# Перламутровые кости

Тайклот

Страница книги <https://selflib.me/perlamutrovye_kosti>

ПРОЛОГ. Автор: Anna Bernal

- Кофе? В другой раз. - Поставив кейс на пол, Нех сел в глубокое кресло и улыбнулся. - Давно не виделись, рад встрече. Так ты действительно привез их? - Голос звучал привычно холодно и по-деловому отстраненно, но на брата Нех не мог смотреть без теплоты.

- Шутишь?! Сам же и отправил! Два месяца в джунглях! - Тай, известный в узких кругах как Мастер, развалился на диване и сделал вид, что возмущен.

- Во-первых, не я отправил, а Всесильный Ди. - Нех подошел к столу и открыл кейс, демонстрируя аккуратные стопки банкнот. - А во-вторых, неси товар.

Тай приложил палец к первой двери сейфа, вторая открылась, отсканировав сетчатку глаза, третья - после ласковых слов, которые хозяин нашептал на ухо стальному стражу. Передав брату маленький бархатный мешочек, Тай принялся укладывать банкноты в сейф.

Нех высыпал содержимое на ладонь. Маленькие черепа сияли перламутром.

- Кто мог подумать, что у них перламутровые кости, - задумчиво произнес он, рассматривая диковинный артефакт.

Тай закончил с деньгами и снова развалился на диване. Подперев голову рукой, он с нескрываемым любопытством спросил:

- Как думаешь, зачем они Всесильному Ди?

- Кто? Эльфы или их кости? – Нех аккуратно пересыпал перламутр в мешочек. - Я не задаю вопросов Всесильному, ибо это укорачивает жизнь.

Собравшись уходить, Нех вдруг подошел к дивану и произнес:

- Тай, ко мне приходили. Расспрашивали о тебе. Будь осторожен. Девчонки, жаждущие твоего внимания, не так просты. Возможно, я зря волнуюсь, и это слежка Всесильного, а вдруг это ревность? Ты знаешь, как опасна ревность?! Если они ревнуют даже к брату, это будет страшнее мести Всесильного…

* * *

Всесильный Ди в парадном облачении, окруженный многочисленной свитой, шел по дворцу Небесной Принцессы. Длинный плащ тяжелого шелка с искусной вышивкой величественно ниспадал с сутулых плеч хозяина и волочился по полу. Глашатай нараспев возвестил о приходе Первого министра, двери приёмного зала отворили - и Ди увидел Небесную Принцессу в сиянии верховной власти и неземной красоты. Он – единственный, кто смог исполнить ее желание и стать претендентом на руку и трон. Принцесса приняла бархатный мешочек и высыпала содержимое на ладонь, любуясь переливами перламутра.

- Вы сами добыли их? – спросила она, не отрывая взгляда от перламутра. Получив утвердительный ответ, Принцесса небрежно бросила черепа несчастных эльфов в аквариум с неоновыми рыбками.

- Хорошо, осталось выполнить еще два моих желания.

ГЛАВА 1.

Два года назад.


- Зачем явился, мало тут всякой нечисти ошивается, - не оборачиваясь, бросила статная женщина и продолжила готовку, - прочь отсюда.

- Анайрэ, давай поговорим, забудь про вражду. - Нех остановился на пороге. - Помоги один только раз - и ты больше никого здесь не увидишь – ни людей Всесильного Ди, ни меня, ни брата. Отдай кольцо и Книгу.

- Разбирайтесь с эльфами сами, а лизать задницу Всесильного – я тебе не помощница.

Знахарка, наконец, обернулась. Не дожидаясь приглашения, Нех прошел в просторную избу, громко отодвинул лавку от стола и сел.

- Ты знаешь, что становится опасно хранить кольцо. Сейчас в Залесье Кара, да и много кто ещё охотится за твоим наследством.

- Сама разберусь. Всякого, кто сюда придет из вашего дрянного мира, Залесье проглотит. И брату передай - пусть со своей девкой здесь не шастает.

В амурные дела Тая Нех не вмешивался. Но если это кто-то из сестриц - Дара или Кара – то обе втянут брата в опасные игры с Принцессой. Чем больше Нех тревожился за брата, тем крепче становилось желание заполучить кольцо и Книгу. Приходить в Залесье, где живет Знахарка, опасно, но ради дела…

- Я заплачу золотом, - голос Неха стал жестким. - А Тая не тронь, - и дальше, сбавив тон, добавил: - Из первородных ты здесь одна, рано или поздно ты умрешь, а эльфы найдут твой мир. Сама знаешь, их кольцо сжимается. Залесье покроется перламутровыми цветами.


- Ступай вон. Еще придешь - не погляжу, что знала твоих отца с матерью. И твой оберег тебе не поможет! Пока Всесильный Ди с Принцессой во Дворце, не видать вам моего наследства. Я исчезну – Книга здесь останется... в сердце.

Знахарка кивнула на открытое окно. Там, сразу за широким дворищем, черной стеной стоял лес.

- Ну смотри, как знаешь, не пожалей потом.

Нех, не скрывая ярости, сжал челюсти до хруста, припечатал ладонью по столу, но тут же отшатнулся. Внезапный порыв ветра рванул оконную раму - и мимо лица пролетел нож, а со столешницы скатилась солонка. Соль разнесло ветром, и она веером упала на деревянные половицы. Нех кинул взгляд на Знахарку. Анайрэ застыла изваянием, сложив руки на груди. Из глаз старухи струился холодный синий свет.

- Жаль, что разговор не получился.

Нех отвернулся к окну. Ветер стих, а в тюлевой занавеске, как в паутине, барахтался луч солнца. Избу вновь заполнил запах луговых трав. Нех решил подняться, но вдруг распахнулась дверь - и на пороге появилась девушка.

-Анайрэ, как тебе удается… - девушка осеклась.

Длинные черные волосы, легко перехваченные резинкой на затылке, чуть выбились - и пряди упали на скулы. Нех перевёл взгляд на ноги - подол просторного ситцевого платья был приподнят и нагружен огородным добром. На тонкой лодыжке правой ноги из пореза змейкой струилась кровь. Стекала к ступне и перемешивалась с пятнами земли. На гладкой загорелой коже икр играли солнечные блики.

Нех поднялся с лавки и шагнул к двери. Девушка, отступив, споткнулась о порог и отпустила подол. И все содержимое – помидоры, огурцы, зелень - полетело градом и раскатилось по полу. Нех услышал, как треснул под ногами помидор, опустил глаза и чертыхнулся – кроваво-красные брызги оросили и белые кроссовки, и ткань джинсов. Он зло глянул на девчонку, потом на Анайрэ.

- Внучка?

- Ступай, - ответила Знахарка грубо и тут же добавила: - Нет у меня никакой внучки, девка из деревни, в помощь взяла.


***


Нэт вышла из избы, обогнула ее и встала за углом, прижавшись спиной к теплым бревнам. Если гость выйдет, то пойдет прямо, к воротам. Не хотелось с ним больше сталкиваться. Но любопытство брало верх. Бабка ничего не расскажет, это ясно. Если на лечение приехал, то где машина? Сюда из ближайшей деревни только на лошади и можно, а уж кто издалека - те на хороших, дорогих машинах добирались. Чужаков, правда, бабка мало принимала, но были и такие. Подобных красавцев Нэт не встречала ни среди друзей в городе, ни среди старшекурсников в университете. И что он делал в этой глуши? Еще и с Анайрэ разговаривал на равных, жестко. Даже Нэт побаивалась родную бабку.

Она увидела, как незнакомец показался у ворот, но не пошел по грунтовой дороге, а свернул на тропинку и зашагал вдоль изгороди, в сторону перелеска. Нэт кинулась напрямик, со своей стороны, и ждала уже в кустах дикой малины. Когда мужчина обогнал ее и был на несколько шагов впереди, Нэт, приминая клевер, росший в стороне от тропинки, последовала за ним. Чуть дальше белел крохотный песчаный пляж, откуда можно было зайти в озеро. Нэт разочарованно подумала, что незнакомец всего-то хочет окунуться в воду. Еще несколько секунд понадобилось, чтобы сообразить, что же делать дальше. Мужчина размашистым шагом приближался к берегу, на ходу расстегивая пуговицы рубашки. Нэт собралась было повернуть обратно, но в этот момент рубашка соскользнула со спины незнакомца - и открылась, поблёскивая витыми синими линиями, татуировка. И хотя она была изуродована рваным шрамом, в причудливом рисунке угадывались крылья, размахнувшиеся на плечо и лопатку, а на шею заползала нарисованная голова с мощным клювом. Нэт прикусила нижнюю губу и застыла на месте. Такую же татуху, только намного меньше, Анайрэ сделала ей в детстве на бедре, как оберег от злых духов. Пока Нэт судорожно думала, как бы найти способ поговорить с незнакомцем, небо стало свинцовым, а кусты зашумели от ветра. Еще один резкий порыв - колючая ветка дикого шиповника больно ударила ее по предплечью и оставила красные полосы порезов. Потом еще раз, ниже, в живот. Нэт тихонько завыла и уже не могла устоять на месте - кусты и ветер гнали прочь. Стиснув зубы от боли и придерживая легкие полы платья, Нэт побежала обратно к дому.


****


По дороге к озеру Нех думал о девчонке. Как же! Девка из деревни! Тот же дикий взгляд, как у бабки. Старая ведьма! Да у этой якобы «девки» педикюр на ногах! Перламутровый лак без единой царапины... Точно, Анайрэ прятала внучку где-нибудь в городе до этого момента. Вспомнились открытые коленки, черные пряди волос на щеках... Нех нырнул в озеро. Холодная вода окончательно остудила, а в голове мелькнула мысль: если Анайрэ не отдаст кольцо и Книгу, он заберет девчонку.

До встречи с братом оставалось мало времени, а Таю совсем ни к чему знать о визите к Знахарке.


***


- Приберись здесь. - Анайрэ ждала на пороге, когда Нэт вошла в избу. - А приберешься, начни укладывать вещи, завтра мы уезжаем.


- Куда, бабуль? - девушка растерялась.


- К отцу поедешь. – Анайрэ босыми ногами уже ступила в сени. - Вместе поедем. Да ложись пораньше, выйдем перед рассветом.


- Ба-а, ты же знаешь, у меня еще целая неделя каникул, - Нэт расстроилась, но спорить с бабкой бесполезно.


- Вот и побудешь с отцом, с матерью. Расходятся они, разъезжаются. А здесь тебе делать нечего. Да закрой засов на ночь.

Вопросов накопилось много, но бабка быстрым шагом уже направлялась к воротам.


***


Нэт долго не могла уснуть. Анайрэ не вернулась на ночь, и казалось, что изба превратилась в летающую тарелку, которая в медленном танце кружит в бесконечном космосе. Плавный ритм этого движения убаюкивал, в памяти всплывало красивое лицо незнакомца и причудливый рисунок на спине. Мысленно Нэт повторяла пальцем темные, почти черные, линии птицы и грубые линии шрама. Кто он на самом деле?

ГЛАВА 2. Автор: Тайклот

- Давай, брат, давай… Открывай глаза. Не смей уходить. Открывай глаза!

Нех оглянулся, притягивая к себе лежащего без сознания Тая.

Мгла опустилась на солнечную поляну, до этого пропитанную цветочным ароматом так, что воздух напоминал густой травяной настой. Но миг - запах, свет, тепло - всё исчезло, превратилось в воспоминание о прошлом мире, далеком и потерянном навсегда. Сумрак заволок лесную опушку и словно остановил время, как на потёртой черно-белой фотографии. Даже воздух загустел и проходил сквозь пальцы подобно воде, замедлял движения и плавно раскачивал волосы.

Но через минуту стали различимы и те, кто создавал магическим хороводом эту гиблую воронку. Заклинатели, кружась вокруг, слились в полупрозрачную ленту, и она поблескивала, как уроненное в тёмную могильную воду серебряное кольцо. С его поверхности, словно отпечатки на мягком металле, пробивались нечеловеческие лица, перекошенные в яростных гримасах.

- Очнись же ты. Соберись! Ну!

Плавно колышущаяся трава задымилась и превратилась в пепел там, где её касался край серебристого кольца.

Нех отвесил оплеуху по бледному лицу Тая, потом сам болезненно зашипел сквозь зубы и притянул ближе безвольное тело брата. Уложил лопатками на свои колени, укрывая, защищая.

- Ты мне так голову оторвёшь...- голос слабый, полусонный, словно небытие, куда уже успел уйти Тай, приоткрыло завесу, чтобы выпустить только эти слова.

- Тай! Тай!

Нех затряс брата. Он сейчас едва ли мог шевелиться, но уже пытался сопротивляться эльфийскому заклятию самостоятельно. С бледных губ срывалась ритмичная вязь колдовских слов.

Кольцо в ответ вспыхнуло ультрамарином, ослепило, выдавило из себя остаток естественного света полудня и погрузилось в потустороннюю тьму.

Голоса.

Злые. Требующие. Заставляющие платить.

Перламутровые цветы выпустили ядовитые шипы – и те, яростно пронзив густое, замершее время и остановившийся ветер, ринулись к Таю. Нех резко склонился над братом.

- Замолчи ты, чёрт! Я сам тебя выведу!

Острая, раздирающая боль - кнут эльфийского гнева полоснул по спине, проник под кожу, царапнул сердце.

Нех сжал зубы.

- Раз смог сюда войти – значит, и выйду! - крикнул он.


....шшшшшш.... вошшшшшёллллл... потому чтооооо нет заааависсссти....потому что нет в сееееердце зааааависссссти.... вошшшшшёллллл....


Слова понятные, но настолько чужеродные, словно их принесла не звуковая волна, а магия. Она сразу разлила слова в кровь - и они побежали по венам, напитав одновременно каждую клетку. Злые, отравленные, насильственные.

- Не сможешь выйти... - прошептал Тай. Он мог бы добавить банальность о "брось меня", но промолчал. Однако, мысль закончил: - Знаю, как ты вошёл... Я знаю тебя, брат. Ты такой. Но выйти можно, только если ничего не желаешь...

- Мне от эльфов ничего не надо! - усмехнулся Нех. - А вот тебя точно кто-то сдал. За те кости эльфийские. Говорил же тебе: будь осторожен. А ты попался. Попался за чужую прихоть. Идиот! Что у тебя вечно за истории, то понос, то золотуха!


....шшшшшшш.... знаааааеммммм.... знаааааааеммммм.... он убииииииллллл... нашшшшшших брааааатьев.... и ты.... не уйдёшшшшшь...нет... знаааааем.... не уйдёшшшшшь....


Угрозы разливались кислотой по жилам.

Тай продолжал читать заклинания, хотя, казалось, сама смерть уже покрыла пеплом губы - и сам он вот-вот погрузится в вечный сон. Лицо стало белее лунного света, и налипшие на него завитки волос теперь казались иссиня-чёрными.

- Тай! Тай! Не смей!

Нех зарычал и, подхватив брата, поднялся с колен. Тело на руках обвисло. Невероятно тяжелое, словно мертвое. Но яростная магия бурлила в нём, рвалась к окружающей темноте, уносила их души в забытое прошлое, где не было спасения и не было веры. Где когда-то страх рождался в любом взгляде, брошенном на Тая. И коверкал все его поступки до неузнаваемости.

- Я согласен!!! - гаркнул Нех в небо, что сузилось до размера монетки. - Мне ничего от вас не нужно, кроме...


....шшшшшш.... зззззнаааааемммм....


…Воздух наполнился ароматами весенних трав, и солнце начало припекать затылок, когда Тай очнулся. Теперь уже спокойно. Он сбросил чары, как стряхивают дождевые капли с плаща, резко.

Нех усмехнулся, глядя на него. На Мастера. На того, кого знали, как Мастера. На того, кого он знал, как младшего брата. Синего мага. И всё же младшего.

Смотреть на него было всегда удивительно приятно, хоть и беспокойно. Только вот сейчас в глазах темнело. Нех поморщился от нарастающей боли и скрыл её за вопросом:

- Ты как, Тай? Цел?

- Э... ты меня как девушку на руках вынес, что ли? - буркнул Тай и отстранился.

- О, дааа... Но не льсти себе, для девушки ты невыносимо тяжёл!

Нех успел взъерошить брату волосы - как в детстве после любой опасной выходки - пока тот поднимался на ноги.

- Что-то неожиданно много нежности. - Тай оглянулся через плечо. - Обычно ты не склонен к сантиментам.

- Сделаю уж разок исключение. Ради тебя, дурака. Впрочем, если хочешь, выставлю счёт.

Тай не поддержал шутку. Неожиданно серьёзно спросил:

- Как ты выбрался?

- Денег дал!

Нех подмигнул, но когда открыл глаз - перед ним осталась лишь темнота. Сердце от ужаса попыталось выскочить, едва не проломив рёбра. Но над спокойствием в голосе Нех работал годами, поэтому ничем не выдал себя, продолжив:

- Ты у меня, Тай, - Мастер, конечно. Заклинания из слов ловко плетешь, до любой вещи словами доберешься, до любого сердца достучишься, отворишь, проникнешь, возьмешь... Но иногда ты такой лопух. Я ж бизнесмен. Я с любым клиентом договорюсь. Что мне эльфы?! Тююю! Правда, влетел ты мне в сумму. Прям бесценный ты, Мастер.

- Бреши, бреши! - Тай отвернулся. В голосе не было веселья.

Мёртвая тьма заходила в глаза, скручивала цепями кровавых обязательств и боли. Нех опустил голову.

- Мы попали, Тай. И всё намного хуже, чем я предполагал. Эльфийские кости и претензии на трон - это дело Ди, но кто-то пронюхал и про нас.

- Ну, я многим походу успел дорогу перейти.

- Дело не в этом, дело в способе. Тебя сдали эльфам. Навели. Ты насолил Знахарке Анайрэ, так?

- Да я уже года два к ней не хожу в Залесье, с чего бы... Дьявол, я просто расслабился. Расслабился и попался.

Нех молчал. Смотрел в спину отвернувшегося брата. Тай сгорбился, лопатки натянули белый шёлк рубашки, как крылья. Тай наверняка знал – чувствовал - что сейчас происходило, иначе не был бы Мастером. Но так и не сказал ни слова. Тяжело дышал и не оборачивался. Потом прислонил ладони ко лбу.

- Хреновый ты всё-таки бизнесмен...- голос глухой и злой.

- Хороший я бизнесмен, я нигде не переплатил.

Он мог сказать что-то ещё. Но зачем? Эти слова - уже в их крови.

Глаз его превратился в слепую перламутровую эльфийскую печать. Это было слово, которое он дал. Они не убили. Но связали обязательством вместо брата. Теперь могли делать с ним, что угодно, использовать, как заблагорассудится. Уничтожить его. Уничтожить кого-то его руками. А у него ничего не было, чтобы противопоставить им: Книгу Знахарка так и не отдала. Что-то зудело в на переферии сознания - какое-то воспоминание о чём-то… о ком-то… как прижать несносную Анайрэ. Но в голове – словно дыра.

Нех сбросил оцепенение. Всё нормально, если будет возможность сопротивляться.

Тай обернулся и посмотрел на Неха.

- Я разберусь с этим. Просто так не выйти из круга, Нех. Это – мёртвые эльфы, тёмная магия… - Тай улыбнулся одной стороной губ. – Я знаю это. Чувствую их ненависть. Посмотрим, чего желали они на самом деле…

Предлагая уходить со злополучной поляны, Нех кивком указал в сторону их загородного дома, белевшего отделочным камнем за стройными елями, и продолжил:

- Тай, слушай… Не стоит связываться тебе с этим делом. Здесь наверняка кто-то от власти.

- Само собой. Давно хотелось попасть во Дворец.

Глаза Тая почернели, но возможно это была просто тень от еловой лапы, нависшей над тропинкой. Нех досадливо отмахнулся от ветки, которую теперь не заметил из-за частичной слепоты. Не для того он взял на себя проклятие, чтобы Тай игрался с тёмными эльфами. И Дворец здесь ни при чём вовсе. Он видел это - белые губы, шепчущие тёмные магические фразы: Тай смог говорить даже оттуда, с той стороны забытья.

Оттуда, где была заперта ненависть проклятого Синего мага.

И если Тая не остановить…

Солнце заставило прищуриться.

- До дома дойдёшь? – спросил Тай. – Что-то тебя пошатывает.

- Дойду, пошатываясь, - хмыкнул Нех.

Тай улыбнулся открыто и светло, похлопал по плечу. В этот раз тени не было ни над их головами, ни в его глазах.

ГЛАВА 3. Автор: Тайклот

Тай выпрыгнул из распахнутых дверей гудящего рефрижератора, и созданный портал между мирами сразу же захлопнулся за спиной. Автоприцеп разгрузили за пару часов, и товар теперь ждал своих богатых покупателей в подпольных холодильниках Знахаря. Несуществующие в Небесной Империи ягоды и фрукты стоили баснословных денег, только вот даже попытки доставить их из другого мира карались смертью по приказу самого Всесильного Ди.

Знахарь возился с сейфом, словно нарочно тянул время. Он никогда никуда не торопился, а на его флегматичном лице с глубокими вертикальными морщинами не угадывались следы необузданных страстей. Он сам был как свой сейф.

- А где Нех?

- Нех договаривается о следующем рейсе.

- А ты, выходит, сразу за деньгами.

Тай развалился в кресле, поглядывая на Знахаря. Он был такой тощий, длинный и твёрдый, что спица, поэтому даже возможность согнуть его пополам казалась немыслимым членовредительством.

- Учитывая, как долго ты открываешь сейф, я не сильно поспешил, - Тай поднялся и выхватил из пальцев Знахаря кейс с деньгами.

- Сбить бы с тебя спесь, щенок, - незлобиво буркнул Знахарь.

Тай усмехнулся.

- А давай. Потом будешь собой торговать вместо фруктов. Думаю, бизнес прогорит.

- Вот только что и дело… - вздохнул Знахарь. – Ну, тебе не привыкать людей кидать. Но слышал я, что не так давно попались вы основательно. У Неха теперь эльфийская печать? Наверняка ещё и головные боли мучают.

Тай покосился на Знахаря, подошёл ближе. Кейс шурхнул, улёгшись на стол, а старик, прижавшись спиной к распахнутой дверце сейфа, оказался зажат между столешницей и бронированным кубом.

- Да. Мучают. А ты, смотрю, много об эльфах знаешь.

Знахарь поднял тяжёлый взгляд.

- У Неха же есть охранная татуировка, гриф.

- Вот это да! И про татуировку тоже…

Тай поставил ладонь на сейф и шепнул металлу пару слов. Пальцы вдавились в бронированную стенку, как в сметану.

- Она рваная, подправить бы, может, и справится с болью. - Знахарь неопределённо пожал плечами, но взгляда не отвёл. – Брат твой – хороший человек. Хоть и с Ди. Но я понимаю, чего он хочет.

Тай чуть отступил.

- Отдаю весь товар даром. - Тай стукнул пальцами по кейсу на столе. – Я солгал, Нех ничего не знает. Товар был мой, так что можешь забрать деньги обратно, но говори немедленно, кто это мог быть.

- Дело нешуточное. Эльфы – вне закона. Кто-то ещё, кроме Ди, может бороться за трон. Выполнить задания Принцессы – и стать Небесным.

Тай цыкнул сквозь зубы.

- Да знаю я это прекрасно!

- Уберут вас – и привет. А Ди промахов не прощает.

Знахарь усмехнулся, покосился на сейф и спокойно взял кейс за ручку. Огромные деньги поплыли обратно к хозяину.

- А хочется же во Дворец-то, а, щенок?

Тай промолчал.

С неожиданным конкурентом надо было кончать, иначе всё действительно становилось туманно. Брат горы сворачивал, чтоб приблизиться к Ди – и что теперь, споткнуться на финишной прямой?

- Кто это?

Знахарь убрал кейс в сейф и небрежно прихлопнул дверцей.

- Пойдём.

Длинные коридоры с бесконечной вереницей дверей наконец вывели в основной – легальный - зал. Барную стойку освещали несколько склянок со свечами. Но над бильярдными столами горели электрические лампы. Несколько человек за низким столиком у сиреневой стены что-то обсуждали, разгоняя сигаретный дым у себя над головами резкими взмахами рук. Смог клубился вокруг них, как туман в низине, из которой не мог выбраться.

Знахарь зашёл за барную стойку, а Тай, украдкой взглянув на подвыпившую компанию, присел на высокий стул.

- Они не местные. Из другого мира.

Знахарь кивнул и принялся переставлять бутылки на полках. Свет свечей бегал по стеклянным граням.

- Ну, его-то бойцов сложно не узнать. Смотри, какая внешность у них. Да и кто может перебрасывать своих людей из мира в мир.

Тай приподнял брови.

- Крег Рифтус, что ли? - Тай с сомнением глянул на людей с узкими глазами. Выпивохи в чёрной, по виду - военной, форме повысили голоса так, что сигаретный дым клубился уже от звуковых волн. Потом всё-таки неохотно кивнул. – Хотя, подходит. Но без сильного колдуна – он ноль. У него же мозг с горошину.

- Нууу… - Знахарь пожал одним плечом медленно, словно переламываясь в грудине, и убрал подальше подозрительного вида склянки. – Мозг, может, и с горошину, а в остальном он вполне дееспособен. А колдуна можно найти. Колдун может быть даже не из этого мира.

- В том - их нет.

- Это ты про Залесье скажи.

Тай нахмурился и побарабанил пальцами по полированной стойке.

Мужчины в углу загорлопанили, требуя выпивки. Язык был необычен, но через несколько секунд Тай уже понимал их и мог говорить на равных. Когда-то подобное умение поразило, но сейчас он уже не удивлялся: слова всплывали из глубины памяти. Ранее погребённые и перемешанные в темноте забвения, теперь они становились ясными и живыми, словно проявлялись на свету.

- Ясно. - Тай хлопнул ладонями по столешнице и поднялся. – Сейчас как раз подъедет машина Неха, спускайся сам и работников своих гони. Я пойду встречу.

Тай под неодобрительный знахарский взгляд исподлобья разрезал пространство ладонью прямо возле барной стойки. Вечность полыхнула жаром, так что в тёмном помещении стало душно.

Тай выскочил на то место, где недавно стояла грузовая «фура». Машина Неха ещё не подошла да и самого его видно не было.

Тай перескочил через низкий заборчик между стоянкой и заправкой. Огляделся возле небольшого кафе-бара с окнами во весь фасад. Никого не было. Ладонь автоматически легла на чехол с керамбитом, большой палец откинул клапан и коснулся кольца на рукояти ножа. Тай скользнул вокруг заправки, присматриваясь. Вечером машин здесь было немного, но гул с дороги и разговоры у окошка кассы создавали шум, что мешал уловить иные звуки.

Огибая угол заднего фасада, он увидел брата как раз в тот момент, когда к кирпичной стене его кто-то притиснул. Быстро, резко и сильно, так что голова припечаталась затылком о кирпичи. Мужчина зашипел от боли, но среагировал мгновенно: левой перехватил локоть, которым ему пережали горло, вывернул запястье, а правой с короткого замаха ударил по селезёнке. Человек успел отскочить, увернувшись…

Тай уже рванул вперёд, доставая клинок, но противник замер, а Нех вдруг вскинул руку и словно остановил Тая ладонью, не глядя в его сторону и ничем не выдавая присутствия.

Тай отступил в тень - он тоже узнал нападавшего. Высокая, ладная, с причёской - каре. Дара. Что здесь делала первейшая магичка Принцессы – не ясно, но Неха она явно «пасла», иначе такое совпадение было бы просто чудом.

Тай осторожно протиснулся между стеной и трансформаторной будкой, стараясь не задеть понабросанные ящики, которые удерживались в неровной башне исключительно замыслом пьяных богов.

Нех не двигался, смотрел на Дару, не атаковал, но и не пытался высвободиться. Она снова подалась к нему, наматывая галстук на кулак. Медленно, осторожно, без лишних движений, которые он расценил бы как агрессию, хотя едва ли сомневался, что нападение продолжалось.

Тай недовольно скривился: если магичка накроет брата иллюзией, то спокойно сможет его там и прикончить. Рискованно было играть в благородные игры.

- Приве-ет, Не-ех, - она улыбнулась, но не радостно.

- Привет, Дара. Прости, чуть не сломал тебе руку.

- О, ты быстро отпустил, пустяки, дорогой. Жаль, что твоя повязка упала. Но я подниму, у тебя же наверняка голова болит, верно?

- Верно.

Она снова размотала галстук и пригладила на груди.

- Болит, ой, как болит, даже не могу представить, как мучительно изо дня в день ждать эту боль. А потом терпеть. А она всё сильнее, всё сильнее... Эльфы - очень мерзопакостный народец... а всё Тай виноват, плохой, очень плохой наш сладкий мальчик Та-ай...

- Непонятен ход твоих мыслей.

- Ой ли? Не понял, значит? Такой вот у нас Нех недогадливый... Ай-яй-яй...

Она прильнула к Неху, прижалась грудью теснее, провела ладонями до ремня брюк.

Тай закатил глаза: ну, Дара в своём репертуаре.

- Твои девчонки наводили о Тае справки некоторое время назад, так?

- Хмммм... - Дара пожала одним плечом. – Ну, должность обязывает. Когда у Всесильного Ди так ловко получилось добыть кости народа, который прячется по окраинам и хиреет до размера спичечного коробка, невольно закрадываются подозрения. Но я не видела Тая года два уже… Где же он, м?

Руки её лежали на ремне Неха. Брат не отстранился, но пренебрежение было действенней, чем физическое сопротивление.

- Больше не смотри дурацких фильмов, чтобы не утомлять меня играми в альфа-самку.

- Вот ты скот!

Она махнула ладонью перед лицом Неха, сжала кулак, поймав нить видимой реальности, и жахнула её об асфальт.

Нех напрягся и чуть заметно развёл руки в стороны. Тай цыкнул сквозь зубы. Дара забросила Неха в иллюзию, это у неё получалось отменно. Скорее всего, зная странную боязнь брата к высоте, она заставила его балансировать на краю какой-нибудь пропасти или высотки. Тай, приложил ладонь к стене, надеясь, что та передаст через себя суть убийственного морока.

- Альфа-самка, говоришь. И ты прав! Как насчёт того, чтобы сделать тебя посговорчивей.

Нех взмахнул руками, словно пытаясь удержать равновесие при особенно сильном порыве ветра. Потом снова замер, хоть руки невольно разлетелись в стороны, лицо напряглось и казалось высеченным в камне, а с виска медленно поползли капли пота.

Дара повела рукой - и Нех чуть подался вперёд, стиснув зубы так, что желваки заходили на щеках, но не издал ни звука.

- Отдай мне Тая.

- Я знаю, что это иллюзия.

- И что? А я знаю, что тебе до усрачки страшно.

- Зачем тебе Тай?

- Проясню с ним один давнишний вопрос.

- Это ты натравила на него эльфов? Работаешь на кого-то?

- Нет. Зачем мне работать на кого-то ещё? Кстати, думаю Принцессе будет интересно знать - кто же выполняет поручения за Всесильного Ди. Это не сильно скажется на отношении к Ди, но Принцесса не любит, когда её водят за нос слишком нагло. Одно моё слово - и Таю – капец. Ты же понимаешь.

- Успей еще сказать это слово. Ты-то - не Принцесса.

- Сладкий, угрожаешь? - Она дёрнула за галстук - и Нех, балансируя на иллюзорной кромке, судорожно схватился растопыренными пальцами за воздух. - Страшно, хоть и понимаешь, что иллюзия. Мозг - забавная штука. А у Тая вообще эдакая бабская фобия, ну знаешь наверняка. Ох, это будет весело. Интересно, мужики визжат от такого? Я бы послушала. Короче, не глупи, Нех, просто отойди, ну, не маячь перед ним.

- Не понимаю, о чём разговор: ни я, ни Тай к Ди не имеем отношения.

Дара подалась вперёд и толкнула Неха в грудь. На долю секунды его глаза распахнулись, и Тай «увидел» как брат, распластавшись в бушующем ветре, рухнул в неоновые огни гудящего мегаполиса.

Нех закрыл глаза, и Дара раздражённо поморщилась, принимая поражение. Она снова сжала в кулаке иллюзию и сдёрнула её с настоящей реальности широким взмахом руки. Теперь, когда она вытащила брата из морока, и ему не угрожал разрыв сердца, Дару стоило охладить.

Тай протиснулся по стене, медленно доставая из ножен керамбит. Обманываться её пустыми руками не стоило.

Нех согнулся пополам, одной рукой упёрся в колено, а второй уцепился за кирпичи в стене. Пальцы дрожали и дыхание осипло. Но он всё-таки заметил приближающегося Тая. И снова поднял руку, говоря «стоп». Тай остановился, приподнял брови. И Нех отрицательно мотнул склонённой головой. Тай скользнул назад – и тень, которая в наступающих сумерках становилась всё гуще, поглотила его без остатка. Нех выпрямился, пальцы уже не тряслись, но остались жёсткими и твёрдыми, словно из белого мрамора, как и лицо.

Дара взяла Неха за подбородок и покрутила из стороны в сторону. Провела пальцами по скуле.

- Тай мозги тебе промыл, так? Поэтому не помнишь ничего? И типа всем доволен. Хаааа... о чём это я? ты же у нас только огребаешь, так что жди, прилетит еще за братца!

Нех выдернул лицо из её пальцев и брезгливо поморщился, но она всё-таки добавила:

- Не закрывай глаз повязкой. Он очень красивый. Этот твой глаз.

Дара лёгким движением подхватила повязку с плитки, отряхнула, погладила ладонью игриво, а затем швырнула Неху. Он поймал ленту одной рукой, не сводя с неё жёсткого взгляда.

Она помахала ему пальчиками.

- На поцелуй не рассчитывай!

- Даже тошно, какая ты предсказуемая, - бросил Нех.

Дара невесело усмехнулась, отрыла портал и исчезла через секунду, набрав в лёгкие воздуха так, словно собиралась не дышать целую вечность.

Тай опустил голову, сполз спиной по шершавой стене и сел на корточки.

