из них вскрикнул:

Мальчик в розовом: СЕСТРА! Чёртовы воры, я вас угандошу! — из толпы Беспечного Лика с разъярённым взглядом вышел один ученик, черты лица которого были схожи с чертами лица той девушки.

Рома: Чёрт! Придётся самому, — он, ворча на своего лживого младшего брата, начал торопливо и неуклюже завязывать бабочку на мантии, чтобы та не слезла.

Мальчик в розовом: За Марию!

Остальные дети в розовом повторили хором: За Марию! — и галопом всей толпой побежали за парочкой.

Рома: Чёрт-чёрт-чёрт-чёрт-чёрт… Б-блядь! — он судорожно пытался завязать узел у себя на шее, как вдруг заметил, что озлобленный пацан с блондинистой шевелюрой начал складывать странные фигуры и узоры пальцами.

Мальчик в розовом: Магия Направления! Вправо!

На руке Ромы появился некий рисунок, что был ветвистой и вычурной версией стрелки, чем-то напоминающей готический стиль, словно вышедшей из древних мифов.

Кулак Ромы внезапно и резко понесло в сторону, затянув узелок вокруг шеи. Как ни странно, верёвка мантии Ордена Беспечного Лика очень прочна, а потому сильно сдавила гортань, лишая Рому доступа к воздуху. Зато узелок был завязан.

Рома, говоря удушено: Артьйом, ффыручьай!

Артём был испуган и обескуражен: Нахрена ты их разозлил?! И что за хрень у тебя с рукой?!

Рома: Саклойся и помоки ты наконец!

Артём: Ч-ч-что изволь мне сделать?!

Рома: Н-н-ну, не снаю, убери сраную метку у меня на руке!

Артём: В-в-взлети! Ты уже надел мантию — ты можешь взлететь.

Рома: Нушно дать команту, чтоб она вслетела!

Артём: Э-э-э, ЛЕТАТЬ!

Рома: Я! Я долсен скасать команту, итиот!

Неизвестный голос: Магия Скольжения!

Вдруг перед бегущей парочкой проскользнул парень с серебристой чёлочкой и выбритыми висками, а его шарф грациозно извивался за спиной.

Фигурист: Это твой подельник, маргинал?

Артём был в замешательстве: Э-э-э…

Рома: Т-а-а-а, мы братья! — рука Ромы дёрнулась ещё раз, сдавливая горло сильнее. Благо, тот вспомнил о своей второй руке, которой отчаянно пытался оттянуть верёвочку, что чуть ли не до крови стискивала его пальцы. — Плять! Польно! Ы-Ы-Ы!

Фигурист: Нет вам пощады! Магия Скольжения! Вечное Скольжение! – мальчик с нелепой чёлочкой и орлиным взглядом замахнулся рукой, целясь в Рому. — НА-А-А-А! — боевой клич провожал летящий кулак, вокруг которого извивались потоки воздуха. Удар вот-вот должен был прийтись на мальчика с серо-фиолетовой шевелюрой.

«Твою мать, Вечное Скольжение навряд ли поможет нам добраться до Академии, сука! Так-так-так, Рома-Рома, думай-думай-думай: верёвка, рука, скольжение, я задыхаюсь, пальцы, мантия, шея, верёвка и пальцы… Скольжение?.. Точно!»

Тут же, ещё более грациозным и элегантным движением, Рома двинул ногами, схватился за украденную мантию свободной рукой и неожиданно прикрыл себя ей. Кулак, что воплощал в себе ярость и был олицетворением гнева, попал в накидку. По ткани прошлась небольшая волна, и верёвка, которую зажала выпрямленная рука, магическим образом соскользнула и, как резинка, вернулась к своей паре на шее Ромы с небольшим хлопком, словно мелкий хлыст.

Рома мигом расслабил узел у себя на горле и стал жадно глотать воздух: О да, наконец! Мантия, Летать! — мантия в розовом цвете зашевелилась как крыло, и мальчик, что даже слегка посинел, начал медленно подниматься вверх, отрываясь ногами от земли.

Рома крикнул Артёму: Хватайся, мелкий ты лжец!

Артём: Д-держи руку! — все ещё с потерянным взглядом он протянул свою руку парящему мальчику.

Фигурист: Не так быстро, уродцы! — мальчик из Лика вновь собрался с силами и погнался уже не за Ромой, а выбрал цель полегче — Артёма.

Рома: Артём, не попадись под его атаку, а то твоя жопа будет вечность вертеться и крутится!

Фигурист приближался к Артёму быстрее, чем Рома летал. И тут внезапно, словно отовсюду и ниоткуда, что-то, что не описать другими словами, как леденящий, всеобъемлющий и истошный, как у мертвеца, голос послышался в голове, в разуме, в рассудке Ромы:

Голос: Мантия-я-я, Рыво-о-ок… — Рома даже сам не заметил, как его голос смешался с неизвестным, но в то же время очень ему знакомым, голосом в голове. Мантия понесла его вперёд, но не к Артёму, а к серебристому мальчишке.

«Что?..»

Фигурист: Да почувствуй же ты скольжение самой Бесконечности! Магия Скольжения! — он сделал замах, который означал скорую встречу его кулака и тела Артёма.

Рома: Эй! Ты забыл обо мне! — мантия порхала, словно птица, и Рома с неистовой скоростью занёс свою голень в мокрых штанах и пнул по щеке Фигуриста, что запнулся, с грохотом перевернулся, ударявшись головой о землю как будто с мелодией ксилофона, а спустя секунду врезался в лежащие рядом ящички и прочий хлам.

Рома: Держись! — братья ухватились за руки, и уже вдвоём ринулись вперёд, прорезая воздух.

Рома: Арт, чё с моей рукой? Тут какая-то готическая метка. Именно она походу направляла мою руку, а она, кстати, уже начинает уставать, ныть и болеть, — но тут странная стрелочка стала испаряться. — А хотя, ложная тревога. Эти педики всё ещё идут за нами?

Артём: Нет, всё чис-с-с… то-о, — под конец фразы в его голосе было слышно разочарование, потому что в звуки улицы и громкое дыхание запыхавшихся братьев вторгся клич.

Мальчик в розовом: Эй вы! Мы вас отпиздим! — блондин в розовом вновь вернулся, но он больше не бежал за ними, а летел на дощечке, на которой Рома заметил знакомые стрелки: одна направлена вверх, вторая в сторону парочки. Враг был далеко не один, а с остальными членами Ордена, что также парили в воздухе, как воздушные сёрферы.

«Почему малолетки, как я, такие целеустремлённые гандоны? Я ж просто хотел одолжить у них мантию, я б потом вернул им её, когда тоже буду в одном из орденов. Твою ж мать, теперь придётся выкручиваться».

Рома: Артём, шмаляй по ним, шмаляй!

Артём: Ты как думаешь, с моим уровнем Маны, я что, лужей их должен поубивать!?

Рома: Да хоть струйкой мочи, но шмаляй по ним! Хотя стой, у тебя в кейсе есть зелье Маны?

Артём: А, да, точно! Возьми меня за пиджак, мне нужны обе руки, — Рома взялся за одежду брата, пока тот шарился в своём кейсе. Внезапно они услышали:

Мальчик в розовом: Они подло ударили по Марии, они дерзко и жестоко избили Валеру, они тронули наших друзей и нашу чистейшую гордость?

Остальные: Да!

Мальчик в розовом: Мы ответим им?

Остальные: Да!!

Мальчик в розовом: Мы защитим нашу честь?

Остальные: ДА.

Мальчик в розовом: Мы восстановим справедливость?

Остальные: ДА!

Мальчик в розовом: Мы отпиздим их?!

Остальные: ДА-А!!

Мальчик в розовом: Коллективная атака! Испепеляющий залп Лика!

Шарфы розовой компании начали искрить, они все синхронно вытянули свои руки вперёд, как единый фронт, желая отомстить за товарищей. Их ладони, начали наполняться красным и бордовым оттенком, светя опасностью. К их рукам начали притягиваться сначала пыль, затем мелкие камни, а потом и железный мусор.

Тем временем Артём уже достал сине-голубую склянку, собираясь её выпить, но тут прозвучал крик:

Мальчик в розовом: ОГОНЬ!

Весь хлам в их руках начал внезапно интенсивно крутиться, всё быстрее и быстрее, собираясь в одну кучу. С каждым поворотом страшные звуки становились громче от трения и искажения. А затем все огоньки и почти невидимый хлам начал разлетаться во все стороны, прожигая почти всё и вся на своём пути. Все люди и зверолюди, находящиеся поблизости, начали паниковать и разбегаться в стороны.

Рома: Артём, берегись! — он сильно дёрнул мальчика с ровной и зачёсанной сине-серой челкой.

Из-за попытки Ромы уклонится от этой атаки из Артёма рук выпала синяя тонкая стеклянная бутыль. Она упала на землю и разбилась на множество кусочков и осколков.

Артём: Р-р-рома... Зелье Маны, оно… разбилась… НАХУЙ ТЫ МЕНЯ ДËРНУЛ?! — Артём был в гневе, в злости, в отчаянии…

Рома: Что? Серьёзно, разбилась?

Артём: Да. Нам пиздец…

Рома: Чёрт! Блять… — сквозь зубы говорил он.

«Думай, Рома, они уже заряжают новую атаку, а она прожигает нахер всё, чего коснётся. Мы сейчас около рынка, можно попробовать затеряться в толпе, но в панике нас затопчут. Вверх улететь не получится, сука… И нахер я её спиздил? Ладно, так вот, вверх — в нас попасть будет ещё легче. Мы возле рынка, за нами гонится толпа разъярённых гомиков, на мне мантия, что сейчас на пределе, Артём в безысходности, Маны в нем с гулькин хрен… Стоп, я же знаю эту улицу».

Рома: Артём, говори когда и куда они будут целиться, будешь моими поджопными глазами, у меня есть одна идея!

Артём: Р-рома… Может, ну его нахер?..

Рома: Что ты несёшь?

Артём: Мы тут жопы рвём, чтобы успеть. Но зачем нам такой геморой, если мы можем прийти снова через два года.

Рома: Нетушки, Арт. Я. Я заебался постоянно терпеть таких, как они. Я заебался постоянно терпеть нападки магических ублюдков на меня. Я заебался всё время ждать, и ждать, и, блять, ждать, как они перестанут глумиться над такими, как я, так что я попаду, твою мать, в эту ебучую Академию и стану сильным, как хотел.

Артём: Тогда брось меня! Я лишний груз, я могу выиграть тебе время! У меня как раз есть один туз… — Рома мельком увидел искореженное лицо Артёма и то, как его глаза залились кровью, а вены на лице взбухли.

Рома: Заткнись, Артём. Я попаду туда и тебя за собой в могилу затащу, так что, мать твою водяную, мы придём, причём во время!

Рома помнил местность, потому что по работе отца бывали они здесь не редко, а потому знал, что не далеко от рынка продаются разные магические товары. Мальчик с серо-фиолетовой и немного кудрявой причёской сильнее сжал пиджак Артёма.

Рома: Мантия, Притормози, — вмиг мантия замедлила свой ход, и Артём по инерции полетел вперёд, но рука Ромы с замахом направила его в другую сторону, ударив им по витрине Зельеварни «У Жин-жина», тем самым разбив стекло в дребезги.

Парочка влетела в магазин зелий, и Рома, не останавливаясь, схватился своей свободной рукой за склянку, стоявшей рядом на полке.

Жин-жин: КАКОГО ХУ…

Рома: Мы все вернём, клянусь именем Алексея Дрежнёва!

Схватив ещё три склянки в невозможности прекратить свой скоростной полёт, они влетели во вторую витрину, что была напротив первой, разбивая и её и наконец останавливаясь.

От столкновения с витринами Артём, кажется, освежился, несмотря на то что его голова была покрыта кровью.

Рома: На, пей! — Рома подкинул три бутылочки с синей жижей.

Артём: Ч-чёрт, голова… Но, а как же магази…

Рома: Быстро, блять!

Душа Артёма ушла в пятки, он никак не ожидал, что хоть когда-нибудь встрянет в уже даже не ссору, а в сражение. В его планы не входила бойня между Приключенцами и простыми школьниками, как они. Которые только недавно забрали документы из среднего образовательного учреждения, куда закидывают всех детей без разбора: с разными умениями, разных рас и происхождений. Но. Артём всё ещё вспоминал сладкие для него моменты, как он показывал свой талант, ум и ас, сверстникам и особенно старшему брату — Роме.

Роме, который постоянно не хотел идти в школу по неясным для Артёма причинам. Правда, он всё равно чувствовал. Чувствовал нечто братским, что Рома не просто так всё время сбегал, прогуливал, придумывал отмазки и всячески проводил время так, чтобы не идти в школу.

Может, он ощущал невероятную и тяготящую скуку, а может, что-то иное, но Артёму было предельно ясно, что Рома был готов пойти на всё ради того, чтобы не вернутся в свою прежнюю жизнь, рьяно прорываясь сквозь воду, гравитацию, снова воду, а теперь и сквозь Орден.

Рома: Выпил?

Артём: ДА!

Рома: ТОГДА ШМАЛЯЙ!

Артём: Магия Воды, Пистолет! — тут же прозвучали выстрелы, чьим источником были пальцы Артёма, сложившиеся в форму пистолета.

Мальчик в розовом: ОГОНЬ!

Перепугавшись, Рома бросил взгляд назад и смог уже отчетливо разглядеть своего недруга. Мальчика в розовой мантии с шелковистой и беспорядочной, но не менее ухоженной, шевелюрой, зачёсанной назад. С безумным взглядом малиновых глаз, один из которых украшал шрам, что поделил бровь на две части.

Вокруг ребят, отовсюду, слышались искажённые отголоски неясных и почти невидимых объектов, но сквозь них прозвучал голос Артёма:

Артём: РОМА, БЕРЕГИСЬ!

Рома: А? — он резко обернулся на предостережение брата, как вдруг конец мантии перед лицом Ромы мигом стёрло в порошок, при этом издавая звуки чуть ли ни ада, а спустя секунду оборванная часть мантии вспыхнула огнём.

Рома: Вот ж бес насрал! Мантия полыхает, Артём!

Стрельба не останавливалась.

Артём: Не могу, если я перестану стрелять, они приблизятся, и будет ещё хуже.

«ТВОЮ МАТЬ… Становится всё хуже и хуже: мантия горит, Артём — единственное, что их сдерживает, мы не сможем добежать на своих двоих до рынка, эти уродцы летают с нашей же скоростью и стреляют невъебенно смертельным мусором - водяные пульки им безразличны, — я на улице, тут кучи полулюдей и граждан, если использую ГЛЕШИУС, то Гвардия и полиция нас набутилит, и даже отец своей репутацией не спасёт. Думай, думай!».

«Так-так-так, что у них за атака? Может, Гвардия уже в пути из-за беспорядков, что они учудили. НЕТ! Мы умрём к их приходу. Чёрт-чёрт-чёрт, их заклинание, оно притягивает окружающий мусор, который затем исчезает. Они раскручивают его до такой степени, что он просто прожигает своим трением всё на пути… Точно, трение!»

Рома: АРТЁМ!

Артём: Да что? Мана кончается!

Рома: Не стреляй!

Артём: Ты совсем спятил?! — выстрелы продолжались.

Рома: Не смей стрелять, я сказал, — раздался звучный «шлёп». Рома дал резкий подзатыльник головушке Артёма. Тот остановился.

Артём: Ау, эй! Ты хоть понимаешь, что ты делаешь!?

Рома: Да, и для этого нужно, чтобы ты заткнулся и выстрелил всей возможной Маной, когда я скажу. Понял?

Артём: Ты хоть скажешь, что ты надумал?

Рома: Нет, они могут услышать и сразу всё поймут. Так что заткнись и делай вид, что еле-еле пытаешься попасть в них.

Рома внутри был абсолютно скован. Сейчас его жизнь висит на волоске. Это не просто какие-то хулиганы, которых тот привык видеть, — это Юные Члены Ордена. А туда берут не каждого. Сердце Ромы колотилось из стороны в сторону, а дыхание постоянно сбивалось. Он никак не ожидал такого исхода. Такого, где решалась его жизнь, прямо здесь и сейчас.

Он смотрел на приближающуюся всё ближе и ближе толпу розовых подростков, в чьих глазах виднелся огонь ярости, на их улыбки, что жаждали скорее не мести, а нужду в насилии. Их протянутые руки снова покрывались искажённым воздухом и прочим хламом, что медленно исчезали из виду.

Артём был в ужасе: Р-р-рома…

Лязг металлолома, пластика, древесины и треск самого пространства становился всё громче.

Рома: Жди.

Артём: Рома...

Рома уже сам был на нервах: Жди-и-и.

Мальчик в розовом: ОГ…

Рома: ШМАЛЯЙ!

Артём: Магия Воды, ВСПЛЕ-ЕСК!

***

Из рук Артёма вышло немереное количество воды, десятки литров сине-прозрачной жидкости понеслись на преследователей. И тут… произошёл белый взрыв.

Толпу в розовом мигом покрыл густой пар. Жар горячего газа дошёл и до парочки, потушив резкой волной ветра уже почти догоревшую мантию.

Из тумана доносились истошные крики, вопли боли. Облако пара рассеивалось, и из него показались дети с покрасневшей и даже взбухшей кожей.

Кто-то в розовом: Моя кожа, моя прекрасная кожа!

Кто-то в розовом: МОЯ УКЛАДКА, я её так долго делал.

Кто-то в розовом: Чё-ё-ёрт мой макия-я-яж, теперь вся тушь потечёт, и я как клоун буду выглядеть, меня же все засмеют!

Кто-то в розовом: О нет, моё кольцо, его же подарила мне моя девушка, ЧЁ-Ё-ЁРТ!

Они держались за свои лица, волочась из стороны в сторону на дороге и крича. И тут из остатков густого пара медленно, с большим трудом, вышел главный преследователь с уже далеко не уложенными волосами, чья вся левая часть головы была обезображена, тем самым выделяя ужасающее лицо гнева со шрамом и малиновыми глазами.

Мальчик в розовом: Я-я… вас… убью-ю-ю… — он свалился на холодную землю. А его волосы почему-то приобрели буровато-угольный окрас.

Артём: Боже мой… Рома, это просто… ужасно. К-как?..

Рома: Трение и высокие температуры творят убийственную мощь, знаешь ли. И кстати, БЕЖИМ!

Мальчики вновь рванули вперёд по дороге, отдаляясь от ноющих и плачущих ребят в розовых мантиях.

Улица начала наполняться теперь не только людьми. Сначала появилась парочка зверолюдов: полупёс и полукрольчиха; затем другие, как их иногда называют, «полумонстры» наполняли дорожку, из-за чего продвигаться к рынку становилось всё сложнее.

Рома: Мы хоть близко? Не?

Артём: Почти! Осталось чуть-чуть! Теперь направо!

Они оба резко изменили траекторию и умчались вперёд, теряясь из вида уже большей толпы и зверолюдов, и полуорков, и полужуков, и даже полуамфибий. Спустя пару метров они увидели возвышающуюся гигантскую вывеску, которую освещало утреннее солнце. «Полулюдской рынок».

Из-за того, что многие полулюди из-за инстинктов своих диких предков просыпаются куда раньше людей и прочих видов, на улице в 7:04 была чуть ли не толпа, напоминающая битком забитый автобус в час пик, только в куда больших масштабах.

На рынке были всякие существа. Зверолюды — одна из основных рас в Расградии: в соотношении с людьми они лишь немного уступают им. Как ни странно, благодаря их корням они рождаются приблизительно теми же темпами, что и их предки, но на человеческий лад, а потому большей частью различных работ занимаются зверолюди: от охоты до работы с технологиями. Одним из самых частых мест обитания полулюдей являются рынки, где те продают себе подобным разные товары: бытовые продукты одним зверолюдам, деликатесы другим. Например, один из немногих друзей Ромы часто поедает разных жучков, а потому особенно деликатен в этих вопросах, поэтому часто закупается в подобных местах.

В этом месте можно было увидеть почти всех представителей полулюдей. Покрытых бугристыми мышцами полуорков, которые покупали куски диких кабанов. Один из них был одет в слишком маленькую для него рубаху, а за очками он прятал некоторую неловкость в своих глазах.

Полупсов, что целой оравой шли к мяснику, который протянул им кучу костей, а те в ответ отдали ему мясницкий тесак, что ярко переливался на солнце.

Полукотов, что прикрывали свои лица, двигаясь в тёмный уголок, где стояла девушка полукорова в длинных штанах с подтяжками и доставала из коробки рядом маленькие колбочки с, кажется, белой жидкостью. В манерах полукотов можно было увидеть то ли неловкость, то ли закрытость.

И даже полудьяволов, что поедали мясо на шампурах и заливали в глотку тёмно-красную жидкость, после чего из их гортани извергался огонь, а те всей толпой смеялись, явно получая удовольствие.

А вот парочка мальчишек, несмотря на сборище различных существ разных габаритов, форм, предков, манер и тем, насколько много у каждого из них меха, всё равно прорывалась вперёд.

Артём: Чёрт, нам бы добраться до части с полужуками, там всегда по утрам пусто! Угораздило же поставить время тогда, когда выходят все полумонстры!

Рома: Ты прав… Хоть бы.

Сквозь скопление мягких и пушистых тел можно было услышать многие выкрики: от «Эй! Поаккуратней! Вот ж поколение-то!» до «Эй, ты что извращенец!?» Но нельзя было не услышать обнадеживающее ахание Ромы сквозь зубы.

Рома: Глянь! — он указал пальцем куда-то в толпу, но спустя пару секунд можно было услышать не гам толпы и не недовольные возгласы, напоминающие звуки животных, а журчание воды. — Фонтан!

Артём: К чему, чёрт возьми, ты клонишь?

Рома: Ебани своим Всплеском снова и перекинь нас через толпу.

Артём: Я и так уже использовал магию, причём Всплеск целых, мать его, четыре раза, пятого я не вынесу. Я еле-еле сумел выдавить последний раз. Тем более не факт, что мы долетим и не упадём прямиком на рога какого-нибудь полубыка!

Рома: Иначе мы опоздаем. Так что давай, решайся. Либо мы опаздываем на регистрацию и ждём целых два года, либо ты используешь всё, что у тебя есть, и мы придём вовремя!

Артём: ЧЕРТ!!! Рома!!! Сука…

Пока они бежали к фонтану, Артём наполнялся сомнениями и тихо бубнил себе под нос: «А что, если всё пойдёт не так? А что, если мы не сможем? А что, если у меня не хватит сил даже на лужицу?» Но Рома всё равно услышал:

Рома: В худшем случае, мы упадём на грудь какой-нибудь полурептилии, а я знаю, как сильно у тебя течёт не только кровь от полупресмыкающихся! Так что давай, тут одни плюсы!

После этих слов к Артёму словно что-то прикоснулось, дотронулось до его души с криками «ДАВА-А-АЙ!» под ухом. Тот резко разжал кулаки, словно что-то его обожгло, возмужал взглядом, а его лицо стало серьёзным, как никогда.

Артём: Я тебя ненавижу, Рома-а-а!!! — крикнул на весь рынок мальчик, одетый с иголочки с тёмно-серыми волосами.

Они оба, словно балерины, синхронно прыгнули над фонтаном. Артём направил руки на самую большую струю и крикнул, что есть мочи: МАГИЯ ВОДЫ, ВСПЛЕ-Е-Е-ЕСК!!!

И без того большая и длинная струя стала ещё больше и ещё длиннее. Она словно излучала всю мощь Магии воды. А её заклинатель ловким движением рук схватил Рому и расположил его перед собой как щит, который может возмущаться. Струя воды чуть ли не пробила Рому, но, благо, вместо человеческого пончика, они оба взлетели над рынком полулюдей. Они были так высоко, что можно было увидеть почти каждый отдел, полуарахн, полуамфибий, полурептилий.

Самая мощнейшая струя воды в жизни Артёма, подбросила их так высоко и далеко, что они оказались над частью полуарахнидов. Но вскоре взгляд Артёма потемнел, в голове завыла громкая тишина, мышцы обмякли, и он потерял сознание. Однако одна проблемка осталась: как им теперь упасть так, чтобы у них остались целы все косточки? Эта мысль дошла до Ромы в секунду до не очень мягкой посадки. Как вдруг раздалось:

Сладкий голос вдалеке: Ну, они и болваны.

Глава 2. Слащавый Арахн

Рома от отчаяния, которую веяла данная мысль, уже взял в захват Артема, так чтобы использовать на сей раз его, как живой щит, припоминая то как он использовал его. Но только прикоснувшись к Артему, Рому схватило, что-то неизвестное, что-то неправильное по своей природе логике, что-то неведомое и не находящееся в этом мире, схватило резким и грубым движением за плечи Ромы, и тот услышал холодный, веющий неестественностью, кричащий шепот прямо рядом с ухом.

Голос: ЖдиИиииИ~ - вопль чего-то чьи легкие пронзило тысячью клинков, погрузился в рассудке мальчика.

Рома: ЧТО!? – переполненный шоком и страхом Рома крикнул это будучи в падении. Но… тут же прозвучал еще один голос, но излучающий, и скукой, и неким игривым интересом.

Слащавый голосок рядом с ним: А вот его я узнаю из тысячи.

После этих слов, Рома почувствовал словно его и Артема собирается разделить на двое очень тонкая нить, а позже уже сотни. Уже представив себя нарезкой для Новогоднего стола, Рома услышал знакомый звук, но что-то словно оторвалось, залпом отлетев. Не успел Рома опомнится, как тот осознал, что он был закутан множеством белых, липких и упругих паутин.

Пока тот еле-еле, но все же смог отлепить от себя вязкую, но крепкую субстанцию, тот увидел, что Артем так и вовсе с ног до плеч был завернут ею, как овощи с жаренной Курицей под слоем соуса, завернутой в Лаваш.

Увидев младшего брата по возрасту, но ни как по комплекции, Рома, как ошпаренный двинулся к полузавернутому в кокон парню, приступив рвать и метать, то что сковывало парня в не сухом костюме, будучи бездыханным, как свежий трупик.

Сладкий голосок еще ближе: Но зачем же ты так с моим органическим материалом? – с долей нежной обиды прозвучал он.

Рома: А? – Рома резко повернул голову в сторону так для него знакомого и красивого голоса. И тот увидел высокого, но стройно худощавого парня в темно-фиолетовой рубашке в голубоватую паутинную сеть, носивший штаны, что слегка облегают и без того худые, но элегантные ноги. Если бы не зоркий глаз Ромы, то получеловека с бледноватой, как кость кожей можно было бы на раз-два спутать с миловидной девушкой с короткой темной прической, чьи локоны грациозно двигались на небольшом ветру.

Голос с явной дружеской издевкой: Что, не узнаешь, печальненько, а если так? – тот раздвинул руки, словно повелитель мира, но странное было здесь не то, что на этот раз Рома совершенно забыл о своем полудохлом брате, а то что из двух рук, что были покрыты словно металлическими перчатками с острыми концами, внезапно образовались…целых шесть точно таких же рук.

А на некогда девичьем лице, внезапно два глаза, чьи зрачки были темны, как ночь, превратились в четыре пылающих, красных глаза. А сам их обладатель, расширил свою улыбку с острыми, миленькими зубиками.

Рома: Рахдим! Хвала богам, что ты по утрам жрешь, как полусвинья

Рахдим: Ну наконец-то. – явно проигнорировав последнее, тощая фигура четырьмя своими руками схватился за нечто чрезвычайно тонкое. А затем затканный в кокон Артем, что все также блуждал по пучинам бессознательности, улетел к металлическим пальцам полуарахна.

Схватив того двумя руками и расположив на своей спине, Рахдим сказал: Ромочка, вы ведь тоже в академию на отбор?

Рома: Черт, да! Бежим! – внезапно опомнился юноша.

Рахдим позевывая: А сколько сейчас время…

Рома: 7:07! Жучиная ты бошка!

Рахдим с небольшим недовольством и потрясением: Что? Уже?

Рома, что уже оторвался от своего восьмилапого и четырёхглазого друга: Бегом!!!

Резко в глазах Арахна появилась нервозность и переживание, что резко переменилось на привычный для него сосредоточенный взгляд.

Рома: Спасибо, Рахд, сильно выручил!

Рахдим: Не благодари, этот живой труп, позже мне поможет.

Рома: А как ты нас нашел?

Рахдим: По началу я думал, что местные зверолюды начали бугурт, а позже услышал крики, а затем спустя секунды и твой крик, который я узнаю из тысячи или даже миллионов криков и стонов. – последние слова явно имели нацеленный упор, настолько сильную, что Рома на секунду отвел взгляд от своего Паутинного друга.

Рахдим: Так что, если потребуется моя срочная помощь, просто крикни ну или громко постон…

Рома: ЧЕРТ! Уже 7:08 – перебил Рома не приятое для него продолжение слов полупаука.

Рахдим: Вашу ж м…Что будем делать?

Рома параллельно с очередным спринтом, но уже вместе с заснувшим братом, чья голова шаталась из стороны в сторону, которого держал, толи Девушка, толи Парень, думал и думал, говорил и твердил себе: «Думай Рома, думай Рома, ДУМАЙ»!

Но с мыслями, как бы выйти из затруднительного положения, его посещали также и мысли: «А может ну это все нахрен, у меня уже ноги болят, может подождем еще пару лет, но уже будем прям ночевать перед зданием, за день до открытия».

Тот от понимания, что у них осталось всего две жалкой минуты, на то, чтобы добежать около километра, схватился за голову. А дыхание не только из-за стремительного бега, начало перебиваться. Рома начал вспоминать все начало дня и проматывал его снова и снова, и снова, до тех пор, пока не остановился на моменте, когда он только встал с кровати.

«вскочил с кровати, на пол, усеянный несколькими бутылками из-под кваса и крошками от чипсов, застрявших в ковре, и даже с комиксами про некого полупаучка получеловечка»

Рома: ПОЛУПАУК!!!

Рахдим с возбужденным интересном: Что ты придумал?

Рома: Читал комикс “Полупаук получеловек”!?

Недовольно Рахдим: Это нереалистичное расистское сборище картинок о ЯКОБЫ полуарахне? Да, был печальный случай.

Рома: Помнишь, как тот гнался по городу? Он цеплялся за здания очень крепкой паутиной из рук, что пиздец, как его ускоряло.

Рахдим: И ты хочешь, чтобы я это сделал, при том, что, как ты видишь почти весь свой запас я истратил на вас, братьев-акробатов?

Рома: Так точно!

Рахдим тяжело вздохнув: У меня осталось слишком мало запасов мы не сможем.

Рома: Погоди! Я слышал, что некоторые Арахны способны поедать паутину после чего использовать ее повторно!

Рахдима чуть не стошнило от услышанного, ведь для Арахн поедание собственной или тем более чужой паутины, процесс крайне отвратительный, так как для них это сродни с поеданием своего…А в прочем голову Рахдима посетила мысль, а вернее даже махинация, как получить удовольствие от такого омерзительного процесса.

Рахдим: Я не сделаю этого… - проронил Арахн.

Рома: Другого выхода нет! Прошу!

Рахдим: Хммм, в таком случае ты мне должен помочь – с ехидным увлечением прозвучало последнее слово, после которого четырехглазый заплыл в ухмылке.

Рома: Чем же?

Рахдима: Для начала дай мне ту паутину, которой я тебя замотал, а затем – Рахдим начал хитро посмеиваться и хихикать – застони для меня.

Рома: Че блядь!? – глаза парня от услышанного расширились.

Рахдима: Ты верно меня услышал. – не роняя свою улыбку ответил Арахн.

Рома: Не буду я так позорится.

Рахдима: Ну-ну, не говори это так, словно это что-то плохое. Таким образом ты меня просто очень хорошо поддержишь. Я представлю компанию девушек, окружающих меня, а ты можешь представить, ну например рептилию, о которых ты когда-то кричал. – самое отвратное в словах Полу-паука, было не то что он сказал, а то с каким сладким рвением была предложена эта услуга.

Рома отдал все куски Паутины, что тот отрывал, вырываясь из сетки спасения. Вдохнул весь воздух, что его окружал. И.

Рома: Ааах! – воздух пронзил мощный и полный возбуждения стон. После которого глаз Ромы наполнился скупой слезой.

Лицо Рахдима смешивалось и менялось то от отвращения, то до удовольствия, при не самой приятной трапезы.

Рахдима: О да, продолжай!

Рома: Уо-о-ох! – второй раз произошел звуковой выстрел стоном мальчишки.

А Рахдим еще больше заплыл в поедании своей же собственной субстанции.

Рома: Это все!?

Рахдим: Не-Е-ет. – через паутину в зубах произнес Арахн. – Давай последний раз!

Рома: Черт! Ха-а-А-А-а-а! – и на третий раз, Полупаук доел всю паутину, которой спас парня с Фиолетово-серыми волосами.

Рахдим: Эххх, если бы ты еще сказал: «только не туда, о нет» то тебе бы цены не было.

Рома, будучи морально униженным: Давай используй ж свою сраную паутину!

Оба за все время бега, раздумий, эврики и даже переполнения паутиной, уже смогли добежать до центра города Манастополь Снегутской области. Большие несколько этажные здания, которые все еще сохранились со времен первой Расградской империи. Некоторые были отреставрированы, а некоторые даже были соединены с современной архитектурой.

Центр Манастополя имел большое количество людей разных рас. Множества продуктовых магазинов от «Троечка» до артефакторных мастерских. Но главным зданием в Центре была большая Библиотека знаний имени Манова. Она была одна из пяти великих библиотек Расградской Федерации, хоть и была по своей сути одним большим торговым центром для всех, кто связан с магией. Как никак Манастополь был третьим городом по образованию в области волшебства в РгФ.

Благо Третья Расградская Государственная Академия Магии или РГАМ Три, была всего лишь в каких-то пятисот метрах от полуТЦ полуБиблиотеки с надписью «Манов», а рядом со входом можно было даже увидеть кафешку «МанOff ChillOn».

Время было 7:09.

Рахдим: Один момент – полупаук направил на Ромку свою руку после чего последнего примотало к его нарядному братцу. – Держись.

Всеми своими восемью руками Полуарахн нацелился на разные возвышенности, от столбовых ламп до даже статуи самого Игоря Константиновича Манова. Но тут Рому посетила не приятная мысль.

Рома: Стоп, а ты хоть знаешь, как Паук-Человек цеплялся за здания?

Рахдим: Хи-хи-хи…понятия не имею. – кратко, но рассеяно ответил он своему попутчику.

Рома: Ох еп твою ж ма…

Рахдим в мгновение ока вознесся ввысь на своей собственной паутине. Он был молча потрясен, насколько же хороша и универсальна паутина Арахнов. Он падал и взлетал, взлетал и падал, словно на родео. Он был, как Фигурист на воздушном льду, а его нити были, как коньки, а тело вытворяло грациозные акробатические пируэты.

Правда пока Рахдим был счастлив, то уже на сей раз снова оказавшись в воздухе у Ромы, вся душа в пятки ушла, хотя не ушла, а переехала, забрав все свои пожитки. Пока Полупаук вертелся, крутился, как волчок, то Рома был как ноготок, который не до конца оторвали. Он еле-еле успевал уворачиваться от дорожных знаков и голубей. Он держался словно на соплях, правда белого цвета.

Воздух и ветер бил прямо в лицо по троим. Да настолько, что можно было услышать мычание уже немного просыпающегося Артема: уо,а-А-а…х-у-у-у.м-м-м-а-а…чт…бль.

Они плавали по паутинам так высоко, и так стремительно, что можно было увидеть почти все вокруг центра. Начальные школы,гос. учреждения, больницы, футбольное поле и ледовый дворец для катания.

И спустя пару секунд уже виднелась восьмиэтажное колоссальное здание в стиле старых времен, еще старше чем Расградийской Империи. Оно чем-то напоминало обыкновенные ВУЗ в столичном городе.

Рома: Наконец! Давай быстрее приземляйся. Счет идет на секунды!

Уже пролетев над газоном академии, Рахдим уже целился во вход здания. После чего трое ребят вторглись словно штурмом в регистрационный зал возле входа. Первый из ребят, был отчасти мокрым, так как благодаря паутинным танцам большая часть влаги испарилась, а волосы от этого даже оледенели. Второй был облеплен замерзшей и застывшей, как цемент паутине. А третий был словно монстр, что похищает детей на новый год.

Рома бегом побежал по опустевшему залу, в котором стояли один охранник в синей форме и рубашке и мужчину в пиджаке, что сидел за столом в круглых очках покуривая из пальцев невидимую сигарету, от которой шел дымок Элитной марки InviGentle. Сигареты, что абсолютно исчезают для всех кроме их курящего.

Рома мигом добежал до стола с курящим мужчиной, пока его товарищи отматывали паутину. И можно было заметить, как Рахдим выбросил паутину в урну, с небольшим стыдом в красных глазах и то, как Артем взял небольшой шматок и засунул в пакетик, положив ее в себе в кейс.

Рома: Роман Дрежнев-Жизненко Алексеевич 29 марта 1995 года рождения, Артем Дрежнев-Зэ’Лева Алексеевич, 3 марта 1996 года рождения и Рахдим Иванов Дмитриевич 12 февраля 1995 года рождения. Пришли зарегистрироваться на отбор в ученики РГАМ 3!!! – Рома вылил все эти слова, наконец-таки выговорившись, с тяжелым дыханием, пройдя через все невзгоды за эти 10 минут, что длились словно вечность.

Мужчина с сигаретой тяжело выдохнул: Регистрация Окончена…вы опоздали.

Глава 3. Манипулянт и Лжец

Рома был ошарашен и даже пошатнулся от этой новости. «Не может быть…» эхом прозвучали в его голове, словно птичий лепет в шумном лесу.

Артем: Черт! Столько усилий почем зря…

Рахдим: Тц, а ведь и в прям жалко…эхх. Ну что поделать, пойдемте, поедим Жук энд Чиз

Рома: Стоять, Рахд! – Словно гром среди ясного неба прозвучало, как королевский приказ, слово Ромы. В которых можно было услышать так и нотки обиды, так и оттенки непокорства.

Рома: Смысле опоздали, сейчас всего лишь 7:10, представьте, что мы пришли на пару секунд раньше и у кого-то из нас заболел живот и он задержался, пожалуйста! Почти ничего не изменится.

Охранник немного посмеялся: Но вы же не ХРОНОманты, хэхэ.

Рома: Заткнитесь! Я не с вами разговариваю.

Мужчина с сигаретой: Не пойдет, я не допущу вас.

Охранник: Эй малой, ты как со старшими базаришь! – Угрожающе подходил крупный мужчина с видным пузом на голубоватой рубашке.

В этот миг Роме пришла не самая приятная, но мысль, что может помочь в этой затруднительной ситуации.

Рома: Эй-эй-эй-эй! Вы что мне угрожаете!? – Сделав свой голос еще более детским, рука Ромы полезла в уже сухие штаны. Из которых он достал поблескивающее прямоугольное стекло Багрового цвета, но на самом деле все понимали, что это старая модель кристафона ЯCrystall 5 Эс. Компактное техно-магическое устройство, отлично вмещается в руку и в карман, хороший и полезный функционал без излишков.

Как только он направил камеру на псевдо-гиганта и нажал большим пальцем на экран он чуть ли ни выкрикнул.

Рома: Этот мужчина хочет меня ударить, смотрите ребята!

Охранник: ЭЙ! А ну отдал кристафон!

Рома указал на мужчину палец и снова полу-криком: Ребята, он хочет меня ограбить, кто-нибудь помогите! Охранник гос. академии хочет побить и обворовать ребенка, прямо в ней же! Куда смотрит начальство и администрация!

Охранник очень напряженно и уже с подрагивающим голосом, говорящим сквозь зубы: Хэй! Детишки может перестанете снимать на камеру, да и в добавок запрещено его с собой здесь носить…

Рома: ЭЙ, ОН ПРИКРЫВАЕТСЯ ВЫДУМАННЫМИ ПРАВИЛАМИ ЧТОБЫ САМОВОЛЬНИЧАТЬ!!!

Охранник уже с отчаянным видом и натянутой лыбой на лице повернулся к своему коллеге за столом, у которого был явно раздраженный взгляд. И смотрел он него взглядом, взывающий к помощи, молча говоря: Выручай…..

А мужчина за столом в костюме, своим безразличным лицом также молча тому отвечал: Справляйся сам…

Рома: А вы! – Рома указал на этого же самого мужчину в костюме, от такой неожиданности у него даже глаза расширились.

Рома: Вы курите внутри государственного здания с большим количеством детей и юношей! Это случайно не административное нарушение!?

Мужчина с сигаретой: «Хэ»…это марка InviGentle, ее можно курить где угодно и когда угодно. – Смело он улыбнулся, предвкушая победу.

Рома: Да? Она самая? Тогда почему мы видим от нее дым?!

Мужчина от удивления и со злостью мыкнул: Это InviGentle Smoke +. Все те же свойства, но дым виден всем.

Рома: Хмммм, не помню, такой серии. Не лжете ли вы случаем? А то наш отец отрядный фанат марки InviGentle, у него даже бритва есть с ароматом InviGentle, даже помню трусы с двумя буквам IG.

Мужчина с сигаретой начал быстро ее тушить и в его глазах можно было увидеть пылающую злобу.

Мужчина с сигаретой: Так, здесь делать вам больше не чего, так что уйдите от сюда.

Рома: А почему вы съезжаете с темы, может, потому что, куря эту сигарету вы что-то нарушаете? А может вы курите ее уже не раз? И этих нарушений скопилось не только на увольнение, но и на штраф в круглую сумму?

Мужчина аж икнул от этих слов.

Рома: Может быть, вы курите бюджетную версию InviGentle, с якобы теми же свойствами, но которые на самом деле липовые? Может эти сигареты лишь маскируются под окружающую среду и на самом деле здесь, в этой комнате пруд-пруди этой фальшивки?!

Мужчина: эээ…Нет! Это не правда!

Рома: А я даже не говорил, что считаю это правдой, это были лишь мои домыслы. Которые вы восприняли, как доводы конкретно к вам, о чем же это может говорить? О, может о страхе перед увольнением и штрафом?

Мужчина с округленными глазами и уставшим видом был потрясен и его лицо показывало лишь отчаяние и даже обиду.

Рома вновь нажал на экран: Думаю, этого хватит.

После этих слов охранник словно с цепи сорвался: А ну отдал мобилку!

Рома резким броском кинул ее своему 8-лапаму другу, который издал некий очень озадаченный звук.

Рома вводя пальцем из стороны в сторону: А-а-а-А~, я предлагаю договор. Я не выкладываю…хотя нет…даже удалю видео с вами. Если вы зарегистрируете нас на отбор.

Охранник вновь посмотрел на мужчину уже без сигареты, у которого резко посерьезнело лицо.

Мужчина без сигареты, тяжело дыша: Хорошо…договорились…Я регистрирую вас, а вы не делаете нам худо. – Мужчина напечатал что-то на компьютере с дымчатым экраном – Все, проходите.

Рома с легкой улыбкой победителя, Рахдим с лицом влечения и небольшого возбуждения, Артем с лицом, что говорило: Что? Кого? Как?, проходили дальше в чуть ли ни по дворцу.

Рома: Ах да, кстати, говоря с «вами» я говорил конкретно вам, мистер курильщик! Потому мистер охранник, вас пролетели.

Троица уже ушла из регистрационной части зала откуда была слышна ссора двух мужчин. И во время ходьбы, Рахдим осмелился спросить у Ромы

Рахдим: Эммм, Ромочка…а почему твой кристафон…выключен. Ты успел сохранить запись?

Рома: А? Я ее вообще не заряжал.

Артем, уставившись на Рому: Какого ху…То есть, ты блефовал?

Рома с простотой на душе, как будто ему задали обыкновенный вопрос: Ага.

Артем: Охренет…стоп, а когда ты с такой легкостью начал врать…

Рома: Ах да…БЕЖИМ! ЩАЗ ЖЕ ОПОЗДАЕМ!

Трио из победоносной ходьбы перешло в стремительный спринт.

Рома: Арт, куда?!

Артем: Задний двор!

Рома: МЫ ОБЯЗАТЕЛЬНО УСПЕЕЕЕМ!!!

Глава 4. ПРИВЕТСТВУЮ ВСЕХ

Троица пробежав по указателям, которых повесели на стенки. Здание РГАМ 3 напоминал дворец. Но с элементами обыкновенной школы. Двери императорской эпохи, кабинеты, что сочетали в себе современную мебель и древние стены с потолком, лестницы с деревянной перекладиной, и окна, просто окна. Коридоры были залитым светом из немного переливающихся огоньков рыжевато-красного цвета.

Звук четырех туфель и двух кроссовок проходили по коридору Академии. Ничего кроме стука и скрипа подошвы не издавалось. Видимо из-за того, что все привычные источники шума находились на заднем дворе, что был сродни футбольному полю, но по оценке хоть и не достойного ученика, но знакомого с магией Ромы можно было понять, что пространство на заднем дворе слегка сжато.

Приближаясь к гигантской деревянной двери из средневековья, что находился на правом крыле Академии. Можно было услышать небольшой гам и шум переговоров таких же детей, как Рома, Артем и Рахдим.

Растопырив двери, тройка увидела четыре трибуны, которые были наполнены детьми от тринадцати до шестнадцати лет. Судя по всему, начало еще не закончилось, и они все галопом оперативно уселись на ближайшие места у близ лежачей трибуны.

И спустя секунду после этого что-то огромное загрохотало. Земля словно хотела провалится, ощущение, что все вокруг вот-вот обрушится. Но потом прозвучал оглушительно громкий голос.

Мужской, глубокий басистый голос: ПРИВЕТСТВУЮ ВСЕХ, КТО ПРИШЕЛ!!!

После этих громогласных слов вокруг начало что-то появляться, какие-то кирпичные стены. Трибуны со всеми детьми начали погружаться в землю, словно тонут, а дети же оставались на земле. Проявлялись очертания чего-то напоминающее арену. И вот как только прояснились стены в пустынно-желтый кирпич, из стены появился балкон с сидящими там шестью человеками и одним, что стоял прямо балконе обращавшись прямо к нам.

Который был одет белой рубашке, что подчеркивало его мускулатуру, черным жилетом, что показывал его статность, белоснежно белыми штанами, что подчеркивали его длинные ноги, а также можно было увидеть на нем погоны темно-красного цвета, черный галстук с белыми рисунками лоз и то, как они закручивались...как живые.

Его лицо мощное, скулистое и как будто…правильное, усеянное темными, легкими волосами, образовавшими небольшую челку, бакенбардами что перестали в небольшую бородку и усы. Всем своим видом и раскинувшейся величавой стойке, он говорил, как долго он ждал этого момента.

Анатолий Церагонов: МЕНЯ ЗОВУТ АНАТОЛИЙ ВИКТОРОВИЧ ЦЕРАГОНОВ, И Я ДИРЕКТОР ЭТОЙ АКАДЕМИИ!!!

Послышались шепоты от толпищи детей, что уставились на человека стоявший прямо на перилах балкона: Тот самый? Который один из председателей совета? Он ведь, как я помню архимаг пространства? Да не, это не он. Анатолий Церагонов – Архимаг Информации!

Анатолий Церагонов: И Я ХОЧУ ПРЕДСТАВИТЬ ВАМ, ГОСПОЮНОШАМ И ГОСПОДЕВУШКАМ, ШЕСТЕРО ГЛАВ ОРДЕНОВ!!! ПЕРВЫЙ КОГО Я ХОЧУ С ВАМИ ПОЗНАКОМИТЬ – ЛЕОНИД ЗОЛСТАТОВ.

Директор с артистизмом указал рукой на человека одетый, как герцог, пестривший яркими цветами золота и серебра, увешанный украшениями разных самоцветов и кристаллов. Чьи волосы тоже отдавались золотым светом, и чье лицо показывало всю краткость и ответственность этого человека.

Тот положил руку на левую часть груди и заявил: Я глава Ордена Золотистого Сердца. Являюсь магом Биологического вида, а также самым востребованным целителем в стране. Принимаю в свой Орден всех достойного вида, манер, а также магического искусства.

Мужчина с красивым личиком и в золотой одежде сел на свое место.

После этого вновь возобновился шум и шепот около сотни детей. Некоторые говорили: Эх-х вот бы попасть в его Орден. Ах-х-х какой же он все-таки красавчик, а ведь не так далеко от нашего возраста. Надо бы постараться.

Анатолий Церагонов: КРАТКОСТЬ В СВОЙСТВЕННОЙ ТЕБЕ МАНЕРЕ! ДАЛЬШЕ ИДЕ~Т СОФИЯ ДЕНЬЕЦКАЯ.

Второй кого представил Анатолий была прекрасная девушка, кажется эльфийка, что достаточная редкость особенно для провинции. Она была одета в зеленовато-синем наряде, что открывало пышную грудь. Чуть ниже же ее сопровождал красновато-белое платье, что гармонично сливались с друг другом в соединяющихся местах.

София также положила руку к сердцу: Здравствуйте, будущее нашей страны, я маг Элементальной магии всех Четырех типов. Хочу увидеть каменное стремление к цели, огонь в душе будущего поколения детей, красивый, как вода характер и воздушные, как ветер эмоции. Надеюсь, эти слова расскажут вам о моих требованиях, я могу быть ласкова, но праведной, легкой на подъем, но твердой, когда дойдет до критичности. На этом моя речь закончена.

Анатолий Церагонов промолвил: А какой орден-то?..

София, как безобидное дитя: Ах да, я глава ордена Цветок мира.

Рахдим приложив палец уже одной руки к подбородку: А она весьма красивая девонька.

Артем: Вообще-то, в первую очередь она уважаемый маг, и это не культурно видеть в ней грудь, да бедра.

Рахдим: Ах да, я же забыл, у тебя шарики за ролики выходят только при виде полу-рептилий. И кстати, не забывай, ты мне должен.

Артем: Ром, можешь заткнуть этого гомо-паучка?

Рахдим: М-м-м паучок, меня так ласково никто не называл знаешь ли…

Артем от смущения оскалился на уже двуглазого и просто слащавого парня в фиолетовой рубашке с голубовато-белой паутинной сеткой.

Рома: Тихо. Там, между-прочим есть еще Главы.

Анатолий Церагонов: ТРЕТИЙ, ЗАНТЕР НЮКЛИФ

Вслед за эльфийкой встал мужчина, одетый в плащ, сотканный из множества рваных тканей, а сам он напоминал мумию. Его лицо было худощавое, показывающее всю его строгость и через что он прожил. Его рваная мантия словно развивалась на легком ветру, хотя в таком здании его и по факту быть не должно. А голос его напоминал голос старца, что не пил больше десяти недель, хоть и с виду ему можно было дать максимум сорок.

Он не стал класть руку на сердце, хоть и было еле-еле, но видно очертание кулака на ткани.

Зантер: Я глава ордена Неощутимого Взора, являюсь архимагом Душ и Астрала, так что если вы умрете, то я всегда могу подчинить ваш дух и проявить в этом мире Хэ-Хэ-Хэ~ - с дикой, не естественной улыбкой немного посмеялся этот сухой человек. – Я очень люблю юмор знаете ли, так что, если вы маг не акти, но с юмором дружите, всегда рад вас видеть в своем Ордене. Покажите мне свою храбрость и смелость и считайте вы у меня в руках Хэ-Хэ-Хэ-Хэ~.

Зантер Нюклиф после небольшой секунды жутковатого смеха уселся в свой стул словно он ничего не весил, как перышко на ветру.

Шепоты толпы: А он походу, отличный в Сверхъестественном виде магии.

Рахдим локтем подтолкнул Рому: Хэй, Ромочка, как тебе этот потенциальный педофил.

Рома: Артем походу был прав…

Рахдим: Но ты ведь сам ни слухом ни духом о своей магии, даже я свой тип знаю, а Артем тем более уже освоил основы, так что шутки-шутками, но может тебе действительно приглянутся к Незримому Взору?

«Этот живой сухарик, глава чертовых жутких некрофилов, ну к черту к нему идти, хотя в принципе, сейчас о них все говорят, почему бы и нет».

Анатолий Церагонов: ЧЕТВЕРТАЯ, ЭВЕЛИНА ЦИЛЕНОВА!!!

Эвелина: З-з-здравствуйте ребята, перед вами я Циленова Эвелина – девушка с длинной розоватой шевелюрой, что словно плавали по воздуху, сделала низкий поклон, что показывало ее малиново-красный костюм графа, что был одет немного неряшливо. – Я архимаг Материального вида магии, а также Глава Беспечного Лика! – после этих слов ее костюм пестрил светом и красками, что переливались в цветовой мешанине. – Люблю я эксцентричность и имею страсть к быстрому реагированию к неожиданной ситуации, а также к импровизации. Люблю творческих людей, что хотят добиться своего, но своими методами.

Артем: О, вот туда тебе надо, Ром.

Рахдим: Ну да. То, как ты пропихнул нас сюда, достойно Личика.

«В пизду ее и ее ебаный Орден. Эти гомики чуть не сгрызли половину моего ебла. Хрен вам, а не Лико».

Рома: А что на счет вас, куда бы вы хотели?

Артем: Хм-м, сложный вопрос, но Золотистое Сердце, медицина и помощь людям, а также богатство и статус – мальчишка с синеватыми волосами слишком громко раздумывал у себя в голове, что даже были слышны его подсознательные бормотания - …думаю я хочу туда.

Рахдим: Я люблю совершать авантюры, так что Неощутимый Взор, мне подходит.

Артем: Но вы подождите, там еще двое остались.

Анатолий Церагонов: ПЯТЫЙ, АЛЬБЕРТ НАУМАНЦЕВ!!!

