# Сакурай. У истоков «KNH»

Гран Дэу

Страница книги <https://selflib.me/sakurai__u_istokov__knh_>

Пролог.

Не могу…

Не могу сдержать их…

Не могу сдержать своих чувств…


Из-за тебя…

Из-за тебя я…

Из-за тебя я вспоминаю себя…

Глава 1-я. Ты и я.

- Уважаемый директор Сакурай, у нас все готово. Прошу Вас, пройдите к микрофону.

Говорит мне в поклоне мой 1-ый помощник.

Смотря на него, я всегда думаю, что мне повезло встретить множество талантливых людей в своей жизни. И я чувствую благодарность за это. Алмазы, ограненные скромностью, – самые ценные люди во все времена. Спасибо вам за то, что пришли в мою жизнь и остались, украсив ее собой.

- Хорошо.

Отвечаю ему я и кладу свою руку на его плечо, встав рядом с ним.

- Давайте сделаем это.

Говорю я, глядя на трибуну с микрофоном.

- Да!

В один голос отвечают мне 1-ый и 2-ой помощник – молодой парень и молодая девушка.

Глава 2-я. Так было всегда.

- Вот и он…

- Это он?

- Разве он не слишком молод, чтобы управлять газетным издательством?

- Сколько ему?

- Кажется, в этом году ему исполнилось 30-ть лет.

- 30?! Но выглядит еще моложе.

- Доверить все юнцу?.. Как небрежно с их стороны…

- Зато лицом вышел.

- Только и всего.

- Пошел бы лучше в модели. Никто в свои 30-ть не может обладать достаточным опытом, чтобы правильно руководить.

- Он слишком юн, жалко его…

- Может все-таки выслушаем юношу? Осудить всегда успеем.

- Что ж… Пусть говорит, но моих денег он точно не получит. Вот увидите, с момента восхода этого человека «Kokoro no Himitsu» перестанет существовать. Он станет тем, кто ее добьет. И я не упущу столь чудесного шанса, чтобы прекратить финансирование этой, уже жалкой, газетенки, которая исчерпала все свои возможности и не приносит никаких денег.

- Ты, смотрю, только этого и ждешь.

- Уже давно, да и сами вы такие же. И только скажите, что я не прав. Глупостью было вообще вкладываться в них. Самое бесперспективное вложение.

- …


*Нфу-у… Хм-м…

Глубоко вдыхаю и выдыхаю я.

В моем сердце нет тревоги. В нем нет волнения или страха. Меня ослепительно ласкают редкие вспышки фотоаппаратов и все, что я вижу перед собой, стоя за трибуной перед пышным, банкетным и полупустым залом это то, что многие из пришедших только и ждут момента, чтобы напасть на меня и растерзать на куски.

Что ж…

Так было всегда.

Да… Было всегда… С самого моего детства… И почему-то именно сейчас оно вспоминается особенно ярко…

Глава 3-я. Вспоминая тебя.

Очередная вспышка фотоаппарата застилает глаза белоснежным светом и на этом фоне рисуются они – далекие воспоминания моего детства.


Я вижу тебя – ребенка, что горит жизнью и светится радостью. Ты полон огня и твое топливо не имеет измерения. Мне так нравится смотреть на твою улыбку…

Приятно осознавать, что когда-то мы могли улыбаться так чисто и искренне.

Затем я сжимаю зубы и тяжело выдыхаю через нос сдавленным горлом, потому что знаю, сколько боли тебе причинил твой родной отец, омыв твое лицо нашими слезами. Слезами, что стерли улыбку с твоего лица и воспитали человека, который сейчас без страха смотрит на молочные зубы тех, кто оскаливается на него. Молочные и слабые по сравнению с твоими… Отец…

Глава 4-я. Прости, что не оправдал твоих надежд.

Я не знаю зачем пришел в этот мир.

Я не знаю был ли у меня выбор родиться или нет.

Я не знаю почему я стал твоим сыном, а ты стал моим отцом.

Но я знаю одно. И это то, что я хотел бы сказать тебе:

- Прости, что не оправдал твоих надежд и не стал тем сыном, которого бы ты хотел.


Трудно… Очень трудно… Забыть тот страх, что ты внушил слабому ребенку и въевшиеся в память моменты, когда твой гнев вырывался на нас… Трудно забыть ту боль и отчаяние, от которых немели ноги и было невозможно дышать… Трудно забыть ощущение кулака на лице 15-ти летнего подростка, тело которого раздирает боль от ветрянки и тебе попросту не нравится его лицо в этот момент… Трудно забыть удар от ноги, отправивший в полет к двери… Трудно забыть беспомощность…. Слова, что били, оскорбляли и унижали сильнее, чем... Трудно.

Трудно. Да и ненужно. Многое пришлось испытать и пережить, чтобы унять боль от обиды и непонимания не только твоих поступков, но и многих других людей, а также и самого себя. Сейчас же, познакомившись со многими людьми, я научился видеть их боль, их слабости, их самих и себя самого. Я не желаю их жизни, какой бы красивой и заманчивой она не казалась. Не желаю их окружения. Не желаю их судьбы. Не желаю ничего чужого также, как не желал бы для того ребенка, которым был я, другого отца. Никто другой – только ты, мой отец. Всегда был и будешь, во всех своих проявлениях.

Трудно, всегда трудно.