Наверное, Дара набрала в лёгкие воздуха и за сестру. Кара – её двойняшка - была правой рукой Принцессы и в своей преданности пошла бы ради неё на всё. Отчаянная, бесбашенная и яростная. Пару лет назад она бросилась с головой в очередное задание от Принцессы и… перешла дорогу Неху. Тогда Тай сделал все быстро. Их схватка между мирами длилась несколько минут - и Кара осталась там, в вечном огне. Тай вышел с победой. С победой, о которой не знал Нех, но о которой наверняка догадалась Дара. Все эти два года она пыталась вызнать правду. Правду, которая встала между ней и Таем и уничтожила их отношения. Их близость и страсть. Сломала всё. Как всегда, Тай мог только ломать…

Нех склонился над ним.

- Чего расселся? Вон, кажется, наш реф подходит, надо отогнать на стоянку и разгрузить.

- Какого хрена ты меня остановил? Она же в иллюзии могла тебя до смерти загонять. Столкнула тебя, да?

- Да. Свалился с нашей же высотки, там, где я недавно квартиру купил. Вот теперь видами насладился. Да ладно, хотела меня попугать просто, оставь.

- Мне показалось, что не только попугать, - Тай хмыкнул и кивнул на чуть выпущенную из-под ремня рубашку.

Нех закатил глаза.

- Ну, ты чего, в самом деле. Чёрт знает, что в голове у этой женщины. Но что-то к тебе у неё прям незатухающая страсть. Имей в виду. Хотя я знал, что у вас это не продлится долго.

Тай приподнял бровь, но Нех, стукнув его в плечо, указал на подошедший к стоянке грузовик.

ГЛАВА 4. Автор: Anna Bernal

Нех провел ладонью по запотевшему зеркалу и посмотрел в отражение, точнее - на левую его часть. Вторую половину лица он видеть не хотел - мало радости от перламутрового бельма, которым поблескивал правый глаз.

Он отбросил полотенце и вернулся в гостиную к рисунку. Нех рисовал, потому что это помогало сосредоточиться и успокоить нервы. Ааа… к черту! Причем тут нервы? Он просто любил рисовать. Сейчас он работал над своей колодой карт, и на холсте красовалась Дама Пик – уверенная девушка с резким взглядом, который бросал вызов всему, на что бы ни упал: себе, любимым, врагам, миру. За образом этой Дамы далеко ходить не пришлось и воображение напрягать тоже не потребовалось. Как нельзя лучше здесь смотрелась Дара. Алые губы, темно-медные волосы в пышном каре, почти янтарного цвета глаза и черное платье делали образ ярким и мрачным одновременно. Ему нравился результат, но чего-то не хватало. Наверное, той энергетики безудержного буйства, которую изливала из себя эта женщина, такая страстная и такая отталкивающая одновременно.

Интересно, что скажет Тай, уж он-то все её эмоциональные и физические извращения испытал на собственной шкуре.

Нех невольно улыбнулся, предвкушая реакцию брата. Впрочем, сейчас требовалось сосредоточиться на новом задании, и Тая едва ли увлекут картинки.

***

Очередным заданием оказалась карта, по слухам - сокровищ. Тай выяснил, что по странному стечению обстоятельств ее сегодня просто разыграют в местном баре. Несколько раундов родео определят победителя. Нех не выносил таких мест – разлитое повсюду спиртное, пьяная брань и кислый запах пота. Локи – под этим именем участвовал Тай, сосредоточенно удерживал равновесие, мертвой хваткой сжимая механического быка. Как только уши атаковала музыка второго раунда, Нех решил, что с него достаточно. Он направился прямиком к хозяину, за спиной которого висела карта в дешевой раме, выложил на стойку перед ним слиток золота с оттиском Всесильного и коротко заметил:

- Не думаю, что вы будете возражать, если я заменю приз, - затем молча забрал карту, стащил Локи с быка и направился к выходу.

- Почему ты всегда так? Правой рукой за левое ухо! Нельзя было просто заплатить? – отчитывал он брата, усадив на заднее сиденье служебной машины. - Отвезите его домой, К НЕМУ домой, пожалуйста.

- Я экономил! – смеялся Тай. - И так веселее!

Нех захлопнул дверцу.

- А ты не едешь, что ли?! - выкрикнул Тай, опустив стекло.

- Пройдусь.

Нех вдохнул прохладный ночной воздух, притупляющий головную боль, и посмотрел в черное небо. Красиво. Подходя к дому, он думал о кофе и о том, чего же все-таки не хватает Даме Пик? Квартира встретила его светом оплавленных свечей - и мечты о спокойном вечере рухнули.

- С днем рожденья! – Тай подошел к брату и повязал ему пиратскую повязку. - Круто, без балды!

Нех понимал, что Таю тоже тяжело видеть результат собственной оплошности.

- Ты же знаешь, что мне ровно на мой день рождения.

- Знаю! – ответил Тай, зажигая погасшие свечи. – Но мне не ровно на твой глаз.

Несколько секунд Нех смотрел, как отблески огня мерцали в волосах Тая, затем встал, подошел к холсту, и, взяв кисть, слегка оттенил волосы Дамы красным.

- О, пламя в волосах ей идёт, - заметил Тай, глядя на рисунок. – Добавь-ка еще жёсткий поводок в руки, такой знаешь, с шипами…

Нех покосился на брата.

- Что, и такое было?

Тай резко дёрнул большим пальцем наискосок у горла и закатил глаза.

- Чокнутая.

Нех покачал головой, и они оба расхохотались.

Но на долю секунды в подсознании опять мелькнуло нечто, похожее на воспоминание, что-то связанное с эльфами… и Дарой. И как будто ещё кем-то… Но через секунду – всё пропало.

ГЛАВА 5.

Валяясь на пляже и смакуя воскресную бессмысленность, Нэт пялилась из-под козырька кепки на противоположный берег реки. Высоко на холме, в гуще городских джунглей раскинулся огромный комплекс Печерской лавры. Купола храмов в последние годы натерли так сильно, что, казалось, их сияние должны были видеть и марсиане, и сам Господь Бог. Несколько секунд Нэт держала взгляд на пучке отраженного света, который пронизывал облака и разбрасывал огненные лучи по небу. Сознание ускользнуло, окунулось в расплавленное золото, и в голове отчётливо прозвучал властный голос бабки Анайрэ: «Уходи. Ищи дорогу и возвращайся домой». Нэт открыла глаза и, приподнявшись на локтях, огляделась, как будто бабка и правда могла быть здесь, на городском пляже. В ту же минуту тучи закрыли солнце, налетел ветер, подхватил край легкого покрывала, и голос бабки растворился в громовых раскатах летней грозы. Неожиданный проливной дождь устроил на пляже настоящую панику – отдыхающие вскакивали с лежаков, тесно жались друг к другу под разноцветными зонтиками, спасались под козырьками стеклянных кафе. Пока Нэт бежала к стоянке, дождь закончился, и солнце проглянуло из-за туч, как ни в чем не бывало.

Кое-как переодевшись в машине, Нэт вырулила на дорогу. Уже возле дверей квартиры, запутавшись в пляжных сумках и карманах наскоро надетых мокрых шорт, она выронила телефон. Смартфон звонко ударился о керамическую плитку лестничного пролета - и от корпуса отлетел кусок белого пластика. Глянув на мелкую паутину, опутавшую сенсорное стекло, Нэт вскрикнула от досады – злость взяла и на себя, и на жару, и на голос бабки. Покупать новый телефон или искать мастерскую, менять корпус и стекло? Сколько это стоит и сколько придется потратить времени? Стало досадно, что вместе с другими подарками она вернула бывшему мужу телефонный чехол, а новый так и не купила. Нет, о разводе Нэт не жалела. И все же, мысли о том, как трудно начинать жизнь с чистого листа, тревожили не на шутку, а особенно в такие дни, когда всё валилось из рук.

Окна спальни в съёмной квартирке выходили во двор, и даже в самый жаркий день огромный клён отбрасывал тень на рабочий стол. Только вот… клён и его тень были, пожалуй, единственным преимуществом нового жилища перед роскошной старой квартирой.

Приняв душ и плеснув в чашку кофе немного коньяка, Нэт устроилась с ноутбуком на диване и принялась искать адреса мастерских по ремонту смартфонов. Блуждая по сайтам, она незаметно перешла на страницы интернет-магазина. Не в силах отказать себе в новеньком гаджете, Нэт оформила заказ и открыла банковский кабинет. Несколько секунд глаза блуждали по экрану, взгляд то и дело натыкался на нули, пока в голове не мелькнула мысль – деньги с банковской карты исчезли!


***


Конечно, старая Nokia утром не зазвонила. Кто знает, как там работал будильник! Нэт поднялась быстро, с трудом справилась с давящей на горло паникой. Единственная мечта - купить собственную квартиру - казалась теперь ускользающей иллюзией. Нэт заглянула в ежедневник. К суете рабочего дня прибавилась поездка в банк, где предстояло заполнить массу бланков и участвовать в неприятных процедурах. Стараясь избавиться от тревожных мыслей, Нэт подкрасила верхние веки тонкой линией черной туши, прошлась щеточкой по ресницам и, открыв шкаф, выбрала белый летний костюм. Волосы Нэт забрала в пучок на затылке, оставив черные пряди на висках. Вот теперь во всеоружии можно встретить любые неприятности нового дня. В конце концов, ей всего двадцать шесть и жизнь продолжалась.

В таком настроении Нэт подъехала к заправке, на которую они всегда заезжали с Денисом. Издали завидев яркий желтый логотип, Нэт вспомнила в который раз, что заправку надо менять, как и все, что связано с бывшим мужем. Раздражала его педантичность и рационализм, его список полезных продуктов, единственно правильный супермаркет и заправка. Но после четырех лет совместной жизни не так легко уходили навязанные привычки.

Нэт достала кошелек, отстегнула ремень и приоткрыла дверцу. На мгновение она загляделась в боковое стекло - мимо бесшумно проплыл новенький седан BMW, черный глянец сверкал под утренним солнцем. Нэт невольно любовалась машиной еще пару секунд, пока сзади не просигналили. Не отрывая взгляда от сверкающей машины, она сменила слипоны на туфли. Одним движением руки распустила волосы и постаралась, насколько позволяла узкая юбка, выйти из машины изящно. Владелец BMW, молодой мужчина, шел немного впереди. Приблизившись к кассе, он наклонил голову к окошку. Нэт от неожиданности прикусила нижнюю губу - в глаза бросилась необычная татуировка на шее незнакомца. Голова и клюв хищной птицы темно-синими, почти черными линиями выползали из-под воротника белой хлопковой рубашки. Мужчина расплатился и повернулся в пол-оборота к Нэт. Она на секунду растерялась, но еще через миг узнала его. Хорошо очерченный профиль, черные прямые волосы и приподнятый подбородок, выдававший гордеца. Перед ней стоял таинственный незнакомец, которого она встретила в Залесье, в последнее лето перед выпуском из университета. В тот день не удалось познакомиться, и Анайрэ запретила даже думать о нем. Все, что Нэт знала - это имя, короткое и странное - Нех.

Мужчина уже шагал в сторону машины, когда из окошка кассы послышался нетерпеливый голос:

-Девушка!

Нэт спохватилась, вынула купюру из кошелька:

-На сотню, пожалуйста.

Она протянула деньги и вернулась в машину. Нэт все еще не могла поверить в такую фантастическую встречу. Пока заправщик возился возле машины, Нэт наблюдала через лобовое стекло, как сверкающий седан, словно круизный лайнер, легко тронулся с места… но только до парковки. Еще через пять минут Нэт уже входила в кафе, на ходу соображая, как заговорить первой. Настроилась решительно, в уме проговорила простую фразу, когда вдруг потеряла дар речи: Нех стоял теперь лицом к ней - черная, «пиратская» повязка украшала правый глаз.

Девушка за стойкой вопросительно посмотрела на Нэт.

- Половинку эспрессо, без сахара.

Смутившись, Нэт открыла кошелек, но тут же закрыла - денег не было, а заблокированная карта бесполезна. На всякий случай она расстегнула сумочку, чтобы поискать в кармашках мелочь. От волнения руки не слушались, а из-за неловких движений кошелек полетел на пол. Нэт наклонилась, но мужчина опередил, и кошелек оказался в его руках. Нех посмотрел пристально, на мгновение во взгляде мелькнул интерес, казалось, что он узнал ее.

- Сделайте даме эспрессо.

Мужчина вернул кошелек, на прилавок положил купюру из портмоне и направился к выходу.

Какого черта?! Он ее не узнал! Спохватившись, Нэт шагнула к двери, но остановилась: как глупо будет выглядеть, если пойдет следом. Да и что скажет? Спасибо за кофе?


*****


В добрые старые времена Нэт досталось лучшее место на парковке возле офиса - небольшой навес укрывал машину и от дождя, и от солнца. Не то что бы это было официально, но коллеги придерживались формальных договоренностей во избежание конфликтов. Подъезжая к офису, Нэт обнаружила на своем пятачке в тени синюю Volvo.

Денис! Гад! В такие минуты возвращались старые обиды, и появлялось желание какой-нибудь мелкой мести. Она порылась в сумочке, достала ключи от машины бывшего мужа - и припарковала Volvo на место босса, обозначенное значительной вывеской «Не занимать». Уже в холле офиса Нэт столкнулась с разъяренным охранником Николаем Ивановичем, наблюдавшим ее маневры на мониторе. Вахтер успел позвонить Денису и тот появился следом:

-Мать твою! Нэт!

-Тебе тоже привет, Дени. Почему ты занял мое место? – Нэт мило улыбалась. - Николай Иванович, доброе утро, простите, я опаздываю, Денис приберет за собой.

- Эй, твой телефон не отвечал! - бывший кричал уже вдогонку. - Могла сегодня еще денек поваляться у бойфренда, которого наверняка нет!

Не оборачиваясь, Нэт показала средний палец. Она обязательно обзаведется классным парнем, который будет подвозить ее под самые окна офиса на сияющем BMW, и тогда Денис лопнет от злости!


*****


Нэт сидела перед включенным монитором, но мысли занимал мужчина, встреченный на заправке. Пыталась расшифровать его взгляд, думала – не ошиблась ли. Возможно, он вспомнил ее, но не хотел подать вида. Тогда почему? Пиратская повязка сбивала с толка, но ярко-ореховые глаза с черным ободком по краю радужки и причудливая голова птицы на шее запомнились прочно. Под рубашкой наверняка был шрам, до которого, как и при первой встрече, хотелось дотронуться. Скользящим движением руки она подтянула правый край юбки. Тот же клюв и тот же хищный взгляд - ее миниатюрный гриф красовался на бедре. Нэт одернула подол, когда в кабинет без стука вошел босс.


- Нэт, ты готова? В зале все собрались. Давай, пошевеливайся!

Босс, высокий, крупный мужчина пятидесяти лет, говорил грубо и громко, при этом энергично размахивал руками, изображая нетерпение.

- Да, секунду.

Судорожно вспоминая первые абзацы темы, Нэт взяла папку со стола и поднялась.

- Борис, у меня к тебе просьба, - она колебалась, - мне нужны деньги, немного, до зарплаты, - говорила на ходу. - И еще, у меня небольшие неприятности с банком...

- Окей! – босс перебил нетерпеливо, но добавил всё-таки добродушно: - После презентации поговорим. Не вопрос.

ГЛАВА 6. Автор: Тайклот

Отсмеявшись над портретом Дары, Тай занялся незажженными свечами, но внимательный взгляд брата чувствовал даже спиной. Нех опустил кисть, голос звучал вполне серьёзно:

- Что всё-таки ты делаешь? С чем эти свечи?

- Мммм... - Тай еще раз щёлкнул зажигалкой, оглянулся через плечо. Отпираться бессмысленно. - Свечи со зверобоем. Попытаюсь создать из огня иллюзию солнечных лучей.

- Для чего?

- Не люблю сюрпризов. А эльфы, знаешь ли, мерзкий народец. Прикончить тебя в день рождения - это очень в духе их идиотских шуток.

- Ага, - Нех кивнул. - Значит, не показалось. А то уж думал, что романтическая атмосфера зашкалила - и придётся с тобой переспать.

- Говоришь так, будто это тяжкая повинность. - В разноцветном стаканчике на каминной полке вспыхнул последний огонёк. – А, между прочим, никто не жаловался.

Тай остановился в центре гостиной, чуть склонил голову к плечу и поднял ладонь, призвав к тишине. Он заговорил – и огоньки на многочисленных разномастных свечах так же, как его голова, наклонились, затем вытянулись и заструились по комнате подобно тонким искрящимся нитям. Сливаясь между собой, они создали эффект фотографии с долгой выдержкой и вскоре опоясали комнату.

- Не должны увидеть тебя сейчас, - вязь заклинания закончилась, и Тай облегчённо выдохнул. - Посидим хоть спокойно.

По ту сторону входной двери раздалось тихое царапанье.

Они вскинули головы одновременно - взгляд - и Тай метнулся в прихожую.

- Нех, стой там!

Дверь, с грохотом раскурочив проем, снарядом влетела в прихожую и выбила из стен куски штукатурки. Тай успел прилипнуть к косяку. В пыли и полумраке в квартиру ворвались быстрые тени.

Волшебные огни свечей водили хороводы вдоль стен - предметы то умирали во тьме, то возрождались вспышками в самых неожиданных местах - а воздух густо насытился ароматом зверобоя. Эльфы бы драпанули от мощи заклятия, как ошпаренные, но здесь явно был не тот случай. Значит – люди.

Тай выдернул из-за ремня нож-керамбит – привычный поворот в ладони – и от мизинца вырос стальной коготь. Оттолкнувшись ботинком от стены, Тай развернулся в прыжке - и на излёте резанул серпом по шее врага. Короткий вскрик - и первый рухнул под ноги. Тай скользнул дальше, пытаясь одним замахом достать следующего. Узость коридора мешала противникам нападать скопом. Однако в дверной проём повалили свежие силы - и пришлось, протираясь по стене, бежать в комнату.

Там уже рассредоточилось трое противников, а Нех перепрыгивал через спинку дивана к журнальному столику, где лежал Магнум 357.

Незнакомцы в огненной круговерти попытались перерезать ему путь. Нех пригнулся, проскользнул по полу - один из мужчин перелетел поверху и кубарем откатился к стене, хрустнув костями.

Второго припечатал к полу и оседлал Тай. Резкий взмах - артерия вспорота - и Тая окатило кровью с головы до ног. Фонтан ударил до потолка.

Нех разворачивался, поднимая оружие.

Он бы не успел.

Тай рванулся к брату, делая замах по косой, отбил удар третьего противника. Металл чиркнул о металл, выбив искры, - и кривое лезвие керамбита вспороло сухожилия на чужом запястье. Нож полетел на пол, а удар локтем с разворота отправил врага через диван и - уже бездыханной тушей - к ногам столпившейся в дверях подмоги.

Зашипев от боли и ярости, Тай развернулся лицом к нападающим и прикрыл брата. Но Нех слегка придержал Тая за левое плечо, а через правое - выстрелил несколько раз.

Тай оглох. В голове зазвенело. Вспышка сожгла зрение.

Нех, даже слепой на один глаз, стрелял без промаха, - уж в этом он был мастер! - и в гостиной завалились друг на друга еще три тела.

... Тай! ... Тай!!!

Тай, словно борясь с последствиями наркоза, помотал головой. Мозги в голове бултыхались, будто желток в курином яйце. Перед глазами всё кружилось, а вспышки разноцветных огней превращали комнату, затянутую пороховым дымом, в адскую дискотеку. Ноги отказали - и Тай осел на пол, подхваченный под мышки сильными руками брата.

- Тай! Ты чего? - голос - словно через мегатонны воды.

- Подожди...

Тай оттолкнул руки и пополз на карачках в прихожую. Там перебрался через груду тел и чуть ли не уткнулся лбом в раскорёженную дверь. Сказал ей. Дверь растеклась металлической лужей, заструилась к проёму, замазала его грубой кляксой, поблёскивающей и вибрирующей, потом натянулась, издала едва слышный хлопок и запечатала вход, снова приняв вид старой двери без единого изъяна. Щёлкнули замки.

- Это эльфы?

Брата Тай едва слышал, поэтому моргнул несколько раз, чтобы осмыслить вопрос. Кровь склеила ресницы.

- Только если они обожрались каких-нибудь омега-кислот и постояли в зоне активной радиации.

- Им было начхать на заклинания.

- Поэтому и говорю, что это, пля, не эльфы! - огрызнулся Тай.

Взмахом руки заставил вернуться огни на свечи. Язычки пламени перестали кружить, рассыпались искрами и закончили безумную свистопляску. Тай устало опустился возле одного из тел, валявшихся у стены. Стянул с головы балаклаву. Скуластое, желтоватое лицо, узкий разрез глаз.

- Ясно. Чего и следовало ожидать. - Тай бросил балаклаву на лицо трупа. - Но они пользовались магией. Это точно. Здешнюю дверь можно выбить только тараном. Постой, голова ничего не соображает...

Тай сполз по стене, глаза закрывались.

- Тай! Что с тобой?

Нех приблизился и опустился рядом на колени.

- Ты в крови с головы до пят. Постой-ка…- Глаза Неха расширились. - Это...

Он рванул на Тае рубашку, с треском разодрал до ремня брюк. Тай поморщился - средь окровавленных лоскутов обнаружился маленький метательный нож. Он засел в мышцах живота, возле пряжки на ремне, и ходил ходуном в такт осторожному дыханию.

- Ты - придурок! Собой меня загородил, да? Герой типа, да?

- Да не загораживал я тебя. Считай, что просто придурок и мне прилетело!

Нех зашипел сквозь зубы.

- Почему не носишь огнестрел? Намного надёжнее, чем твои танцы с саблями...

- Я, знаешь ли, люблю тесный контакт. Он более личный. Да это небольшой нож-то... просто отравленный... - прошептал Тай, хватаясь за стену и пытаясь удержаться в вертикальном положении. По обоям расползлись кровавые полосы.

Нех вскочил и решительно направился к тумбочке, где хранилась аптечка. Конечно, не потерял и секунды на поиски. Потому что всё привык хранить на положенных местах.

- Выдергивай, - процедил Тай, смотря, как Нех плеснул на рану антисептиком.

Нех поморщился, резко вытянул нож и тут же с силой прижал к хлюпающей ране марлевый тампон.

- Дай посмотреть…

Тай взял трясущимися пальцами оружие и повертел перед глазами. Зрение фокусировалось с трудом. Клинок ромбовидной формы, рукоять с красной оплёткой.

- На нём яд.

- И что? - раздражённо буркнул Нех, вжимая ладонь в рану с такой силой, будто пытался припечатать кишки к позвоночнику.

Тай прерывисто вздохнул. На длинные предложения от боли не хватало сил, но по-другому он просто не умел, поэтому сбавил тон и старался говорить медленнее.

- Эти парни - люди Крега. Я видел их здесь. Знаю теперь. Сечёшь? Эта гнида пытается передавить нас по одному. И у него есть сильный колдун, связанный с эльфами.

- Кровь уже не идёт, но кожа вокруг раны почернела...- вздохнул Нех, заглядывая под марлю и словно оглохнув к любой другой информации.

- Так яд же. Погоди-ка минутку… Я найду эту тварину-колдуна, сейчас, по яду.

- Нет. Поговори с ядом, но не про колдуна. Какой антидот? Надо немедленно вколоть.

Тай повертел пальцем в воздухе, загустил его и закрутил в мерцающую воронку. Она расширялась, потом превратилась в кольцо, порвавшее видимую реальность: комната внутри круга истлевала и, как брошенная в огонь картинка на пожелтевшей бумаге, рассыпалась в прах. Часть иной реальности, где проглядывало нечто похожее на бензоколонку, проявилась по ту сторону.

Еще несколько мгновений - и в комнате не осталось ни трупов, ни крови, ничего, что напоминало бы о минувшей резне. Только бардак.

Тай согнулся пополам и упёрся Неху головой в грудь. Брат слегка дёрнулся, отстраняясь, но Тай остановил, схватив за плечо. Нех молчал, не шевелился, явно озадаченный и раздражённый неожиданным промедлением в важном деле.

- ...ты знаешь... одну девушку. Красивая, черноволосая, глаза тёмные, миндалевидной формы.

- Слушай, знаю, что ты бабник, но это уже слишком. Учти, эти девки доведут до сифилиса, если сейчас не сдохнешь от яда!

- Ха-ха... я не исправим, да? - Тай усмехнулся, лбом чувствуя, как колотится сердце брата. - Понимаешь, дело такое: я видел её в портале, там, куда отправил трупы... Она стояла на бензозаправке, озиралась по сторонам, будто высматривала кого-то...

- Красивая? - брат пытался поддержать разговор спокойным тоном, но сердце колотилось всё сильнее. Теперь оно словно бухалось прямо о голову Тая.

- Очень красивая. Такая лёгкая, изящная. В бирюзовом костюме. Элегантная. - Тай снова перевёл дыхание, мышцы живота простреливало огненными молниями. - И когда она посмотрела в мою сторону, она не увидела меня, но... Она увидела тебя за моей спиной. У неё даже лицо изменилось, брат, говорю тебе...

- Да у кого угодно лицо вытянется, когда под ноги с неба валится гора трупов.

- Нет, брат, нет... это не то...

- Тай. Тай! Послушай меня. При чём здесь та женщина? Сейчас надо говорить с ядом. Немедленно говори с ядом, черти тебя дери!

- Этот яд ведёт к ней. Она - колдушка Крега. Та, кто чуть не прикончила тебя… понимаешь? Я уйду за ядом к ней, он покажет. Я постараюсь вернуться.

- Тай, хватит! Заканчивай! Упрямая башка!

Нех отпихнул Тая к стене, закатал ему рукав и, пошарив в аптечке, достал шприц.

- Думаешь, у меня нет универсального заговорённого антидота? Да я уже его давно купил. У тебя же.

Нех всадил иглу в вену и со злобным удовлетворением надавил на поршень.

- Ну что же ты наделал... - прошептал Тай, возвращаясь. – Я бы прижал её прямо сейчас…

- Ты ко мне в гости пришел. Так что вот так. Придётся сегодня спать со мной!

- Я, как видишь, никакой, так что тебе придётся постараться.

- До этого никто не жаловался.

- Крегу я всё равно кислород перекрою и колдушке его...

- Да-да-да... Женщине в бирюзовом, которая хочет меня шлёпнуть. Я всё понял.

Тай опёрся на плечо брата и запрокинул голову. Он сдерживал смех, иначе бы рана снова закровоточила, но мышцы живота всё равно сокращались - и каждый нерв пронзало вспышками боли.

Ну ладно. Вот немного оклемается и точно выяснит, что там по чём с девицей-магичкой и ядами.

А так… Обычный чудесный вечер. Повеселились.

ГЛАВА 7. Автор: Anna Bernal

Тай спал, а Нех еще раз осмотрел рану, сменил повязку и до утра тревожно прислушивался к дыханию брата. Потом приложил ладонь ко лбу Тая, убедился, что жара нет, и направился в душ.

Неха мучили головные боли - проклятье эльфов выворачивало этой пыткой наизнанку. Тяжелые струи прохладной воды били по голове и слегка заглушали боль. Нех закрыл глаза и добавил холодной воды. Еще. И еще. Пока ледяные иглы не проникли под кожу и в кости. Еще, до упора… пока дыхание не стало прерывистым, пока не начал задыхаться. Резко выключив воду, он с силой уперся лбом в мокрый кафель. Как долго он сможет терпеть, подавляя желание размозжить башку о стену? Что будет, когда он уже не сможет терпеть? Что почувствует, когда настанет предел? После это предела он все еще останется человеком? Что потребуют от него эльфы в обмен на вздох облегчения? Жизнь. Узнать бы, для чего она им? Как они используют свою печать?

Холод постепенно отступал, и голова снова начала раскалываться. Внутри поселилось странное ощущение слабости, казалось, что кто-то вытягивал из него жизнь, словно, потянув за нитку, распускал вязаный шарф.

Нех вернулся в комнату и окинул взглядом бардак после вчерашнего «веселья» - как здешний бедлам обозначил Тай. Потом глянул на этого любимца матери и эгоиста, раскидавшего конечности по кровати. Вспомнил шарф, который ему связала мама – коричневый с красными полосами. Нех с любовью к матери носил его так долго, что подарок перестал быть похожим, собственно, на шарф. Но младшего она всё равно любила больше, нежной и трогательной любовью, к которой невозможно ревновать.

Нех сел в кресло и взял бумагу. Угольным карандашом он сделал набросок новой карты для своей колоды. Дама Червей. Серьезные карие глаза, изящные черты, темные волосы. Она смотрела на него. Именно на него - и на рисунке и тогда, на заправке. Девушка - любительница эспрессо - казалась знакомой. Знакомой настолько, что он с легкостью воспроизвел черты её лица на бумаге.

Комната наполнилась утренним светом, боль отпустила, и Неха потянуло в сон. Он положил рисунок на стол изображением вниз, подвинул брата с края кровати и лег рядом, тем самым разбудив его.

- Ну что, классно было? – Тай потянулся и добавил: - Есть хочу!

- В холодильнике яйца, хлеб в морозилке, - сонным голосом ответил Нех, с закрытыми глазами ощущая, как Тай скривился от предложенного меню.

- Глянь на это.

Тай толкнул брата в бок, вытянул руки к потолку и очертил в воздухе круг. Между ладонями проявилось изображение, нечёткое, с помехами, словно старый испорченный «видак» зажевал пленку. И вот «в обратной перемотке» Нех увидел ту девушку и себя на заправке.

- Я спросил у твоей повязки, между прочим, - хмыкнул Тай. – Вот и любуйся.

Не соображая, что к чему, Нех вглядывался в лицо незнакомки. Как оказалось: та, о ком говорил брат, и та, что он рисовал, – одна женщина. Это на миг выбило из колеи, потому что совпадением быть не могло.

- Да я и не отрицаю, что видел её там…

- Удивлён, что ты помнишь её лицо. Ты пялился в разрез её пиджака.

Нех тяжело вздохнул, попытавшись убить брата взглядом.

- Колдушка и есть, говорю тебе. Иначе бы чего ей так присматриваться к твоему шраму на обереге.

Тай все еще держал руки кверху, будто поддерживая круг с изображением, как поднос.

- И что? - Нех закрыл глаза и повернулся набок. - Наколдуй нам лучше завтрак с обедом вместе.

- Ааа, руки устали! - Тай резко бросил руки вдоль тела. - Материальное не могу, но могу внушить, что мы сыты! Что тебе внушить? Говядину с овощами?

- Внуши мне, что в моей квартире нет бардака. Скажи, ты мне часто внушал что-то? – вдруг совершенно серьезно спросил Нех, открыв глаза. Тай отрицательно покачал головой. - Это означает «не внушал» или «внушал, но не часто»?!

Тай поднялся.

- Если я внушу тебе, что здесь чистота, то оставлю твою обожаемую домоправительницу Изольду Павлиновну без работы и средств к существованию. Не такой уж я эгоист, как видишь! Тебе нужно жениться, ты же всегда семью хотел, вот жена тебе обед и наколдует, так чего тянешь?

- Не могу, - теперь уже Нех покачал головой, и на немой вопрос брата ответил словами героя комедийного фильма с контрабандного диска, который оба смотрели накануне: - Потому что я не могу забыть Бобби!

Оба заржали. Веселье оборвал звонок телефона - Всесильный Ди. Нех устало потер веки - в ближайшее время точно не выспаться.

***

Нех никогда не понимал этой любви Всесильного к роскоши, словно вываливающейся отовсюду. Сегодня это был огромный сапфир в перстне. Камень свешивался набок под собственной тяжестью. Сомнительное украшение для тощих пальцев с увеличенными суставами, изуродованными подагрой. Но приходилось внимательно слушать задание, глядя на сапфир, ибо Всесильный не выносил взгляда в глаза.

Итак, необходима кровь девушки. Особенной девушки. Вся ее кровь. Эта кровь дарит вечную молодость и избавление от недугов. По крайней мере, такова была версия Ди. А может, это Небесная Принцесса желала втайне изменить облик Всесильного перед свадьбой?

Про себя Нех усмехнулся.

Срок – к концу месяца.

По знаку Всесильного слуга положил на стол фотографию, и пальцы, украшенные сапфиром, неспешно передвинули ее в сторону Неха. С фото смотрели серьезные карие глаза… той девушки с заправки. Нех, забывшись, разглядывал фото. Прерывая паузу, Всесильный нетерпеливо постучал по столу.

Договорившись о плате и получив аванс, Нех поднялся с кресла и направился к выходу.

- Ты забыл фото, - бросил вслед Всесильный.

- Я ее запомнил, - не оборачиваясь, ответил Нех и поймал себя на мысли: как спасти заказанную жертву?

ГЛАВА 8.

Ладони сжимали бумажный стаканчик с остывшим кофе, а взгляд выхватывал сквозь оконные стекла проплывающие мимо авто. Третий день подряд она приезжала сюда без всякой надобности. Словно турист, заходила в бар и рассматривала каждого, кто заказывал напитки или суетился возле машин на заправке. Сумерки за окном сгустились. Опомнившись, Нэт поставила стаканчик и вышла из бара.

На улице моросил сентябрьский дождь, и в конусах фонарного света крохотные капли поднимались столбом мокрой пыли.

Нэт проехала всего метров триста от заправки, когда увидела небольшой затор. Впереди резко тормозили другие водители. Воющая рядом сигнализация вызвала неосознанную тревогу, резал уши визг тормозов и скрежет железа. Нэт открыла дверцу и в темноте, в паре шагов от себя услышала отборную матерщину. У двух машин, стоявших поперек шоссе, горел дальний свет. Нэт подошла ближе и замерла от ужаса. Стон застрял в горле, в животе завязался тугой узел, дыхание разом перехватило. Закрыть глаза! Но тело не слушалось. Яркий пучок света от фар выхватывал на дороге несколько изуродованных человеческих тел. Темные ручейки стекали в выбоины на асфальте, смешивались с дождевой водой и окрашивали лужи в бордовый цвет. Она не должна это видеть! В глазах потемнело, колени задрожали, и ноги неожиданно подкосились. Кто-то сбоку поддержал за плечи.