С пятого стула с высокой спинкой, встал мужчина в темно-коричневом пиджаке, что был надет на клетчатую салатовую рубашку с черной бабочкой и фисташковыми штанами. Его лицо было аккуратное, но вместе с этим очень уставшее иссушенное днями, утрами, вечерам и ночами непрекращающихся работ. А волосы у него были блондинистые, с прямоугольными окулярами на глазах.

Алексей говорил так, будто хотел как можно быстрее со всем этим покончить: Здравствую всех присутствующих, один момент.

Спустя мгновение вся толпа, что внимательно слушала многоуважаемых глав, очутилась в белом зале, в котором не было видно ни единой стены, лишь потолок и пол, а также школьные парты. Рома очутился за партой вместе с Артемом, пока Рахдим был соседом с задней парты. Одежда Ромы внезапно отсохла, а Рахдим был одет в темно-синею рубашку и темную жилетку. Повертев головой, можно было увидеть всех остальных детей также одетых, как на праздник аристократов, которые тоже были в замешательстве.

И спустя время, спереди всех парт был виден стол. За которым с серьезнейшим взглядом окутывал всех, человек в прямоугольных очках и в коричневом пиджаке. Но сам он выглядел в стократ свежее, словно тот помолодел на десятки лет.

Альберт: Моя фамилия Науменцев, я представитель рода Науменцовых одних из самых сильных родов в Иллюзионном виде магии и представитель ордена Пронзенного Рассудка. Вы все находитесь в Иллюзии, созданной мной. Играть в поддавки я не стану, уважаю в людях хитрость, ясность ума и хладнокровность и уж постарайтесь мне понравится.

Также через секунду все дети оказались снова на земле по среди Арены

От такого представления многие дети аж ахнули и даже немного завороженно покричали, явно желая вступить в Затуманенный Рассудок.

Артем: Ох-х-х епт твою ж…странное…представление. Именно поэтому я и не люблю Иллюзионистов.

Рома: Остался только тот кто представляет еще один вид магии, интересно кто он.

Рахдим: И в прям, возможно они оставили его, как вишенку на торте.

Анатолий Церагонов: ВИДИМО АЛЕКСЕЙ СНОВА ПОКАЗАЛ СВОЙ ИЗЛЮБЛЕННЫЙ ПРИЕМ, А ТЕПЕРЬ ЖЕ Я ПОЗНАКОМЛЮ ВАС С МОИМ ДОРОГИМ ДРУГОМ – ШЕСТЫМ ГЛАВОЙ…….

Но на шестом стуле, никого не было. Оно было пустое.

Толпа: Стоп, а куда он? А он точно был там? Что? Так, где шестой то?

Как вдруг.

ГОЛОС: ДЕТИШКИ, ВЫ ЗНАЕТЕ В ЧЕМ СИЛА!!!

Толпа детей ужаснулась и удивленно вертела головой в надежде узнать источник громкого и словно дикторского голоса. А пока дети искали шестого, все пятеро глав, что сидели на своих стульях внезапно ударили себя ладонью в лицо и через нее же говорили: Опять он за свое…

Внезапно земля снова задрожала. И за частью Арены, где находился балкон Глав. Появились гигантские руки, что схватились за верхушку стены. Затем показалась такая же колоссальная темная голова, из которой полыхали белые огни на месте глаз. Исполинское лицо приблизилось к детям, что уже сжались в друг друга из-за страха.

Но голова внезапно разинуло свой рот, который не был прикреплен к щекам или к чему-то еще. Оттуда высунулся язык, а за ним ослепительный белый свет. И за светом виднелся темный силуэт с двумя клинками, и в плаще со шляпой треуголкой.

ГОЛОС: В СПЕЦЭФФЕКТАХ!!!

После этих слов из гортани и рта вышел человек с полу-кудрявыми бурыми волосами лет двадцати пяти. Чей плащ был хоть и простоватым, но обнесенный еще более темными линиями, особенно на воротнике. А после слов, вокруг рта появились Щупальца, Клешни и Лапы Пауков, покрытые черным дымом.

ГОЛОС: Я ХЭЙЛОНД ВЕРГЕССКИЙ И Я ТЕНЕМАНТ, ПРЕДСТАВИТЕЛЬ КОСМИЧЕСКОЙ ЛАДОНИ. А ТАКЖЕ…а…а-а-а-А-А-А-А!!

Человек, из-за которого вся толпа ахала и охала внезапно упал прямиком вниз, словно камень. А Гигантская голова испарилась в черную дымку.

Хэйлонд: Твою ма-а-ать!!! – Человек в плаще с криками падал в низ вертясь из стороны в сторону. И из человека, что вызывал Вау эффект, он стал эдаким шутом на фоне всех остальных глав, что теперь же вызвало небольшой смех толпы.

Внезапно человек растворился в воздухе. А затем появился рядом с тем, кто стоял на перилах балкона.

Хэйлонд: Фух-х, выкрутился…Так вот, а также я явлюсь одним из агентов-приключенцев нашей с вами страны. Люблю людей не ординарных и полных сюрпризов, вот как его – тот хлопнул директора по спине. – В том числе и в образе мышления и владения магией. – человек в плаще, то водил пальцем у виска, то покрывался черными щупальцами, во время своей речи. – Уверен среди вас есть те, кто в магии либо не смыслит, либо так и вовсе в ней плох, и я верю в то, что не магия говорит о том насколько силен волшебник, а говорит то, как этой магией пользуется человек. Так что если среди вас такие есть, и вы не скучные зануды, то добро пожаловать ко мне, и каламбур “вы теперь в моих руках” был бы уместней сейчас, Зантер.

Анатолий Церагонов: КАК ВСЕГДА, ТЫ ЛЮБИШЬ ВЫДЕЛЯТЬСЯ ХЭЙЛИ, А ТЕПЕРЬ ВОТ ЧТО Я СКАЖУ ВАМ, ДЕТИШКИ. ПЕРВОЕ, ЭТИ ГЛАВЫ ПРОФЕСИОНАЛЫ ВО ВСЕХ ВИДАХ МАГИИ, НО ТО КАКИЕ ОНИ ВАМ ПРЕДСТАВИЛИ ОНИ ЗНАЮТ НАМНОГО ЛУЧШЕ.

Анатолий продолжил: ВТОРОЕ, ПОД ИХ ПРИСМОТРОМ ВЫ БУДУТЕ УЧИТСЯ МАГИИ, ИЗУЧАТЬ МАГИЧЕСКИЙ МИР, ОТ АРТЕФАКТОВ И МОНСТРОВ ДО ЗЕЛЬЕВАРЕНИЕ И ГЕОГРАФИИ.

Анатолий завершил свою кричащую речь: ТРЕТЬЕ, СЕЙЧАС ВЫ ВСЕ ПРОДЕМОНСТРИРУЕТЕ НАМ ВСЕ ВАШИ НАВЫКИ, КОТОРЫХ ВЫ НАБРАЛИСЬ ЗА УЧЕНИЕ В НАЧАЛЬНЫХ ШКОЛАХ, И ВСЕ ЭТИ ЛЮДИ БУДУТ ПРЕДЛАГАТЬ ВАМ МЕСТО, А ВЫ ЖЕ ДОЛЖНЫ БУДЕТЕ ВЫБРАТЬ К КОМУ ПРИСЯГНУТЬ. А ЕСЛИ ЖЕ НИКТО НЕ ПРЕДЛОЖИЛ ВАМ МЕСТО, ТО УВЫ ПОПЫТАЙТЕСЬ В СЛЕДУЮЩЕМ ОТБОРЕ!!!

Глава 5. Моя драгоценная метла

Анатолий Церагонов поубавил свой ярый энтузиазм и уже начал говорить, как обычный человек: Отбор будет делится на несколько этапов, все они будут проводится тут же. Первый этап покажет ваши способности контроля маны. Второй вашу ловкость, силу и интеллект в виде небольших задач. А третий и самый сложный - небольшой турнир, в котором мы вас всех поделим по две пары, в которых первые двойки будут сражаться с друг другом, а уже победившие в них будут также сражаться с друг другом. У вас есть пять минут, на небольшую подготовку, НАЧАЛИ.

После сея знакомства и объявления, все дети ринулись что-то да делать. Одни обсуждали со своими друзьями, что те думают. Вторые показывали свою магию. Третьи разминали свое тело. А четвертые пытались успокоится от грядущих испытаний.

Тишину среди троицы развеял Рахдим: Хм-м, а они весьма хитры…

Рома: Ты про третий этап? Я тоже так подумал.

Артем: О чем вы?

Рахдим: Как видишь, в третьем этапе нас заставят бороться в дуэли с кем-то.

Рома: А уже после победителя стравят с победителем с другой пары. И пока в первой дуэли действительно решает талант и навыки. То в второй будут проверять вашу дальновидность. Ведь победа в ней, уже зависит от того сколько средств ты потратил на победу в первой.

Рахдим: В третьем этапе победит тот, кто меньше устал.

Артем: И все же по мне как-то вы слишком утруждаетесь. Ведь эти этапы созданы для того, чтобы мы смогли продемонстрировать Главам наши умения. А не для того, чтобы рвать и метать других людей.

Рома с безумием захихикал: Эх-х, как же я люблю твою наивность. И все же, брат, мы обязаны будем в дальнейшем уметь биться и бороться с живыми существами. Возможно, с монстрами и магическими тварями, а возможно с ублюдками и магами.

Рахдим: Так что этот тест скорее покажет, наши способности причинять боль, а не способности в принципе.

Артем: Печально…И кстати, Рома, тебе будет тяжко. Ты хоть и зачитывал книжки по магии, но ты все еще за всю свою жизнь ни разу не использовал ни одного заклинания, который бы показывал твой тип магии. Единственное, что ты смог — это лишь заключить пакт с фамильным Ножом. Но ничего подобного, как мой Всплеск ты сделать не смог.

Рома: Мелкий, ты не беспокойся обо мне, я дам всем им пизды. Я как-то сам о себе позабочусь.

Рахдим: А что за фамильный Нож если не секрет.

Артем: На то он и фамильный потому и секретный.

Рома: Да брось ты, он нас спас от становления лепешками, короче. – Рома раскрыл свою ладонь. – Призыв, Глешиус. – рука Ромы покрылась синим огнем и из нее же появился темно-синий короткий меч по локоть. Чья глефа была украшена порезами виде иксов. – Нож Глешиус, создан Эльфами-Дроу из самого темнолесья в Цансвизии – это где-то там, на западе от Расградии. Дед по маминой линии раздобыл его. Вроде как тогда, когда было истребление Эльфов, а уже после передал его отцу, а он мне.

Рахдим: И что же он делает?

Рома: Смори. – Рома провел его по земле сделав небольшую царапину по кирпичному полу. Спустя секунду, место была покрыта инеем, а затем загорелась. – Он замораживает место царапины, а затем создает огонь, который обжигает холодом.

Рахдим: Какая же она горячая, прямо как тот, кто передо мной... И все же тебе нужно узнать про свой тип магии, и желательно прямо сейчас…

Анатолий Церагонов: НО!!! – как звук молота об наковальню, объявил мужчина в элегантном черно-белом костюме. – В качестве мотивации для третьего испытания, победителю первой битвы, я выдам бонус в пределах разумного, от какого-нибудь способствующего предмета или даже любой информации.

Рома: Опа!

Рахдим: Вот он твой золотой билетик.

Артем: Хочешь спросить каков твой тип магии?

Рома: Ну а что же еще? Гей ли Рахдим или нет? Как умерла твоя мать или как исчезла моя?

Артем: Н-н-нет, не стоит. Все и так очевидно. Просто ты представь, как победитель жестокой битвы двух бывших школьников, подходит к директору и говорит тому: Я хочу знать свою магию. Это тип как спросить сколько у меня пальцев.

Рома: У всех свои проблемы…

Дальше ребята обсуждали шестеро глав Орденов, кто хорош, а кто не очень. Рахдим вновь подметил фигуру эльфийки - Софии Деньецкой и заводной характер Эвелины Циленовой, на которую с опаской постоянно смотрел Рома.

Артем начал предполагать кто в каких областях и стилях магии силен, а также обсуждал, кто сильнее нерушимый и здравый Биологический вид магии в лице Леонида Золстатова или холодный расчет и игра на нервах, в лице Альберта Науменцова и Иллюзионной магии. А Рома же критиковал каждого, особенно он издевался над жутким и противным с виду Зантером Нюклифом и над клоуном вселенной, и во вселенском виде магии – Хэйлондом Вергесским.

И так они коротали и без того коротких пять минут, пока…

Анатолий Церагонов: НУ ЧТО ЖЕ ДАМЫ И ГОСПОДА, да начнется первый этап!!! – мужчина, что назывался Директором, указал рукой на толпу детей. Как вдруг пол резко вознесся вверх вместе с балконом Глав, что был отрезан от стены. А кирпичный пол, начал постепенно превращаться в грунт с травой и даже цветками. Спустя несколько секунд всех окружало подобие леса, а все они находились в центре кругообразной чистой поляны. Из земли вышли ветки, что вырастали и вырастали, а потом стали…метлами.

Но от такой неожиданности и смены скорости с силой гравитации, Рома упал, ударившись об якобы палку. При виде этого несколько детей похихикали, а Артем с Рахдимом еле-еле сдерживали конский смех. От злости и обиды Рома пнул палку, немного усмирившись после.

Анатолий Церагонов: И так! первый этап, испытание метлами, здесь вы должны оседлать метлу. Метлы являются самым универсальным видом передвижение для приключенцев, а в частности для волшебников. Здесь мы увидим не только ваши способности контроля магии, но и способности на усмирения метел, ведь при вливании в нее ману, она становится разумной и все запоминает. И даже будучи не живой, она все помнит и чувствует.

Рома: Ох черт.

После окончания небольшой речи Анатолия все дети начали вливать ману в Метла. У некоторых получалось сразу и даже без особых усилий. Другие же выделывались чуть-чуть усердней, но тоже взмывали ввысь. Артем и Рахдим, так же уже были в воздухе. И показывали Ромке жесты, подначивая того как можно скорее стать одного уровня с ними.

Рома взял в руки свою метлу и влил в нее все свои силы и как только он это сделал, метла резко сделала тому мощнейшую пощечину своей метелкой и прутьями. От такого столь сильного и даже унижающего, удара Рома пошатнулся в сторонку, крепко держа свою метлу.

Рома: Твою мать. Она же бешенная. Эй? товарищ Директор – внезапно Рома захотел обратится за помощью к мужчине с мощной растительностью на лице. – Моя метла походу бракованная, могу ли я ее заменить на другую?

Анатолий Церагонов: Эмм, как видишь, Рома, других метел больше нет, все уже заняты другими учениками.

У Ромы мельком пронеслась мысль

«Стоп, а откуда он знает мое имя?»

Рома: Но это же как-то не честно по отношению ко мне, что первое что делает моя метла, так это ударяет меня прямо в лицо? Вам так не кажется? – в его голосе начали звучать нотки детской обиды и хитрости.

Анатолий, что стоял на парящем балконе смотря на Рому, немного усмехнулся говоря: Нетушки, твой трюк со мной. Не Прой Дёт.

Голос Ромы в его же голове с эхом отразился от стенок его черепушки: «Твою мать он знает. Так блядь, возьми и придумай как оседлать метлу. Может попробовать то, что сделали бы Арт и Рахд, на моем месте. Хм-м-м. Артем бы просто вложил бы ману в метлу, обыкновенный расчет. А вот Рахдим бы~, он бы начал заигрывать и домогаться даже до метлы. Ну, к черту, давай уж хрен ли. Да вроде и директор говорил, что метла плюс-минус, но эмоции имеют, особенно имеют если могут дать пощечину».

Рома, аккуратно взяв метлу словно за женскую талию приблизил ее к себе и с романтизмом в голосе сказал: Метелочка, дорогая моя, прошу меня прости. Я…я оплошал. Я совершил ошибку, не надо было мне так падать и вымещать злость на тебе, моем сокровище. Могу ли я…как-то загладить свою вину? Как на счет…нового лака для такого рельефа… - Рома начал элегантно поглаживать неровную и бугристую рукоять метлы, подкусывая свою губу. – Куплю тебе седло, выглажу Прутики и сделаю более шелковистыми. А закончим это, как вишенкой на торте, полетом туда, где будет виден пестрящий алым и золотистым цветом закат!

«Боже, как же стыдно. Сначала Рахдим заставил меня стонать, так теперь и эта ситуации просто вгоняет кроваво-красную краску».

Метла, услышав все эти слова, мигом начала тереться об Рому, словно кошка. А затем сама ринулась тому под ноги, чтобы тот уже ее оседлал. И Рома от такого даже ахнул на мгновение, а от этого вида покраснел и блеснул глазами его уже двуглазый друг – Рахдим.

Переметнув взгляд на Глав, можно было увидеть, как внезапно повернулась Эльфийка, а дама в разноцветном костюме аристократа с улыбчивым влечение все смотрела и смотрела на него.

А метла, завидев это, повертелась и покружилась, чуть не сорвав с себя Рому.

Рахдим: Я даже не знаю почему, но я немного завидую…

Рома: Знаешь, Рахди, твои гомиковские заигрывания как-то даже мне помогли.

Артем малость покосился от Полуарахна: Эм-м, нестандартный способ покорения метлы…

Анатолий Церагонов: МОЛОДЦЫ! Первый этап окончен приступаем к следующему, второму, в котором вы продемонстрируете, Интеллект Силу и Ловкость.

Глава 6. 2-й Этап, Мышцы, Пальцы и Мозга

Внезапно грунт с землей переменялся на поле, что походило на беговые дорожки в стадионах. А густой лес на Деревянные стены, в которых видны трещинки и кольцевидные следы. Благо небо все также было видно прекрасно. Вместе с деревянными стенами и около-резиновым полом, вдоль стен появились столы с паззлами, а на столах были светящиеся надписи с именами Детей.

Каждый подошел к столу со своими именем и Анантолий произнес:

Анатолий Церагонов: Для начала, тест на сообразительность. На столах с вашими именами есть паззлы, которые вы должны решить за 1 минуту. Каждый паззл уникален, и соответствует скажем так со самым нерво-трёпным вопросом для того, кто его решает.

Рома, все еще зависавший в воздухе на своей метле, наконец обрадовался, что ему не придется использовать свою и без того плохой контроль маны и лишь поверхностные знания в заклинаниях. После этой мысли тот спустился с воздуха на землю и подошел к своему столу. Тот увидел кучу деталей паззла, но необычные. Пока обычные паззлы имеют четкую форму, то паззл Академии был не только обыкновенным квадратиком с острыми углами, но и был…по мнению Ромы не честным. Каждый раз, когда он брал кусок в руки, его картинка изменялась.

«Черт возьми» – мысленно произнес Рома: «Так так так так, тут должно быть логическое объяснение». – Тот соединил ладони и сел на колени, так чтобы максимально близко увидеть каждую деталь. – «Думай Рома, думай. Думай сука. Время ведь поджимает».

И пока Рома в конвульсиях раздраженности осматривал каждую деталь на предмет подсказки. Он мельком увидел, как в далеке Артем, не просто спокойно собирал паззл.

Так он делал это с абсолютно зафиксированной головой, что уперлась прямиком вперед в стену, перед столом. Это выглядело весьма жутко, как Артем с абсолютно мертвым или же сосредоточенным взглядом в пустую белую стену, не мешкаясь собирал кусочек паззла за кусочком, как какой-то голем, которого поставили на определенный цикличный алгоритм.

Рома закрыл глаза руками пытаясь сосредоточится и придумать, что же делать. Оставалось секунд 20.

«Давай-же, давай-же. Артем. Взгляд. Паззл. Кусочки. Тест на сообразительность.

Анатолий. Как он узнал мое имя. Артем. Взгляд. Сообразительность. Кусочки. Взгляд. Сообразительность. Кусочки. Кусочки. Кусочки. Кусочки». – Как вдруг Рома открыл глаза. И он мельком увидел, как все кусочки паззла из черного цвета перешли в безобразную мешанину. – Кусочки…и…взгляд. Взгляд!

Рома попробовал разложить кучу кусочков паззла в подобие квадрата. Закрыл глаза и резко открыл. И да, на мгновение хаотичная масса, походившая на квадрат была абсолютно черной.

Рома: ДА! Я понял! Еще чуть-чуть и…

Анатолий Церагонов: И так детишки, почти все уже завершили этот легкий паззл, мои поздравления!

Рома: Что… - В голосе Ромы прозвучала безумное недопонимание и обида. – Это же не честно…это же не правильно…

Анатолий Церагонов: А теперь приступим к следующему теста на…

Рома: ЭЙ!!!

Все дети, со скучавшим видом синхронно повернули головы в сторону Ромы, тоже самое сделали и главы, явно с интересом смотря на это.

Рома: Какого хрена, Анатолий!

Анатолий при виде Ромы, в одну секунду исчез, а в другую возник прямо перед ним, возвышаясь на четверть метра. От неожиданности Рома немного пошатнулся, а его дух начал сдавать назад.

Анатолий Церагонов: Что вас не устраивает, Роман?

Рома с подрагивающим голосом: Эмм, это неправильно, что большую часть времени на этот тест, тратится на додуматься до того, что паззл показывает ту картину, что видит ее собирающий. Из-за этого ты попросту ни хрена не успеваешь собрать ее. Это не честно и даже не справедливо. Этот тест не соответствует члену, аж целого совета нашей страны.

Анатолий Церагонов: Хмм, правда? Скажи, ты получается не хочешь здесь учится и вступить в какой-либо орден набивая навыки, верно?

Рома: А какого черта вы съезжаете от вопроса?

Анатолий Церагонов: Тихо-тихо-тихо. Сперва ответь на мой вопрос, а затем я все объясню.

Рома: …Я… хочу… учится и вступить в ордена этой академии… - отвечая взглядом, он сверлил Анатолию глаза.

Анатолий Церагонов: Так вот, везде есть свои правила. В играх, общественных местах и даже в целых странах есть свои правила и законы. И либо ты подчиняешься этим правилам, либо адаптируешься к ним. Здесь же были таковы правила. Есть 1 минута и соберите паззл. Что тебе здесь не нравится?

Рома: Вы не говорили, что паззл будет менять свою картинку!

Анатолий Церагонов: На то это и был тест на сообразительность, то насколько быстро ты поймешь, что вместо вечных раздумий, лучше раздумывать и действовать, ты ведь и сам это прекрасно понимаешь и даже иногда демонстрируешь. И все же таковы правила.

Рома: Правила нужны чтобы их нарушать!

Анатолий Церагонов: Прежде чем нарушать их, нужно их знать и понимать. Надеюсь, ты запомнишь наш с тобою диалог.

Рома с пустым взглядом опустил свой взгляд на землю: Но..но.н..но…но..но..

Анатолий Церагонов: Что же можем продолжать. И так!

Рома резко поднял свой взгляд и с ярой, бушующей ненавистью заявил: Но ведь я даже не обладаю своей магией. Я даже банальное заклинание не могу использовать. Разве это честно? Все люди здесь отлично обладают своей маной и типом магии. А я же, а я же никак… Никак не могу ее использовать, быть на ровне со всеми…не говоря уже о том как бы стать сильнее всех. И именно поэтому я тут! Чтобы научится становится сильнее, сильнее кого бы то ни было, я устал от своей жизни и пришел сюда чтобы стать им. А не для того чтобы решать сраные паззлы!

Анатолий приблизился к Роме и посмотрел он тому прямиком в глаза.

Анатолий Церагонов: Пока ты не стал членом ордена и учеником академии, то что ты не можешь пользоваться своей магией…попросту… не наша проблема. А теперь 2-ой тест. Тест на СИЛУ!

Анатолий мигом оказался снова на перилах парящего балкона, оставив Рому в одиночестве. Рома с дрожащим горлом, смотрел вверх прямо на небо. А спустя пару мигов, луч солнца на мгновение полностью его ослепил, заставив прийти в чувства.

Рахдим тихонько подойдя к Роме локтем с легкостью того подтолкнул.

Рахдим: Чего ты, Ромочка? Думаю тест на силу, ты точно осилишь. Так что не переживай. – Полу-арахн вновь перешел в свою истинную форму паука, с 8 долговязыми руками и 4 пылающими, красными глазами, при этом положил свою голову тому на плече. – Ты ведь не хочешь, чтобы тем кому ты дорог было грустно, как и тебе, верно? Давай же уберем эти слезы. – Рахдим медленно раскрыл свою острозубую пасть, из которой вышел длинный и немного заостренный язык.

А при виде этого Артем, а также все остальные и юноша и девушки сморщились или покосились.

Рома тут же схватил скользкий и мокрый язык: Спасибо, Рахд, но лизь-лизь для меня это уже немного слишком. – Со смущением, но облегченным голосом сказал Рома.

Рахдим: Оу, а ты уже сразу начал реагировать на мои ласковые нападки.

Теперь и Рома начал косится и морщить лицо.

Рома: И убери пожалуйста свои ручища от меня.

Рахдим: А, так ты заметил. – Покрутив языком по своим губам, Арахн убрал руки аккуратно прижимавшие к себе Рому.

Анатолий Церагонов: 2 тест, на силу. Армрестлинг. При помощи своих рук продержите руку на столе более минуты не проиграв, но и не выиграв, тест начнется, когда все

займут позу.

После очередного заявления директора паззл на столах исчез и на их месте материализовались мускулистые переполненные, силой руки, от которых так и веяло могуществом. Об этом говорили даже подрагивающие в такт мускулов волосы на них.

Рома идя к своему столу, сразу начал думать, как бы заставить мужицкую руку остановится. Тот сразу крутил в себе всю информацию о Армрестлинге.

«1-е – главное чтобы хотя бы продержаться в армрестлинге не сила руки, а стойка бедер и туловище. Нужно использовать массу тела к руке, чтобы в ней победить или простоять».

«2-е – Анатолий не говорил, о других правилах, так что скорее всего можно схитрить и использовать другие вещи».

«3-е – Можно попробовать воспользоваться столом, так чтобы перевесить силы в мою сторону».

Все подобные мысли смешивались с друг другом в голове Ромы, и тот уже подошел к столу и занял позу. Как вдруг его осенило.

Рома: …Призыв, Глешиус. – Достав свой короткий темно-синий меч, Рома с размаху прорубил Мускулистую руку, что пыталась каким-то образом увернутся, но не смогла ибо была намертво приклеена к столу. Отрезанная рука пару секунд болталась на столе, пальцами изображая предсмертные вопли. Рома оперативно взял рубаху и замотал место морозного «поджога», чтобы тот не замерз до состояния ледяного пепла.

Затем он положил ее на стол и схватил за кисть изображая позу для Армрестлинга.

Рома: Походу я смог адаптироваться, мистер Директор. – С ехидной улыбкой произнес это Рома, смотря из-за плеча в Анатолия.

Анатолий Церагонов: НАЧАТЬ!

Рома: Ну все, наконец все пройдет по мас…

Хрясь

Внезапный хруст руки сопровождал крик мальчика с темно-фиолетовой шевелюрой.

Отрезанная рука, стальной хваткой сдавила руку мальца, как медвежий капкан. Она полетела прямиком вверх, неся за собой балласт в виде Ромы.

«РУКА! Черт, блять-блять-блять! Нужно ее убить, пока она не убила ме…»

Рука инерционно врезала тушкой Ромы об стены и даже столы, сметая его по всей арене.

Мысли Ромы начали сматываться в мешанину, от встреч его головы и черепной коробки об случайные, твердые близ лежащие объекты. Единственное, что мог выдавить его рассудок так это слова.

«Почему снова, я такой слабак».

Анатолий Церагонов: Как вы видите заклинание Биологического вида, Рука

Неистовства, очень мощное заклинание и единственное, что ее может сдержать это лишь поверхность, к которой она закреплена. – Во время нравоучения, жилистая рука вместе с мешком из костей и плоти летала и кружилась по пространству вокруг.

«Опять…Мысль…т-теряется. Больно. Как же больно! По…победить…нужно вы-выжить, ГЛЕШИУС!».

Но Рома снова очнулся от предсмертных глюков и вспомнил, что в другой руке, у него все еще находился Глешиус.

«С…»

Рома: СДОХНИ! – левая, рабочая рука бедолаги совершила взмах темно-синего клинка, но мимо.

«Твою мать! С-с-стой смирно!».

Хрусть.

Ручище вновь вдавила свои словно титановые пальцы вглубь руки Ромы, поворачивая

его кисть в неположенную человеку сторону.

Рома кричал, невыносимая, но так знакомая ему боль резала тому мозг, все его мысленные попытки выбраться рушились, встретившись с пронизывающей каждую клетку его руки боль.

«Мысли, мысли.мысли.мысли».

«Победить, победить, победить. Атака, атака, атака. Снизу – нет, сбоку – нет, сверху –

не…Стоп». – цикл из запутанных слов, что ворошились, как черви в разуме Ромы, осенили его.

Рома: Метла! Сверху! – Дав команду, метла, не смотря на отсутствие маны рванула к

Роме, впечатавшись в Ручище концом своей рукояти.

Но она немного повертелось, как червь, заставив метлу впечататься уже в стену. А Рому она снова взмыла вверх и начала раскручивать его тельце, как неконтролируемая и бешеная карусель. А затем пальцы Неистовой Руки ослабли. Ядром, полу-мертвый Рома обрушился в стену. От прикосновения, послышался громчайший удар и хруст пары косточек.

Из-за того, что все это происходило так резво и так быстро, все толком не понимали, что происходит в том числе Рахдим и Артем. Но затем осознав, что только что свершилсоь, они оба ринулись к Роме, не смотря на то что они этим провалили тест.

Артем: РОМА! – Пока Артем окрикивал брата, Рахдим схватил Арта и на своих лапах и ногах толи побежал толи пополз к своему Ромочке куда быстрее чем раньше.

Но быстрее всех пришла к Роме Ручище, что вновь схватила его и без того раздробленную руку. Тронула его кистью часть стола, что застряла в одежде и среди остальных опилок, висящие на Роме. Она успокоилась и погрузилась в Рому, а вернее в щепки стола, знаменуя свою победу.

Вслед за исчезновением Анатолий изъявил: 2 тест Окончен, всем отойти от столов. –

После этого он посмотрел указательным взглядом на главу Золотистого Сердца, вопрошая помочь. Затем Элегантно мужская фигура, украшенная в серебристые и золотистые оттенки встала одной ногой на перилу и резко размылось, появившись прямо над умирающим Ромой.

Леонид Золстатов в свойственной манере аристократа, стоял прямо и величественно, над мальчишкой, на котором не было и живого места. А затем с холодной краткостью вопросил.

Леонид Золстатов: Скажи мне…Чего ты хочешь?

Рома: …

Леонид Золстатов: Ты хочешь быть магом?

Рома: …

Леонид Золстатов: Ты хочешь стать приключенцем?

Рома: …

Леонид Золстатов: Ты хочешь…равенства?

Рома: …

Леонид Золстатов: Понятно…ты хочешь быть сильнее всех?

Рома: Кхе-кхе, д…

Леонид Золстатов: Тогда тебе придется терпеть подобное неравенство сил все чаще и

чаще. Вплоть возможно и до смерти…

Рома: …

Леонид Золстатов: Ты не должен устраивать истерики и тирады на тему не честности и не справедливости…

Рома: …

Леонид Золстатов: Ты готов пережить все это?

Рома сквозь поломанное туловище и боль в голове от удара: д...

Как только воздух погладила буква «д», Леонид положил руку на Рому и вокруг их обоих образовался яркий зеленый свет, от которого веяло добротой, пониманием и исцелением.

И выпирающие кости, отваливающиеся куски кожи и рваные раны на теле ромы мигом обратились в здоровое тело. И теперь Рома, выглядел скорее спящим сладким сном, нежели помирающим.

К этому моменту прибежали Арахн и Артем сумели подебжать.

Артем: Черт возьми, Глава Золотистого Сердца Леонид Золстатов, как он?

Леонид Золстатов: Он должен выпить эту таблетку, помоги ему. – Из рук, что были окутаны золотистой тканью, появилась зеленая таблетка. Которую отдали мальчику с

Серо-синими волосами. Тот оперативно раскрыл рот своему братцу, засунул таблетку и пустил струйку воды из пальцев.

Рома спустя пару секунд резко опомнился и покашлял с ярой отдышкой, как от бега на 10 км.

Рахдим: Оххх елы, как черт возьми ты умудряешься закручивать обычные ситуации в чуть ли ни смертельные, а Рома?! – глаза Рахдима бегали из стороны в сторону, они веяли в нем панику.

Рома не обращал внимания на слова Арахна, а только лишь прокручивал в своей голове односторонний диалог с Леонидом, как пленку или видео-ролик. Он все вспоминал и вспоминал, то что тот ему говорил, про то, что будет того ждать на путь к силе. Как вдруг Анатолий вновь заявил.

Анатолий Церагонов: Подобные сцены с руками не столь редки, так что ничего сверхстранного не случилось. Потому, продолжаем 2 этап. 3 тест, тест на ловкость и меткость.

Внезапно столы удлинились и на них появились мишени в виде кукол из сена, чьи головы были мешками с нарисованными гримасами. Они витали над столами.

Анатолий Церагонов: 3 Тест, испытание не только на ловкость, но и на меткость. Вы должны поразить цель на ваших столах. И скажу сразу, они не представляют какой-либо опасности. То чем вы должны поразить мишени может быть, что угодно. У вас есть 30 секунд…1…2…3…НАЧАТЬ.

Рома мигом встал к переднему концу стола. И первой его мыслью было это использовать куски бывшего стола, которые все еще на нем висели. Но кинув их он понял, что они слишком разломлены, чтобы адекватно их метать. Затем он резко достал из ножен меч Глешиус, и тот его метнул прямиком в мишень, но увы руки Ромы не натренированы на метание коротких мечей. И тот воткнулся в стол. Затем по месту удара прошелся иней и затем тот начал гореть синем пламенем.

Рома: Твою мать!

Благо огонь, что замораживает легко потушить интенсивным дыханием.

Рома начал переживать и его лицо это выдавало, и заметив это его заботливая метла, ринулась того успокаивать. Она начала тихонько кружится вокруг него, как собачка, что пытается утешить хозяина. Настолько метле влезли ласковые слова Ромы, еще на 1 этапе.

И тут Рому осенило. Если он сам банально не умеет метать предметы. То пусть тогда предмет метнется.

Рома: Метла, дорогуша, помоги. – та резко встала вертикально, впитывая каждый звук, издаваемый Ромой.

Рома: Можешь поразить вон ту мишень? Я тебе помогу подержав тебя и метну… - Не дожидаясь окончания предложения метла с небольшим вихрем бросилась разить мишень. Метла пронзала воздух летя к ней. А затем проткнула куклу насквозь, потроша из нее солому и рваные куски ткани.

Хоть эта победа была маленькой, но на фоне того что произошло минутами ранее, это было триумфом для Ромы, тот даже молча ликовал от этого махая из стороны в сторону руками и ногами, чувствуя свободу и свежесть даже в костях, что недавно были сломлены и чей остаток боли, все еще гулял по его суставам.

Рома: Отлично, метла! Я тебе даже прутья заменю!

Как бы то странно не выглядело, но Рома был одним из первых, кто поразил свою цель.

И он впервые начал замечать других детей, что тоже собрались на отбор. Почти у каждого свой уникальный тип магии. Один из его соседей, что был одет хоть и просто, но тем не менее официально, что выдавало в нем человека знатных кровей, который из своих глаз, за очками пускал целые лучи белого цвета – Лазеры!

Другой же сосед пускал электрические молнии из пальцев поджигая и чуть ли ни взрывая свою мишень. Третья соседка пускала мечи, лезвия, ножницы и прочие острые предметы из ниоткуда разрывая в клочья. А его друзья также хорошо справлялись,

Артем сделал пистолет из рук и стрелял водяными пулями, что также имели боевую

мощь. А Рахдим притянул к себе паутиной мишень и прорубил ее своими острыми пальцами.

Глава 7. Стерва, Красавец и тот, кто любит покой

Анатолий Церагонов: 3 тест окончен как и 2 этап. Мои поздравления, теперь начинается самый сложный этап, дуэльный турнир! Альб, подсобишь? – директор вновь находчивым взглядом окликнул худоватого мужчину в фисташковом костюме, что украшал коричневый галстук и строгие очки, с соколиным взором.

Альберт Науменцев: Всем закрыть глаза…

От такого, почти что королевского приказа, все дети машинально закрыли глаза, в том числе и Рома с компанией. И сразу же закрыв глаза, все дети даже их не открывая, также очутились все в том же белом пространстве, но пол уже был кафельным. А на поле были эдакие зеленые ленты, что создавало границы для всех остальных. Но в этих прямоугольно-образных границах были по двое детей, а с ними рядом, по соседству еще двое, что создавала эдакий квадрат из двух прямоугольников, которые были отдалены от других четверок.

Рома оказался как и все, в квадратике, что был поделен на две части. А вместе с ним на одной стороне, стояла девушка, примерно его ровесница. Девушка была с огненно-рыжими волосами, одето в осенне-сезонное платье, что покрывало веревочная накидка, а сама она выглядела элегантно и аккуратно, явно одна из младших детей какого-нибудь депутата. Лицо было утонченное и как ни странно, с минимумом макияжа, лишь небольшая обводка на глазах под цвет волос, а также карие глаза, которые гармонично сочетались с…остроугольными ушами.

«Она полу-эльф» мысленно сказал Рома. А переводя взгляд чуть ниже ее подбородка, нельзя было не отметить ее весьма фигуристую и большую грудь, для 14-16 летней девушки.

Девушка: Эй, ты извращуга! Ты куда взглядом сверлишь!

Внезапно по лицу мальца с серо-фиолетовыми волосами и со смятой одеждой, где все еще красовались куски от когда-то, существовавшего стола, прошлась нежная девичья ладонь…насквозь.

Рома посмеялся: Дурында – это же Иллюзия, ты не можешь меня ударить.

Девушка: Ну ничего, потом ощутишь на себе удар, младшей дочери семьи Фэр’рэн. – Девушка с улыбчивым оскалом, показала Роме кулак, сжимая его чуть ли ни до крови.

Рома: От кого-кого? – Явно провоцируя девушку и вымещая на ней свои мини-неудачи, спросил ее Рома.

Девушка: Я Лилия Фэр’рэн Лемаловна. Младшая дочь Губернатора города – Лемалия Фэр’рэна.

Рома: Угу, и женское имя у Губернатора, должно мне что-то говорить?

Лилия: Ты не смеешь так говорить, о моем отце! Небось своего нет, потому и отыгрываешься!

Рома: Да не~, свой-то у меня есть и еще как и даже слишком много. Просто люблю издеваться над халявщиками, как ты.

Лилия: Э-э-э-э, я не халявщица!!!

Рома: Уууугу. – Он демонстративно обвел вновь ее тело и наряд взглядом. – Так и поверил.

Лилия: Я днями и ночами тренировала свою магию!

Рома: А что у тебя за магия?

Лилия: Ага, так и взяла и рассказала, сопернику.

Рома: Вообще по справедливости, у меня нет магии, вернее она есть, просто я не могу ею воспользоваться. Иначе того концерта, не было бы.

Лилия: Все равно не расскажу. – Та злобно хмыкнула и отвернулась от него.

Рома тяжело вздохнул: Ну ладно, если биться, то хотя бы зная имена друг друга. Роман Дрежнев меня звать.

Лилия: Мое имя знаешь, рада знакомству.

Рома: Угу~.

Пока огненная девушка повернулась Роме спинной, что выдавало интересную картину сзади…Рома услышал.

Альберт Науменцев: Я распределил вас, абсолютно случайным образом по 2 пары в два человека. Правила помните. Победители первых пар получают некий бонус, а уже после проводится финальная между ними битва. Вы можете использовать почти любые средства. В битве вы можете продемонстрировать максимальную жестокость, но ни в коем случае нельзя убивать соперника. Открывайте глаза.

Все снова по приказу открыли глаза, и увидели себя в уменьшенной версии футбольного стадиона для десятки детей и подростков. Все дети сидели распределившись на дуэльные пары и четверки. А группы этих четверок сидели чутка дальше друг от друга, на деревянных сиденьях небольшой трибуны. А трибуны находились над достаточно большой ямой, что был усеян песчаного оттенка кирпичом, походу она служила ареной и была выстроена так, чтобы не навредить окружающим.

Где-то не так далеко, можно было увидеть даже Артема, что был в своей четверке, а также Рахдима, находившийся в своей…парни, которой сели на края стульев и максимально пытались отдалится от потенциального насильника. А сопернику Рахдима повезло меньше всех, и тот вот-вот засунет свой язык тому в ухо. Но хвала богам Рома вовремя посмотрел в глаза Арахна и тот резко выпрямился и сел, прямо, как приличный мальчик.

Но самое ужасное, что Рома сидел чуть ли ни прижавшись к Рыжей Лилии, что сильно того напугало.

Рома: Если что это все еще иллюзия и твои удары все еще по мне пройдут, окей?

Лилия, понявшая, что слишком близко сидит с Ромой: Не буду я тратить на себя свои силы.

Рома: Поймал на слове, буйная девчонка.

Лилия: Как? Как ты меня назвал?

Рома: Ну…буйной, скажи спасибо, что хоть не стервой.

У Лилии словно загорелись волосы, от того как она встала с трибуны, уставившись на сидевшего мальчика, что лицом своим показывал абсолютный пофигизм. (Но глаза выдавали безудержный страх и ужас, но она того не заметила).

Лилии: Что? страх совсем потерял, люпина сын. – Она сжала кулак с такой силой, что можно было услышать звук трение кожи и даже хрусты. – Как же я буду рада тебя отметелить по первое число!

Рома от последней фразы вывалил в кулак небольшой смешок, а потом вновь уселся в стул.

Очаровательный юношеский голос: Да как ты смеешь дерзить такой леди. – Рома почувствовал на своем плече кулак со звуками железных колец переплетенных с друг другом. – Ты сейчас же извинишься перед ней и заткнешь свою псиную морду.

Рома: А? – Рома следовательно голосу, повернул голову, и увидел юношу с блондинистыми волосами и челкой. Аккуратное и чуть ли ни модельной лицо, с голубыми глазами. От слащавости лица парня перед ним, на мгновение Рома увидел

Рахдима и уж было хотел сказать: «Рахд, только по смей мне снова в ухо язык засунуть, иначе я тебе так отодру, что твой парень обзавидуется. (Хотя Рома все еще не уверен об ориентации своего дружка)».

Но Рома после лица сразу же перевел взгляд на одежду юноши. Кольчуга надетое на стильную серую рубашку, а на плечи и грудь накинуто укороченное подобие нагрудника, что блестели при свете солнца. А за спиной блонди красовался меч, меч настолько красивый и блестящий, словно выкован самими богами очарования и красоты.

Рукоять одноручного меча была обмотана невероятно качественной кожей, гарда имела форму перьев, а перья что были направлены чутка вверх заострены и блестели вместе со всем лезвием, от которого веяло величием.

Рома: Ты кто вообще такой, чистюля?

Артистично подняв руку к подбородку и выбрав такой же тон: Я Люмиус ЭксЭверин, а ты плебей я так понимаю Роман, не так ли?

Рома: Ну, допустим, что да.

Люмиус: Так вот, Роман, вы только что оскорбили, прекрасную прелестную и беззащитную даму. – Резко сменив тон с артиста на настоящего романтика он сказал. –

Благо я во-время оказался рядом, чтобы помочь вам, леди Лилия.

Лилия: Какой ты меня назвал, напыщенный засранец?

Люмиус: А? – Эта интонация была почти идентичной Роме.

Лилия: Беззащитной говоришь? А, скотина?

Люмиус: Э-эм, Лилия-Лилия, я не это имел ввиду, я… - В лице романтика виднелся страх и крайняя неловкость, а голос начал слегка перебиваться и дрожать.

Лилия: Нет, ты сказал, то что имел ввиду.

Люмиус: Э-э-э-э.

Рома: Хэ, ну понеслась веселуха. - прохихикал он, но тут средь одностороннего разговора воскликнулся 4-й голос.

Голос, через ладонь на лице: Заткнитесь блядь уже!!!

Все трое повернулись на четвертого в группе, мальчика в темно-зеленой мантии, что был разукрашен словно стеклянно мозайкой, он был одет в рубашку, на которую был надет жилет в коричневую расцветку с черными узорами. Но лицо, лицо было утонченное, а глаза грозные, которым было наплевать убить или помиловать, глаза желтые с Каштановыми волнистыми волосами, что выдавали челку и косу сзади. Но благодаря очкам, Рома узнал в нем того самого пацана, что стрелял лазерами из глаз.

Рома: О, лазерный глаз оказывается с нами! Если что по секрету скажу, что с такие как он. – Рома указал на Люмиуса. – Скорее всего, ну из этих, потому ты знаешь, что делать.

Мальчик в мантии: И ты закрой пасть, заебали уже! Я б лучше в компании душеебных душнил-бесов побывал нежели с вами. Орете блядь, орете, закончите уже это и давайте смотреть сраную дуэль.

Лилия успокоившись: Да, он прав, вы оба мне уже надоели. – Она отвернулась от мальчика в мантии и Люмиуса. А последний с разбитым выражением лица, сел и смотрел с грустью в низ.

Рома также отвернулся и увидел, что первый бой уже давно начался. И его опечалило, что это был бой Рахдима с его соперником.

Глава 7.1. Бой Рахда

Рахдим приняв форму Арахна, был уже слегка возбужден и от его дыхания шел легкий пар. И можно было увидеть его соперника, что был весь в слезах. Он еле-еле стоял на дрожащих ногах, робко держа в руках свой цеп.

Мальчик в слезах, с голосом грусти и малой истерики: Почему?..Почему?..Мой соперник, мой враг. ИМЕННО ТЫ?!

Рахдим: Ох как заорал. Это немного, но чем-то походить на стоны отчаявшейся девушки.

Мальчик в слезах: Боже…боже…боже боже боже боже-боже-божебожебоже, как же ты заебал, КАК ЖЕ ТЫ ЗАЕБААААЛ!

Рахдим: Ммм, да вот так-то… - Арахн явно наслаждался звуками своего соперника.

Мальчик в слезах: ПОШЕЛ НАХРЕН СО СВОИМ «вот так-то»!

Мальчик в темно-синей рубахе и черными штанами замахнулся и метнул цепь с острым и шарообразным концом в Арахна, выплескивая накопившиеся эмоции.

А тот резким рывком в сторону от того уклонился.

Рахдим: Ммм, какая длинная и большая.

Мальчик в слезах: ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ УЖЕЕЕ~! МАГИЯ ПРИЗЫВА, МАГИЯ ПРИЗЫВА, МАГИЯ ПРИЗЫВА! – Множество клинков, ножей, даже кухонных появились перед мальчиком в гримасе злости и горькой ненависти. – МАГИЯ ТЕЛЕМЕТОК, ЦЕЛЬ! – Все призванные предметы, что были покрыты некоторыми однообразными черными метками ринулись со скоростью чуть ли ни ветра в Рахдима.

А тот филигранными и элегантными движениями уходил, то в одну сторону, то в другую. Рахдим вертелся в лево, а за ним шел звук столкновения песка и металла. Но один нож все же задел руку Рахдима.

Рахдим: Охх. Да ты по сути побывал в моей руке, вот же Рукоблуд.

Мальчик в слезах: НЕТ НЕТ НЕТ НЕТ НЕТ НЕТ, НЕТ!!! Магия телеметок, В разнобой! – орудия мальца в слезах обрели новую метку и увеличились в скорости, хаотично метясь в разные конечности Арахна. – Я ЗАТКНУ ТВОЮ ПАСТЬ!

Рахдим: Магия паутины, Легкая прочность. – Все 4 красных глаза Рахда, максимально раскрылись покрывая чуть ли ни все тело красным светом. А хитиновые наручи Арахна обливались резвыми белыми и тончайшими паутинками, что блестели под светом солнца.

Все орудия, что застряли в стене ринулись к нему, но а Рахдим…Со звоном и лязгом металла Арахн отбивал один нож и меч за другим. Его паучьи руки двигались с такой скоростью, что были видны лишь их очертания и после-образы. Он перебирал руку за рукой, а холодные оружия, чуть ли ни со звоном колокола отлетали от него. Прочность его хитиновых рук была столь высока, что каждый удар сопровождался искрой металла.

Это заняло пару секунд, но а Рахдим был целехонек.

Рахдим: Какой же ты скоро-стрел однако, хихи.

Мальчик в слезах: хы…ха…ХАХХАХАХХХАХАХАХАХХААХХАХАААААААА. – слезливое лицо с бурыми волосами залилось в смехе и всплеске безумия…или облегчения… - ТЕБЕ НАКОНЕЦ БУДЕТ ПИЗДЕЦ, ХАХАХАХАА, МАГИЯ ТЕЛЕМЕТОК, ОКРУЖИТЬ И УНИЧТОЖИТЬ!!!

Все лезвия, что лежали вокруг Рахдима, моментально оказались в воздух и также моментально со всех мыслимых сторон кинулись на него. Сверху, слева, справа, спереди, сзади. Рахдиму не куда бежать…

Позже слов мальчика, прозвучало множество звуком металлических ножей, что вонзались в чью-то плоть. Спустя секунду все увидели полу-паука полу-человека, что был нашинкован почти всем, что в него летело.

Рома мигом встал с явным испугом за друга.

Рахдим: Оххххх, да ты сделал во мне еще больше дырок…. – еле-еле дыша говорил Арахн.

Мальчик в слезах: НнЕЕЕЕЕЕееееЕЕеееет, ты замолчишь. Магия Телеметок, молчать.

Цеп, что однажды тот метнул, покрылся еще одной меткой, а затем полетел в Рахдима. И обмотал тому голову и рот, словно кляпом.

Мальчик в слезах: ДааААаАаАааа! Наконец…тиШИна…

Рахдим: АААААаААх. - Арахн с обмотанной головой, начал неистово стонать.

Мальчик стал яро дышать и дышать, дышать и дышать. Смотря в голову обмотанной цепью. Но тут перед ним появился Директор и Леонид Золстатов, последний сразу начал лечить Арахна.

Анатолий Церагонов: Все-все-все…ты победил, пора отдохнуть. - внезапно мальчик, что был в слезах, устало закрыл глаза и упал прямо на Анатолия, но а тот его поймал. И поместив на летучую койку, что тот призвал телепортировал к остальной группе.

Арахн все еще продолжал стонать, но все медленней и медленней параллельно захлебываясь собственной кровью.

Благо Леонид, явно не раз лечивший колотые и резаные раны в таком, колоссальном количестве, быстро поправил Арахна. И тот также впав полусонное состояние также отправился к остальной группе.

Глава 7.2. Мышцы сквозь Лед, разум Артёма

«Наконец пидорские заигрывания этого полу-гомика полу-паука сыграли с ним в злостную шутку», крутил в своей голове Артем, смотря на ожесточенную битву Арахна и Бедняги, что пришлось с тем общаться. Хотя была она ужасна только для одной стороны, пока для другой это все было не больше чем игра с мышкой, которая кусает уж слишком больно.

«Хотя на счет пидоров, странно, что Ромка словно пружинка, мигом выпрямился, когда тот Гомик чуть не умер…повод задуматься. Черт, скоро же моя битва, а мой соперник хоть и маловат, но все равно выглядит слишком угрожающе».

Косым взглядом время от времени Артем посещал мальца, что сидел рядом с ним на трибуне. Он был чуть ниже среднего роста, в простоватой рубахе и тканевой футболке, одет неряшливо. Ноги были одеты тряпичными шортами и кроссовки с 1-ой полоской. А лицо было, слишком у него расслабленное. Словно того вообще не волновало, что тот может либо проиграть либо выиграть и что конкретно бой скорее всего будет влиять на то возьмут ли тебя в Орден. Эту картину пофигизма красили русые волосы небрежно зачесанные руками, а также карие глаза, что были в абсолютной прострации и даже не осознавали всю серьезность.

«Черт, он слишком уверен в себе, по закону подлости такие как он отлетают одним чихом. И Рома это даже подтвердил. Думаю смету его достаточно быстро…Хотя стоп…а вдруг он специально себя так ведет. Вдруг это один большой план по затуманиванию мое бдительности?»

По среди самобичевания Артема, внезапно, прозвучали слова Анатолия, объявлявшие очередную битву. Артем резко переменял взгляд на двух девушек, что готовились начистить друг другу весьма красивые лика.

Лиза: Меня зовут Лиза Кроудфорт! Я из семьи Кроудфортов вышедший из дома Аквфортов! Мой тип магии Криомантия! И я надеюсь угодить Главам Орденов!

Внимание всех привлекла девушка чуть старше 16. С деловой прической из пучка на затылке и диагональной челочкой спереди, цвета темно-голубого. Одета в женскую элегантную мантию желтого оттенка, с голубоватой рубашкой украшенная белыми ромбами. Лицо ее было полной концентрации и серьезности, а взгляд словно бурил все через сияющие очки.

Лиза повернулась ко второй девушке, которая с недоумением смотрела на нее.

Лиза: Представься, моя соперница!

Кирия: Эмм, ну, ладно. Меня зовут Кирия, и я начищу твое лицо. – со своими словами она демонстративно и жестко сжала свои кулачки хрустя ими.

Анатолий Церагонов: БОЙ!

Артем даже не успел увидеть весьма самоуверенную деву, как единственное, что все же он сумел словить очами, так - это размытый образ, от которого шел оранжеватый свет, который унесся прямиком к девушке со взглядом удивления, видневшийся через очки.

Лиза инстинктивно и с ясным взглядом развела руками, от которых шел пар.