И, именно поэтому, сейчас я твердо стою на ногах и без страха смотрю в лица полные презрения, безразличия и тех, кто жаждет крови и наживы. Крысы, бегущие с тонущего корабля, на котором меня назначили капитаном, повесив ярмо ответственного за это и львы, с которыми меня поставили в клетку. Что ж… Крысы должны бежать, а львы знать, с кем именно их заперли.

- Хочу поприветствовать всех собравшихся и поблагодарить, что уделили нам ваше бесценное время. Ведь, как мы все знаем, для всех собравшихся время - деньги и поэтому благодарю за ваше милосердие.

Говорю я, слегка припустив голову, не отрывая глаз от них, прямо как ты и учил отец: - не отводи взгляда от своего соперника.

Вот и оно… Затишье перед надвигающейся бурей… Оценивают… Стараются понять из чего я сделан… Готовятся напасть… Чувствую это напряжение, но оно не идет ни в какое сравнение с тем, что я испытывал раньше, перед тобой, отец… Время выпрямить спину и показать им всю свою твердость.

- Уверен, многие из вас пришли на представление нового директора с похоронной скорбью, дабы оплакать свои утраченные вложения, запив свое горе шампанским. Позвольте мне поддержать вас в этом, потому, что в качестве директора, первым своим указом я объявляю о прекращении существования «Kokoro no Himitsu».

Произношу я и спокойно беру в руку с трибуны бокал, наполненный игристым вином.

- Какая дерзость!

- Не слыхано!

- Никто не имеет права говорить в таком тоне со своими спонсорами!

- С нас достаточно! Мы прекращаем финансирование и уходим с этого спектакля!

Нет. Это не спектакль, как вы выразились.

Думаю я, держа в руках бокал.

Это всего лишь объявление о крушении, чтобы те, кто ему поспособствовал сбежали с корабля, поджав хвост.

Досье на каждого в этом зале подготовил мой 2-ой помощник. И все вышло именно так, как она и предполагала. Ушли те, кто только и ждал этой возможности. Все, что от меня требовалось – дать им эту возможность. Не благодарите.

Мой 2-ой помощник – девушка, которая была избрана представлять страну на олимпийских играх. Девушка, положившая на кон всю свою жизнь ради цели - заполучить золотую медаль. Девушка, пролившая литры крови, пота и слез. Отказавшаяся от личной жизни и простых человеческих радостей, ради одной единственной возможности – шанса выиграть золотую медаль. И девушка, чья травма из-за сбившей ее машины, лишила ее этого шанса.

Упущенного времени не вернуть. Сожаления бессмысленны. «Если бы…» - пустое. Остаются лишь опыт и взращенные в себе качества. Дисциплина и стойкость, чтобы вновь подняться на ноги – вот, что я вижу, смотря на нее, – уверенность в себе, которую она возродила из пепла. Мне повезло встретить и ее.

Итак, все прошло так, как она и предполагала. Остались только львы и львицы – способные к выдержке и самообладанию. Только те, кто собственными усилиями взрастил свой капитал и которым интересно, что же произойдет дальше. Но их сил недостаточно для того, чтобы спасти тонущий корабль. И, именно поэтому, следующие слова будут не для них, а для той, кого без преувеличения можно назвать китом в глубинном океане. Дама преклонных лет, которую мой 1-ый помощник усадил прямо напротив моей трибуны. Дама, чей изысканный стиль, осанка и взгляд, говорят сами за себя. Дама, одаренная властью и способная этой властью распоряжаться. Дама, наделенная столь огромным могуществом, что от нее нельзя оторвать своего взгляда и способная одним только жестом решить судьбу других людей. Только она в силах вытянуть наш корабль на поверхность, вернуть его в верфь и модернизировать, проявив к нам благосклонность. Время обратиться к ней.

Глава 5-я. Со всем уважением.

*Нфу-у… Хм-м…

Глубоко вдыхаю и выдыхаю я через нос, ставя бокал на трибуну.

- Как я и сказал ранее: с этого момента «Kokoro no Himitsu» прекращает свое существование. Вместо этого 2-ым своим указом я объявляю о создании телерадиоканала «KNH». Позвольте мне процитировать слова Элеоноры Яковлевны Гальперины, писавшей в своей книге «Слово живое и мертвое» следующее: - «В математике от перемены мест слагаемых сумма не меняется. Но как меняется сумма чувств и настроений, музыкальное и эмоциональное звучание фразы от перестановки тех же слов, иногда только слова!». Люди, как и слова, звучат по-разному в разном окружении, и поэтому, когда они наконец-то находят и занимают свое должное место на страницах этого мира, пройдя через множество фраз и предложений, они способны стать живыми. Сейчас мы… Я, прошу вас, поспособствовать тому, чтобы мы заняли свое место в этом мире. Помогите нам стать живыми.

Произнес я и в банкетном зале зависла тишина. И лишь только дама преклонных лет, все это время не отводящая от меня взгляда, прикрыла глаза. Она спокойно взяла бокал с игристым вином и, приподняв его перед своим лицом, выпила его, опустошив бокал. На ее лице родилась улыбка от его вкуса. Она, захватившая дыхание всех в банкетном зале, приоткрыла глаза и на ее лице взыграл румянец.

- Давно… Как же давно я этого не чувствовала…

Произнесла она, смотря прямо в мои глаза.

- Аромат настоящего мужчины.

Тихо закончила она.

Сакурай

У истоков «KNH»


Автор Grancaradeu

04/07/2023

Страница книги Сакурай. У истоков «KNH» в интернете