- С вами все в порядке? – прозвучал незнакомый голос, и мужская рука протянула пластиковую бутылку с водой. - Вы сможете идти?

- Да, спасибо, все хорошо.

Нэт встряхнулась, резко повернулась спиной к незнакомцу и неуверенно побрела к машине.

- Это не авария. Ну... знаете, бандитские разборки, - мужчина вдогонку все еще пытался успокоить.

Уже открывая дверцу, Нэт оглянулась. Незнакомец стоял в пол-оборота, вглядываясь в кровавое месиво. Еще секунда - и он растворился в темноте. Нэт совсем растерялась. Зачем хотела увидеть Неха? Из-за него опять свернула на эту чертову заправку! Да, да! Признайся уже! Каждый раз тащилась сюда в надежде встретить Неха. Идиотка... Мчалась за миражом. Вырвавшиеся злость и отчаяние на время стерли из памяти страшную картину аварии. Издалека послышался вой сирен - совсем близко полиция. Голова все еще кружилась, но из этого хаоса надо бежать.

***

- Жратва в здешних краях – дрянь, - Ли Чень грязно ругнулся и сплюнул на пол.

- Потерпи, «парковку» мы не выбираем.

Ви Хуань, поджарый китаец с вытянутым лицом, опрокинул в себя бокал с пивом.

- Вчера девчонку можно было подсечь в той кутерьме. Надо торопиться, братья могут быть тоже где-то неподалеку. Говорят, в середине лета здесь видели старшего.

– Босс Цзень Чань сказал, они вдвоем наших ребят завалили, и, прикинь, сюда - на дорогу – сбросили! – Ли Чень заметно нервничал. - Приказано девку не убивать, пока...

Подошла официантка, и Ли Чень заткнулся, хотя едва ли женщина поняла их язык.

- Главное, достать девку до того, как братья к ней подгребут, - Ви Хуань свистящим шепотом закончил разговор, когда официантка, получив несколько купюр, ушла к другому столику.

*****

Толстый китаец плюхнулся задницей на стол и упёр ствол пистолета между бровей съежившегося на краю стула мужчины. Одна нога китайца уткнулась в трясущуюся ляжку, и, стоило бедолаге шевельнуться, как железный каблук с силой поддавал в пах.

- Не шевелись, zhūtóu! – визжащий голос китайца резал воздух ножом по стеклу.

Босс Цзень Чань стоял возле другого стола и, слегка наклонившись, держал за горло побелевшую от страха женщину.

- Спокойно! Имия? - с чужим языком он справлялся плохо и говорил коротко. Не дождавшись ответа, легонько ткнул дулом пистолета в бейджик на груди. - Та-тия-на! - с трудом прочитал сам и грубо добавил: - Набьирать номер!

Цзень Чань немного отпустил горло женщины.


*****

Прежде, чем приступить к работе, Нэт сварила себе кофе. Смотреть новости не стала. То, что произошло вчера на дороге, отношения к ней не имело. Достаточно и того, что еще пару дней не сможет ничего есть. Этой ночью Нэт перебрала мысленно все события последних двух месяцев. Навязчиво в голове звучал голос Анайрэ. Что могли означать слова: “Возвращайся домой”? Теперь Нех казался ниточкой, которая связывала с Залесьем. Неясное, непонятно откуда возникшее чувство одиночества угнетало. Нэт желала освободить себя и наполнить жизнь новыми событиями. Хорошо бы влюбиться! Однажды Денни сказал, что у нее нет сердца. Нэт положила руку на грудь и почувствовала размеренное биение.

Телефонный звонок прервал мысли. Нэт глянула на экран. Господи! Какого черта? Татьяна! Сколько прошло времени? Ни вспоминать, ни разговаривать со своей бывшей клиенткой желания не было. Проигнорировать звонок? Нэт не решилась - деловые отношения не исключали проблем с налоговой. Работа посредником в трансферных операциях сопровождалась постоянным напряжением и риском. Но дивиденды того стоили.

- Татьяна? Привет! Что случилось? - старалась говорить спокойно.

- Привет! Слушай, Нэт, - Татьяна волновалась. - Есть покупатель, срочно нужны комплектующие, бюджет крупный, почти миллион!

Слова сыпались скороговоркой, но специфика рабочих отношений имела свой лексикон.

-Тань, срок договора закончился, я давно ушла из бизнеса.

-Ну-у, может, остались связи! Надежный партнер, близкий знакомый. Давай! Процент высокий.

Татьяна настаивала и знала, чем зацепить. Нэт злилась на себя - сейчас легко попасться на удочку - деньги! Деньги нужны - проценты от сделки компенсируют исчезнувшую со счета сумму.

- Ладно, я спрошу. Жду скайп.

Нэт закончила разговор, и ощущение внутренней вибрации от мысли о предстоящей сделке накрыло с головой. Вернулся сжатый в тугой комок страх. Нэт в уме подсчитала - прошло больше года с тех пор, как Борис основал новую компанию на чистом капитале. Всё будет хорошо... Последний раз попросить Дениса! Плавное движение лифта немного успокоило.

Нэт легонько постучала в дверь и после короткого “да” вошла в кабинет главного менеджера. Удивительно, как Ден быстро забыл прошлое, надел дорогой костюм и теперь пыжился на высокой должности. И предложение он встретил холодно, но при упоминании суммы глаза заметно сверкнули.

- Как ты могла потерять деньги! Всегда была дурой! Я знал, всегда знал - тебе нельзя доверять крупные суммы! Я не должен был отдавать тебе деньги в руки.

Денни, развалившись в кожаном кресле, бросал обидные слова. Сейчас Нэт ненавидела его, но держала себя в руках. Видать, уже забыл, что сразу после развода наплевал на бывшую - именно у него появилась другая женщина - а Нэт согласилась оставить дом, который с такой любовью выбирала! Теперь долю Нэт, вложенную в покупку квартиры, Денис возвращал частями, да еще и гундел без конца.

- Слушай, если ты согласишься, у тебя будет возможность вернуть мне долг полностью. - Нэт уговаривала терпеливо. - Если хочешь, сегодня же верну ключи от машины. У тебя скоро будет ребенок, а мне нужна квартира.

- Просто так не воруют! - Денни продолжал истерить. - Почему именно у тебя! Точно слила пароль или карту дала сфоткать! Или программу бросила без присмотра.

Денис всегда умел находить поводы для упреков.

- Уверена, ничего такого не было! - Нэт стояла возле стола и нервно мяла в руках стикер. - Знаю все, что думаешь обо мне! Сейчас просто ответь – да или нет! Если возражаешь, сама поговорю с Борисом.

- Слушай, Нэт, - Денис сбавил тон, - от тебя скоро ничего не останется, ты здорово похудела. Не питайся одним кофе.

Он тянул с решением, но его участие раздражало еще сильнее.

- Да или нет?

- Ладно! Реквизиты пришлю в скайп, выписывай счет, если ты уверена.

***

Мост, левый берег, «спальный» массив, поворот в аэропорт - знакомое до мелких выбоин шоссе. Еще немного - и город остался позади. Нэт возвращалась домой - побудет там пару дней, наберется сил и приведет мысли в порядок.

Дорога становилась сплошной колдобиной, а за окном мелькали полуразрушенные фермы, покосившиеся дома, одичавшие сады и придорожные каштаны. Видать, только старики могли наслаждаться здесь покоем и размеренным движением времени. Сколько Нэт себя помнила, бабка Анайрэ никогда не менялась. Молчаливая, скупая на жесты и слова, в своем спокойствии немного пугающая. Окружающие величали ее знахаркой, а за спиной, бывало, и ведьмой.

Возле придорожного кафе Нэт притормозила, опустила окно. Знакомый, насыщенный запахом скошенной травы воздух заполнил салон. До самого горизонта, от шоссе и прилепившихся к нему домиков, простирались поля. В памяти всплыла яркая картинка из детства - бабка косит траву, а она бегает по лугу за стрекозой. Мельтешат прозрачные, радужные крылышки, заманивают на свежую стерню, и поцарапанные пятки обжигает сок срезанного молочая. Упорхнувшей стрекозой, Залесье растворилось в летней дымке. А с тех пор, как родители обзавелись новыми семьями и разлетелись в разные стороны света, только Анайрэ оставалась рядом и делала мир Нэт устойчивым.

*****

- От тебя пахнет кровью, - заявила Анайрэ, едва Нэт вошла в просторную, чисто выбеленную комнату, ступая босыми ногами по полу, устланному свежей травой.

Она не удивилась, но машинально глянула на джинсы. Бирюзовый костюм после того случая на дороге сразу бросила в стирку, да и не было на нем крови. Перед глазами снова мелькнули красные лужи и трупы.

- Так же, как от тебя пахнет ядом? - Нэт сбросила рюкзак на лавку и прошла к рукомойнику. - Хочу есть.

Нэт села за стол - в миске дымилась горячая картошка, а нарезанные дольками огурцы и помидоры с пучком зеленого лука аппетитно красовались на тарелке. Не имея ни телефона, ни какой другой связи, бабка всегда точно знала, когда Нэт заявится домой.

- Они рыскают повсюду. Где уже прятать тебя, не знаю. Всесильный ищет.

- Анайрэ, опять твои сказки! Зачем кому-то понадобилось искать меня?

- Зря отпустила из Залесья. Думала, избавилась от дьявола, а беда с другой стороны зашла. - Бабка очистила картофелину и пододвинула тарелку. - Ты ни к чему не годная, сейчас бессильна и для себя бесполезна.

Нэт помнила бабкины сказки о древней прародительнице – эльфийке, которая вышла замуж за смертного человека. Глядя на крепкую фигуру и гладкое лицо, не верилось, что Анайрэ жила уже больше ста лет. Нэт горько улыбнулась украдкой - в детстве любила бабкины рассказы, но теперь казалось, старуха выжила из ума.

- От эльфийки у тебя только кровь. Без знаний и умений в магическом ремесле ты никто, пустой смертный человек. Потому и опасаюсь. Попользуются тобой...

Нэт жевала и запивала картошку простоквашей. Даже не пыталась понять, о чем твердила Анайрэ, но одно слово коснулось слуха, задело за живое. В голове пульсировало - пустой… негодный человек. И жизнь пустая и одинокая, и ничего кроме неприятностей ждать не приходится. Родная, милая Анайрэ, старая сказочница - чем могла помочь! От жалости к себе, на глаза навернулись слезы.

- Плохо мне, ничего не складывается.

Нэт положила руки на колени и отвела взгляд к окну.

- Ешь. Не болтай за столом. - Бабка протянула Нэт ломтик сочного помидора, придвинула солонку. - Нынче солнца много - помидоры сладкие, пуще меда.

*****

После обеда Анайрэ принесла сверток, долго развязывала узелок серой бечевки и медленно, лист за листом, разворачивала пожелтевшую бумагу.

- Это книга твоих эльфийских предков. Но ты не сможешь запросто прочесть. На всё придет время.

- Ба, в следующем году я куплю квартиру - будешь жить со мной?

Нэт обняла Анайрэ за плечи. Деревенская тишина, странные разговоры, далекие от удручающей реальности, уняли тревогу.

- Купи сначала. Да без огорода нельзя мне.

Отложив в сторону старый фолиант в потрепанном переплете, Анайрэ достала из кармана фартука тонкое кольцо с красным камнем в кружевной ложбинке, сотканной из серебряных нитей. Нэт вздохнула - очередной раритет. Кольцо все же надела - велико, но кое-как держалось на среднем пальце. Камень казался яркой каплей застывшей крови.

- Это и есть, - бабка угадала мысли, - кровь эльфов. Кольцо даст тебе силы, глаза твои будут чище, и ты увидишь больше.

Нэт глянула на кольцо - краснота камня на глазах исчезла, будто впиталась в кожу, камень стал голубым и почти прозрачным. В магию Нэт не верила, но игрушка с фокусом понравилась. Она сняла кольцо и с улыбкой наблюдала, как камень вновь становился красным.

За разговорами незаметно наступили сумерки. Бабка зажгла свечи и сняла деревянный лист, скрывавший глубокий медный таз с водой. Сложив руки на груди, знахарка что-то тихо шептала. Когда закончила ритуал, кивком головы позвала Нэт и указала на поверхность воды:

- Гляди внимательно, что видишь?

- Ба-а, брось лучше карты! Нагадай мне жениха. Только богатого и красивого!

- Глупая девка! Делай, что велю!

Анайрэ не шутила, и Нэт наклонилась, одной рукой придерживая волосы на затылке.

- Ничего не вижу... Зеркало... вижу книги в зеркале, там много книг… Еще пруд, или колодец… Темно.

- Хорошо, ступай спать. - Анайрэ двумя руками, легонько оттолкнула Нэт от сосуда. - Ты видела дорогу и когда придет время, припомнишь.

- Анайрэ, я видела дом. Не дорогу. Решено! Последняя сделка. Дом гораздо лучше квартиры. И огород у тебя будет!

-Иди, иди уже спать! Размечталась тут.

ГЛАВА 9. Автор: Тайклот

Нэт вошла в гостиную с уверенной неспешностью, за которой ловко маскировала осторожность. Как всегда трансфер крупного нала пощипывал струны нервов, играя напряжённую, рваную мелодию. К тому же клиент оказался с причудой и потребовал доставить наличку в собственный загородный дом. Ничего не оставалось, как прихватить вечно стонущего на невзгоды Дениса. И выслушивать бубнёж, что, мол, тащиться в такую даль, да еще и с эдакой кучей бабла - это вешалка. Но, само собой, выхода не было. Конечно, стоило сказать, чтобы не гундел, но Нэт держалась: закончат дело - и пусть катится.

И вот пока Денис, бурча под нос о тяжести чемодана с купюрами, плёлся позади, она вошла в гостиную и осмотрелась.

Первыми бросились в глаза окна - от потолка до пола во всю стену. Вид на сосновый бор - шикарный. Дорогая мебель в стиле ампир, стены окрашены, и к цветовой палитре, конечно, приложил руку дизайнер по интерьерам. Солидно. Особенно впечатлял огромный стол посередине, выполненный из целикового спила дерева. Только от самого хозяина словно ничего не добавилось: помещение - как дорогой, но пустовавший гостиничный номер. Хотя, возможно, так и было.

Возле стола, на фоне легчайших перьев-лучей утреннего солнца, собранных в огромный полупрозрачный веер, стоял мужчина. Волнистые чёрные волосы ловили и словно поглощали световые блики, превращая игривую музыку утра в тень. И хотя хозяин одним своим присутствием оживлял выхолощенную обстановку, он казался здесь чужаком, что невольно порождало смутные сомнения. И оказался он моложе, чем представлялось после разговоров по телефону. Одет был не по-домашнему. Брюки, дорогой кожаный ремень, серебряная изящная пряжка. Нэт уже автоматически подмечала детали, когда считывала клиентов по их виду. Мистер Ган – по имени иностранец, да и по телефону он говорил с акцентом - позволил себе только одну вольность: небрежно закатал рукава белоснежной рубашки до локтей.

Сейчас, держа одну руку в кармане и чуть откинувшись назад, мужчина наливал в высокий бокал шампанское. Раннее время и гости его не смущали. Он скользнул взглядом по Нэт, поставил бутылку на полированную столешницу и махнул ладонью, приглашая приблизиться. Руки красивые, пальцы длинные, изящные - на одном поблёскивал серебряный перстень - а под смуглой кожей предплечий перекатывались мышцы. Смущаясь еще сильнее от того, что продолжает отмечать детали, уже абсолютно ненужные, Нэт присела в указанное кресло. Рядом остановился Денис, с явным раздражением бухнув чемоданом о дорогой паркет.

- Рад с вами встретиться...

Мужчина пригубил шампанского, повертел бокал в пальцах, поймав на кромке солнечный высверк. Затем обошел стол, но не упустил случая заодно обогнуть и кресло. Как акула. Нэт даже затылком чувствовала его взгляд. Изучающий, проникающий. И злой. Хотя, когда мужчина смотрел ей в лицо, ничего подобного не заметила бы. Но будь она проклята, если у неё паранойя. Как бы ни так! И теперь с каждой секундой становилось всё более неуютно, потому что профессионал в ней подметил, что заказчик на чемодан с налом даже не взглянул.

- Добрый день, мистер Ган, - она прекрасно контролировала голос.

- Вы - Нэт?

- Мистер Ган. Раз уж доставка произведена, то хотелось бы... - начал Денис.

Иногда он умел говорить весьма солидно, но в этот раз эффект вышел не ахти. Хозяин дома едва взглянул на него.

- Я бы хотел поговорить с этой женщиной, а не с вами.

- Прошу прощения, но...

Черви сомнений проникали всё дальше: у мужчины голос чистый, глубокий, с лёгкой бархатистой хрипотцой. Но. Без акцента. Конечно, всё шло не так, тут и гадать нечего. Надо убираться.

Нэт поднялась.

Хозяин поставил бокал на стол и заверил без резкости, вполне доброжелательно:

- Присядьте, пожалуйста, я вас долго не задержу.

Надо было отстоять хотя бы эту позицию: если сядет - то проиграла.

- Мистер Ган, я бы хотела вымыть руки. Подходила к дому, дотронулась до сосны и испачкала ладонь в смоле. Очень неприятно и боюсь чего-нибудь здесь коснуться. Вы позволите?

Мужчина улыбнулся, осматривая её с головы до ног.

Кажется, понял уловку, но, возможно, и нет. Что за дурацкое тревожное чувство?!

Она посмотрела ему в глаза, спокойно и открыто. Они были удивительно светлые, серые, с угольным ободком, словно хрустальные озера, дно которых усыпали серебряными монетами. Несколько секунд он вглядывался так, словно мог прочитать мысли об истинных намерениях, а затем медленно развернул ладонь в сторону одной из дверей.

- Там.

Нэт выдохнула про себя. Раунд за ней. Боже, как сложно, уже измучилась, а ведь ничего ещё не произошло.

Она прошла мимо мужчины, и он не отстранился, словно нарочно подставился, чтобы она скользнула по нему плечом. Но ничего сексуального в этом не было, походило на то, как прикладывают банковскую карту к считывателю. Странно и неприятно. Она отдёрнула руку, но мужчина отстранился быстрее, разочарование и досада мелькнули на лице. Воздух потрескивал в комнате. Один Денис всё еще пребывал в мире собственного раздражения, наверняка приняв враньё за чистую монету и проклиная её испачканные ладони.

Нэт вышла из гостиной и прикрыла дверь, одновременно стараясь пригладить плети нервов, которые изрядно раздербанились, пока усердно хлестали по внутренней стороне кожи.

Ужас. Надо взять себя в руки. Что такое, в конце концов?!

За дверью она чуть задержалась, прислушиваясь.

- Давно работаете вместе? - голос мистера Гана.

- Блин, кажется, что вечность, потому что она бестолковая, вечно у неё что-то приключается. Где-то она витает, в своих сферах. То «микроволновку» не выключит, то свет забудет погасить, теперь вот вляпалась в какое-то дерьмо... нашла где-то! …простите.

Нэт закатила глаза: Ден в своём репертуаре. Вот ведь мелочный говнюк, у него язык - что помело!

- Кажется, вы близки?

- Были женаты.

- Неужели? - в голосе мужчины прозвучало неприкрытое сомнение. - В любом случае, я опечален. Она - очень красивая женщина. Украшение для любого мужчины. К сожалению, уже не ваше.

Денис неуверенно хохотнул, а Нэт фыркнула про себя: еще один шовинист выискался... хотя-я, вот и пусть Денис знает, что почём, предатель и сноб! Будь она чуть моложе, возможно сказала бы даже "бе-бе-бе"!

Нэт потопталась на месте, пытаясь выкинуть из головы глупости и подумать о следующем шаге: коль подача всё еще за ней, инициативу упускать нельзя. Надо убираться. Без лишних разговоров. Выйти, дать Денису закончить с проверкой и расчетом - и к двери.

Она постучала каблучком по паркету.

А это что ещё такое?

Она приподняла ногу. Тёмно-малиновое пятно на светлом дереве пола. Нэт провела по нему подошвой - и мазок расползся за туфлей. Свежий. Еще даже не подсох.

Она присела, поддернув белые брюки, и вгляделась в пятно. Ну очень странное чувство. Как будто хочется верить, что ничего неприятного не произошло, но не получается...

Поднявшись, она сделала пару шагов дальше по коридору, к приоткрытой двери. За порогом расплывалось еще одно пятно. И дверь вдруг словно выросла в размерах, ощерилась зубами приподнявшихся щепок, заскрипела… хотя не сдвинулась и на миллиметр. Сердце уменьшилось до размеров шарика для пинг-понга и потянуло артерии и вены.

- Чёрт. Нет. Чёрт!

Она не стала открывать дверь.

Плохо, всё плохо. Надо уходить. В доме не мистер Ган. А, дьявол! Во что они вляпались?!

...Стёкла в гостиной разлетелись с оглушающим звоном, дверь, разделявшая её и мужчин, словно взорвалась, а мелкие щепки, подобно острой шрапнели, брызнули в лицо.

- Денис!!!

Ден навалился на неё - их обоих будто ударной волной втолкнуло в соседнюю комнату и бросило на пол. В полном смятении Нэт обшарила взглядом вокруг. Они упали за диванчики, окружавшие журнальный столик. А на диванчиках сидели трупы. Несколько человек в разномастной одежде. Судя по лицам - китайцы. Глаза закрыты. Рты открыты. Из некоторых бегут струйки крови. Взгляд Нэт, как прибитый, упёрся в горло одного из мертвецов. Вспорото. Трахея торчала из кровавой борозды белёсой трубкой.

Комната ужасов въелась в глаза мощной вспышкой. Ноги отнялись.

Денис выругался, не поднимая головы и прикрывая затылок руками, хотя откляченный зад торчал выше кушетки, за которой он примостился.

- Тихо, тихо... - Рядом материализовался липовый хозяин дома, и Нэт отпрянула. - У нас тут еще гости. Ждёте?

- Вы… с ума сошли?

- Я? Нет. Неожиданный вопрос. Давайте тогда перейдём сразу к делу. Видит бог, не люблю все эти мелодраматические недопонимания с недоразумениями, но вы своими выкрутасами не оставляете шанса поговорить вежливо. Надумаете здесь колдовать: я вам шею, как курице, сверну. Ясно?

- Чего?!

Мужчина припал к ней, накрывая телом, а новая автоматная очередь расколола дом звоном бьющегося стекла и треском дорогого дерева. Нэт разбиралась в оружии плохо, но звук стрельбы не спутала бы ни с чем. Гостиную разносили в щепки.

- Какая вам выгода от смерти моего брата? Отвечайте, пока интересуюсь и не выставляю вас в качестве мишени.

Еще одна очередь вдарила теперь по стёклам их укрытия, но здесь окна оказались меньше, поэтому большинство пуль засело в дереве стен. Хрустальный дождь пролился на ковёр в комнате. Несколько секунд тишины заполнились звуком ленивого падения остатков стёкол из верхней рамы.

Затем - грубый окрик снаружи. Кричали на китайском, но иногда прорывалась и знакомая речь, из которой выхватывались целые фразы: «баба жива должна быть!» «Но там же один из братьев! Мастер который.» «У него здесь силы нет. Кончай его! Бабу берите!»

- Что это ваще?! - визгливо прошептал Денис.

- Теперь и я хотел бы знать... - проговорил фальшивый мистер Ган. - Задницу опустите!

Он хлопнул Дена ладонью по ягодице, и шлепок вышел таким звонким и радостным, что даже неловко стало за несерьёзность задницы бывшего в такой устрашающей ситуации.

- Кто эти люди? - прошептала Нэт.

Мужчина снова взглянул на неё.

- То есть хотите сказать – они не на выручку к вам пришли? Поверьте, я склонен к подозрению больше, чем к доверию. Заканчивайте уже. И отвечайте на мой вопрос.

- Да что, боже мой?! Меня обокрали. Денег хотела подзаработать. Удачная сделка, крупный трансфер…

Мужчина досадливо поморщился.

- Вы решили до конца в бирюльки играть, да?

На улице перекрикивались люди, окружали огромный дом и перекрывали возможные выходы. Сложно было думать о чём-то другом, поэтому смысл в вопросах незнакомца почти не улавливался. Накатила усталость и раздражение: это он виноват! Хотелось проорать, что он - чокнутый придурок и пусть катится ко всем чертям... но... Что делать дальше?

- Кто ваш брат? - невольно произнесли губы, только воздух всколыхнули, но мужчина словно взорвался пламенем.

Он надавил на плечи, повалил на пол.

- От вас пахнет ядом. Он был во мне. Это вы - шавка Крега. Поэтому предупреждаю: я вас с лица земли сотру, если приблизитесь к брату, чего бы вы ни хотели.

- Я... нет, я...

Нэт ошарашено взирала на лицо мужчины, а перед глазами плыло. Он «выкал», но от этого становилось только страшнее - формальность общения словно обезличивала её. Она превращалась в ничто и подвергалась смертельной опасности прямо сейчас. Он был необыкновенно сильный, тяжёлый, грубый. И вдруг остановился, замер над ней...

- Эй, ты, говнюк! - вмешался Денис. - Отпусти её!

Денис подполз на карачках и грубо толкнул "мистера Гана" в плечо. В руке у мужчины материализовался и блеснул нож, кривой и острый, как здоровенный коготь.

Какая-то резкая команда раздалась с улицы – и дом сотрясся от топота ворвавшихся людей, но Нэт словно перенеслась в фантасмагорический сон, где один кошмар наползал на второй.

- Боже, нет!

Нэт, судорожно отталкиваясь пятками от пола, отстранилась от незнакомца с ножом и как-то криво, нелепо и абсолютно по-дурацки, загородила Дениса. Слабая попытка отстоять возможность быть рядом с человеком, что был привычен и когда-то дорог, и сейчас олицетворял ту соломинку старого мира, за которую она судорожно ухватилась.

Коридор за дверью, как труба, наполнился гулкими шагами. Еще секунда...

Мужчина цыкнул сквозь зубы и, взвившись, с низкого молниеносного разворота загвоздил ногой Денису в висок. Ден рухнул, как подкошенный. Казалось, мир рассыпался, и приходилось видеть нечто, что никогда бы не хотелось видеть. Мужчина грубо развернул её к себе спиной, провел ладонью по глазам и зажал рот и нос.

- Пожалуйста... - прохныкала она, хотя сама не ведала, о чём умоляла.

- Не дышать! - отрезал он.

Её подбросило, погрузило в жаркий и душный кокон, в котором мужчина прижимался к ней со спины. Успела услышать оглушающие выстрелы, до того, как ощутить удар в спину… через чужое тело.

Через миг рука отпустила лицо.

...Лес. Вокруг шумели сосны, макушки их гладило солнце, хоть и не такое ярко-утреннее, как некоторое время назад, когда они приехали на злосчастную дачу. Денис лежал без сознания, и трава нависала над ним пологом.

- Господи боже мой! где мы? что это?! Да что ж такое?..

Нэт лихорадочно осмотрела себя.

Брюки чуть измазаны травой... и о чём она думает? на рукаве - красное пятно...

Нэт судорожно оглянулась. Позади лежал мужчина. Ладонь всё еще сжимала нож, а с плеча по рукаву рубашки струилась кровь. Травинки покачивались под ударами капель.

- Да что ж такое-то… - ещё раз повторила Нэт и прикрыла рот ладонью.

В кармане брюк у незнакомца громыхнули аккорды телефонного рингтона - что-то очень зубодробительное и тяжёлое. Нэт, трясясь и не помня себя от подавленности, всё-таки протянула руку и достала телефон, который будто даже подпрыгивал в ладони от нетерпения.

На дисплее высветилась короткая надпись: "Брат".

ГЛАВА 10. Автор: Anna Bernal

По внезапно возникшему чувству тревоги Нех понял, что у брата проблемы. Старший всегда чувствовал боль младшего, именно физическую боль, но других неординарных способностей у себя не находил.

Нех оделся и собрал "тревожный чемодан" с медикаментами. При этом он не переставал набирать номер брата, но автоответчик с занудным постоянством предлагал перезвонить позднее. Пеленгатор также не показывал местонахождение Тая. Неизвестность и бездействие удручали, и Нех задумчиво мерил секунды звуками шагов по мраморному полу, понимая, что упускает драгоценное время.

Наконец-то в трубке послышались долгожданные гудки. Время… как долго он не отвечает! Вслух, словно озвучив требование, Нех произнес:

- Тай!

Молчание вызываемого абонента приводило в ярость.

На другом конце неожиданно прозвучало женское «Да?». Нех было решил, что это очередная подружка Тая, но взволнованный голос девушки оправдывал скорее тревожные предчувствия, а не романтические.

- Что с ним? – резко спросил Нех, стремительно направляясь к выходу.

Девушка помолчала какое-то время, будто раздумывая, затем сообщила, что владелец телефона ранен. Глядя на пеленгатор, который теперь «видел» Тая, Нех отдал приказ не сходить с места и прижать рану, а сам, досадуя, что брат «высадился» на этот раз в такой непролазной глуши, дал по газам.


* * *

Инстинкты Нэт отчаянно искали выход из создавшейся ситуации. Она еще раз огляделась и не увидела вокруг ничего, кроме странных симметричных посадок елей с одинаковыми стволами, словно выверенными по линейке. Прислушалась – полная тишина, даже птиц не слышно, не говоря про гул машин или голоса людей. Она ощущала себя так, словно залпом выпила полстакана водки: будто ей, одурманенной, показывали какие-то мудрёные фокусы со сменой декораций, и она уже не могла сообразить, где была минуту назад и что там делала. После некоторых раздумий, Нэт решила дождаться того, с кем говорила по телефону, логично предположив, что брат – не пустое слово.

После принятого решения девушка осмотрела раненого. Она и раньше отметила красоту мужчины и его ладность, но теперь было время и возможность вглядеться лучше. Волосы мягкой иссиня-обсидиановой волной закрывали половину лица, и словно их продолжением стала чёрная, чётко очерченная бровь с эффектным заломом у виска, под которой на щёку изящным полукругом отбрасывали тень длинные ресницы. И если сначала черты его показались резковатыми, острыми, хищными, то теперь колючесть словно разгладилась и линии переливались друг в друга мягко, но не хрупко. Почти мёртвый сон изгнал из лица излишнюю темноту, и умиротворение явилось тем бликом на поверхности дорогого фарфора, по которому и выявляют его чистоту.

Нэт аккуратно склонилась к его груди и ощутила слабое сердцебиение. Жив. Разорвав окровавленный рукав, она уставилась на темную кровоточащую дыру с воспаленными краями. Рвать свою одежду для перевязки показалось глупым, да и что рвать – брюки? шелковую блузку? Еще чего! Недолго думая, она просто прижала рану ладонями, но не избавилась от ощущения, что вместе с кровью мужчину покидает жизнь.

Прошло слишком много времени. Руки и ноги затекли. От усталости Нэт зажмурилась и тряхнула головой, отгоняя сон. Сон? Пальцы с идеальным маникюром - все в крови. Кровь запеклась и потемнела, склеив ладони с телом раненого. Она перестала его бояться в тот момент, когда начала любоваться им, а сейчас, когда она почти потеряла связь с реальностью из-за полубессознательного состояния, он виделся ей мифическим существом - русалом, и она одна, в лесу, как главная героиня красивой, но страшной истории, спасает сказочного красавца от гибели. Нэт улыбнулась. Иногда в голову приходили совершенно неожиданные фантазии в самый неподходящий момент. Одна? Она только сейчас поняла, что совершенно забыла о Денисе. И это выдернуло из иллюзий.

Полную тишину нарушил звук подъезжающего автомобиля. Через пару минут Нэт увидела свет фар за широкими стволами деревьев. На машине сюда не подъехать - и она издалека наблюдала за человеком, который спешил к ним. Нет, не к ним - к своему брату.

Нэт смотрела на того, кого должна была видеть первый раз, но… определенно знала его! Подошедший мельком взглянул на нее, и, открыв чемодан, занялся раненым. Девушка села, вытянув затекшие ноги, и вытерла ладони о шелковую зелень.

Нех… Нех?! Это правда он?! Пользуясь тем, что он не обращает на нее внимания, Нэт следила за его сосредоточенным лицом, за манипуляциями ловких рук и пыталась разглядеть в нем образ того молодого человека, которого видела в Залесье у Анайрэ. Чтобы убедиться, нужно было увидеть татуировку…

Когда извлеченная пуля звякнула о стеклянную емкость, голова Нэт закружилась, и в ушах зазвенело. Наложив швы, Нех прослушал сердцебиение раненого и приблизился к Нэт. Решительно взяв ее руку, провел ладонью вверх от запястья к сгибу и крепко сжал. Не ожидая романтических притязаний посреди травы, утопающей в крови, девушка даже не подумала отдернуть руку. Под стук сбившегося сердца, она услышала:

- Помоги ему. - Нех смотрел на ее руку, точнее - на вену. - Сейчас он не сможет справиться сам, слишком большая потеря крови, ты - единственный выход.

Это звучало скорее как факт, а не просьба. Нэт приоткрыла губы в желании возразить и слабо попыталась высвободиться, но… промолчала. Женское любопытство? Растерянность или досада? Досада! Как глупо! С чего вдруг она решила, что нравится ему?

Нех затянул жгутом ее руку выше локтя, и, глядя в глаза, поднес к губам тонкое запястье.

- Это вместо обезболивающего, - улыбнулся он и легко ввел иглу в упругую вену.

Нэт смотрела, как темная кровь заполняет полость шприца и не могла вымолвить ни слова. Жгут перекочевал на руку «русала», а кровь из шприца – в его вену.

Здесь все с ума посходили? Или это ритуал такой?

Нэт решила подождать с выводами, задумчиво прикоснувшись к запястью. И все-таки она ему нравится. Или она ожидает чего-то, сама не зная чего.

В скором времени лицо раненого приобрело естественный цвет, а с лица Неха спало напряжение. Мужчина сел на траву рядом с девушкой.

- Спасибо, - спокойно произнес он, бросив взгляд на ее перепачканные руки.