Лиза: Магия Льда, Стена Льда! – перед девушкой молниеносно появилась стена, целиком сделанная изо ледяного материала, от которых, как от ладоней девушки падал пар и тяжелый туман. Параллельно, нечто бубня прямо перед своим носом.

«Так у нее магия Льда, в самом деле, не думал, что в этом году найдутся маги смешанных типов магии. Вода и Прохлада значится, на что еще интересно она способна. Эхх будь у нее хвост как у ящерки, я бы…ТАК, СОБЕРИСЬ!»

И тут, с неимоверной скоростью нечто разносит стену в клочья и среди летящих вокруг кусков бывшей преграды, появилась девушка с Красноватыми волосами, короткой стрижкой, белой футболкой и со спортивными шортами с голыми ступнями. Чья нога была направлена в Лизу. Стало ясно, что эта Кирия, не просто движется с невероятной скоростью, так и бьет с таким же усилием.

Помимо этой картины силы ног и хрупкого льда, дева с красными волосами была с головы до ног покрыта паром возносившийся вверх с ярой скоростью. А осколки и останки когда-то жившей стены уже упали на землю.

Лиза: Надеюсь это была твоя сильнейшая атака! Магия Льда, Град Горизонта! – Перед девушкой в желтом пальто промелькнулись сосульки, созданные из воздуха. Сверкнув, отражая солнечные лучи, они пулеметной очередью ринулись к Кирии. Снова губы Лизы начали двигаться с таинственным говором.

А алая дева приняла стойку и на мгновение вены на ее левой и обнаженной ноге взбухли и чуть ли ни просвечивали кровь, и тут же эта же нога на момент исчезла. А затем снова появилась, создав невидимую волну воздуха, что разом остановили ледяные пули.

«Какие же у этой девчонки красивые…сильные ноги. Мне бы сегодня они точно понадобились бы. Наверное ее тип магии – Биологического вида, что как-то влияет на «Силу» удара, интересно только ли ног, а может она способна усилить и руки? И почему на трибунах стало так холодно, аж пар видно».

Лиза: Магия Льда, РАСПАД СНЕЖИНОК!

Плавающие в воздухе Сосульки взорвались, разнесся вокруг бурю снега и инея, что покрыли Девушку с горячей кровью, принявшая боевую позу.

Лиза: Прохлада… Я кажется раскусила твой тип магии, он как-то связан со сокращением мышц в теле и его температурой?

Кирия начала кашлять, находясь в мелкой буре, а ее тело все меньше и меньше начал выделять свой пар.

Лиза: Биологический вид магии, очень плохо дружит с Прохладой, не зря я на протяжении всего боя колдовала Прохладу. Твои мышцы будут сжиматься, а ты сама будешь более ломкой из-за этого. Потому, сдайся по-хорошему.

Кирия: Ты…слишком…много говоришь! – паровая леди, рванула кулаком вперед, а на ее прошлом месте образовалась яма с трещинами. Ее рывок был столь быстр, что девушка в Желтом плаще не успела отреагировать и словила мощнейший и гулкий удар в живот.

От удара она распалась на множества ледяных и холодных осколков, со звоном упавшие на землю. Но затем из расплавившихся кусков льда, что остались от Ледяной Стены Лизы, появилась она же сама, собрав во едино множество хладных и острых кусков льда.

«Что?! Заклинание Замещения и Превращение тела? Да она искусный маг, раз в таком возрасте уже усвоила способность за мгновение заменять свое собственное измененное тело».

Девушка с красными волосами врезалась в стену со следом колоссального удара. Ее тело из-за температуры вокруг выделяло громадное кол-во пара, а рывок сопровождал густой туман, да так что ее было с трудом увидеть. Но вместе с этим ее кожа начала постепенно покрываться инеем…

Кирия тяжело дыша: Так вот в чем был твой план, сделать так чтобы мне было трудно дышать, заодно сделать обильные выделение тепла против меня, и из-за конденсации воздуха я покрывалась инеем…верно, Снежная Королева?

Лиза: Ну уж не думала, что та, которая руководствуется правилом Сила есть ума не надо, сможет до этого…

Рома резко выкрикнул со своего места: Да пиздитесь вы уже!

Кирия: Повелась!

Из границ тумана рядом с Лизой вышла рука источавщий уже не пар, а чуть ли ни дым, совместно с яркими, отдающие Красным светом вены на элегантной, но жесткой женской руке, схватившая Ледяную Леди за горло.

Кирия: Ты даже не услышала мои шаги, я хоть и глупа, но понять таких гордых, восхваляющих себя при любом случае, я умею.

Вдруг весь туман, окутавший девушку по имени Кирия исчез, оказалось это произошло от замаха, что возвела свободной рукой. И затем из исчезнувшего тумана, явилась она сама, чьи глаза начали сверкать, а ухмылка, кричала: Победа моя!

Кирия: МАГИЯ МЫШЦ, УДАР СИЛЫ!!!

Лиза: МАГИЯ ЛЬДА, КУЛАК ЛЬДА!!!

Из груди Лизы сформировался кусок Льда, напоминающий острый кулак, пока на нее со стороны Кирии, сотрясая окружающий воздух, несся кулак, от которого шла, нет текла рекой аура Силы!

И оба кулака встретились…на груди их соперниц. Кулак Лизы пробивался в грудь Кирии, что была окутана в спортивный женский топ. А Кулак Кирии рвал и метал сам воздух, возле груди Лизы. И оба полетели в разные стороны, с грохотом ударившись об стены. И также обе были в около бессознательном состоянии, а после лицом грохнулись на землю.

Анатолий Церагонов: Так как Обе участницы находятся с бессознательном состоянии, бой засчитан, как ничья. Бой окончен!

«Неплохой бой, правда быстроватый, уверен если бы не пар, переросший дым, бой был бы дольше, а Кирия могла бы нестись по всей арене, не давая Лизе передохнуть от таких мощных заклинаний. Возможно - это была ее роковая ошибка.

Глава 8. Кровный Секрет

Анатолий Церагонов: Следующим, появится на арене!

Вдруг Артем вместе со своим соседом очутились на поле дуэльного боя, стоя на разных ее концах. Артем интуитивно встал в защитную стойку.

Анатолий Церагонов: Представьтесь!

Мальчик с голосом полный легкомысленной уверенности: Меня зовут Петр Бажнёвский, обыкновенный Гидромант, со своими причудами…

Артем, не воротя телом, кинул взгляд на Глав Орденов со словами: Я Артем Дрежнев Зэ’Лева, гидромант. Пришел чтобы примкнуть к сильнейшему Ордену и стать достойным защитником и приключенцем для нашей страны. – Артем не спуская глаз обводил Петра, своим соколиным взглядом.

Анатолий: БОЙ!

«Надо встать в защитную позу, чтобы дождаться его атаки. Затем основываясь на его действиях я выберу более оптимальную тактику боя. Он Гидромант, значит он может воспользоваться либо созданием воды, либо как делала Лиза использовать влагу в воздухе. Но он не выглядит, как волшебник знатного рода, потому скорее всего, сможет использоваться лишь созданную манной воду».

«Если это будет стремительная атака, я буду использовать Контр-Всплеск, что откидывает все вокруг заклинателя. Если сверху или сзади, то использую Живую волну и смогу быстро ретироваться. Если же дальняя атака, то я увернусь и начну также отстреливаться водой, при помощи Водяного Пистолета. Проблема лишь в том, что у меня мало маны с сегодняшнего дня, потому маны хватит лишь на 2-3 таких заклинания. В кейс я не успел положить пару зелий маны. Так что нужно дождаться атаки, использовать контр-атаку, а затем добить. Да! Погнали.»

После дедуктивных работ в голове, он сдвинул ноги по песчаному полу, обводя не только песок, но и земляной грунт, приняв более устойчивую позу.

А вот его соперник – Петр, он…просто стоял. Он просто стоял, засунув руки в карманы и с простотой смотрел прямиком в глаза Артема.

«Что за хрень, он что? Тоже идет по тактике выжидания». - В недоумении, Артем опустил взгляд на руки его соперника, и он увидел, как они немного, но светятся. Светятся небесным оттенком, переливающийся темно-синим.

Они простояли около 5 секунд, затем внезапно для него, Петр вдруг начал идти прямиком к Артему. Ровным и уверенным шагом, словно ничего на самом деле не происходит. Такой шаг, шаг человека, которому не ведом ни страх ни что-то серьезное. Шаг человека, что равнодушно относится к любой угрозе.

От такого Артем случайно покосился и оступился. Но его активные вдохи и выдохи выдавали в нем волнение.

«Стой…прошу остановись. Да хотя бы атакуй ты уже меня. Почему, почему ты просто идешь!?» - Этот вопрос словно молоток бился в голове Артема. Он не мог понять, что собирается делать его соперник, что тот хочет сделать или совершить. Артем был в смятении.

Монотонные шаги сопровождали ходьбу Пети. Эти шаги по песчаному полу, сопровождали параноидальные мысли, что как черви копошились в извилинах. Эти мысли были столь странны, что он начал с трудом думать и рассуждать. С каждым шагом, Артем косился из стороны в сторону, а взгляд начал размываться и мутнеть.

Петр начал хихикать: Ооооо, не думал, что эффект так быстро на тебя подействует. Да ты не очень-таки вынослив, дружище.

Артем: Что…ЧТО ТЫ СОБИРАЕШЬСЯ ДЕЛАТЬ!

Петр: Хм, да, так и сказал я тебе мои очень интересные планы. – он издевался над ошеломленным Артемом, корча рожу и улыбаясь выдавая свой серебряный клык.

Артем: ГОВОРИ, что ты сделал! «Ик»

«Я икаю?»

Петр: ООО, да ты все еще не понял!? – малец начал смеяться. – Ну угадай-ка. – мальчик мигом уселся по середине арены, в позе ожидания и интереса, положив свой подбородок на свою ладонь.

Артем: А НУ СКАЗАЛ! Я тебя щаз при«Ик»бью! – Артем хотел было сам начать битву и ринутся вперед, но тут же упал, сделав ни шага. – Какого Хера, я руки еле чувствую, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ!?

Петр: А ТЫ НЕ ПОНЯЛ? Икание, шатание, не ясность мыслей, ватные ноги и руки…ТЫ НАЖРАЛСЯ!

Артем тихо промолвил: О чем…ты говоришь…

Петр: Ооо ты даже и этого понять не можешь? ЭТО МОЙ ТИП МАГИИ, МАГИЯ АЛКОГОЛЯ!!!

Артем ударил кулаками об песчаную плитку: Сволочь! Наврал мне…

Петр: Я лишь сказал часть от правды. –мМальчик со взъерошенными волосами резким движением вынул руку из кармана и направил ее вверх. – Магия воды, Стиль Потока. – Тот слегка сжал свои пальцы и над рукой, что была облита солнечным светом начала сгущаться ВОДА.

Петр начал гармонично обводить воздух рукой, создавая сгусток воды, что двигался и кружился в такт пальцев. А Артем же тем временем лишь отчаянно пытался подняться, но из раза в раз попытки были тщетны.

Над Петром уже кружилась гигантская струя, кружащаяся за своим другим концом, по кольцевому пути, как Уроборос.

Петр: А теперь завершительный штрих для моей абсолютной победы. Магия Алкоголя, Празднество Водки! – рука Петра залилась ярким голубым светом, а на арене так и разило спиртом, что чуть ли ни опьянял одним лишь глубоким вдохом. – И подгон от меня лично. – Петр в миг достал свою оставшуюся руку, и на ней также внезапно образовалась уже зажженная спичка. – Спецзаклинание, ПОЛЫХАНИЕ ВОДЫ!!! – Он тут же бросил спичку в уже чистую Водку над собой, а она вслед, вспыхнула ярым пламенем, предвещая уничтожение любого.

«Твою мать, черт тут ситуация патовая что же делать? Что же делать?.. А чтобы сделал Рома. Он бы наверняка использовал даже самый болезненный метод, если бы оно привело к победе…Черт, Черт, Черт! Я же могу стать от этого хода инвалидом, прошлый раз я еле жив остался. Во время погоны, я был куда более решительней чем сейчас. Сука!.. Ладно. Ненавижу и одновременно люблю гены, доставшиеся мне от матери…»

Петр: СГИИИНЬ! – Петр махнул рукой прямиком в Артема, направляя Воду, окутаная Пламенем на него.

Артем произнес голосом полного страха: МАГИЯ КРОВИ! – раздалось эхом по всей трибуне. По всей Арене прошелся глас и ноющий вопль из самой преисподней, окрасив все вокруг бордовым и кровавым оттенком. Тут же, Артем мистической силой мгновенно встал, не двигая ни одним мускулом, но все его лицо, руки и шея были покрыто багровыми и взбухшими венами. За доли секунд его руки направились в Петра. И с хрустами тот изогнул свои покрасневшие пальцы. Артем начал неистово кричать.

Артем: ААА! – как звон колоколов, его крик омывал каждый уголок везде.

Петр тут же замер, а его спецзаклинание также застыло словно во времени, лишь извивая свои небольшие волны воды. Лицо его показывало шок и звериный страх.

Вдруг Артем с треском костей и мышц замкнул свою левую руку в кулак, а затем перевел ее в сторону, точно также и сделала рука Петра. И тут Огонь бушевавший на воде, начал медленно, словно улитка приближаться к лицу его бывшего заклинателя. Медленно, но верно.

Петр с жалким голосом: Перестань, прекрати-прекрати, прошу, это не честно, к-к-как это вообще возможно, это жульничество!

Артем со взглядом зверя, в котором бушевала ярость, перевернул свой кулак, а за этим последовало треск и хруст руки Мальца напротив, она скручивалась то в одну сторону то в другую, что провоцировал крик, крик полный боли. Пока Огненная Вода, все ближе и ближе подходила к лицу Петра.

Петр: СТОЙ-СТОЙ-СТОЙ, ТОЛЬКО НЕ ЛИЦО, ПРОШУ ПРОШУУУ! ВСЕ! Я СДАЮЮЮЮСЬ!

Анатолий Церагонов: БОЙ ОКОНЧЕН! Победа за Артемом Дрежневом-Зэ’Левой. ЛЕКАРИ!

Тут же на Арене появилось 6 докторов в медицинских масках и полу-халатах полу-мантиях. Они оперативно, ввели в наркоз Петра и хотели было сделать тоже самое с грохотящим тяжелыми вздохами и выдохами Артемом, под которым находилась и все увеличивалась лужа темной крови. Но вдруг перед ним появился сам Директор сея Академии.

Лицо Анатолия Церагонова было непоколебимо, но в его глазах – в его зеркалах души виднелась паника: Как победитель, что остался в здравом уме, можешь пожелать, что-нибудь для победы в следующем раунде.

Артем все еще успокаивал свое дыхание, но посмотрев пару секунд в пустоту ответил: Восстановите мое тело, чтобы оно могло выдержать магическую отдачу от магии крови.

Анатолий задумчиво похмыкал: Хорошо, тогда выпей это. – тот протянул стеклянный бутылек с жидкостью, что переливалась от красного к оранжевому. – Она сделает твое тело куда более выдерживающей, но ману будет тратить больше, готов к этому?

Артем немного поробев: Да… - тот пошатываясь схватил свой кейс, положил новый пузырек и попросил, чтобы его телепортировали обратно на месте, что и сделали.

Рома на протяжении всего боя сидел, стиснув зубы и сжав кулаки до костяшек, но на последнем, он не мог закрыть свой рот.

Рома: Какого хрена Артем… - тихо он произнес.

Глава 9. Взрывной танец

После окончания боя, всю Трибуну покрыло шепотами: Обладатель Гена Крови? Неужто магическая отдача от нее столь высокая? А это нормально, что он живой?

Рому покрыли странные мысли на счет своего брата.

«Откуда Артем смог совладать магией Крови и почему она столь страшна так и для заклинателя так и на цель».

Но его мысли перебили уже гам из шепотов про его брата, словно они говорили не о простом зануде, которого Рома видел каждый день своей жизни, а о словно монстре, что внезапно объявился в городе.

Опомнившись Рома повернулся к мальчику в длинном зеленоватом плаще в очках, что неустанно глядел на каждое движение полу-умирающего Артема.

Рома: Эй, умник, походу ты разбираешься в магии, почему это случилось с моим братом?

Мальчик в очках: Стоп, он твой брат? Ты тоже владеешь Геном Крови?

Рома: Погоди, Ген Крови? И не совсем, мы братья из-за общего отца, мамы у нас разные.

Мальчик в очках: Стоп, ты серьезно не догоняешь, что такое Гены и в частности, Ген крови?

Рома: Да, не знаю, так что прошу пожалуйста посвяти меня в это…кстати как там тебя?

Кеено: Кеено Мрагмарский. А ты?

Рома: Ну…Рома, Рома Дрежнев-Жизненко.

Кеено: Не очень, но рад знакомству, Роман. – Мальчик с каштановыми мягкими кудрями протянул руку, что была надета на кожаную перчатку.

Рома: Взаимно~. – Они пожали руки. – Так вот, че за Гены и Ген крови?

Кеено вздохнул от некоторого разочарования: Магический Ген или просто Ген. Один из важных атрибутов человека в его магических способностях. Магический Ген передается по наследству, так и от родителей так и от предков. Один и тот же Магический Ген может передаваться каждому члену семьи. Есть шанс того, что МагГен может исчезнуть у наследников. Но если же он появляется, то магический потенциал возрастает в разы, а мощь еще больше. Но вот Ген Крови, является одним из…

Анатолий Церагонов неосознанно перебил Кеено: СЛЕДУЮЩИМ, ПОЯВИТСЯ НА АРЕНЕ!

Кеено: Самых…

Как вдруг Рома оказался на арене, видя на другом конце Лилию, чьи глаза кричали: «О ДА КАК ЖЕ Я ЭТОГО ЖДАЛА», что слегка напугало Рому.

Анатолий Церагонов: ПРЕДСТАВЬТЕСЬ!

Лилия: Я ЛИЛИЯ ФЭР’РЭН, Инвизомант! А также имею Ген Взрыва.

Шепот трибуны: Опа, очередной Геновик.

Рома: Эмм, а Рома Дрежнев-Жизненко, эмм как бы это сказать, у меня…нет магии…Я в том смысле, что я не могу ей пользоваться, но я уверен, что она есть просто я не знаю где иль тип того.

Лилия: Стоп! Так ты не шутил? Ты серьезно не имеешь никакой магии?

Рома: Да, но я могу пользоваться артефактами не требующие ману. А вот на счет метлы, тут странно. Ах да кстати МЕТЛА! – Как гром среди ясного неба, к руке Ромы, что тот вознес ввысь примчалась метла, да с такой скоростью и силой, что старые раны Ромы слегка заболели, а пыль вокруг разошлась по сторонам.

Рома: Давайте начну сначала, меня зовут Роман Дрежнев-Жизненко Алексеевич, и я…НИЧТОМАНТ!

Анатолий Церагонов: БОЙ!

Лилия: Ну давай потанцуем~ - девичий голос рассыпался, как песок по ветру, а вместе с этим и сама рыжая бестия.

«Где она? Так, она инвизомант, инвиз – невидимость, она точно способна становится невидимой».

Глаза и мысли Ромы бегали из сторону в сторону, в попытках уловить доли информации о его сопернице.

«Меня пугает, ее вторая особенность, Геннадий взрыва, или как там. Это скорее всего очень страшная хрень, а не просто петарды в трусы. Если она способна создавать взрыв или взрывать что-то обычной силой мысли, я бы скорее всего уже был бы угандошен. Так что, либо она может взрывать только что-то на расстоянии руки, либо она эпически туп…»

Удар, неведомый чем импульс образовался на лице Ромы.

Рома откашлялся: Кха, МЕТ-.

Снова удар. Что-то в миг заткнуло его, не позволяя проронить ни слова.

Лилия: Вот так! – прозвучал резвый и даже веселый голосок прямо перед ним, сопровождая опустошающий легкие удар по его груди.

Рома: ГЛЕШ-, КХА – он почувствовал резкий и дребезжащий удар по его ноге, поваливший его на колени.

Лилия: Не-а! – удар, пронзающий толчок посетил спину Ромы, вновь выбив кислородный дух из его тела.

Он задыхался, Рома свернулся на земле, пытаясь ухватится за глоток воздуха, но безуспешно.

Лилия: Ну что? Убедился? Что я, Лилия Фэррэн Лемаловна…

Рома сквозь першения и жжения в горле и в груди: ПОЛНАЯ ДУРА! – мальчик с фиолетово-серой шевелюрой молниеносным движением, истратив всю свою выносливость, провел ногой по пустоте, сбив с ног что-то невидимое, откуда доносился голос.

Лилия: Ай! – на песчаной земле, выдавилась женская фигура, а также промелькнул искаженный рыже-красный силуэт.

Рома сделал наиглубочайший вдох воздуха, затем сказал рва свои связки: Ну давай, потанцуем, СТЕРВА! ГЛЕШИУС! – левую руку мальчика наполнило темно-синим светом, и блеском темного клинка выходящего из нее.

Он уже было замахнулся над силуэтом, предвкушая победу, как вдруг его опять посетил холодок. А за ней жгучее чувство на спине, и странное касание прожигающих и грубых пальцев на его плечах, со словами из самой преисподней.

Голос: Взрыв.

Внезапное чувство паники оглушило Рому, а страх проникал в вены, как кровь, пронизывая каждый капилляр. Мозг его чувствовал смертельную опасность.

Рома: МЕТЛА! – к мальчику рванула валяющаяся на полу метла.

Но ту Лилия сказала: Ген Взрыва.

Бум!

Песок и земля взорвалась под ногами Ромы, рва меча каждый молекул взрывной волной. Благо тот сумел прыгнуть на свою драгоценную метлу, едва задело его ноги.

Лилия: Хе, думала, что обойдусь обычной невидимостью, с таким мусором как ты. Ты сам заставил меня взорвать тебе пердак, жди теперь, что я разорву тебе не только его!

«Твою мать, она мне чуть жопу не взорвала, что за хрень со мной творится. Блять, нахрена я ее разозлил. Мне ни за что нельзя касаться земли, теперь эта игра в пол - это лава. Пиздец, один шаг и потом попробуй собрать меня по кусочкам. Че делать!? Могу попробовать ГЛЕШИУСОМ и леденящим огнем окружить ее…Я тупой, она же меня сразу подорвет. Могууу…Могу-могу, метлой разнести пыль и ее силуэт будет виден, как Черниты в утро. Блять, я сделаю же только хуже».

Рома летал вокруг арены, пытаясь додуматься до лучшего для него плана по победе и как бы не откинутся прямо здесь и сейчас. Как вдруг какой-то камешек попался в поле зрение Ромы, прямо возле его лица…

Рома испуганно: Твою мать!

Лязг темного клинка попал в камешек, поделив его на две ровной части, воспылавшие синим, леденящим пламенем.

Лилия: Ген Взрыва!

Спустя пару мгновений, покрытый инеем камень упал вниз в землю, а уже потом заискрился и взорвался.

Лилия: Черт, почему я не могу тебя уебать! Ну давай паранек, дуй сюда, на землю, и покончим уже с этим! – из облачных песков доносился грубоватый и усталый голос. – То что ты делаешь – это пустая трата нашего времени, ты уже давно знаешь исход. Ты не имеешь ничего кроме своей сраной метлы и своей сраной железной зубочистки! Сдайся по-хорошему, придурок!

Рома: Отсоси потом проси!

«Бляха, что я несу? Почему я не могу, сдаться. Мне же каждая клетка мозга говорит мне, остаться в живых и съебаться, почему, почему, почему?».

Лилия: ХМ! Как хочешь, идиот! Спецзаклинание САМОНАВОДЯШКИ!

Рома летел и летел над туманом пытаясь что-то разглядеть, но тот разглядел лишь девушку в платье и с улыбчивым оскалом на лице, что держала свиток в руках, выглядывая ехидным взглядом на Рому прямо из-под него. А на свитке было написано «Призыв, Цель».

Лилия: Не была рада знакома с тобой! – она порвала бумажку, за которой последовала вспышка. А Рома с ужасом для себя, краем глаза увидел, как на его руке, сопроводив такой же вспышкой образовалась бумага, с надписью «Цель, Роман Дрежнев-Жизненко».

Лилия смеялась: ХаХахАХА! – внезапно платье и огненного оттенка одежды полу-эльфийки начали рваться на лоскуты и ткани. И можно было заметить, как они надвигались прямиком на Рому.

Рома увернулся от одного кусочка, и тот как только врезался в стенку…взорвался с неистовой силой, раскрошив его кирпичи на мелкие кусочки, оставив след ростом в самого рому. И тут, Рома обернулся увидев Лилию в черном костюме, напоминавший юбку и комбинезон, а также ораву клочьев одежды надвигавшиеся, как буря.

Рома: Срань!

Метла с Ромой на ней хаотично летели из стороны в сторону, то влево, то вправо, носясь как неугомонные, за которым след в след шли Взрывы, постепенно цеплявшие его.

«Твою мать! Что делать, что делать! Стоп, БУМАЖКА, она точно заставляет их гнаться за мной!»

Мальчик с серо-фиолетовой прической попытался схватить бумагу и с корнем ее оторвять, но тут он заметил, что она находилась под его кожей, меж ней и мышцами, постепенно пропитываясь его кровью.

Рома: СУКА!

Он был в отчаянии.

«Сука, сука, сука, сука! Мне пиздец, и я даже не могу сказать сдаться, язык вывернется наизнанку, но я почему-то не могу его сказать. БЛЯДЬ! Тихо, тихо, тихо, думай, думай, ДУМАЙ РОМА. Как тут нахуй думать! За мной гонится рваное платье, взрывающее все на пути, голова кружится, а в моей блядской руке бумага. Так-так-так, СОБЕРИСЬ, думай-думай».

Как вдруг. Что-то пощекотало ногу Ромы.

«Бля».

Вспышка и Бум.

Громогласный взрыв образовался возле его ног, окатив его перманентным светом, а затем взрывной, разрывающей волной, от обуви на левой ноге Ромы осталось ничего, лишь подпаленные куски ткани на брюках.

Рома: Бляха. – Рома вновь занервничал. – Эй, ты мне ботинок взорвала, сучка!

Лилия вновь ехидно улыбалась: А ты погоди, сейчас и все тело разденет… - как вдруг она мигом замолкла и даже, встала в ступор.

Рома: Огонь! Только блять не снова!

Мальчик с темно-фиолетовой прической лихорадочно хлопал по штанине, которая постепенно покрывалась огнем. Он смахивал ее куда угодно главное не на прутья метлы, единственное, что спасает его от неминуемого подрыва.

«Черт, черт, черт! Огонь, Штанина, Метла, Платье, Взрыв, что за нахуй тут творится! ТАК, УСПОКОЙСЯ! Заткни свои эмоции и сосредоточься, Рома! ДУМАЙ!»

В некоторых быстрых размышлениях, Рома.

Рома: Точно!

Роман окрепши сой хват сделал небольшой взмах ГЛЕШИУСОМ по горящим штанам, но огонь не отступал.

Рома: Да твою ж…ТУШИСЬ!

Взмах, взмах и еще один взмах. Рома два раза пытался прорезать яро пылающую штанину, но третий взмах, задел его ногу.

Рома: Ну давай!

И из новообретенной раны повеяло холодом, но затем и ярким, леденящим, фиолетовым пламенем, вырывавшийся из его ноги, что мигом поглотил жгучий огонь.

Рома: Заебись, теперь хотя бы одним делом меньше…СТОП.

Его вновь посетила идея, идея, от которой он был не в восторге. Мысль, что могла поставить его еще в худшее положение чем раньше, но дававшее шанс победить. Эта мысль давало возможность не только получить небольшое преимущество, но и умереть.

Рома, голос его был дрожащим, но наполненным чем-то похожим на решимость: Эй, Лилия как там тебя, танцевать, так танцевать!

Лилия улыбались как никогда раньше: Охх, зверек оказался в отчаянии, раз уж ты так открыта встал на метлу, я могла бы закончить с тобой быстро, но я сама желаю видеть как ты становишься калекой! Безманый ты выродок!

Рома еще сильнее схватился за клинок и сделал один точечный взмах им, сопровождавший звон металла и пронзание плоти. Мальчик с темно-фиолетовыми волосами, отсек кожу на своей ладони. Меч отделил вместе с мясом и бумагу от окровавленной и освежеванной руки. Вдруг шматок плоти воспылал, как и его изначальная конечность, таким же фиолетовым и бушующим по крови пламенем.

Роме было необычайно больно, но тот мигом сжал волю в кулак и лишь вывалил всю боль через крик. Напоминавший рев зверя или чего похуже.

Ткани от бывшего платья мигом опали вниз, как перья вдруг разорвавшейся птицы, что разлетелись вокруг. Они перестала гнаться, за мальцом с темно-синим мечом в одной руке и пурпурно-фиолетовым пламенем в другой.

Лилии глаза расширились от удивления: Как как как как так!? Что произошло? Он просто взял и разрезал себе руку?!

Но, а у Ромы от его плана, сердце колотило, пытаясь выйти наружу: Черт морозит, то как, скоро же окоченеет. Фухх, ну все бля, была-не-была!

Взмах, взмах, взмах и взмах. Рома обвел мечом самого себя. Руки, ноги, спину и даже туловище, все они высвобождали фонтаны крови, а спустя секунду изрыгали фиолетовое пламя, покрывая кожу еле-заметным инеем.

Рома вопил, каждая клетка его тела была закована в лед. Его тело словно пронзило 1000 ножей, хоть это и был лишь один клинок, которую омыла алая жидкость мальчика в фиолетовом.

«Скоро окоченею, давай мадам удача, работай на МЕНЯ!»

Рома чувствовал, как от Ледяного огня все его тело постепенно становился хрупким как стекло. А также тот заметил, как он начал замедлятся. Фиолетовое пламя заморозило и метлу.

«Твою мать!»

Метла остановилась в воздухе.

«Пора сигать!»

Роман спрыгнул с нее, но приземлившись точь-в-точь на ноги, ломающая кости боль прошлась сквозь его голени и колени.

Рома: ААааА, я на землеее!

Лилия: Что? – голос Лилии начал дрожать. – Он опасен! Я должна б-б-бежать, н-н-невидимость! – она не смогла стать невидимой, само ее тело и инстинкты не позволяли ей что-либо сделать. – Ну же! Невидимость!

Рома с хриплым, вселяющий страх и ужас голосом: Ну что, стервелла, бежать собралась?!

Лилия вновь посмотрела на Рому, но тут она видела не грубияна, а ужасающую фигуру, что была окутана с ног до головы фиолетовом, пылающим злобой, обидой, гневом, страданием и страхом пламени, что пытался прокричать, но голос охрип настолько, что хоть писк стоил неимоверных усилий. Сам его вид вселял холод, как и его шаги, за которым шел ледяной след.

Лилия: Стоп!? Земля, у меня все еще есть козырь, да! ГЕН ВЗРЫВА!

Шаг. Вместо взрыва, которую она так тщетно ожидала, произошел лишь шаг фиолево-пламенного существа.

Лилия: Какого...ГЕН ВЗРЫВА, ГЕН ВЗРЫВА, ГЕН ВЗРЫВААА!

Рыжая девочка с около острыми ушами в отчаянных попытках проговаривала одно и то же слово, но все безуспешно.

Шаг. Шаг, шаг, шаг и еще раз. Оскал Ромы покрывался синевой, а взгляд коченел, идя все быстрее и быстрее к алой, уже не бестии, а дичи.

Лилия: Взорвись! Взорвись! Взорвись! Взорвииись…Камешки, точно! – аккуратной и красивой рукой девушка взялась за горсть камешек у себя в кошеле, и с гордостью, и надеждой, и безумно-печальностью швырнула их на ускоряющегося Фиолетовую глыбу пламени.

Лилия: Ген ВзрывА! – она срывала свой голос, но камешки просто пролетели мимо…она мигом заморозились и упали на землю. – Да черт!

Лилия: Э-эээ-э. – Она была в ступоре. – Свиток ветра! – рыжая взялась за бумажку со словами ВЕТЕР, и втоптала его в землю, тщательно проворачивая его каблуком. И завершив пинком об землю с папирусом, она зарядила его в Рому.

Вокруг бумажки начинал сворачиваться сам воздух, создавая вихрь и жесткую, как металл ветряную бурю, уносивший за собой землю, песок и все доставшееся от остальных дуэлянтов на арене. Она, как вода покрыла дрожащего от пронзительного холода Рому, окутывая его в пелену желто-коричневого цвета.

Лилия: Давай же, ГЕН ВЗРЫВА!

За мгновения, буря остановилась и под набором Фиолетового столба зимнего пламени застыл и рассыпался, на миллиарды песчинок.

Бездумный, сеющий холод шаг Ромы все быстрее и быстрее приближался к Лилии. Тот начал бежать, хрустя льдом, образовавшийся на его руках, ногах и суставах. Его свирепое дыхание, вызывало рьяный пар, чуть ли ни туман, доносящийся из его рта у носа.

Лилия: Н-н-не смей приближаться, ко мне!

Рома: Ты хотела потанцевать!..

Лилия: Я-я-я-я-я… - Лилия в страхе сжалась, обняв себя и свое темное облегающее платье.

Рома схватился за ее девичье плече, тут же раскрошив ткань, которую тот коснулся: Так давай же потанцуееем! – он сделал рьяный замах мечом.

Лилия: Нееееет! ГЕН ВЗРЫВА!

Все черное как темный вечер платье Лилии, вдруг заискрилось и наполнилось светом…и…бум.

Взрыв окатил тело девушки, а взрывная волна подхватила окоченевшего Рому, разнесся Фиолетовое пламя и потушив покрытой инеем тело мальца.

Рома: КХЕ-КХЕ! – он попытался встать и, первое что он услышал, так это тишину, вернее оглушающий звон, что перебивался с этой тишиной. На деле же Рома слышал шепоты и болтавню на трибунах, а также мельком тот увидел скребущего периллы Рахдима, что пялился и пялился на него. Вместе с этим взгляд Ромы посетила полностью обнаженная девушка с заостренными ушами и пороховым остатком в некоторых местах, что валялась на земле, среди облака песка, медленно опускавшегося вниз, которая валялась у его ног.

Бормотание толпы сводило Рому с ума, ему не нравились то как все эти дети перешептывались, и внезапно некто из трибуны: Народ, вот это кадр, дочь губернатора голой валяется на земле рядом с каким-то пацаном, срочно фотаем!

Кто-то еще: О боже, да! Это будет хит! Точно-точно! Э, погоди, я тоже хочу сфотать, отойдите!

Вспышки телефонов были отовсюду. Рома мигом привстал на колени, и в срочном порядке снял с себя полу-мертвый пиджак и…

Кто-то: Пацаны-пацаны, он уже раздевается, ща будет кинчик, на миллионы.

И прикрыл бессознательно валяющуюся рядом с ней девушку. Как вдруг, что-то хрустнуло в его спине.

Рома: Ай! – мышцы на его спине чудом расслабились и тот не выдержав упал вперед, прямо на Лилию.

Кто-то из трибун: Уой, уоу-уоу-уоу-уоу!

Рома: Твою мать! Спина-спина-спина! – Рома крыхтел, словно старик, всеми усилиями пытаясь не упасть на гладкую кожу и туловище спящей красавицы.

Внезапно, кто-то схватил его за шиворот и потянул к себе. Этим неким спасителем был Леонид Золстатский. И как только тот его тут же отпустил, Рома вновь почувствовал неслыханную легкость в суставах и нервах, он пощупал свое лицо, оно ожило, руки ноги и спина с животом и грудью, все его тело снова окунулось в освежающую магию исцеления.

Рома повернул взгляд на главу Золотистого Сердца и тот томным взглядом сразу же тому сказал «Не за что». Но, а Рома просто кивнул.

Обернувшись Рома увидел, как Лилию провожают лекари в мед. Масках, кольчуге и парящими носилками. На этом моменте многие мальчики из трибун, либо убрали свои телефоны, либо опечалено вздохнули.

Как вдруг крепкая и распространяющая грозность рука упала на плечо Ромы, усердно сжимая ее. Холодок повеял по его спине телу.

«Вновь этот голос!»

Голос: Роман…ромааааан…ромааан…ромааа…Рома, Эй Рома! Вы победитель.

Внезапно эта рука повернула его, и перед ним явился Анатолий.

Анатолий Церагонов: Ну Рома Дрежнев-Жизненко, чего же вы желаете в качестве бонуса?

Басисто-успокаивающий голос мужчины с бакенбардами, немного поуспокоил Рому, даже немного вводя его в сон.

Рома замешался, он не знал, что чувствовать после такой победы, после такого триумфа, после первой победы в его жизни. Он испытывал то ли тревогу то ли восторг, он понимал, что злорадствовать над кем-то – это неприемлемо, но благо или худо, к нему – это никогда не относилось. Он испытывал восхищение и отголоски счастья. И тот на эмоциях, даже на неком веселье спросил Анатолия: Узнайте мой тип магии!

Еле-заметные подергивания лица и рта Ромы, выдавало в нем небольшую тревогу или наслаждение.

Анатолий, все также в своей спокойной манере: Хорошо. - директор протянул свою руку к его лбу: Мне нужно дотронутся до твоей головы.

Рома: Странновато, но ладно.

Директор, дотронувшись до лба Ромы, закрыл глаза. То щуря их и напрягая свое лицо, а рука словно медленно сжималась. Потрескивая, трущимися об друга кожей на пальцах.

Анатолий Церагонов: Это…это очень странно…я…я…не могу. – вдруг Анатолий перевел дыхание, словно задыхаясь. – Нет…нет..нет.нет-нет-нет-нет.

Рома ощущал чувство холода, что нарастал, как волна…нет…как цунами. Он чувствовал, как рука Человека с мощной комплекцией и бородкой, начала дрожать, а дыхание все усиливалось и усиливалось.

Голос Анатолия шел через дрожь в голосе, с нотками таинственного страха.

Анатолий Церагонов: С-с-с-со-со-б-соб…

Как вдруг за Ромой явился голос…голос, что вновь пришел к нему: НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!! – истошный вопль, словно самой смерти оцепенел все тело Ромы.

Голос: НЕ СМЕЕЕЕЕЕЕЕЙ!!!

Руки, ноги, горло, пальцы, каждая молекула его тела, начала ощущать, режущее чувство страха. И мгновенно, за чувством остроты в горле, Рома почувствовал тепло-жар-горение-ПОЛЫХАНИЕ своих плеч. Вновь что-то схватило Рому, но уже за все части тела, впивая свои уже далеко не холодные руки в плоть и кости паренька.

Голос: НЕ ПОЗВОЛЬ ЕМУУУУ УЗНАААААААААТЬ!!!

И тут Рома ощутил…конец. Его абсолютно все отпустило. Такую свободу он никогда не ощущал. И в некотором опьяняющем чувстве, тот не чувствовал ног и упал. Дыша, беспрерывно глотая каждый кусок воздуха.

Анатолий Церагонов: Ты уж извини, но я не могу узнать твой тип магии, да и магии с маной я в тебе не очень чувствую. НО я могу дать тебе небольшой артефакт, что возможно пробудит твой магический дар, и в добавок очень редкий, что работает не за счет магии, хорошо?

Рома: Да! – «Стоп, что?» подумал Рома, ощущая будто это слово было и не его вовсе.

Вдруг послышался щелчок и Рома очутился на трибуне все в том же окружении из, кучерявого Кеено, слащавого Люмиуса, и все еще опаленной черной пылью, но спящей Лилией в некотором подобии накидки, на которую глазели остальные мальчики с других частей трибун.

Кеено с нотками надменности: А тебе повезло, что она тупая, Роман. Взорвать свою собственную одежду… ХА! Такое даже конченному идиоту не по уму!

Люмиус с явным артистизмом: ЭЙ! Не смей так говорить о дочери самого Губернатора Маговской области!

Кеено положил ладонь на лицо: О боже, теперь еще уважать людей только потому что они дети каких-то шишек.

Люмиус: НО ВСЕ РАВНО, девичья тупость всегда милая, а ее тупость еще более!

Лилия даже сквозь сон: Что ты про меня сказал…

Люмиус явно того не ожидая: Э-э-э-э ничего!

Пока шла небольшая словесная перепалка Рома не собирался смотреть на кольцо, что находилось у него в руке. Ощущая каждый миллиметр кольца, чувствуя кожей своих пальцев и ладони ее около металлическую структуру, а позже не что более гладкое, приятное чувство словно трогаешь хорошо обработанное наждачкой дерево.

Машинальным движением Рома вытащил кольцо из ладони зажав его пальцами перед своим лицом. Металлические кольцо, состоящие из множество граней, что слегка переливались с окружающим миром, но главным в нем был овал, словно из кости. Хотя нет. Это был…череп…без отверстий для глаз, а лишь с местом где должен быть нос а также верхняя челюсть.

Лицо этого кольца была самым гладким местом на нем, но гладя ее можно было

почувствовать какие-то линии. Для того чтобы четко их прочувствовать, Рома

закрыл глаза, полностью концентрируя внимание на пальцах.

Но тут в темноте своих глаз, он увидел линии…линия светящиеся мятно-зеленым светом, отдающий свежестью и были эти линии на кольце. И выстраивались они в некий перевернутый треугольник без дна прямо на месте лица, которую пересекает линия по середине деля ее на две равной части…

Анатолий Церагонов: Следующим, появится.

Глава 10. Слащавость и Очки

Как вдруг ссора двух мальчишек прекратилась и позади Ромы воцарилась тишина, но, а спереди начались дикие и восхваленные оклики.

Девичьи крики толпы: ЛЮМИУС! ЭТО ЖЕ ЛЮМИУС! ТОТ САМЫЙ МОДЕЛЬ ЖУРНАЛА ПРИКЛЮЧЕНИЯ+ И ЛИЦО МУЖСКОЙ КОСМЕТИКИ? – некоторые девочки начали визжать.

А Люмиус со смущенным лицом возложил кулачки по своим бокам, встав в своеобразную героическую позу.

Анатолий Церагонов: Представт…

Кеено: Кеено Мрагмарский Кигэнович, маг Отражений. Хочу присоединится к Пронзенному Рассудку.

Люмиус чутка заикнулся: Эм, Люмиус ЭксЭверин Зальевич. Эм-м маг Света, хочу стать самым популярным медиа-приключенцем.

Анатолий Церагонов: БОЙ!

Люмиус схватился за свой меч, что поблескивал своей перьеобразной Гардой на спине, встав при этом в стойку, готовясь стремительно достать своего острого друга.

Девушки из толпы: Люмиус, давай! Я тебя обожаю!

Люмиус с несколько самоуверенным голосом: Ну что, кудряшка-четырехглазка, будешь атаковать?

Кеено пару секунд стоял, молча собрав ноги вместе спрятав одну руку за спину, а другой схватившись за свои круглые очки, постоянно сверля укоризненным взглядом желтых глаз. Затем он с холодной злобой сказал, слегка подняв подбородок.

Кеено: Нет.

Люмиус: Что ж, тогда я буду. Магия Света, Полуденное Сияние – он быстро пробормотал заклинание - СИЯТЬ-СИИИЯЯЯЯЯЯЯЯТЬ! - Люмиус в миг вытащил свой меч указывая им прямиком в небо. Все его тело начало сиять, а спустя мгновение – это сияние залило всю Арену и всю трибуну,

Рома никогда не видел такого света. Он был столь ярок, что он чуть было слегка не ослеп, сжимая кольцо в руке.

Толпа начала ликовать (особенно девушки): ЛЮМИУС, ДА!

У Люмиуса появилась отдышка: Ну что, выкусил? Хотел бы я посмотреть на твою рожу…

Люмиус ожидал как мальчик в темно-зеленой мантии окажется на земле при этом на коленях говоря, что тот неправ и извиняется. Но вместо этого он видел лишь грозную фигуру, что стояла, как прежде, не шелохнувшись и все также надменно застыв, и прожигая того томным взглядом.

Кеено: И это твоя мощнейшая атака? – с толи издевкой, с толи критикой тот сказал блондинчику

Люмиус был в полном замешательстве: К-как ты…ЭМ НЕТ! Это был лишь разогрев, лови же, магия Света, Световые Клинки! – Люмиус схватился за свой грациозный меч и лучезарными движениями взмахивал ей, разрезая сам воздух вокруг.

От ударов меча в Кеено пулей полетели две…три…пять…семь…десять волн сияющих, как солнце. Каждая атака билась об Кеено с такой силой, что были слышны гулкие звуки удара. Столь сильны, что Кеено шатался, то в одну сторону, то в другую.

Кеено стоявши, как статуя: Ты закончил?.. – скучающим взглядом и словом окатили Люмиуса

Модель и Актер в одном лице имел уже явную отдышку.

Люмиус: НЕТ, я лишь даю тебе фору, это было бы слишком бесчестно если бы бил только я! – Блондинистый мальчик с блестящим нагрудником и мечом встал в оборонительную позу. – ДАВАЙ!

«Надо бы быстро накопить силы, хорошо, что моя броня и меч постепенно высасывают ману из окружения и окружающих, правда, от Фиолетового недоумка почти никакого эффекта, а Лилия была в бесознанке, а если бы взял у Кеено, то было бы самому противно, теперь я ближе к трибунам, они даже не заметят, как я одолжу у них ману. Как же я вас люблю, фанаты…»

Кеено медленно и четко проговорил: Хорошо…А теперь посмотри, что такое настоящая атака. – он двумя аккуратными движениями слегка поправил свои волосы, а затем подвинул очки на лоб. – Магия Отражений… - глаза Кеено начала поблескивать, как от сломанной лампочки. – ГАММА-СВЕТОВОЕ ОТРАЖЕНИЕ!!!

Из глаз Кеено вышел КОЛОССАЛЬНЫЙ луч света, что был больше него самого в пять раз. Луч невероятной силы и мощи вышел из его очей, всеми своими габаритами накинувшись на Люмиуса, чей крик размылся в звуковом искажении вызванный им.

После этого на Арене осталась гигантская черная линия, оставшаяся от атаки. А блондинчик теперь стал походить на Лилию, также потерял сознание, а гарь и пыль облепило все его тело.

Кеено: Я победил. – затем тот бросил взгляд на Анатолия, который тут же телепортировал и Люмиуса и самого себя к Кеено.

Анатолий Церагонов: Какова твоя просьба?

Кеено: Можно мне новые очки-проводники, а то эти, – очки что он держал в миг превратились в пыль. – сломались.

Анатолий Церагонов: Договорились! – щелчок, и Кеено оказался на трибуне по соседству с лишившимся духом Люмиусом, чей пустой взгляд говорил о некоторой печали бедняги.

На лице Кеено уже были надеты очки, но не круглые, а я прямоугольные. С объемными гравировками в форме разбитого стекла.

Недовольный Кеено: Что? Прямоугольные? Недолюбливаю прямоугольные. – как вдруг тот заметил, что прямоугольные очки из темного, но блестящего материала, изменили свою форму на круглые окуляры. – Хмм, материал, изменяющийся под предпочтение владельца, удобно.

Глава 11. Род Кровзельев

Битва Кеено и Люмиуса поразила всех на трибуне. Но после шли и другие битвы. В которых виднелись дети с разношерстным, и видом, и магией, и способностями.

Рома все не решался надеть кольцо, от которого веяло чем-то странным, но вот его брат с радостью залечил раны от Магической Отдачи.

Кеено: Роман, – в четкой манере произнес мальчик позади Ромы. – Как ты додумался до того, чтобы использовать свою магию льда, против взрывов и мин?

Рома: Чегось? – покосив взгляд на говорящего, сказал Рома.

Кеено: Я про нее, – он указал своим пальцем в перчатках на теплую, но бессознательно валявшуюся Лилию. – Как ты додумался ее победить?

Рома: Ну-у-у, у меня есть контрактный артефакт, доставшийся от… матери. Его особенностью является Холодный Огонь. Огонь, но наоборот. - Глаза мальца в больших и зеленоватых одеяниях от любопытства на момент засияли: Могу ли я посмотреть?

Рома: Эм-м, ладно. – не хотя тот сказал.

«Хрен ли он так интересуется мной».

Рома: ГЛЕШИУС! – перед Ромой, в темно-синем свете явился его клинок.

Кеено: Уоу! – его каменные с виду брови внезапно зашевелились. - Он же выкован кем-то из Дроу? Сразу видна их фирменная ковка. Да и они вроде магией особой не блистали, потому они это компенсировали уникальными металлами и материалами для оружия. Таких артефактов, юзающих магию артефакта, а не ману пользователя осталось очень мало с их истребления. Поверить трудно, что я своими руками трогаю такую реликвию. – взгляд мальца в зеленом был полным интереса к клинку, он был словно прикован к нему, обводя, но не касаясь его руками и смотря в каждую вмятинку или острый угол.

«Он раздражает, надо сменить тему».

Рома: Хм – демонстративно и задумчиво он хмыкнул, чтобы привлечь внимание каштано-челкого. – Все же мне не дает покоя, та жуткая хрень Артема. От ее появления, мне самому чуть ли ни хотелось начать блевать кровавой рвотой.

Кеено: Ах да я забыл тебе рассказать про Ген Крови, Роман, уж поверь, это не самое страшное в Генах и Магии Крови. – Кеено тяжело вздохнул. – Пожалуй начну с прошлого и самого начала. Ген Крови является несомненной атрибутикой, одного из самых и сильных домов и родов в истории Расградии – Кровзельевы.

Рома немного задумчиво посмотрел вниз: «Кровзельев…Зэ’Лева…сходства на лицо, давай дальше».

Кеено не прекращал свой рассказ: Кровзельевы по легендам и информации из многочисленных источников изначально была просто семьей культистов, поклоняющихся Богу Кровавой Луны. Но одна из Дочерей влюбилась в талантливого Мага Элементов, Второго Архимага Элементалей, и признанный званием Бога Воды – в Даниила Водянова.

Кеено отложил меч в сторонку и стал аккуратно жестикулировать свою речь, своими стерильными пальчонками: Ему сказали узнать, кто убивает коров и скот у некоторых деревень, а также с недавних к тому времени пор похищает людей. И тот по ходу расследования наткнулся на Кровзельевов и одной из могущественных магов Кровзельевов была та самая дочь, имя ее узнать невозможно, даже Инфомант – Анатолий Церагонов не смог выяснить ее имя, потому ее назвали Дочерью Крови.

Кеено поправил свои рукава и перчатки: И спустя множества битв Дочери Крови и Даниила Водянова. Они оба черпали знания друг друга, они почти друг другу ничего не говорили, но в ходе битв, через языки тела и действий они все больше и больше узнавали о своем спарринг-партнере. – с романтичным тоном стал говорить очкарик.

«Че-то он в конец ушел в историю, уверен если я сейчас ему дам пощечину, то он все равно бы продолжил, ни шелохнувшись».

Кеено: И в один день, началась Первая Сверхмагическая Война. В то время все были против всех как знаешь, и Даниил должен был как можно быстрее покончить с ритуалами семьи Кровзельев и он не мог ничего придумать, как предложить им женится на их дочери, научить их Магией Воды уровня – Архимага. И предложить им поместье, но взамен те должны были использовать свои знания в уничтожении вражеских стран и их населения. А вместе с этим они могли делать, что угодно с теми, с кем они встретятся, хоть ритуалы, хоть использование, в качестве материалов, для магии крови.

Кеено: И тогда в ходе взаимной любви и союза двух Семей, образовался Ген Крови. Поколения от этих двоих были великими магами Воды, а также Крови. Что позволяло им разрывать врагов на куски на ровном месте. Создавать из их трупов монстров или оружия и прочие страшные вещи, состоящие из крови.

Кеено слегка поправил свои закрученные пряди каштановых волос: Позже, с годами, из-за смерти Даниила Водянова, общество больше ничего не сдерживало, чтобы порицать и проклинать Кровзельевых за их методы и их магию, люди были в страхе и из-за гонений, Кровзельевы исчезли.

Желтые глаза Кеено, стали ощущать наслаждение: И в купе с контролем крови, живых и мертвых существ, превращение крови в оружие разного масштаба и мгновенными болезненными убийствами, Ген Крови является самым страшным и мощным оружием, на территории Расградии. И обладание им является невероятной редкостью.

Рома: Воу… - саркастично произнес фиолетовый пацан - И как с этим связан мой брат?

Кеено с некой злобой: А с тем, что ваш отец сумел поеб…совокупится с женщиной имевшая корни с самим домом КРОВЗЕЛЬЕВЫХ! Это же невероятно, неописуемо…как же правительство проглядело мага КРОВИ!

Рома возмутился: Ты хоть видел, что твоя невероятная МАГИЯ КРОВИ сделала с Артемом?

Кеено: Да насрать на Артема, сам факт того, что он маг крови, делает того невъебенно важным Приключенцем! Если его натаскать, научить убивать, рвать плоть, выворачивать наизнанку создавать кровавые оружия, на ровном месте, то он станет одним из самых опаснейших и всеобъемлющих оружий Расградии!

Рома: Он тебе не просто блядь сраное оружие. Он мой мелкий брат! Да и вообще странно, это же надеюсь впервые как он использует Ген Крови. Тогда, как он мог о нем знать…

Кеено: Может быть он тренировал ее в тайне ото всех, где-нибудь там, где почти нет людей. – противно-заносчивый тон говора, вновь появился у него.

Рома уперся локтями о колени вздохнув: Пространство Отца…

Кеено: Пространство?…А кто ваш отец?

Рома: Он важный сотрудник по транспортировке в Организации Приключенцев, а когда-то и сам бывший приключенец. – с разочарованием и тягостью произносил Роман.

Кеено: Магия-то какая?

Рома: Че-то там с искажением пространства и его создание.