Смочив водой марлевые салфетки, он принялся вытирать кровь с ее ладоней. Нэт с удивлением наблюдала, как раненый очнулся, словно проснувшись после долгого сна, медленно сел и огляделся, довольно бодро заметив:

- Вот хотел тебя раз в жизни о чем-то попросить, а ты уже все сделал! Скукота с тобой! – за что получил толчок в плечо.

Еще какое-то время они отдыхали, затем раненный мужчина, словно и не умирал только что, разулся и с видимым удовольствием прошелся босиком по траве. Нех привел Дениса в чувство, а его брат, сделав круг по поляне, направился к деревьям. Прикасаясь к стволам, он что-то тихо говорил.

Поставив Дэнни на ноги, Нех подал девушке руку:

- Не обращай внимания, он любит разговаривать с деревьями. Похоже, встретил друга детства, и разговор будет долгий. Идем, дождемся его в машине.

Не выпуская руки Нэт, он взял чемодан, и они направились к оставленному за деревьями автомобилю.

В машине мужчины не разговаривали, но не было похоже, что пару часов назад сердце одного из них почти не билось. Напротив, он был бодр и негромко напевал:

- Разбежавшись прыг-ну со скалы,

вот я был, и вот меня не ста-ло.

и когда об э-том вдруг узнаешь ты,

тогда поймешь, кого ты по-те-ряла!

А Нэт испытывала чувство неловкости за Дена, которого мутило всю дорогу. На просьбу остановить машину Нех, не глядя, только протянул пару пакетов. От пакетов Денис категорически отказался, так что Нэт осталось только успокаивать его взглядом и умолять потерпеть еще немного.


* * *

Нех остановил машину у подъезда. Большой загородный дом в несколько этажей, где будет комфортно, но никто не подумает искать их здесь.

Денис с трудом выбрался из машины и его тут же стошнило. Уперев руки в капот, он боялся оторвать их от опоры и потерять равновесие. Нех пошел вперед, галантно предложив руку даме, Тай же менее церемонно подпихнул мужчину к входу.

Там их встретила Изольда Павлиновна. Тай, продолжая напевать уже другую песню, ушёл в ванную, а Нех внимательно посмотрел на девушку. Несколько коробило, что грязная одежда и испорченный макияж диссонировали с её красотой, поэтому Нех произнёс:

- Изольда Павлиновна, прошу вас.

Домработница смерила Нэт цепким взглядом с головы до пят, позвонила куда-то и принялась диктовать список вещей и предметов первой необходимости так, словно подобные девицы, перепачканные кровью, приходили сюда ежедневно.

Нех распорядился отнести вещи для Нэт в свою спальню, а Денису предоставить гостевую комнату и банный халат. По потрёпанному и уставшему виду «гостей» было понятно, что на побег не было ни сил, ни желания.

Затем Нех осмотрел уже зарубцевавшуюся рану на плече брата и снял швы. Тай привычно развалился на диване:

- Ты же знаешь, я сам восстановлюсь, и следа не останется, в отличие от некоторых. Так что твое беспокойство совершенно излишне.

- Не излишне. Ты слишком растрачиваешься, и это плохо кончится когда-нибудь. Этой ночью я все же присмотрю за тобой.

Нех встал и зашторил тяжелые портьеры.

- Ммм, - лукаво протянул Тай, - присмотришь, чтобы со мной не сотворили нечто ужасное? Или чтобы я не сотворил с кем-то нечто ужасное?

- Придумай ответ сам, пока я не начал разговор как раз об этом, - ответил Нех. - Ты слишком беспечен, а если бы пуля попала в…

- Не попала бы! Давай спать, башка уже трещит от твоих замечаний.

Тай повернулся лицом к стене и моментально уснул.


***

Нех поднимается в квартиру вместе с Нэт. Запирает дверь изнутри, оставляет ключ в замке - и тяжелая связка ключей, издавая металлический звон, медленно раскачивается на толстом кольце. Он хочет взять девушку на руки и отнести в постель, но жадно сжимая ее тело прямо тут, в прихожей, не в состоянии вспомнить, в каком направлении спальня и где там кровать. Дикое желание и сильные отчетливые удары сердца. Он мысленно твердит себе, что слишком сильно стискивает в кулак ее волосы на затылке, заставляя чуть откинуть голову назад… но нет сил быть нежным. Страстный поцелуй. Он твердит себе, что, наверное, если прижмётся к ней еще сильнее, то раздавит её хрупкое тело о стену и тут же даёт беззвучную клятву купить ей сто новых блузок, взамен порванной. Узкая юбка на её бёдрах тоже расползается по швам. И юбок… он купит и юбок. С треском ткани он резко задирает ей подол...

- Что, кошмар приснился? – прозвучал сбоку голос Тая.

- Нет.

Нех перевернулся на живот и уткнулся лицом в подушку.

- Три к двум, - произнес Тай, глядя в потолок, и повторил совершенно серьезно: - Три к двум. Ты ведь сейчас думаешь о том, чтобы спасти ее? Смешай ее кровь с кровью любой другой жертвы в данной пропорции, и полученный состав приобретет все необходимые свойства. Группа крови жертвы должна совпадать с ее группой. Всесильный подвоха точно не заметит. Правда, женщина подошла бы больше, но попробуй этого, - Тай кивнул в направлении гостевой комнаты, где спал Денис.

- Нет времени на поиски новой жертвы, посажу его на гормоны. - Нех смотрел брату прямо в глаза. - Тебе всегда известно, о чем я думаю?

- Делать мне нечего – тратить энергию на разгадку твоих мыслей, - равнодушно ответил Тай, пожав плечами. – Но я не люблю сюрпризов. Так что делай так, как сказал, а я буду в курсе, за что нам потом, возможно, вломят по первое число.


***

Нех вручил Изольде Павлиновне белоснежный конверт с деньгами и запер за ней дверь. На обеденном столе под сверкающей стальной крышкой дымились пельмени, напоминающие большие белые цветы – новое блюдо, о котором Тай поведал домработнице. Из своих путешествий он часто подкидывал ей кулинарные идеи, которые та воплощала с присущим ей рвением.

Нех раздраженно посмотрел на Дениса. Не дожидаясь приглашения, он крутился у стола и нелепо путался в полах халата. Тай, как истинный маг, повертел над блюдом перечную «мельницу» с таким видом, будто выполнял колдовской ритуал, но когда черный мелкий снег, выпавший на белые цветы, наполнил столовую приятным ароматом – это было, и правда, похоже на волшебство. Денис - как выяснилось, бывший муж Нэт - кинулся на еду, как голодный пес. Нэт же, в отличие от своего спутника, вела себя сдержанно. Новая одежда была ей к лицу, красоту глаз подчеркивали аккуратный макияж и любопытство.

- Я уже говорил, что нужно подправить татуировку, - сказал Тай. - Это снимет головную боль на какое-то время.

- Не нужно, найду другой выход, - ответил Нех.

В этот момент Денис достал портсигар с изображением паука, и Нех, заметив, как изменилось лицо брата, стукнул кулаком по столу, отчего пельмень соскочил с вилки Дениса, плюхнулся на дубовый стол, проехался по нему, с легким шлепком упал на черный мрамор и, как улитка, оставил после себя влажный след.

- Убери и не смей доставать! И вообще считай, что завязал!

Нех взглянул на девушку, которая замерла с выражением испуга и удивления на лице, видимо поражённая его внезапной вспышкой ярости, поэтому, понизив тон, закончил:

- Давайте есть.


***

Следующие несколько дней утомили Нэт однообразием. Она избегала общества Изольды Павлиновны, а с Денисом почти не говорила – его характер сделался совершенно невыносимым. В библиотеке было много книг, можно было скоротать время за чтением неизвестных авторов и разглядыванием картинок с диковинными растениями и животными в энциклопедиях. Выходить из дома не разрешалось.

Сегодня утром оба брата вошли в комнату Дениса. Нэт услышала короткие крики и звуки борьбы. Затем наступила тишина.

Происходило что-то нехорошее, но что?

Она посмотрела на себя в зеркало, раздумывая о том, что ей определенно идет эта шелковая блузка, что она слишком молода и хороша собой, чтобы… умереть...

Через пару часов к ней вошел Нех и поставил на тумбочку у кровати какую-то емкость. Снова этот жгут, игла, и что-то еще. На них с Денисом ставили опыты?! Плохое предчувствие сжалось комком в горле, Нэт нахмурилась и отступила к стене, но, следуя правилу не показывать свой страх, плакать не собиралась.

- Избавь меня от необходимости в объяснениях, просто чтобы выжить, всем нужно чем-то жертвовать.

Нех подошел к ней, и мягко, но настойчиво, увлек от стены на кровать.

- Считай, что сейчас ты донор. Тебе будет плохо, потому что я возьму много, но ты справишься, а взамен выполню любое твое желание. Итак, чего бы ты хотела?

Глядя, как жгут стягивает руку, она сказала первое, что пришло в голову:

- Клубники.


***

Фрукты и ягоды здесь были большой редкостью. Нех решил не пользоваться услугами Тая и действовал через Знахаря, который, помимо прочего, сколотил состояние на контрабанде. В итоге две корзины: одна - с клубникой для Нэт, другая – с грейпфрутами для Тая, перекочевали в руки Неха за приличную сумму золотом.

Вместе с добытыми фруктами Нех вошёл в гостиную, в которой застал оживлённый разговор. А Изольда Павлиновна аккуратно, словно драгоценности, выкладывала на красивое блюдо… свежую клубнику.

ГЛАВА 11. Автор: Тайклот

Небрежность, с которой трупы развалились на диванчиках и креслах вокруг карточного столика, выглядела почему-то особенно мерзко. Дара, стараясь не смотреть на мертвецов, присела на корточки и провела ладонью над пятном крови возле софы. Окна в комнате оказались раскурочены выстрелами, но даже лесной воздух не выветривал отвратительный запах предсмертных испражнений и подсыхающих внутренностей, что вывалились кое у кого из вспоротых животов. Дыша через раз, Дара сосредоточилась на солнечных лучах и нитях крови, что поднимались с паркета к ладони. Вокруг, попадая в свет, мерцала пыль, которую Крег Рифтус взбивал с ковра тяжёлыми военными ботинками. Уже пятнадцать минут - с момента прихода Дары - он беспрерывно тёрся возле неё, топтал кровь и нелицеприятно комментировал всё, что видел. Дара бросила на него взгляд и раздражённо поморщилась. Даже не будучи ханжой, она едва переносила поток его ругани. Дело усугублялось тем, что Крег заикался. Причём заикался именно на скабрезностях. В непоколебимой уверенности, что настоящие мужики должны ежеминутно сталкиваться с трудностями и доблестно преодолевать их, он испытывал себя и собеседников на прочность - то есть матерился и заикался постоянно.

- Да что ж это за ё-ё-ёпа-мара-то, а?!

Крег пнул по ступне одного из трупов. Мертвец, как при жизни, так и после смерти, спокойно перенёс хамское обращение. Конечно, никакого уважения к убитым Крег не испытывал. Расходный материал. Ничего удивительно, что при таком отношении к людям Крег Рифтус быстро освоился в чужом мире. Сам из богатого знатного рода, он заскучал в благодати не пойми как доставшихся фамильных денег и сбежал при помощи магов в параллельный мир. Предприимчивый, энергичный и амбициозный, он моментально сколотил вооружённую группировку, подгрёб под себя половину Пекина, потом перебрался в места потише вместе со своими людьми и творил, что в голову взбредёт. И это притом, что он – рослый, бугроватый, рыжий, с водянисто-неопределённым цветом глаз – совершенно не походил внешностью на людей, к которым втёрся.

Теперь же, вспомнив о своём положении сынка знатной фамилии и выгоде, что оно сулило, он и в хвост и в гриву использовал своих и местных головорезов, чтобы пробиться к Небесной Принцессе и, что важнее, к трону Небесной Империи.

- Где эта баба?! Что, опять упустили?! – орал он на Цзень Чаня, свою «правую руку», - скуластого, необычно рослого китайца, который спокойно выслушивал браваду у дверей, шевелил челюстями, покрытыми неровной щетиной, и неспешно, как корова, что-то пережёвывал. Взгляд его был устремлён в себя. Скорее всего, жевал он собственный язык, так как сказать в оправдание было нечего.

Дара усмехнулась. Они придумали целый план: своровали деньги с карты, подсунули липовую сделку, устроили засаду, в которую заманили беззащитную женщину, а в итоге что? добыча – тю-тю, а пятеро ребят сейчас сидят в расслабленных позах, вытянув ноги, и уже ни о чём не беспокоятся в этой жизни.

- Мастер, будь он неладен, - буркнул наконец Цзень. - Как-то пронюхал про это место.

- Мастер? Какой он тебе к х-х-хренам Мастер? Что ты смыслишь-то в этом, до-дол-долб…

Крег схватился дрожащими пальцами за виски, подержал так, словно боясь, что голова вот-вот развалится надвое, потом пригладил торчащие, как ворс туалетного ёршика, волосы возле красных ушей.

- Я эту тварь за яйца подвешу и заставлю с-с-срать на себя сверху вниз! Как он узнал об этом месте, м-м-мать вашу? Как узнал о подставной сделке? Как эта м-м-мразь пролезла сюда?!

- Босс, нууу… Он же Мастер.

Крег сплюнул без слюны и, распихивая ноги сползших с сидушек мертвых подчинённых, подошёл к двери и кривым от напряжения пальцем потыкал Цзеня в глаз. Если следовало что-то кому-то втолковать, то в ход всегда шёл этот приём. Дара списывала его на замаскированный фетиш, так как стремление выдавить собеседнику глазное яблоко в процессе беседы казалось очевидным. Вот и теперь с каждым нажатием он выплёвывал слова:

- Я должен получить эту девку. Кости мы достали вторыми. Кровь этой шалавы - единственный шанс обставить Ди. Если я опережу этого г-говнюка и его д-д-долбанных псов-братьев Моринехтар, то х-х-хрен ему, а не трон. И вы у меня кровью все б-б-блевать будете, если не увижу её сегодня. П-п-пля, отправляйтесь за той г-г-гнидой, Мастером этим. Делайте что хотите, ж-ж-жопы порвите, а достаньте!

Когда палец в очередной раз нацелился в глаз, Цзянь молча достал из нагрудного кармана камуфляжной куртки большие солнцезащитные очки и нацепил на плоский нос. Крег замер на секунду, смотря на отражение в чёрных кругляшах, затем щелкнул ногтем по стеклу и развернулся на пятках.

- Так, ладно, - вдруг махнул рукой он, снизив тон. - Т-т-твою мать, и что вы здесь устроили? Весь дом р-р-расхреначили, стрелки г-г-грёбанные!

Дара отпустила кровь - невидимые струны, тянущиеся к ней, оборвались и словно звякнули, но никто, кроме неё, не услышал. Здесь всё ясно. Вот этого малого Тай поймал в коридоре, когда тот выходил из сортира и поправлял мошонку в штанах. Перерезал глотку одним движением. Керамбитом, конечно, это его оружие, Дара уж знала. Мастер. Это он.

– Отвратно, - протянула Дара. - Ругаешься, как неудачник. Вроде, на место Небесного метишь, как там-то разговаривать будешь?

- А я там с тобой, с-с-стерва, вообще не буду разговаривать. Читай кровь давай!

- Да что тут читать? Это Мастер. И не ори, ты мне пока не хозяин. Послать бы тебя вообще. Ты мне обещал Тая достать, так чуть Неха не завалил, умник! Разницы не видишь?

- А то они - не одно д-д-дерьмо!

Крег раздражённо поиграл желваками, оскалился крепкими зубами, цыкнул и проговорил:

- Делай, давай, портал. Надо дожимать.

- Думаешь догнать его? Я понятия не имею, где он теперь прячется. Нех не раскалывается, и - по твоей милости! - с квартиры съехал. Где братья теперь – ищи-свищи. Считаешь, твои ребята ТАМ смогут взять за жабры Мастера?

Дара невольно закатила глаза, хотя знала, как это раздражает Крега.

- Надо вытащить этого у-у-ублюдка сюда?

- Вот именно.

- П-п-пля.

- Ну… согласна, - Дара пожала одним плечом. Потом прошлась по комнате еще раз, хотя толку от этого было мало - едва ли увидит больше, чем уже видела. Но… Она замерла и резко пригнулась за спинкой одного из диванчиков, где край ковра торчал из-под ножки, а на ворсе, как роса на траве, поблёскивала пара малиновых капель. Дара вздрогнула - внутренности окатило электрической волной – дотронулась до сверкающих жидких рубинов и подняла пальцы к глазам…

- Это его кровь… Вы подстрелили его?

Она вскочила и провела раскрытыми ладонями перед собой. Воздух загустел, вращаясь, превратился в колесо, внутри которого разорвалась реальность. По ту сторону проявилась поляна, окружённая высоченными соснами и елями, а садящееся солнце облило макушки деревьев оранжевой краской.

- Туда.

Дару потряхивало. Наконец она увидит его. Мастера. Мужчину, которого хотела. Которого ненавидела. В груди защемило от пронзительной боли, сердце словно пару ударов пропустило, обливаясь истомой, и одновременно сжалось от презрения к себе. Адреналин ворвался в кровь почти смертельной дозой, так что на висках выступила холодная испарина.

- Идём. Или сейчас – или мимо. Я не умею разговаривать с вещами, только с кровью. Если там не будет его крови, то...

-Заткнись. Живо давай в эту дыру.

Крег переступил край кольца, прищурился, закрыл нос рукавом. Волосы обратились в пепел мгновенно, кожа вспыхнула и оплыла с лица, кости обуглились, выплывшие глаза зашипели на углях щёк - мужчина сгорел в одну секунду… а потом проявился на другой стороне. Дара последовала за ним, задержала дыхание и ощутила миг смерти, который стал бы вечностью, если вдохнуть здешний жар разгневанного мироздания и застрять в кольце навсегда.

Вслед за ней попрыгали проверенные ребята, уже привыкшие к подобному колдовству.

Ельник, редкие сосны вокруг. Лесопосадки. Возможно, жильё или дороги недалеко, но всё-таки - глушь. Мастер знал, что оставил кровь, а значит - нельзя «уходить» домой или в подобные, раскрывающие его, места. Поэтому, даже раненый, выбросил себя в какую-то глухомань.

Кровь поблёскивающими нитями тянулась с пальцев куда-то в траву.

Да. Здесь была его кровь. Дара припала к земле.

- Проклятье!

- Чего там за х-х-хрень?

Крег нацепил тёмные очки, словно вечернее солнце ну невозможно как слепило. На самом деле наверняка пытался скрыть раздражение и досаду. Он, должно быть, думал, что придёт да и возьмёт подстреленного Мастера прям тут. Подвесит на сосне и… что там у него было в фантазиях? Что-то фекальное…

Кто-то позаботился о крови. Чёрт, кто-то знающий. Либо сам Мастер, либо… Траву облили не отбеливателем и даже, на худой конец, не средством для мытья посуды. Это помешало бы лишь лаборантам, пытающимся провести исследования по крови. Нет. Траву обильно залили простой водой. Дара в ярости зарычала. Всё равно ей было на отбеливатель и на прочие мёртвые химические препараты. Но вода несла в себе информацию, ведь была живой. И напрочь стирала нужные следы - заглушала искомую волну, как помехи на радио заглушали чистый звук.

Дара опустилась на колени, яростно шаря по примятой траве ладонями. Холодно, скользко, грязь налипла на пальцы, иголки попали под ногти.

- Чтоб тебя… - проскулила она и села на землю, прикрыв запястьями глаза. – Тварь…

- Всё, jiéshù? – уже спокойно произнёс Крег, больше констатируя, чем спрашивая. Шлёпнул какую-то мошку на рыжей щеке и махнул ребятам. – Разворачиваемся…

Дара не смотрела, как все возвращались в чужой мир. Только через некоторое время, после борьбы с собой, в которой измучилась нескончаемо, она медленно опустила руку и провела ладонью по траве. Сквозь яркие, мокрые - даже на ментальную ощупь - вспышки, передающие запах тины, темноту илистого дна, серебристый блеск проплывшей мимо рыбины… она почувствовала Тая. Смутно, едва веря себе, что не ошиблась, она слушала его кровь. Вбирала его жар. Через холод речного дна он поднимался по руке, горячил шею, а потом душной волной скатывался к груди, так что коже становилось больно. Дара глубоко вздохнула и подтянула колени к животу. Внутри тугими, жёсткими верёвками ползло вожделение и болезненно скручивало мышцы на внутренней стороне бедер.

Проклиная себя, она поднесла окровавленные пальцы к лицу и провела по коже.

Она заставит его. Заставит, заставит прийти к ней. Но сейчас – хотя бы так, через кровь...

Дара ахнула. Увидела. Но совсем не то… Воспоминания. Её воспоминания. Пришедшие с этой кровью – они оказались яркими и болезненными. Потому что в венах Тая была и её кровь. И сейчас она увидела себя. Три года прошло – но не стёрлось ничего…

ГЛАВА 12. Автор: Тайклот

… - Кара… Кара…

Дара помнила, как тогда, три года назад, в изнеможении сидела на полу и раскачивалась из стороны в сторону. Как обхватывала себя руками, прижимала колени к груди и пыталась собраться воедино хотя бы так, физически, когда сердце разрывалось от боли и страха, что раньше испытывать не доводилось.

Кара ушла в другой мир, пытаясь в очередной раз что-то достать для Принцессы, пропала там, и впервые Дара не смогла найти её след. Кара не делилась, не намекала, не желала даже вскользь упоминать об истинной цели своих вылазок. Но Дара следила тайно, старалась, как могла, привязаться по крови, прощупать путь. Чужой секрет был не нужен – нет! - просто хотелось, чтобы сестра оставалась живой и невредимой, ведь только дьявол знал, чем ей грозила публично раскрытая связь с Принцессой.

Несколько дней подряд Дара чувствовала боль, и это означало лишь одно – Кара страдала. Её кровь, что всегда была у Дары в кулоне-бутылочке, теперь пенилась. Кара умирала. И не было способа её спасти, Дара просто не знала его, не понимала – КАК. Всё это время она бесполезным комком провалялась на кровати в покоях, где Кара и Принцесса иногда встречались, дрожащими ладонями водила по простыне, по подушкам, гладила прикроватные столбики, касалась пальцами тяжёлого, бархатного балдахина.

Всё в бордовых тонах. Тесно. Жарко. Этот цвет угнетает, он похож на траурные ленты. Свечи вместо электричества. Запах воска. Зашторенные портьеры, напрочь отрезавшие свет от этой юдоли мрака. День сейчас или ночь. Неважно.

Так душно.

Принцесса хранила молчание, словно ей было безразлично. И когда Дара уже почти погибла в плену агонии и красных могильных тряпок, ей прошептали на ухо только одно имя – Нех Моринехтар. Она даже не стала дожидаться контракта на сделку и через доверенных людей сразу отдала все деньги тому, кто мог помочь. Призрачная надежда, последняя соломинка, за которую она ухватилась, оставшись сгорать в яростном огне отчаянья и неизвестности.

- Кара… - прошептала Дара. – Только не умирай, только не умирай. Ты же боец, ты же воин. Я знаю, знаю это! И ты знаешь!

Злость на сестру, подвергшую Дару страданиям из-за нелепых прихотей Принцессы, заглушала порой даже горе. Но когда боль за неё стала столь невыносимой, что потянула сердце прямо через горло, возле закрытых дверей воздух замерцал, задрожал маревом, загустел, как прозрачный кисель, и завертелся огромной воронкой…

- Кара!

Дара метнулась к порталу так быстро и резко, что, казалось, все кости хрустнули. В комнату шагнул мужчина. На руках он нес сестру, обвисшую, мёртвую. Рука болталась, голова откинулась, лицо пожелтело и заострилось. Дара протянула руки, но мужчина слегка дёрнул плечом и спокойно зашагал к кровати. Положил тело поверх тёмно-красного покрывала и неожиданно аккуратно, даже с нежностью, убрал волосы с неподвижного лица.

- О, я тоже люблю красный! – вдруг произнес он. В тоне не было веселья - спокойные, будничные, хрипловатые нотки усталости. – Хотя, надо признать, в этом уютном гнёздышке просто адский декаданс...

- Моя сестра…

- С ней относительно всё в порядке.

Мужчина присел на край кровати и опёрся на отставленную за спину руку. Мысли крутились только вокруг здоровья сестры, но невозможно было не отметить, что незнакомец – рисовался. Если бы Кара действительно умирала сейчас, то мужчина едва ли бы позволил себе такое позёрство, поэтому Дара перевела дыхание и заставила себя дослушать молча.

– Ну и в глухомань же она забрела. Нашла противника не по силам, к тому же. Допрыгалась, похоже, и лежала в ядовитых цветах, сохла. Красивая смерть, между прочим. Хоть и мучительная. Яд я уговорил, так что он уже вышел. Она спит. Пусть восстанавливает силы. Неплохо бы, кстати, затушить всю эту готическую романтику и пустить воздуха побольше.

Дара, наконец, посмотрела на мужчину внимательнее, и то, что походя связалось с ранением сестры, теперь превратилось в большой вопрос - на белой рубашке незнакомца была кровь. Хотя не на рубашке даже… он весь, с головы до ботинок...

- Это…

- Нет, не кровь вашей сестры. А вы не чувствуете? Слышал, вы по крови-то спец.

Мужчина улыбнулся так открыто, что Дара замерла. В тенях и мягком свете свечей он был изящный и одновременно мужественный. Обладал такой необычной хищнической красотой, что кровавые разводы на его теле и одежде её лишь подчёркивали.

- Твоя кровь… - пробормотала Дара.

- Да, из леса, где орудует Знахарка, довольно сложно выйти невредимым. Она была очень зла за вторжение.

- На теле Кары – ни царапины, – произнесла Дара.

- Ну, где-то наверняка есть, но хорош бы я был, если дотащил до вас порубленный кусок мяса вместо сестры. Мне не за это платят.

- Ты – Нех? – вдруг озарило Дару. Ведь она так и не встретилась с таинственным исполнителем.

- Нет. Я - Тай.

- Кто такой Тай?

- Тот, кто фактически сидит у Неха на шее, - мужчина рассмеялся, а потом добавил ехидно: - А голос полон разочарования, будто знаете о Нехе что-то сногсшибательное, а вам подсунули не того.

Она непроизвольно подалась к нему и стёрла большим пальцем кровь на скуле. Он не отшатнулся, не дёрнулся, никак не выказал удивления.

- Так кто ты? – повторила она, но теперь абсолютно без иронии.

От его крови к ней переходила бьющая гейзером сила и переполняла сумасшествием, нет, безумным счастьем от возможностей, которых у неё никогда не было. Как озарение: кто-то мог дать нечто новое, научить, показать… и походя заткнуть за пояс! Это её-то, придворную магичку!

Мужчина едва заметно улыбался. Неподвижный, но одновременно изменяющийся, словно пламя. Хотелось обжечься. Хотелось сгореть в нём. Полностью. Безвозвратно. В этой силе, возможностях… в его высокомерии. Она подалась ближе. Его глаза как расплавленное олово. Чёрные ресницы. Красные капли на щеках.

- Спасибо! – выдохнула она и прикоснулась губами к его. Линия рта жёсткая, но губы – необыкновенно мягкие. Это сводило с ума еще сильнее.

Он поднялся с кровати, взял её лицо в ладони и поцеловал.

- Пожалуйста, - так же выдохнул он возле уха и усмехнулся.

В тот вечер он ушёл, но позже она заставила его вернуться. Снова и снова. Она покупала его, придумывала почти невыполнимые заказы, на которые могли решиться только эти незнакомцы. Платила немыслимые деньги, тайно продавая подарки Принцессы или попросту переплавляя золотые украшения в слитки – всё едино - лишь бы ухватиться за возможность пересечься их дорогам, что доселе не пересекались. Она проявляла чудеса изобретательности. Все задания были настоящими, и никто не мог сказать, что она страдала ерундой. Она просто страдала.

Она была жадной. Да, Дара проклинала себя за жадность, но не могла ничего поделать. Как сестра Кара жаждала внимания Принцессы, её любви, её слабости, позволявшей выполнять малейшие прихоти и оставаться при этом в тени, так Дара желала найти подобную страсть, утонуть в ней, быть разрушенной более сильной волей и забыть о том, что именно она ломала тех, с кем пыталась сблизиться. Хотелось ощутить или хотя бы приблизиться на расстояние вытянутой руки к неизведанному чувству собственной покорности. Она могла многое. Она и алкала многого. А здесь – такая малость… В конце концов, выдержка исчерпалась: не в силах бороться с испепеляющей тягой, граничащей с похотью, Дара рванула туда, куда в очередной раз отправила Тая за ядом – в чужой мир, в Залесье, где до этого едва не погибла сестра.

Тени наполняли лес, голодными до чужой крови лезвиями рассекали темноту между стволами, и всё здесь превратилось в оружие, пропитанное чужой яростью - Знахарка остервенело наполняла лес магической силой и гнала чужаков, не заботясь, останутся ли те в живых. Поэтому любое движение воздуха могло оторвать голову зазевавшемуся нарушителю границы. Так полупрозрачный мерцающий хлыст разорвал воздух перед лицом Дары, как только она шагнула на чужую землю и утонула по бёдра в папоротнике. Успела только пригнуться, на остальное не хватило бы реакции, но сильные руки уже прижали Дару к стволу ближайшего дерева. Твёрдая кора в глубоких бороздах впилась в лопатки.

- Ты что здесь делаешь?! – прошипел Тай в лицо и быстро оглянулся. Клубы тёмного тумана превращали листья в лезвия. Через них он метнулся на помощь - и теперь на лице зияли порезы. – В этом мире никто не умеет колдовать, то, что происходит здесь, – аномалия, древнейшее колдовство, а ты-то какого чёрта пришла?! У меня нет силы здесь – и ты ещё на мою шею! Хочешь, чтобы чокнутая Знахарка вспорола мне брюхо веточкой берёзки?!

Тай спихнул её вниз, на корявые твёрдые и сырые корни, так что теперь Дара почти лежала. Кровь с его лица капала на её распахнутые глаза. Острый подбородок напряжён и на нём словно бликует белизна рубашки.

- И на кой ты всегда в белом? Это же неудобно.

Она до краёв наполнила голос спокойствием и усмешкой, чтобы заглушить поток пульса, что передавался от его рук к её. Запах сырой травы, содранной коры, раздавленных грибов и смертельная опасность - всё это было не тем, что сейчас волновало. Поэтому чихать она хотела на браваду.

- Тебе не нравятся понты? А мне так нравятся, - в тон ей, только еще добавив сарказма, ответил Тай и пошарил вокруг острым взглядом.

Дерево над ними шумело листвой, но ствол дрожал, будто внутри гудели провода под высоким напряжением. Тьма окутала их коконом, а вокруг бушевала разгневанная стихия, готовая обрушить на них чужую волю. Но хозяйка леса, видимо, потеряла незваных гостей из вида.

- Мне нравятся твои понты, - шепнула она и провела пальцем по кровавой ране на щеке.

Он не отстранился, но, не смотря на Дару, произнёс:

- Нех сказал, что деньги за прошлые твои сделки возвращать не будет. Но попросил избавить его от этих извращенских игр, а мне предложил попробовать отдаваться тебе за деньги напрямую. – Его голос изменился, словно Тай кому-то подражал: - «Финансовый поток не зачахнет, а траты на медицинские счета определённо упадут. Мы в шоколаде, Тай.» Так что - в корень он зрил, а? Ты хочешь меня, но методично превращаешь в фарш. Это довольно необычное ухаживание, должен признать.

Меж тем он аккуратно разворачивал вокруг себя пласты загустевшего воздуха и - не сильно размахивая руками, чтобы не выдать укрытие - разрывал тело здешнего пространства. А Дара, кажется, покраснела до корней волос. Желание немедленно стереть Тая с лица земли, как свидетеля её унижения, поглотило сокрушительной волной. Ничего не выйдет, она сломает его. Потому что мужчина будет слабым, если она понравится ему. Ничего не выйдет… ничего не выйдет…

Она отшатнулась.

- Чего шарахаешься? – На краешках губ играла ехидная улыбка. – Иди сюда.

Дара затрепыхалась под ним, пытаясь пнуть коленом в пах. Буря вокруг них выла сотней взбешённых демонов, ветки с треском падали на землю, листья-лезвия срывались с кустов и рассекали воздух быстрее звука.

- Думаешь, буду спать с тобой за деньги, как с проституткой?! – крикнула она, понимая, что дерьмо, вырвавшееся изо рта, - очередная кончина чего бы то ни было. Она его раздавит.

- Уверен, до такого не опустишься. – Последний взмах рукой. Дара вырвалась, приподнялась, но он закончил: – А еще раз назовёшь меня шлюхой - остановлю тебе сердце.

Он сжал пальцы в кулак, изобразив финал трепыхания.

Слезы выступили на глазах, ветер трепал волосы. Лесные демоны, гонимые чужой яростью, подняли гул до небес и бросились к ней, наконец, увидев в хаосе.

- Могу гнать кровь по венам и без сердца! – выкрикнула она.

- Тогда завяжу твои жилы узлом и посмотрю, как выкрутишься.

Он не шутил. В глазах был холод, который айсбергом наполз на пожар её ярости и раздавил, затушил, погасил всё, оставив только желание сломаться, отдаться, быть поверженной.

Один из духов леса ринулся к ней – и мир перед глазами потемнел. Мужчина загородил собой - и злобная сущность намоталась ему на руку. Кожа лопнула и стёрлась с мяса вмиг, словно её содрало огромной наждачкой. Кровь оросила их лица, а Тай зашипел. Но, не обращая внимания на кусок обнажённого мяса, в которое превратилось предплечье, он притянул Дару ближе, укрыл собой и шагнул в созданный портал. Она приникла к нему, схватила его лицо в ладони и впилась в губы, задержав дыхание. Бушующий лес и стая голодных сущностей остались по ту сторону, а они рухнули…

… на кожаный диван изысканного орехового цвета. Вокруг – зеркала, огромный деревянный стол-бюро, стеллажи со строгими папками и стены в светлых тонах. Тишина.