Кеено: ЧТО!? – возмущено тот выкрикнул.

Рома: Да… - со согласным тоном. - И такой талант просирается на какой-то там рабо…

Кеено: ИСКАЖЕНИЕ И СОЗДАНИЕ ПРОСТРАНСТВА ИЗ НИЧЕГО – ЭТО ЖЕ ОДИН ИЗ ВВЕРХОВ ВСЕЛЕНСКОГО ВИДА МАГИИ!!! – Кеено своим высокомерным голосом, надоедал Роме, но его интерес все не унимался, а наоборот, как снежный ком становился все больше.

Рома: Какого-какого вида?

Кеено: Вселенской! Это самый редкий вид магии, из миллиона человек только один будет иметь вселенский вид магии!

Рома: Ну и че?

«Я вроде, что-то слышал про такую магию. Какая-то сверхебанутая магия, не попадающая под остальные классификации. Считай – это оутсайдерская магия. Зато ебет чем попало и будь здоров. В-общем, сильная – если говорить, как отец».

Кеено с удивленной злобой: НУ И ЧЕ?! Это же неописуемо, твоя семья может считаться весьма сильной и могущественной! Маг пространства, Волшебница Крови, и Гидромант с Геном Крови!

Стоп, может у тебя тоже пространственный тип магии? Если тебе не достался Ген Крови и магия Воды, то должно быть пространство или даже смешение типов магии! Например, магия создающая из крови порталы – это же охре…ВАУ!

«Блядь, как же он заебал. Заткнись уже…»

Рома начал раздражаться и сжал кулаки до белых костяшек: Блядь, почему тебя так сильно волнует магия? Да и матери у нас разные, забыл, что ли? Единственное, что нас роднит по магии так это отец и все.

Кеено раздраженно: А кем же тогда была твоя мать?

Рома с недовольством, оскалив взгляд: Хрен ли тебя это должно волновать! Почему ты доебался до моей магии, почему это так тебя интересует, Кучерявый ты зубрила!

Кеено поменявши взгляд из интересности на холодную ненависть: Потому что магия – это сила, магия – это апогей всего в мире, от нее зависит все! А ты имея такую семью злишься из-за магии? Неужто у тебя какой-то странный тип, который не оправдал ожидание твоей семьи?

Рома стиснул зубы и со всей злобой сказал: ДА НЕТ У МЕНЯ МАГИИ!

Кеено незаметно, но крайней удивившись: Что?..

Рома сквозь зубы и зажав кулаки, источал звуки жесткого трения кожи: Не могу я ей пользоваться, сколько не пытался ни капли маны…Ни намека на магию…И не смей меня жале…

Кеено положил руки на грудь, заплыв в яром смехе, даже изгибаясь назад от силы смеха.

Кеено: ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-А-а-а-а… - Кеено начал плакать от смеха, вытирая слезы. – Да ты же…да ты же…ничтожество! Не имеешь магии, в мире, где все заложено на магии! Ты ошибка природы, ты-ты-ты ХА-ХА-ХА-ХА-Х, разочарование не только своего отца, но и всего мира! Небось-небось твоя мать ушла, узнав об этом, потому то и не говоришь о ней! ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! Что-то еще выебывается, ХАХ-х-х-х, ебанный безмамный бездарь! Инвалид ебучий не способный на банальное заклинание! Безманная мразь, жалкое и слабое существо, Хе-хо-ха!

Рома направил свой кулак в челюсть очкастого парнишки, тихо крича: Закрыл пасть!

Анатолий Церагонов: Следующим, появится!

Глава 12. Ничтожество против Очкарика

Следующим, появится! - прервал нарастившую ссору Кеено и Ромы, появившиеся в миг, на арене.

Рома не ровно дыша: Урод!

Кеено: АХ-АХ-АХ-А и я с тобой еще общался? С таким бездарем, как ты? ХА-ХА-ХА после того, как я тебя побью, я сожгу к чертям этот костюм. Думаю, моя мать поймет мою абсолютность перед тобой. Главное не говорить ей, что я контактировал с тобой. А то не хочу, чтобы меня посетила твоя судьба.

Рома рвал голос: Я выбью из тебя все ДЕРЬМО!

Кеено снова явивши свою хладнокровную и расчетливую сущность: Так давай же, ответь за свои слова…

Рома: Уебок – кулаки Ромы сжимались до бела, выставляя на показ выпирающие костяшки. Каждая кость и мышца ощупывали ногти, впивающиеся в ладонь, а также и кольцо.

«Сукен сын, он силен, даже наверное самый сильный мой ровесник. Хотя бывали и те, кто даже с хреновой магией могли меня спокойно избить. Бить морду этому четырехглазому уроду в тупую нельзя. Побегу – выстрелит, уклонюсь – еще раз выстрелит, атакую – выстрелит, ринусь на метле – выстрелит, атакую ГЛЕШИУСОМ – снова сука выстрелит. Дьявол, я в западне, чтобы я ни сделал мне звездец. Одна его атака сто пудов меня насквозь пробьет. Твою же…что же мне делать».

Страх и гнев смешивались и переливались в нейронах мозга Романа. Кисти его дрожали толи от пробирающей злости, то ли от очевидного финала этой битвы.

Рома безумно улыбнулся: Хех. Остается лишь отчаянный шаг… - в невыражаемом любых эмоций лице Кеено, виднелся проблеск заинтересованности. – В ПИЗДУ ВСЁ!

«Нахуй сомнения! Нахуй неизвестность! Нахуй удачу! Нахуй магию, которой у меня, блядь, нету! Наху! Этих! Пиздаблядских! Магов!».

И мальчик с фиолетово-серой шевелюрой раскрыл ладонь и наконец надел на указательный палец странное кольцо.

И тут…Рому чуть ли ни разрывало изнутри: АКХ-хр-хр!

Каждая клетка его тела внезапно взвыла от боли: АйХ-хс!

Каждая часть тела дрожала в конвульсиях, взгляд заплыл дергая всю картинку, его мозг трещал по швам, а дух словно что-то схватило и не отпускало: А-А-А-АА-а-а!

Кеено со своей надменностью: Что за цирк ты устраиваешь? Тебе бы уж лучше в цирк-маг-уродов, как раз подходишь по всем параметрам.

Как вдруг голос, который был материализован в ушах, в голове, в черепе Романа, что своим голосом изрыгал режущий нервы холод и проникающий в каждый уголок организма ноющую боль, собирался проронить свое могильное слово.

Рома: Что? – промолвил Рома, где-то, где звук сопровождается многоступенчатым эхом. – Происходит. Со. Мной.

Голос промолвил свои первые слова, веющие морозом: Скажешь…Ты…Скажешь…

Голос: Ки-и-инь…Сердце-е-е…ДО-О-О-О-ОЖДЬ!!!!

Вдруг Рома пришел в себя.

Дыхание Ромы было прерывистым, пытаясь переварить все что только что с ним произошло, как вдруг его осенило…

«Что это за херня только что была. Снова этот криповый голос мне что-то бормочит под уши. Что за бред он несет…Б-б-блядь…Мое тело. Оно…пиздец. Ах-х-х, больно было…охуеть. Я живой? На мне…ни царапинки…Странно. Ладно, потом обмозгую этот пиздец», - сердце мальчика стучало с бешеной скоростью, казалось, что оно вот-вот остановится. Но тут Рому посетила странная мысль.

«А вдруг, голос – это моя магия?» - опомнившись, Рома резко перевел свой убийственный взгляд на Кеено, что как во время битвы с Люмиусом стоял, смотря прямиком Роме в душу. Прямо вглубь его разума, сверля его глазницы, как Песчаный Червь.

«Метла…»

Рома: МЕТЛА! – вновь, как гром среди ясного неба, прямиком с небес в руку Ромы явилась его недавно обретенная метла, но на сей раз, Рома чувствовал некую уверенность держа ее в руках. – Я вверю свою безопасность тебе, Метелка, так что не убей меня ненароком, окей?

Рома ловко кинул метлу под ноги, прыгнув на нее. И как морская волна ринулся начистить лицо Кеено. Скорость была приличная, даже жестковатые волосы Ромы, развивались на ветру, вместе с его разорванной в клочья одежде.

«Голос. Голос. Голос. Голос…Все мои чувства говорят мне, что оно не просто так мне что-то мямлит. Но интуиция говорит мне то же что и он. Есть одна идея».

Рома: ГЛЕШИУС! Ки-и-инь! – из сияния темно-синего огня в руке появился такой же темно-синий короткий клинок с крестиками по обе стороны лезвий. Он взялся за его лезвие, слегка прицелился и метнул со всей силой скорости метлы, свой нож намереваясь до смерти заморозить Кеено.

Если бы Рома сражался против кого-угодно, то ГЛЕШИУС тут же бы проткнул и сжег бы неприятеля Мерзлым Огнем, но против него сражался Кеено. Что-то пробормотав, из левого глаза Очкарика выпалил Луч белого света.

ДЗЫНЬ!

Сияющий на всю арену и места побоища. ГЛЕШИУС со звоном отскочил от луча, ослепляющего света. Но Рома не надеялся, что попадет прямиком в него, ведь цель его была вовсе не лобовая атака.

Вдруг из-за света от испарившегося луча, вырвался Всадник Метлы, целясь концом деревянной, но крепкой метелки, точь-в-точь в сердце Кеено.

Рома крикнул: Сердце-е-е!

Вдруг послышался звук удара и резкий выдох Кеено чью грудь пробила метла, сила и скорость которой была столь высока, что очки его вылетели вперед: КХа! КХЁ!

Некоторая тревога облокотилась в зрачках мальчика. Его глаза мигом покраснели, а дыхание перебивалось, он схватился своей рукой в перчатках за левую часть своей груди.

Рома: ГЛЕШИУС! – Рома вознес над Кеено свой клинок, смотря с дикостью в глаза до края озлобленного и смятенного кудряша. – Ы-А-А! – крича, Рома мысленно говорил себе.

«Во время лучей он слеп».

Рома вложил всю свою не так уж и большую силу в удар поразивший Кеено в плече, а вот он. Разбился на множества осколков как стекло. С треском и звоном кусочков друг об друга.

Рома: Что? – в миг, Рома вспомнил бой Кирии и Лизы и то как последняя также избежала атаки.

Как вдруг послышался звук чего-то звонкого и…

Кеено: СДОХНИ, ТВА-А-АРЬ! – полный горькости и ненависти голос прозвучал позади Ромы.

Он словил удар луча белого света колоссальной силы в свою спину, выдавив весь воздух, что у того был: БлКХАдь! - хватаясь за свою метлу, Рома мельком увидел глаза Кеено, что были краснее крови, а чей рот дрожал, жадно хватая каждый кусок воздуха, поднимающий свои очки.

Рома вновь забрался на свою метлу, параллельно корчась лицом от боли в спине. Кружась по всей арене, он все раздумывал дальнейшие действия.

«С-с-сука! Как же болит, а-ай! Еще немного и попал бы в позвоночник. И тогда хрен знает, чтобы со мной случилось. Так значит этот урод может разбиваться на осколки и перемещаться в некоторые вещи…СТОП! Магия отражений. Может он способен перемещаться только в вещи что могут отбрасывать отражение, может по такому же принципу он и может стрелять Лучами из глаз, потому как зрачок может слегка что-то отражать».

«Он может сбежать, при любой моей подобной атаки. Значит…НУЖНО ЗАГНАТЬ ЭТОГО ОЧКАСТОГО ПИДОРА В УГОЛ».

Рома: ГЛЕШИУС! – схватив темный клинок, Рома все больше и больше набирал скорость. И нет не для атаки, а для ТОГО ЧТОБЫ ПОДЖЕЧЬ ТУТ ВСЕ! Метла приблизилась максимально близко к земле, а Рома воткнул в кирпичную землю темно-синий меч. Голубые искры шли за ним и за его расплывчатым силуэтом. Он кружил и кружил вокруг Кеено, все ближе подбираясь к нему, спиралью двигаясь вдоль стен.

Как вдруг вокруг Кеено разрослась стена из Ледяного Огня, чей иней медленно, но, верно, сужался к центру.

Кеено: Твою же..! – выдавил тот из себя, все еще сжимая свою грудь в области сердца.

Рома: Тебе больше не куда деться, хренолиз!

Кеено: Захлопни пасть! Я ни за что не проиграю такому ничтожеству, как ты! Сукен ты сын, ты не оставил мне иного выбора. Магия отражений! – внезапно Рома, летя кругом над Кеено, прямо как стервятник над добычей, начал слышать хрустящие, даже стеклянные звуки – ОСКОЛКИ!

В воздухе, светясь, за мгновения начали появляться стекляшки и куски разных зеркал. Отбивая бликами и сияниями лучи солнца.

Рома: Готовься сдохнуть! – «Даже если он телепортируется к одному из осколков, он все равно упадет в Ледяной Огонь, шах и мат».

Рома уселся на метле, как на благородной лошади, словно сквайр на дуэли со стремлением победить! И метнулся он прямо на мальчика, чьи желтые и вместе с этим бардовые от крови глаза вселяли ужас и страх, но для Ромы – это был как красный флаг для Яро-быка.

Кеено крикнул: Умри! Магия отражения, Луч Гибели! – глаза и сотни осколков в небе заискрились, неописуемым, будто граненным, извивая свои углообразные формы. Предупреждая о последующей атаке.

Рома уже близился к Кеено, вознося свой темный нож. Но знакомый Роме звон стекла, за доли секунды приближался к нему.

Дз-дз-дз-дз-з-з-зынь – жутко и неутолимо шло сзади к нему.

«Твою мать, времени нет, сотни лучей направлены на меня, БЛЯДЬ! Мне конец...Нужны ж были две секунды, две жалкой секунды! И я бы проучил эту сволочь! Если я пропущу эту атаку, то я не просто вырублюсь, я могу стать калекой, мне нельзя проигрывать. Что же делать, что же делать, думай Рома, ДУМАЙ. НАПРЯГИ ЖЕ СВОИ ИЗВИЛИНЫ. ДАВАЙ, РОМА, ТЫ И ТАК ТАТЕПРЕЛСЯ ИХ, ПОДУМАЙ ЖЕ ЕЩЕ РАЗ! Хотя, постой, последнее слово…чуть не забыл – Дождь».

Внезапно что-то ледяное и остроконечное схватило горло Ромы, Голос завопил в мозг фиолетового парня: ТЫ-ТЫ-ТЫ-ТЫТ-Ы-Т-Ы-ТЫ СКА-ЖИ С-КА-Ж-И СКА-ЖИ СКАЖИ СКАЖИ ЭТО! СКАЖИ-И-И-И-И-И! С-С-С-С-С-СС-СССС-С-С-СССС!

Рома со всем не желанием, но упорно крикнул: С-с-ДОЖДЬ!!!

Мигом, прозвучал гром, молнии начали сиять над головами мальчишек, а ясное небо превратилось пасмурную бурю, облачную бойню серых тонов свыше, чей дождь обвалился на всех находящихся на отборе. Дождь и капли воды, рассеяли Лучи со осколков, а также потушили холодный Огонь.

Кеено с сияющими глазами схватился за них, вопя от боли: А-А-А-А! ОТРОДЬЕ-Е-Е-ЕЕ – ВСПЫХ, обмокшее лицо Кеено, в мимолетной вспышке, больше не подавало признаки жизни и тот упал.

Шум дождя, слегка заглушил охи толпы и ее удивление, с параноидальным шепотами.

Рома сам не веря в это: Я…я победил - еле он произнес – Я ПОБЕДИЛ!

Глава 13. Человек со сигаретой наоборот

Рома чувствовал душевный триумф, никогда раньше он не испытывал этого чувства, чувства, что он совершил нечто необыкновенное. Наконец он впервые отстоял за себя и свои идеи. Он чувствовал не сколь радость именно, что от победы, сколь истинное и горящее счастье от одного вида обессиленного, но пылающего от злости Кеено. Чьи красные глаза, становились все краснее и краснее, ни смотря на капли воды, падающие прямиком с небес.

Злорадство переполняло Рому, как ведро в жуткую грозу. А желтые разряды, что бушевали вверху, бились, как огонь в душе мальчика.

«Неужто – это и есть счастье? Избить того, кто сильнее тебя? Черт…как же это охуенно».

Но вдруг голос, переполненный гневом и буйством крикнул из балкона Глав орденов.

Леонид Золстатов: Это…он? Это он! – знатный человек в плаще надетый на одно плече поставил свою левую ногу на перилу балкона. Истошно вопя, внезапно переменявшимся голосом.

Но перед ним вдруг появился Хэйлонд, материализовавшийся из тьмы перед тем, который сильной хваткой ухватил того за плечо.

Хэйлонд: Ты чего удумал, златовласка? – лицо некогда веселого дурачка-главы, сменилось маской серьёзности.

Главу Золотистого Сердца словно подменили, из скрывающего всякие намерения и лишние эмоции человека, тот превратился в ураган в человеческом обличье, а его лицо напоминало тайфун, перекошенное от гнева.

Леонид Золстатов: НЕ СМЕЙ МЕНЯ ОСТАНАВЛИВАТЬ! – золотой мужчина кричал столь громко, что его десна стали рваться, но в те же моменты скрепляться зеленоватым свечением.

Хэйлонд воскликнул: Толян!

В тот же миг, с другой стороны Леонида подбежал директор РГАМ Три. Анатолий обеими руками схватился за предплечье мужчины в серебряных одеждах. Было явно видно, что они всеми усилиями пытались его остановить.

Леонид Золстатов: ПРОЧЬ НЕДОУМКИ! – рука, покрытая ярко-серебряным блеском на локте совершила замах.

Удар. Прогремел гром и вместе с ним и удар, облокотившийся на балкон, разбросавший постройку из белых камней и ясеня вокруг, разобрав его одним мощным толчком, кирпич в кирпич, разлетаясь в что-куда.

А в следующий миг Золотистая фигура, через свой размытый образ оказалась прямо перед Ромой, занося еще один, второй удар. От руки чьи вены взбухли до фиолетово-зеленого цвета.

Удар…

Но тут снова из неизвестной тьмы появился Хэйлонд, за секунды остановивший удар схватив кулак Леонида.

Хэйлонд: Пошутили и хватит…Леонидушка. – пытался разбавить обстановку отшутился глава Космической Ладони.

«Что тут творится?» - сердце Ромы стучало с бешеной скоростью, прохладный дождь, больше казался чуть ли ни обжигающим.

Леонид начал яростно кричать: Аа-А-а-А-А! – он вдавливал свой кулак в руку Хэйлонда параллельно занося другую. Хруст и треск костей обволакивал его украшенные наручи.

«Какого черта делает Леонид. Твою мать! Зачем он на меня накинулся. Он же безумно силен. Что? Что тут блядь происходит?! Я не могу пошевелится мне слишком страшно. Только Глава Ладони ограничивает меня и его кулак. Он вот-вот не выдержит!»

Роман встал в ступор. В голове его творился целый вальс страха, ужаса и испуга, под ансамбль тревоги, переходившая в физическую боль. Роман одним взглядом на главу величайшего ордена – “Золотистое Сердце” уже ощущал будто его мозги разрывают на части. Мышцы рвут кусочек за кусочком. А череп вот-вот раскрошится в об кулак столь ужасающего врага.

Вслед за Хэйлондом пришли и остальные главы: София Деньецкая, Эвелина Циленова, Зантер Нюклиф и Альберт Науменцев. Но только главы Лика и Цветка также удерживали сошедшего с ума Леонида.

А за ними явился Анатолий, схватившийся за горло Главы Золотистого Сердца.

Голос Анатолия был насторожен: Рома, убегай!

Альберт Науменцев: Никуда он не уйдет – холодным и безразлично-сосредоточенным голосом произнес Глава Пронзенного Рассудка.

«Почему они тоже его не держат. Зантер и Альб…ерт. Его глаза, что с ними!?»

Прямо в душу Ромы, смотрели два зияющих опасностью и кровавой смертью глаза, светящихся посреди дождя, как пожар.

«Они с-светятся, глаза прямо, как у Демона, Альберт, неужто вы тоже, как Леонид…Надо валить!»

Шаг назад. Рома неловким и робким движением плеснул ногой назад, об обмокший песок и кирпич.

Голос Альберта, словно был самим сигналом тревоги, гудящим о смертельной угрозе: Сделаешь хоть еще шаг и я тебя прикончу тут же.

«Его кошачьи глаза, они кажется стали огромными, мне…мне конец».

Вдруг знакомый голос доносился со стороны трибун и голос этот становился все ближе и ближе.

Артем: Господа Главы, что вы творите! Пожалуйста отпустите, что он сделал, что вас разгневало?

А также и второй голос, что стремительно набирал скорость, Рахдим: Ромочка!

Альберт: А вас не спрашивали! – внезапно Глава Пронзенного Рассудка повернул свою голову, словно сова и хищным взглядом “пронзил” их сквозь свои красные очи. А двоя упали замертво.

Рома: Артем, Рахдим! Ч-что вы с ними сделали, за что! Отпустите их!

Анатолий: Какого беса Альб? Да что вы, двоя словно с цепи сорвались!

София: Только еще одного не хватало. Зантер помоги ты хоть!

Зантер жестко и четко проговорил: Не-а. Леонид никогда так себя не ведет. – полу-мумия повернулась к Роме.

«Артем, Рахдим, пожалуйста встаньте. Прошу вас, встаньте. Я молю вас поднимитесь…пожалуйста».

Рома вдруг крикнул: ГЛЕШИУС! – мальчик с топотом мокрых тапочек, синхронно с трезвоном дождя напал на Альберта Науменцева. – Разбудите их!

Но тут голова Альберта, снова повернулась, с еще более грозным, смертоносным, погружавший в измерение отчаяния и паники одним лишь взглядом.

«Его глаза, меняются, они как буква “х“. Это плохо, это очень плохо, но если Артема и Рахдима – это спасет…»

Еще шаг, под напором красного света, олицетворявший саму угрозу жизни, Роман делал шаг за шагом. Его словно сдувало невидимым, но еще более ощутим и кислотным ветром.

Альберт: Какого? – в его слове чувствовалось замешательство.

«Мышцы ноют, кости словно хотят вылететь наружу, а сердце…сердце сейчас вот-вот остановится, только его и слышу, Артем и Рахдим, прошу проснитесь».

Зантер: Что же ты такое, пацан?! – обмотанный лентами и тряпками человек направил руку на Рому.

«Что он делает, ЧТО ДЕЛАЕТ? Что за сюрпризы тепе…»

Рома: КХа-а-а! – “что-то” вдруг схватилось за горло Ромы, это нечто ощупывало гортань и будто погружалась в глубь его шеи.

«Что за хрень, кх-х-х-х. Это точно не голос! Боже-боже! С-сука…Не может быть…Что за хрень тут творится, прошу отцепись!»

На его коже его горла отпечаталась около человеческая ладонь. И не метафорически, риторически или как-либо подняло Рому, отрывая его ноги от земли.

«Воздуха…не хватает…ВОЗДУХА! Срань! Что меня несет вверх! Что за пиздец, что за хуйня! Блядь…Пожалуйста, отцепись! Отцепись блядь! Оставьте меня в покое!»

Хэйлонд: А чего ты то удумал, Зонтик?

Зантер грозно обратился: Анатолий, проверь его.

Анатолий смятенно: Да не может же быть, что “он” мог выжить или стать простым мальчиком, и то без маг…

Крик Зантера перебил его: ПРОВЕРЬ!

Анатолий не верил: Т-такого не может быть.

Зантер пристально смотрел: Только один человек способен творить такое, при этом не используя маны, а в нем ее даже меньше чем ноль.

Анатолий замялся: Но…

Зантер: ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО Я ПРАВ!

«Что тут мать твою происходит!? Почему они напали на Рахдима и Артема. Почему они напали на меня? Что они от меня хотят, что за мать вашу “он”?»

Анатолий выдыхая: Нет…”Он” не может быть простым мальчишкой.

Зантер гневно хмыкнул, сквозь бинты на его лице, закрывавшие его правый глаз. На лице, на котором виднелись страх и злоба, что переменно менялись друг с другом.

Зантер: Если ты это не сделаешь…Что же. – невидимая груда мышц в форме руки начала двигаться неся Рому за собой.

«НЕТ-НЕТ-НЕТ! Остановись!»

Зантер: То я дам его на растерзание ему.

Перед лицом мальчишки, оказалось человеческое, с выпученными венами и эдакими язвами лицо, погруженное в звериное бешенство, перед ним оказался Леонид Золстатов.

Леонид начал снова кричать: А-А-А-А! Отвали от меня-я-я! – он пытался сдвинутся с места и с каждым новым движением его конечности шли все свободнее и свободнее.

Хэйлонд: А ты упорный! – Хэйлонда начал окутывать угольных цветов туман. – ТЕНИ!

Неестественные, будто потусторонние взмывание ветра, журчащие из нечто темного и беспросветного, звуки стали смешиваться со словно монстрическими шепотами и шипениями, сгущаясь как тьма вокруг Главы Космической Ладони. Руки, ноги, туловище, горло, ступни, кисти, голову, за все конечности главы Золотистого Сердца схватились черные как сама ночь Руки.

Хэйлонд: Эй девоньки, может вы тоже своими магиями будете действовать, а то я боюсь, что я долго его сдерживать не смогу.

София и Эвелины одновременно опомнились: Точно!

Эвелина: Магия Элементов, Горный Гроб! – земля под ними затрещали и из-под нее вышли два колоссальных треугольника, что гулом сжали между собой закованного Леонида.

София: Магия Материала, Жижица! – девушка в розовом и некогда нелепом костюме пронзила своими пальцами землю, прокрутив ее. И разгневанная золотая фигура, словно тонула в земле, песок под его ногами тут же стал, песчаным болотом.

«Черт! Блядь! Ебать! Черт! Надо…надо как-то выбираться! Сраная рука. Стоп, Голос…Голос! Почему тебя нет, когда так нужен. Приди снова, Голос, твою мать, пожалуйста приди! Да, ты призываешь невъебенную боль, словно сотни кислотных кнутов просовываются в мое тело через все щели хлеща изнутри, но ЧЕРТ ВОЗЬМИ! СЕЙЧАС! Голос! ПОМОГИ!»

Зантер: Оу-у, ну что же тогда я сам просто его убью.

Неощутимая рука обрела еще большую силу, с новым усилием она сжала гортань Ромы, лишая того жизни.

«Голос…Голос…Артем…Рахдим…Где же…Вы…» - отголоски его подсознательных слов стали увядать.

Анатолий крикнул: Не совершай эту ошибку!

Но Зантер был настойчив: Про-ве-ряй!

Анатолий сломался: Ладно… - директор протянул свою руку, коснувшись мокрого лба Ромы. По его пальцам бились капельки дождя, что тихо разрывались на еще более мелкие капли.

«Рука разжалась, воздух! Сладчайший воздух. Надо выбираться, но я не могу пошевелится, черт, сука. На что они меня черт возьми проверяют».

Анатолий от прикосновения к Роме, начал «читать его», но тут он ощутил гул, сирену, что вгрызался ему в перепонки, глухой звон не давал ему сконцентрировать мысль, он пытался пройти вглубь сознания Ромы, вычерпать информацию из глубин его рассудка, но тут же что-то рвало этот путь.

Анатолий был будто в некой панике: Я…я не могу его прочесть…Это…кажется он…Это…он.

«Что? Что значит “кажется он”? Выбраться, выбраться, надо выбираться» - Рома словно в конвульсиях рыпался из стороны в сторону, словно рыба, которую вытащили наружу.

Зантер: Что и следовало доказать. – и затем, Глава Неощутимого Рассудка с мстительным голосом сказал - Магия Астрала, Кощей.

Хэйлонд: Стой, может это не он! Толя же не может прочесть любого! Вдруг это не он и ты убьешь просто пацана!

Альберт маниакально улыбнулся: Хех, наконец наша месть свершится.

София была в шоке: Да быть такого не может… - удивилась девушка.

Эвелина: Софа, не отвлекайся иначе… - с тягостью проговорила Эльфийка.

Вдруг арену окутал рев Леонида: А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!!! - тот раздвинув свои руки, разрушил в пух и прах обе стены, что его сдавливали. Даже будучи закованным тьмой, он могучими движениями разнес болото под собой. И он резко, даже невидимо для чужих глаз, ударил прямиком в челюсть Хэйлонда. А тот растворился в тенях.

Ромы: Кха-а-а-а, стойте! – сжавши гортань, тот пискнул.

Зантер: Я не буду рисковать множеством, ради одной жалкой душонки.

Плащ мужчины-мумии порвался на ленточки, хаотично двигающихся во все стороны, что спустя секунды, в мгновение, обрело форму…Форму ужасающего существа. Череп с тонкими отверстиями вместо глаз, с челюстью, чьи зубы срослись, а также несколько странных рогов изображающие рты, выпирающие из висков. Ленточная фигура приобрела руку, чьи грязные, пропитанные неизвестной и мерзкой зеленой, токсично светящейся жижей, были обмотаны на руку, у которой будто бы нет ни кожи, ни мышц – только кости. Одна ленточка на руке, в миг выпрямилась и рвалась, изображая косу.

«Стойте, стойте, пожалуйста, погодите! Артем, Рахдим, помогите пожалуйста. Г-голос, хотя бы ты, помоги-и-и! Да быть не может…Чтобы…Тут! Главы, остановитесь!»

Зантер указал рукою на Рому: Убить… - существо, позади Зантера замахнулось и всей своей ужасающей тушей из рваных тканей, бинтов и лент, безногим рывком переместилось в близь к мальчишке. Дыша звуками неразборчивого гогота, находившейся в гигантском и пустом , эти голоса превращались в тихие и молчаливые вопли. И тут, удар, ленточная коса своим призрачным концом обрушилось на Рому, как вдруг…

Коса остановилась прямо перед глазом Ромы. Лужи начали исчезать, а капли дождя…падать вверх. Громы и молнии, то гремели, но звуком словно наоборот. Коса отошла назад.

Зантер: …ьтибУ – его рука опустилась.

Существо вновь распалось на ленты, превратившись в плащ Зантера.

Зантер продолжил: .икношуд йоклаж йондо идар, мовтсежонм ьтавоксир удуб ен Я.

«Что происходит?» - сердце Ромы билось изо всех сил…Адреналин не давал стойко думать. Внутренний голос Ромы говорил, что он все еще в опасности. Но интуиция и тело, стала чувствовать неистовое успокоение.

Все вокруг…шло в обратную сторону, кроме одного…человека в плаще, что стоял на обломках перилл балкона, которые вновь возводились. Он стоял и сквозь капюшон смотрел в глаза Ромы. И он увидел у мужчины горящую и видимую сигарету, чей дым шел задом на перед, втягиваясь в небольшой огонек перед тьмой капюшона.

«Кто этот человек!?»

Рома: К-кто ты!?

Аккуратными движениями, человек в плаще и со странной сигаретой нагнулся вперед, слегка присев. Затем тот прыгнул и растворился в воздухе.

Рома искал его в небе, вводя свои глаза кругом, но случайно заметил, как тот оказался на земле. Мужчина повернулся назад и пошел, затем вновь растворился в воздухе, в миг оказавшись перед Ромой.

В близи Рома увидел почти всего мужчину. Сигарета, была настоящим бычком, что уже запрещена Расградии. Плащ был слегка рваным, с зигзагообразными фигурами на краях, но возле горла, можно было увидеть два знака, один указатель вверх, а другой в низ. Рома мог даже слегка увидеть лицо незнакомца, грубое лицо с мужицкой челюстью, что была с темной щетиной.

«Какого дьявола тут творится, что, что, что-что-что-что, ЧТО здесь происходит?!»

Ромы: ОТВЕТЬ, к-кто ты!

Вдруг, незнакомец поклонился.

Человек в плаще, проговорил с грубовато успокаивающим голосом, таким что Роме слегка стало хорошо на душе: Я ваш верный слуга, господин Роман. Вы меня не помните возможно даже на совсем, но знайте, я пришел к вам на помощь. Но увы больше я не смогу вам в дальнейшем помогать, так как я уже высветился, выручая вас в нужную минуту, Инфомант – Церагонов меня явно вычислит через некоторое время, а затем если не повезет, то даже и узнает. Но знайте, – незнакомец из тени капюшона посмотрел на лицо Ромы орлиным и пронзающим взглядом – Я и мои кол…ваши бывшие и самые преданные подчиненные вас ждут и лучше бы вам в присутствии глав не показывать свои намерения и совершать то, что спровоцировало их. Вы пока не готовы к таким вытекающим событиям. – незнакомец снова прыгнул вверх, растворившись в идущих задом на перед дождем в воздухе, а взгляд Ромы заплыл во тьме, ощущая некоторое сонное состояние…

Глава 14. ДА НАЧНЕТСЯ МОЙ ОТБОР!

В туманной тьме, что образовывалась изнутри его глаз и черепной коробки, Рома внезапно услышал, слова, что эхом вбивались в его извилины, пульсируя нервами и впиваясь в рассудок: Абсолютный победитель - Роман Дрежнёв-Жизненко!

Рома открыл глаза. Перед ним бушевали Ледяные столбы пламени, чей далекий свет отзывался в самой душе мальчишки. Перед ним виднелся Кеено, лежавший смотря вверх, валявшись, как дохлая рыба, сжав зубы и оскалив лицо в гримасе злобы. Он еле мог двигаться, будучи объятым голубым огнем.

Рома: Какого...черта?

«Что за хрень. Я же вроде...почему нет дождя, почему огонь все еще горит, что только что произошло?»

Роман в растерянности кружился вокруг, он не верил своим глазам, он в отчаянном бешенстве пытался понять, почему все откатилось назад. Свет яркого солнца обуздал всю арену, паливший прямиком в мозг, впекая запутанны в клубок мысли.

«Неужто - это была...была...настоящая магия. Этот стремный человек, он...он смог откатить время назад? Волшебник, который мне помог? Как такое вообще возможно…Такое вообще возможно...Он спас меня».

Анатолий вновь оказался перед ним.

Но тут Рома вскрикнул: А-А-А! - волна страха, паники и звериной опасности обрушилась на него. Проникший в поры кожи холод, отрезвел Рому.

Рома: ГЛЕШИУС! - достав темно-синий меч, мальчик принял боевую позу.

Анатолий: Тихо-тихо-тихо, да, дуэль - это большой стресс, но ты победил, Рома. Прими мои поздравления. Никогда бы не подумал, что можно победить, не используя магию. - директор посмотрел в глаза пацана и увидел не столь стресс, сколь инстинкт самосохранения - Что-то случилось? Твой противник неприятное воспоминание в тебе пробудил?

Рома: В-вы ничего не помните?

Анатолий: Почему это? Я еще как все помню, это весьма знаменательное соб... – взгляд на Анатолий на миг растерялся, но он тут же пришел в норму - День я бы даже сказал...

Рома: Тогда... - дыхание мальчика прерывалось - почему Главы...

Анатолий перебил: То как ты при помощи одной лишь метлы и артефакта не использующий свою ману, победил Дочку влиятельного губернатора - Лилию Фэр'рэн, что способна становится Невидимой и взрывать, почти что угодно. И то, как ты победил самого лучше ученика двадцать третей Школы магических углубленностей - Кеено Мрагмарского, изумительно.

И Рома очутился на трибуне. Он видел, как Лилия и Люмиус все еще спят. А Кеено, сидя на заднем сидении, так же спал, но окутавшись в толстое одеяло и даже сквозь закрытые глаза выражал всю ненависть к Роме.

Мальчик медленно перевел взгляд вперед. Уже начался новый бой, но Рома не обращал на него внимания. Оры, крики, звуки взрывов, огня, молний, земли, камней, стекла все для Ромы было не важным.

Потому как, Рому беспокоил лишь один вопрос Что тут произошло» - он вспоминал каждый миг с Леонидом и страх, что тот ощущал от одного присутствия Зантера и Альберта.

«Что…Почему…Как…» - все эти вопросы и мысли били как гнильники-черви, пожиравшие твою плоть. Рома от непонимания всего этого даже схватился за голову.

«ПочемуПочемуПочемуПочемуПочемуПочемуПочемуПочемуПочемуПочему…» - отзывалось многослойным эхом, не дававший покоя.

«Кто был этот незнакомец, какой нахуй “господин Роман”, что блядь значит это ваше – “это Он”, что за ебаный ГОЛОС!? Все ушло в обратном порядке... И главы, и их память, и АРТЕМ, И РАХДИМ!» - осознав, что время откатилось вспять и весь кошмар под внезапным дождем обнулился, Рома всеми остатками трезвого разума желал увидеть живых и здоровых Брата и лучшего Друга.

И какое же облегчение и некоторую радость, тот ощутил, при виде, все такого же беспечного Арахна, что часто тревожным взглядом смотрел на Рому, а затем снова бросал глаза на Арены. И младшего брата, со своей ровной прической и очками надетые на около серьезное лицо.

«Фух-х, да...да-да-да-да, хоть что-то хорошее сегодня случилось, ДА! Моя голова, уже трещит к чертям собачим и кошачьим. Слишком...слишком много все произошло за один сраный день. Боже...боже...боже. Ладно, ладно…главное…главное все обошлось». - Роме хотелось заплакать.

Он настолько увлекся самокопанием в безднах своего рассудка, что почти не заметил, как прошли все бои. Для него все они прошли как миг.

Как вдруг трибуны начали постепенно погружаться в землю и через пару секунд все дети и подростки, столпились вокруг пустого круга по центру Арены. Рома начал осознавать, как много детей все-таки хотят стать приключенцами. Ведь эта профессия считается не только самой рисковой, но и невероятно захватывающей. Сражаться и побеждать монстров, расхищать подземелья, что появляются вокруг, изучать магический мир и новые явления – это по сравнению с обычной жизнью в городе, обычными буднями в школе, было сказочным и захватывающим сам двух человека.

Рома все еще приходил в себя, путаясь в толпе других детей. Как вдруг послышался знакомый звук блеска позади.

ДЗЫНЬ!

Рома уже рефлекторным движением уклонился и было ясно, что этот луч света, прошедший мимо его уха, был от Кеено.


Кеено шел, уверенно изогнув свою шею вперед, искривив свою рожу со жгучей злостью: Ублюдок! Мы с тобой еще не закончили! – глаза его резко начали знакомо сверкать и искрить.


Рома сразу оценивший ситуацию, тут же сказал: ГЛЕШИУС. – темно-синий клинок тут же материализовался в его руке. Луч пробивал своим звуком и светом чуть ли ни само пространство, Кеено был в ярости, и эта ярость передалась его лучу, явно намереваясь не просто победить, а уничтожить Рому. Но прозвучал лязг и звон металла и серо-фиолетовый мальчишка легким движением своего клинка встретил луч Кеено и он на сверхскорости помчался обратно в своего заклинателя, попав прямиком в глаза.

Кеено повалился на пол и кричал от боли: А-А-А-А! Будь ты проклят, Рома-а-а-а-а-ан!

Он оперативно отозвал свой короткий меч и растворился в толпе других детей, ища свои спутников по пути сюда.

И рыща в толпище, тот мельком увидел, как некоторые дети начинают пятится от кого-то. От фигуры в окровавленной одежде, в чью каждую нитку пиджака проникла кровь и с сине-серыми волосами - от Артема. Рома, увидев своего брата, начал продвигаться к нему, но тут же его кто-то окликнул.

Сладкий голос: Ромочка!

Рома ощутил на себе жестковатую руку на своем плече, что повернула его к высокой и стройной фигуре, что была Рахдимом. Тот обнял Рому явно за того переживая, всеми восемью лапами с хитиновыми перчатками. Он прижал его к своей мягкой и приятно пахнувшей груди. А Рома чувствовал теплое спокойствие и ответил тому взаимностью.

Рома: Р-рахд...С-спасибо... - Рома наконец впервые за день почувствовал истинное умиротворение. Он почувствовал то, как груз на его плечах, что с утра до данного момента становившаяся все больше и тяжелее, в миг растворился.

«Мне....явно этого не хватало. Как же спокойно...»

Девушка из толпы: Эй, а почему мы так не можем? М?! - недовольный голос, наблюдал за теми двумя. И она схватилась за ухо парня, стоявшего рядом с ней - Я видела, как ты с ней обжимался на трибуне, ну-ка давай, признавайся! Что эта за восьмирукая, девчуля?

Парень: Эмм, вообще-то - паренек начал шептать ей в ухо — Это не "она", а "он".

Девушка с отвращением: ИУ-У-У. СТОП! А ты откуда — это знаешь?

Парень со взглядом отчаяния: Пожалуйста не заставляй меня это вспоминать. Мне жаль того пацана рядом с ним. Эх-х бедный паренек, земля ему металлом.

Спустя пару мгновений Рома почувствовал, как нечто продолговатое и склизкое пробралось тому в спину и начала там же извиваться, облизывая рану, которую создал Кеено выстрелом луча по ней.

Рома: Рахд, твою мать! – Рома схватился за продолговатую и извивающуюся вещь, что был склизкий и слюнявый язык Арахна.

Рахдим слегка обижено: Хм-м, я думал – это поможет…

Рома: Ой, да ну, не обижайся…Спасибо, мне полегчало, было...приятно. – Рома на момент замолкнул и понял, что он только что сказал - Блядь...

«Что я только что сказал!»

Наступило долгое и неловкое молчание, а краем глаза Рома мог заметить, как некоторые дети косятся от них в сторону.

«Надо сменить тему. СРОЧНО!»

Рома: Ты видел Артема? По-моему, он вон там. Надо бы подойти к нему и… - Рома хотел было подойти к Артему. Но его тут же остановили жесткой хваткой двух рук.

Рахдим: Рома…я не видел такого ни разу, ни от сильнейших приключенцев, ни тем более от Артема. И судя по твоей реакции ты тоже. Ты ведь понимаешь, что он мог что-то еще скрывать от тебя. Он мальчик умный, уверен у него еще много тайн. В добавок он устроил впечатляющее рандеву – это может привлечь не нужное внимание, при чем даже не каких-то задир, а государства. Шутки с Геном Крови очень плохи, даже у нас только два мага Крови во всей стране, и то последнего можно назвать только с натяжкой. Ты точно хочешь верить ему?

Рома: …Артем – мой брат, он бы ни за что бы не причинил бы мне какой-либо вред, если ты об этом. Так что прошу, успокойся, ты ведь тоже знаешь Артема, он не злюка, он не сделает, то, чего ты боишься, Рахди.

Рахдим с легким удивлением: Рахди? Хм-м. - довольно и ехидно похмыкал полупаук.

Рома: Эм-м-м-м.

Благо неловкий момент прервал очередной возглас Анатолия Церагонова.

Анатолий: Что же детишки, сейчас тех кого мы вызовем, должны будут встать в центр круга. Затем главы Орденов, должны будут либо поднять руку, тем самым предложив вам место у себя, либо не поднимать ее, говоря сами знаете что. Если кто-то поднял руку, то вы должны подойти к тому знамени, к которому вы хотите присоединится. А если никто не поднял, то прошу на выход.

Анатолий Церагонов: Прошу выйти первого…Артема Дрежнева-Зэ’Лева.

Рома: Артем… - мальчик с серо-фиолетовой прической прорываясь сквозь толпу, увидел своего брата, идущего своим привычным деловым шагом, а его окровавленная рубашка, отлично сочетались с его ровным и меланхоличным лицом.

Артем подошел в центр пустого круга, шурша ногами об песчаную землю, ожидая итоги глав.

Спустя секунду, все подняли руку. Каждый глава желал получить себе столь одаренного юношу, от главы Цветка Мира, до главы Неощутимого Взора. Лучи солнца обвевали каждую ладонь с рукавами на них, показывая некогда сосредоточенные лица Глав, сосредоточенные насколько они могли.

Но Артем смотрел только на золотой наряд, как и лицо, олицетворявший саму концентрацию главы Золотистого Сердца – на Леонида Золстатова.

Артем: Мне нужна своевременная медицинская помощь, раз уж я наконец воспользовался Геном Крови на практике. Я выбираю Золотистое Сердце! – Артем подошел к знамени, что в миг материализовались чуть дальше от балкона.

Подойдя к знамени, где изображено Человеческое сердце, вокруг которого были сплетены, толи вены, толи золотые лозы, а само сердце имело крест на середине, что также переливалось золотом, Артем облучился в длинную серебристо-золотую мантию по колени, чьи окраины были обвешены легкими самоцветами и еле-заметными сапфирными узорами, а возле горла был самый мягкий мех в мире.

Следом за Артемом шли остальные ребята, прошедшие отбор.

Петр, сражавшийся с Артемом, со сломанной и забинтованной рукой видел, как ему подняли руки Зантер, София и Эвелина с Хэйлондом. Он пошел в Цветок Мира, чье знамя — это цветок Розы, корни которой Зеленых, Красных, Синих и Голубых цветов проросли сквозь земной Шар, а из низа прорастали еще больше, но менее большие Розы. Получив легкую и шелковистую мантию, что излучала спокойствие.

Мальчик в синей рубахе и с безумным взглядом, пошел в Неощутимый Взор, чье знамя – это Очертание Глаза с белым зрачком, что был слегка порван, а поверх, которого был Красный Крест перечеркивающий его. Обретя мантию с длинным воротником, что был из около бежевого и зеленого цвета, а по краям были подобия старых бинтов.

Кирия, светя атлетичным телом, из которого все еще шел пар, пошла в Золотистое Сердце.

Лиза Кроудфорд, с разбитой гордостью в глазах, в Цветок мира.

Рахдим в беспечное лико, облачившись в мягко-розовую мантию и малиновый шарф, подойдя к Розовато-Малиновому знамени, где черно-белым нарисовали лицо Драмы и лицо Комедии, соединенные с друг другом.

Кто-то подходил и выбирал Пронзенный Рассудок, чье знамя – это мозг что проткнут множеством невидимых клинков имевшие лишь белые очертания, а по середине его пронзил тонкий и длинный меч, насквозь. И получал мантию сине-белого цвета, а также фисташковый галстук.

«Что-то тут не-то» - Рома взглянул на подростков и детей, что стояли возле своих знамен и заметил, что есть и шестое знамя, в котором словно сама жизнь, сказалась на нет.

«Знамя - Космической Ладони. Почему там никого? Странно».

Некоторые дети уходили, видя, как все Главы, просто не поднимали свои руки. В их глазах и лицах, Рома видел знакомые ему чувства.

Зависть – “А почему взяли его, а не меня, А?!”

Злость – “КАК, КАК Я НЕ СМОГ ПРОЙТИ!!!”

Уныние – “Черт, как я мог так облажаться”

Отчаяние – “Эх-х, не быть мне приключенцем, пора обратно, пахать на огороде”. - все эти дети, в чьих очах виднелся спектр негативна и апатии эмоций, наводили волнение на Рому.

И наконец спустя мучительно долгого отбора осталась лишь четверка из: Люмиуса ЭксЭверина, Кеено Мрагмарского, Лилии Фэр’рен и Романа Дрежнёва-Жизненко, стоявшие плечом к плечу перед Главам Орденов, ожидая итоги каждого из них, как вдруг.

Хэйлонд Вергесский: Тэкс! – Хэйлонд – глава Космической Ладони, молодой человек двадцати шести лет, самый молодой глава среди Орденов города Манастополь. Одетый в черный плащ, с большим кол-вом ремешков, что достигал колен, с бурыми волосами, зачесанные в бок, а другая часть волос, шла в кудрявый разнобой. Своим сапогом, тот наступил на перилу балкона и своим резким тонном пронзил молчание, стоявшее в РГАМ Три.

Хэйлонд Вергесский: Вы сразу идете в пролет! – тот покосил свой взгляд - Вы ИДИОТЫ!

«Что?»

Все четверо сказали: Что…

Кеено тут же стал озлоблен: Как это понимать!?

«Какого хрена!»

Хэйлонд Вергесский: А так. Я уверен, что никто из глав орденов не возьмет вас под свое крыло. Можно даже это проверить. – тот повернулся к Главам Орденов – Господа коллеги, поднимите руку, если я прав, что никто из вас не возьмет ни одного из них. – Все, чуть ли ни синхронно подняли руки.  – А я о чем и говорил.

«Н-но почему, я-я...Я ЖЕ ПОБЕДИЛ!»

Лилия с пустым взглядом: Что….как….почему…

Хэйлонд: А я сейчас все объясню. Ты, – он указал на Люмиуса. – Неумеха, которая даже с выжиманием чужой маны, не смог победить или нанести серьёзный урон, и ты не то, что даже не защитился, а помог сопернику себя одолеть, любой семиклассник, знает про вещи впитывающие чужие заклинания. Ты туп, как пробка Аздальдского вина!

Люмиус повернул свою голову в сторонку и обидчиво цыкнул.

Хэйлонд: Ты! – глава Ладони посмотрел уже на Кеено. – Ты хоть, и способный, и магия у тебя интересная, но ты, как человек не способен на соперничество и бой, если ты начнешь продувать или слышать обратное своей точки зрения мнение, то твоя жопа сгорает быстрее чем свиток поджога.

Кеено: Да как вы!.. - мальчик в очках нервно дергался, сковывая свои кряхтящие звуки зубами.

Хэйлонд: … Это не просто помешает выполнению задач и миссий, так и наоборот приведет к еще большим потерям.

Кеено сжал кулаки и посмотрел в низ: С-с-сука.

Хэйлонд: А ты барышня – обратился он к Лилии. – Ты просто идиотка, которая решила взорвать чуть ли ни бомбу прямо на себе – это настоящий женский идиотизм! – на последнем слове, главы Лика и Цветка, как совы нахмурено повернули головы к Хэйлонду.

Лилия недовольно хмыкнула, демонстративно обернувшись.

Хэйлонд: Ну а ты пацан, у тебя все не так плачевно. - мужчина в черных сапогах и одеянии обратился к Роме. - Твоя проблема лишь в том, что ты…бесполезен без магии. Почти каждый человек имеет нереально сильные магические способности и с новым, чертовым каждым днем они его улучшают, что можешь предоставить ты, тем кто может изменять саму реальность вокруг, ломать законы физики, нарушать правила природы, создавать паранормальных монстров, что ты можешь им противопоставить? Хех. - Хэйлонд немного посмеялся. – Лишь один контракт с рядовым Артефактом? Деревянную метлу? Ум? Ты просто не сможешь противостоять сильным, а стать сильным ты просто - не можешь…

«Снова...снова блядская магия все решает».

Рома не замыкал глаза, его зрачки чуть ли ни выходили из орбиты, а кулаки сжались чуть ли до белых костяшек с хрустом перебирая свои пальцы.

Рома с тихим гневом: И вы, не берете меня только из-за магии!?

Хэйлонд: Да, верно. Ты просто слабак без нее!

Рома крикнул: Вы...вы....вы не правы!!!

Хэйлонд: Оу, ну и почему же? Давай скажи, почему же ты сильный?

Рахдим сомкнул руки, переживая за Рому. А Артем, словно чего-то остерегаясь взялся за свой кейс.

У Рома вскипала кровь, рот словно передергивало от нарастающей злости. Хэйлонд будто бы посмеялся над тем через, что прошел он. Через какую жизнь прожил.

Рома: Если бы я не БЫЛ сильным, если бы я не МОГ стать сильным, думаете я бы не оказался бы здесь? Я чуть не умер бегая сюда и чуть ни умер прибежав сюда. Сегодня за мною гнались куча Слащавых педиков, стирающих с лица земли почти что угодно. Я сегодня чуть не разбился на смерть дважды. Меня заставляли стонать. Меня чуть не убила какая-то ебанутая оторванная рука. Меня чуть не взорвала в клочья, какая-то рыжуха. Чуть не заморозил сам себя до хладного трупа. Чуть не изрешетили лучами. Меня чуть не убили главы Сердца, Взора и ебаного Рассудка! И все это, все блядь это я каким-то раком и жопой пережил! Одной лишь метлой и мечом! Ни вашей магией, ни вашими сверх-мега-ссаническими магическими способностями. И так я живу всегда и всю свою ебучую жизнь! Без магии!

Все дети, стоявшие у знамен, и остальная четверка озадачено взирали на Рому, в чьих глаза пылала ярость.

РГоОмЛа: Вы хоть представляете каково жить слабым, вы хоть представляете, что значит быть тем, кто не способен на противостояние более сильным, вы хоть представляете, как это жить в мире, где все, абсолютно все что-то могут, а ты сука нет!

РГОоЛмОа: Вы знаете каково это видеть, как твои одноклассники творят настоящие чудеса, а ты можешь только собирать мусор из того, что осталось от них. Вы хоть представляете, когда тебя бьют, избивают, оскорбляют, только потому что у тебя нет магии, всего лишь магии!!!

РГОоЛмОСа: Да, я слаб. Я слаб из-за того, что мне не повезло, таким родится. Но я знаю, что я могу стать сильным, я знаю – это. Я могу терпеть боль, я могу бороться даже когда поражение неизбежно, я могу стать СИЛЬНЫМ!

Хэйлонд Вергесский нежно и ехидно улыбнулся: Хм-м, неплохая речь, только вот… - Темный силуэт Хэйлонда появился за плечом Ромы кричащим шепотом тому говоря – Что значит “чуть не убили главы Сердца, Взора и Рассудка?”

«Твою мать...Что я только что ляпнул? Они же...они же не помнят. Черт, а если снова они нападут. Черт, черт, черт, черт! Блядь. Зачем, зачем я это сказал! Или постой...Это же говорил, словно не я, а кто-то еще».

Хэйлонд: От-ве-чай... - белые глаза темной и дымной фигуры пялились и пялились в зрачки мальчика. Словно прожигая тому голову.

Рома пытался выдавить из себя хоть пару слов, но страх схватился за его язык и тянул его в гортань.