Диван холодил разгорячённую кожу и будоражил полыхающее в адреналине естество. Дара потянула Тая за собой, но он перехватил инициативу и подмял Дару под себя. Она повернула голову и посмотрела в огромное зеркало напротив. Тай упёрся ногой в пол, вторую перекинул через её бедро, прижал его, а сам изогнулся сверху. Грациозное животное, истекающее кровью, но готовое к сражению. Разворот широких плеч, мышцы спины, натянувшие ткань рубашки. Тай что-то прошептал – и грязь с кровью, словно накипь, вспенились на одежде, а потом, как пыль, выбиваемая из ковра при ударе, разметались в стороны и оставили первозданную белизну.

- Вот видишь, я вполне в состоянии поддерживать свои понты. А ты?

- Увидим.

Она смотрела, как он наклоняется. И губы… всё такие же мягкие. Тело необыкновенно гибкое, притягательное, хоть и израненное.

- На раны уйдёт больше времени… - прошептал он.

- Вот и отлично, помучаешься, - ответила она в губы и обхватила его бёдра ногами, выгнувшись навстречу.

Она жаждала прикосновения его кожи, хотела просто впитаться в него, просочиться, испытать вместе удивительную силу, текущую по его жилам, стать в нем одним из потоков. Она не просто слышала сердечный пульс в ушах, но ощущала движение сердечной мышцы. Словно бронзовое, вибрирующее полотно тамтама. Давление крови рвало жилы, кожа горела - и пока Дара не разрушилась изнутри от невозможности обладать, она отдалась ему. И одновременно взяла, узнав, наконец, каким он может быть требовательным и… нежным.

Дверь распахнулась, как только любовные ласки, хоть и не сошли до конца на нет, но утихли, - и в кабинет широкими шагами вошёл высокий мужчина в чёрном костюме. Он разговаривал по телефону, что-то втолковывая собеседнику и, как будто, не обращая внимания на пару любовников на диване. Остановился возле стола, постучал по краю костяшками пальцев, потом глянул-таки в сторону Тая и Дары и отвлёкся на миг:

- Вечер добрый! – спокойно сказал он.

Дара с вызовом вскинула подбородок, немного разозлившись на то, что Тай загородил её плечом, словно прикрывая. Думал, наверное, что ей неловко. Сестра обычно в такие моменты говорила: как мило. Даре так не казалось, но она промолчала, наверное, впервые в жизни.

Мужчина в чёрном снова отвёл телефон от уха.

- Тай, ты достал яд, который значился в контракте?

Тай усмехнулся и мотнул подбородком в сторону спортивной сумки, валявшейся возле дивана:

- Само собой.

- Отлично. Так что жду оплаты счёта по факту выполненной работы, уважаемая клиентка.

Он не удостоил Дару даже взглядом, вновь сосредоточившись на разговоре по телефону. Что-то окончательно утвердив, незнакомец забрал со стола бумаги, постучал ими по столешнице, выравнивая в аккуратную стопку, и направился к двери.

- А! - Он обернулся на пороге. – Тай, ты другого места не нашёл, кроме моего кабинета?

- Откуда уходил, туда и вернулся, - Тай пожал одним плечом.

- Это мой любимый кожаный диван, так что добавлю счёт за чистку к условленному гонорару.

- Я позабочусь. – Тай рассмеялся. – Нас тут, понимаешь, любовь застала врасплох.

- Всё понимаю, про её любовь и про твой расплох, но, нет уж, пусть платит она.

- Это почему?

- Почему? Это очевидно. Потому что я так хочу!

Дара увидела его глаза. Ореховые, с черной «короной» вокруг зрачка. Невозможно глубокие. Необыкновенно властные. И очень любящие. Не её. Но…

Дара была жадной. И тысячу раз проклинала себя…

Нех Моринехтар. Тогда она увидела его впервые и поняла - дна своей жадности она не достигла…

… Дара вынырнула из воспоминаний и стиснула в кулаках пучки мокрой травы.

Тай отомстил. Она была уверена, что именно так он отомстил ей. За жадность. За тот взгляд на его брата. Он отнял у неё сестру. Убил её.

Тай. Она помнила его нежность.

Мастер. Она знала его бесконечную жестокость.

ГЛАВА 13.

- Хочу мяса! Да! Хочу большой стейк с кровью! - Нэт говорила громко, демонстративно положив руки на колени и давая понять, что не притронется к завтраку. - И еще вина!

Денис, сидевший напротив за большим обеденным столом, сосредоточенно размазывал масло по куску хлеба. За его спиной стояла Изольда Павлиновна. Немолодая красивая женщина с осанкой королевы следила за порядком в доме, управлялась на кухне и служила домработницей, хотя Нех в шутку называл ее домоправительницей. Нэт вскинула подбородок и повернула голову в сторону Изольды Павлиновны:

- Вино должно быть красным и сухим, лучше «Мутон Ротшильд»!

- Ого! А запросы всё крепчают. То клубники вам, то еще чего. С одной клубникой этой – сплошная запара вышла… Дамочка, я бы на вашем месте молча ел то, что вам предложили.

Заносчивый мужчина - этот липовый «мистер Ган», черт бы его побрал! любитель шампанского - впервые за последние несколько дней заговорил с ней. Впрочем, тут же потерял интерес и снова уставился в планшет.

- Полагаю, вы ранены и это вам нужна моя кровь, значит, вы накормите меня жареным мясом! И обязательно «Мутон Ротшильд»!

Пусть этот человек - брат Неха, но с какой стати он разговаривает неуважительно! Нэт попыталась сесть небрежно, перекинув ногу за ногу. Но чертова юбка была такая узкая, что нелепое движение на секунду зависло в воздухе. Интересно, кому в голову пришло купить юбки? Это все равно, что галантно предложить этот предмет одежды вместо наручников и веревок.

- Полагаю, «Мутон Ротшильд» вы видели в какой-нибудь мелодраме, - саркастично произнес молодой мужчина, а затем обернулся к хлопотавшей возле стола домработнице: - Изольда Павлиновна, нарежьте еще грудинки, может, бекон. И вино, конечно! Думаю, «Кабэрне» подойдет!

После он повернул лицо к Нэт и насмешливым, вкрадчивым голосом добавил:

- Не отчаивайтесь, возможно, когда-нибудь мы с вами выпьем в более интимной обстановке «Мутон Ротшильд».

Изольда Павлиновна поджала губы, с презрением глянула на Нэт, потом досадливо - на нетронутую тарелку с мясной нарезкой, но ослушаться хозяина не посмела. С видом оскорбленного достоинства она проплыла на кухню.

- Вы должны освободить Дениса, если я вам нужна. - Пропуская мимо ушей сарказм Тая и не замечая раздражения домработницы, Нэт бросила взгляд на своего бывшего. - У него беременная жена, совсем скоро родит. Я сделаю все, что скажете. Но вы должны вернуть деньги клиента и оставить в покое Дениса.

- Нэт, заткнись! Мы уйдем вместе, ребята ошиблись, я уверен, скоро все прояснится.

Денис пытался быть спокойным, сосредоточившись на еде, но резкость в адрес Нэт выдавала его с головой.

- Вообще-то я вам, кажется, жизнь спас…

Теперь младший из братьев подошел сзади, и даже затылком Нэт чувствовала угрозу, как будто кто-то приложил к нему лед.

- Это именно вы привели за собой хвост из автоматчиков и еще бог знает кого. Но, прежде чем хамить вам, как этот тип, хотел бы я знать, кто вы такая?

Он склонился - и Нэт словно погрузило в волну агрессии. А еще таких привычных вещей, как приятный запах лосьона после бриться. От всего этого – реального и ощущаемого лишь сердцем - закружилась голова. От потери крови тело до сих пор могло лишь дышать, а в голове шумел целый лиственный лес. Она прикусила нижнюю губу.

- А деньги… - он помолчал и, закончив почти весело, с улыбкой, развел ладонями: - Клиент - мертв!

Жест достойный сцены лучшего театра. А белоснежные рукава рубашки, завернутые до локтей, лишь подчеркивали, что руки этого человека обманчиво чисты.

- Ладно, тогда позвольте Денису позвонить жене, я вас очень прошу, - последние слова Нэт произнесла почти шепотом. - К сделке он не имеет отношения, к тому же ранен, не думаю, что у него можно брать кровь.

Нэт не успела сказать, что хотела, озвучить страх, что камнем лежал на сердце - в гостиную вошел Нех. Если младший из братьев был до головной боли странный незнакомец, как Дьявол, которого надо было бояться, то Нех был знакомый незнакомец. Мужчина, который еще пару месяцев назад угостил кофе, сегодня уверено манипулировал острыми иглами и прозрачными трубками, по которым струилась ее кровь. И всё же он не пугал, от него веяло надежностью, спокойствием и уверенностью, которые передавались и ей. Нэт ждала, что при случае он обмолвится о Залесье и объяснит происходящее. Однако, возможно, она слишком увлеклась Нехом, и в желании разгадать его тайны, забыла, что находится взаперти и, скорее всего, в опасности.

-Тай, повежливее с гостями. - Нех сел в кресло. - Нэт, извини его. И, если вы позавтракали, оставьте нас.

Ну да, выставить гостей за дверь - очень вежливо. Через пару минут после того, как за ними закрылась дверь, Нэт всё-таки вернулась, молча подошла к столу и, не глядя на братьев, одной рукой подняла блюдо с клубникой, в другую взяла бутылку с вином - и унесла все это с собой.


***

Бутылку Нэт отдала Денису, а блюдо с клубникой красовалось теперь на журнальном столике в библиотеке. Нэт стояла возле тяжёлой изумрудной портьеры и рассматривала загородный пейзаж за окном. Понятно, что они с Денисом попали в грандиозную переделку и звонить им - некому. Более того, даже если двери этого дома открылись бы настежь, бежать тоже некуда. Еще там, в сосновом лесу, где они укрылись от выстрелов, что-то переменилось. Когда это случилось? Когда липовый «мистер Ган» одной рукой, словно металлическим обручем, прижал Нэт спиной к себе, спасая от пули? В тот момент сознание на мгновение выключилось, чтобы вспыхнуть в новом окружении.

Нэт невольно улыбнулась, вдруг вспомнив, как подростком в своих фантазиях путешествовала по разным мирам с волшебником Северусом Снейпом таким же способом - прижавшись к нему спиной и завернувшись в кокон его черного плаща. Магнетизм, который исходил от великого книжного мага, она теперь кожей ощутила от реального человека. И это сбивало с толку, заставляло думать о небылицах.

А, может, все изменилось в тот миг, когда между деревьями она увидела автомобиль и вышедшего из него человека? Это был Нех, мужчина, которого она впервые встретила в Залесье, а потом случайно столкнулась с ним в городе, на заправке. Как ни крути, но вновь пересечься с ним в лесу - было просто нереально. И все же, это был он. Нэт почти сразу его узнала, но Нех, даже не взглянув на нее, поспешил наклониться к брату. Яркий, красивый, в черной рубашке полированного хлопка, в узких черных брюках, Нех выглядел странно в лесу. Со стороны всё произошедшее смахивало на сцену из спектакля. Даже сейчас шла кругом голова. Особенно оттого, что Нех так же, как на заправке, упорно не узнавал ее. И всё-таки то, что он был здесь, рядом с ней - успокаивало. Наверное, именно его близость позволила временно принять эту новую реальность и подчиниться ей безропотно.

Размышления прервал стук в дверь. Не дожидаясь ответа, в библиотеку вошел Нех. Он кинул быстрый взгляд на Нэт, потом на блюдо с клубникой.

- Это Тай принёс? И если ты хотела свежий стейк, надо было мне сказать.

- Прости, просто пыталась позлить твоего брата, слишком уж он…

Стало неловко. Серьезный разговор не складывался. Тай уже наверняка красочно описал Неху утреннюю беседу и конечно смеялся. Нэт подошла к столику, двумя пальцами словно прошлась по клавишам в воздухе, поколебалась в выборе и отправила крупную красную ягоду в рот. Поймав на себе взгляд мужчины, она поняла, что кокетничает. Черт! Иногда ей казалось, что она нравится ему - и тогда что-то жалкое и женское брало в ней верх.

- Не советую злить Тая, обманывать его или флиртовать с ним.

Нех выбрал на блюде красное сердечко, взял за зеленый хвостик и поднес ягоду к её губам. Лицо его было совсем близко, один взмах ресницами, один взгляд в глаза. Прошла секунда - она колебалась, и Нех тихим, слегка охрипшим голосом прервал молчание:

- Хорошо, теперь иди в свою комнату.

Нэт неловким движением взяла предложенную клубнику пальцами, на ходу положила в рот и пошла к дверям.

- На ночь мне нужна будет новая книга, я смогу зайти еще?

Нэт наконец проглотила ягоду и повернулась лицом к мужчине. Нех бросил взгляд на большие напольные часы.

- Без проблем. Давай поговорим за ужином.

Нэт вышла в коридор. До ужина не меньше пяти часов, а значит - братья уйдут из дома на целый день. Колебаться дольше - не было времени, зачем тянуть до вечера? Уже у дверей своей комнаты, она повернула обратно.

Мягкие домашние туфли почти неслышно скользили по мраморной поверхности плитки, но Нэт пыталась исключить даже этот звук и проскользнуть в библиотеку, как невидимка.

- Вы не меня ищете? - раздался громкий, насмешливый голос за спиной.

Нэт от неожиданности растерялась, обернулась и отступила к стене. В шаге от нее стоял Тай.

- Вижу, что не меня.

Тай нахально улыбался и изучал ее взглядом - острым, как лезвие бритвы. Она развернулась, чтобы уйти, но одна его рука пятерней упёрлась в стену перед её лицом, а вторую он небрежно засунул в карман брюк. Нэт отступила, прижалась спиной к холодной поверхности и молчала, с трудом выдерживая его взгляд.

- Так всё-таки, что же вам было нужно от моего брата там, в другом мире?

Тай склонился к ней, едва ли не коснувшись волнистыми чёрными волосами её лица. Он был так близко, что стало трудно дышать. Она инстинктивно сделала шаг в сторону и мгновенно оказалась в его плену: стремительное движение - вторая рука Тая преградила ей путь и почти коснулась виска. Нэт вскинула голову - в то же мгновение его губы замкнули её рот и кончиком языка он нежно открыл сжатые зубы. Нэт почувствовала себя невесомой - опустились веки, напряжение исчезло, и тело провалилось в горячую бездну.

- Для первого раза достаточно.

Насмешливый голос привел в чувства, кровь хлынула в голову, и Нэт занесла руку, чтобы отвесить пощечину. Он ловко перехватил движение и легко сжал запястье.

– А из какой мелодрамы стащил эту сцену ты?

Нэт еле сдержалась, чтобы не кинуть в лицо самодовольному пижону худшее оскорбление - обозвать его козлом, тварью. Пульс в висках всё еще отбивал барабанную дробь, а жар сползал от корней волос под воротничок.

– Странно, не целовал он вас. Ничего не пойму… на кой тогда..? И запах яда такой неуловимый… дьявол, откуда же он, откуда я его помню?!

Взгляд казался рассеянным - думал он явно не о поцелуе.

Мужчина медленно отпустил руку Нэт, развернулся и зашагал прочь, не оборачиваясь.


***

Нэт долго умывалась ледяной водой, пока кожа не перестала чувствовать холод. Стараясь не думать о том, что произошло в коридоре, она вернулась в спальню и заперлась. Только от того, что Нех уступил ей свою комнату, она чувствовала себя в относительной безопасности. Здесь не было ничего лишнего, ни один предмет не мог поведать о хозяине больше, чем тот хотел бы рассказать о себе. Нех не принадлежал ее миру и любил книги. Еще она точно знала, что он страдал от сильных головных болей. Каждый раз, когда он поворачивался к ней лицом - неважно в каком он был настроении, и насколько был теплым его взгляд - она видела межбровную складку и едва заметную тень. Нэт провела рукой по гладкой поверхности черного покрывала, прилегла на огромную кровать и прижала голову и колени к груди.

К черту! К черту хозяина! И брата его – туда же! Надо выбираться, она больше не могла сидеть и гадать, что с ней или с Денисом, случится в следующую минуту.


***

- И как ты собираешься в такой юбке бежать по винтовой лестнице?

Денис смерил ее взглядом. Дожидаясь в библиотеке, он от скуки листал книгу в дорогущем переплёте, инкрустированном драгоценными камнями.

- Помолчи и сделай вид, что мы выбираем книги.

Нэт взглянула в зеркало и вздохнула. При всей её любви к шелку, ни блуза, ни узкая короткая юбка не годились для побега. Удобными были только домашние туфли.

- Денис, поверни щеколду в двери, нам надо всего минут пять.

Нэт говорила тихо, не отрывая взгляда от зеркала. Круглая резная рама с причудливым узором обрамляла полированное серебро. Роскошное зеркало привлекло внимание с той минуты, как она впервые его увидела. Приятно было пальцами скользить по изгибам вырезанных тел морских чудовищ, поглаживать острые завитки диковинных растений, считывать возраст инкрустированного перламутром красного дерева. У зеркала была тайна. Нэт положила руки на раму с двух сторон, словно взяла в руки давно знакомый руль, повернула вправо - сначала слегка, а потом резче - на девяносто градусов. Одна секция книжного стеллажа у противоположной стены поползла в сторону, открывая тайный ход.

- Не торопись!

Нэт одернула Дениса, рванувшего вперёд, взяла за руку - и они оказались в замкнутом пространстве - стеллажи за спиной вновь сомкнулись.

- Какого черта, здесь ничего не видно, надо было найти фонарик!

Денис говорил свистящим шепотом. Нэт вглядывалась в темноту под ногами, пока не увидела то, что ожидала увидеть.

В глубине сознания редкие отблески лунного света рассыпАлись перламутровыми блестками и отражались на темной поверхности воды. В затылке стало жарко, а по позвоночнику струился холодный пот, но мозг сконцентрировался на одной мысли и в одной точке. Нэт сделала шаг, увлекая за собой Дениса - в то же мгновение они оступились и исчезли.

ГЛАВА 14. Автор: Тайклот

Тай, развалившись в кресле, раскладывал пасьянс на планшете, когда Нех навис над ним, загородив свет.

- Что ты сказал Нэт?

- Если из последнего… Что тяпну с ней вина, перед тем, как завалю в кровать, - Тай хмыкнул, щелкнув пальцами. – Сошлось!

- Что? А она…

Тай начал новую партию, карты на экране зашуршали.

- Да что она? Не заинтересована. К тому же, и ноги раздвинуть не сможет, ты такие юбки купил, что прям спеленал!

- Тай, - Нех выхватил планшет. - Тай, ты это нарочно?!

Тай посмотрел на брата. Межбровная складка на лице Неха стала глубже.

- Что нарочно?

- Молчишь о главном. Как нашёл её?

- Выследил по номеру машины, который когда-то видел ты. Найти было легко; вещи, правда, приходилось таскать сюда, чтобы поговорить с ними, но в итоге о нужном месте я выяснил без проблем. «Подслушал» телефонные разговоры до кучи. Еще вопросы?

Тай протянул руку за планшетом.

- Зачем ты пошёл туда?

- Поговорить с ней.

- Наговорился?

- Да, у меня, видишь, от таких разговоров даже дыры в теле. Наговорился. Нех, что ты от меня хочешь? Я не знаю, кто эта девчонка, она ошивалась возле тебя в другом мире, и след от яда вывел к ней. Я понятия не имею, почему её заказали, но она, возможно, колдушка Крега. Хочешь, чтобы я прикинулся кретином и воспылал к ней вселенским доверием?!

- Так почему просто не прочтёшь по ней?!

Тай поджал губы и отвёл взгляд. Говорить о своём фиаско, о том, что она, не шевельнув и пальцем, блокировала его, не дав прочесть больше, чем о прошедших днях её заключения здесь, не хотелось.

Тай скинул ноги с подлокотника, сел прямо и посмотрел в глаза Неху.

И ещё не нравился тон брата. Нех предъявлял претензию, отчитывал. Но при этом сам ничего не объяснял. Отмалчивался. Однако с радостью ухватился за идею спасти девчонку и обмануть Всесильно Ди. А ведь понимал, чем это может грозить, и, безусловно, отдавал себе отчёт, какой Ди обладал властью и какие платил деньги за выполнение этого дела.

- Ты ведь не просто так слонялся тогда возле деревьев? Спрашивал у них, так? И знаешь, что Нэт спасла тебе жизнь. Зажимала рану, пока я ехал к вам.

Тай раздражённо дёрнул бровью.

Конечно, он знал, и это бесило сильнее всего. Сквозь потоки смолы, сквозь потрескивание веток, сквозь шум бегущей в древесной мякоти влаги, он видел то же, что и могучие старые ели. Нэт зажимала рану и была в смятении. Деревья чувствовали её страх, её волнение. Искренние. Деревья шептали ему и, вливая образы через ладонь, успокаивали гнев, забирали ярость, внушали уверенность в неподдельности её намерений, в чистоте, которую чувствовали.

Он сдерживался. Все эти недели, пока они скачивали и смешивали нужную кровь, сдерживался. Молчал и уходил, только бы не схватить её, эту странную девицу, и не вытрясти правду. Разложить всё по полкам, навесить ярлык. Что угодно, лишь бы понять, кто тут в какой связи. Но эта женщина либо гениальная актриса, либо реально ни при чём… Она держалась достойно, просила только за бывшего мужа и не дала ни одного намёка на связь с кем-то еще, кто мог быть их врагом.

Нет!

Тай мотнул головой и поднял подбородок. Принцессе нужна эта кровь, Ди дал задание. Но брат не хочет убивать девушку, угрём вертится, лишь бы спасти, и при этом утверждает, что незнаком с ней. Но она-то точно его знает! От всего этого голова пухла и портилось настроение.

Еще эти юбки чёртовы! Ноги, блин, какие у неё ноги… Прямые и сильные, как характер.

Тай выхватил планшет из рук Неха и пробурчал:

- Сегодня она хочет мороженого с коньяком. Беги, неси в зубах, только сильно хвостом не виляй, а то зад отвалится.

- Тай…

Нех присел на корточки. Он поставил ладонь на подлокотник, рядом с рукой Тая, но до неё не дотронулся. Сантименты – это не в его духе. Но расставить все точки над Ё – как раз в его, поэтому продолжение разъясняющих речей не замедлило последовать.

- Ты понимаешь, что если выполним задание, то убьём невинного человека. Женщину из другого мира, у которой своя жизнь. Ты понимаешь, что это неправильно? Поэтому я так поступаю.

Тай приподнял бровь. Нех, кажется, пытается за дурака его держать?

- Мне-то что за дело. Не я брал деньги.

- Сейчас ухожу. За ужином поговорим. Обсудим. Может, объясним ей. Я не знаю. Не цепляй её.

- Я?!

- Тай!

- Хорошо, как скажешь, брат, - Тай изобразил, как застёгивает рот на «молнию», и развёл руками.

- Ты, упрямый придурок!

Нех улыбнулся и легонько, немного неловко, двинул Таю кулаком в челюсть. А потом выпрямился и пошёл к дверям. Обернулся:

- Кстати, думаю всё-таки заехать к Знахарю по поводу татуировки. Может, ты прав. Я не хочу её «подправлять», но он должен разбираться. Ведь разбирается же он с ядами из Залесья каким-то образом.

Улыбка Тая сползла с лица, когда захлопнулась дверь.

За эти недели Нех не притронулся к девушке. Поцелуй помог считать последнюю информацию. Но почему же дальше прошедших нескольких дней дело не пошло? Абсолютная темнота и обескураживающее ощущение беспомощности. Странно.

Или дело просто в том, что он забылся? Не хотел ничего читать? Просто хотел целовать…

Тай отбросил планшет и резко поднялся из кресла.

Нельзя оставлять в голове эти мысли. Иначе он забудет вкус яда на её губах, а запомнит только клубнику. Брат не говорит открыто, от этого только злость берёт. Да что ж такое-то… если Нех её не хочет, то может…

…Полупрозрачная блузка, откинутый воротничок, пульс на тонком запястье под его ладонью…

Нет, всё, стоп. Надо помнить о яде…

О таком, которого не найти здесь… тогда где же?..

Там, куда он ходил, много раз. Там, куда мог добраться только он.

На планшете карты рассыпались веером. Карта дамы червей выглядывала из-за ухмыляющегося джокера. Знахарь… «разбирается же он с ядами из Залесья…»

Не может этого быть…

Тай поднялся и решительно, одним махом, сжал в кулаке нить реальности, выдернул её из материи пространства и открыл портал.

ГЛАВА 15. Автор: Anna Bernal

Отражения хрустальных люстр тонули в мраморе, устилавшем пол Дворца, как чёрное зеркало. Того, кто был во Дворце впервые, отличала осторожная походка – посетителю казалось, что он идёт по воде, и следующий шаг будет шагом в бездну. Нех, напротив, уверенно шел к приёмной Всесильного Ди, каждый раз усмехаясь бестолковой помпезности убранства, а когда тяжелые двери медленно отворились, единственный глаз ослепило сиянием солнца, золота и власти.

Всесильный ждал, привычно постукивая кончиками пальцев по столу, инкрустированному золотом и панцирем черепахи - несчастное животное истребили пару веков назад ради бесполезных поделок. Малейшее движение Ди сопровождалось сиянием от шитых золотом одежд, которое словно распадалось на бесчисленное множество игл. В солнечных лучах Всесильный напоминал диковинного зверя – немолодого и слабого, но ядовитого и опасного.

Нех поставил пятилитровую колбу в серебряной оплетке, наполненную кровью Нэт и Дениса, к ногам Всесильного и сел в кресло с подлокотниками, инкрустированными… да-да, золотом и панцирем черепахи. Ди наблюдал за Нехом так, словно прицеливался.

- Она выжила? – спросил Ди и накрыл ладонью верхнюю часть колбы.

Золотые иглы зашевелились вслед за хозяином.

- К сожалению, нет, - ответил Нех, и волна отвращения к этому дикобразу, посмевшему прикоснуться к ЕЁ крови, поднялась изнутри и заставила сжать зубы.

Хорошо, что Всесильный все еще доверял ему настолько, насколько может доверять гнилая подозрительная натура. Сам же Нех сдерживал улыбку, вызванную сияющим клоунским нарядом, стоимость которого превосходила бюджет эльфийского княжества. Представил, как выглядит тело Всесильного без золотого чехла, и посочувствовал Принцессе.

Ди подал знак. Карнивал - один из сильнейших магов при Первом советнике, всегда стоявший за его правым плечом, склонился так низко, что лицо сложно было рассмотреть, бесшумно приблизился и унес бесценный сосуд. Через пять минут один из слуг вернулся с дорожным чемоданом.

- Оставшуюся часть ты получишь после того, как я… - Всесильный не счел нужным договаривать и указал на чемодан, демонстрируя, что аудиенция окончена.

«Изменюсь», - Нех мысленно закончил фразу, уверенный, что даже цистерна эльфийской крови не преобразит этого зверя, отвесил поклон согласно дворцовому этикету и решительно зашагал к выходу, а служка следом повез внушительный груз.

В коридоре кольца резкой боли снова сдавили голову, и единственный глаз окутала пелена тумана. Нех остановился и удержал равновесие, сжав плечо служки. Казалось, бездна мрамора вмиг затянула обессилившее тело, как зыбучий песок, лишив возможности двигаться. Теперь о его болезни станет известно Ди, и Нех, жалея, что не может прикончить Ди немедленно, ощущал от мелкого человечка рядом одновременно и волны животного ужаса, и радость от безопасности в родных стенах.

Едва придя в себя и досадуя на случившееся, Нех поспешил к машине. Водитель с трудом поместил тяжелый груз в багажник. Нех сел на заднее сиденье и закрыл глаза, чувствуя усталость и злость. Поездка показалась раздражающе долгой, голова снова раскалывалась, и Нех решил последовать совету брата - обратиться к Знахарю - хотя совершенно не верил в способность татуировки ослабить действие проклятия.


***


Большую часть дохода Знахаря составляла не практика магии заговоров, а обычная контрабанда. Расплатившись за допущенную когда-то ошибку, он лишился сытой должности, но сохранил связи и торговал запрещенными товарами и услугами прямо в центре города. Склад находился под прикрытием бильярдной «Розовый слон» с неоновой вывеской зеленого цвета.

Колокольчики над входной дверью сообщили о неурочном посетителе. Нех уже привык слегка поворачивать голову вбок, чтобы лучше видеть одним глазом - зал бильярдной освещали сиреневые лампы, и в клубах сиреневого дыма за барной стойкой стоял тощий, как копьё, Знахарь. Кожа, изрезанная морщинами, делала лицо похожим на работу художника-кубиста - резко очерченные скулы еще сильнее бросали тень на впалые щеки. Выпустив новую струю дыма контрабандного табака из контрабандной же трубки, Знахарь протянул:

- Что привело Вас, сударь? – картинно отставил руку с трубкой, манерно откинул голову, как персонаж дешевого варьете, а потом добавил: - Дерьмово выглядишь.

Нех подошел и положил перед ним золотой слиток с оттиском Всесильного, снял повязку и продемонстрировал мёртвый глаз. Знахарь внимательно посмотрел и покивал – понимающе и сочувствующе.

- Знаю, знаю, тебя постигло страшное несчастье. Сочувствую, но тут уж ничего не поделаешь, потому как средства от эльфийского проклятия на сегодняшний день не существует, – закончив кивать, равнодушно сказал он, затем небрежно кинул слиток в выдвижной ящик и добавил: - Единственное средство – поменяться с кем-то местами. Желающие найдутся?

Нех, порядком раздраженный, в том числе и едким запахом табака, хотел без разговоров получить то, за чем пришел.

- Тай сказал, что татуировка…

- Должен же я был ему что-то ответить! – резко выпалил Знахарь, сипло рассмеявшись. Ситуация явно забавляла его, и он продолжил, перегнувшись через стойку и понизив голос: - Ведь он столько усилий приложил, чтобы поговорить со мной, так настаивал… нужно было подсказать ему занять твое место? А ты отдашь? – и, резко откинувшись назад, снова расхохотался.

Выходило, что не существовало никакого способа избавления от этой напасти. Нех хотел жить, но не мог найти возможность остаться. Уставившись на деревянную поверхность барной стойки, он впервые осознал неотвратимость смерти: если откажется делать то, что прикажут эльфы, просто придётся погибнуть… или… убить себя? Эту идею Нех мысленно записал последним пунктом в списке возможных вариантов, как бы ни развивались события.

- Если вдруг узнаю что-либо, - Знахарь посерьёзнел, сделав многозначительное ударение на слове «вдруг», - сообщу тебе, ибо действительно жаль сгинуть вот так во цвете лет.

Нех хотел что-то сказать, но передумал и резко развернулся к выходу, на ходу закрывая глаз повязкой. Прежде, чем дверь за спиной захлопнулась, услышал:

- Ты знал, что доброта – для идиотов? Не переусердствуй.


***


У дома водитель кинулся к чемодану. В этом подобострастии Нех снова ощутил страх маленького человека. Размышляя о природе страха и бренности всего сущего, он вошёл в дом, где сразу откинул ненужные мысли, набрал номер брата и велел немедленно явиться. Нэт с Денисом сбежали – это первое. И распоряжения на случай его смерти – второе. Сказать сейчас, пока может мыслить четко и ясно.

В холле большое зеркало отражало бледное лицо, на висках заметно проступила синева вен. Сознание перебирало последние события, и необъяснимое раздражение росло с каждой минутой. Встретив Нэт, он решил, что выиграл в лотерею, а теперь объявили, что жизнь не проводила никакой лотереи и выигрыш недействителен! Может и к лучшему, что она сбежала. Какого черта! Нужно было просто запереть ее здесь и быть с ней до самого конца… интересно, сколько у него времени? Месяц? Два? Не так долго ей пришлось бы терпеть его общество.

Нех не стремился вызывать эмоциональную привязанность у женщин, с которыми встречался, и не привязывался сам, но одна неизменная слабость все же была – брат. Нех рассчитывал, что Тай больший эгоист, чем сам о себе думает, и достаточно легко переживет отсутствие в своей жизни старшего брата.

Размышления прервало появление большого красивого шара - переливаясь цветами радуги, он повис над диваном в гостиной, какое-то время шар крутился, кокетничая, как девчонка, затем рука Тая разрезала пространство изнутри - и шар исчез, разноцветными огоньками осыпавшись к ногам брата.

- Зачем звал? – спросил он и привычно плюхнулся на диван, вальяжно откинув руку на подлокотник.

Нех улыбнулся - всегда забавляла манера Тая появляться внезапно и красиво. Красиво в понимании Тая, конечно.

Нех придвинул чемодан к ногам Тая, сел в кресло напротив и сразу перешел к делу:

- Это золото заберешь ты. И еще…

- Ааа, тебе кажется, что ты её продал? Не хочешь марать руки этим золотом? – Тай был бодр, весел, но не стал спорить, приоткрыл чемодан и сделал вид, что принюхивается: - Ничем не пахнет, так что не откажусь.

- Я серьезно! - Нех одернул брата, повысив голос. - Это ключ от сейфа, хотя тебе и ключ ни к чему, но в сейфе мои распоряжения на случай смерти, документы на имущество, на вклады золотом, кое-что для Изольды… - Нех деловым тоном перечислял все то, что давно обдумал. Закончил он побегом Нэт и её мужа, намеренно не замечая упавшего настроения брата и искр в зло прищуренных глазах. - И еще, этот дом – хочу, чтобы он остался Нэт. Ей будет непросто, если за ней начнется охота…

- Ты спятил?! – Тай с неподдельным недоумением воззрился на старшего брата. – Печать эльфов лишила тебя мозгов?!! - затем, пытаясь перевести все в шутку, произнес спокойно: - Вообще-то, как твой единственный родственник, я рассчитывал на наследство.

- О тебе тоже подумал, - ответил Нех.

- И что же я получу? – Тай удивленно поднял брови.