Рома: Я...я...я н-н. - мальчик неестественно сжал свой кулак, судорожно пытаясь собрать мысли в кучу. Но тут его рука словно онемела.

И он сам не заметил, как Ударил по объемной тени. Прямо в дымное лицо.

Рома: Не увиливайте, давайте ближе к делу, вы же нас не просто же так оставили. Иначе бы не подняли бы руку. Так и зачем?

Хэйлонд с легкомысленностью хмыкнул и кроткой улыбкой притронулся к своей щетине: Так во-о-от, почему я оставил именно вас, как вы видите, в моем Ордене в этом году, никого, снова репутация заставляет меня брать бездарей - пробормотал он. - А других детей с достойной магией Вселенского вида я не видел, кроме вас… Потому, вот, что я хочу, взять вас четверых неудачников в свой Орден “Космическая Ладонь”. Но перед этим...победите его.

Хэйлонд щелкнул пальцами.

И перед детьми сгущалась сама тьма, тени собирались вместе и из ее пучин вырастало существо, олицетворявший сам ужас перед неизвестностью и темным страхом.

Существо выше взрослого человека, худощавый гуманоид грудью из которого выпирали ребра, словно выросли наоборот. С животом, на чьем месте была темная и сконцентрированная пустота. Ноги чьи колени были нечеловечески искривлены, а стопы с гниющими ногтями. Его руки вырастали со спины и было их немереное количество. Две, три, пять, десять, и меж них прорастали чернейшие перепонки, из которых сочилась вязкая и мерзкая жидкость. Верхней части тела словно не было, ничего кроме шеи, как вдруг из нее вырвались полчище рук, а их пальцы, будучи в конвульсиях, пытались собрать из себя человеческую голову.

Хэйлонд: Магия Теней, существо из мира тьмы, Пожиратель рук. Выбор за вами…

«Ч-ч-что это за ТВАРЬ! Я-я н-не смогу ее убить, твою мать...Это конец?»

Анатолий разорался: Хэйлонд, мать твою! Это всего лишь дети, убери обратно — это чудовище!

Хэйлонд: Бережешься за детей? Ну что же. - щелчок.

Дети, стоявшие у знамен, растворились в черную дымку, а затем появились рядом со всеми главами.

Рахдим в ужасе крикнул: Как это понимать?! Что вы творите!

Артем за ним: Остановите - э-э-это безобразие. Этого н-н-не было уговорено в правилах...Е-е-если вы хотите от них избавится, то просто дайте им уйти!

Хэйлонд: Вы мешаете. - щелчок. И за звуком пальцев главы ладони мальчики замолкли, их рты закрывали черные руки, а они сами были скованы за черным стулом, неспособные пошевелится.

Включились и главы Цветка, Лика и Рассудка.

София: Хэйлонд Вергесский — это уже не смешно, прекратите!

Эвелина: Ты что с ума сошел, а-ну отзови ее!

Альберт: Жизнь детей - дорога, нам потом проблем до кучи будет!

Анатолий добавил: Этот монстр и эти четверо...

Хэйлонд: Верно! - перебил он его - Это все еще четверо на одного, в условиях моего ордена такие идеальные условия большая редкость. И тебе ли не знать, какие качества нужны, чтобы быть в моем ордене, не так ли, Толя?

Анатолий: Покончи с этим, немедля.

Но тут подобрался и глава Взора.

Зантер: ХАХААА~. А ты умеешь меня удивлять Хэйлонд. Да и он прав, пусть проверит стоит ли они того. Дети ведь бывают жестоки. И вдруг их внутренний ребенок так и лезет наружу!

Глава 15. Чудовище внутри и Монстр снаружи

Кеено смотрел в подобие глаз, собранных из множества извивающихся, словно черви пальцев: ТВОЮ МАТЬ! Ну нахрен эту вашу Ладонь и эту ебанину. Не знаю, как вы, придурки, а я съебываюсь! - через панику, каштановый мальчик набрал воздуха в грудь и крикнул! - МАГИЯ ОТРАЖЕНИЙ, ЗАЗЕРКАЛЬЕ!

Вокруг мальчика в зеленом плаще сама материя и воздух, разбивались как стекло, разрушая фигуру Кеено на множества отражений, но тут...Он начал выхаркивать свою кровь, кашля, еле-еле державшись за горло.

Кеено прикрыв окровавленный рот: Ебаная мана, закончилась...

Лилия возникла: Ты совсем оборзел? Решил взять и бросить нас?

Кеено подняв брови и раскрыв узковатые глаза: Да, взял и решил, ты хоть видела эту тварюгу?

Лилия тотчас сглотнула комок слюны, покосив глаз в рукастую фигуру. А ее новоиспеченный костюм из очень облегающего комбинезона черного цвета, начал дрожать.

Кеено: Иж разговорилась тут, сама-то небось, тоже от страха дрожишь?

Лилия: А вот и не!..

Рыжуля и мальчик с каштановой челкой начали словесную перепалку. Пока Люмиус от страха перед тварью слышал лишь один звонкий гул в ушах, он словно был на поле боя, где царили взрывы и оглушающие визги магических снарядов.

Люмиус: Ч-ч-что мне делать...Я-я же думал меня точно возьмут в Лико,\ и я стану еще более популярным и возможно н-н-найду себе настоящую девушку и-и-и-и... - по слащавому лицу блондинчика начали литься тихие слезы. Он начал взвывать от ужаса перед лицом чуть ли ни самой смерти. - ааааАААА!.!

И царился такой хаос, ощутимо вечно. Но тут же ее прервал один боевой клич.

А-А-А-А-А-А! - кричал Рома, оседлав метлу, замахнувшись клинком на устрашающее существо неизвестно-жуткого происхождения.

«Не знаю, что творит - этот Хэйлонд, но я так просто сдаваться не хочу. Натерпелся я уже всего этого говна. Если я и от гомиков улетел и тем истеричкам надрал зад. То этой твари и подавно! Как же заебался я терпеть и сидеть в страхе уже какой пиздучий раз!»

Вдруг, монстр словно ожил и своими копошащимися пальцам он задергался, как бы дожидаясь хоть от кого-то атаки, и он ее дождался.

Мигом существо распахнуло своими спинными руками, темные, как пучина океана перепонки. Он напоминал летучую мышь необъятных размеров. И совершил сильнейший взмах. Воздух ринулся от его "крыльев", песок начинал бить в глаза, столь могучий поток ветра остановил летящего Рому.

«Г-глаза...» - Рома еле видел само существо, его, как жука сдувало назад. Но негаданно его отрезвели руки, жадно тянущиеся из перепонок. Они крепко сжали в своих бледно-мерзких ладонях метлу Ромы и его ГЛЕШИУС.

«Сука! Только не их, не смей их трогать. Если я останусь без них, мне хана!»

Ужас заставлял опьяняющий кураж и мимолетный приступ смелости исчезать, как только тот увидел, как чуть ли ни изо всех сторон к нему медленно и томно тянется лес рук.

«НЕТ! Черт. ЧЕРТ! Тут выбор, либо метла, либо ГЛЕШИУС. Твою мать, подвижность или атака, подвижность или атака...Бля. Если не смогу двигаться, то в меня легко будет попасть, а если атаковать, то придется доверится тем засранцам».

И Рома кое-что вспомнил, одно уникальное свойство его предметов.

«ТОЧНО!»

Он швырнул ГЛЕШИУС точно в растерзанную грудь чудовища и впившийся в бледную плоть клинок, загорелся Темно-синим пламенем.

«Теперь увернуться. Хоть бы не зацепило, хоть бы не зацепило, прошу-прошу-прошу». - молчаливо молясь не зная кому, неуклюже, но резво Рома, как волчок летел то в одну сторону, то в другую, облетая одну громадную руку за другой.

Но одна из рук вцепилась в плечо мальчишки.

«НЕТ! ТОЛЬКО СУКА НЕ ЭТО!»

Резкий поток боли прошелся по его спине, как электрический разряд мук. Существо нащупало старую рану Ромы, доставшаяся от Кеено. Он ковырял своим большим пальцем эту болевую точку. Рома начал вопить: ЫА-А-А-Ы! - а чудовище протягивало свои ручища к пылающему синим огнем мечу и к охваченному болью мальчишке. Намереваясь сломать и разорвать, и то и другое.

«БОЛЬНО, БОЛЬНО. Я-я чувствую его палец под моей лопаткой. Ясность мыслей теряется. П-план, надо держатся п-п-плана».

Грудь существа покрывалась инеем и тот уже своими лапами стал хрустеть мечом, словно сухарем. Вот-вот огонь и меч исчезнут.

Внезапно встряли Лилия и Кеено: ЗАЕБАЛ ОРАТЬ! - синхронно те сказали.

Люмиус проронил первые слова: Ты-ты что, совсем идиот. П-е-переть на эту тварь!

«Какие же они дебилы, я тут инициирую бойню, а они просто стоят и смотрят. Дауны!»

Ромы: ХУЛИ ВЫ ВСТАЛИ, ДОЛБОЕБЫ! Бейте эту тварь, бейте!

Но тут все встали в ступор, осознав, что на месте Ромы, могут быть они сами. Их наполнял инстинктивный страх.

«Ай, пидорасы! Я тогда сам!»

Рома: ГЛЕШИУС, призыв! - меч из лап чудища в миг испарилось, и образовалось в руках мальчика. - Хрен тебе, а не мой меч! Я буду швырять тебя в него столько раз, до тех пор, пока ты не сдохнешь, СУК...

Атакующую речь Ромы, прервал палец, впившийся в глубь его спинной части, копаясь во внутренностях и капиллярах фиолето-власово: КХА! – тот вскрикнул.

«Сегодня без выпуски пара».

Роман сделал взмах мечом и посеял в руке захватчика бушующее ледяное пламя. Пацан услышал внутри своего тела шипящий крик и чудище убрало лапу от него. Клинок Ромы сиял на свету дня, блики провожали его режущие взмахи меча, а зарождающийся огонь их завершали.

Рома: МЕТЛА! - со свистом ветра, палка с ветками подхватила падающего подростка.

«Слишком резко, ай, моей правой руке конец, хорошо, что я левша, но кровь идет, надо прижечь рану».

Он долетел до Люмиуса, спрыгнув на песок, пошуршавшись у его ног. И тут же схватился за его рубаху под нагрудником.

Рома: Почему ты стоишь, почему вы все блядь стоите!? Какого хрена я один сражаюсь с этим рукоблудным чудовищем! Зачем вы вообще приперлись на этот сраный отбор, если вообще не желаете сражаться! - Рома был на эмоциях, гнев его заставлял вываливать язвительные высказывание в сторону магов, что никогда раньше не удавалось ему, без последствий.

Лилия запиналась, ее растерянный взгляд кружился по всей новой "арене". Но, а Кеено в таком окаменении не был.

Кеено не сдерживая злости подошел к Роме и тыкнул пальцем в его разорванную рубаху: Это из-за тебя у меня недостаточно маны, чтобы атаковать его. Все свои заклинания и энергию я всрал на поединок с тобой!

Рома: Слышь псина, а-ну палец убрал. - мальчик с фиолетовой прической ответно ударил по руке Очкастого. - Либо, ты идешь и говоришь, что идешь отсюда нахуй, либо ты сражаешься вместе со мной.

Кеено: Ты кого псиной назвал, выблядок! - он сделал удар кулаком целясь в челюсть Ромки.

Но столь неумелую атаку, он прочитал с такой легкостью, что в ту же секунду одернул голову и в миг нанес ответный удар, по морде Кеено.

Кеено: АЙ! Я...Я тебя уро!.. - он пытался выхаркать из себя еще слова, но тут его прервал кулак в печень – КХУ!

Рома, опомнившись от нанесенных им ударов, обернулся на существо и видел, как оно словно перестало агрессировать, он лишь пытался потушить огонь на своем теле, отрывая одну руку за другой и хлопая по ним, в своем странном плясе.

Рома: Он отвлекся. Ты, Люся, да? - Роман обратился к Люмиусу. - Поможешь в кое-чем?

Люмиус: М-м-меня зовут Лю...

Рома прервал его: Ты Маг Мвета, значит при помощи него сможешь прижечь мне рану на спине? - он указал на красно-багровую дыру в рубашке и уже в коже мальчишки.

Люмиус стал напористей: Я-я Люмиус!

Рома: Да хоть Пингвиниус, просто аккуратно прожги мне ее, чтоб кровь не текла больше.

Люмиус в уме: «Черт, он меня бесит. Иж, кем он себя возомнил еще с первых боев, он меня достал. Никому не известный паршивец, а я Люмиус ЭксЭверин - лицо журнала "Приключения +", а он кто, чтобы со мной так разговаривать. Я сейчас, так его ебну Световой Волной, что мало не покажется, сила будет сродни с заклинанием "Санстрайк". Он поплатится за свое поведение».

Люмиус вдохнул побольше воздуха: Магия Света, САН СТР...что... - внезапно глаза Люмиуса наполнились отвращением и ужасом, его дыхание поперхнулось от увиденного им – КХМ-КХМ!!!

Рома: Люмус, что там с то... - Рома посмотрел через свое плечо. И он увидел, как лицо Люмиуса схватила гигантская рука протягивающаяся прямо со спины Ромы.

Рома: Чт...ЧТО ЭТО ТВОЮ МАТЬ! - он дергался из стороны в сторону, пока блондин в ужасе кричал в ладонь руки, державшееся за его лико мертвой хваткой.

Рома: БОЖЕ-БОЖЕ-БОЖЕ, ЧТО ЭТО ЗА ХРЕНЬ. РУКА, на мне снова какая-то ебанутая рука! Господи, Люсиум, Мюсиус, как там тебя, убери ее, убери!

Люмиус мычал: ММММ...МхмхмЗЗАВААмММВм!

Но тут раздался смешок, это был Кеено: Хи-хи-хи-хи, этот монстр - Пожиратель рук, если он вольет своей кровушки или плоти в кого-то, то оттуда вырастит рука, которая напрочь высосет у тебя ману до суха и без остатка. ХАХ! Те-бе, пиздец, Роман Дрежнев-Ублюде...

Шлеп. Люмиус задышал полной грудью, но Лапа тут же взялась за очкастое лицо Кеено.

Теперь в страхе закричал и Кеено: Бл#, бл#ть, бл#ть, бл#ть! Убери, убери, убери эту суку с моего лица. БОЖЕ! Ебанутся СУЧКА! Ебланище тупорылое, отцепись, мерзопакостное дерьмо!!!

Люмиус с отрезвевшим взглядом: Сейчас зарежу ее, САН СТРА...

Но Рома, желал мести: Погоди-ка, Юмулис, пускай помучается.

Люмиус с недовольством держал меч твердя: Лю-ми-ус, Люмиус, на "Л" и заканчивающаяся на "С", а по середине еще "Юмиу", будь любезен, запомни.

Рома: Хорошо, Лсюмиус, просто дай ему еще пострадать.

Кеено: Уроды, я вас слышу! – говорил тот мыча в руку.

***

Тем временем на балконе.

Зантер: ХА-ХА-ХА-ХА-ХАХ! - глава Незримого Взора заплыл в смехе - Я уж думал то, как они будут сражаться с Рукастым будет весело, но то как они дерутся с друг дружкой, ХА-ХА - он начал аплодировать - Это настоящее блаженство.

Хэйлонд: Боже, почему они наконец не могут скооперироваться и прикончить это существо Средней опасности. Вообще, они видать смогут-таки его убить или нанести серьезный урон, но скооперироваться, точно не получится. Так что. - щелчок пальцами - Магия Теней, Мрачные Узы.

Перед Хэйлондом встала тень, с около прозрачной дырой на туловище, из которой сочился искаженный голос и силуэт другого человека.

Хэйлонд: Вообщем, дела таковы, созови-ка~ Апельсина, Белую Язву, Живолюбку и Бумагу, весь молодняк. Скажи, что глава Ордена объявляет Охоту на четырех целей, вот кстати они. Передай им это, как можно скорей, хорошо?

Искаженный Голос из пуза тени ответил, четко и медленно, словно изысканно поедая сами слова: Да, глава Хэйлонд, передам.

***

Рома: ХАХ! Я походу могу ею управлять, хорошая компенсация за почти оторванную руку.

Кеено: Так если можешь ею управлять, дак убери нахрен ее с меня, сейчас же!

Рома: Эх-х, а я только хотел тебя отпустить, ну что, хрен тебе, а не свобода.

Кеено яростно мычал, изображая недо-быка: Р-Р-Р! Какого черта ты не подыхаешь! Ах да, точно, ты же бездарь, что без ман... - нечто перебило мальчика и этим нечто был большой палец ручищи, что елозил в его рту.

Рома: Хих.

Кеено сквозь палец в зубах: Перхкхати! Тьфу, так вот сука, ты должен был умирать от истощения маны, но ты даже сумел подчинить себе руку, видимо из-за отсутствия маны, он связывается с твоей нервной системой, а там сливается с твоим телом. Без вреда, так как у тебя нечего отсасывать.

Рома: Видимо...Хотя погодите, я кажется перестаю ее чувствовать. - ребята увидели, как третья рука из лопатки Ромки, начал становится меньше, отвисать и вовсе засох, отвалившись мертвым грузом.

«Походу без маны ей не выжить. Неужто я действительно не имею магии и маны, а что тогда за голо...» - мысли о природе Ромы прервал чуть ли ни крик.

Лилия: Вы что, обалдуи, забыли про эту тварь!

Рома: Не парься, походу он не атакует, а только защища… А нет я напиздел.

БАМ! Грохот об землю заставил всех наконец включить мозги. Рукастая тварюга хотела было размазать ребят сплетением из длинных и словно переломанных на месте локтей рук. Хруст костей жадных пальцев растелился по поднявшемуся песку.

Прозвучал очередной девичий крик Лилии: ГЕН ВЗРЫВА!

Бум!

Туман из песка и земли заменился взрывом, вспышка предательски выделило силуэты остальных парней, а затем оглушающая волна заставила их разлететься в стороны, харкая от каждого удара об землю, волочась под силой взрыва.

Кеено: Ты издевашь-КХА-ся?!

Лилия: П-простите, парни!

Зато от напавшего омута из рук осталось ни следа, лишь мокрая лужа из черной жижи.

И оставшихся лап, что как рыбины на суше, барахтались в конвульсиях.

«Вот тупица! Спина болит еще сильнее, идиотка! Так, сконцентрируйся на эту тварь. Стоп, а где она».

На Рому упала неестественная тень, что-то громадное было над пацаном и взгляд вверх доказал, что Пожиратель Рук выбрал своей целью именно его.

Рома: твою мать, МЕТЛА! КХА!

Метла ударилась своим концом об Рому, отводя его от чудища, что с очередным грохотом, обвалило свою рукастую тушу, создав миниатюрный кратер. Монстр начал дрожать, его "шею" дергало с неистовой силой, а руки на ней, превращались в неясную субстанцию. Сквозь брызги из этой жидкости появилась человеческая голова, без ее верхней части. Тварь монструозно разинуло новообретенную пасть и из нее на удивление вытянулась очередная рука, но на ее ладони красовался гигантский Глаз.

«Что за ебаные фокусы!»

Рома: Нам бы стоит на нее напасть, народ!

Монстр, проронил свои первые слова, удушенным и зловещим голосом сказав: ЦЕЛЬ! - глаз на ротной ладони в миг потемнел, и лишь белая точка была на ней, уставившаяся на Рому.

«Надо что-то придумывать. Этот чертов голос мне точно не поможет, а если поможет, то мне пиздец от Глав. Думай, думай. Нужно сработаться с этими дебилами. Сами они не додумаются, остаюсь только я».

Но тут в Рому влетело полчище рук, что вдребезги прошли в землю.

Рому: Хорошо, что он мазила, а так если бы не...

А из-под земли тут же вырвались колоссальные ручища, что словно черви, то впадали в землю, то погружались обратно. Но все они все равно следовали за Ромой.

Рома: ТВОЮ МАААТЬ!

«Быстрее, быстрее, быстрее, нужно подумать. Так, он зарыл в землю почти все свои руки, ЧТО ХОТЯТ МЕНЯ РАЗМАЗАТЬ. Могу попробовать покидаться ГЛЕШИУСОМ, но он стопудов сломается, могу попробовать позвать ребят, но...Да хрен с ними, пускай тоже помогут».

Рома: Эй, придурки! Он выцеливает меня, а не вас за что я вас ненавижу, потому атакуйте его пока можете.

Кеено: НО...

Рома: Слышь, очкарик, попроси Люмиуса ебнуть в твои очки снова. И стреляйте в эту суку! Лилия, придурочная! Как только Кеено пальнет, готовь очередной свой ебаный свиток с преследованием! Уверен у тебя есть копия. Люмиус, ебашь по очкарику!

Люмиус: Он наконец назвал меня правильно...

Кеено: Вот только посмей мне в живот ненароком выстрелить, я тебе так жопу наде...

Рома: ЗАВАЛИСЬ И ДЕЛАЙ, Я Ж ЩАС СДОХНУ!

Кеено: ВОТ И ПОДЫХАЙ МОЛЧА!

Рома: СУКА, если вы это не сделаете, я ща к вам его приведу! Попляшите у меня тут, сволочи.

Кеено недовольно Тцыкнул: Только попробуй НЕ попасть мне в очки. И покажи-же наконец свое нормальное заклинание. А не девчачьи выплески.

Люмиус тихонько сдерживаясь: С таким к себе отношением, я точно выстрелю тебе туда из-за чего ты и сам не сможешь делать девчачьи выплески.

Кеено: Ближе к нашим заклинаниям, валяй! Заспель же свое мощнейшее заклинание.

Люмиус: Сейчас так заспелю, что твоей ма... во-общем кто-то женского рода из твоей родни это почувствует.

Кеено устал ждать: Да-да-да-да! Давай.

Люмиус слегка вспотел: ГОТОВЬСЯ!

Кеено закатив взгляд: Жги.

Рома снова встрял и кричал: УБЛЮДКИ, ХВАТИТ ЯЗЫКИ ЧЕСАТЬ, ПРИСТУПАЙТЕ ЖЕ!

Люмиус сделал глубокий, словно пучины древнего космоса вздох: Магия света, СВЕТЫЧ! - перед глазами Кеено образовался сгусток светящейся материи, чьи мигания света перевоплотились в могущественнейший свет. Безудержно вырывающийся из столь малого источники и поглощаемый столь с виду хрупкими, но жадно впитывающие его, очками мальчика в Зеленом Пальто.

Кеено: О да, наконец-то ты выкинул хоть что-то стоящее. И какие же эти очки охренены, я чувствую такую силу, мана небесная!

Рома: Хватит ловить световую эрекцию шмаляй-шмаляй-шмаляй!

Очки Кеено с дикой радостью светились, как и его полная счастья улыбка. Он распахнул руки, словно был дирижером на поле битвы. Вот-вот чудовище услышит его Отраженческую Симфонию.

Кеено: Спецзаклинание, АЛЬФА-СВЕТОВОЕ ОТРАЖЕНИЕ! - мальчик с одержимой одичалостью расставил руки, а очи его заискрились, неостановимый поток света накапливались в окулярах мальчишки.

Оно вырвалось. Неистово буйный свет пробился из очков, оставив пару трещин. Луч был во множества раз больше самого Кеено. Ото всех шли гигантских размеров тени, чья тьма сгущалась с нарастанием света. Весь этот фонтан навалился на рукастое существо, чуть не зацепив и Романа. Вопль существа растворился об фотоны струящихся на него.

Кеено: ДА, СУКА! ОТРАЖЕНИЯ!

Люмиус: Мы справились...да быть такого не может.

Лилия: Мда, эх-х чтобы вы без меня делали...МАТЬ МОЯ СВИТОК ОСТОРОЖНО!

Удар. Очередное скопление мерзопакостных ручищ атаковало по детям. Существу столь мощная атака была нипочем. Но вызвала жажду убийства и буйства у монстра, что громыхал и вертел своими руками, в разнобой, куда угодно, сотрясая землю и воздух с каждым ударом.

Под раскатом атак, рыжуля резким движением под напором адреналина дотронулась до Блондина и Очкарика, и в ту же секунду заставила их всех исчезнуть

«ТВОЮ МА-А-АТЬ!» - лицо Романа перекашивалось из страха и ужаса, в панику и нервозность, сменяющие друг друга, как времена года. Искажались не только мускулы на лице мальчишки, но и на его движениях, поменявшиеся из сосредоточенных и выверенных уклонов до взволнованных рывков.

«Эти бездари вообще ничего что ли не могут? Они оставили меня здесь одного. Нужно думать, думать, думать. Хотя какое тут нахуй думать, эти сраные руки вот-вот меня зацепят и одним царапками, и руками из жопы я точно не обойдусь. Если я налажаю, то меня не примут в Орден, не пустят дальше, отменят меня и мои усилия за весь этот ебаный день, онуление, возврат к началу...К тому говно-мирку, что называют реальностью. Я не хочу обратно. Я не желаю вновь пиздовать по этому миру бессилия, УЖ ЛУЧШЕ СДОХНУ!».

КХА!

Что-то вцепилась за легкие и сам воздух в организме Ромы. И один голосок произнесся внутри него самого.

Голос: НЕЕЕЕТ! СМЕРТИИИ! УБИИИТЬ! ИЗНУТРИ! УБИИИИИТЬ! УБИТЬ! УБИТЬ! УБИТЬ! УБИТЬ!

Рома: убить, убить...убить...АХХ КХА-КХА - вдруг почувствовав способность дышать, он захватил кусок кислорода.

«Ну наконец этот голос вернулся. Дождался-таки опять эту хренову боль. Стоп, по-моему, я немного вновь потерял из-за этого сознание. Иначе бы как объяснить то, что я вверх тормашками?.. ОХ БЛЯДЬ Я Ж ПАДАЮ!».

Рома на момент потерявши сознание, очутился будучи перевернутым. Весь мир был для него снизу-вверх: СУКА, ТЫ МЕНЯ НЕ ОБСТАВИШЬ, ТВАРЬ!

Плюх. Рома лихо ударился головою об землю: Кха, кха, кхать!

«Н-не могу дышать» - мальчик с серо-фиолетовой прической был в таком смятении, что кислород чуть ли ни сам разрывал его легкие. Гортань горела изнутри, словно сам ад рвался наружу.

«Глаза...н-не видят» - взгляд был столь разбросан, что его обозрению представилась сама тьма. Перед его глазами воцарялся сумрак, сгущая свои потусторонние краски, извивая их в водовороте мерзости из угольной грязи, которая ночью была бы абсолютно невидима.

«Ничего н-не чувствую» - Рома чувствовал вставшую на него бездну, а он становился ее частью.

Странные хрустящие и клацающие звуки трескались над макушкой мальчишки и тот перевел взгляд вверх.

«Я-я же...прямо перед этой мразью, хех, мне конец».

Черный глаз с белым рубцом по середине, впечатавшийся в ладонь существа уставился на угасающий взгляд Ромы. Челюсть твари изобразил искаженную улыбку, похожу на радость, при виде его.

Лилия: Уродец, не смей помирать раньше положенного! - раздался девичий приказ из ниоткуда.

Что-то выдернуло Ромку за шиворот рубахи. От места где тут же произошел неистовый удар.

«А? Что меня несет, что с моими руками...ТВОЮ МАТЬ, ОНИ ВСЕ В КАКОЙ-ТО БЛЕВОТЕ!».

Кеено прошептал: ЗАТКНИСЬ!

Мальчик перевел взгляд и увидел, как все Троя облиты странной переливающейся субстанцией или же некой аурой.

Лилия также прошептала: Уродец! Не выдавай нас и это не блевота — это моя мана!

Рома: И у всех у вас мана выглядит, как Бензиновая конча?

Люмиус: Нашел время и место спрашивать! Ты хоть двигаться можешь, нет?

Простонавшие движения Ромки давали положительный, но вымученный ответ.

Люмиус: У нас сейчас, в целом, патовая ситуевина. У Кеено нет маны, у Лилии атакующих свитков и взрывной мощи, а у меня достаточного урона, чтобы убить это чудовище.

Рома: Слышь, очкастый...Ты ведь зубрила, верно? Помню ты выпендривался своими знаниями в области тварей, знаешь слабое местечко этого монстра? Или типа уязвимость, что угодно, что может нам помочь?

Кеено молчал, он лишь задумчиво и углубленно провалился разумом в переливающейся мане Лилии. Он толком не воспринимал сейчас чужие слова, лишь перелистовал чертоги своей головы, в поисках желанного ответа.

Кеено промолвил первые слова: Чудовище с рангом опасности Разгром, тип Распространитель. Выигрывает за счет бурного роста Рук, а также представляет опасность в затяжных битвах, может своей каплей крови в чужом теле отрастить высасывающую ману руку. Любит убивать по одному, концентрируя атаки на одну жертву. Известность в мире приключенчества - минимальная, информации - с гулькин хрен, слабости - неизвестны, природа - неизвестна, применение в приключенчестве - не выяснено. Нам - пизда.

Рома: Вот оно что.

Кеено: Но судя по всему, он хорошо видит и чувствует, но толком не слышит. Иначе бы он уже бы нас расплющил.

Рома: А че за...А что за черная хрень у того в животе? - Рома задался вопросом, во что он смотрел после падения. Зачем природа и эволюция этого монстра заставила того, иметь в животе темную пустоту, сгущавшая свои полуночные тона.

Кеено: Хуй его знает. Известно лишь одно, почти каждый приключенец нашего уровн, что с ним сражался подыхал. Также хрен знает, как Хэйлонд эту белую залупу сумел призвать, но видимо тот его приручил, так что нам не грозит так таковая опасность. Потому можем спокойно сдаться и...

Рома: Стерпеть и сбежать?! - с недовольством возмутился Роман.

Кеено: Нет блядь, уйти и выжить. А что еще ты предлагаешь, убить эту херь?

Рома: Ты, епт твою мать, прав. Я хочу угандошить эту тварюгу.

Люмиус: Извини конечно, но ты ебанутый? Ты действительно хочешь сразится с ним? Ты дурак? Ты тупой?

Лилия молчаливо смотрела на Рому, с непониманием глядя, как и все остальные.

Рома вздохнул: Знаете, что? - Рома выдержал паузу, собирая мысли - Идите в пизду...

Мальчик пренебрежительно отмахнул руку Лилии со своего плеча. И радужная жижа, обволакивающая паренька, стекла с рук и ног. И наконец перед рукастым зверем, предстал Роман.

«Срань…срань…с-с-сука… Ненавижу, ненавижу, просто блядь бесят…Эти ебаные, не надежные, предательские маги! Вечно выебываются, вечно хвалятся! А когда до дела доходит, оказывается они…уебищный слабаки…Как-же. Я. Заебался».

Рома: Эй! - пацан с уставшим взглядом снял с себя галстук - Сука рукастая! - он подвязал за спину метлу, также укрепив хват ремнем. Чье отсутствие заставило его штаны слегка сползать - Я тебе сейчас все руки, хуюки, крюки или что у тебя поотрываю, тебе пиздец.

***

На балконе

Хэйлонд: Хмм, никто так раньше не использовал метлу, занятно.

Зантер: ЭЭЭэээ, а где те остальные? Или они оставили его одного сражаться с Пожирателем?

Хэйлонд: Что и следовало ожидать. Они оказались теми еще трусами. Слушайте, Эвелиночка, Софочка, как раз подстать вашим орденам, не хотите их к себе?

В очередной раз, представители женского пола Глав Орденов, недовольно хмыкнули. И они, двоя в мыслях представляли, как одна превращает Хэйлонда в жидкость и пускает в того рыб. А другая как бы того раздавить камнями, поджечь, утопить, а затем задушить.

***

Оскал существа без верхней части головы, преобразилось в ухмыляющуюся улыбку предвкушения.

БАХ!

Существо мигом ударило по Роме скоплением ручищ. Но под ними оказалось не мокрое место, а лишь пыль.

Рома взлетел вверх, словно парил. Его ноги свисали вниз, уставившись в землю. Ничто не держало мальчика, но тот завис в воздухе.

«Нихуя себе…Сработало…Продолжаем».

Рома: ГЛЕШИУС!

Он призывал свой меч, уклоняясь от надвигающихся рук. Первая рука, вторая, четвертая, десятая. Все они пролетали мимо него и тот вслед за ними проводил черную и тонкую линию, что вспыхивала темно-синим огнем. А меч Романа покрывался чернотой, кровью твари.

Искаженный звериный рык доносился из уст, из которой выходила ручище с глазом, что нервно подергивался от боли.

«Один не верный рывок и план коту под хвост. Рука слева, уворот. Справа, удар. Сверху, вираж и удар, а затем отскок. Стоп, а почему нет рук снизу».

Земля под Ромой начала содрогаться, камешки начинали выпрыгивать, трещины разделяли клочья земли. И из них вырвались полчище рук. Они схватили Рому, за ноги, голень и бедра. Они сжимали его мышцы и кости. Жадно хотели оторвать ему ноги, как лапки у насекомого.

«Больно, просто больно».

Одним чистым взмахом меча Роман отрубил все только возможные кисти. Черная, как дно моря кровь хлынула с обезглавленных ручищ. Омывая Рому темной волной.

«Дальше. Сдерживай эмоции, Рома. Сдержи их хотя бы в последний раз».

Парящий мальчик направлялся прямиком в чудовище, а вернее в его живот. Существо всеми силами пыталось тому помешать, но тщетно. На месте одной отрубленной руки тут же вырастало три, но и их тут же отрубало и прижигало холодным огнем.

Лилия испытала шок: Куда это он направляется. Что он вытворяет. Кто он вообще такой?

Люмиус был запутан: И он не состоит в ордене мечников?

Кеено был злостном замешательстве: Какого хера, Роман.

Рома спустя мгновения добрался до бледной сущности и мигом пропал в черноте монстра.

Рома: Принимай в свою дыру гостей, тварь!

Трое были в смятении.

Тишина вновь окутала арену. Но ее обрубил внезапный всеобъемлющий смех, смех Хэйлонда.

Хэйлонд: ХА-ХА-ХА-а-а! Боже, боже, как же забавно и иронично. ГО-О-ОСПОДиИ Ха-Ха-Ха!

Люмиус: Почему...он смеется, почему он смеется когда один из детей взял и пропал... - дрожащий голос блондина, промолвился посреди грохотящего смеха.

Хэйлонд впал в смехотворную истерику: Среди четверых детей трое, из которых обладают магией Вселенского вида. Сражается с монстром ранга Разгром, который разносит низкоранговых приключенцев, как два пальца об грязь, человек, что даже не имеет магии! ХА-ХА-ХА-А-А-А! КАКАЯ, КАКАЯ ЖЕ ЭТО ИРОНИЯ!

И эту "иронию" почувствовал даже монстр, который также монструозно, искаженным голосом заплыл в безумном и сумасшедшем смехе. Но этот смех перелился в кашель, а затем существо начало блевать своей собственной кровью.

Монстр: А-А-А-А-а-аА! - пожиратель рук размахивал своими руками в диких спазмах и боли.

На чудовище появлялось все больше рубцов и рваных ран, сочившихся черной жидкостью. Но затем вся это кровь загорелась синим огнем. Существо горело изнутри. И из его рта вместе со внутренними органами вылетел и Роман, полностью пропитавшийся субстанцией.

И вылетев, тот точь-в-точь, резким взмахом меча отрубил ему голову, что упала на зем и сгорела.

Но сущность все еще стояла. Крыхтела, вертелась от боли, сочилась кровью, но оставалась жива. Безумно живучая тварь.

Роман сосредоточенно сказал: Так и знал, что этим не обойдется - мальчик по инерции вновь замахнулся мечом, но прицелился на сей раз не на монстра, а в твердый кирпичный пол.

Удар и треск

Роман с хрустом разломал свой меч на десятки кусочков.

Рома: Давай план, работай!

Он взял осколки в руки и вдруг начал втирать их в себя, он впивал острейшие осколки своего Хладного меча в самого себя.

Рома: Кровь, только посмей меня подвести!

Черные жидкости попадали в раны и из них вырастали чудовищные руки, покрытые огнем и с кусками мечей на них.

Рома: Спецзаклинание, РУКАСТЫЙ РЕКВИЕМ!

Полчище рук под контролем Романа, ринулись на обезглавленное уже тело чудовища, напоминавшего безголовую летучую мышь. Руки из Ромы рвали, метали и поджигали, застрявшими в них осколками остатки существа.

Рома: СДОХНИ! УМРИ! СГИНЬ! УМРИ! УМРИ! УМРИ-И-И!

Бам! Бах! Бам! БАХ!

Все люди были ошарашены. Все они с изумлением и с бьющимся сердцем наблюдали то, как мальчик уничтожал монстра, оставляя от него лишь кровавые, черные ошметки.

И наконец, все стихло. Руки изо всех частей тела мальчишки отмерли.

Роман был полудохлым. Еле дыша, его плечи, то поднимались, то опускались.

Он зашагал, каждый за этим наблюдал.

Он наступил на кровавую лужу и фарш, который постепенно покрывался инеем и тлел, проходя все дальше.

И он дошел до одного знамя. До знамени с Черным полотном, со скоплением звезд на нем и отчетливо белым очертанием руки. Роман схватился за знамя - Космической ладони.

Мальчик с серо-фиолетовой шевелюрой, облачился в черную мантию, чья правая часть была слегка длиннее левой, по бедро. С капюшоном, белой веревкой, с черными, блестящими пуговицами треугольных форм, и Белым контуром Ладони на спине.

Хэйлонд встал с трибуны, начал аплодировать, хлоп за хлопом, тот покачивал головой с радостью смотря, на терявшего сознание ребенка: Браво, Роман, по крайней мере вы точно в моем ордене. Добро пожаловать. Добро пожаловать в Космическую Ладонь, Роман Дрежнев-Жизненко, ну и остальные - Кеено Мрагмарский, Лилия Фэр'рен и Люмиус ЭксЭверин…

Том 2 - РГАМ 3

Глава 16. ПОЗДРАВЛЯЮ ВСЕХ!

Запах гадкой и липкой, черной крови начинал развеиваться. А кишки и распотрошенные внутренности существа начинали тлеть под напором Ледяного Огня, пожирая плоть и остатки - Пожирателя Рук.

Ледяной треск и извивание синего пламени кружили за четверкой, одетых в Черных мантиях с тремя треугольными пуговицами и белой ладонью на спине.

Хейлонд: Опа, а ты таки пришел. - буро-власый обернулся, окликнув нового свидетеля сея случая. - Опять ты конечно за свое. - прозвучало с некоторой азартностью.

За высоким табуретом Главы Космической ладони вышла кроткая фигура, чей силуэт выдавал изящнее тело, а также, что показалось странным для Ромы...

«Рога...».

Два черных и маленьких рожка отлично сочетались с темными штанами, облегающие талию. А также с белым и изящным лицом с двумя зеленовато-изумрудными глазами, что слегонца прикрывали Серебристые волосы.

«Полудемоница значится. И также в Космической Ладони. Там видать все сплошь ебанутые, раз Глава такой дурдом устраивает».

Роман понял ее членство в Ладони по такой же, что и у него мантии.

Хэйлонд: Эхх, ладно. Господа! - тот похлопал в ладошки - Можем в принципе начать наконец-таки церемонию.

Эвелина: Можно было бы обойтись и без твоего цирка! - недовольно произнесла Глава Лика.

Альберт добавил: Н-н-да, отбросы же обычно отсеиваются. А ты постоянно, что-то чудишь. Когда же твоего шило в заднем проходе наконец угомонится. - строгий говор сопроводил столь же осуждающий взгляд.

Хэйлонд: Зато какой-же контент из этого выйдет. Все эти школяры, все записали на телефоны. Так что пересматривая этот цирк, все будут только в выигрыше.

Анатолий: Ближе к делу, Хэйл.

Хэйлонд: А, да, точно...

Щелчок!

Черные путы, сковавшие Артема и Рахдима тут же испарились.

Спустя секунды персонал учреждения убрал остатки монстра под землей. И на месте пустого пространства забились оставшиеся дети, шедшие на Отбор в Приключенцы Орденов. Многие были воодушевлены своим завершением отбора. Многие ликовали стоя возле своих, новых знамен. Но все-таки многим не давало покоя, присутствие Романа. Человека без магии. Многие там же, без наушников пересматривали момент битвы. Некоторые особенно умелые, уже сделали "Нарезку смешных моментов с Отбора в Ордена". Все это тут же прервали вставшие со стулов Главы.

Анатолий поднял руку: ПОЗДРАВЛЯЮ ВСЕХ! ВСЕ ЗДЕСЬ ПРИСУТСТВУЮЩИЕ СТАЛИ ПРИКЛЮЧЕНЦАМИ И СТАЛИ ЧАСТЯМИ ОРДЕНОВ. Здесь начинается ваша новая веха жизни. Будучи в ордене вы будете защищать государство, родину и людей, живущих в Манастополе или так и вовсе по всей стране. Это честь, что вы здесь оказались. Вы проявили свое мастерство и умения в бою, показав свою мощь или нестандартный подход к битве. Вас здесь обучат азами Магии, а также помогут вам постичь аспекты нашего магического мира. Вам представятся возможность спасти Граждан от стихийных бедствий, защищать страну от Маргинальных преступников, расхищать подземелья и изучать наш Мир. УРА!

Все дети словили взгляд Альберта Науменцева и крикнули: УРА! - даже Рома присоединился, но сказал это крайне уставше.

Анатолий: Сегодня вы стали Приключенцами и вы имеет право на полное посещения РГАМ 3. Сегодня вы можете пройтись по Дворцу, что станет вашим вместилищем на ближайшее время. Всех кто покалечился или потерял сознание вы можете найти в мед отделе. А завтра настанет ваш первый день в качестве юных членов Орденов, а также Приключенцов!

И тут, уже Анатолий похлопал ладошками.

Мигом Арена и трибуны испарились. Словно их никогда и не было, только гигантский двор РГАМ 3 и колоссальных размеров Замок красовались под обеденным солнцем.

Толпы детей начали уходить из открывшейся вычурной двери. А гулкие шепоты и болтовня детей заглушили всякие другие звуки.

Роман смотрел в пустоту, осколки ГЛЕШИУСА были на его руках, а его глаза были направлены в недавно целый темно-синий меч.

«Если бы не ГЛЕШИУС и моя метелка, то кирдык бы мне был. Эх-х, печально, теперь нужно как-то умудрится починить старый артефакт. Если бы не эти уроды, что прошли только благодаря мне, может быть мне и не пришлось бы ломать его...Срань! Все тело теперь ломит, сука, словно спички зажженные под ногти засунули, видать, побочка от Рук».

Но тут его окликнул Кеено: Роман... - его глаза неловко косились из стороны в сторону. - Я тебе не прощу, то как ты меня победил. Я стану сильнее и размажу твою физиономию. Ты безманый уб...

Рома ему ответил: Я запомню на всю жизнь, как я тебя отметелил. - легкая улыбка разошлась по левой щеке мальчишки.

Кеено: Жду нашего следующего столкновения, Роман.

Рома: Давай-давай, не трепи по-посту язычком. - тот демонстративно щелкнул по своему языку.

Кеено стиснув зубы: Магия Отражения, Зазеркалье. - материя и одежды Кеено начали трескаться и тот в этом разломе исчез.

Затем к нему подошла Лилия, что в основном смотрела чуть ниже глаз Ромы: С-спасибо...Рома...

Рома: Что-что я не расслышал? - он явно решил поиздеваться.

Лилия: СПАСИБО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! Я благодарствую тебя за твою помощь нам - Лилия сбавила и удавила свой голос - ...Я видела как ты изможденно бился с этим существом...Сама бы я не смогла...

Рома: Эхх, а я видел тебя без Одежды. И уж я бы точно смог...

Тут же Рома словил четкий и искрометный удар по лицу.

«Твою ж мать, да она бьет быстрее всех кого я знаю».

Лилия: ЗАМОЛКНИ! Ты ничегошеньки не видел!

Рома сквозь кулак в носу: Хех, я поспорю! Такие апельсинки хер не увидешь.

Лилия: Я сейчас тебе всю одежду взорву и уже я тебя голым увижу.

Рома: Давай, да я с радостью и сам для тебя разденусь.

Лилия: Ты совсем охренел, челядь!

Рома: Не забывай кто тебе в первой же битве глаз на жопу натянул!

Но тут Люмиус их разъединил, говоря так воодушевленно, словно другой человек: Дорогая Лилия, пожалуйста прекратите разговаривать с этим обалдуем!

«Ничего себе, да Люсю теперь не узнаешь. Вроде рыдал да плакал, а тут ведет себя, как сраный Джентельмен».

Лилия горделиво хмыкнула: Ну и ладно! - достала странный пергамент из самого мелкого, чуть ли ни невидимого кармана своего подсумка, со спины взглянула на Люмиуса и Рому и в золотом огне испарилась.

Рома: Опа, Люся, выручил.

Люмиус тут же сменил тон, скривил взгляд, словно сокол на мышь: Задрал, прекрати. Я Люмиус Эксеверин, требую от тебя более благосклонного ко мне отношения. И впреть прошу не коверкать мое имя. - тот неловко переменял взгляд - А также спасибо.

Рома: А теперь-то я узнаю того самого Люмиуса.

Голос Люмиуса поробел: Благодарю за то что уничтожил ту тварь. Я был слаб духом...Мне стыдно, за то как я себя повел... - его плечи, то смыкались, то отходили, вел он себя крайней неуверенно.

«Боже, он "спасибо" сказать хочет, или в любви признаться».

Люмиус: И я хочу кое-в-чем тебе признаться...

«Твою же мать! Вот напидрил! Мне и так одного гомоватого друга хватало, так и еще и гомоватого соперника в придачу?»

Люмиус: То как ты двигался, то как твои руки, ноги и бедра...

«Боже, Рахдим где ты со своими заигрываниями когда ты так нужен».

Люмиус: Что это за Стиль Меча? Я занимаюсь почти всю свою жизнь в Братстве Серебряных Мечников и владею Стилем Солнцеликого, но то что продемонстрировал ты, что это?! Я никогда не видел, чтобы такими неловкими движениями и взмахами можно было так грациозно комбинировать!

«Что он несет? Какой нахер стиль меча. Стопе, кажись че-то вспомнил. А точно, Артем же ходил однажды в какой-то задротский клуб где люди дрались на мечах ради веселья, пока не обнаружил в себе магию Воды и Стиль Всплесков».

Рома вспомнил, то как их Отец повел их к своему старому знакомому мечнику. Он был худ и строен, а в доспехах словно становился еще худее. Его шлем с алой рваной тканью на шлеме был словно огонь. Но запомнилось Роме не только это, но и то каким мечом тот пользовался, а меч его был Длиннее его самого в три раза. Тот был столь искусен в мечах, что сумел совладать с гигантским мечом, доходивший чуть ли десяти метров в длину. Как говорил отец, в свое время этого мечники звали - Гарган-Колосс.

Люмиус немного заулыбался: Только не говори, что ты нигде не учился, а то я повешусь зная то, что какой-то неумеха настолько лучше меня.

«Бляха, что же сказать. Этот чувак ебанутый биполярочник. Актер вроде, может он не в серьёз. Черт, а если он не шутит и действительно откинется если я ему скажу, что просто махал мечом в такт движений. Не, похуй, скажу, как есть».

Рома: Это был Стиль Алого Колосса.

Люмиус: Чего? Ни разу такого не слышал...

«Что я блядь несу!»

Рома: Меня и моего брата этому однажды научил великий приключенец, сам Гарган-Колосс. - Рома в удивлении для себя стал бесустали врать.

Люмиус, голос его стал гнетущим: Чего...

Рома: Еще в детстве наш отец отвел нас к нему, а я вспомнил парочку движений.

«Пожалуйста, пусть мой блеф окажется правдой».

Люмиус тянул слова: Это...был...стиль Приключенца-дезертира?

Рома: Дезертира? Не, Алый Колосс, мечник с длинным мечом.

Лицо блондина побледнело: Того, кто перерезал не одного человека, что предал Братство и уничтожил множества жизней..? - его голубые глаза словно тонули в разочаровании, которую тот ощутил.

Рома: Да нет же. Я про приключенца Высшего ранга. Ты не знаешь или ты просто тупица?

Люмиус чуть ли ни крикнул: Отойди от меня! Неужто я...восхищался стилю такого гнусного человека, в исполнении еще более гнусного человека... - голос его подрагивал - Иди нахер, Роман.

Мальчонка в броне резко отвернулся от Ромы, как если бы тот смотрел на бомжа, жадно и жалко протягивающий свои руки. И удалился он в сторону выхода из двора в Замок РГАМ 3.

«Какого хера...он либо долбоеб, либо это я чего-то не знаю» - Рома хотел было найти информацию на кристо-телефоне, но достав кусок серебристого и немного не ровного кристалла, и пытаясь его включить, тот вспомнил, что как и все приборы он работает на мане. - «Надо бы найти Артема, чтоб он подзарядил, а хотя, стоп, может походить по РГАМ 3? Наконец хоть, что-то спокойное в этот день. Такое спокойствие, без напряга. Лишь я, чистое небо, солнце и кучи блядских магов вокруг. Может просто...по...сидеть?»

Но тут свободные мысли Ромки были прерваны внезапной атакой восьми полумягких полужестковатых рук, что облепили все его тело за один миг.

Рома был в испуге, под тяготами произошедшего за этот день, для Ромы - это была одна из последних капель в чашу его растерзанного рассудка: А-А-А! ебут! - сердце Ромы застучало с новой, бешеной скоростью, а дыхание было непрерывным - Ах Ах Ах Ах АХ! Только не СНОВА! А-А-А! Мать твою НЕТ! нет-нет-нет!

Но тут прошелся сладковатый голосок Рахдима над ушком Ромы: Да тише, милый мой Ромка. Нет, я не собираюсь вновь тебя насильно раздевать, как тогда когда мы купались в горящей реке.

Рома: Едрить твою паучью мать, Рахди! У меня сердце чуть не вылетело нахер из горла. И на счет того раза! Я все-таки оставил тогда при себе трусы, так что хер тебе, ты меня тогда полностью не раздел.

Рахдим: Ну, если ж хочешь, то я могу завершить начатое. ХиХи.

«Самому себе не верю. Его ухмылка, она обнадеживает. Он единственный, кто дает мне...хорошее настроение. Все же, как же мне с ним повезло». - мальчик с серо-фиолетовой шевелюрой по-доброму ухмыльнулся.

Рахдим: Ах да кстати! Посмотри, Ромочка, это моя новая подружка - Мария. - за спиной полу-пауку стояла невзрачная женская фигура в розовом шарфе, шелковистыми волосами и с до ужаса знакомыми для Ромы малиновыми глазами.

Мария: Привет, Роман, я Мария Хэлльская, вице-капитан младшего отряда Ордена Беспечное Лико, очень рада знакомству. - полный девичьей радости и оптимизма голос, от лица полной аккуратной грации и чистоты, на котором виднелись небольшие ссадины, заволок голову Ромки.

«Пиздец...Нет, только не она, только не сейчас». - перед Ромой Стояла девушка, которую он избил сегодня Утром.

Глава 17. Арахнево Баловство

PIDOR WARNING: Перед прочтением данной главы посмотрите предупреждение в комментариях под этой же главой.

Рахдим: А ты слышал, на нее сегодня напал какой-то уродец, избил и украл ее летучую мантию. И даже не один, с ним был какой-то плаксивый сообщник.

Глаза Ромы забегали, волосы на руках встали дыбом. Горло засопело и запершело, от опасности, которой была пропитана девушка перед ним.

Рома: Рахди, на пару слов. - брови Ромы нахмурились.

Рахдим: Я конечно не так часто слышу из твоих уст такое приятное ласкательное моего имени, но увы сейчас будет общее собр...

Рома сказав твердо и четко: Живо.

Рахдим смутиля: Оу, мда, погоди-ка Мари, я сейчас. - в говоре полуарахны чувствовалась тревога.

Мария: Хорошо, если что собрание будет в переговорной Лика на 3 этаже, думаю найдешь.

Роман указал пальцами куда-то вдаль ото всех, в темной части, в тенечке двора Расградской Государственной Академии Магии 3. С каждым шагом, Рома все чаще и чаще оглядывал стороны, он пытался уловить каждый подозрительный камень, куст, дерево, даже травинку и цветок, коих было слишком много, так много, что образовывали небольшой парк, со стенами наполненными розами, одуванчиками, иван-чаями и ледовиками, достаточно редкий цветок. Душистый запах Цветочного Уголка РГАМ 3 пробивал на самые приятные воспоминания.

И тут Рома проронил свои первые слова: Рахд, у меня тут есть одна проблемка.

«Надеюсь он поймет».

Рома: Ну как это проблемка, скорее неудобная хрень. Словно палка, застрявшая в расщелине колес. Или как ключ вставленный в открытую дверь... - с каждым новым словом у Ромы кружилась голова от волнения, взгляд бегал то туда, то обратно.

«Соберись духом, Рома, ты же не в любви ему признаешься».

Рома набрал воздуха в грудь, чтобы унять нервы, а вместе с ним жгучий, как кислота страх.

Рома: На самом деле я...

Рахдим: Можешь не продолжать...я понял твой намек.

«Фух, хотя бы он всегда понимает меня с полу-слова».

Рома: Вот и славно, можешь тогда не выдавать меня?

Рахдим: Конечно же, Ромочка, я сохраню твой секретик. Застрявшая в расщелине палка, ключ, вставленный в замок... - полуарахн, стал принимать свое человеческое, до боли женственное обличие. Темные волосы, что образовывали мягкую и шелковистую челку. Тонкая и стройная талия, со слегка выпячивающими бедрами.

Рахдим стал расстегивать одну пуговицу на своей рубашке за другой. А лицо его стало краснеть.

«Он же так пытается сделать так, чтобы меня Ликовцы не засекли, да? О боже, только не это, кажется хрен там плавал, а не понял мой намек. И стоп, кажется я слышу шаги». - фиолетово-власый парень подошел к обернувшемуся тому спиной толи-парню толи-девушки.

Рахдим услышав приближение сзади икнул и начал говорить завороженно, возбужденно: Я хочу чтобы ты был све... - как вдруг, Рома приглушил Рахдима положив свою ладонь тому на рот.

Рахдим начал ахать от этого.

Рахдим сквозь руку Ромы, что-то мычал: МммМда!

Рома прошептал тому на ухо: Да тише ты! - ноги Рахдима начали подкашивать и они оба рухнули в цветы, а лицо полуарахны уперлось в траву, пока Роман был над ним. От этого Рахдим затрепетал и зашевелился еще быстрее.

Рахдим ухватился за свободный кусок воздуха: Но Ромочка, не здесь же! - пронзительный и около женственный голос полупаука пискнул среди грациозных цветов.

Рома: Тыц, слышишь? - где-то в паре шагах, были слышны заигрывания другой пары.

Какой-то парень: Как тебе это место? Тут все так красиво, прямо как ты~. - романтически протянул юноша.

Какая-то девушка: Оу...спасибо... - смущенно та сказала.

Какой-то парень: Ах да, касаемо красивого, ты ведь не забыла, что нас сегодня собирает Маркус?

Девушка: Ну да, сегодня же пополнение в Лико. Предсказуемо.

Парень: Не в этом суть, говорили, что это по поводу избиения Марии каким-то мальцом...Эх не завидую я этому пацану. - в его словах слышались нотки печали. - Его наверняка ждет настоящий Ад, Маркус слишком обидчивый, чтобы взять и оставить это. Говорят, что у того Фиолетовые волосы...Ладно, пошли дальше, найдем заодно более укромное местечко~.

Девушка: О смотри, я вижу куст с фиолетовыми волосами, пойдем посмотрим!

«Бляха, они пиздуют сюда! Надо, как-то их отогнать, иначе они меня точно сдадут. Сраные мамины Гены, спасибо мама за мой пиздец какой уникальный окрас волос. Нужно что-то делать, что же...Убежать? Не-а они ж чертовы маги».

Шажки воркующей парочки становились все ближе и ближе, словно природное бедствие надвигающееся за Ромой.

«Нужно их как-то отвлечь. Не-не-не, они же наверняка не дебилы. Н-нужно их...» - единственно верный путь был до жути не приятным и отвратительным. - «Отпугнуть...Теперь я точно перейду черту, мама если ты это видишь, пожалуйста прости меня».

Рома шепнул Рахдиму: Застони для меня...

Рахдим: Эм! - арахн смутился, но тут выдал со свойственной ехидностью. - Нетушки, Ромочка, нет дыма без огня, сначала уж ты...

Рома шептал громче: Да твою же мать, Рахд! Не сейчас для твоих шуток!

И тут послышалась парочка из-за кустов: Эй, а ты что-то слышала?

Рахдим: Не-а, если хочешь, чтобы я застонал для тебя, то заставь меня это сдела~...

Последнее слово Рахдима, было прервано резким шлепком по задней части тела Арахна.

Рахдим не ожидая такого, импульсивно, возбужденно выкрикнул: Ааах! - затем за голову Арахна схватилась рука Ромы, что трясла его полное наслаждение лицо, параллельно вдавливая его, то в цветы, то изгибая его тело вверх. - О да! Продолжай! Не останавливайся!

Парочка: О господи, там уже кто-то есть. Причем так бурно, может подглянем за ними? Авось, их позы лучше наших.

«ТВОЮ ЖЕ МАТЬ! Нет, валите в жопу отсюда. С-с-сука в какую к черту жопу, что я несу. Я и так перехожу грань дозволенного. Для вас извращенцев, я не стану трубы своему другу чистить! Он конечно выглядит, пахнет и даже ведет себя также ебануто, как девушка, но боже, видеть его болтающий паучий хер, параллельно слыша его стоны... Бля-ха, нахера я себе это представил, как же я хочу сейчас стереть себе память! Господи! Я обязательно заставлю Артёма пальнут Водяным Дробовиком мне в глаза!»

Но спасительные слова парочки дали продыху Роме: Лучше не будем тревожить парочку, представь какого было бы нам, если бы мы видели как кто-то смотрит на то, как мы целуемся в тайне ото всех. - шаги начали отдалятся, от стонущего Арахна.

Рома: Фух, твою же... - облегченно сказал малец, откинув от себя около парализованного полупаука. От финального толчка, Рахдим застонал в последний раз.

Дыхание Ромы шло без продыху, внезапный прилив адреналина впился, как игла ему в сердце. Голова безустанно пульсировала от только что сделанного Ромой, его руками, бедрами и то что он сам на это решился. А вместе с ним, с еще более резким темпом отдышки валялась девичья фигура.

Рома: Фух...отделались. Какого хрена извращенцы из Лика собираются подглядывать за...ах

Неловкие дыхания, нужно было как-то остановить.

Рахдим: Рома...ах...это было волшебно, вот же было еще лучше...ах...если бы ты зас...

Рома: Спасибо, Рахд, что подыграл.

Рахдим: Чегось?.. - арахн задумчиво подсунул палец к своим губам.

Рома: Если бы мы не притворились, что мы...ну ты понял, то эти двое из Лика, меня бы наверняка тут же бы сдали.

Рахдим: Стопочки, я толком не понял к чему ты, Ромочка. Так ты завел нас сюда, чтобы не заняться.. - паучьи глаза смотрели с щенячьей грустью.

«Не смей договаривать фразу!»

Рома тут же его перебил: Не-а, не для того, чтобы мы отыграли любую сцену из нынешних фильмов из Джеферсии... - Рома робко, на пару мгновений замолчал. - Дело в том, что я и есть тот "маргинал" и "урод", что избил и обокрал Марию...

Рахдим вскрикнул: Чего!?

Рома опустил свой взгляд: Это я и Артём украли у нее сегодня летучую мантию. Нам нужно было как-то торопится, только благодаря мантии, мы сумели кое-как успеть и до тебя добраться.

Рахдим валяясь в якрих и душистых цветах повернул свои глаза от Ромы, а затем поднявшись, его лицо посерьезнело и тот сказал Роме, осуждающе: Рома...ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ ЧЕМ ТЕБЕ - ЭТО ЧРЕВАТО! - в глазницах арахна выделялись тревожные слезы. - ЛИКО - ОДИН ИЗ СИЛЬНЕЙШИХ И ВЛИЯТЕЛЬНЫХ ОРДЕНОВ МАНАСТОПОЛЯ И ЕСЛИ У КАПИТАНА НА ТЕБЯ СВОИ ПЛАНЫ, ТО... - арахн закрыл свой рот, скрыв свое личико от фиолетово-волосового пацана.

Рахдим вскрикнул себе в ладонь, затем его голос из-за спины в миг успокоился: Мне пора, Рома. Сейчас будет встреча Лико. Тебе тоже стоит познакомится со своим Орденом.

Девичья, высокая фигура подняло свою руку и из нее вылетела белая струя паутины. Рахдим тут же улетел из виду, покосив на секунду свои застеленные слезами глаза.

Рома: Рахдим... - медленно произнес Рома самому себе.

«Черт...Он же за меня переживает. Постоянно забываю, что он меня...скажем так, ко мне привязан. Надеюсь он не станет из-за меня сильно рыдать. Хотя впрочем у меня самого дел по горло. Надо и мне пойти на встречу, наверное и у Космической Ладони тоже будет своя встреча выпускников, да наоборот...» - Ромины мысли в миг утихли, лишь шелест цветов обволакивал его слух. Ни взрывы, ни оскорбления, ни угрозы. В первые за день, он один в своих размышлениях. От такого спокойствия, слезы, толи радости, толи неестественной безопасности должны были падать с его щек. Но вместо капелек соленой воды на его лице, его щеки нервно подергивались, словно в коротком припадке.

«Такая тишина...Когда такое в последний раз было? Уже не помню...Сегодняшний день, был словно вечность. А сейчас...наконец спокойствие-е-е» - мальчик с уставшими глазами и обмякшими мышцами упал на цветы и заснул.

Глава 18. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В КОСМИЧЕСКУЮ ЛАДОНЬ!

***

Рыжая девочка в черном, облегающем платье развернула сверток пергамента и испарилась в красной вспышке огня.

Лилия:«Лиля, угомонись. Да, он тот еще идиот и вообще бесполезный кусок дерьма, так что не переживай. Но...он тебя победил Лилия, человек не использующий магию победил тебя - дочь Лемалия Феррен. Что же я скажу отцу? То что меня отмудохал какой-то пацан, при помощи старинной зубочистки и заставил тебя стать голой на публике, так еще и благородно прикрыть чем попало. Боже...как же меня бесит Роман!»

Лилия наконец прибыла на точку назначения и пелена ярких, огненных цветов стихла.

Лилия была в недоумении: Стоп! Это же не мой дом! Где я? - рыжуля с маленькими остроконечными ушами оборачивалась вокруг, пытаясь оглядеть всю местность. В ее глаза бил свет из окна большого помещения, уставленный множеством барахла. От ведер и лопат, до даже светящихся клинков.

Вдруг ей явился девичий голос: Ты в складу здания РГАМ 3 м-м-м.

Лилия: Что? Кто ты? Явись! - крикнула она.

Девичий силует вышел из тени на одном из шкафов, расположенный рядом с окном. Перед Лилией вышла кроткая фигура девушки с русыми волосами сплетенные в два милых хвостика. Парочку локонов волос ложились на ее карие глаза и зеленый шарф. Она была одета в юбку черно-белой клеткой и свитер с длинными рукавами. Но на ней зияла мантия Космической Ладони.

Девушка: Я - Карина Зверская, младший отряд Космической Ладони. И сейчас, будет проверка на пригодность, в самый опасный Орден из всех.

***

Люмиус дуто бродил посреди других детей, ищущих кабинеты и части здания своих Орденов.

Люмиус: «Как я мог повести себя так...так...так трусливо. Почему я был сражен страхом...Я же сам Люмиус ЭксЭверин, главное лицо журналов, мужской косметики и молодежных Шоу. Почему я, я, я, оказался в сраной Ладони! А я знаю...Потому что я слаб, я не соответствую своему образу...Твою мать...Этот ублюдок - Роман. Он. Он. Он!»

Тут, внезапно, к Люмиусу подошла девушка, очень знакомый силуэт полудемоницы в мантии Космической Ладони подходил к нему.

Демоница: Я...я - робко она начала говорить. - Я Александра Тис, рада знакомству, Люмиус ЭксЭверин. И п-п-по правде говоря, я ваша большая ф-фанатка. Буду счастлива с вами работать! - девушка то клонилась головою, то отводила взгляды в стороны, смотря как уходят остальные дети.

Люмиус: Оу, я т-тоже рад. - «Боже, какая же она милая, а эти ее рожки, они конечно пугают, были не совсем хорошие моменты у меня с актрисами-демоницами, но она не выглядит враждебно. Может у меня наконец будет белая полоса в отношениях?»

Александра: Давайте я п-п-покажу где обычно находится остальная часть Космической Ла... - девушка в маленькой юбке подходила к Люмиусу, но споткнулась и упала на него.

Люмиус: Аккуратно! - блондинчик в обоженной броне успел поймать девушку, вернее она упала на него, прижавшись к его телу. - «Слишком близко! Слишком близко! Черт м-м-моя рука, она-она возле ее паха! Не смей рука!» - пока его правая рука взялась за талию демоницы, то левая по инерции приближалась к нижней ее части.

Люмиус: «А хотя, я слышал то, что у полудемониц на пахе есть возбуждающая зона, может она так даже и не заметит дискомфорта? Но все равно, рука, прошу перестань!»

Но не смотря на мольбы, ладонь Люмиуса пригвоздилась прямо под юбку девушки.

Алесандра протяженно пискнула.

Люмиус в отчаянии: Твою мать. Хотя стоп...Что...это...такое.

Вместо ничего блондин с модельной внешностью схватился за продолговатый, мягковатый объект. Что в некоторой мере пульсировал в его руке.

Люмиус: Это что? Х-х-х-ху. - модель страшился того, что он хотел сказать.

Александра нежданно заговорила мужским голосом: Оу, меня спалили, ху-ху? - ехидно сказала "девушка".

***

«Че-е-ерт, голова».

Трезвон в голове Ромы то нарастала, то стихала. Волнообразными движениями гул в извилинах сменялся болью. Головокружение заставляло мальчугана с фиолетово-серыми волосами видеть уродливые образы, черно-белые краски смешивались и плясали в диком танце с цветами дерева и металла. Только запах мог дать понять Роме, что вокруг него само воплощение чистоты и стерильности. Запах качественных материалов и резины с кожей, впитывались в носовые рецепторы.

«Я че...в мед части? Слишком свежо для осенней улицы. Да и как я сюда попал...» - глаза фиолетово-власово щурились, пытаясь сквозь бивший в них свет открыться.

И тут Рома увидел, что прямо над ним висел черный силуэт. Размалеванный, искаженный, искривленным зрением Ромы, образ стоял рядом с его головой и молча глядел на него.

Легкий и до ужаса драматичный, мальчишеский голос выдал себя из уст незнакомца: Твой разум уволокся в темень, покинув твое тело, Рома Дрежнев-Жизненко. И пока ты падал, как камень на голову, я пожалел тебя и поднял, принеся твое бездыханное тело в мед часть. Я - твой ангел хранитель.

Рома с трудом произнес: Т-ты дебил?

Голос перед ним легкомысленно прокомментировал: Свойственное мальчишке без магии в мире в магии поведение.

«Чего он так странно разговаривает. Будто искусственный».

Мышцы больного наконец возымели возможность двигаться и Рома привстал с кровати, опираясь об свои локти, которые ощущались ломанными, как сухой лист. Он взялся своей свободной рукой до своих век и раздвинул тяжеленные грузы на его глазах. Свет мед части ударил тому в глаза. Роман кое-как мог разглядеть его спасителя.

Рома: И все же, ты кто нахер такой.

Мальчишка: Я - Ян Апельнов, самый великий и недооцененный приключенец Среднего Ранга, вице-капитан младшего отряда могущественнейшего Ордена Космическая Ладонь. - гротескный свет создавал ему эффектный силуэт. Но на миг Роман разглядел излишне пафосного мальчика. Ян был с коричневыми и прямыми волосами, образовавшие челку закрывающий левый глаз и ухо. А сам одет в оранжевый свитер с закатанными рукавами и с синеватыми джинсами и на нем разумеется была надета Черная Мантия Космической Ладони.

Рома: Слых, а ты случайно не сбежал из драм театра?

Ян: Нетушки, я сбежал из псих диспансера, использовав ноготок и фекалиеву массу я сбежал из своей палаты, перебил всех санитаров и докторов, изнасиловал каждую медсестру, даже Большую Настюху. Из-за меня случился побег множества психически не здоровых магических преступников. И они присоединились к моему торжеству свободы. Но затем пришла стража Манастополя и мне пришлось каждому из них вырвать глаза и языки, заставив их есть их же собственные результаты пищеварения, чтобы те ничего про меня не рассказали.

Рома от услышанного расширил свои и без того узковатые глаза: Чего нахер...

Ян скорчил рожу и начал смеяться: Да я же пошутил. - тот выдержал некоторую неловкую паузу, и тут, свет от ламп стал еще ярче, даруя Яну зловещую тень - А может быть, лишь часть из этого вранье...

«Что за ебнутый типок. Они там в Космической Ебадони все небось с кукухой не дружат. Пора валить отсюда, надо наверное пойти и найти более нормального члена Ордена, а то если с этим работать, то мне же хана».

Роман использовал все свои остатки сил, чтобы встать с кровати. Но еще больше усилий утекли на то, чтобы сделать хотя бы шаг. Он шатался во все стороны, словно акробат-инвалид на натянутом тросе.

Ян пытался остановить его: Куда же ты изволил идти. Я же - твой куратор.

Рома: Апельсин или как там тебя, пожалуйста отвянь, такой как ты вселяет лишь желание упереться задом в стенку, а рот закрыть на замок. Так что, дай мне найти других членов вашего ЕблЁрдена, менее странных, как ты.

Ян: Не пойдет, другие члены младшего отряда заняты другими из новой партии.

«Что? Так они так с каждым? Может быть - это какая-то проверка. И мне нужно ему навалять? Сейчас не стоит, я не в том состояние, чтобы дать ему по морде. В добавок надо найти Артема, у меня дохрена вопросов к нему».

Рома: Говорю же отстань. Я к тому же должен найти своего брата.

Ян: Опа...А это будет проблематично. Ген крови среди младших отрядов - не к добру. Уверен его уже повязала Стража и уволокли на секретные исследования, по изучению гена Крови.  Считай, братца ты своего больше не увидишь.

Рома: Отъебись! Я найду его и сам изучу его Ген Месячных, я ведь тоже немного, да начитанный.

Ян: Ладно, ну давай, хотя бы попробуй. А пока ты идешь, расскажи-ка о себе. Ты тоже весьма интересный экземпляр. Человек без магии. Как божий Таракан на севере.

Рома: Зачем ты ко мне привязался, не твое - это собачье дело, только попробуй меня остановить, пизды дам!

Ян потянул мышцу своего рта, сделав полуулыбку: Давай-ка, попробуй выйти. - Рома приблизился к двери мед отдела, каждый его сопровождался тяжелыми выдохом. Он взялся за двери, не то что отворил, а даже ударил по ней.

«Твою же мать». - у Ромы от увиденного заболела голова, а челюсть неестественно открылась.

Роман увидел за дверью точную копию комнаты, Яна и себя, который также, абсолютно одинаковыми движениями, открывает дверь. И затем, еще одна комната с Яном и Ромой, который снова открывает дверь. Дальше снова и снова. Вплоть до бесконечности.

Ноги Ромы подкосились. И он упал на колени. А за ним и тысячи дубликатов Ромки повторили все точь-в-точь.

Ян и бесчисленное кол-во его клонов сказали: МАГИЯ ПИСАНИНЫ! СИМВОЛ БЕСКОНЕЧНОСТИ! Добро Пожаловать в Космическую Ладонь! - внезапно, сотни и сотни клонов Яна, в миг повернулись к Роме, с криком - ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, РОМАН ДРЕЖНЁВ-ЖИЗНЕНКО!

«Пиздец»...

Глава 19. Два Лика

«Что за херня!» - Роман был в ужасе. Сердце могло вот-вот остановится, бешено стуча словно в ней поселился некий демон, что яростно играет на барабанах, сокращая мышцу чей гул затмевал остальные звуки вокруг и даже саму причину его заключения.

И тут, из-под мантии Яна зазвучал писк, писк телефона в форме кристалла.

Ян ответил на звонок: Алё? Демомо, разобрался со своим?

Вдруг из телефона донесся истерический голос Люмиуса: У НЕЕ ХУ-У-УЙ! СУКА! У НЕЕ Х-У-У-У-У-Й! – блондин завыл словно волк в полнолуние.

Ян: Видимо ты справился… - произнес самым обычным голосом парень.

Но внезапно из телефона раздался юношеский, глубокий и очень ребяческий голос: Я пересправился со своей задачей, хе-хе. Я его кажется сломал.

Ян: Ты же понимаешь, что грань гейства и тебя, и шанс нарушить ее крайне мала.

Демомо: Ага – резко он тому ответил. – Я ловлю такое удовольствие от таких издевательств, видел бы ты его лицо, ХАХА!

Тут в диалог вторгся Люмиус: Не смей надо мной ржать! Я тебе сейчас этим мечем тебе таких пиздюлей навешу!

Демомо: Во-общем я занят, давай пока ты со своим тоже справляйся. – он бросил трубку.

Ян опустил руку, а затем и взгляд на Рому: Ну что же, теперь и я должен тобой заняться.

Юноша в оранжевом свитере подходил к обезумевшему мальчугану в потрепанной белой рубашке. Роман положил свои руки на свое лицо, натянув веки и щеки. Стоны мальчика превращались в тихий крик. Голова кружилась, зрачки бегали. Рому сводили с ума тысячи гогочущих Янов впереди него. Его крыша потекла под наплывом всего, что он потерпел за сегодня. Они как капли гигантских размеров обрушивались ему на мозг и в один момент прорвали его плотину стойкости.

Рома через свои ладони истошно кричал: БЛЯДЬ! СРАНЬ! – он упал на пол, уперевшись локтями – КАК ЖЕ! КАК ЖЕ Я УСТАЛ! – из глазниц мальчика стали падать слезы.

Он мотал головой, как бешеный пес и чесал свое лицо словно оно покрыто блохами.

Рома все твердил: СУКА! СУКА! СУКА!

Безумный плач сменился смехом психопата.

Рома: ХАХАХАХА! – он тянул свою улыбку до такого, что из десен вытекали капли крови. – КАКОЙ ЖЕ СЕГОДНЯ АХУЕННЫЙ ДЕНЬ! ХАХА-А! Я И ОТ ЛИКОВЦЕВ УШЕЛ, И ЕЛЕ ВЫЖИЛ НА ТЕСТАХ МОЗГА, РУК И ФИЗУХИ, ПОБЕДИЛ ДВУХ МАГОВ, ТАК И ЕЩЕ НА МЕНЯ УСПЕЛИ НАПАСТЬ ГЛАВЫ ОРДЕНОВ, А ТЕПЕРЬ МЕНЯ ЗАПЕР КАКОЙ-ТО ЧЕЛКАСТЫЙ МАНДАРИН В ЕБАНУТОМ И ВЕЧНОМ ХЕР ПУНКТЕ. ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА-А-А-А-АА-А!

Рома выдохся, он всеми силами вытянул из себя три смешка: ХА-А~, ХА-А~, ХА-А~хнык – последний из которых вновь превратился в плачь.

Мальчик с серо-фиолетовой шапкой на голове упал на бок смотря полузакрытыми глазами в вечность.

Роман, рыдая: Я устал…я устал…я устал…как же черт возьми я устал… - но тут он словно стал другим человеком. – СОБЕРИСЬ РОМА!!! – он крикнул это так внезапно, что Ян пошатнулся от такого изменения.

Он волокся то вперед, то назад параноидально твердя: СОБЕРИСЬ! СОБЕРИСЬ!

«Не смей давать заднюю. Не показывай слабости. Не стань слабаком!»

Вдруг вслед за криками, Роман стал биться лбом прямо об кафельный пол. Гулкие удары черепушки завершились на финальным ударе, заставивший покрытую плиту, об которую он отчаянно ударялся, разбиться на десятки острых осколков.

«Надо…надо его отпиздить. Эти черные мантии совсем конченные. Он на совсем ином, сука, уровне. То, что было с той стервой и очкастым детский лепет. Удары по башке дали ясность мыслей, охренительное чувство, как будто я прозрел»

Рома, мальчик с фиолетовыми волосами и некоторыми серыми прядями на них, что был одет в грязной и облитой пылью рубашке, в миг встал. Его кости, даже не прислушиваясь хрустели. Мышцы на каждой конечности, были словно извивающаяся рыба на суше, дергались так, что были напряжены каждую секунду времени.

Он повернул свою голову, опаленная квадратными лампочками, из которых постепенно выходил святящийся дым. Его лицо излучало злостное упокоение, глаза были нахмурены, а рот приоткрывался с каждым новой попыткой вдохнуть воздуха. Локоны слегка закрывали его правый глаз, пока левый был облит кровью, сочившаяся из лба до подбородка.

Рома с хриплостью сказал: Ну че…Это тебя я должен отпиздить, да? – тяжело дыша, он пригрозил юноше в джинсах и оранжевом свитере.

Ян с тут же ответил: Не совсем, но если ты так любишь причинять людям боль, то с радостью прошу! – он расправил руки в стороны, постепенно сдвигая их вверх.

Рома выкрикнул: Получай! – молниеносно, он совершил удар по парню с длинными волосами.

«Какого?»

Ослабленный сегодняшними боями кулак фиолетового парня столкнулся с жесткими ребрами недруга. Рома сам удивился тому, как легко ему удалась эта атака.

Ян откинулся назад с выкриком перманентной боли в груди: Ай! – он сделал рывок назад, его мантия шла вслед за ним, юноша в ярко-оранжевом свитере стал заворачивать свой ход. Он переменял свой взгляд из ребяческого в соколиный, сосредоточенный. Они шли параллельно, чертя своими ногами траекторию круга.

«Не забывай, он маг! Они всегда имеют туз в рукаве. Лобовая атака – херня полная. Надо оглушить внимание» - Роман не просто шел вдоль стен мед пункта, он шел к постели, на которой тот спал.

Рома: Че? Язык проглотил? Ну-ка давай-ка, используй свое ебаное заклятие!

Затем Рома быстрым движением задернул свою ногу об близлежащую медицинскую табуретку и пнув ее, запустил данный груз в Ладонца. Тот сделал блок. Но, а Рома сделал удар левой прямиком в челюсть отвлёкшегося парня.

«Много пропускает».

Ян, не потеряв от удара сознание, тут же изогнулся вправо, облокотился об стойку для пробирок и шприцов. И правой рукой кинул все эти объекты в Рому. Последний успел в миг прикрыть свое лицо. Но Апельсин был не промах и так же, как его соперник ударил, спрятавшись за мусором, точно в живот.

«Сука! Только не в живот, а хотя…Да что с ним черт возьми не так» - он ожидал удар такой мощи, что смог бы снести ему все внутренности. Он ждал, что его сейчас разъест кислота, кишки покроются мхом, что его рубашка загорится, превратится в кристалл, стаю мышей, проникаясь под кожу, копаясь в толстой кишке. Но единственное, что он ощутил, так это до глупости вялый удар. Удар такой слабый, что снова обескуражил его.

Рома: Да ты что-то издеваешься…Ты вообще из ладони? – он совершил выдох, схватил челкастого за плечи своей крепкой хваткой и врезался своим лбом тому внос. Из носа парня начала хлестать кровь. А после этого по щеке парня въехал кулак откинувшая его стенку возле двери.

Парень упал на спину, головой облокотившись к стене. Из его носа текла кровь, стекавшая до подбородка, а затем падала на горло. Рома снова встал в стойку, как только тот начал вставать, покачиваясь, как корабль в бурю.

И тут он сказал: Ой, извини, споткнулся.

Рома: А ну выпустил меня отсюда! А то твои сраные рожи из-за двери, не дают мне съебаться в Дворец Академии.

Ян: Не-а-а. Тебе туда пока еще рановато. Для начала одолей меня.

Рома: Да ты же ведь даже сдачи не даешь! Я же тебя прибью, стоит мне хорошенько по тебе врезать.

Ян: Что? Ты настолько слабак, что не можешь меня добить? Неужто – это и есть ты – первый человек без магии. Беспомощный, слабохарактерный, мелочный, обиженный на магов и волшебников кусок бесполезного дерьма, что бросает свои слова на воздух? А? Кто же ты, Роман Дрежнев-Жизненко? Ублюдок без магии или… - но тут его перебили.

Рома: ЗАКРОЙ СВОЙ ССАНЫЙ РО-О-ОТ! – мальчик с фиолетовыми локонами бросился на Яна. Оскорбления заставили Рому по новой ожить.

Ян: Ладно, хватит с меня цирка. – спокойно, даже радостно тот сказал, указав палец на бунтаря. – МАГИЯ ПИСАНИНЫ!

«СРАНЬ! Он атакует, надо как можно быстрее его вырубить!»

Ян: БЗАП!

Роман стал чувствовать странное чувство, будто бы воздух становился напряжённым, как вдруг, тот заметил деталь, еле-еле заметное, что можно было уловить лишь просмотров в упор. Все это время на руках мальчика были разбросанные буквы. Но сейчас они собрались в цепочку из одного и того же слова – “БЗАП!”

Руки мальчика разразились искрами и превратились в ярчайшие желтые молнии. Сила электричества впилась в руки Ромы, пробираясь до каждого нервного окончания. Рома начал кричать. Его мозг и все тело сковало пронизывающая серое вещество электричество.

Рома: А-А-А-А-А-А! СУКА-А-А!

«Как же больно! Голова, голова, голова, голова!!! Эта мразь, я понял, он притворялся слабаком, с каждым ударом он метил на моих руках эти ебаные слова. Какой же я дебил!»

Кожа на руках Ромки стала чернеть, от него шел дымок, а по волосам до сих пор шел остаточный ток. Каждое движение Ромы было дерганным, изнуренным.

«Нужно добить е-е-го. Уб-ублюдок».

Рома: Уб-б-блюдок, я…я смогу т-тебя… - мальчик со серо-фиолетовыми волосами жалко и безнадежно стоял. Его колени шли ходуном, будто вот-вот его суставы вылетят.

Извержение искр из рук его прекратилось.

«С-с-ссанные молнии, как же я их и раньше ненавидел, как и сейчас. Я пахну, конечно, вкусно, но блядь, как же я хочу просто сдохнуть от такой боли. С каждым разом вроде и привык, но электричество – это сука электричество, к нему как камнем по голове не привыкнуть. Н-н-н-надо…»

Рома дышал, словно утопленник, который хотел ухватится за жизнь: Угандошить… - истошный вдох – эту – грузный выход…затем Роман просто застыл, его голова обвисла назад, раскрыв челюсть. Выглядел он, как свежевыжженный труп, который просто замер, как статуя.

Ян не принужденно кротко скаканул на одну ножку: Потерял сознание значится, ну что же, приказ есть приказ. Выжму-ка из него последние крики, да прикончу, кажись ему не нравится молния. – мальчик в апельсиновом свитере, под мантией заулыбался, подняв правую щеку, чуть ли ни до уха. С такой корявой, даже не лицом, а фигурной физиономией он напоминал страшного клоуна без грима.

Он сделал два шага, схватил Рому за хрустящую шею, своей левой, покрытой надписью «БЗАП» рукой, сказал: Ну прощай, Роман Дрежнев-Жизненко, а ведь я возлагал на тебя хорошие надежды, а ты оказался жалким слабаком. Что же, МАГИЯ ПИСАНИНЫ, ДЕСЯТИКРАТНЫЙ БЗАП!

По руке Яна прошлось короткие разряды, звук бушующих искр наполняли комнату, как вдруг.

РОМА: УГАНДОШИТЬ ЭТУ ЛАДОНСКУЮ СУКУ!!! – Рома в миг ожил.

Глаза Яна стали шире раза в два: Какого ляда!

Роман: Не уйдешь! – мальчик от которого пахло, как от жаренной баранины взял руку Ладонца, потянул к себе и обнял того Лунно-стальной хваткой.

Ян был в панике: ОТПУСТИ МЕНЯ, ЖИВО! – тот пытался подвинуть руками, но было тщетно, Рома держал его, словно обнимал человека в самый последний раз в жизни.

Блеск, раскат грома ослепил весь мед пункт, что все стеклянные приборы и предметы разлетелись в осколки. Зияющий столб и раздвигающиеся волны молний омывали и рокотали на Рому и Яна.

Ян стал неистово кричать: А-А-А-А-А-А-А!!! – жизнь уходила из его глаз.

Рома: Так и знал, что у таких электро-пидоров, как ты, нет защиты против нее без заклинания!

Ян стал говорить голосом самой безысходности: МАГИЯ ПИСАНИНЫ, ДЕЭЛЕКТРИ-

Удар.

В челюсть, в рот, в зубы мальца врезался кулак, от которого шел запах не только гари, но и ненависти.

Рома: НЕ-А, СОСИ-И-И КУЛАК!

Звуки молний шли целых семь секунд.

Рома и Ян оба упали замертво. От них шли увядающие вздохи жизни.

Комната вокруг начала плыть, словно она вся была одной краской, только текла она не весть куда. Текстура ламп и даже ее свет стекал на пол, словно кровоточащая рана. Осколки стекла, койка и даже стойка растекались. Но вдруг, все это исчезло, как по щелчку пальца.

***

Дыхание арахна было сбитым. Его сердце и чувство наполнялись режущим и жгучим чувством. Что вот-вот он чего-то лишится, что-то на необычайно драгоценное может уйти от него.

«Рахди…перестань себя так вести. Рома…Рома…с ним все будет в порядке, точно! Он ведь в космической ладони, а там как говорили в школе одни безумцы, а безумцы очень опасн…БОЖЕ, ЧТО Я НЕСУ! Его же и там точно прикончат…черт, почему я оказался в Лике, а не в Ладони с Ромой. Я должен быть с ним, находится рядом с ним, стоять подле него…Я никак не могу понять, что же я к нему испытываю…Хотя нет знаю – это наверняка, что-то сродни симпатии, но не относится к романтике или чему-то еще. Словно я инстинктивно хочу его…защитить. Может я настолько к нему привязался, что не могу представить жизнь без него…Или это из-за полулюдских генов…Надо спросить у отца. СОБЕРИСЬ РАХДИМ! Сейчас твой дом и цель – это Беспечное Лико, так занимайся им, а не Ромой…»

Рахдим поднялся по лестнице, чьи ступеньки он толком не замечал, его мысли были сотканы и переплетены с друг другом не давая мыслить четче. Но тут и верхних пролетов донесся голос Марии.

Мария выглядывала из восьмого этажа: Эй, Рахдим, сюда! Сбор уже начинается.

Рахдим принявши человеческий облик со скукой, палящей на глаза, направил руку вверх и просто поднялся мимо остальных пяти этажей на паутине.

Мария с ласковым и милым лицом: О-о-о, стоило бы и мне родится арахном. А так, пошли, уже все собрались.

Арахн и взявшая того за руку девушка побежали по восьмому этажу РГАМ Три, белые стены, украшенные Розоватыми фигурами и мини колоннами. Пол, что имел шевелящиеся рисунки, в черно-белом стиле, которые своим порядком рассказывал некую историю, повествующая о том, как один печальный человек, увидел печальных людей, и тот сделал себе маску радости, плясал, танцевал с нею, делая опустевшие лица людей радостными, пока радость у него была только на маске. Орнамент на потолке из половинок двух лиц, повернутых друг на друга, одно лико радостное, а другая грустное. На все это Рахдим зацепил свой взгляд, как муха на паутину, изумляясь, странной, инфантильной и одновременно аккуратной красотой этого места.

И вот завернув за угол, двое увидели впереди простоватого вида двойную дверь, коричневого цвета, как и все двери здесь. С изумительными узорами золотистого, но жуткого оттенка. Двери, вызывавшие за собой что-то ужаснее гнева.

Мария с грохотом распахнула дверь: Мы не опоздали? А, Аря?

Из стула прямо напротив входа повернулась девушка с сине-бледными волосами, какие бывали у Гулей или даже упырей. Ее светящиеся из-за люстры синие глаза эмоционально давили. Но ее лицо, было ее полной противоположностью, изящные губы и тонкая челюсть с мягкими щеками. Но тушь на глазах давали ей вид грозности.

Арера: Меня зовут Арера. – твердо она сказала. – И нет, пока Маркуса нет, ничего не началось.

Мария: Ясно…Не видела его с утра. Не знаешь когда придет?

Арера настырным голосом: Если бы я знала, я бы не собрала всех новеньких в это время.

Мария несколько обижено: Ладненько, Рахдим, присаживайся, вон там место для новеньких.

Рахдим видел обширную комнату, что освещала лишь одна люстра с золотистого оттенка. В комнате было три широченных стола из кварца. А также множество странных людей в розовых мантиях. Он ощущал взгляд каждого из них на него, чувство дискомфорта нарастало. И Арахн стал замечать, что почти каждый в Беспечном Лике, носит макияж, даже помаду, накрашенные ногти и очень красивые лица с их фигурами, спрятанные за мантией. Рахдим словно смотрел в зеркало, каждый, и девушки, и парни выглядели нежно и излишне по девчачьи.

Рахдим сел на одно из свободных мест.

«За этим столом сидят новички. На первом, видимо члены младшего отряда. А на вот том…наверное старший отряд? Там сидит один парень намного старше нас. Один на весь стол, странно».

Как вдруг издался оглушающий звук грома из соседней стенки, а вслед за ним люстра пошатнулась, а из потолка посыпалась столетняя пыль. А также грозный удар по дверям, что один взмахом и парой стрелок, что за секунду на них появились, снес их с петель. Из проема вышел парень с обожженной мантией, его пальцы были красны и с небольшим волдырями. Его лицо было скрыто шарфом, он дышал так гневно, что из малиновой ткани шли слюни. От него не просто шла, от него выпирала и сочилась жажда убийства.

За ним шли остальные члены Лика. И их лица желали оставлять лучшего, они были изуродованы, словно их пытались расплавить, а затем сшили в некое подобие лица.

«Твою же! Как они так…страшно представить, что с ними было».

Все люди при виде данной кучки ахнули от удивления.

Нагруженными шагами и скрипом его обуви он сел за чуть ли ни трон черно-белого цвета, а подле него сидела Мари.

Она сказала обеспокоено, Мария: Маркус…

Искореженный человек, которого называли Маркус, поднял дрожащую руку и взялся за конец пропитанного слюной и кровью шарфа, сказав: Привет, новые члены Беспечного Лика…СРАНЬ! Как же болит! – он начал снимать с себя импровизированный бинт.

Сняв ее, у всех присутствующих расширились зрачки, как будто они увидали, что-то непостижимо страшное. А увидели они златовласого юношу с малиновыми глазами и изящным лицом, вернее половину лица. Другую часть его лика скрывал багровый бинт, с руной обозначавшей на древнем Великаньем «Лечить».

Маркус продолжил, грохоча от боли: Как вы знаете Лико – это один самых сильных орденов Манастополя. И вы все конечно стали его членами, но только по жалкой бумажке! Вы все выходцы из школ, которые делают людей, из магов в овощи! Так что настала пора вам подтвердить вашу принадлежность нам! Сссс-СУКА! – он стал открывать свое новое, второе лицо.

Маркус: Обычно, как наказала Эвелина Циленова – это подтверждают выполнением тестового задания легчайшего уровня. Но пришла пора все слегка изменить. Дам задание чутка иного рода.

Он снял бинт со своей макушки, где расцветали угольно-бурые волосы, начинавшиеся прямо поперек головы и верхушки. Затем приступил лицу. Снимая миллиметр за миллиметр все больше напряжение накапливалось в комнате. И все больше были слышны гром и молнии за соседнем корпусом, для Цветочка Мира.

И наконец он ее снял и на публику явился двуликий мальчик с четкой границей, делившей одну часть лица – красивую и чуть ли ни кукольную и вторую – обезображенную и иссушенную, где виднелись чуть ли ни мясо с мышцами. Кожа у него была выжженной и одновременно расплавленной, его щеки стали во много раз худее, а нижняя губа чуть ли ни испарилась, вставив на показ оскаленные зубы. И все это украшали нити, что соединяли его лицо, вернее остатки лица во множество раз штопанную ткань.

Маркус: ВАША ЦЕЛЬ - УНИЧТОЖИТЬ ЕГО!

«Только не он!» - внутри Арахна бушевал шторм из стресса.

Маркус дал всем поглядеть на рисунок, изображенный на пергаменте с крестиками на четырех углах.

Маркус: Мне пришлось таскаться к Пронзенному Рассудку, чтобы они вывели фото по памяти. Ваша Цель – РОМАН ДРЕЖНЕВ-ЖИЗНЕНКО. Новый член Ордена – «Космическая Ладонь»! ЗАСТАВЬТЕ ЕГО СТРАДАТЬ! Выцепите его из рук этих уебищных фриков, избейте до полусмерти, сломайте ему пальцы на каждой его руке и ноге, оторвите ему хер и засуньте ему же в рот. Дайте его мне и я сам займусь им, а затем после меня, пустите его по кругу до тех, пор пока он не сдохнет! Его голову отдадим Дьяво-Личинкам, руки собакам, кишки свиньям, сердце и легкие, и прочее дерьмо экзорцистам-эксгибиционистам из «Неощутимого Взора», а ноги отправим в полет!!!

Все дети были в шоке. А Рахдим вот-вот мог потерять сознание, звон сердца в голове бился не без устали.

Маркус: Вы меня поняли?..

Дети заминались, все новички оробели.

Маркус: Я дам каждому из вас палочку, личную мантию полета и повышу в рейтинге Приключенцев, как только тот получит лицензию. И я повторюсь, ВЫ МЕНЯ ПОНЯЛИ!?

Почти что все дети встали из своих мест и крикнули: ТАК ТОЧНО!

Маркус уселся и смотрел на фото, где был изображен фиолетовый мальчик в парящей мантии: Ну что, Роман, я посмотрю на твое обезглавленное лико…ХАХАХАХАХА-А-А!!! а-а-а-ах – тот сделал глубокий вдох. – Слушай, Марийка моя.

Мария добродушно: Да, братец?

Маркус: Я определился с приключенческим прозвищем…Полу-лико…Звучит, т-а-а-а-к лихо. Хе-хе.

Мария: Отлично, наддадим же ему по морде, а? Полу-лико?

Маркус: Так точно, сестрица. Так точно.

Глава 20. Черные Рукоблуды

Храп. Храп. Храп.

Шепчущее жужжание тихого сна ласкало слух уходящего в сон Ромы.

Рома еле проснулся и нервно с такой же тихостью грохотал и мыкал от боли в суставах, в мышцах и голове. Он подсознательно мечтал о том, чтобы уснуть на очень долго, слишком много всего произошло за этот день. И также подсознательно, словно заезженную пластинку он повторял каждый болезненный и мучительный момент дня, что вызывало у тела воспоминания о боли.

Он слышал, как сжигалась сама материя под натиском летающих Розовых Мантиях.

Он чувствовал, как стыд пробирал его как никогда раньше после помощи Рахдима.

Как кости и череп хрустели от ударов безудержной руки.

Как его кожа и мясо заживо оледенили, чтобы его не подорвала Рыжая Сука.

Бездонное чувство отчаяния, когда он бился с Очкастым.

Убийственный и проникавший, как игла в поры тела страх, от того, что его желали убить Главы Орденов.

Странное чувство упокоения, когда его спас человек с сигаретой, чей дым шел из воздуха обратно в нее.

Пылкое желание ненависти к бесполезным кускам дерьма, из-за которых ему самому пришлось убить Рукастую Залупу.

Чувство воодушевления и начала новых бед со вступлением к Космической Ладони.

Ощущение стойкой неопределенности во время пребывания с Рахдимом.

Жгучая и распространяющаяся, как эпидемия боль от молнии, вызванная Ебанутым Литератором.

А теперь и чувство дискомфорта от того, что кто-то вздыхает ему прямо в ухо, пока он заторможенно открывает глаза.

«Ч-ч-черт. Как же слишком много мне за сегодня ломает тело…»

Хра-а-ап.

«Никогда бы в жизни не подумал, что так и живется всем этим Приключенцам. Неужели они постоянно ломают себе кости, рвут мышцы и прочее дерьмо, связанное с опасной профессией. Ну че…я по идее должен быть рад и счастлив».

Хра-а-ап.

«Я совершил то, чего не могут достичь, и обычные дети…Я стал Приключенцем…вроде как…Вернее – стал учеником Расградской Академии ебаной Магии Три…Какая же это черт возьми ирония».

Хра-а-ап.

«Мальчик без магии существует в мире наполненный в край магией. С одной стороны, это даже смешно. Какой уже раз я это подмечаю, все равно вызывает улыбку».

Хра-а-ап.

«Может были и иные способы стать сильнее? А то, когда я спросил отца – “Отец, а как мне стать сильным?”, тот лишь сказал “Пиздуй в РГеАМ три”, как он, как его дед, и отец деда, и дед деда».

Хра-а-ап.

«Может он все еще надеется, что я унаследую его магию Пространства, если не унаследовал ничего, как и от матери, так и от него – Удостоенного звания “Архимаг Пространств” – Алексей Дрежнёв».

Хра-а-ап.

«Жду-не-дождусь увидеть его лицо, когда он узнает, что ЕГО СЫН, оказывается потомок древнего рода Кровзалупенко, с геном Крови из пениса. Интересно, как же у нас заладятся отношение с Артёмом? Он ведь теперь еще и ценный экземпляр – Маг Крови, а не только искусный маг Воды. Он золотист-медалист нашей всратой школы, победитель конкурсов по знаниям в области магии Воды, отличник, самый умный и т.п. Пока я, как говорила наша классуха: “Ублюдок без магии”, когда я в очередной раз колотил тех трех уродов, которые вновь начали использовать свою проклятую магию».

Хра-а-ап.

«Так еще и тот голос…Он был столь ужасен и опустошающим, что быть может – это не моя магия, а лишь моя шизофрения? Хех. Полагаю будь я с шизофренией, то может моя жизнь, сложилась бы более...счастливо? Но этот голосок пробудился только сегодня, будто бы сама судьба так захотела. Еще и бормотал какую-то херню. Еще и приказал че-то говорить…Кажется тот дождь призвал он или…я. Ладно, посрать, потом разберусь с этим голосом, а то голова разболелась».

Хра-а-ап.

«А теперь, я в самом не популярном Ордене Манастополя, который почему-то все недолюбливают, в котором по словам прохожих одни магические дауны. Им стоило добавить сюда – Клоуны и инфантилы. Может мне здесь самое место?»

Хра-а-ап.

«Боже, как же заебал этот сраный храп! Он откуда вообще?» - Роман открыл два красных шара, напоминавших два закатных солнца. И они уперлись взглядом в два других, широченно открытых, как у совы серебряных глаза.

Рома еле шевеля ртом: Что за…? Какого хера, она в меня вцепилась?

Тело Ромы было обвито ручками и ножками некой девушки, с Белоснежными волосами платинового цвета. Одетая в черный топик и белые, короткие шорты. И она с открытыми глазами, что были пристально направлены в глаза Ромы, храпела прямо тому в нос.

Рома: Алёу? Деваха? Вы че забыли рядом со мной?

«Ох блядь, она же девушка!» - внезапно для себя осознал он.

Рома: Твою же мать, отцепись от меня нахер! Ы-Ы-Ы – мальчик тужился руками, ногами и всеми мышцами.

«Не сдвинуть…У нее настолько непосильный хват? Стоп, где я вообще?»

Роман стал вертеть головой и глазами.

«СУКА, она меня и за бошку держит, я как модернистская статуя. Эта деваха, конечно, милашка, но я боюсь за целостность своего хера. Если она настолько сильна…БЛЯХА же и хуя не чувствую!».

Рома: АЛО! Девчушка, отъебись от меня!!! – он стал кричать на нее, в надежде от ее избавления. – ОЧНИСЬ!

Хра-а-ап.

Маленькие и слегка покрытые помадой губы девушки, то открывались, то закрывались, а глаза неподвижны уставлены на него.

Рома: Она что, спит? Глаза открыты, а мозг только скоро откроется? Надо нахер выбираться отсюда, тут мокро и не приятно…Или это ее пот? Кароче…надо съебаться.

«Думай, думай. Рук – нет, ног – нет, хер – пожалуйста пусть есть. Ничего не могу поделать. Призвать ГЛЕШИУС даже не могу, а если смогу, то хули я сделаю, ртом возьму меч и тыкну эту спящую пот-расавицу? Думай-думай-думай…думай…думай…….думай».

Внезапно из-за спины и затылка, к Роме пришел тот, кого он не ждал, но тот, кому он был нужен сильнее кого бы то ни было.

Голос: ДуМаЙ…дУмАй…ДуМаЙ. Ртом возьму меч и тыкну…Ртом меч тыкну…Ртом тыкну…РТО-О-О-О-О-ОМ.

По лбу и по подушке прошелся ледяной пот Ромки. Инстинкты его стали верещать от зловещего голоса, доносящийся из-под его уха.

Рома: Что блядь? Ртом? Мне ее укусить? Не дотянусь же, шеей двигаться не могу! ГОЛОС!

«Не отвечает, нужно что-то делать и голос говорит, что делать – это ртом…Боже, мне в нее плюнуть? Хотя погоди-ка. А может действительно сработает?»

Рома набрал слюны: Кхкхкх – «надо прицелится, а то выстрел дробью, как делал Арт, ебашит по площади, но слабо, а мне надо ее разбудить» - Прицелится и-и-и

Плевок.

Склизкая и мерзкая субстанция расползлась по правой щеке девчушки. А потом, комок слюны скатился, так будто она была помазана водоотталкивающим средством.

Рома: Че-е-ерт. Надо попасть ей в глаза, точно проснется. Кхкхкхк, прицелится и.

Плевок.

Рома: Мимо.

Плевок. Плевок и еще раз плевок.

Рома: СРАМОТА. Все мимо и мимо, а слюну выделять становится сложнее и сложнее. Давай, сосредоточься, Рома. И~.

Плевок прямо в цель. Слюна из обсушенного рта, окатила точь-в-точь в глаза.

Рома: ЕСТЬ! ПРОСЫПАЙСЯ ДУРЫНДА!!!

Хра-а-ап. Слюна и с глаза, отлепилась от зрачка и улезла в низ.

Рома: СУКА! ГОЛОС, если и несешь всякую херню, то хотя бы скажи, как именно – это сделать!

«Черт…Она вообще не просыпается. А я хочу уже подвинуть хоть чем-то, еще, конечно, она может проснутся, когда угодно или кто-то точно придет, так как не зря же меня отнесли в постель, после боя с тем чудиком. Но мышцам - пизда, как сводит, вот-вот и я тут в сумраке с ума сойду».

«Подумай, хорошенько…рот…рот».

В уме повторяя одно и тоже слово, комната была наполнена лишь храпом, протяженным и таким глубоким, что и сон, провожающийся им, был столь же глубинным. Как вдруг Рома кое-что обнаружил.

«Рот…» - он смотрел прямо на храпящую милашку и призакрыв глаза увидел лишь ее миленький и маленький рот.

«Твою же мать…голос…я тебя уже ненавижу. Плюнуть туда я не смогу, но…смогу сделать иное».

Рома приоткрыл свой рот. Он заблаговременно зажмурился, чтобы не видеть самому всю мерзость, от которого он хотел заблевать.

Он резким движением из-за всех сил, что у него кое-как оставались сумел придвинуть свой подбородок к ней. Он выждал момента. И как только она вновь открыла свой рот, он в ту же секунду выхлестнул свой язык прямо в нее.

Девушка с платиновыми волосами зажала промеж губ его гибкий и заблаговременно избавленный от слюны язык.

«ПОЖАЛУЙСТА СРАБОТАЙ! Мне и так противно быть в объятьях женщины, так еще и это. Еле сдерживаюсь от того, чтобы блевать».

И в ожидании от того, что она также противно относится к противоположному полу. Девушка стала мять своими губешками его язык. Постепенно она всасывала его в глубже и глубже. Ее глаза даже не моргнули, что наводило некоторый ужас. До тех пор, пока она не приблизилась чуть ли губа в губу к Роме.

«О нет, только не это».

Он почувствовал, как слюнявится другой продолговатый орган – ее язык. Рома стал чувствовать, как он пробирался над ее собственным. И в один момент также залез и ему в рот. Но он интуитивно и рефлекторно тут же зажал челюсть, попытавшись прокусить той язык, но в итоге Рома, чуть не выбил себе все передние зубы, он словно укусил камень или сталь.

«Какого хера он такой твердый? Это что ее магия? Если она пойдет дальше я точно блевану!»

Его язык в ее рту был, как червь, в которого фигурально вцепилась добыча, но слишком хорошо. Она обмотала своим склизким органом его.

«Она мне сейчас его оторвет! Херня была затея!»

Вдруг незнакомка зашевелилась. И самое главное ее глаза закрылись.

«Это шанс!»

Рома через связанный ею язык: Окхтпукх… - его ошарашил внезапное, насильное движение его тела. Она стала сдавливать его, сжимая в подобии объятий.

Рома: КхкхкхолЬНО!

Внезапно, и девушка начала что-то говорить: Охх, какая мягкая игрушка…чувствую себя, уставши…даже слишком.

Рома: Бкхххть! Пкхекхесткхнь!

«Она меня сейчас сломает! Ее движение легкие, будто даже не напрягает мышцы. БЛЯ-Я-Я-ЯДЬ! Ты сама меня вынудила!»

Рома: Кхкхкхть, ТЬФУ! – ПЛЕВОК.

Меткий выстрел слюной немедля попал ей в горло. И та вширь раскрыла глаза, ставши кричать.

Незнакомка: А-А-А-А-А! КТО ТЫ ЧЕРТ ПОДЕРИ ТАКОЙ. ЧТО ТВОЙ ЯЗЫК ДЕЛАЕТ У МЕНЯ ВО РТУ?! ЧТО? ХОТЕЛ МЕНЯ ИЗНАСИЛОВАТЬ? А ВЕДЬ Я ТЕБЕ ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ ПОМОГАЛА!!! НЕБЛАГОДАРНЫЙ ТЫ КУСОК…

Девушка стала во весь голос истерить. Она оттопырила ладони и молниеносным движением втиснула ее в подбородок Ромки. Она ловко зашевелила ногами и резко уселась тому прямо на живот. Одной ногой защемив левую руку, а другой рукой его оставшуюся.

Ее милый и даже завораживающий вид во сне, тут же сменился на грозную воительницу.

«Какого ХЕРА! Я не могу пошевелить ничем, она даже меня не держит – это стопудово какая-то странная магия. Ни камень, ни воздух, ни любая другая элементальная херня. Ни духи, ни призраков, кроме своего грядущего привидения я не вижу. Я не превращаюсь в жидкость или не меняю цвет кожи. Я не схожу с ума или вижу жуков с человеческими бошками. Ничего не понимаю, что эта за вид магии?»