- Мою жизнь… да, и этот мой любимый диван, так приглянувшийся вам с Дарой, тоже можешь забрать, - Нех похлопал ладонью по дивану, на котором сидел Тай.

Минуту они смотрели друг другу в глаза, затем Тай подался вперед, протянул руку к лицу брата и убрал волосы, закрывающие перламутровый глаз:

- Скажи, тебе никогда не хотелось мне отомстить? Ни разу?

- Надеюсь, умру зимой в жуткий мороз, и ты простудишься на похоронах, - отшутился Нех, слегка качнув головой, отчего волосы снова закрыли глаз.

- Я тепло оденусь, - в тон ему ответил Тай, поднялся и, смяв в ладони ключ от сейфа, мгновенно исчез в угольно-черной сфере вместе с чемоданом.

Вспоминая, не оставил ли невыполненных обещаний или неисполненных долгов, Нех прошел в спальню. Нет, ничего такого в памяти не всплывало. Размышления прервал вид идеально застеленной кровати. Стиснув зубы, он сдернул черный шелк, пытаясь подобрать для Нэт нелестный эпитет… но никакое слово не приходило на ум, кроме воспоминаний о линии роста волос на ее виске, о движениях пальцев и губ.

Нех взял телефон, выбрал в книге номер Марии и нажал вызов - на дисплее высветилось селфи хорошенькой брюнетки с вытянутыми в поцелуе губами. Мария всегда снимала трубку не сразу, наивно полагая, что усиливает внимание к своей персоне, заставляя мужчину ждать.

- Приедешь? – без приветствия спросил на том конце весёлый женский голос.

- Да.

ГЛАВА 16.

Очнулась Нэт от холода и боли – ноги затекли, а задница почти примерзла к чему-то твердому. В голове мелькали обрывки сна – лес, знакомые лужайки... Кажется, Нэт искала дорогу к бабкиной избе, но тропинка уводила в самую чащу, а деревья выстраивались в плотные стены лабиринта. Нэт поежилась, выбросила тревожный сон из головы и осмотрелась. Легкое головокружение отпустило, и припомнилось, что она - в бегах. Рядом, уронив голову на грудь, спал Денис. Оказалось, что сидели они на полу, а спинами опирались на диван.

- Эй, Денис, - прошептала Нэт и потрясла бывшего за плечо, пытаясь разбудить, но Денис не отвечал.

Она осторожно встала на ноги, неуверенно просеменила в темноте, пока не наткнулась на окно. Нащупала жалюзи, слегка раздвинула плотные ламели - появилась узкая полоска серого неба. В голове возникали вопросы, на которые ответов не было. Почему они здесь? Может, это последнее место в её мире, откуда Тай вытащил их под градом пуль... Господи! Казалось, позади целая вечность. Нэт прошла от окна к дверному проему, заглянула в просторную гостиную. Никого. Понятно, что особняк был одним из тех новеньких загородных коттеджей, которые большую часть времени пустовали.

-Что происходит? – громкий голос Дениса ненадолго отвлек от размышлений.

-Помолчи! Пожалуйста… - Нэт приложила палец к губам, но не обернулась, прошла вглубь комнаты. Как быстро в доме сделали ремонт - и следа не осталось от разрухи! Теперь высокие окна от пола до потолка вновь придавали комнате торжественный вид, пропуская серый лунный свет, разбавленный белым молоком нового дня. Казалось, трупы и стрельба привиделись в ночном кошмаре. Нэт прошла из гостиной в небольшой коридор, открыла дверь в ванную - стерильная чистота, никаких предметов первой необходимости, пустые шкафчики... Внезапно любопытство сменил страх, по спине пробежал холодок, и Нэт вернулась в гостиную. Здравый смысл подсказывал, что надо скорее покинуть дом - братья могли быть здесь в любую минуту. И не только они! Денис сидел на краю журнального столика с опущенными плечами. Во взгляде читался не то упрек, не то вопрос.

- Ладно, все в порядке! – она старалась говорить уверенно. - Что у тебя есть с собой?

Задав глупый вопрос, Нэт про себя усмехнулась: как будто ждала, что у Дэна в кармане найдётся волшебная палочка от всех ее несчастий.

- В кармане у меня большой фонарь, - Денис съязвил, но тщательно пошарил в карманах, извлекая кожаное портмоне и брелоки с ключами. - Ты хоть понимаешь, что происходит?

- Всё в порядке! В порядке... - голос охрип, но она повторила эту дурацкую фразу несколько раз.

- Какой к черту порядок?! Ты клялась, что клиенты проверенные и надежные! – Денис повысил голос. - Если бы не твоя жадность...

- Дэн, это слишком! Еще в прошлом году ты должен был отдать мне деньги за квартиру! И это из-за тебя мы сбежали, я могла остаться у Неха… - Нэт сама не поняла, что только что сказала.

Денис криво усмехнулся:

- Я знал! Так и знал, что ты с ним трахаешься!

- Идиот! Какой же ты идиот! – Нэт взвинтилась, но тут же утихомирилась – не осталось ни сил, ни желания спорить. И оправдываться она не обязана. – Слушай, у нас мало времени, давай выбираться!


***


Две щеколды на высокой стеклянной двери поддались легко. Нэт с облегчением вздохнула на открытом воздухе, но двор оказался ловушкой.

- Черт! Машина?!

- Скажи спасибо, что жив.

- Ты знаешь, сколько сейчас стоит новая тачка!?

Ничего хорошего тон Дениса не предвещал, и Нэт добавила ровным голосом:

- Ладно, прости. Долг можешь не возвращать – купи себе машину.

Хотелось избежать очередной истерики Дениса и это удалось: он успокоился, обмяк и не произнес больше ни слова.

Какое-то время они молча пялились на огромные металлические ворота с электронным замком. С трех сторон участок окружала двухметровая кирпичная стена; открытая часть двора спускалась к реке – мелководная Десенка петляла между высокими берегами.

Денис снял туфли и носки, закатал брючины. Нэт посмотрела на мелкую речную рябь, поежилась - мутная поверхность воды казалась ледяной и враждебной. В молчании они пересекли малюсенький пляж, а там, где берег покрывал высокий густой кустарник, пришлось зайти в воду. Вода касалась колен, но, чем ближе они продвигались к стене, тем становилось глубже. Нэт с ужасом думала: если придется огибать стену вплавь, то не выдержит. Остатки строительного мусора, мелкая бетонная крошка, битый кирпич больно ранили ноги, ныла поднятая рука, в которой Нэт крепко зажала туфли. У самой стены стало не по себе. Вдруг захотелось вернуться назад. Она остановилась в отчаянии, представила, что бежать придется гораздо дальше, чем эти дом и река. Холод воды острыми лезвиями резал коленки, мокрый край юбки прилипал ледяным компрессом и обжигал бедра. Сердце отбивало сумасшедший ритм, в такт ему стучали зубы, а потом быстро-быстро захлопали ресницы. Пришлось остановиться на пару секунд и постоять с крепко зажмуренными глазами, чтобы не разреветься. С обратной стороны стены, уцепившись за кусок арматуры, Денис делал знаки рукой, чтобы Нэт шевелилась. Еще минут пятнадцать они шагали по разбитой грунтовой дороге, пока не вышли на Житомирскую трассу. В кабине фермерского грузовичка, водитель которого согласился подбросить до Киева, Нэт согрелась и собралась с мыслями.


***


-Кристина! Привет, - кричал Денис в трубку телефона-автомата. - Я в городе, не плачь... Скоро буду! Всего-то - потерял телефон…

Денис нервничал, и, казалось, сам вот-вот разрыдается. Нэт не стала слушать причитания – закрыла дверь телефонной будки и отошла в сторону. Она тряслась от холода и думала, что никогда Денис так не волновался из-за нее. Даже в первый, самый благополучный, год брака.

- Мне надо ехать. Кристина… понимаешь... она расстроена, - Денис переминался с ноги на ногу.

- Конечно, - Нэт видела перед собой чужого человека и не могла понять, что их связывало? - Конечно, езжай. Верни мои ключи и дай немного денег на такси. Борису я позвоню.

Из внутреннего кармана пиджака Денис вынул белый брелок и передал Нэт, потом засунул руку в нижний карман, достал несколько сложенных пополам купюр:

- У меня здесь немного …

Нэт опешила, увидав протянутые Денисом деньги – с поникших купюр только вода не капала! Помедлив, она взяла тощую пачку двумя пальцами и выбросила в урну.

- Гони кошелек!

- Эй, не так громко, - с недовольной миной бывший снова запустил руку в карман. Нэт сама вынула пару сотен, ткнула портмоне обратно Денису и зашагала к телефонной будке.


***


Номер «красного» телефона босса Нэт хранила в голове.

- Говорите, - Борис ответил сразу, голос звучал грубо, но Нэт была рада его слышать.

- Это я.

-Твою мать, Нэт! - пошла отборная матерщина. - Где вас черти носят! Вы живы?!

-Все в порядке!

-Пацаны вас ищут уже под землей! Деньги… Как деньги? Прислать ребят?

- Деньги у клиента. Денис тоже в порядке. Борис, есть просьба.

- Говори.

- Мне надо уехать из страны. Отправь Виктора, пусть мою бабку привезет в аэропорт. Зарезервируй два билета, через Астану. Рейс в 19.45.

- Зачем так далеко? Детка! Отсидись где-нибудь ближе, ну, пля, хоть в Эстонии…

- Это ненадолго. - Нэт пыталась уверенно врать. - В сейфе найдешь мой пакет, там паспорт. Пусть Виктор отдаст Анайрэ. Я встречусь с ней в аэропорту.

Она знала, Борис отработает свои положенные десять процентов на все сто, это был его бизнес, но… не могла не сказать:

- Босс… спасибо.

И положила трубку.

На рынке Нэт купила дешевые джинсы и бейсболку, тут же попросила кофе. Шурша ложкой о картонный стаканчик, пожилая женщина залила растворимый порошок кипятком из термоса – сомнительный запах показался божественным ароматом. Кофе и оживленная суета рынка взбодрили; Нэт решительно подняла руку, чтобы поймать попутку.

Сквозь мутное окно машины мелькали знакомые улицы, и скверы зазывали яркими осенними красками. Нэт прощалась с городом, но ни о чем не жалела. Она думала о Нехе - Залесье хранило тайну другого мира.

ГЛАВА 17. Автор: Тайклот

Яростью окатило так, что показалось, будто кожа от мяса отходит.

Сейчас не потребовалось шевелить даже одной извилиной, чтобы принять правду, которая могла подзабыться, но от этого не перестала быть правдой. Знахарь торговал ядами. Тай выносил их из Залесья. Дара перепродавала их Знахарю, брала огромные деньги и снова покупала Тая. Нех как-то упоминал, как Знахарь усмехался над всей этой круговертью, но, конечно, покупал яды, так как товар пользовался спросом.

В итоге выходило – и если бы Тай подумал об этом раньше, то не выглядел бы таким ослом! - яд, которым пользовались убийцы Крега Рифтуса, можно было достать и здесь! По вполне сходной цене. Или у самой Дары, что не исключалось тоже. И, вполне возможно, Нэт была действительно ни при чём?

А сейчас, когда Тай стоял перед старым мошенником и осознавал всю эту информацию в долю секунды, Знахарь, тощая жердь, еще и усмехался ему в лицо?! Ему, Таю Моринехтару?!

Тай шепнул пару слов в пол - и доски начали превращаться в труху. Знахарь, окружённый в полумраке тысячей полок, заставленных контрабандой и лекарствами, вскинул укоризненный взгляд. Под его ногами истлевала опора. И всё богатство, которое прогибало толстенные полки, грозило рухнуть в глубоченные подвалы и погрести под собой хозяина.

- Ты заигрался, Тай. Выходишь из себя просто из-за правды.

Даже неотвратимость беды не заставила усмехающегося Знахаря двинуться с места.

- У Крега другая колдушка или колдун, так? – прошипел Тай. – Не из того мира, так? И эльфов натравила не Нэт, так? Почему сразу не сказал правду?

- Так-так-так. Да откуда мне всё это знать?! А истинная правда в том, что это ты виноват. Правда в том, что это тебе надо было умереть. Правда в том, что умрёт твой брат. Вот в чём правда. Поменяешься с ним местами?

- Меняться? – Тай холодно смотрел на Знахаря, едва сдерживаясь, чтобы не расплавить стекло миллиона пузырьков, колбочек и банок над головой старика и не вылить кипящий водопад на ехидную рожу. – Он сам так решил. Какой смысл? Если сейчас же не скажешь, что хочу услышать - нет, не про татуировку, не ту ложь, которой накормил! - я разнесу бильярдную в щепки, а тебя растащу на атомы и заставлю чувствовать боль до последнего мига.

- Нет у меня ничего, что могло бы помочь Нэху, единственный рецепт, который я знал из Книги, это тот, что уже назвал тебе.

- Книги?!

Знахарь помолчал. Потом медленно кивнул.

- Да, есть такая Книга, она была у меня в руках много лет назад, всего несколько дней, пока я помогал одной женщине прятаться. В знак благодарности, она доверилась мне.

- Кто она?

- Анайрэ.

- Твою мать!

Доски затрещали под ногами у Знахаря, но тот всё еще не шевелился, буравя Тая углями глаз.

- Прекрати это, - наконец сказал он.

Раздался телефонный звонок. Тай нажал на приём и услышал необсуждаемое:

- Живо сюда.

Когда Тай уходил, доски под ногами Знахаря проломились. Оставалось надеяться, что тонны добра, превращаясь в бесполезный утиль, свалились на контрабандиста и стёрли ухмылку с его лица.


***


После разговора с братом, когда Нех словно по написанному раздал последние указания по имуществу, Тай ворвался в свою комнату и швырнул чемодан с золотом на пол. Грохнуло так, что, казалось, сотрясся весь дом.

Нех, что, издевается? Он едва ли не саван уже на себя натянул! Да что ж такое-то?! Всё распределил, всё расписал, всем всё раздал, ничего не забыл и не упустил. Везде подвёл черту и поставил точку. Аккуратно, основательно. Очень в его духе.

Бесит, бесит, бесит. Как же бесит!

Тай пнул чемодан и досадливо поморщился, увидев появившуюся на ботинке царапину.

А тут ещё новость! Нэт сбежала. Брат даже внимания на этом не заострил, но Тай спросил у стен, и те сразу сказали: нашла портал и – тю-тю.

И как Нех мог позволить девушке сбежать с этим её слизняком мужем?! Почему ничего не предпринял до сих пор?! Почему даже не дёрнулся?! Как мог отпустить…

Вопросы множились так быстро, словно пузырились на поверхности мозга. Если он сейчас будет сидеть здесь, в этой комнате, то просто свихнётся, или его разорвёт к чертям.

Но всё-таки…

Ах, чертовка, эта Нэт! Ну, надо же! Нашла портал, сбежала, тупого муженька спасла. Ничего не боится. Никакой покорности!

Тай усмехнулся.

С ума сойти. Шик! Обвела их вокруг пальца, вот это женщина.

Сердце колотилось.

Хотелось взглянуть на неё. Просто взглянуть. Увидеть огонь в глазах, который позволил Нэт принимать отчаянные решения и быть сильнее, чем предполагал Тай. Просто посмотреть на неё… Чтобы она увидела его… а не смотрела безразличным взглядом сквозь. Побыть рядом, как все эти недели. Смотреть, как Нэт читает или ест. Как она сводит колени, когда садится… Или как скользит и приподнимается по бедру край её юбки…

Чёрт, это пристальное наблюдение за ней, как за врагом, до добра таки не довело!

Ладно. В итоге он зря тратил время, пытаясь подловить её на попытке прикончить брата. Тот яд, который он уловил на ней, можно было купить и здесь. Это верно. И Нэт непричастна. И за ней, выходит, охотились тогда, в том коттедже. Теперь всё сходилось. Нэт – такой же приз и для Крега по второму заданию Принцессы. Но, тем не менее, ядом от неё пахло.

Яд. Кровь.

И Книга, чтобы спасти Неха.

Всё это сходится в...

…Залесье!

Погнали.


***


Денис возвратился домой рано, оставил машину напротив подъезда, пиликнул сигнализацией, задрал голову и помахал рукой в одно из окон многоэтажки. Именно в этот момент Тай со спины зажал ему рот и нос сгибом локтя и нырнул в открывшийся портал.

Этот скот даже укусить успел, пока они горели живьём ту долю секунды, когда перепрыгивали через миры. Или просто рот пытался закрыть. Но вот миниатюрным ножом на брелоке с ключами он полоснул по предплечью уже осознанно, словно готовился к такому повороту. В любом случае, когда они выскочили на знакомую полянку с рядами еловых посадок, Ден отбивался с остервенением загнанной в угол крысы.

Тай толкнул его между лопаток - и мужчина, потеряв равновесие, припал на одно колено, а затем развернулся. Лицо было в испарине, и верхняя губа тряслась.

- Ты…прошу… пожалуйста! Не надо, а?! Ну что я вам сделал?! Ну что, а?

Тай шагнул к нему, и Денис отшатнулся, выставив небольшой нож.

- Здравствуй, Де-ен, - произнёс Тай, не улыбаясь. – Мне ничего от тебя не нужно. И ничего ты мне, хвала богам, не сделал. Ну, если не считать, что ты спёр из нашего дома одну книгу в драгоценном переплёте.

Глаза мужчины забегали, он жамкал рукоять ножика и переминался с ноги на ногу.

- Да, тогда, когда сбегал через библиотеку. Ой, это так мелко и так непредусмотрительно, учитывая, что именно книга привела к тебе. Но откуда же тебе знать, что я могу находить по ментальным следам, верно? А она лежала – такая дорогая, такая никому ненужная – да на самом крае стола. Кажется, что мы полные идиоты, раз оставили её там… Знаешь, что сказала мне одна телефонная будка у рынка? Что ты - невоспитанное хамло. Даже до попутки даму не проводил, бросил. И это после того, как Нэт – на минуточку! – спасла тебе жизнь.

Ден тихо поскуливал, кособоко ссутулившись, словно его прижимало к земле с одной стороны сильнее, чем с другой.

- Я отдам книгу… только я уже заложил пару камней из переплёта, - просипел он, поглядывая исподлобья.

- Ой, ну какой же ты…

Тай поморщился, взглянув на порез. Рана была неглубокая, но весь рукав рубашки уже насквозь промок, и кровь капала в траву. Закрутив рукава и чуть стянув рану заклинанием, Тай продолжил спокойно:

– Ладно, дружок, давай сделаем так…

Он небрежно отбил ладонью поникшее лезвие в руках Дениса и надавил ему на плечо. Мужчина согнулся в поклоне.

- Ты еще раком встань. Садись, давай!

Тай резко пихнул его вниз и заставил плюхнуться на траву. Сам сел рядом, закинув локти на согнутые колени. Алые дорожки бежали по свесившимся пальцам и быстро сохли на лёгком ветерке, хотя осеннее садящееся солнце уже почти не грело.

- Мне ты нафиг не сдался вообще, скажешь пару слов – и вали куда хочешь. Где Нэт?

Ден встрепенулся с таким воодушевлением, словно уже склонив голову на плахе и увидев тень от занесённого топора, вдруг услышал объявление о помиловании.

- Она разве не дома?

- Ты, совсем от счастья, гляжу, ошалел? Сидел бы я тут на лужке с каким-то малоприятным мужиком, если бы Нэт была дома. Давай – вторая попытка. Сосредоточься, бога ради.

Денис повращал глазами, а Тай в очередной раз убедился, что терпение – не его добродетель.

- Чёрт, вы больше не разговаривали, что ли?!

- Я… она звонила Борису… просила заказать билет на самолёт, кажется, срочно улетала куда-то со своей бабкой… Анайрэ.

- С кем?! – невольно вскрикнул Тай.

Ден вжал голову в плечи и чуть приподнял руки, словно пытался защититься и одновременно боялся это сделать в полную силу.

- С бабкой своей, Анайрэ. Та когда-то жила в…

-… в Залесье.

- Угу, там…

- Ах ты, чё-ёрт… - Тай поднялся, запустив пятерни в волосы. – Так она… ах ты чё-ёрт!!! Внучка Анайрэ?!

- Ты знаком с её бабкой?

- Так. Вставай, дружок, свобода пока отменяется, - Тай дёрнул Дениса за локоть, вынуждая неловко подняться. – Ты не самая удобная кандидатура, но лучше у меня нет. Всё-таки ты – бывший зятёк как-никак. Полагаю, Анайрэ сто раз подумает, прежде чем отрывать мне голову.

- Что? Кто? – Ден осоловело пялился перед собой, словно пытался сфокусировать взгляд – и не мог. – Кто голову оторвёт? Куда это мы?

- Ну, еще разок задержи дыхание, - отрезал Тай, резко вывернул Дену руку за спину, чтобы тот не смог сразу вырваться. Мужчина вскрикнул от боли, нож вывалился из одеревеневших пальцев, но трепыхание лишь добавляло боли, а бойцом Денис не был, поэтому моментально угомонился и покорно застыл в скрюченной позе.

Тай раскрутил воздух, заставил материю реальности разъехаться с треском, и по краям разрыва заплёл её невидимыми косами.

- Ну, двинули.

- Нет, блин, нет!

- Рот закрой!

Тай пихнул Дена вперёд - и рана на теле мироздания с чавканьем захлопнулась за их спинами. Денис не дышал, надув щёки.

- Всё, всё… - Тай похлопал его по спине, одновременно оглядываясь.

Лес, в котором он бывал не раз и не два. Этот лес никогда не встречал лучами солнца, что, проходя через разноцветные кроны, приобретали оттенок листьев, никогда не убаюкивал журчанием ручья среди каменных мшистых берегов, никогда не восхищал здоровой энергетикой жизни и мощи. Но сейчас он был именно таким. И ни одна ветка, как кнут, не пыталась рассечь плоть, ни один сук не пытался превратиться в копьё, ни один лист не оборачивался смертоносным лезвием. Дубы-исполины тихо стояли в предвечерней благодати, наслаждаясь собственной многовековой мощью и пением недолговечных птиц.

Либо Знахарка покинула этот лес, либо приняла правила игры и выжидает. Тай внутренне перевёл дыхание.

- Давай-ка, шагай вперёд.

- Где мы хоть есть-то? – голос Дениса выдавал тревогу и озабоченность, но сильнее проявлялись плаксивые нотки страха.

- В Залесье.

Ден что-то прошипел сквозь зубы, но покорно поплёлся вперёд.

До избы Знахарки никогда доходить не удавалось - Таю здесь были более чем не рады. Однако сейчас лес будто сам направлял их, лёгкий ветер разгонял опавшие разноцветные листья с мягкого настила и выглаживал едва видную тропинку, которую тут же заметало за их спинами.

Минут через пятнадцать они вышли к озеру. Небольшой песчаный пляж, высохшие метёлки рогоза, тропинка, забор, голые прутья засохшего малинника. Крепкий приземистый бревенчатый дом, заросший у стен кустами боярышника. Ягоды на ветвях полыхали алым, как миниатюрные фонарики.

Тай медленно выдохнул и решительно направился к тяжёлой двери. Она была открыта, а на бревенчатой приступке ожидала Анайрэ, и лицо её словно в белом воске отлили.

Что ж. Боишься – не начинай. Начал – не бойся.

Ден рванул вперёд и едва не сбил Анайрэ с ног, пытаясь укрыться за её спиной. Но она спокойно, даже не приложив усилий, отвела его от себя в сторону и, слегка толкнув в затылок, пропустила в дом.

- Отпустим это дитя, не так ли? – наконец спросила она, посмотрев на Тая в упор.

- Денис! Боже мой, Денис! – навстречу, из глубины избы, к Дену бежала Нэт.

Тёмные волосы колыхались за спиной, словно поочерёдно поднимаемые крылья. Твёрдый подбородок – вперёд. И боль в глазах - видимо, девушка осознала, кто был причиной появления здесь «бывшего» в качестве заложника. В нескольких шагах от дверного проёма она остановилась. Ден замер рядом с ней, тяжело дыша.

- Ты не тронешь его! – твёрдо произнесла она, глянув, как и её бабка - прямо, жёстко, требовательно.

Тай развёл руки, приподнял ладони и раскрыл их перед собой.

Анайрэ отступила назад. Ден опасливо вскрикнул, но женщина остановила панику:

- Он не войдёт.

Нэт теперь стояла на пороге одна.

- Так вот как ты догадалась о тайном ходе через миры, - улыбнулся Тай и шагнул к ней. – Еще бы! Как оказалось, у тебя такая знаменитая бабуся. Но всё равно - довольно смело.

- Не подходи, тварь!

Тай замер, приподняв брови.

- Ого! Ты за языком-то последи, милая Нэт.

- Мне Анайрэ сказала – кто ты. Но ничего не можешь сделать здесь, силы у тебя в нашем мире нет.

Тай вздохнул и цыкнул сквозь зубы.

- Это правда. Вот ведь, стоило оставить тебя на минуту - и ты нахваталась у бабки неласковых эпитетов. Но тварь – это слишком, не находишь? Замечу, что я ничего тебе не сделал.

Нэт нахмурилась. Сомнение читалось на красивом лице, где между бровей пролегла совсем недавно приобретённая морщинка. Она сделала Нэт взрослей, но и привлекательней одновременно.

- Ты похитил меня и затащил в свой мир, грозился убить… - неуверенно начала она.

- Рано или поздно это бы всё равно случилось. К тому же, как мы уже почти выяснили, на тебя велась охота и, по сути, я тебя спас.

- Что? – Нэт отступила, недоверчиво смерив его взглядом. – Ты насильно брал у меня кровь, чтобы вылечиться или еще для чего…

- Я? Я ли брал кровь у тебя? Милая Нэт, лично мне ничего от тебя не было нужно, - смешок сорвался с губ невольно. - А вот за то, что был… слегка груб - за это прости, у меня никак паззлы не складывались в голове, а ты лишь вносила сумятицу.

Теперь Нэт не отшатнулась, не убежала с криком и не пырнула его столовым ножом. Ну что ж, в какой-то мере - уже прогресс. Если все поймут, что у него нет враждебных намерений, то, вполне возможно, он что-то сможет узнать о Книге.

Тай засунул большие пальцы за ремень на брюках и, всё еще улыбаясь, поставил ногу на приступку, но веса на неё не перенёс, балансируя на грани.

У Нэт пульс бился под кожей напряжённой шеи, плечи приподнялись, спина вытянулась. Вся она была собранная, звенящая и хрупкая, как хрустальная гармоника, но не пасовала.

- Нэт. Я, правда, прошу прощения. Правда.

Она подняла на него глаза, такие серьёзные, уставшие, словно за прошедшие дни они вобрали мудрость нескольких десятилетий. Она не боялась знаний. Была готова к испытаниям. Но всё еще желала верить. Всё еще искала чистоту. Это так очевидно читалось в том доверии, что она проявляла, выслушивая его, что Тай перенёс вес на выставленную ногу и оказался на десяток сантиметров ближе к ней. Их взгляды встретились на одном уровне. Если подняться еще на ступеньку - то Тай станет выше и, возможно, это будет её подавлять, поэтому он остановился.

- Ты боишься меня?

- Да. Анайрэ сказала, что тебе доверять нельзя. Но хочу верить, что ты искренен. Что можешь довериться мне.

Тай хохотнул.

- Я – довериться тебе?!

- Да, - твёрдо ответила она. - Ты – мне. Или не за этим сюда пришёл?

- Хочешь унизить меня?

- Нет.

- Хочешь, чтобы умолял?

- Нет. Всё не то. Хочу перестать теряться в недопонимании. Хочу, чтобы слова означали то, что означают. Хочу, чтобы никаких подозрений, никакого второго дна. Никаких игр. Полное доверие.

Тай несколько мгновений вглядывался в её лицо. В груди словно заработала огромная неповоротливая машина, что соскребала мясо с той стороны кожи - стало невыносимо больно от беспомощности, которую нечем было прикрыть.

- Так чего тебе надо от меня?

- Книга, - выдавил Тай, едва пробив слова через сомкнувшуюся в спазме гортань. - Книга эльфов. Думаю, что она может спасти брата.

- Больше ничего?

Тай открыл было рот, чтобы сказать «нет, ничего», - и осёкся… Страшная машина, которая накручивала на лезвия внутренности, вдруг словно замерла. Ощущение свободы оглушило, заставило раскрыться, на секунду потерять бдительность и откинуть саркастический тон.

- Хочу, чтобы ты коснулась меня. Вот здесь. – Он стукнул пальцем по груди, в область сердца.

В глазах её мелькнуло сомнение, на миг, не больше, словно тень пробежала.

- Эй! – крикнул откуда-то из глубины дома Ден. – Не трогай этого урода!

Анайрэ что-то тихонько прошептала – и мужчина умолк до того, как перетянул на себя внимание.

Нэт подняла руку и медленно потянулась к Таю пальцами. Тонкие запястья, трепетно-беззащитные дорожки вен под персиковой кожей. Она просто делала так, как он просил. Но не под принуждением, а лишь доверившись, приняв, как данность, не спрашивая, не боясь и не смущаясь. И ничего не желая взамен. Однако, как бы стойко ни держалась, было заметно, как её колотило - мягкая ткань блузы чуть подрагивала, когда касалась гладкой кожи на груди. Ключицы заострились под обтягивающим трикотажем.

Стук его сердца. Такой размеренный. Ровный. Она почувствует, когда прикоснётся, услышит этот ритм своим телом, через ладонь. Поймёт, что означает спокойное биение: у него нет больше иных намерений, он не лжёт, спокойно пойдёт рядом, будет смотреть в одном направлении с Нэт и не заставит боязливо оглядываться, когда окажется за спиной.

Пальцы такие тонкие и сильные. Через них перетекала энергия её воли - и ладонь с прикосновением нежнее, чем дыхание бриза, раскрылась на его груди подобно бутону. Сердце, словно железо к магниту, рванулось к её руке. Томление удушающей волной вмиг разлилось по телу, поглотило спокойствие, рассудительность и здравый смысл. Это было сродни чему-то, что вызывало неизбывную тоску, растравление нервов, помутнение мыслей. Будто всё естество сосредотачивалось в одном лишь желании немедленно прикоснуться к человеку, невозможно далекому и не мыслившему никогда о тебе, как об объекте ответных чувств. Но не в состоянии реализоваться это желание лишь терзало бы грёзами. А объект желания одним своим существованием заставлял бы корчиться в неутолённом голоде прикосновения и обладания. Осознание того, что это невыносимо мучительно, ошпарило внезапно и целиком.

Да, это мучительно. Но раз случилось - то так тому и быть. Если он раскроется, а она размажет его, значит, пусть размажет - и он умрёт прямо здесь, но уж точно не отступит.

Он накрыл её ладонь своей и прижал к груди так плотно, словно, сожми она сейчас пальцы, обняла бы ими сердце. Или раздавила.

Нэт замерла, но руку не убрала, однако взгляд вдруг остановился в одной точке за его плечом и до краёв наполнился ужасом. Тай обернулся. Всего в нескольких метрах от них стояла Дара и люди, вооружённые автоматами. За их спинами смыкался портал.

Тай легонько толкнул Нэт в плечо, заставив отступить внутрь дома, и захлопнул дверь.

- Попался, - улыбнулась Дара, помахав перед лицом окровавленными кончиками пальцев, словно по флейте ими пробежалась.

Тай глянул на порезанное предплечье, с которого всё еще редко-редко, но капала кровь. Тень накрыла руку, и Тай поднял голову. На небе сгущались тучи, садящееся солнце почти исчезло.

- Я пришла к этому типу раньше, чем ты. И Денис – а убеждать я умею – согласился сотрудничать.

Тай вздохнул, аккуратно отвёл руку за спину и отстегнул клапан на ножнах. Затем выудил керамбит, нырнул большим пальцем в кольцо-держатель и медленно опустил руку. Если они хотели убить сразу, то уже бы стреляли, а раз нет – значит у него и у всех, кто был в доме, оставался шанс. Надо было только понять, кому здесь что нужно.

В ушах слегка загудело, словно поднялось давление. Небо наваливалось на плечи физической мощью. Что ж, кажется, грядёт серьёзный природный катаклизм.

- Так чего хочешь?

- Пришёл за девкой?

Тай судорожно обдумывал самый безопасный ответ. Как много знала Дара? Зачем пришла она? Если судить по знакомым автоматчикам – тоже за Нэт.

- Не-ет, - Тай растягивал слово и, одновременно, удобнее укладывал рукоять ножа в ладони. Потом досадливо поморщился - говорили же: бери огнестрел. - Знать не знаю, о ком речь.

Автоматная очередь расщепила дверной косяк. Одна пуля звякнула о петлю, отрикошетила и чиркнула по плечу. Тай скривился от резкой боли, но устоял на ногах, а Дара подняла руку.

- Подождите вы. Тай, ну чего ты врешь?! Хочешь наиметь ещё и Принцессу?

- Понятия не имею, о чём ты говоришь.

Тёплая кровь бежала из рваной царапины по груди и проступала через белый шёлк.

- То есть это не вы нашли девчонку, не вы держали её у себя, пряча от всех?

- И снова ты задаёшь странные вопросы, учитывая, что твоего интереса здесь – ноль. Но если ты подмахиваешь Крегу, то интерес – налицо, да. И кто тут из нас пытается наиметь Принцессу?

- Тай! Ты издеваешься?! А то я не знаю, из-за кого всё это случилось два года назад! Но ты снова пытаешься вывернуться, мерзкая тварь!

- Слово прям в моде, - усмехнулся Тай, игнорируя её обвинение. – Но теперь я точно знаю, с кого должок за бардак в квартире Неха. Передам ему от тебя пламенный привет!

Она рванула к нему и прижала к двери, воткнув нож возле шеи.

- Одно движение - и я вспорю тебе трахею!

Тай похлопал кончиком кривого лезвия по внутренней стороне её бедра, где проходила бедренная артерия.

- Умрём одинаково быстро, - прошипела она.

- Звучит не очень. К тому же, разве Крегу и сейчас нужна девчонка? Зачем? Кровь, какая бы ни была, уже у Ди. Вся, как он и просил. Её не может быть две порции. Крег профукал шанс. Или… вам нужна не кровь, так?