Рома будучи задушенным: Ах ты кхкхк мркхзь! Я кхкх сейчас сдокхкхкхкхкх… - Роман уже начал испускать дух. Как вдруг воздух в комнате за мгновение, словно электрошоком заполнил от пола до потолка неистовый смех.

Кто-то: ХАХАХАХА-А! – слишком грубый и громкий для Ромы смех, бесил его на подсознательном уровне. И особенно его злило то, что он даже не может повернуться и увидеть кто это.

Незнакомка, сидевшая на нем: А НУ ЗАТКНИСЬ! Я СТАРШЕ ТЕБЯ ПО РАНГУ! ИЛИ ТЫ ЗАБЫЛ, КАК Я РАСКРОШИЛА ТВОЮ БАБСКУЮ ЗАЩИТУ ОДНИМ УДАРОМ?! ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ Я СДЕЛАЛА ТЕБЕ ЕЩЕ ОДНО ЛИЦО?

Затем к первому смеху присоединился второй гогот, тихий, словно он смеется в обратную сторону, не извергает слова, а наоборот, глотает их.

Второй кто-то: Гхе-кхе-гхе.

Затем первый голос с торжественностью заявил: Ох-х боюсь-боюсь, Евастасиночка, белоснежная всадница. Извини, что так отчаянно испортил вам обоим момент. Хотя все, что происходило между вами, было просто невероятно, лучше любого фильма жанра мелодрама!

Некая, которую назвали Евастасия надулась и даже слегка пустила слезу: А НУ ПЕРЕСТАНЬ МЕНЯ ДРАЗНИТЬ, ДЕМО́Н!

Демо́н протянул: Оу-у-у, но ты ведь так славно ноешь, становишься гораздо милее, по сравнению с тобой, когда ты-ы, ну…Когда ты – это ты. То есть постоянно.

Как вдруг второй голос твердо сказал: Хе-е-е и это тот самый Орден? Та самая всеми ненавистная Космическая Ладонь? Орден, от которого все ссут кипятком, только стоит упомянуть? Самый жестокий и беспринципный, состоящий из маргиналов и иродов – и это я сейчас вижу? Где я блядь? В каком, сука, ордене я оказался? Что это Серый или Белый, мать его Цирк? Я, конечно, ой как счастлив видеть страдающего Романа, но боже почему вы, ироды, находитесь со мной и с ним в одной комнате и не можете уже какой час оставить нас одних?!

«Этот голос! Вот сукен сын, я запомнил этого уебка».

Рома: Укхбок кхчасткхй – эткхо ткхы блкхдь? Дкха кхди ткхы нкхуй, пкхедик!

Беловласая сделала финальный недовольный хмык, пока не заметила, как Рома стал напоминать Эльфов Дроу, то есть, он стал синеть.

Евастасия: ОЙ! Извини… - девочка наконец убрала свои лапы.

Рома сделал глубокий вдох: А-А-А-А-АХ. Наконец-то! – фиолетовласый мальчишка сумел-таки оглянуть комнату, как тьма из его глаз от удушья постепенно отступала.

Она напоминала каменный подземный склеп, ни окон, ни любого другого источника солнечного света, разве что, если не считать факела из твердого огня, плотная форма пламени в виде палки и дрожащего огонька на конце. Каменные кирпичи, выглядевшие так, как будто их высекли из надгробий, а промеж них были слегка дымящиеся белым светом прослойки, что давало немного света в сумраке.

Сам Ромка и девонька валялись на кровати, напротив которой красовались двое фриков. Один краше другого и оба сидят на деревянных табуретах. И первым же в глазной прицел пацана на кровате попался не старый, но знакомый для Ромы парень чей вид, который вызывал у него ничего кроме вкусов неприязни и мерзости во рту – Кеено.

Кеено раздвинул свои руки будучи одетым в зеленую рубашку с деловым, темным жилетом, на котором были граненные блики: Уж никогда бы не смог предположить, что ты, Роман, так отчаянно бы пытался избавится от единственной девочки, что САМА изъявила желание возлечь с тобой. – интонационно он приподнял свою левую бровь. – И еще ты меня удивил тем, как ты в нее…Ну ты пожалуй сам знаешь, что натворил.

Евастасия: Демо́мо, про что этот очкарик говорит, колись!

Демо́н, чей голос в момент погрустнел: Эх-х, а я уж было подумал, ты перестанешь меня так звать. – и в ту же секунду стал веселее любого шута. – Он про то, что твоя жертва спасения, засунул в твой славный ротик свой язычок, сделал выброс белой жидкости тебе прямо в лицо, а затем и оформил финалку сделав выстрел беленькой жижицей тебе в рот! – инфантильность и энергия издевки выплескивалась из его уст, которых не было видно.

Чуть не почивший взор Ромы устремился и на второго провокатора. Этот парень был крупным, даже коренастее чем Артём, по крайней мере темно-синяя толстовка оттенка индиго точно делала его чуть ли бугаем. А коричневые мешковатые штаны, что точно бы замаскировали внезапный подрыв клапанов из пятой плати́ны. Его капюшон создавал тень на лице, но скрывало его лико не он, а очень странная деталь – белая маска, словно из смятой бумаги и с прямоугольным вырезом на правом глазу. Очень скрытное одеяние для того, у кого шутки, чуть ли ни сами вытекают из самой маски.

Евастасия крикнула: АХ ТЫ ФИОЛЕТОВЫЙ УБЛЮ! – она совершила замах.

У Ромы включился инстинкт самозащиты и тот, хотел было ее скинуть к чертям, крепко сжав руки на ее талии: ДА ДАЙ ХОТЯ БЫ ВСЕ ОБЪЯСНИТЬ!

Но тут, в дверь возле двух шутников с грохотом разорвалась на кусочки. И из обгоревшего проема вышла фигура высокого парня в черной мантии: КАКОЙ СВЯТОЙ СИСЬКИ ЛЯДОВОГО КОЗЛА ВЫ ТУТ, ЧЕТЫРЕ ДЕТЕНЫША БОЛОТНОЙ МЫМРЫ УСТРОИЛИ, ОРЕТЕ И ОРЕТЕ, ОРЕТЕ И ОРЕТЕ! ЗАВАЛИТЕ СВОИ ХЛЕБОРЕЗКИ, А В СЛУЧАЕ ДЕМОМИТРИЯ ЕГО ОХУИТЕЛЬНУЮ МАСКУ, КОТОРУЮ Я СДЕЛАЛ.

Среди этих криков был слышен подкол от паренька в маске: А в случае Евасти, чисткопиську. Хе-хе-хе.

Парень в двери: ЗАКРОЙСЯ К ЧЕРТЯМ! ЧТО ВЫ ТУТ УСТРОИЛИ!? ЕВА, ХУЛИ ТЫ…ы… - наконец прямое и скулистое лицо с сиреневыми глазами и мятными воло сами, что зачесаны назад пустило взгляд на Рому и ту, что оседлала его.

Его гримаса передавала невиданное селе удивление и непонимание. Его левый глаз закрылся, а нижняя губа дергалась словно взъерошенная собака.

Он видел перед собой странную картину. Девушку в шортах и майке, с размазанной слюной по лицу, которая сидела на парне, крепко ухватившийся за его стройную талию.

Его губы задрожали еще сильнее: Вы тут чем занимаетесь…вдвоем…или~ в…четве…ром-м-м?

Демо́н: А ты присоединяйся, будешь пятым. – строгий глаз высокого упал на Демо́на. – С нами проржешься.

Евастасия: ХВАТИТ! Замолчи Демомо! Извини, Хани. Просто защищать эту салагу неприятно. А то ты попросил поспать с ним, чтобы защитить вот от того очкастого, но так и не рассказал, кто они такие. Мы тут спим, кажется, часов пять. А вы, двоя, что, все это время сидели здесь?

Демо́н: Не-е, надо же было в туалет отходить.

Кеено четко и громко сказал: Да. Ждал пока вы все не уйдете. Не дождался. – его очки нахмурились, будто были продолжением его лица.

Длинный, которого обозвали Хани, сказал: ТАК ВОТ! Кхем-кхем, все готово раз уж Рома проснулся живым в эту ночь. Выходим, сегодня мы приветствуем новичков. И ты это, Ева, может перестанешь...седлать – сказал он не столь со смущением, сколь с неловкостью от ситуации. – этого бедолагу, я видел его сегодняшние подвиги на вступлении, да и Ян мне все рассказал. Так что просто иди с ним обнимку пока ты видишь вон того очколицого.

Кеено цыкнул и недовольно сказал: К слову, если вы не забыли, у меня и имя есть – Кеено, Кеено Мрагмарский.

Также и девонька в майке добавила: Не буду я с ним больше ходить! Он мне все лицо и рот оплевал!

Демо́н: Ху-ху~, просто напомню, что это ты так страстно запихнула свой язык ему прямо в рот, ты могла своим язычком же ему все зубы и челюсть переломать.

Ева: Да заткни…

Длинный их тут же перебил, крикнув: ХВАТИТ! Все! Идем. А вы, двоя, Кеено и Роман станете сегодня духовно членами Космической Ладони.

Развернувшись своим телом и мантией, что словно по ветру слегка подлетела вверх, он вышел из комнату через дверной проем, где когда-то стояла дверь, а теперь лишь обрубки и петли.

Те двое шутников встали со стульев, громыхая своими тяжелыми телами. Девонька надулась, и тут же упала лицом об плече рубахи Ромы, вытерев все, что тот ей отдал своим ртом.

Ева: На! Возвращаю. – она встала с кровати взяла, нагнулась, на что Рому тут же отвел взгляд, и взяла из-под закромов кровати свою слегка потертую пылью мантию, надев ее на спину, как плащ. - У тебя кстати мантия на спине, как слюнявчик, да наоборот. Давай, пошевеливайся.

«Что за херня тут только что произошла» - Рома стал вставать с кровати, но его раздумья и около разочарование Космической Ладонью все не умолкали.

«Ладно бы только Хэйлонд и Ян были бы слегка чокнутыми. Хотя нет, первый – просто ебанутый. Но вот то, что еще двое Ладони такие странные…представить не могу, что у них за магии. Никогда бы не подумал, что могут существовать настолько ебнутые маги. Но зато…Я теперь в космической ладони. Я наверняка от сегодняшнего постарел на тридцать лет, не просто сорвал, а выгрыз в пекло половину нервных клеток, так и наверняка еще и поседел. А так. Сегодня первый день в Космической Ладони, мой первый день в качестве Ученика и Приключенца…» - Рома на пару секунд мысленно молчал, уставившись в деревянный пол из коричневых, а иногда и светлых досок. Он чувствовал одновременно и гордость за себя, и облегчение от того, что он наконец прошел тот этап, который и так считался для него невозможным. Он – человек без магии, смог пробиться в ряды чуть ли ни Героев страны, которые защищают ее от врагов внешних и внутренних, от монстров и бедствий и совершают героические походы ради нее. И самое главное, которые узнают о мире магии все больше и больше с каждым днем. Хоть он и находится в самом низшем Ордене, но он – Приключенец. И эта мысль вызывала в нем дрожь и глубокое, как сам Космос волнение. Что сейчас, он в стане магов, людей, что всю жизнь заслоняли его самого. Словно планеты и звезды, пока он был жалким метеоритом. Роман находится в квинтэссенции магических талантов и сверхчеловеческих способностей. И если его отец, как Приключенец на пенсии обладает Магией Пространств, то удивительно, какая же магия может встретится в месте, где все ею кишит.

Хотя возможно дрожь вызвана еще большей усталостью от вчерашнего дня. А также и от повреждений, и боли, которую он вчера вытерпел и кое-как выдержал. И, к слову, о боли.

«РАХД И АРТЁМ! Черт, я ведь не увиделся с ними, а Артём…Пожалуйста, пускай его не заберут в тайные лаборатории. Он слишком мягкий для этого. Надеюсь, сейчас с ним все хорошо, в Золотистом Сердце одно из самых больших количество Приключенцев, так что наверно беспокоится не стоит. А что до Рахдима, я должен о нем заботится, а то я до сих пор помню, как его отец уронил мне на плече свою тяжелую для Биолога руку и сказал, пялясь мне не в глаза, а прям в душу: Заботься о нём, как о своей самой драгоценной вещи, а то он видит в тебе “хозяина” и всегда будет также и о тебе париться. А так, если не будешь, то тебя постигнет та же учесть, что и у меня с его мамой. И если то случится, советую надеть Железные Трусы. А то если бы я это сделал, то и Рахдима бы не было, очень счастливая ошибка, хех. Бр-р-р, до сих пор его жуткий смешок вертится у меня в голове». – душевный монолог со своими тараканами в голове Ромы, прервала девушка с Серебристо-розовыми волосами накинувшая на себя белый мужской плащ, с воротником, но с не застегнутыми пуговками, выдавшие шикарную для любого другого романтического инвалида, как Рома картину с участием ее майки.

Ева: БЫСТРЕЕ ДАВАЙ, ждут же!

Рома: Че? А, да…Извини я же только встал, в добавок меня хотели еще и придушить. Интересно, не знаешь кто бы это мог быть?

Ева пыталась добродушно высказаться, но ее постоянно около-недовольное лицо добродушием веяло несильно: Да-да, сегодняшнее утро было не из приятных. Да и вообще – ты тоже хорош, плюнул мне в горло! В следующий раз если меня попросят тебя защитить, я ТЕБЕ дам смачным кулаком в челюсть.

Рома: Все, заткнись пожалуйста. И без тебя шуму дохера.

Ева: Да мы тут одни!

Рома: Да знаю я! Просто бошка болит. – Рома встал с кровати поправил мантию, накинув ее на правое плечо. Поправил также и манжеты рубашки, которая наверняка перетерпела слишком много за последние пару часов.

«Решено, сначала займусь здешними делами и пойду искать Рахда и Арта. Закончу с этими конченными. И узнаю, что у моих единственных товарищах да как».

Мальчик с белой, грязной и испачканной от пыли рубашкой и черной мантией на пол тела, с фиолетовыми волосами подходил к Платиновой милашке.

«Ах да, надо бы удостоверится в одной теории».

Роман простым движением поднял руку и также просто тыкнул ей в щеку. Палец его утонул в ее очень нежной коже, вплоть до зубов.

Ева: Ты что творишь? – озадаченно она посмотрела на руку Ромы.

«Интересно…»

Рома: А что у тебя за тип магии… - бормотание ослабевшего с самого подъема Ромы, слышилось, как проклятие на древнем, исчезнувшем языке.

Ева: Эй! Ты же Ничего-Колдун, так перестань бормотать какие-то заклятия. Нас ждут как-бы.

Рома: Неужто, как и сказал очкастый – это тот самый-самый пизданутый вид магии – Вселенский?.. – он все продолжал мять её личико, как пластилин.

Ева: Эй, ты меня слышишь?

Рома: Боже, какая же она…мягкая, прямо, как грудь той Блондинки сегодня утром…Но у нее все тело было твердым, как не просто сталь, а как сраный алмаз, тогда какого хера сейчас у нее…

Ева: ЭЙ! ОЧНИСЬ! Сейчас укушу тебя если не пойдешь!

Рома: Да, погоди ты. Я пытаюсь понять какой же у тебя тип магии, если он Вселенского вида. В добавок…у тебя очень приятная на ощупь кожа.

Девушка на секунду смутилась, но тут же разинула челюсть и сделала громкий укус по его пальцам, но лицо абсолютного безразличия на Роме, смутило ее еще сильнее.

Ева: Тебе че, типа, не больно? – сказала она сквозь пальцы во рту.

Рома: Больно конечно, но зато я могу пощупать твой язык.

Девушка почувствовала чувство рвоты от ощупывания внутренней полости.

Рома: У тебя и внутри все теперь мягко. Хм-м.

Ева сквозь пальцы, что пробирались дальше ей в рот: Ну звезда тебе! МАГИЯ НЕУЯЗВИМОСТИ!

«Так вот че у нее за тип магии! Теперь можно и высовывать руку».

Рома хотел было вынуть ее, но он услышал пронзительный хруст.

«Что это за звук?»

А затем тот понял, что она сломала ему два пальца своим языком.

Рома: Охх блядь! – он в срочном порядке вынул руку из нее. Видя средний и указательный палец в плачевном состоянии. Они были сложены так, что напоминали оригами. – БЛЯ-Я-ЯДЬ! АХ, сука, как же больно!

Ева: Я предупреждала тебя!

Рома: Да пошла ты нахер! – удар, Рома с громогласной скоростью залетел другой рукой ей прямо в рожу, лещеподобным ударом.

«СТОП! Я ДЕБИЛ!»

Но удар было не остановить. И тот соприкоснулся с лицом Евастасии и в ту же секунду был издан хруст каждого пальца на правой руке мальца. Он сломал все пальцы на ней, что были изогнуты под прямым углом.

Рома: БЛЯ-Я-ЯДЬ! ЕБАТЬ! Ай, нахер.

Вдруг издали послышался грубоватый голос: Ну че вы там долго, не?

Ева ответила зову: ДА, СЕЙЧАС! Я ПРОСТО ПРЕПОДАЮ РОМКЕ УРОК! – затем она сменила свой тон. – Давай, пошли надоел.

Рома через зубы и дикую боль в руках: Д-да, сейчас.

Ева: Ой, ладно, давай помогу…

Мальчик с фиолетовой шевелюрой резко одернулся от нее с криком: Не прикасайся ко мне!

«Очередная ебнутая магия, Магия Неуязвимости? Че это за магия такая, она даже не сказала название Заклинания, значится – это либо очень редкий вид магии, либо она уникум. Надобно быть с ней поаккуратнее, а то не хватало, чтобы я ее укусил, а сломалась бы моя челюсть».

Ева: Да угомонись ты уже наконец. Дай сюда руки.

Роман с колоссальной неохотой подал ей их, но думал, что сейчас она завершить дело сложив его руки, как бумагу. Но она просто потерла свой лоб и той же рукой аккуратно вывернула места боли и агонии в правильное для них место.

Рома: Ты же в курсе, что это охренеть, как противно?

Ева: Ой, кто бы говорил. Я помогаю тебе только по доброй душе. Вот ты, конечно, не сможешь ими двигать, но они так заживят быстрее.

«На удивление мне не больно».

Девчушка, взяв немного пота обмазала ими его пальцы и поломанные части его рук. Что-то пробормотала, держа в руках его тонкие, поломанные костяные ветки, с натянутой на них кожей и мясом. И затем перестала, говоря:

Ева: Ну давай, пошли.

«Что она сделала с моей рукой? Ну-ка» - он пытался ею подвигать. – «Охереть, не сдвинуться. Словно в гипсе из стали или чего-то еще. Странно, но ее пот все еще жидкий если потрясти, но материал очень и очень крепок. Получается она может сделать Неуязвимым даже свой пот. И, кажется, всю ночь она впитывала часть своей маны в меня, и поэтому я не мог двигать телом, а раз те двоя всю ночь сидели и смотрели на меня, то видать она так меня защищала от Кеено…Еще страннее, маг, да еще и девушка защищает меня? Как это вообще понимать? Зачем и нахера она меня защищала и даже сейчас помогает. Она вроде знает кто я такой – ничтожество, что родилось без магии, так и какого хера она мне помогает. Зачем…зачем…зачем?»

Роман раздумывал о странной, новообретенной знакомой. Для него она была самым странным на сегодня событием. За весь день, когда он сражался с магами, убегал от них, натягивал им глаза на их шоколадный глаз, так еще и монстра изничтожил – все это вызывало лишь чувство неприязни, отвращение и ненависти - самое привычное для него чувство. И здесь, и сейчас, к нему проявила доброту, просто так, какая-то девчушка, которой он плюнул в рот. И сейчас он испытал впервые ощущение, что-то новое, а именно стыд за свои действия к ней. Когда он защищался от кого-то отдавая удар прямо в челюсть, он ни разу не сожалел об этом, когда ударил Марию и выкрал у нее мантию, он не стыдился этого, она ведь – сраный маг, когда победил каждого в своей четверки и даже унизил их, он не испытал ни стыда, ни сочувствия, лишь наполняющее тело наслаждение.

«Что это за уродливое чувство, сердце че-то заколотило, смотрю на нее не насмотрюсь – что это за херня? У меня снова жар? Или здесь рядом какой-то маг болезней?» - мальчик стал стукать своим кулаком место на груди, где точно лежало сердце. И как параноик, Роман искал в стенах эдакого замка, то ли глаза, то ли уши. Он шел по паркету скрепя вчерашними тапочками, он смотрел почти что на каждый уже более криво сделанный кирпич, проводя руками по деревянным дощечкам выложенные на нижние половины стен.

Рома спросил у Евы: У вас в Черном Рукоблуде имеется человек способный на создание болезней?

Ева приподняла свой палец к подбородку: Хм, это не к нам. Такие парни, влияющие на здоровье, конечно бы нам помогли, но так таковых вроде нет. Хотя вроде есть один. А ты чего спрашиваешь?

Рома: Да у меня, как только смотрю на тебя сердце начинает биться сильнее и мне это не нравится, придает только дискомфорт, вот и смотрю быть может на меня какой-то орден объявил охоту?

Ева посмеялась: Ты то кому-то сдался? Ты же вроде НИЧТОМАНТ! То есть человек, у которого нет магии.

Рома: Я сдался вам. Если я здесь нахожусь, то видимо чем-то заинтересовал Хэйлонда.

Ева: Ну-у, скорее это из-за так таковой нехватки людей в нашем Ордене. Нас почти что никто не выбирает, и мы сами даже толком не знаем почему. Но вот все остальные Ордены просто на расхват. Даже недавний Неощутимый Взор, о котором вообще почти что никакой информации забирает за один отбор много люду. Пронзенный Рассудок, Беспечное Лико и еще тем более Цветок Мира с Золотистым Сердцем, все они гораздо популярнее и обеспеченней чем мы.

Ева продолжила: Ладно бы их просто любили, так у них и вовсе свой эдакий бренд!

Рома: А что такое бренд?

Ева: Ну-у, типа имя, имя той или иной компании или их продукции.

Рома: Так у них же уже есть свои Ордена - это и есть бренд?

Ева: Да нет же…Я про знак отличия. Типа, тот же Пронзенный Рассудок не просто так называется.

Рома: Че, серьёзно? Они берут меч и вонзают его в головы врагам? Они же вроде иллюзионисты.

Ева: В точку, у них есть - “Четыре Клинка Разума”. У Цветка мира - “Повелители”. А у Лика и Сердца, такая популярность в медиа, что им так выделяться даже не нужно.

Рома: А че у некрофилов то из Неощутимого Взора бредовое?

Ева: Правильно – брендовое.

Рома настоял на своем: Нет, бренд – это все сраный бред. Ради привлечения не нужного нахер внимания, зачем идти в приключенцы если все делается ради сраного бренда? Это же бесполезная брехня и пыль в глаза.

Ева: О-о-о не-е-ет, Бренд Приключенца и просто Бренд – это две кардинально разные вещи. Просто так бренд или “имя” у Приключенца не может появится. Ты сам хоть раз сразилcя бы хотя бы с одним из “Клинков Разума”, то точно бы вернул свои слова назад. А это я молчу про “Повелителей”, они являются главной мощью Цветка Мира, так и старшего, так и младшего отряда.

«Че-е-е, боже, как же много информации. Ну к черту думать, лучше потом разобраться, а сейчас может просто молчать и пялится на нее. От одного ее вида, как-то спокойней…Хер его знает».

Мальчик в порванном костюмчике и девушка в мужском закончили идти по маленькому коридору, направляясь в источник приятной музыки на, казалось бы, гитаре, звуком галдежа и разговоров, а также небольшого смешка. Они стали ступать по небольшой площадке находившийся выше такой же небольшой, но обставленной всяким хламом гостиной.

Роман подошел к периллам, что отделяли его и зал тремя метрами ниже. И увидел большой диван с левым изгибом поставленный прямо на середину комнаты. Столешницу впереди нее и сзади. Телевизор с аккуратно выграненными кристаллами. Стулья, кресла, а также главное - барную стойку, на которой уже валялся пьяный и худощавый мужчина с щетиной, уплетавший по две бутылки на каждой из рук в рот, почти что закрытый коричневой тряпкой.

Он увидел здесь множество людей. Парня в маске, мужика в белом пальто, даже Яна с оголенным торсом обмотанный бинтами, а также и всех своих старых знакомых: Кеено Мрагмарского, Лилию Феррен и Люмиуса Экс’Эверина, ну и парочку незнакомых ему девушек. И все они были одеты в мантию Космической Ладони.

Ева сказала: А вот и мы! Рома, теперь надолго – это место станет твоим домом, а все здесь - твоими товарищами.

«Товарищами…товарищами…» - последнее промолвленное Евой слово поймало отголоски в голове Ромки много раз.

Пьянчуга с щетиной все пялясь в потолок, приглушенно и мямля сказал: Ву-ху-у, еще один смертник в нашем Ордене! – ИК – Поздравляю тебя, Омар Дрожёв-Жиженко! Теперь вроде все в сборе, да? Эй, Гхан-хан-ГАНДОН! Ну, валим, не?

С дивана, на котором играла девушка в облегающем бордовым свитере с прямоугольным вырезом для груди и корсетом с кучей ремешков кожаного оттенка. Она опустила гитару на свои белые штаны с вырезами из фигур ромба по бокам бедер и голени.

Девушка, прекратила играть приятную мелодию, положив свои руки на гитару: Эм-м, Катерини, может прекратишь Хандана так называть? Это, по-моему, не прилично, для человека из знатного рода. – нотки сарказма говорили о ней, что она хотела слегка проколоть чувства пьяницы.

Пьянчуга ответил: ЭЙ! Я вообще-то НЕРЕТ! Я же просил, бл – ИК – яха-муха. Давай-ка я тебя буду называть Феликактус, Дрели, Мели, Шели, Пенекс, Песк и еще че-то, бля. – мужчина не столь говорил слова, сколь выблевывал их. – ТЫ ЖЕ понимаешь, что у меня депрессия? Я глушу ебаную боль от принесенную моим семейством выпивкой и матами и коверканьем чужих именем. Тупая ты гитарная сиська! Ах-да вспомнил. Юрлий сегодня будет? Он же типа КАПИТАН старшего отряда. Он должен присутствовать на пьянке выпускников? Помнится даже у тебя ведь был такой ВЫПУСКНОЙ, Мелика Пайсова!

Мелика ответила: Да иди ты, Катерини Ренгенц… - громко, но как бы невзначай она сказала.

Катерини: Заткни свой изр – ИК – атель слов своей сраной гитарой!

Между девушкой и пьяницей завязался нешуточная словесная баталия. В которую пытался включиться Хандан, поправив свои волосы и напоследок глубоко вздохнув.

«Что за чертовщина…»

Но тут Рома услышал озадаченный голос Евастасии: Стоп, а куда девались Ян и Карина? – внезапно ее голова устремилась вверх, тоже самое сделал и Рома.

И они увидели, как парень в Оранжевом свитере и маленького Роста девушка с короткой юбкой в обнимку вверх-ногами стояли на потолке прижавшись к парню с бледноватой кожей, темными мягкими и кучными волосами свисавшие с потолка. Но отличалось в нем так это большущие уши и перепончатые крылья на руках пот рукавами темно-синей футболки, выглядящие как у летучей мыши.

«Что это за фокусы. Кажись зверолюд, но не понимаю от какого животного произошел. Кажись летучей мыши. И, как и какого хрена с ним тот Болтун и какая-то малявка?»

Ева: А, так вот где еще и Фасирий.

Со слов девчонки парниша устало похлопал глазами и приглушенно сказал: Кто-то сказал мое имя? И хрен ли вы так расшумелись. И-и-и… А КАКОГО ЧЕРТА ВЫ ДВОЯ КО МНЕ ПРИЦЕПИЛИСЬ!?

Ян тут же открыл глаза: Мы с Кариной уж слишком сильно стали любить свисать низ головой.

Девочка в шарфе тоже приоткрыла глаза и зевком добавила: Это же ты нас приучил к этому. Вот и страдай… - спокойно она сказала, от таких слов даже повеял небольшой холодок.

Того кого назвали Фасирий сказал: А НУ БЫСТРО СГИНУЛИ С МЕНЯ! – тот расправил свои достаточно длинные руки с около когтистыми пальцами, раскрыв гигантские кожаные крылья фиолетового оттенка. И те двоя упали словно камни на других подростков, с которыми сегодня Рома познакомился на отборе. Он же обидно и тихонько промолвил – Чего они себе навыдумывали, выстроили из меня себе наставника и на крылья вешаются. А они, между прочим, очень тонкие! – последнее было сказано криком.

Ян упав на девушку в черном облегающем платье и с огненными волосами, тут же встал, случайно опиравшись об ее грудь, даже самого этого, не заметив: ЧТО ЗА ВЗДОР! Ты же из Старшего Отряда, ты априори наш наставник и учитель.

Парень, свисавший с потолка: Дайте-ка поспать уже наконец…Угораздило же Хандана собрать нас именно в вечер, во время моего сна.

Вдруг и вспыльчивая девушка заявила: А какого хрена ты меня лапаешь! Хмырь в оранжевом! – та уже сделала замах.

Ян: Ой да замолкни свой диалоговый инструмент, девушка. Я тут со старшими разговариваю.

Девочка в шарфе же упала на Люмиуса и Кеено сказав: Уж извините меня, парни, хм. Мне надо пойти и успокоить Яна и эту девчушку. Видать все еще в обиде за то, что я ее просто размазала. Хм. – ее хмычащий говор устремился успокаивать ту двойку.

Ну, а Кеено ударил свою ладонь об лицо со шлепком зажмурив глаза за круглыми очками: Боже, мы только пришли, а я уже ненавижу то, что попал сраным чудом в этот орден идиотов…

Люмиус: Н-нда, я того же мнения. Этот орден очень…очень…очень странный. Я уж думал, что среди нас актеров слухи о Ладони только лишь преувеличение, а оказалось они даже преуменьшали. Но зато тут находится тот, кому я искренне хочу набить лицо своим мечом.

Кеено: Ты же в курсе, что мечом режут? Да и я тоже кое-кому хочу оформить один конец в зазеркалье…Видать мы говорим об одном и том же ничтожестве, что за весь отбор не скастовал ни единого заклинания?

Люмиус стиснул зубы и сложил свои руки себе на кольчужную рубашку, выглядящая действительно как рубашка, только сотканная из множества металлических колец: Роман…

Кеено продолжил: Дрежнёв.

Люмиус: Жизненко…Слушай, а ведь – это может неплохим началом нашей общей вражды к Роману и дружбе?

Кеено холодно ответил: Нет. С таким неженкой, как ты мне и сотрудничать будет противно, так, либо стань сильнее, либо сдрисни с глаз моих.

Люмиус: И это говорит мне тот кого уложил мальчонка без магии?

Кеено: Закройся, блонди, сам-то мне слился, как моча по трубам.

Глаз Люмиуса не скрытый под его челкой стал дергаться: Даже, не напоминай.

Среди шума и гама Рома с отвращением смотрел на них всех, его глаз косился от вида каждого. Для него комната была наполнена смрадом и гнилью, воняющая уже третий месяц под палящем солнцем.

«Сраные…сволочные…ненавистные…мразотные…МАГИ! Я уж думал, что они не будут так сильно меня окружать. О чем я думал, это же блядский магический Орден. Сука, как же я уже их ненавижу. Одни везде сраные МАГИ! Я уже чувствую на себе их блядские взгляды и мнение обо мне. Постоянно подсознательно желаю, чтобы хоть кто-то еще был как я. Не способным колдовать. А тут не просто квинтэссенция, тут чертов горизонт событий из магов. Не смогу я спокойно отсидеться в углу, читать книжки и махать глешиусом. Маги...маги…маги…маги!».

Но тут среди болота из ненависти ко всем незнакомцам и не только появился вновь единственный для Ромы лучик света, прогонявший всю тьму вокруг. И этим лучиком была Ева, чей нежный голос заставило болезненное сердце Ромы стучаться, набирая скорость.

Евастасия: В общем, Ром, пожалуй, расскажу тебе о каждом. Вон там те троя они члены Старшего отряда – подразделение Ордена с приключенцами постарше и поопытнее. Тот с грозной рожей – Хандан Церский или, как я его называю - Ханни, самый ответственный человек в ордене, наш общий связной. Злюка на вид, но на самом деле очень добр. Та девушка с оскалом - Мелика Пайсова, творческая красавица, остра на язык, умеет играть на разных инструментах, в основном на гитаре. А тот грубиян-уродец один из самых…

«Сердце…сердце…сука…Я болен. Срочно, два пальца в рот!» - мальчик с серо-фиолетовой прической тут же рывком впихнул себе в глотку указательный и средний палец.

Евастасия: Ты что…делаешь?

Рома с пальцами во рту: Мне хреново! Сердце вот-вот словит инфаркт, я точно от тебя что-то подцепил. А то только смотря на тебя оно у меня стучит, как будто бешеная свора гончих!

Евастасия: Прекрати. Мой пот все еще не слез, не тереби его, а то им легко себе зуб выбить. В общем, продолжу.

«Она вроде что-то говорила про того пьянчугу».

Евастасия: Вон тот, что на потолке – это Фасирий Батсез. Он полу-летучая мышь, кровопийца и все дела. Гот или кажется Эмо, короче, мрачный тип. Он также состоит в Старшем Отряде. И также есть правая рука Хэйлонда – Юрлий Йуко, здесь его пока нет. Йуко – считается самым сильным членом нашего Ордена, говорят он был на Луне, представляешь!

«С магией добраться до Луны – это как ходить. Просто берешь магию Телепортации и открываешь проход там, вот и вся магия. Почему она говорит так будто – это удивительно. Глупая».

Евастасия: Тот черт в маске из бумаги, Демитрий Демомо, ни за что не обижай его, он может перевоплотится почти в кого угодно. Такой тупой, но умный в сарказме, что хочу и выдрать все его зубы. Та парочка – не разлей вода, Ян Апельнов и Карина Зверская, сильный тандем из сильных магий. Ян тот еще чудик, любит использовать странные и старые словечки, а Карина зачастую имеет повадки некоторых зверолюдов и хмыкает во время речи. Есть насколько я помню еще пару членов Ордена, но даже спустя пару лет здесь находясь я о них не разузнала.

«Вот и все чудики собрались в одном месте, конченные фрики и я безманный».

Ева самодовольно: А теперь я – Евастасия Де’Шаф. Добрая, отзывчивая и я гуль.

«Стоп, чего? Я правильно расслышал последнее?»

Внезапно крики Хандана переключились на всех: Все наконец пришли, пора связаться с Юрлием и. А, он уже меня услышал.

«ОНА КАННИ-».

Ромины раздумья прервал гул, перетекший в дрожь земли. Все вокруг тряслось, а бутылки с барной стойки стали падать один за другим.

Хандан закатил глаза: Верно…Нельзя ведь более безопасно и менее ущербней для нашего бюджета телепорт сделать.

И вдруг с внезапным толчком весь пол из паркета вперемешку с ковром образовался большой железный объект, что начал двигаться в бок. Это была гигантская дверная ручка. Рома устремил глаз вниз и увидел какие-то ямки. И он понял.

«Пол стал одной большой дверью! Пизда рулям. Нужно что-то делать».

Он вертел своей головой то влево, то вправо, его взгляд кружил вокруг места напоминающий склеп с теплыми оттенками. Но ручка от половой двери безукоризненно провернулась, создав пробиравший до самих легких щелчок. В миг весь паркет засветился и излучал ослепляющей белизной. А ноги у Ромы стали косится. И на секунду, тот почувствовал, что он падает прямиком в неизведанный свет. И тут, все вокруг за доли мгновений изменилось.

Все люди, находившиеся в комнате в сию секунду, телепортировались в некую чащобу. Которую освещало что-то непомерно голубовато-синее.

«С-с-срака! Снова пространственные фокусы. Блевать тянет. Вот-вот и я изрыгну свои кишки! И зачем нас сюда телепортировали».

Не только он был слегка возмущен.

Лилия: Боже, снова телепортация пошла через задницу и где это мы?

Люмиус: Хм-м-м лес. А там кажется…

Кеено: Давайте уже побыстрее закончим со всем этим не нужным официозом.

Вокруг всех тянулся бесконечный лес, кроны деревьев возвышались выше даже двадцати метров. А все великолепие неба скрывала тьма ночи и Луна, что лишь слегка поблескивала, спрятавшись за ветками и листьями. Но полуночный пейзаж темноты был сокрыт под ясным светом и чернеющим, с каждой секунды взора силуэтом.

И этот же силуэт сказал, то с игривостью, то с попытками серьёзности: Йо! Господа старший и младшие отряды. Хочу поприветствовать новых членов нашего Ордена Космической Ладони.

Глава 21. Ебаные Маги

За тенью человека стал сбавляться свет, явивший форму, как оказалось огня. Что выплескивал яркие искорки глотая одно дощечку за другой.

Силуэт: Я Юрлий Йуко! Капитан старшего отряда Космической Ладони. Рад видеть новых лиц! – перед людьми и зверолюдом и еще одной девушки, расы на букву “г” проявился образ человека. Тонковатого мужчины, в коричнево-бежевом с синими лентами плаще, поверх которого одета черная мантия. Его орлиные глаза красного оттенка были радостны, хоть это и не было видно по лицу, так как его нижняя часть была скрыта маской.

Человек держал одну руку вверх растопырив пальцы и прикоснувшись большим пальцем своего лба, обнадеживающе сказал: И я – Маг Дверей. Мой Ранг опасности, к слову – Армагеддон. А ранг приключенца - Верховный. Ну, новички, представьтесь и вы. Подойдите же к мана-огню!

«Очередной масочник и оптимист. Маги. Ранг – Армагеддон и Верховный. Да и маг Дверей. Магия неуязвимости от гуля. Пьяницы, музыканты, недо-вампиры и извращенец, что наверняка заходит в дверь женского туалета и показывает свой член. Слишком дохуя сильных лиц – это точно, самый слабый орден в Манастополе?»

На предложение очередного странного фрика первым отозвался очкастый сноб, одетый, словно Банкир, а не скорее волшебник. Он подошел на место отошедшего от кострища Юрлия и сказал: Я Кеено Мрагмарский Кигенович. Я являюсь выпускником Гимназии в области Магологии имени Манова и имею знак отличия. Мой ранг и ранг опасности – неизвестны, – поправив свои очки зоркий взгляд по среди темного лесного омута в котором они находились, с блеском его линз устремились в Рому. А вместе с этим незаметно для него огонь стал бушевать и цвет его перекрасился в зеленый, движения были странны, прерывисты, словно разбиты – Я Маг Отражений.

«Сраный очкоглазый, его взгляд все также холоден, как яйца в минус тридцать без одежды. И что же мне останется говорить? Он то из гимназии, а я даже толком не выпустился. Ни оценок, ни рекомендаций от учителей. Да еще и стоит ли сказать, что я и так не владею магией?»

Кеено поправил каштановые пряди, свисавшие на окуляры, и сдвинулся. А на его место зашла рыжая дева.

Лилия: Здравствуйте, меня з-зовут Лилия Фэр’рен Лемаловна и по правде говоря.

«Голосок у нее че-то слишком нервозный, хех, прям как у меня когда я впервые пошел в первые классы».

Лилия: Я не желала быть в Космической Ладони, говорят, что это самый слабый и страшный Орден, который только может быть не только на территории Маговской Области, так и в целом Расградии. Но, я к счастью или к сожалению, уже здесь так что рада…с вами познакомится.

Рома: Рыжуха, быть может, ближе к делу?

Лилия: Ой, да замолкни! Так-вот…Я Инвизомант, ман Невидимости. А также владею Геном Взрыва. Я училась в элитном Лицее для Вышестоящих Лиц, как мой отец, который его с блеском закончил. А я же тоже закончила с отличием, но не так как он…

Костер за девахой стал меньше, но тускневшие языки пламени стали двигаться, как не в себя. А за Лилией подошел Люмиус.

Взявшись за свой меч и приняв модельную улыбку, Люмиус сказал: Я Люмиус ЭксЭверин Лайтинович!

На это перманентно отреагировал пьяница, сидевший ему спиной с бутылками в руках, тут же обернувшись и совиным глазом уперевшись в него спросил: Тот самый педиковатый член более педиковатого и членососного журнала Приключения Плюс и романтически-уебищных шоу?

Люмиус не сводя наигранных глаз, но исказив слегка улыбку: Д-да. Я популярный среди молодежи, Актер и Модель, известен не только своими посещениями Шоу и Фильмов, но и как Боец я очень неплох. Я же выходец из Гильдии Братства Серебряных Мечников, потому отлично знаю фехтование и знания дуэли на мечах! – огонь за ним, стал возвышаться и становится более спокойным и золотистым.

«Небольшая дрожь по коже…Откуда? Почему? Это же маги. И я вновь скажу им, что у меня нет магии. А если скажут, что я ничтожество без магии, то тут же пошлю их к своим дохлым матерям. Проходили же это, Рома, тогда успокойся же нахер! Бляха, но атмосфера здесь в конец стремная. Темный, лес, дети и кучка каких-то идиотов в черных мантиях, и я тут один, как белая ворона, без магии, как же тут, сука, сохранять спокойствие?»

Вслед за Блондином выдвинулся и фиолетовый мальчик и за пару шагов до костра, тут же легкая, но явно напряженная рука остановила его.

И Люмиус тому шепнул: Не забывай, Рома, то что мы в одном Ордене не делает тебя моим другом или кем-то еще ближе. Мы оба будем носить черное наверняка всю оставшуюся жизнь. Я рад, что ты надрал зад этому высокомерному уродцу в очках, но…Ты ученик Алого Колосса. Приключенца-дезертира, Ранга – Катаклизм. Убивший не только много людей, но и, будь ты, сука, и он проклят, убивший мою маму. Мне все равно, что твой отец - Алексей Дрежнёв, известный Архимаг Пространств то, что у тебя брат обладает Геном Крови и то, что ты сволочь без магии. Я всегда буду тебя ненавидеть, за то, что ты спас меня и позволил быть мне в этом Галимом Ордене использовав Стиль меча Убийцы моей матери. Будь ты проклят, ублюдок.

Рома обернулся на него с непонимающим взглядом и рефлекторно схватился за его кольчужную рубашку близ его шеи. Холодно, даже с издевкой, сказал шепотком: Залезь обратно в дохлую, разрезанную, сгнившую и заполненную кончой спидозных гиен и червями пизду твоей матери. Она будет рада вновь увидеть свой повзрослевший выкидыш.

Глаза Люмиуса чуть не выкатились наружу, покраснев от кипящей ярости возникшая в его венах: ЧТО ТЫ СУКЕН СЫН СКАЗАЛ?! – блондинчик схватился за меч в своих ножнах и укрепил свой хват за воротник Ромы.

Рома: То что слышал придурок. Чтоб ты залезь обратно в разложившуюся канализацию твоей мамаши.

Люмиус: «СУКА, СУКА, СУКА, СУКА! Мама, я убью его, клянусь я убью. Выломаю нахер пальцы, выдерну кости и оторву голову, как с тобой сделал Алый Колосс. Эта безманная тварь поплатится за свои слова». – модель выдохнул, угомонил оскал и занес в ножны меч. Хоть он и выглядел успокоившимся, но зрачки его показывали совершенно обратное.

«Что за сдержанность? Я уж думал он все-таки возьмется за свой меч».

Мальчик с фиолетовыми прядями подошел к золотистому огню.

Рома представился: Я – Роман Дрежнёв-Жизненко, сын бывшего Приключенца Верховного Ранга – Алексея Дрежнёва. Пожалуй, буду честен. – Рома совершил глубокий выдох. - Учился в Общемагической Образовательной Школе на отъебись. Не актер, не зубрила, не рыжий. Не имею почти что никаких талантов и так далее врожденного говна, по типу Генов. Я ненавижу вот таких как тот Очкастый, Блондинчатый пидор и рыжуху, которую наверняка взяли по блату. – юноша стал улыбаться и слегка посмеиваться. – Я не знаю зачем я пришел именно в Магические Ордена. Но зато я знаю, что я хочу стать сильным, сильнейшим и непобедимым. И самое главное, что у меня – Нет! Магии!

И с утонченной синхронностью костер за ним в сию секунду тут же затух.

Под ночным знаменьем и окрасом заслоненной кронами деревьев луны все вокруг в миг стало темным и неразличимым. Все люди вокруг обратились в объемные тени.

Вдруг послышался храпящий голос пьяницы - Нерета: Опа-на, а реально-таки бездаря без магии нам Хэйлонд подкинул. Уж что-что, но мана-огонь на то и сраный мана-огонь, чтобы отслеживать уровень Маны и Магии. У тебя же НИХЕРА! ИК-как нам с тобою работать-то? И как вообще такое возможно быть человеком без магии.

Рома: А вот, так блядь и возможно. И да, это моя супер-магическая способность – неспособность использовать Артефакты и любые мана-технику.

Какой-то большой силуэт с жестким зачесом, коим был Хандан достал из кармана кристафон и включил на нем фонарик. А рубашка Люмиуса засияла.

Хандан: Но у тебя ведь был какой-то меч, явно не просто железяка?

Лилия добавила: ДА! ТОЧНО! Этот твой чертов Ледяной меч, как ты им можешь пользоваться если для артефактов нужна мана? А! Псевдо-инвалид?

Рома: Это был меч Глешиус. Выкован Дроу.

Кеено себе пробубнил: А точно ведь…Дроу не славились магической одаренностью среди Эльфов, зато охрененно могли вложить магию в сплавы.

Рома: Даже так, очкастый, Глешиус сломан. Так что на этом мое интервью – все, закончилось. Что дальше-то делать? Мюлий Му̀ка?

Внезапно костер вновь зажегся столбом голубоватого пламени.

Юрлий: Правильно – Юрлий Йуко. И сейчас мы – он сложил пальцы, обе больших и указательных в форму прямоугольника – Устроим пиршество!

Вслед за пальцами из земли открылись куча коричневых дверей с золотистыми ручками на них. Из которых появились два-три стола накрытых едой, пару больших факельных столбиков, бочки с наверняка выпивкой.

Тут же на это вылупился Нерет: О ГОСПОДИ, ЮРЛИЙ! Я тебя обожаю! – он тут же принялся выпивать сразу из двух кружек. А затем устав, просто откинулся под одну из бочек направив струю огненной жидкости себе в рот.

К Юрлию подошел Хандан, громоздя своим длинноватой рубашкой, будто бы украденная у дворецкого, шаркая своей тесной жилеткой под Мантией: Я так вижу наш бюджет вновь поредел?

Юрлий: Еще как. Но Хэйлонд вновь занимает в долг у Анатолия. Так что не бери в голову. Просто в этом месяце нам будет слегка туго.

Хандан: Юра! Нам же еще нужно сшить им их Костюма приключенца, черт возьми!

Юрлий: Есть одна авантюра… - продолжили они свой тайный говор шепотком.

Все стали садится за стол и делать, кушать и пить что им хочется.

Девушка с каштановыми и блестящими волосами, с небольшими заплетенными косам на правый бок слегка окрашенные в красный стала петь и играть на гитаре.

Зверолюд свисал с ветки и длинными руками доставал со стола вкусности, в основном пряники.

Кеено и Люмиус без умолку о чем-то шептались.

Лилия пыталась взять несколько аленький сверток, но ее тут же пресекла рука Евастасии взяв сверток первее, достав оттуда шматок мяса.

Ян и девонька по имени Карина играли в крестики-нолики на плоском, как доска пузе, ушедшего в пьяный транс Нерета.

Все уже присели за стол и занимались своими праздничными делами, знакомясь с новенькими и общаясь по поводу их сил и магии. Все, кроме Ромы.

Он же просто отвернулся и устремился в сторону Луны.

«В пизду их. В пизду всех этих магов. Пускай себе говорят про магию, а я пока пойду найду РГАМ Три, точно такие деревья были у сада, когда мы с Рахдом прятались там. Так что полагаю это специальный лес для магов, приключенцов и прочей подготовки. У меня самого дел по горло. Вроде завтра первый учебный день, а они бухают, надо пойти домой и забрать парочку ценных вещей. В добавок найти Артёма и извинится перед Рахдом за то, что я заставил его пережевать за себя». – Рома идя по заваленным деревьям оперяясь за ветки, что чуть ли ни как он в величину, замолк свой поток мыслей. Наслаждаясь спокойствием ночной природы.

«Солнце было со стороны РГАМ Три, сейчас на ее месте Луна значит идя за луной я наткнусь на РГАМ Три, сейчас примерно полночь или чуть позднее, так что положение должно быть одинаковым, наверно».

«В добавок, кажется кольцо, которое мне подарил Анатолий помогает мне словно интуиция. Он показывает мне какие зеленые огоньки если закрыть глаза. А если закрыть сейчас, то…»

Рома закрыл глаза и увидел, как в тьме прикрытых век он замечает светло-зеленую дорожку состоящая из тускло мигающих огоньков.

«Опа, все еще работает. Но ведет не в сторону Луны, видать я ошибался».

Он все шел и шел, а никто кажется и не заметил его пропажи. Кроме одной персоны – Лилии. Она увидела, как тот с посредственным лицом и толи скучающим толи завистным взглядом ушел от костра. И та решила проследить за ним, поведясь на свою интуицию и странные чувства к нему.

Лилия: «Этот Рома, совсем чокнулся, взял и сбежал. И прется, сам не зная куда. Когда же он покажет свое слабое место. Он точно что-то скрывает. Какой-то секрет, который поможет мне первой одолеть его. Я не забуду, как он меня победил, да еще и опозорил перед всеми! ЭТО ИЗ-ЗА НЕГО Я ОКАЗАЛСЬ ГОЛАЯ НА ВСЮ ПУБЛИКУ! Надеюсь, никто не снял это, а то еще будут что-то про нас обоих писать. Но, а так, я уже как-то устала следить за ним, давай же яви же свой секрет!»

Мальчонка непоколебимо следовал пути, по которому его вело кольцо. Он нашел одну почти двухметровую ветвь, крепкую и еле сгибаемую. Слишком жалко ему было оставлять такой дар природы, так хорошо подходящий для использования.

Спустя пару секунд ходьбы. Рома в миг встал и выпрямил спину. Его взгляд был вкопанный.

Лилия: «Что это с ним? Мне жутко».

Фиолетового мальчика одолело знакомое чувство, которое он испытывал столько раз, но все равно не сумел забыть ужасающие ощущения от него. Руки Ромы сажало что-то холодное, как и ноги, спину обволакивал непомерный жар. И тут он почувствовал острые прикосновения, словно пальцев, состоящих из наточенных и зазубренных бритв.

Голос явился Роме: Дерево, ВЕ-Е-Е-ЕТВЬ! РЫЧАГ!

Рома говорил так будто был одержим, говорил так будто его горло было вывернуто наизнанку, а кадык разбился как стекло: Что тебе надо ГОЛОС!? Что…что ты блядь ТАКОЕ!? КХАа-а-а – очередная, но не менее болезненная боль вырывалась из него – ОСТАВЬ МЕНЯ!

Голос: ДЕВОЧКА! ЗВЕЕЕРЬ!

Рома: Кхра-а-акх

Голос: РОГА И ОГОНЬ ВОЛОСЫ!

Рома: ОСТАВЬ меня!!!

Голос: ПОЗАДИ ТЕБЯ!

В ту же секунду Роман с неестественной скоростью повернул свою шею прямо на месте, где была Лилия. Глаза его чуть побелели. А страх рыжей девы все возрастал.

Лилия: «Что с ним такое? Это какая-то болезнь? Помню примерно также он вел себя во время боёв. Может в этом его секрет? Может он на самом деле гений, который смог запросто одурачить мана-огонь? Хорошо что он меня не увидел, если бы не Заклинание Невидимости, меня бы уже спалили»

Юноша упал коленями об землю, сплетенную из корней. Он дышал так глубоко будто бы задыхался, находясь на километровой глубине океана.

«Опять…Этот сраный голос. Я только что понял, что просто так он точно не приходит. Что-то точно сейчас произойдет и произойдет это сзади! Сзади меня кто-то есть, кто враждебный».

Рома крикнул: А НУ ВЫХОДИ-И-И! Я знаю, что ты сука, здесь!

Лилия: «ТВОЮ МА-А-АТЬ! Как он узнал, что я здесь. Пожалуйста не узнай меня, если он узнает, что именно я за ним следила, то он может меня заподозрить или сказать, что я сталкерша» - рыженькая стала краснеть он нагнетающих мыслей.

Рома стал подходить к деревьям, за которыми пряталась Лилия. Каждый шаг, был словно стук дерева об дерево. Он взялся за длинную и остроконечную палку, как за копье. Опрокинув ее за шею и повесив на нее обе руки.

Рома: Ну, давай же выходи! Или я сам к тебе подойду. – он ощущал каждую шишку и крупный камень под своими ногами направляясь к, не зная этого прямиком к Лилии. А также он ощущал, как некая влажная субстанция упала на его плече.

«Кто же это? Люмиус? Кеено? Ян? Хотя может быть Ева? Надеюсь, все-таки Ева. И почему мое плече такое мокрое?» – Рома машинально взглянул и увидел свисавшую над ним овально-образный мокрый мешок с губами и колоссальными зубами.

Рома: Что это за хуйня…?

Хрясь!

Это нечто тут же вцепилось своими квадратичными и массивными зубами прямо в плечо Ромы, впиваясь все глубже в его плоть и кости. Кровь выплескивалась, омывая половину перепуганного лица. Оно утаскивало его в направление, в которое он изначально шел.

Рома: А-а-а-а! – его крик все удалялся от Лилии.

Лилия: Рома! – она крикнула вслед за ним, тут же со страху выйдя из маскировки.