Дара зарычала и дёрнула нож на себя, Тай извернулся и на взмахе подрезал ей запястье. Затем чиркнул ей по лбу, чтобы кровь хлынула на глаза и ослепила.

- Мразь! – Дара вжихнула ножом вслепую, тут же смахивая кровь с век.

Поднырнув под её руку, Тай метнулся к автоматчикам, которые вскинули оружие, но в зоне поражения, была и Дара, поэтому бездумно пальнуть так никто и не решился. Осталось попасть в середину группы - и тогда огнестрел превратится просто в дубины. Тай ворвался в строй, поддевая мужчин на стальной коготь. Первый взбыкнул, рухнул головой вниз, хрустнув позвонками и звякнув цевьём, что раздробило нос. Второй попытался отбиться стволом автомата, лезвие вжикнуло по чернёному металлу, выбивая искры, дотянулось до сухожилия на локтевом сгибе – и рука обвисла как плеть. Подсечкой Тай завалил противника на землю и локтем вбил кадык в горло.

И вдруг… Рука оттянулась назад, словно её поймали в аркан. Тай обернулся. Дара тянула его за кровь. Выставила вперёд ту руку, пальцы которой были в его крови, и читала на них заклинание. Приклад мелькнул возле лица - и Тай, едва увернувшись, сберёг голову.

Дара тянула к себе, обессиливала, опутывала.

- Твою ма-ать!

Тай увернулся от еще одного замаха, но приклад впечатался в раненное плечо, в трапециевидную мышцу, - и рука отнялась, жилы возле шеи вспыхнули болью, словно полопались с искрами. Взмах керамбитом – и снова мимо, на один миллиметр – но Дара сумела оттянуть руку от уязвимой шеи противника. Еще удары – в грудь, в печень. От боли дыхание перехватило, потемнело в глазах. Дара хотела «раскрыть» его посреди этого месива и посмотреть, как его забьют до смерти - кривая, мстительная улыбка, разрезавшая кровавые вертикальные дорожки на лице, это доказывала. Зарычав, Тай попытался выскользнуть из кучи противников со стороны Дары, чтобы предотвратить стрельбу.

Дверь избы распахнулась и с треском ударилась о стену. Тучи клубились на небе и не подчинялись ветру. Почва под ногами мелко задрожала. Дару сломало и прижало к земле невидимой рукой, расплющило так, что она закричала с подвизгиванием.

- Убирайтесь прочь с моей земли!

Глаза Знахарки полыхали ультрамарином, а вокруг неё самой разливалось перламутровое сияние. На стенах дома, на повисших тонких ветвях кустарника, земле, камнях у тропинки - везде распускались перламутровые цветы. Они выбрасывали смертоносные иглы, что стрелами пронзали воздух, землю, прошивали насквозь всё видимое пространство… Протыкали - и уничтожали. Знахарка возвышалась в дверном проёме с бледным лицом, словно сама смерть, которая губила всё живое, но была бессильна прекратить то, что творила.

- Нет, Анайрэ, нет!!! – крикнул Тай. – Мы все сдохнем! Я сам! Сделаю всё сам!!!

Давление воздуха становилось невыносимым. Тай, мотая головой, кляня всё на свете и распихивая ослабевших и воющих противников, у которых из ушей уже текла кровь, поковылял к Первородной.

- Анайрэ…не надо… Нэт… умрёт и она… - прошептал Тай в надежде достучаться до окаменевшей женщины.

И вдруг вскрик.

Нэт?!

Тай тяжело поднял расплывающийся взор на дверной проём. Анайрэ накренилась, упёрлась бедром в косяк, уронила руки. Позади стоял Ден и держал за рукоятку нож, торчащий между рёбер у старухи. По просторному льняному платью бежала струйка крови - сначала красной - потом она бледнела и переливалась, как радужное сияние.

Тай одним прыжком добрался до Анайрэ, отпихнул в сторону Дена, вращающего очумелыми глазами. Он ничего не говорил, только мелко трясся, от носа к подбородку вились алые дорожки, вперемешку с соплями.

Анайрэ осела на ступеньку, и Тай склонился над ней, всматриваясь в белеющее лицо. Кажется, кожа стала полупрозрачной.

- Анайрэ! Где Книга, дьявол тебя раздери, упрямая старуха! Отдай мне Книгу!

Рядом стонала и корчилась Дара. Даже умирающая, Знахарка всё еще была достаточно сильна, чтобы придавить противников к земле.

- Ты, глупый мальчишка… Книгу? Я так и знала…

- Что?

- Это проклятье… ты опять здесь… не могу… оставить… с демоном... - прошептала Анайрэ. Нэт уже склонилась над ней, но не плакала, скорее, была очень сосредоточена, почти до полной потери связи с остальным миром. Анайрэ слегка погладила её по плечу.

- Прости меня…. Идите скорее. Я не могу держать…. эту силу в себе больше. Могу погубить тебя.

- Книгу! – почти простонал Тай. – Отдай мне!

Анайрэ болезненно выдохнула, но, казалось, не рана была причиной.

- Проклинаю вас. Нех… пусть расплачивается… он виноват… он это начал…


…..шшшшшш…. Нех нааааашшшшшшшш…. нааааааааааавсегда….…хххххххххххотел забраааааать… всё наруууушшшшшиииииилллллл…. начааааалллл….


Тай едва не отпрянул. Эльфы. Голос чужеродной расы. Проникает в кровь иглами, что втыкаются в сердце.

- Ты… мерзкое отродье… - прошелестели с губ последние слова. – Всё погубишь… я знала…

- В чём виноват Нех? Что он сделал? Что он сделал?! Как его спасти?!!

Умирающая женщина не отвечала. Кожа на лице побелела, словно полупрозрачной волной прокатилась по щекам и лбу перламутровая рябь. Тело превращалось в твёрдые, острые, переливающиеся цветы.

На улице разорвали тишину ужасающие, визгливые, почти нечеловеческие вопли. Реальность покрывалась поблёскивающей пылью, спутывалась твёрдыми нитями, заплеталась в кокон из игл и цветов с длинными узкими лепестками.

- Идём! – Тай поднялся с колен. – Надо уходить, сейчас это место превратится в камень.

- Как… - Нэт подняла на него глаза. – Как - в камень?

- В скалу. Мы все останемся внутри, если не уйдём.

- Но…

Он дёрнул её за руку.

- Я же сказал. Слышала меня?!

Она еще раз обернулась к Анайрэ.

- Ты! – Тай посмотрел на сжавшегося в комок Дена. – Идешь с нами. Живо!

Ден рванулся на полусогнутых, споткнулся, упёрся лицом в грудь Тая, вцепился в плечи.

- Я не виноват. Эта рыжая сказала… Она что-то наговорила на мою кровь...

Ден уставился выпученными глазами на корчившуюся у порога Дару.

- Да понял я, - Тай пихнул его в плечо, отдирая от себя. – Двигай, давай. Нэт!

- Господи боже… - прошептали её губы. Но из глаз, полных скорби, так и не потекли слёзы. Она изо всех сил старалась держаться.

Тай схватил Нэт за руку и, перепрыгнув через порог, замер над извивающейся, как червь, пришпиленный булавкой, Дарой. Она ошпарила взглядом, полным ненависти.

- Значит, не за девкой пришёл… - просипела она. – Какая же ты мразь!

Тай склонился к её лицу.

- За то, что ты сделала, надо бы прикончить тебя, Дара.

Она схватила его за воротник рубашки и притянула к своему лицу. Поцеловала. Судорожно, трясущимися, твёрдыми от боли губами.

Тай опустил нож, отцепил скрюченные пальцы от рубашки и распрямился, бросив в сторону Нэт короткое:

- Идём.

Рука, по которой треснули прикладом, почти не двигалась, болезненное покалывание пробегало по мышцам и пальцы горели, будто в огне. Тай засунул нож в чехол и, смотря, как сосновый бор у озера пронзают каменные нити, одним движением, со стоном - своим и мироздания - содрал с этой реальности кусок плоти. По ту сторону – его мир, где он маг. А здесь, где о магии уже никто не помнил, кричали люди, связанные каменными путами, пронзённые перламутровыми стрелами и навсегда поглощённые эльфийской могильной плитой, похожей на скалу.

Здесь остался враг – женщина, которую он когда-то любил.

Здесь осталась Книга – единственный способ спасти брата.

- Не дышите, когда будете переходить.

Ден уже прыгал в портал, а Нэт всё еще стояла в нерешительности.

Тай прижался к ней со спины всем телом и бережно обнял. Раньше, применяя силу, он даже не замечал, какие они хрупкие… её плечи.

- Осторожно.

Он прикрыл её глаза ладонью, и Нэт схватила его вторую, онемевшую руку.

- Всё будет хорошо, - шепнул он на ухо. – У нас же доверие, правда?

Она кивнула. Ресницы порхнули по внутренней стороне ладони - и Таю будто по обнажённому телу провели огромным пером.

- Ох, чёрт!

Они шагнули через рану-портал, которая тут же поспешила зарубцеваться за их спинами.

Прошло не больше часа, но здесь солнце уже садилось, над чёрной полосой леса разлилось жёлто-рубиновое море заката. На нём застыли сиреневые волны длинных и узких облаков. Ветер студил кожу - ближе к концу осени вечера становились холодными.

Тай некоторое время вглядывался в небесный костёр над их головами, затем пошевелил отбитой рукой. Почти в норме, но плечо мучило страшно – возможно, порвано сухожилие. Тай склонил голову к плечу и прошептал приказ в рану, где пульсировала боль. Сразу стало легче, и он с удовлетворением сжал пальцы в кулак. Затем обернулся. Нэт и Ден понуро стояли на некотором расстоянии друг от друга и не шевелились.

- Как ты мог? – вдруг проговорила Нэт. – Как ты мог?! Сволочь! Думала, что никогда больше не увижу твою мерзкую рожу, думала, что ты провалился в тартарары, а ты снова являешься и…

Нэт осеклась, ладони сжимались в кулаки, лицо - словно под напряжением - еще чуть-чуть и заискрится.

- И ты! Зачем притащил его к Анайрэ?! Зачем, зачем, зачем?! Ненавижу вас! Ненавижу!

Подбородок задёргался - слёзы крупными каплями покатились по щекам.

Ден молчал. Тай вздохнул и снова посмотрел на закат. Он не умел утешать, не представлял, как говорить ничего не значащие банальности в нужный момент.

- Нэт, - вдруг хрипло проговорил Денис. – Прости. Правда, я не знаю. Это само. Я столько понатерпелся от них. Эта девка с кровью и угрозами - и потом меня словно расплющило. Не понимаю, как это случилось. Колдовство какое-то… Кто Анайрэ такая? Как всё это произошло? В голове – полный бардак.

Он неуверенно потянулся к ней и коснулся вытянутых вдоль тела рук. Она не отстранилась.

- Слушай, а что делать-то теперь… Я же не убил её, нет? Она же сама, так ведь? Нэт, а?

Он осторожно сжал запястья девушки и притянул к себе.

- Ну, прости меня…

Он как-то неловко, не поцеловал даже, а словно клюнул губами в её висок, когда она всхлипнула. Рука легла ей на плечи и чуть похлопала по спине.

Таю показалось, что снова онемели пальцы. Словно в каком-то полусознательном броске, он оказался возле обнимающейся пары и рывком оттащил Дена за шиворот. Мужчина пошатнулся, от неожиданности свалился в траву. Тай переступил через его тело, притиснул ботинками рёбра, а потом присел на корточки.

- Вот что, дружок, твои «прости» здесь мало что значат. Давай-ка так. Принесешь пользу - и считай - квиты.

- Что? – Ден ошарашено смотрел через плечо Тая на Нэт.

- Тай! – окрикнула девушка.

Он вскинул руку.

- Что толку от его сожалений? Тебя он, что ли, жалеет? Думает, как бы отмазаться. Так пусть хоть дело сделает.

- Тай, что ты собира…

Тай вытянул перед собой руку и полоснул по ней керамбитом, сжал зубы и чертыхнулся, когда кровь закапала на Дена, но недостаточно обильно, не так как хотелось бы. Тай резко выдохнул и полоснул по венам. Пальцы потеряли чувствительность, кисть онемела, и силы в ней больше не было, хоть она всё еще и держалась ровно, не обвисла. Зато теперь струя оказалась существенней. Денис лежал, придавленные его телом, ни жив ни мёртв, только моргал, когда капли падали на веки.

Тай согнулся, обессилено упёрся рукой в землю. Сухие травинки кололи пальцы.

- Ну, вот так. Хорошо.

Затем он в изнеможении перевалился через мужчину, и усталость словно накинула на него плащ из камней – его придавило разом, каждую клетку. Однако дело требовало завершения: Тай покрутил рукой со вспоротым запястьем перед собой и сотворил дверь между мирами.

- Уходи.

- Куда это? – Дэн ползал на карачках, утирался брезгливо от крови и оглядывался на Нэт, боясь даже взглянуть на образовавшийся портал.

- Вали давай! – рявкнул Тай, затем вскочил на ноги, схватил Дениса за загривок, подтащил к краю «двери» одним резким рывком и, отдавая последние силы, швырнул внутрь. Ден едва успел надуть щёки и зажмуриться, как здесь уже ничего не напоминало о его присутствии.

- Тай? – прошептала Нэт.

- Я везде оставил свою кровь. Не знаю, возможно, лишнее, но подстраховаться не мешает. Ден – как отвлекающий манёвр, если кто будет искать…

Тай упал в траву. Посмотрел на небо, которое переливалось из ярких красок на одном конце, в тихую серость – на другом. Запах пожухлой травы. Ярко, вкусно… но зловоние тлена пробивалось через душистый аромат. Как напоминание о смерти и о гнили, что разъедала даже невыносимо прекрасные вещи. Так и любое, даже самое светлое стремление, уже было заражено семенем эгоизма. Оставалось только подождать – и подспудное выплывет наружу…

- Но пока - чертовски красиво…

Кровь всё еще струилась из вспоротых вен.

- Тай, - Нэт испуганно посмотрела на рану. – Тай!

Она склонилась над ним.

- Ты такая бесстрашная, - вдруг вырвалось у него.

От потери крови он чувствовал себя слегка опьяневшим. В голове - словно раскинулись огромные просторы для возможных чувств, информации, волнений, сценариев развития событий. Опьянение дарило эйфорию мнимой свободы: ведь на помутнение рассудка можно спихнуть столь многое. Но, одновременно, подобное малодушие рождало злость. Ничего спихивать не хотелось! Иначе всё, чем болело сердце, обесценится, превратится в мираж, в обманку, в разные трактовки, которые каждый мог себе навыдумывать, чтобы принять правду такой, какая была удобна.

- Не слушай, - произнёс он. – Что бы я ни сказал, не слушай меня.

Нэт подалась ближе и прижала ладонь к его ране. Её пальцы словно проникли под кожу. Всё естество, чувства, ощущения сосредоточились на прикосновении её ладоней, всё в нём просило, чтобы её руки позволили себе больше: поднялись по его руке, скользнули по внутренней стороне локтя, обняли шею, вплелись в волосы, а потом опустились ниже - по лицу, груди, животу… И уже не надо медлить, не надо ласк, не надо ничего - только ответное желание, вызов, намерение и готовность взять.

Не хотелось отпускать это ощущение. Хотелось быть пьяным, чтобы думать о чём угодно, сказать что угодно, сто раз ощутить возможность… и не сказать главного.

- Псих ненормальный! – голос Нэт слегка надломился. Она пережила ужас и горе от потери, растерялась, осталась одна в незнакомом месте, но всё еще пыталась держать себя в руках, превращая боль в злость. – Ненавижу и тебя, и весь ваш долбанный мир! Катитесь к чёрту! – Нэт повысила голос и вдруг почти закричала: - Тай, ты умрёшь!

- Не умру, - улыбнулся он и поднял руку, чтобы коснуться её лица, но она отпрянула, глядя на рану и неловко пытаясь остановить кровь. Это раздражало. Разозлило настолько, что Тай, скинув плен эйфории, медленно поднялся и устало произнёс:

- Идём, ты права. Хреново мы выглядим. Но не волнуйся. Всё будет хорошо.

Он распахнул портал - и они оказались в квартире Неха, откуда съехали после нападения. Чистота и порядок. Каждой вещи – своё место. В этом жилище – весь Нех. Только забытые свечи в стаканчиках разной формы, размера и цвета обвили строгий силуэт комнаты яркими бусами и были чем-то инородным.

После того, как они смыли с рук кровь и грязь, Тай усадил Нэт на кушетку, пододвинул поближе журнальный столик из чёрного дерева и направился к бару за выпивкой. В кармане зазвонил телефон, аккордами тяжёлого металла взрывая степенную тишину квартиры. Левая рука всё еще двигалась плохо, хоть рана на запястье и зарубцовывалась, поэтому Тай полез в левый карман правой рукой, мешкая и чертыхаясь, а на самом деле совершено не желая отвлекаться на дурацкие звонки.

Брат.

- Да? – секунду помедлив, произнёс Тай.

- Ты где?

- У тебя. В новой квартире.

- Ты… один?

- Да.

- Кто с тобой?

- Нех…

- Кто с тобой?

- Нех, блин, пожалуйста…

- Отвечай немедленно!

Тай дал отбой и, запрокинув голову, застонал в потолок. Затем швырнул телефон на журнальный столик.

- Тай? – Нэт смотрела растерянно.

- Что?! Блин, что?! Сиди и молчи, поняла?!

Тай наклонился над столом, упершись в столешницу руками и свесив голову. Рядом сидела Нэт, и тепло от неё словно перетекало через столешницу в его руки. На этот раз юбка не была столь узка и оставляла возможность просунуть под неё ладонь. Если он скользнёт чуть вперёд…

Сердце разрывалось.

Медленно-медленно, он протянул руку к молчащему телефону. Набрал номер и услышал голос брата после второго гудка.

- Здесь Нэт.

Отключился и швырнул телефон об стену. В голове расплывались неровные круги, под веками пульсировали разноцветные болезненные вспышки.

- Проклятье.

Нэт не двигалась, вся словно подобравшись, лишь следила глазами.

Тай отодвинул стол и остановился напротив неё.

Кажется, он спятил. Что он только что хотел сделать? Что, чёрт раздери, он только что хотел сделать и при этом скрыть от брата?!

Он опустился перед девушкой на корточки, поставил руки по сторонам от её коленей. Большими пальцами скользнул по жёсткому твиду юбки, чуть надавил, ощущая упругую отдачу тела.

- Нэт, не бойся. Я ничего не сделаю тебе плохого.

- Уже и так всё плохо. Но… Нех? – вдруг серьёзно спросила девушка. – Он может сделать?

- С чего бы?

Тай внутренне сжался, припоминая слова умирающей Анайрэ о Нехе, предупреждения, странные угрозы эльфов. Сомнения Нэт оправданы - страх, утрата… Но сейчас всё, о чём он мог соображать, – это её тело и жар, который вливался в пальцы через ткань. И еще желание, дребезжащее где-то глубоко под плотскими мыслями: спрятать её, убрать с чужих глаз, присвоить.

Голова кружилась. Кажется, он перестарался с кровопотерей и чувством невесомости.

- С того, что… - начала она.

В двери провернулся ключ.

- Нех?

Тай обернулся в сторону прихожей, но где-то на краю сознания забрезжила, засигналила мысль о том, что брат не мог прийти так скоро, даже если и находился в городе.

Разум словно в дымке. Поэтому он сначала услышал выстрел – и только потом ощутил боль. Когда уже завалился на стол. Ножки у столика подломились - и Тай съехал по полированной поверхности, перекатился на пол и остался лежать ничком.

В последнюю секунду почувствовал, как его схватили за волосы и приподняли голову, чуть не сломав позвонки.

- Давайте его к Ди. Уж очень он хочет увидеть этого урода. Девку – тоже. Быстро!

Потом его жахнули лбом о паркет, и всё – боль, крики женщины, шум борьбы и шагов - поглотила окончательная темнота.

ГЛАВА 18. Автор: Anna Bernal

Нех вышел из лифта и увидел распахнутую настежь дверь квартиры. Он еще надеялся, что тот телефонный разговор – очередной подкол Тая, когда увидел смачные пятна крови на мраморном полу. Плохое предчувствие отозвалось давящей болью в солнечном сплетении.

Это и есть зов крови?

Нех шел по коридору, стараясь не наступать на багровые кляксы. Вокруг сломанного стола – кровавые отпечатки следов, лакированная поверхность потемнела от влаги. Нех снял пиджак и прижал запястье к столешнице - белая ткань манжета мгновенно окрасилась темно-красным, затем он спешно вышел через черный ход, обдумывая план действий.


***


Вывеска «Розовый слон» частично погасла - слово «Розовый» покинуло свое место и угрожающе болталось над входом, готовое в любую минуту сорваться на голову посетителя. Нех не с первого раза открыл неподатливую скрипучую дверь и вошел внутрь.

Знахарь сидел в широком фиолетовом кресле в углу зала и удрученно следил за смуглыми рабочими, перестилавшими пол. Увидев Неха, он поднял руку с трубкой в предупреждающем жесте, выпустил дым и заявил:

- Если явился по поводу этого психа, даже не начинай!

Нех перешагнул доски, загородившие проход, с раздражением посмотрел на брюки, покрывшиеся пылью, потом взял пустой ящик, поставил на попа рядом с креслом Знахаря и сел. Минут десять вместе со Знахарем равнодушно наблюдал за рабочими, как школьник за муравьями.

- Ты хоть представляешь… - прервал тишину Знахарь.

- Я оплачу ущерб, - Нех перебил вопрос ответом.

- Да там одного товара… - Знахарь решил-таки высказать все, что накипело.

- В трехкратном размере, - Нех снова перебил собеседника.

Знахарь раздумывал еще минут десять, затем нехотя произнес, понизив голос:

- Даже за такие деньги я не полезу дракону в зад. Что ж вам на месте-то не сидится?! Сбежал бы, завел семью, как человек, и выращивал герань на балконе… - и, помедлив, добавил: - Пообещай мне еще кое-что.

- А сам-то почему не сбежал? - спросил Нех, придав голосу доброжелательный тон. - Так чего ты хочешь?

- А то не знаешь, что я невыездной, - Знахарь махнул рукой, затем обвел трубкой зал, демонстрируя разрушения. - Сейчас я ничего не хочу, но жизнь такая – как на пороховой бочке, каждый вытворяет, что хочет, закона на вас нет, так что обещай выполнить мою просьбу, коли потребуется, авансом.

- Обещаю, - сразу ответил Нех и тут же озвучил требования: - Мне нужен придворный маг - сильный и продажный, плюс десять подготовленных бойцов.

- Скажи спасибо, что я стар и потерял вкус к жизни, иначе лезть бы тебе в эту темную дыру в печальном одиночестве…

Знахарь протянул руку в направлении барной стойки - и «тревожная» кнопка вызова загорелась красным.

- По двое на дверь, - скомандовал он охранникам и направился к потайной двери за барной стойкой. Нех последовал за ним.

Они довольно долго спускались по узкой витой лестнице, минуя многочисленные металлические двери. «Для тайных увеселений?» - мелькнула мысль, когда они вошли в небольшое тускло освещенное помещение, похожее на каменный колодец. По центру стояла кушетка, рядом – табурет, на нем - графин с водой и стакан, в стенах – круглые люки с вентиляторами. Их лопасти синхронно вращались, издавая легкий шум. На кушетке кто-то лежал, укрытый с головой. Знахарь с хитрым видом приглашающе протянул руки в сторону лежащего, что, видимо, означало «прошу вас» или «кушать подано». Нех откинул одеяло и уставился на мертвенно белое лицо… Дары. Её тело напоминало лоскутное одеяло, что сшил безумец из несимметричных кусков, накромсанных в припадке бешенства.

Дара едва слышно выругалась, даже не попытавшись прикрыться. Ужасающие раны невольно тронули сердце Неха, и он аккуратно укрыл израненное тело. Затем, недоумевая, воззрился на Знахаря, и заметил, что дебильные шутки многим стоили жизни.

- Не помню, чтобы ты уточнял половую принадлежность мага и степень его адекватности. Да, она чокнутая, но сильная, только как минимум неделю точно ни на что не годна. Хотя-я… если тебя заводят шрамы… Ладно, вы поговорите, а у меня дела, - Знахарь подошел к двери и добавил: - Будешь выходить – закрой плотно, иначе вентиляция откажет.

Дара попросила воды. Нех приподнял ей голову, и магичка с трудом сделала несколько глотков. Беспощадная амазонка превратилась в слабую женщину, раненную и беспомощную, ищущую опору в его руках, через которые ему передавалась её дрожь. И, казалось, непробиваемый панцирь окончательно разваливался, пока она рассказывала о том, что произошло в Залесье.

Как только Дара закончила, Нех достал из кармана манжет сорочки с засохшей кровью и, положив в ладонь Дары, крепко сжал в кулак. Он надеялся, что она прочтет по крови и скажет, что Тай жив. Только бы он был жив!

Дара закрыла глаза и нахмурилась, следуя за видением.

- Наглая эгоистичная сволочь! – в ярости шептала она дрожащим голосом. - Сволочь! сволочь! ненавижу!.. ненавижу его…

Слезы ревности и обиды душили ее, она разжала руку - и скомканный клочок ткани упал на каменный пол. Нех ждал, пока истерика прекратится. Болезнь и любовь одинаково лишают сил и воли. Ткань с кровью Тая снова перекочевала в карман пиджака, как некое доказательство жизни брата.

- Я не собираюсь его спасать. Пусть подыхает. И девку эту не собираюсь. И ты не должен. Ты пожалеешь, - как заклинание повторяла Дара. - Он бросил меня там! Бросил!!!

- Успокойся и не теряй голову. – Нех не хотел еще одной истерики. - Ты скоро поправишься.

- Не терять что? – Дара рассмеялась. - Только глухой не слышал, что все называют меня чокнутой. А уверен, что мое сердце сейчас выглядит лучше, чем тело? Поправлюсь, говоришь?

- С ним была девушка? – спросил Нех, игнорируя вопрос Дары.

- Это он был с ней, - зло ответила Дара. - Я же сказала, ты пожалеешь! Пусть сдохнут оба!

Нех дождался паузы в её словах и объяснил свой нехитрый план. Дара молчала.

- Вернусь через неделю, а пока – думай.

Перед уходом мужчина снова приподнял её голову и поднес к губам стакан воды, амазонка сжала губы в знак протеста, и стакан с резким стуком вернулся на место.

- Как хочешь.

В любом случае, выбора нет. Слишком рискованно перекупать кого-то еще, а Дара не позволит Таю умирать в чужих руках - это Нех знал наверняка. Она сама жаждет забрать его последний вздох. Пусть поможет вытащить брата, а уж от ее клыков он избавиться сумеет.

***


Тай не понимал, зачем Ди посадил его на цепь как бешеную собаку. Разбитая губа саднила, челюсть ломило от кляпа во рту, спекшаяся в носу кровь не давала нормально дышать. Тай закрыл глаза и снова предпринял попытку освободить руки от ремней, фиксировавших его положение. Тщетно. Правую ногу до середины икры украшал тяжелый металлический «браслет», массивная цепь от которого крепилась прямо к каменному полу. Такая же каменная лежанка с тонким грязным матрасом не добавляла комфорта. Рядом с лежанкой, в полу, было углубление как в любой средневековой пыточной – для смыва крови и нечистот. Зловоние, сырость, холод и темнота. Больше всего доставало, что кожа под металлом страшно чесалась, и Тай в бешенстве колотил ногой по лежанке, доводя себя и охрану до исступления и мечтая о том, как и на какие куски порежет всех, попавших в поле зрения, когда выберется.

Сколько дней он здесь? Если считать, что кормят один раз в день, и сегодняшняя миска – шестая, то шесть суток? А сколько он без сознания? Синяки на запястьях, ожог на тыльной стороне кисти, боль в плечевых суставах и, судя по всему, трещины лицевых костей – и всего-то? Хреновый из Ди мучитель. Зато своими бесконечными словесами доведет до белой горячки кого угодно.

Относительную свободу Тай получал, когда к нему приходили «поговорить». Чтобы спасти руку, пришлось сдать трех контрабандистов. Но Тай знал – что не руку, а жизнь, ему спасала только Нэт. Точнее не она - ублюдки проверяли действие ее крови. По той же причине каждый день ему наносили новые раны, изучая скорость заживления и регенерации.

Хорошо, что ему при этом не выдрали язык, но с кляпом Тай не всё равно не мог говорить с вещами, и, сколько не пытался, не чувствовал Нэт и не знал, что с ней.


***


На третьи сутки после исчезновения Тая от Ди поступил вызов. Чтобы придворные маги не смогли прочесть его мысли, Нех принял средство, рассеивающее мозговые волны, и только после вызвал машину. За эти три дня Нех нашел убежище - в двадцати километрах от городской стены он купил небольшой дом в лесной чаще, к которому вела сносная дорога. В лесу Тай легко мог поставить барьер и выиграть время для побега. К тому времени Нех уже перегнал к дому пару машин, забил комнаты оружием и провиантом, поэтому сейчас уверенно направился к Ди. Городской пейзаж проплывал за стеклом служебного авто, когда Нех ощутил, что слепой глаз слабо видит - через желтую пелену и мутно - но видит, словно кто-то приподнял темную штору и впустил свет. Резкая боль заставила сжать голову руками и зажмуриться. Перед закрытыми глазами поплыли злобные лица эльфов.


Убееей Всссссеесссссссильного! ….. шшшшшшшшшшшш… не полуууууучит Принцееесссссссу… слыыышшшшишь? Слышшшшишь? Неее убьеееешь – поооожааалеееешь… вссссе погииибнууут… убееей… убееей… убееей… …шшшшшшшшшш…


В себя Нех пришёл, только когда водитель съехал на обочину и уставился на него так, словно увидел дикого зверя. Даже голос дрожал, когда он окликнул хозяина. Нех тряхнул головой и, глянув в окно, растерянно спросил:

- Почему не едем?

В зале приемов на этот раз было всего одно кресло, и занял его Всесильный. Нех стоял перед Ди, чувствуя его жажду превосходства и про себя отмечая непривычную скромность убранства. Ди даже унижал как-то мелко, без размаха.

- Догадываешься, зачем ты здесь?

По всему было видно, что Ди сильно разочарован отсутствием просьб и расспросов со стороны Неха.

- Вернитесь к сути, - спокойно сказал Нех. - Раз я здесь живой и невредимый, значит, от меня что-то требуется. Озвучьте требование.

Ди поднялся, прошествовал в центр зала и встал четко в сердцевине мраморного цветка, выложенного умельцами с использованием перламутра раковин аммонитов, добыча которых в свое время привела к исчезновению моллюсков. Нех ощутил себя в театре, где Ди – главная актриса пьесы, занимающая четко отведенное место, дабы выгоднее сиять в лучах софитов.

- Глаза Дракона! – величественным голосом произнес Всесильный, и Нех прикусил губу – так нелепо это выглядело - а Ди продолжил: - Глаза Дракона – третье задание Принцессы. Никто не знает, что это, но ходят слухи – пара драгоценных камней огромных размеров. Выясни правду и добудь как можно скорее!

- Какова цена? И хочу напомнить, что работаю только с Таем, - возразил Нех.

- Цена? – Ди скрипуче рассмеялся. – Обманув меня, ты заложил свою жизнь и любимого родственника, так что теперь трудишься бесплатно! Поспеши, иначе начнешь получать своего младшего по кускам. Отчет должен быть каждые три дня!

Нех окинул взглядом немногочисленных прислужников Всесильного – умудренные годами и дворцовыми интригами, они верили, что получат грамоты министров. Идиоты! Как только прозвучит свадебный гонг, их скормят свиньям со всеми потрохами! «Я слишком много знал», - Нех мысленно процитировал фразу из фильма, представляя на месте будущих министров могильные холмы.

Здесь всё решала только власть, а не заслуги.


***


Нех и Дара ждали сигнал от подкупленного охранника в помещении КПП у южного входа – в тридцати метрах от тюремного блока, находящегося в личном владении Всесильного. Нех знал простую арифметику: возьмите стоимость чего-либо, прибавьте к нему двадцать миллионов и оно станет вашим. Все, кто торговал служебными тайнами, приобретали отсроченную смерть, мечтая о беззаботной жизни на райском острове. До которого так никто никогда и не добирался.

Нех и Дара, сидя на полу, не сводили глаз с небольшого окна. Надо признать, Нех никогда не хотел Дару, и сейчас ее близость совершенно не волновала, однако чокнутой он ее не считал. Эмоциональной – да.

Дара смотрела в окно и натягивала тонкие перчатки, когда вдруг произнесла:

- Хочешь, если выживем сегодня, уехать со мной? Плюнем на все и уедем, будем жить вообще по-другому. Я изменюсь, начну вязать и готовить.

Она вытянула стройные ноги в черном.

- Не хочу, - честно признался Нех, отметив про себя и ноги, и любимый черный цвет, - и не меняйся ради кого-то.

Но вот и долгожданный сигнал. Нех поднялся и протянул руку Даре. Ей, судя скепсису на лице, подобный жест оказался не близок - привыкла сама быть впереди, командовать, принимать решения, ошибаться и исправлять. Сама – такое глупое самонадеянное слово. Но сейчас всё-таки подала руку, пробурчав под нос, что больше никогда не выберет мужчину, похожего на бокал с искристым шампанским, отныне - только водку, и никакого шампанского. Очевидно, что Дара злилась, но в глубине души не могла не понимать чувства Неха к брату, так как сама потеряла сестру.