Рома: Лилия…Какого ХЕРА НЕ ЕВА! БЛЯ-Я-Я-Я~

Зубастая масса все не хотело прожевывать Рому, оно впилось глубоко, но не желало прокусывать дальше. Оно тащило и тащило его по воздуху. Дойдя до ее хозяина.

“Язык” принес Рому к страшной твари, к колоссальному кабану под два или четыре метра. Его глаза были красны и сияли по среди ночного леса, но украшало все это, один еще более красный и устрашающе сиявший рог. Его шерсть стояла дыбом, а оскал из острых и одновременно плоских зубов явно ожидал пиршество.

Рома: Бляха, это же ебаный Дьявольский Кабан!

Глава 22. Брызг Жестокости

Темный лес, который еле освещался ночной луной померк в своей тишине. Лишь кузнечики и рокот птиц иногда слышались по среди гигантских стволов деревьев высотой, достигавших выше двадцати метров, а диаметром все два метра. Вся эта идиллия была прекрасна для Расградской Академии Магии Три, в качестве лесного полигона. Но эту идиллию дополнил дикий крик из глубин чащобы.

Роман: БЛЯ-Я-ЯДЬ!

«Пиздец! Это Дьяво-кабан. Плотоядный ублюдок, шерсть, как металл, зубы, как наточенные катаны Хён Ти Кьёнских самураев-эксбиционистов в масках. Да и еще дьявольский, красный Рог. До жопо-боли крепкое дерьмо, так еще иногда искажает пространство и отключает чувства, вроде как. Спасибо папаша, что позволял мне красть твои пособия по Приключениям».

«Как там было…Ранг опасности…Бляха не помню. А, точно – Бедствие. Опасные черты, Рог искажающий пространство и ощущения, острые зубы и зубастый язык, чтобы хватать добычу помельче».

Язык существа сдавил свои зубы еще сильнее.

Рома: А-А-А-А, блядь. Еще немного и оно мне руку откусит. А ей я пользоваться все еще не могу она все еще в поту Евы! Мне конец…мне конец…УСПОКОЙСЯ ИМИБИЦИЛ!!! У меня есть пять секунд. Я…я – не решительно тот пробормотал, но затем вдохнул полной грудью - …Я! Я ТЕБЯ УБЬЮ ЕБУЧИЙ ТЫ СВИН!

«Раз…Два…Три…Четыре».

Роман становился все ближе к слюнявому и жаждущему мяса и крови монстру, который раскрыл свою ужасающую и будто бы бездонную пасть. Язык уже потащил Рому промеж зубов твари, как вдруг. Монстр был похож на кабана, но отличительным в нём был зияющий демонический рог, а также колоссальные габариты превышающие Ромины.

Рома: ПОШЕЛ НАХУЙ! – мальчишка ловким движением засунул ей прямиком промеж рта импровизированное копье. Существо стала издавать вопли некоторой боли. Роман вертел ветвь Длинноели, вкручивая ее как сверло в десны твари.

«Твою же, я уже во рту. Тут просто ужас какой отвратный запах. Надо избавится от языка, а то я конечно задержал эту суку, но ветка долго не продержится. Благо я и надеялся, что тут воняет, как в гнезде Гоблинов».

Взгляд мальчика устремился далеко в гортань, откуда и начинался язык, не желавший его отпускать. Как вдруг, Роман резко выдохнул и вдохнул своим носом и ртом все зловоние, будто окунув в свой же рот, запах полчища трупов и дерьма.

«Бдь, как же это противно…Сука…Рвотный рефлекс, работай!»

Глаза мальчика покраснели, а щеки наполнились всем, тем что он вчера успел съесть с желудочным соком, разъедавший ему нос изнутри. И в миг, он выблевал всю эту мерзость, скопившуюся у него прямо на язык: БУЭ-Э-Э-Э!

«Языки всегда чувствительны к едкому вкусу, особенно когда это блевотина!»

Тут же основная пасть дьяво-кабана открылась ворочаясь, как бешенная. В этот же момент Рома подтянулся к зубам, выбиравшись из мясного и смрадного коридора, выходя прямо к зияющей сумрачным и пепельным сиянием Луне.

Но тут был услышан треск. Челюсть кабана сомкнулась как медвежий капкан. Прямо на руку Ромки. Внезапная, но пробирающая дрожь прокатилась по его ладони будто ток. Время для Ромы будто остановилось. Он все ждал и ждал, когда наступит боль, боль столь большая, что заставит вновь его вопить и разрывать свои голосовые связки. Он так усердно и долго ожидал, даже желал боли, но эта перманентная вечность закончилась лишь ничем. Лишь странным ощущением в руке, что была прижата промеж острых зубов Кабана.

«Какого? А я точно не чувствую боли? Может это какой-то болевой шок или…» - неожиданно для Ромы он осознал, что Магия Неуязвимости Евастастии, действительно – Магия Неуязвимости. – «Так значит, теперь моя рука просто не деформируемая, остается только…ЕЕ…ВЫ-ТА-ЩИ-И-ИТЬ!!!» - фиолетовый парень взялся за руку и уперевшись об зубы твари, тужился и надрывался, пытаясь вытащить свою руку. Но в след за первым, прозвучал и второй треск.

Рома внезапно крикнул: ТЫА-А-А-А!!! – «БЛЯДЬ, я вывихнул сустав! Пизда…А-А-А-А-Й!!! Прямо меж кисти и предплечьем…»

Дьявольский Кабан словно улыбнулся: ГЫ-Ы-Ы-Ы!!! – гулко тот протянул, явно питаясь и наслаждаясь страданиями Ромы страданиями.

Рома: «Н-н-н-нужно, ПОДУМАТЬ! Но…» - ТСА-А-А-А!!! – чудовища стало снова крутится и метаться в стороны, как дикий волчок. Неся с собой в пасти и Романа. – БЛЯ-Я-ЯДЬ! СУКА! Сейчас рука, просто вылетит! СОБЕРИ СУКА МЫСЛИ!

Пронзительная боль не давала понять Роме, что же ему делать дальше. Словно издевательский гогот, веющий напряжение в аудиторию, наполняя мозг парня болью, болью и болью.

«Н-н-н-н-нужно…У-у-у-ударить…В СЛАБОЕ МЕСТО-О-О!»

Рома скопил весь дух и дыхание, чтобы притупить боль…И понял, что можно вдарить в глаз. Только вот. Мальчишка сделал один, два, три удара, но никак не мог достать, резкая, парализующая боль тут же останавливало его едва тот не задевал глаза.

«БОЛЬНО-О-О! Молю прекрати! Тело, дай хоть сейчас, хоть какое-то преимущество! Давай, Рома, задержи, дыхание и…ДАВАЙ, УДАР» - ярый замах снова пролетел мимо.

И Рома не сдержал гнева: ДА БЛЯ-Я-ЯДЬ!!! – «Хотя погоди-ка, а почему, кабан не откроет рот и не зажует меня…Неужто укусив руку, он думает, что весь остальной я такой же? И тогда…Что же он сделает…»

Рома сию секунду устремил свой взгляд в сторону, казалось беспорядочных метаний Кабана: ГВУА-А-А-АКХ-Х-Х!!!

Кабан разогнался и с гулом врезался в ближайшее дерево. Но, а Рома был прижат к дереву с втиснутыми к нему зубами почти с его руку.

«Бляха, кажется я сломал себе ребро…СУКА…срань…срань…срань…как же больно…»

Рома: ВЫРЫВАЙСЯ ПАДЛА! – и наконец удар прошелся прямо в глаз. Фиолетовый мальчик на секунду воткнул свои пальцы об мерзкие и склизкие горящие красным очами. Но существо, все не намеревалось расслаблять укус.

Существо рыпалось и делая два-три поворота снова ударилось об дерево с Ромой на нем.

«Второе ребро. Да ты издеваешься?» – он стал выхаркивать багровую жидкость текущая по его винам, обрамляя кровью своего недруга и себя. А существо, все крепче сжимало, в своих зубах его руку, будто грызя очень прочную кость.

Рома: Сук-ха. – и на последний рывок, произошло странное, зубы и массивные клыки в миг раскололись. Десятки кусочков и единицы массивных острых, нужных для пронзания и потрошения плоти зубов вылетели со звоном из небольшой части пасти твари.

«Он…совершил ошибку! Наконец он раздробил свои зубы! ВОТ ОН, МОЙ ШАНС!!!»

Из красных глаз кабана, стали стекать слезы, а из зубов хлынул живительный фонтан из крови, омывший все лицо пацана. Роман сделал еще один выдох и тут же рефлекторным намеревался взяться за зубы, как за орудия…обеими руками…

«БОЛЬНО-О-О!!!» - молниеносный вопль боли отдался в кисти парнишки, мигом его оглушив и уронив на землю, лежать среди расколотых зубов и воплей дьявольской мрази.

Рома: ЫА-А-А-А, РУКА-А-А!!! – он чувствовал, будто его руку кто-то пытается сломать, вывернуть на изнанку, а затем вырвать кожу, будучи под слоем из костей. Но видимых ранений не было… «Усмири…усмири…усмири..усмири…усмири…УСМИРИ ЕБАНУЮ БОЛЬ! Боли – нет…Боли – нет! Это всего лишь иллюзия в твоей голове. Переведи разум в другую тему…Этой твари тоже адски больно…Послушай же это великолепие криков настоящего монстра». – филетово-волосый с упоением и безумным взглядом наблюдал за корчащее от боли и агонии лицо дьявольского кабана, ища успокоение своих мук в его страданиях…И это он получил…

Кабан: ГРУО-О-О-О-Р-Р-РГР-Р!!!

«МЫСЛИ СОБРАЛИСЬ…ИСПОЛЬЗУЙ ЗУБЫ!!! Но сперва» - мальчишка мигом встал и тяжело дыша, будто каждый его вздох мог стать последним взялся за одной рукой за обездвиженную ладонь и резким движением вытянул ее сустав на место.

«СУКА-А-А-А-А-А-А-А!!!» - извержение боли, прошло мимолетно, но прожигая невыносимой болью – «Руку, кажется починил, но из-за пота пока не смогу ей пользоваться…Все равно, больно, надобно быть поосторожней иначе…» - мальчик взял гигантский бивень, вылетевший вместе с остальными мелочными зубами и ловкими движениями забрался на морду колоссального кабана.

Жалобные и наполненные слезами глаза кабана посмотрели на Рому: ТЕПЕРЬ ЧЕРЕД, ДЬЯВОЛЬСКАЯ МРА-А-АЗЬ!!! - он направился на вверх дьяво-кабана и Роман воткнул в глаз наполненный красной горечью зуб твари.

БРЫЗГ.

Крутил ею и крутил, вдавливая пинками в глубь глазницы.

Туф. Туф. ТУФ!!!

Оглушительный вопль зверя отдался в легких Ромы, словно удар кувалды об барабанные перепонки. И зверь этим воспользовался.

БАМ!!!

В мальчика врезался с огромной скоростью Зубастый язык, колеблющийся, как огонь из свечки, выбив мальца с верха чудовища.

«Упасть бы не на руку! Совсем забыл об этой херне. Живучая мразь! СДОХНИ ЖЕ-Е-Е! Сдохни…пожалуйста…умри…надо жить. Мне надо выжить!»

Рома кубарем укатился, собирая удары от корней и камней и затем дерева. Он харкал свою кровь все больше и больше. Каждое его движение будто было деревянным.

«Бежать…надо бежать…Надо спастись…Надо…надо…Но, я хочу. Хочу убить его. Очень хочу убить этого зверя. И я убью. Хочу видеть, как оно умирает…Хочу убить. Хочу, сука, хочу!»

Рома уперся локтями о землю, а затем и ладонями об ствол дерева, собирая на руке несколько занос от небрежной коры Длинноели. С тяжестью на спине он поднялся.

«Легкое выбито, нижние ребра нахер сломаны, пока болевой шок не прошел, надо действовать, иначе боль просто не позволит мне даже дышать. Успокойся, Роман, ты на нервах, нервы – худо. Успокой дыхание...Больно…больно…больно….болньо…Вспомни же…Делай по советам Гаргана Колосса, единственного, кто тебя малеха, но понимал».

Дыхание фиолетово-волосого было поначалу дерганным и нервозным, но а теперь перешло в умеренное, словно утихомиренный шторм, порядочное и угомонившееся торнадо, что недавно сносило людские жизни, даже этого не замечая.

***

Лилия, наблюдавшая за взаимной охотой Чудовища и мальчишки без магии, ушла в безумный шок.

Лилия: «Какого черта! Дьявольский Монстр в лесу гос. учреждения? Как такое вообще возможно!? Куда смотрит администрация, Директор этой галимой Академки? Мне точно стоит рассказать об этом Отцу и о том, что мне не дали выбора, заставили выбрать Космическую Ладонь, да еще и подвергли мою жизнь опасности!»

Рыжая дева стояла в ступоре не так далеко, но на приличном расстоянии от бойни. Ее тело сковал факт нахождения рядом с такой тварью, как Дьяво-Кабан. И вводил в еще большее окаменение обозрение того, что Роман ничтожество, что ни разу не воспользовался во время боя с ней ни одного заклинания, ведет с монстром не равную битву.

Лилия: «Твою же! Мое тело меня не собирается слушать! Мне слишком страшно, я даже пошевелится не могу. Правильно мне отец говорил: «Ты не сможешь в Приключенцы податься, слишком ты избалованная». Даже сейчас, как и тогда я не могу…не могу».

Девушка дрожала от нахлынувших воспоминаний. И особенно того, как Роман сегодня ее уделал.

Лилия: «Давай, ДАВАЙ! Успокойся, Лилия Фэр’рен. Что ты знаешь о Дьяво-монстрах. Первое они чудовищно сильны, чем остальные монстры. Второе, поедая человечину они становятся гораздо сильнее. Третье если бояться их, то они тоже становятся сильнее. Четвертое…их рог – это слабое место. Но это Дьяво-кабан. Его рог слишком нестабилен, даже сами они не могут его контролировать…Молодец, Лилия, ты наконец укротила мысли».

Лилия: Осталось лишь расправится с ним!

Пока девушка искала удобную позицию для внезапной атаки, Рома сделав небольшой отдых, заткнув мысли, вновь внезапно побежал на чудище. В одной руке тот держал обрамленный кровью желто-белый клык, который побывал явно не в одном существе, животном, монстре, а может даже и человеке. И вдруг, прямо перед прыжком, который мог быть, пацан остановился, как вкопанный. Монстр подловил момент и сделал выпад своим напористым языком, своими беспорядочными и одичалыми движениями желавший не утащить мальчика в глубь пасти, а разорвать его здесь, на месте.

Рома: Ты боишься, да, тварь? – «Повелась, безмозглая мразь».

Монстр лишь увидев, как Рома филигранно сделал поворот вокруг своей оси прямо в момент, когда его должен был убить язык, тут же почувствовал моментально хлынувшую боль. Мальчишка ловким сдвигом руки вбил клык точь-в-точь в язык, пригвоздив к земле. Два гулких удара тапок Ромы об зуб, были слиты с криками существа: УО-О-О-О-О-О-О-О

«Теперь остается дело за малым».

Роман снова добежал до чудовища. Схватился за массивные зубы, напоминавшие скорее не зубы, а маленькие кинжалы под ним и собрался вверх монстра, стоя прямо возле ярчайшего фонаря в темном ночном лесу – его алого рога.

«Надо вырвать…надо вырвать нахер этот рог и тогда кабанчик сдохнет».

Малец на монстре пытался ухватится за рог, но его рука прошла сквозь него.

«Вот оно, изменение пространства. Даже подзабыл. Не удастся так, то я выломаю его нахер прямо из черепа, живучая ты сука!»

Рома взялся за зуб напоминавший камень и правой рукой стал выбивать им лоб монстра, крича: НА! Н-на! – каждый удар Ромы был ожесточен и полон некого наслаждения. Глаза Ромки впали чуть ли ни в нирвану от монотонных ударов, завершавшихся хрустом и треском, завершив это фонтаном багровой жидкости.

Туф, Бам, Хрясь, Стук, ТУФ-С!

Рома: О, да! Скоро…скоро, я убью монстра…Я убью этого монстра, ебаного жалкого уродца. Освежую и вырву все мясо. Интересно, каковы дьяво-монстры на вкус?!

«Стоп…что-то не так!» - и тут Рома почуял, что в его голову вонзилось странное ощущение. Когда тот ударил, по чему-то необычайно прочному, будто неуязвимому.

И затем тот внимательно посмотрел на свою другую, правую руку. Он увидел, как из напора красного света и потрескавшейся структуры, кожи и мяса чудовища, вытекала фигура изуродованной, сломленной в нескольких местах, с обвисшими кусками мяса и торчащими белыми штырями.

«М-моя рука…»

Чувство боли моментально поразило Рому: А-А-А-А-А! Моя рука-а-а! СУКА! У-А-а-а-а-ААЫ-А-АЫ-АЫА!!!!

Лицо мальчика корчилось от боли, а слезы от неописуемой паники и страха за свою руку изо всей силы хотели вылезть наружу, но только вызывали невероятные измученные судороги лица, создавая движение под его кожей, будто под ней кто-то есть.

Рома: Твою мать, твою мать, твою мать, твою мать! - говорил он еле дрожавшим голосом, словно мантру.

Рома пытался захаркивать с себя боль: КХР-кхр-кхркххххх! – его взгляд метался, то на руку, то затем в страхе устремлялся куда угодно. И тут в приступах боли, настоящей, а не фантомной, ощущавшаяся в десятки раз болезненней когда-либо, он заметил страшную деталь – Алый рог стал мигать и становится ярче.

«Нет-нет-нет БОЛЬНО становится БОЛЬНО сильнее. Видимо из-за того, что БО-О-ОЛЬ мой страх вызвал у него прилив сил. ПИЗДЕЦ! БОЛЬНО ТО КАК!»

Кабан неожиданно подпрыгнул, Роман и он были на высоте трех метров, зверь толчком бедер выкинул с себя.

«Упасть бы не на руку, только не на руку. БОЛЬНО-О-О, сука нестерпимо. Почему так больно. И почему я оказывается херачил по своей же руке…БЛЯДЬ, как только вспоминаю про нее тут же хлынет боль…ей наверняка пизда…неужели я стану инвалидом? Как мне жить с одной рукой. НЕВАЖНО…» - удар. Роман приземлился на корневище многих деревьев Длинноели. Находясь в полусогнутом состоянии.

«Ни за что не смотри на руку…забудь о ней. Тебе адски больно, но забудь…Ее нет, ее съели… Соберись! Эта тварь, ее рог способен на пространственную манипуляцию видимо в рамках Рога, а также на искривление восприятия…Если она такая сильная, то быть может у нее есть еще какой-то козырь, о котором я не подозреваю. НО БЛЯДЬ! КАКЖЕСУКАБОЛЬНО-О-О-О!!!!!!!!!»

Тем временем, пока Роман страдал, девушка, будучи невидимой прошлась почти что по всему, что было рядом с монстром, пропитав их своим геном взрыва.

Лилия: «Его рука…Боже» - приступ рвоты чуть не настиг девушку, заменив это ощущение, на ощущение злорадства – «Сейчас я спасу тебя, безманная идиотина и тогда я покажу тебе, что я сильна! Да пусть сдохнет тварюга!»

И тут, она увидела, как рог стал сиять, и внезапно для себя ее невидимость тут же спала.

Лилия: «Чего? Моя невидимость закончилась? Неважно. Да будет взрыв!»

Лилия крикнула: ГЕН!

«Чего? Рыжуха? Как у нее могла спасть невидимость? Рог снова сияет, а ее заклинание спало, скорее всего она также стопудов пропитала что-то Геном Взрыва. Это может означать лишь…Блядь…»

Рома из последних сил и воздуха в груди крикнул ей: Дура, он путает ману между собой! Не смей договаривать!

Лилия непонятливо: Взрыва?

Вспышка.

И вместо лужайки и куч органического мусора из корней и листьев под монстром, взорвался на лоскуты новый наряд девушки. Отправив последнюю в бессознание.

Лишь небольшая мысль прокатилась в головушке, внезапно окатанной гарью девушки, перед тем как упасть в сон: «Снова?»

Рома кричал: Тупая! Тупая! ТУПАЯ СТЕРВА! Нахера!?

«Она сделала только хуже…Хотя…я, пожалуй воспользуюсь ею, как приманку. Сама нарвалась, сама виновата. Пусть хоть так наконец поможет. Подожду пока он не сожрет ее, она не Ева, одной рыжухой меньше».

Монстр уловил новую и более доступную жертву. И гулким звуком, будто от гильотины он откусил себе язык.

«Давай напади на нее. Съешь, восстановись и во время трапезы я устрою тебе настоящий парад из боли. СУКА, а я только забыл о руке!»

Дьявольский-кабан несся на вставшую на месте девушку. Его топот был сравним с землетрясением, а жаждущее крови дыхание, как ураган. Он занес вперед свой рог, чтобы тут же разорвать девушку, компенсировав отсутствие клыка. Роман с упоением ждал, когда Лилия станет обедом для монстра.

Но тут неожиданно для себя его ноги рванули.

«Что?»

Его тело не слушало разум. Он с дикостью бежал прямо к Лилии, поперек направлению монстра.

«ОСТАНОВИСЬ!»

Руки взмахивали сильнее прежде, а ноги стали размашистее. Увидев безобразие костей на своей руке, его одолели болезненные ощущения.

«Блядь, боль…боль…боль…боль…Ноги прекратите! Почему? Почему я бегу к магу! Зачем я это делаю?»

Разум Ромки трепетал, но вот душа - она неистово кричала, да так сильно, что горло Ромы стало засыхать.

«Спасти мага? Зачем мне спасать очередного ебучего мага? Почему я это делаю? Нет-нет-нет, это должно быть что-то другое».

Фиолетовый мальчишка наконец добежал до рыжей девы.

«Я НЕ ХОЧУ СПАСАТЬ МАГА!»

И на ускорении тут же ударил Лилию прямиком в обширную для молодой девушки грудь.

Рома крикнул: СЪЕБИСЬ С ДОРОГИ! – девушка, ударилась об корни и тут же очнулась. Но, а Рома наблюдал картинку стремящегося к нему - обессиленному и полудохлому пацану, разъярённого кабана, намеревавшийся всадить свой остроконечный рог в брюхо мальчишки.

Рома: А…Я понял почему я так поступил…

Остались секунды до долгожданной для монстра встречи, как вдруг, Рома хлестнул своей крови чуть ли ни по всему глазу кабана.

«БОЛ-ЛЬ терпи!»

Направление монстра сбилось и тот полетел вперед в надежде зацепить мальчика. Но зацепил тот лишь гигантское дерево.

Рома: Позади нее было дерево…

Его рог слегонца впился в кору Длинноели.

Лилия не могла говорить, но видела, то, как Роман поднимался по пытавшему подняться и повторить атаку кабану.

Рома: Я подсознательно понимал, что рог этой суки в обычном состоянии не материален. – Роман со смаком и визгом кабана вытащил из его глаза его же массивный клык – Но во время атаки, он, разумеется, будет, сука, ощутимым, и чтобы ты не сбежал, разматериалев рог я позволил тебе впиться в дерево. Шах и Мат, тварь.

Удар.

Глухой стук по рогу вытянул его из дерева.

Удар.

Второй удар пронесся по основанию рога, что постепенно мерк.

Удар.

Третий удар разломил самую плотную часть рога. Полный боли и отчаяния вопль зверя отразился от каждого дерева. Задрогнув оттуда листья, начавшие опадать. Роман схватился за конец Рога и стал его тянуть, желая его оторвать. Брызги мяса и звук сочившейся крови приглушал стоны чудовища.

Рома: Я наконец убью тебя, тварь! Твоим же оружием. А-А-А! – с криком мальчишка оторвал-таки Алый Рог, сиявший в его руках. Тяжело дыша и, омытый своей и чужой кровью мальчик перевернул ее и немедля вонзил рог в образовавшуюся дыру в черепе.

ПРЫСК!!!

И от такого, даже монстр стал искаженно, будто бы по-человечески кричать: А-А-А-АуаА-Ауа-УА!

Он вдавливал всем своим весом на нее. Монстр не желал сдаваться, он все беспорядочно двигался, набирая обороты, в надежде на счастливый случай, но для монстра он так и не наступил.

Рома вдалбливал обеими руками сквозь уже еле-ощутимую боль, этот рог в череп и в мозг твари: СДОХНИ, СДОХНИ, СДОХНИ! – удар, удар, удар и удар. Толчки были неустанны, как крик чудовища, наполнившие все вокруг.

Кабан постепенно утихал: А-А-А-А-А-ААААААаааАаАаАуууууууУуУуУ-ииии…

И на финальный удар, выхлестнулся фонтан крови из мозга дьявольского кабана. Омыв все вокруг кровавым светом, под покровом луны и тускнеющим алым рогом. И на фоне всего этого стоял в очередной раз, еле живой, еле дышавший и еле стоявший на своих двоих – Роман Дрежнёв-Жизненко.

Тело Ромы дрожало, легкие тихо набирали кислород и также тихо его испускали, но, а сам Рома был невероятно счастлив: Как же…как же это охуенно.

Глава 23. Шьёдокасс Крейкский

Свет луны бился сквозь брызги крови, окрашивая весь сумрачный лес в кислотно-алые тона. Тревожные крики умирающего Дьявольского Кабана становились все тише и тише. А шорохи шока девушки, лежавшая рядом с ним становились громче. Ее губы словно застыли, а глаза и тело сковано дрожали.

Лилия: «Он…он…он спас меня. К-к-как ему удалось убить монстра? Как это вообще возможно, при том, что не использует заклинаний и даже не пользуется маной? Ни укрепляешь тело маной, ни залечиваешь легкие раны ею, не усиливаешь удары, ни крепок здоровьем и не сильный спортсмен. Роман, что ты за человек? Человек сумевший победить меня – дочь Лемалия Фэррен и спасти в один и тот же день! Чертов, Рома!» - девочка с рыжими волосами и покрытой гарью в некоторых местах, покосила свой взгляд и с покрасневшими щеками притронулась к своей груди – «Почему так больно? Ай! Неужто, какая-то опухоль? Сейчас не время думать об, этом особенно при нём!»

Рома: Дура тупая… - мальчишка еле произнес это, с горькой сухостью в горле. Из которого высыпались слова, будто песок. – Зачем…то есть, Нахера ты за мной пошла? – сказал он, тяжело дыша.

Лилия: Обидно вообще-то! И это мое дело следить ли мне за тобой! И ты вообще, живой? У тебя рука… - она на момент застыла свой взгляд на раздробленную в клочья руку. И заглотнула комок, накопившейся слюны. – В не самом лучшем состоянии.

Рома: Живой?.. – вздохи и выдохи прерывали его слова. – Да я чувствую себя так…так…пизд-ато...

«Господи…как же мне сейчас хорошо…Да, рука и все тело словно под молотом, но блядь, как же мне охуенно видеть, как эта сраная тварь умирает. Только вот голова кружи…»

Лилия вскрикнула: Роман, осторожно! – картина мира в глазах парня начала подниматься, а его голова падать вниз.

Он ничего не чувствовал. Часть мозга, отвечающая за боль будто, отмерла. Единственное, что он чувствовал так это прикосновения. Мерзкие и скользкие прикосновения. Его тело рефлекторно пыталось отмахнутся от того, кто его тащил, но в ответ слышал лишь еле раздельные гулы и шумы.

Лилия: Да не дергайся ты! Юрлий! Мелика! Кто-нибудь! Помогите! – созывала девушка, голосом полный необъяснимых переживаний за тушу, которая сегодня ее прилюдно опозорила.

Юрлий: Чт…Как с ним это случилось? – встревожено, но без паники кто-то откликнулся.

Лилия: На нас напал Дьявольский Кабан и этот идиот решил с ним сразится!

Нерет саркастично выблевал: Епт твою же мать! Вот это паренек, то оторвался! – ИК.

Юрлий: На сегодня с праздником все! Все разбирайте комнаты в нашем корпусе. Если что, Мелика отвечает за Старший Отряд, а Ева за Младший. А я пока отведу его к тому, кому надо.

Все куда-то торопились и досадно стонали. Все они стали собираться и паковать вещи. А Роман почувствовал твердый, но слишком мягкий для мужчины хват Юрлия, который уже накладывал какое-то заклинание.

Юрлий: Магия Дверей, Золотая Дверь.

Когда они оба хотели было зайти в образовавшуюся дверь с золотой основой, серебряным орнаментом, украшенный самоцветами. Послышался одинокий, приближавшийся к ним голос.

Люмиус: Господин Юрлий, позвольте пожелать ему быстрейшего выздоровления.

Юрлий: Быстрее!

Блондин тихонько и не торопясь подошел к зависшей голове Ромки, от которой стекала кровь ручьями. Присел на одно колено. И затем схватил мало, что осознающего Рому за волосы и шепнул тому голосом, переполненный тихой ненависти: Пошел нахуй, Роман Дрежнев-Залупенко. Я позабочусь, чтобы ты вылетел как можно раньше из этой академки. Ты мать не того человека задел, пидрила. – затем голосок Актера тут же стал громче – Желаю тебе быстрейшего поправления! Жду не дождусь, когда мы будем учится вместе!

Юрлий: Рад, что вы поладили. Передай остальным, чтобы не пережевали за него. – внезапная вспышка и Роман с капитаном Старшего Отряда Космической Ладони оказались по ту сторону двери. Все вокруг словно окутал золотой шторм. И у мальчика начались очередные рвотные позывы.

Искаженный голос Юрлия, трудно пробирался через прослойки пространства: Дьявол, у тебя непереносимость телепортации? Ну ничего, потерпишь.

И Рома вырубился. Чернота, единственное, что он ощущал во время всего процесса. Тьма настолько густая, что не сравнится с ни с чем. Темнее дна любого океана. И чернее любого места в космосе. И в этой тьме Роман услышал до боли знакомый голос, но впервые не причинявший ему никакого, даже психического вреда.

Голос, тяжело и четко говоря каждую букву, тому сказал: МОЛОДЕ-Е-Е-Ц, Роман…Убивай, убиВАЙ! Те-ПЕРЬ, я чувствую себя лучше. Познакомимся поближе, как-нибудь позже… А до тех пор…Я дам тебе то, что тебе так никогда не хватало…Держи кольцо при СЕ-бе. И сам узнаеш-ш-ш-шь. Достаточно лишь, сказать…

***

Рома тут же открыл глаза резко завопив, толи от страха, толи от того, что впервые не ощутил никакого дискомфорта и боли при появлении Голоса: А-А-А-А!

И тут внезапно для него, некий другой, материальный тонковатый и будто заносчивый голосок тому наказал: Опа, проснулся-таки, не вопи, итак сейчас утро. Добро пожаловать в реальность, Роман.

Фиолетовый парень вскочил с кровати, в глазах его было темнее ночи, но ясные лучи бились тому в глаза, разгоняя глазную тьму. Роман находился залитую солнцем комнату. С зеленым и узорчатым ковром по середине пола из деревянного будто Березинового паркета, сделанного из белого дерева, под названием Березина. Стены же были слегка оранжеваты и также сделанного из какого-то дерева, гладко поставленного и соединенного вместе с каменным потолком, где на месте стыков был около аристократический орнамент. Также виднелись две кровати, капельница, некая аппаратура, а также два зияющих окуляра, прожигавшие Рому взглядом, сидевшие рядом со столом для работ за ман-компьютером.

Очки с прямоугольными верхушками и округленными низами сказали: Что ты? Будто бы своего призрака увидел. – рука дернула окуляры наконец сместив очки, выдавая самого их хозяина - стройноватого юношу в длинной, напоминавшей халат рубашке-безрукавке. На котором была надета золотистая мантия с серебряной обводкой с самоцветами на ней. Лицо ж парня было, даже можно сказать – обыкновенным, разве что выделялась странная бурая прическа с зачесанные в кругловатую челку на правую сторону головы, пока на левой были выбриты виски. Но странное в ней было не цвет, а белые остроконечные узоры, будто разломленные пепельные линии.

Роман проронил свое первое слово: Кто я и где ты нахрен такой? Ой бль… - он схватился двумя пальцами за место чуть выше носа, понимая, что тот только что сморозил спросонья.

Окуляр ответил: Походу мозговая активность у единственного человека без магии замедленна. Интересно. Ладно, я юморист. Ты находишься в отдельном корпусе общежития для членов Золотистого Сердца. А я же, - он поправил свои очки. – Харитон Крейкский, друзья из Академии имени Жаркова называют Харри, твой лечащий врач. На Третьем году в РГАМ Три. Член Золотистого Сердца и у меня задание проконтролировать сращивание твоих костей. А ты, если что, Роман Дрежнёв-Жизненко, член Ордена Космическая Ладонь или как тебя сейчас величают в интернете – Покоритель Рыжих Грудей или как мне больше нравится - Ничтомант.

«Чего? Какой еще покоритель?»

Роман: Какого хе…А впрочем, неважно, все равно я не сижу в интернете. Слышь, Харри…

Юноша тут же его перебил: Уже сразу на Харри, тогда и я буду называть тебя - Ром.

Роман: Короче, как много часов со вчерашнего дня я проспал. А то у меня режим слегка сбит.

Харитон: О. А спал ты примерно сорок восемь часов. – безукоризненно он сказал.

Роман: Два дня!? Твою же мать, как много я пропустил?

Харитон: Во-первых, при мне не выражаться. Я ценю себя и свой слух. А во-вторых, ты пропустил введение в азы магии, историю изучения магии, классификацию монстров, уровни угроз и рангов Приключенцев, основные права приключенцев, Административные и ученические права РГАМ Три, экскурсию, мировую историю, политическую составляющую приключений, а также боевые навыки с использованием Магии. В общем, пропустил ты не так уж и много.

«Ебаный насрал…Так до жопы много всего за два дня…Блядский ежик».

Роман схватился за лоб и с тяжелым голосом сказал: Боже…Кое-как, через разрывание задни…

Харитон настойчиво: Я же сказал, не выражаться.

Роман на секунду посмотрел на него, а затем продолжил сквозь ладонь смотреть в пустоту: Через анальные трещины на пятой точке я попал в эту чертову Академию. А теперь еще и пропускаю уроки. Срам…

Харитон не пошевельнув ни одним мускулом на лице: Печальненько, но что поделать, будешь наверстать все сам. – с легкой, издевательской улыбкой сказал недо-врач.

«А как же они!»

Рома повысил свой тон: А ко мне никто не приходил?

Харитон: Бывало, приходили. Затухающая звезда всего Золотистого Сердца – Артём Дрежнёв-Зэ’Лева. Медалист и отличник среднеобразовательной магической школы. А теперь же… - носитель странного узора на макушке с неудобством и пофигизмом хмыкнул.

«Как это понимать затухающая?»

Харитон продолжил: А также, одна обеспокоенная Арахна, мне быть может показалось, но у нее были явные черты Самца. Весьма неестественно для Арахнов. – он на секунду кашлянул себе в ладонь - Он сидел весь первый день возле двери. Хотел уловить момент, когда ты пробудишься. Но потом какая-то красотка из Лика нашла его и увела.

«Он все еще в не себя из-за меня. Черт…Какие-то странные у нас с ним отношения»

Харитон: Тебе нравятся Томбои?

Роман тут же будто включился: Чегось?

Харитон: Та пацанкоподобная около-самка Арахнов - твоя девушка? Не думал, что человеку без магии нравятся плоскодонки, способные закатать тебя в кокон из их выделений.

Роман: Он не девушка… - он призакрыл себе глаза, прищурив их пальцами. Слегка прикрыв краснеющее и наполняющее стыдом лицо. – Он…парень… - вытяжно тот выдохнул.

Харитон неловко протянул: Оу~. Тогда это странно, что он забрал твою покрытую кровью рубаху под предлогом стирки. И вы оба, что? Ге…

Роман чуть ли крикнул: НЕТ! Мы не то, что ты скорее всего подумал. У нас…у нас сложное взаимопонимание, хорошо?

«Ох-х, Рахд, даже когда я валяюсь без сознания, ты умудряешься вгонять меня в краску…Хотя это намного лучше ненависти или злости…Или на худой конец боли».

Харитон: О-о-о, это пойдет в пополнение характеристику “Человека без магии”. Трудность с определением сексуальной ориентации. – юноша напротив печатал под клацанье стеклянных клавиш.

«О! А может и он пришел, как-никак я попал в Орден Приключенцев. Конечно, не как он в Пронзенный Рассудок, а в галимую Конченную Ладонь. Зато я все-таки попал, а он наверняка даже поверить в это не смог. Он считал меня инвалидом, а теперь я член магического Ордена, он точно теперь меня заметит. А теперь…Главное спросить».

Рома робко начал, но затем тут же вернулся в норму: А мой отец, он приходил?

Харитон: Тут все очень спорно. Я тут попросил у Пронзенного Рассудка доступ к базе всех учеников РГАМ Три и…Твой отец ведь легендарный приключенец – Алексей «Вздрог Измерений» Дрежнёв Юрьевич? Герой, заслуженный Архимаг Пространств Расградии и приключенец с рангом - Верховный? – очкастенький очень натурно приподнял одну бровь, слегка опустив нижнюю губу вниз показывая парочку передних зубов, смотря словно кролик.

Рома по началу, пару мгновений, просто смотрел тому в окуляры, но затем, мигом ответил: Да…

Очи Харитона расширились, а челюсть, даже слегка приоткрылась.

Харитон: Господи-и-и! Да это же точно зайдет в уникальный отчёт моих пациентов. Сын невероятного Приключенца, который ныне сидит на пенсии. И у столь могущественного мага, родился сын без магии! Это же об-об-обалд… - клацанье стало бешенным, а очки нового знакомого вновь засияли у сгорбившегося над компьютером мальчика, игравшего во врача, что от возбуждения стал заикаться.

Харитон: А ты, однако, очень интересный экземпляр-р-р. Не попорченный ни какой-либо магией. Чистый человек, без примесей виде Магий, способные, например засунуть в голову Плесень.

«Экземпляр? Он что меня совсем в человека не ставит? Ну-да, чего я тут распинаюсь то, маги – есть маги. Ничего не меняется. Меня тут больше нихера не держит, в пизду этого очкоглазого умника, пойду поищу Артёма и Рахда. Надо извинится перед Рахдом, что заставил его волноваться. А Артём…”затухающая звезда”, мы конечно не так связаны, но брат есть брат. И если у него какая-то херня, то я обязан об этом узнать. А сейчас, пора убираться нахуй от этого уебка, пока тот не стал мне по приколу кости ломать, как-раз обернулся, самое время».

Роман нахмурил свой лоб и тяжело вздохнув, тихо, мысленно пытаясь создать вакуум, встал с кровати. Посмотрел на свои прежние брюки, тапочки рядом с постелью, а также свое оголенное, покрытое шрамами и ссадинами тело. Он взял в руки “Ладонную” мантию, висевшая на периле темной, металлической кровати. И тихонько прошагал, во время безумной печати некого файла “Пациент_Харитона_Шьёдокасс_Крейкского_0001”.

Ромка тихонько словно Вор проходил за спинной ушедшего в дикий отчет парня, пока не послышался хруст, будто бы кому-то сломало шею.

Харитон: Куда это мы захотели? – окуляры засияли уперев очи на Рому, лежавшие на повернутой в сто восемьдесят градусов голове парня.

«Какого ляда…? Мне кажется или у него бошка развернута?» - небольшой шок прошелся по недавно поздоровевшему мальчику, словно разряд тока.

Харитон выразительно поднял полуулыбку и левую бровь: Чего? Снова призрака увидел?

Рома: Ебать! – с перепугу он сделал пару шагов назад. – Хрен ли ты разговариваешь? У тебя же шея…

Клавиатура невозмутимо все печатала и печатала пока Харитон говорил: Что? Тебя так сильно удивляет Биологический вид магии?

«Он наверняка такой же ебанутый, как и все остальные чертилы из этой академки, пора валить за ребятами!»

Рома, изобразив озадаченное от такой неестественной картины лицо слегка потянулся к ручке данной комнаты.

Харитон захрустел шеей и подергав парой выпиравших позвонков развернул свою голову в обычное положение и продолжил, сделав свое слегка шепелявое произношение, в угрожающее пошептывание: Уж не советую тебе, Ром, дергать за ручку двери.

«Срака! У него че? Глаза на жопе?»

Внезапно клацанье клавиш завершилось. И пацан с бурыми волосами с белыми каракулями на макушке зловеще показал себя, развернувшись на стуле, прямо лицом к лицу Ромы. Он держал за середину своих очков безымянным пальцем, заставляя бликовать свой левый глаз: Если ты сейчас подернешь ручку вниз, то ты – докторишка задержал паузу - взорвешься…

«Да бляха, СНОВА, очередной магический уродец. Очередная ебанутая магия! Очередной раз! Ладно, угомонись, придумай что делать Рома, ДУМАЙ РОМА!»

Харитон сложил свои руки на колени: Я использовал Био-магию и сделал так, чтобы твои пальцы при соприкосновении и отпускании меди, из которого сделана ручка двери, активировали бы невероятное восстановление клеток, что перейдет во взрыв. Дьювоуз ин грос пролусса, Ром. Попробуй же позвать на помощь. Я ведь уже заминировал дверную ручку…

«Б…бл…СУКА! Я в ловушке. Это медная хрень уже у меня в руке, нужно что-то придумывать. Надо оглушить его и вырубить. А вот на руку насра…»

Рома сам прервал поток из своих мыслей словами: И чего же тебе надо? – сосредоточенно тот сказал.

Харитон приподнял и другую бровь, а зубы улыбки уже стали выходить из-под губ, словно восход луны: Мне нужен твой организм…Вернее, тот фак, что у тебя нет магии. Ведь, как я и сказал, ты абсолютно чистый организм без примеси и шлака. Листочек белого цвета, на котором я могу протестировать новые краски…

«Еп твою ж…На что же он намекает?» - лицо Ромы застыло в попытках предсказать, что же собирается Харри вытворить с мальцом. На всю комнату был слышен стук его сердца, а напряжение из-за волнения.

Харитон: Можешь не бояться, я прослежу, чтобы биологически ты был жив. Единственное, что тебе нужно сделать, так это не выходить из этой комнаты. Ты останешься здесь и…

«Да говори же падла. Рано или поздно он моргнет и тогда я этой же рукой влеплю ему в рожу. Разнесет и тебя и меня сукен сын. Реакция у меня хорошая. Развил, когда уворачивался от Жаренных гвоздей, горящих камней, кислотных сосулек и прочего элементального говна из школы, ДАВАЙ!»

Харитон: НА…ВЕЧ…кхех – член Золотистого Сердца вроде хотел было довершить фразу, но вместо этого заплыл в легком смешке. Но спустя секунды, стал смеяться более явно и не скрыто. – Ха-ха-ха-хех! Кхех. Видел бы ты свою рожу…

«Чего?» - лицо Ромки ушло в глубокий ступор, пока лицо Харитона тянулось от смеха.

Харитон: Да ладно-ладно, пошутили и хватит, Ром. Ха-ха. – лицо Харитона ласково подобрело. Когда он опрокинулся на спинку своего кресла на колесиках. – На самом деле мне действительно от тебя нужно твоё тело…

И тут в голове Ромы словно позарилась молниеносная вспышка осознания.

«СНОВА ОБМАН!»

Рома стал кричать букву “Ы” на протянутом выдохе рывком совершая удар своим кулаком. Пот слетал от такой резкости изо лба Ромки. А из рта будто выходил пар.

Рома: Ы-Ы-Ы-Ы!

Но в сию секунду очкастенький мигом поправил свои очки и нажал на какой-то клапан под своим колесочными стульчиком опрокинув спинку не только свою, но и стула вниз, резво увернувшись от яростного удара.

Харитон: Хах! А ты быстр! Но давай-ка ты угомонишься… - фиолетовый мальчик после провального хука тут же занёс над головой Харри свою ногу, собираясь совершить рубящий удар пяткой сверху. Но золотая мантия сложил некий символ своей левой рукой напоминавший знак рок-бардов. И вдруг все тело Ромы застыло.

«Твою мать! Опять магическое говно, тело словно твердеет! Надо упасть, я тогда точно рассосу его ману в своем теле. Схоже с магией Евы, но пока та фиксировала моментально, то тут будто по нарастающей, и то будто черт возьми изнутри. Очередной уебок, ну ничего и от тебя падлы нихера не оставлю!!!»

Харри сделал круг на своем стуле. Встал. И взяв Ромку за тапочки на ноге и откинул его застывшее, как статуя тело. Разве что пальцы и лицо дергалось от хотелок Ромы двигаться.

Стук головы об деревянные стены посыпался от его затылка.

«Срака! Ай!»

Затем он аккуратно, не задевая вставшую перпендикулярно телу Ромы ногу, подвинул стул, вернул ее в обычное положение и уселся, как в последний раз, положив руки на коленки, но уже более свободно.

Харри: Хм, интересно, повышенная агрессивность. Интересно будет также узнать, как же-таки работает твой моральный компас. И об этом сейчас мы как-раз и потолкуем. Так-вотс, у тебя проблемы с учебной начальной частью и базовыми знаниями. Я же задро… - он мимолетно закашлял в кулак. – Я зазубрил некоторые базовые курсы РГАМ Три. А мне, нужно испытать пару экспериментальных методик лечения и сращивания костей в более общем случае, в виде тебя.

Ибо, поначалу я думал ты лишь инвалид, у которого магия даже в таком возрасте в очень долгой стадии образования. Максимум это пять-семь лет. Но, а у тебя пятнадцать лет, полагал, что быстро настрочу отчет о том, что у тебя тяжкий Альхауский Синдром. Но как только ты подтвердил, что твой отец сам – “Вздрог Измерений”, я понял, что ты очень уникален, да, ты, конечно, все еще считай инвалид, но чистый человек, опять же без порчи Магией.

«Падла! Не сдвинутся, буто суставы окаменели! К чему он сука клонит-то? Хотя. Быть может он действительно более-менее не агрессивный? Может реально стоит его выслушать…Хотя может и это пиздеж. В психологи он мне подался. Будто бы он отличается ото всех остальных магов-недоебков».

Харитон: Уже представляю, как мои методики назовут Метод Крейкского…Эх-х. Но что-то я уже в облаках витаю, так-вотс. Я предлагаю тебе чтобы ты некоторое время был моим ассистентом и одновременно тестировщиком моих методик и лекарств. А взамен я расскажу тебе о том, что ты проспал, а также если будешь паинькой, то выдам свои прошло-годовые конспекты и записи. Услуга за услугу.

«Услуга за услугу…услуга…Он хочет со мной сотрудничать? Какой-то очкарик-докторишка с шилом в жопе и шепелявой речью желает работать со мной и помочь мне? Как это…возможно…Чёрт, становится все более и более тревожно. Впервые мне вот так, с ничего, предлагают взаимопомощь…» - время будто замедлило свой ход, Роман все не решался идти ли на сотрудничество или нет, старые, но не забытые чувства его прошлого параноидальными шепотами ему говорили: Он лжёт! Он такой же, как и все! Он тебя использует! Он желает над тобой посмеяться! НЕ ВЕДИСЬ НА ЭТО! Ты не как они! Иди к единственным кто тебя действительно любит~!

Харитон: Гляжу ты успокоился. – мальчишка напротив сложил точно такой же узор и нога Ромки наконец, вместе с остальным телом отпустило и тот ощутил полную свободу. – Присаживайся и обдумай мое предложение. – затем он достал из-под своего компьютерного и печатного стола раскладной стульчик положил его напротив себя. Потянулся к какому-то белому ящику покрытый инеем. И достал оттуда две жестяной банки с кислотно-зеленым дизайном и надписью: “Forcerg”. И сказал: Не хочешь мана-газировки?

«Что он делает…Так любезно стал ко мне относится, а лицо стало все таким же серьёзным».

Роман неловко, не отводя взгляд с Харри присел на раскладушку: Мана-газировка? Не-а.

«Он что? Думал, что я, сейчас не пользуясь маной открою газировку и выпью? Без маны эту химию не выпить, не открыть, не вкуса добавить с газами».

Харитон стыдливо переметнул взгляд: А, точно. – он слегка сжал банки в обеих руках, и они тут же пшикнув парой капель сладкой воды, открылись. Юноша в золотой мантии протянул одну банку Роме, а другую попивая сам. – Держи, попробуй.

Юноша недо-облачившийся в черную мантию, с подозрением посмотрел на банку, но взяв ее в руки тут же сделал небольшой глоток.

«ОХЕРЕТЬ. Она настолько вкусная?» - глаза Ромы от вкуса и сладкости данного напитка аж расширились. Наслаждение от газировки ударила ему в голову словно молния. И он стал залпом ее попивать, иссушая ее внутренние запасы.

Харитон опрокинулся на спинку стула и сказал: Не так быстро! Там могут быть кости.

«Что он сказал?...АЙ, ЧТО У МЕНЯ В ГОРЛЕ». – Рома с перепуга треснул себя по груди рукой в которой была банка расплеснув часть газировки на рубашку. И выхаркнув он увидел…

«Чего? Костяшка?»

Но белую остроугольную соломку тут же взял в руки Харитон: Это побочный эффект моей магии, уж слишком ты быстро стал попивать, не успел предупредить, извиняй, Ром.

Рома: Это что за магия у тебя такая-то? Оставлять кости, магия появления? Как фокус?

Харитон: Не… - и тут, юноша засунул в свой палец эту же самую костяшку вертя ею, проникая вглубь, но не оставляя ни крови, ни чего-либо еще. – Мой вид магии – Биологический, а тип магии – Магия Костей. И вот, моя Мана весьма сильна, потому-таки, иногда такое бывает.

Рома: Стоило ожидать…Видимо, ты как-то использовал ее, чтобы не давать мне сдвинутся, а то это не похоже было на фиксацию в пространстве.

Харри: А ты наблюдательный, я превратил в кость твои хрящи и есть же пузырчики между суставов, которыми мы обычно хрустим? – он демонстративно не шевеля руками, заставил хрустнуть всю его левую руку – Их у тебя я тоже превратил в кости. Но не суть. Ты лучше обмозгуй пока наше возможное сотрудничество. Ты - догонишь программу, я – получу важные сведения о человеческом теле. Мы оба получим выгоду – и тот затянулся банкой газировки со звуком: “Хлю-юр-рп”.

«Что-то всё уж слишком…слишком…нормально? Хорошо? Комфортно? Я попробовал охрененную газировку. И он ко мне как-то любезно относится. Не как Рахдим, не пытаясь меня развести на пошлятину или ухаживание за ним. Он не пытается погладить меня за голову, а параллельно садя на колени. И он даже не как Артём, который всегда натужено ко мне относится. По записке матери Артёма перед тем, как она умерла, она просила, чтобы мы были братьями, не только по крови, а любили друг друга по-братски. Но отец все время им занимался, пока я был сам по себе, не было повода нормально сблизится, по-людски. А те ублюдки из школы…Они никогда ко мне не относились по-человечески. А тут, я вижу уже, как минимум второго человека, который добр…Может не ко мне только, но и в целом хотя бы добр…Это не может быть случайностью, неужто здесь, в гнездовье всяких магов есть добрые люди?...Неужто не все маги - уебища, как те мрази?»

Харитон сверлил взглядом попивая, не отводил взор от Ромы дожидаясь его ответа, и Ромка все же сказал свой ответ: Я…Я согласен, Харри. – фиолетовый мальчик в черном, протянул свою руку и потянул небольшую улыбку.

Харитон: Отлично, да будет сотрудничество, Ром. – и буро-власый юноша в золотом, пожал руку в ответ. – Но, а теперь держи-ка пару моих конспектов. На переменах между парами и предметами прочитай их, сегодня заходи ко мне вечерком, я тебе все расскажу, что да как. Благо соседей по комнате у меня нет. Зайдешь через окно. А то сюда всяческих личностей не пускают. А ты тем более член Космической Ладони – орден с худшей репутацией. Будь скрытным, когда будешь залазать, а то соседки у меня - полурептилии, а с другой стороны, еще соседки - полугончии. Засекут, что ты пытаешься забраться сюда тайком – с костями съедят. А пока, вот, держи – “Общий Конспект первого года”. – очкастик кинул тому в руки тоненькую тетрадь зеленоватого цвета, что явно была потрепана временем, на которой было множество рисунков из синих ручек, пару пятен от крови и даже царапин, но обложка держалась хорошо, материал был качественным. – Тебе стоит сейчас уходить, сейчас вот-вот и восьмой час дня, тебе осталось – минут десять. Не стоит тебе пропускать очередной денек, Ром.

Рома: Стопе, а куда мне идти...Вернее, как мне понять на какие уроки идти или не идти. Я же не знаю, как тут все работает?

Харитон: На твой кристафон должны были отправить твое персональное расписание предметов…

Рома: Ты забыл? У меня как бы нету маны…

Харри посетила неловкое осознание: А, прости снова, забываю, что у тебя…действительно нет ни капли маны…

Рома, понимая, что Харитон тут уже не помощник: Ладно, давай до вечера. Я погнал, сам дальше с ориентируюсь. – и Роман с удивлением для себя, невзначай, выдавил из себя слово, которое на момент слегка ввело его в ступор - По-ка.

Харитон: Ну давай, а то мне тут скучновато будет, пол дня буду писать рефераты за всю пол группы. До свидания, Ром, рад был знакомству.

Мальчишка в черном в ответ промолчал и не оглядываясь открыл дверь и вышел в коридор, усеянный золотистым светом. Некоторыми кустиками свежего зеленого цвета, коричнево-золотым орнаментом на полу и стенами со слегка объемными обоями текстуры дерева.

«Так нахрен…А теперь…Пора понять, где тут выход?»

Страница книги НИЧТОМАНТ в интернете