Дара выяснила, что Нэт держали в лаборатории на втором этаже, а Тая – в полуподвальной камере. Теперь, проникнув внутрь блока, Нех и Дара двигались в полной темноте по черному каменному полу, напоминавшему бездну. На всё - пять минут. Когда откроют дверь камеры – сработает сигнализация и останется не больше трех минут, чтобы добежать до лестничного пролета, ведущего к выходу. Дара направилась за Нэт, Нех – за братом. Подкупленный охранник возле камеры Тая не сопротивлялся под дулом пистолета и спокойно открыл дверь, затем вставил ключ в замок ножного «браслета». Как только замок открылся, грохнул выстрел - и тело мягко упало на пол одновременно с массивной цепью. Нех успел указать Таю направление и сказать про машину у входа. В тот же момент ревом тысячелетнего дракона взревела сирена, и зажглись прожектора. Осталось меньше двух минут до блокировки входа. Время пошло. Все четверо встретились в коридоре у камеры Тая, и что было сил рванули к белеющему лестничному пролету. Страшный грохот заставил беглецов обернуться – черные плиты пола падали вниз одна за другой, бездна с бешеной скоростью надвигалась на них, поднимая в воздух клубы серебряной пыли.

- Быстрее! – крикнула Дара, толкнув Нэт вперед.

Дара бежала последней – она едва успевала оторвать ногу от пола, как мраморная плита проваливалась вниз. Тай и Нэт уже поднялись по лестнице. Дару от Неха отделяла всего пара метров. Кто не успел – мертв. Нех ухватился за перила и обернулся. Последняя плита исчезла внизу, Дара успела поставить ногу на первую ступень, но подскользнулась, потеряла равновесие и рухнула, вытянув вперед руки. Нех развернулся, одновременно наклоняясь к Даре, схватил ее руки и упал, успев сунуть ногу между прутьями перил. Ребра основательно приложились о лестницу, не давая вздохнуть, но Нех двумя руками крепко сжимал запястья Дары. Женщина смотрела в его глаза без ужаса или сожаления:

- Упадешь… вместе… со мной?! – крикнула Дара сквозь рев сирены и расхохоталась, запрокинув голову.

- Заткнись!!!

Нех с усилием подтягивал ее к себе. Позади Тай, матерясь, кинулся вниз, к Неху.

- Не смей! – крикнул ему Нех, пытаясь крепче зацепиться ногой за железные прутья.

Наконец, Нех схватил Дару со спины за кожаные ножны, похожие на сбрую и скрещённые между лопаток, и втащил её на лестницу. Ее волосы, лицо, черный костюм, а так же руки Неха - все покрылось серебряной пылью.


***


Нэт выбежала из дверей, ослепленная прожекторами и оглушенная сиреной. Метрах в тридцати от нее кто-то распиливал пруты в транспортных воротах, искры бенгальскими огнями осыпали асфальт. Еще один прут со звоном покатился по асфальту. Тай схватил Нэт за руку и увлек за собой. Резкий свист пули совсем рядом, еще один, и еще... Кто-то упал, как в компьютерной игре – резко и беззвучно. Нэт перестала ориентироваться. Вот кто-то легко приподнял ее и передал через отверстие в воротах, как сверток, а вот кто-то запихнул на заднее сиденье машины и навалился на колени, когда машина с визгом сорвалась с места и наполнила салон вихрем воздуха. Краем глаза успела отметить только, что Нех и Дара заскочили во вторую машину.


***


Нех зажимал рану на бедре, стискивая зубы на каждой выбоине, по которым прыгало авто.

- Дай посмотрю, - Дара придвинулась ближе и двумя ладонями накрыла рану. - Беда с вами, с обычными. Одна царапина может жизни стоить!

Мгновенное облегчение и дурман, от которого голова упала на спинку сиденья. Оставшееся время пути Нех был в отключке. Дара вернула ему сознание только во дворе дома. Все, очевидно кроме Тая, ощущали дикую усталость, и сонливость, в том числе от опьянения лесным кислородом. Тай же смотрел на деревья с нескрываемой радостью. Нех выходил из машины и сердцем чувствовал желание брата раскинуть руки так же, как деревья свои кроны, и расспросить их про это место, про дом и вообще, за жизнь… Он подошел к брату и ласково посмотрел на него:

- Рад видеть…

Взглянув в лицо Неха, Тай расхохотался, приседая от слабости. Нэт, глянув на Нэха, тоже невольно рассмеялась. И даже Дара улыбалась, стоя в стороне. Нех посмотрелся в боковое зеркало машины – на лице, нарисованные его же кровью беспардонными пальцами Дары, торчали в разные стороны здоровенные усы.

- На сегодня достаточно, - сказал Нех. - Дамы, пройдите в дом.

Нэт поднялась на крыльцо, а Дара сделала вид, что послушно исполняет волю старшего, однако, миновав двух водителей, развернулась и затянула невидимые петли на их шеях. Мужчины почти мгновенно обмякли.

Тай обернулся и взмахом руки оборвал невидимые удавки, заплетённые на крови.

- Тебя никто не просил об этом! – раздраженно заметил он.

- Тебя тоже о некоторых вещах не просили, - парировала она. - Или ты думаешь, я не знаю, что вы собирались сделать с этими двумя, или что ты собирался…

Тай выругался. Нех встал между ними и легко подтолкнул Дару в направлении дома, добавив более конструктивно:

- Никто ничего не собирался. Зачем же нам убивать своих людей? Мы сейчас в таком положении, что каждый верный человек на счету. Иди, отдыхай.

Оставшись наедине с Таем, Нех присел на корточки над телами и сказал:

- Прекрати ты цеплять ее. По крайней мере, сейчас. И она все же твоя бывшая.

- Я?! – Тай опустился на колено рядом с лежащими мужчинами и провёл ладонью над лицами. - Я цепляю?! Надо как ты – всем бывшим дарить подарки ко дню рождения и оставаться в прекрасных отношениях?

- Почему нет? – искренне удивился Нех.

- Потому что я разорюсь!

Тай закрыл глаза и прошептал заклинание. Мужчины в сознание не пришли, но задышали ровно и глубоко, погрузившись в глубокий сон.

- Память стёр?

- Само собой, - Тай поднялся и подхватил одного из водителей под мышки. Придерживая ногой дверь машины, он затолкнул тело на заднее сидение. Нех проделал тоже самое со вторым мужчиной. Дверцы они захлопнули одновременно.

Видя, как Тай морщится от боли, Нех подошел и бегло осмотрел его шею, руки, ощупал плечи и задрал рубашку. В ответ Тай раздраженно оттолкнул брата:

- Да в порядке я! Проспят они часа три. Портануть бы их куда-нить в город вместе с машиной, только боюсь, что жахнет сейчас силой - и нас засекут в миг. У них там до чёрта чего моего осталось, прощупают ментальный след на раз. Сначала мне надо защиту установить.

- Можешь ничего не говорить. Вернусь… часа через два.

Нех сел в машину и медленно вырулил на дорогу. В боковом зеркале он видел, как Тай смотрел ему вслед, а впереди свет фар выхватывал одинаковые, подобные карандашам в коробке, стволы деревьев.


***


Нех оставил машину в городе, возле бильярдной Знахаря, обратно возвратился на попутках и последний десяток километров шёл пешком. Все еще спали, а Нех уже пару часов мечтал о кофе. Стараясь не шуметь, принял душ и вскипятил воду. Когда тонкая струя кипятка лилась в центр дрип-пакета, распространяя чарующий аромат кофе, вошла Дара. Судя по провокаторскому блеску в янтарных глазах, ей было откровенно скучно, хотелось кофе, что-то вытворить и обратить на себя внимание. Но он молчал.

- А у тебя седые волосы, - начала она, коснувшись его виска.

- Убери руки, - выдохнул Нех и отдал ей свою чашку кофе.

Он открыл новый пакет, и, предвкушая, вдыхал чарующий аромат, но тут вошел Тай и остановился рядом. Когда вторая чашка наполнилась, Тай быстро выдернул из нее фильтр, швырнул в раковину, забрал кофе и сел напротив Дары. Дара пнула его ногой под столом, Тай ответил тем же. Нех, не говоря ни слова, взял третью чашку. Чуть позже к ним присоединилась и Нэт, похудевшая и осунувшаяся.


***


Тай лежал на диване с закрытыми глазами и «осматривал» дом и окрестности. Дара нервно ходила вдоль дивана, пытаясь «прочесть» действия спецслужб. Нех отвел Нэт наверх, чтобы она могла переодеться. В шкафу лежали и оружие, и одежда. Она выбрала спортивный костюм и оглянулась на Неха, ожидая, что тот выйдет из комнаты.

Но выходить он не собирался. Взял ее руку, покрытую многочисленными синяками, мягко провел по ним пальцами и стиснул зубы, пытаясь подавить ярость.

В нем давно поселилась какая-то злость.

Злость на то, что она сбежала.

Злость на то, что ни в чем не доверилась.

На то, что ничем не воспользовалась и не приняла помощь.

На то, что она так исхудала и побледнела.

На то, что к ней кто-то прикасался.

На то, что мало времени…

На проседь в волосах…

- Тебе не нужно было убегать…

Одной рукой он притянул Нэт к себе, пальцы другой запустил в ее волосы и сжал у корней, не давая отвести голову. По его губам скользило её дыхание с ароматом кофе.

Девушка мягко пыталась отстраниться, упираясь руками в его грудь. Она, видимо, не хотела быть с ним грубой, и, понятно, что сейчас вряд ли желала эмоций или секса, а только покоя и безопасности: кровь сделала её вещью, которую рвут на части страждущие бессмертия. Но Нех заставил приподнять голову, чтобы увидеть её глаза – такие красивые и такие темные, и все ее протесты прервал жадным поцелуем.

Нэт замерла в его руках, словно подчинившись, на активное сопротивление просто бы не хватило сил. Он стиснул её за плечи, легко приподнял, уложил на покрывало и подмял под себя. Не отрываясь от её губ, швырнул на пол подушку и завел её руку себе на плечи.

И вдруг … вспышка боли в висках. Нех застонал и с силой уперся лбом в грудь Нэт, сжав голову руками. Незрячий глаз снова увидел злобные лица эльфов в мутном желтом свете. Их тонкие губы растянулись в острозубых улыбках. Все хохотали над ним – и эльфы, и Нэт, и Тай. Этот смех сводил с ума и кипятил кровь яростью.

- Убееей… или все погиииибнут… убееей… убееей! – сказала Нэт сквозь смех, обнажая в эльфийской улыбке острые зубы.

Нех сжал горло Нэт двумя руками.

Точно! Хрупкая шея хрустнет раньше, чем девушка задохнется!

Ядовитый смех сводил с ума и раздирал мозг невыносимой болью, но на краю сознания, ощущая пульс чьей-то жизни, затихающей в его руках, Нех услышал стремительные шаги по лестнице и женский крик.

- Не ходи! Да что в ней такого?!

Все растворяется, пропадает, исчезает, тонет в шипении. Грохот выбитой двери. Снова женский крик. Тело, бьющееся под ним. Нэт всё еще смеётся… Он просто сломает ей шею – и всё закончится!

Чьи-то жёсткие руки – сильные и упрямые, схватили за плечи. Они отнимут возможность прекратить этот ад и освободиться… Нет… Еще секунду!

Нех задохнулся, когда петля затянулась на шее. Неведомая сила дёрнула назад, едва не сломав позвонки. Что это?! Он машинально схватился за петлю, и в тот же миг его с силой швырнуло и впечатало в распахнутый шкаф. На пол с грохотом полетело оружие. Нех на ощупь выбрал пистолет, стиснул рукоять и прицелился в смутный силуэт…

«Убееей… или все погиииибнут… убееей… убееей!»

Тай стоял перед братом, сжимая в руке жгут, скрученный из простыни – один конец змеёй вился у ног, другой – сползал с шеи Неха. Тай отбросил жгут, опустил руки и даже не подумал увернуться. Не верил, что это происходит. Готов был рискнуть жизнью, чтобы доказать – Нех не сможет выстрелить. Как маг, знал, что его хотят убить, но как брат - отказывался верить.

Первый выстрел прибил его к стене, и кровь заструилась по животу, пропитав рубашку. Второй выстрел ушел правее – возникшая в дверном проеме Дара на расстоянии отвела руку Неха в сторону, затем той же силой заломила кисть, после чего подошла и уже физически отобрала ствол. Тай медленно сполз по стене, прижимая руку к окровавленной груди. Его била дрожь, он закашлялся - и губы окрасились алым:

- Пля… сколько можно… мне же больно…

Нех пришел в себя. Он снова видел только одним глазом.

Откуда у Нэт багровые отметины на шее? И зачем здесь Тай?.. Кровавый след на стене - как алый размашистый мазок, оставленный массивной кистью. Прямой взгляд Тая - растерянный и одновременно смирившийся. Никто не смеялся над Нехом, всё, что он слышал и видел минуту назад – слышал и видел только он один. Теперь стало ясно, что означали угрозы «все погибнут».

Не веря в то, что видит, Нех приблизился к Таю, опустился подле него на колени, прикоснулся ладонью к его щеке и вытер большим пальцем кровь, текущую по подбородку.

- Тай, почему ты ничего не делаешь?.. – Нех взял его лицо в ладони и встряхнул. - Тай! Слышишь меня?! Тай!!!

Тай медленно закрыл глаза, и его рука безвольно упала.

Нех схватил Дару и заставил опуститься на колени около Тая, с силой наложил ее ладони на рану, молча умоляя помочь.

- Не хочу спасать его, - спокойно сказала Дара, откровенно любуясь Таем, а потом прижалась плечом к Неху, повернула голову и прошептала, касаясь губами его шеи: - Спасибо, что отомстил за мою сестру…

ГЛАВА 19.

Все произошло так быстро, что Нэт не успела откашляться. Она задыхалась и глотала воздух ртом, когда услышала грубый, охрипший голос Неха:

-Чего ты хочешь? Ну! Давай, говори!

Он держал Дару двумя руками и силой пытался повернуть лицом к брату.

- Ха! Не смеши, милый Нех! У меня есть все, что надо! - Дара смеялась ему в лицо. - За девку и Крег, и Ди заплатят золотом! А ты, - Дара захлебнулась от смеха, - а ты станешь ручным. Ты прав, мне незачем меняться, это ты будешь ползать ко мне сам. И если будешь ласковым, так и быть, я избавлю тебя от печати эльфов.

Нэт схватила валявшуюся на полу скрученную простыню, подбежала к Таю и прокричала:

- Отойдите вы! Нех!

Тай сидел, прислонившись к стене, немного накренившись и упершись левым плечом в прикроватную тумбу, его голова упала на грудь, и он истекал кровью.

- Нех, что ты делаешь...

Крик вдруг застрял в горле - невидимая волна отбросила Неха и припечатала к простенку между окном и кроватью. Дара выпрямилась во весь рост, метнулась за ним. Одной рукой она вцепилась в рубашку Неха на груди, ладонью другой руки рассекла воздух и сжала кулак перед его лицом. Нэт застыла от изумления - казалось, что Дара накинула аркан на шею Неху и теперь затягивала петлю. Можно напасть на Дару сзади, сбить с ног... Но здесь, рядом, умирал Тай. Нэт отвернулась, присела перед Таем на колени, пустила за его спину один конец простыни и перевязала так туго, как только могла. В районе солнечного сплетения на белом полотне появилось огромное алое пятно. Глядя на хлюпающую в центре пятна кровавую лужу, Нэт в отчаянии опустила руки.

- Нех! Сделай же что-нибудь! – Она знала, что Нех в колдовской власти сумасшедшей Дары, но отчаянным криком хотела достучаться до него.

- Девочка играет в медсестру, - злобно, не отрывая глаз от Неха, отозвалась магичка. - Ах, милый Нех, как же трудно быть человеком в нашем мире.

- Нэт, ему нужна кровь, - сдавленный, чужой голос едва коснулся ушей.

- Давай, детка, сбегай за шприцом, я тебе помогу, - Дара продолжала насмехаться над Нэт, но её взгляд цепко держал сознание Неха на крючке.

Что-то щелкнуло в голове. Кровь! Нэт снова опустилась на колени, сорвала с большого пальца кольцо Анайрэ и схватила руку Тая. Не раздумывая, надела кольцо на его мизинец - и оно тесно опоясало фалангу. Когда камень превратился в бледно-голубую каплю, закрытые веки Тая дрогнули, а на лице появились живые краски. Дрожащей рукой Нэт стерла кровь с его губ и подбородка, машинально вытерла ладонь о свою футболку.

- Тай! Тай! Открой же глаза!

Он не отвечал. Нэт убрала пряди волос с лица, приложила ухо к его груди и услышала слабые удары сердца.

В другом конце комнаты развлекалась Дара:

- А давай поиграем. Кого ты выберешь – девку или брата?

- Не тронь их! - голос Неха напугал, и Нэт вскочила на ноги. Его лицо перекосилось от ярости, во взгляде читалось отчаяние и страх. Что Дара сделала с Нехом? Наклонившись, одной рукой он держался за стену, а другая - свисала плетью; хрипы тяжелого, прерывистого дыхания заполнили комнату. У Нэт сжались кулаки, а внутри закипело мутное варево из злости и бессилия. Взгляд выхватил пистолет на полу. Не раздумывая ни секунды, она подняла оружие. В голове яркими вспышками пульсировала мысль - проклятое колдовство Дары не дает Неху сдвинуться с места. Это Дара велела задушить Нэт, Дара заставила его стрелять в брата... Несколько шагов - и Нэт стояла за спиной магички, сжимая двумя ладонями рукоять пистолета:

- Отпусти его!

- Не стреляй! Это иллюзия! Дара не сможет ничего сделать, - крик Неха разбился о стены комнаты и отозвался эхом. Теперь магичка словно опустила его в горное ущёлье.

- Ой! Кто это тут? - Дара обернулась, белоснежные зубы сверкнули в наглой улыбке. Она потянула за невидимую нить, привлекла к себе Неха и игриво прижалась - Нех согнулся от боли, одной рукой упёрся в колено, а второй уцепился за край подоконника; из его груди вырвался сдавленный стон, который тонул в рокочущем грохоте – вода падала со скалы и увлекала за собой каменные глыбы. Нэт нащупала пальцами расщелину, стиснула покрепче... Медлить нельзя, иначе бурный поток снесет Неха, превратит в гальку и разотрет в песок. Как смеет Дара?! Черный гриф Неха принадлежит только Нэт! Кровь в венах остановилась, стала холодной; птица на бедре расправила крылья, острый клюв прорвал кожу, и чужая, сверхъестественная сила проникла в каждую клетку, наполнив гневом.

Нэт разжала пальцы - и пистолет с грохотом упал на пол. Нарастающий гул голосов ворвался в сознание; искрящееся шипящее кольцо ослепило глаза.


….. он нашшшшел ее…. …пришшшшшла….. пришшшшла…. эльффффийская ….принцессссса…. убей… будешшшь нашшшшей…


В мелькании бледных сполохов Нэт сначала увидела искаженное от ужаса лицо Неха, а потом - свое отражение на фоне вечерних сумерек в оконном стекле - скулы и ключицы под натянутой белой кожей отливали перламутром. Костяшки сжатых в кулаки пальцев сверкали, словно открытые створки морских моллюсков. Нэт испугалась на мгновенье, но рвущуюся наружу темную силу сдерживать не собиралась - прямо перед ней стояла с застывшей улыбкой Дара.

Нэт подняла руку и резким движением разорвала шипящее кольцо. В ту же секунду незримый хлыст разрезал воздух - Дара пронзительно закричала, отпустила Неха. Руки Дары бессильно повисли вдоль тела, а глубокие перламутровые полосы украсили кисти, которые больше не двигались.

- Ах ты, маленькая сучка! - Дара грязно выругалась и бросилась вперёд. Нэт подняла руку.

- Нэ-эт! Стой!

Нех одним прыжком догнал Дару, стянул с шеи красный шелковый шарф, заломил за спину руки и туго связал.

- Убей её! - Дара визжала - то ли от боли, то ли от бессилия. - Девка превратится в чудовище, и ты пожалеешь, что родился на свет.

Нех швырнул Дару на пол, где она отчаянно выла, сучила ногами и пыталась высвободить руки, и кинулся к Таю.

- Хреновый же из тебя стрелок, - в слабом голосе слышалась злость.

Нех рывком снял окровавленную простыню с ребер брата. Рана больше не кровоточила. Вялым движением Тай отстранил его руку:

- Иди к черту, сам справлюсь.

Нэт сидела в кресле, обхватив руками поджатые ноги, и пыталась унять мелкую дрожь. Увидев, что Нех оставил брата и направился к ней, она выпрямила спину, высвободила ноги и заставила себя подняться, но он остановил:

- Не вставай. Как ты?

- Что с Таем? – Волнение раздирало. Поймав на себе встревоженный взгляд Неха, она старалась говорить мягко и спокойно.

- Он будет в порядке. А ты?

- Со мной все хорошо, но, похоже, мне нужна заколка… - Она встала с кресла, горько улыбнулась и откинула на спину перепачканные кровью волосы. – Объясни, что происходит?

- Это мой мир... и твой тоже, - Нех обнял её одной рукой и прижал к себе. Нэт уткнулась лицом ему в грудь, закрыла глаза. Вот так. Теперь, правда, всё хорошо.

- Не злись на меня. Только не ты, - она говорила так тихо, что сама не знала, слышал Нех или нет.

- Эй! Я все еще жив! И я здесь, - голос Тая невольно заставил убрать руки со спины Неха и обернуться.

Тай сидел твердо, опершись на стену запрокинутой головой, и снимал с мизинца кольцо. Затем он поднёс кольцо к глазам, повертел и бесцеремонно засунул в карман брюк.

***


Нэт бил озноб. Под ливнем горячей воды в ванной она пыталась прийти в себя, распутывая клубок памяти. С тех пор, как милое сердцу Залесье исчезло под перламутровой скалой, чувство вины разрывало душу на части. «Понапрасну не злись, не то белые призраки посадят на крылья и унесут!» - говорила Анайрэ. Маленькая Нэт верила бабке - со слезами бежала от комариных стай, в страхе, что увидит белое облако злых эльфов.

Нэт закрыла кран, набросила на плечи полотенце и посмотрела на себя в зеркало – фиолетовая полоса на шее и пожелтевшие синяки на локтевых сгибах... Из груди вырвался вздох. Анайрэ погибла, а вот сказки – оживали. Белое кольцо, застилающее взгляд, и отчетливые шипящие голоса, призывающие убить – это точно не приснилось... С ней ли говорили эльфы? И кого приказывали убить? Дару? Неха? Или Тая, затуманив его брату сознание? Теперь, когда она отчётливо уловила чужое колдовство, страх перед Нехом растворялся, как пена под струями воды. Но на некоторые вопросы никто так и не пожелал дать ответа: чем же Нех не угодил мертвым эльфам, что задолжал? В любом случае - плата была непомерно высока. Проклятие эльфов грозило уничтожить и Неха, и всё вокруг него. Всё то, что казалось стабильным и надёжным… А ведь в этом мире, где всё подчинено власти двора на них охотится Первый министр… Вдоль позвоночника пробежал озноб – то ли от страха, то ли от того, что мокрые волосы холодом обжигали затылок. Нэт готова стать хоть дьяволицей, хоть повелительницей мертвых, лишь бы уберечь Неха от козней Дары, эльфов или кого угодно. Эльфийские призраки нуждались в Нэт, если позволили ей взяться за кнут, и, возможно, она научится контролировать перламутровое кольцо. Но хватит ли у неё опыта и силы, ведь она ничего не знает и не умеет… Как же управиться со всем этим?

Нэт окинула взглядом стол, на котором ничего не было, кроме подставки для стикеров и карандашей. В комнате Неха, как всегда, безупречно убрано и от этого на душе стало немного спокойнее. Надо просто привести мысли в порядок и закончить паниковать. Неясные предостережения Анайрэ : «он погубит её...», «он виноват...» тонули в ощущениях зачарованности Нехом, разбивались о воспоминания об их первой встрече. Скорее всего, Анайрэ так же ошиблась, как и недавно Нэт. Это всё эльфы…

Нэт потерлась щекой о мягкий воротник мужского халата, закуталась в него поглубже и завязала узел на поясе. Потом собрала волосы на макушке, закрутила в тугой пучок и проткнула отточенным карандашом.


***


Нэт подошла к окну, раздвинула тяжелые шторы и впустила в комнату лунный свет. Нех пришел далеко за полночь. Он присел рядом на кровать, наклонился и тыльной стороной ладони дотронулся до ее лица. Его взгляд был серьезным и изучающим. Они смотрели в глаза друг другу.

- Ты очень красивая, - сказал он искренне, как будто видел ее впервые.

- Нет, это ты красивый, - Нэт эхом отозвалась на его слова и улыбнулась.

Его пальцы очертили ее скулы, овал лица и притронулись к улыбке на губах. Нэт подалась навстречу и обняла за шею, руки скользнули за воротник рубашки… и прохладные простыни стали горячими.

Больше не придется гнаться за миражом - Нех был рядом, и он просто накрыл ее нежностью с головы до кончиков пальцев.

ГЛАВА 20. Автор: Тайклот

Тай облокотился на деревянные перила террасы, свесив ладони над растущими внизу, возле стены, молодыми кустами рябины. Жёлто-бурые листья почти облетели, и теперь лунный свет словно чуть мукой припорошил багрянец ягодных гроздьев. Тай смотрел на ягоды сквозь переплетённые пальцы и ловил перстнем-печаткой неяркий лунный блик. Затем, чтобы занять себя ещё хоть чем-то, достал из кармана кольцо, взятое у Нэт, и повертел перед глазами. Теперь камень в серебряном кружеве стал красным, хотя когда был на пальце - выцвел. Кольцо не разговаривало с ним. Вернее, разговаривало, но на языке эльфов, а выносить их речь - чужеродную, вытягивающую нервы, как проволоку из электрической катушки - просто не хватало сил. Но выходило, что Анайрэ успела-таки передать своей внучке артефакт. Оставалось только понять, каковы возможности этой вещи. «Донорствовать» кровь и вытаскивать из мира мёртвых у кольца неплохо получилось. Теперь стоило подумать, что с этим делать, коль представилась возможность. Да и вообще много над чем надо подумать. О кольце, об эльфах. Ведь выстрел наверняка спровоцировали они. Ещё о Ди, о будущих планах, о Даре, в конце концов…

Только бы не думать…

Он запустил пятерни в волосы и уставился на тёмно-малиновые гроздья, тонущие в черноте.

Он облажался. Забыл всё – и пошёл за Нэт, хотел найти, увидеть… Вместо того, чтобы отпустить, опять забрал с собой… И что же? Многодневные пытки и опыты над ней – вот исход его прихоти. У них не было времени говорить, и она держалась стойко, но так трудно оказалось поднять на неё взгляд… В машине она взволнованно спрашивала про Неха, осматривала раны на лице Тая, но ни словом не обмолвилась о себе, словно закрылась. А после – и вовсе сбежала…

Тай закрыл глаза.

…сбежала к Неху… который чуть не убил её… Чуть не убил! Пришлось вышибить дверь и пулю схлопотать, чтобы успеть оттащить брата от задыхающейся Нэт… Но она всё равно…

- Что, приятно, когда по сердцу катком прокатило? – голос Дары раздался из-за спины, и подействовал, как яд, введённый через иглу прямо в вену. – Будешь знать, сука, что сделал со мной!

Тай оглянулся на распахнутые стеклянные двери.

В гостиной царила темнота, и Дара в чёрном костюме едва различалась в стоящем посреди комнаты кресле. Кожаное покрытие было разодрано на узкие полосы. Ремнями они опутывали руки и ноги пленницы, практически вмуровав в кресло. Светлая набивка теперь клочьями торчала из швов и резко контрастировала с тонкой и сильной фигурой Дары.

- Я вообще-то в туалет хочу! – спокойно сказала Дара и хохотнула. - Впрочем, если не жаль было мебели, когда ты её порвал в лоскуты, то едва ли огорчишься, что я в неё же и обделаюсь.

Тай подошёл и наклонился к подлокотнику кресла. Дара наблюдала молча и напряжённо, но была не в том положении, чтобы провоцировать слишком яростно. Однако, гнев её он кожей чувствовал.

Он прошептал в кожаную обивку просьбу - и ленты ослабили хватку, безвольно расползлись и отвалились с рук и ног, как дохлые пиявки.

Дара вскочила и с силой пихнула его в плечо.

Тай отступил, опустив руки.

- Скотина! Тварь ты последняя! Оставил меня там дохнуть, в Залесье этом!

- Разве ты сдохла? – Тай устало отвернулся. – Ты бы сдохла, если бы я тогда вскрыл тебе ярёмную.

- Ага! То есть - облагодетельствовал. Так?!

Дара отпихнула ногой кожаные ленты, как сброшенную змеиную кожу.

- Ну и скотина же ты! Ну и урод!

Тай усмехнулся и пошёл обратно на террасу.

- Блин. Дай вот только в туалет схожу…

Тай махнул ладонью, не оглядываясь.

- Давай, давай, потом послушаю внимательно. Не стесняй себя, окати меня ненавистью. А то что-то одиноко.

- Ненависть – единственное, что ты заслуживаешь, придурок! – Женщина плюнула в его сторону.

Через несколько минут Дара подошла и вальяжно откинулась на перила. Грации кошки ей всё равно не доставало, но и в грубоватой неуклюжести она была соблазнительна. Искоса поглядывала на него, но делала вид, что нет.

- Ну что? – наконец спросил он. – Что смотришь? Глаза сейчас закосят совсем.

- Хочу порезать в лоскуты твою наглую физиономию.

- Старо. Давай уже что-нибудь поинтереснее.

Она подалась к нему и, почти прижав губы к уху, усмехнулась:

- Нех её сейчас жахает, между прочим.

Тай перевёл дыхание. В голове помутилось, глаза заволокло горячей пеленой - и бордовые зонтики с ягодами на рябине расползлись в пятна. В грудь словно плеснули раскалённого железа: тяжесть, боль, испепеляющий жар.

- Ты втюхался, что ли? Реально? Ты?! Ой, да к чертям мне полосовать твою физиономию, просто буду тебе на ухо это шептать всю ночь.

Дара расхохоталась в лицо, и показалось, что сейчас в голове что-то лопнет. Полоса перил, выбеленная луной, словно пропиталась чернилами и исчезла:

- Я убил твою сестру.

Дара замолкла, распахнула глаза и через несколько бесконечно долгих секунд прошипела:

- Ты?!

- Ты же знаешь.

Дара вдохнула резко и сильно, словно всхлипнула. Белки расширившихся глаз блеснули, а радужки загорелись настоящим янтарём. Она вытянулась в струну, руки тряслись, пальцы сжимались в кулаки. Но поделать ничего не могла против него. Знала, что бессильна. Он с лёгкостью избавится от любой её иллюзии, и его крови, чтобы хоть как-то создать заклинание на подчинение, у неё сейчас не было. Поэтому всё, что ей оставалось - это не двигаясь стоять на этой террасе, накрытой, как светлым пологом, лунным светом, и сгорать в ярости.

Волна удовлетворения отбросила боль подальше от сердца, и Тай усмехнулся.

- Кишка тонка сделать мне что-то? Ну, вот он я! - Тай перебрал пальцами в воздухе перед её лицом, подзуживая. - Давай, давай. Сделай хоть что-нибудь? Слабо?

- За что?! Скажи хоть – за что?! - Дара не говорила – скулила от злобы и бессилия.

Тай скривил губы в ухмылке.

- Хочешь знать? Заставь сказать. Давай, ну! Да, я убил её. Спалил между мирами. Заставил корчиться в агонии и умирать ежесекундно в закрывшемся портале вечность. Я сделал это. Ну, тебе есть, что сказать мне по этому поводу? Или еще что-то хочешь на ухо мне пошептать, а?

Дара стиснула перила так, что дерево скрипнуло.

- Ты же знаешь, что нет… - она едва говорила, голос дрожал.

- Да хоть попытайся. Ну?! - Тай развёл руки.

Дара развернулась, зашагала в комнату, а потом вернулась и решительно выставила руку с ножом.

- Ого! Всё-таки решила располосовать мою физиономию?

- Какая же ты мразь.

- Еще кака-ая. Ну?

Он провоцировал и умирал. Прямо здесь, под этим лунным небом, где у него было всё. А теперь оказалось, что не осталось ничего. Единственное, что он мог сделать физически, чтобы не спятить, - это сохранить себе хотя бы жизнь. Но бороться за неё сейчас было не с кем. Кроме Дары.

Женщина рванула вперёд, держа нож твёрдо, хватом от большого пальца. Тай увернулся. Лезвие вспороло воздух справа, рядом с печенью, Дара била точно, в подреберье, чтобы не натолкнуться на кости. Перегруппировываться не стала – обратный рывок – и лезвие полоснуло через бок, возле почки.

Тай скривился, но тело так накачало адреналином, что боль тут же испарилась. Только алые капли россыпью окатили струганные доски под ногами.

Он снова развернулся к Даре лицом, и она сделала выпад. Тай перехватил запястье, подвернул под локоть, заломил и выбил из ослабевшей кисти нож. Он звякнул клинком, потом стукнулся рукоятью. Доля секунды.

Тай отскочил, выпуская её руку.

Дара зашипела, помахала отдавленной рукой. Потом склонилась за ножом. Подняла с пола, глядя на Тая. Но не стала плести заклинание на кровь, словно поняла главное в этом поединке.

Тай развёл руки.

- Давай, сладкая, постарайся. Надеюсь, тебя хватит надолго.

Дара рванула к нему, занесла руку к горлу, но в последний миг резко опустила и резанула по животу сверху вниз. Удар всё равно не был бы смертельным, но рубашку и кожу распорол. Отсечённая пуговица лёгонько стукнулась о дерево и покатилась по доске.

Тай провёл рукой по окровавленному краю рубашки и невольно хмыкнул. Теперь движения и даже дыхание вызывали боль. А ведь мог бы увернуться! Так не годится. Совсем не годится!

Она нападала без устали, размахивала ножом, тыкала и кружилась с ним, как с вооружённым врагом. Иногда резала, иногда промахивалась, но, в конце концов, все доски под ногами были залиты его кровью. Алые серпы и полукруги в итоге слились в магическую пентаграмму под лунным светом, в которой женщина пыталась как можно серьёзнее покалечить ненавистного мужчину.

- Зачем? Зачем ты это сделал?! – наконец, задыхаясь, просипела она.

- Чтобы защитить от неё Неха, – ответил он тихо и устало. Всё тело гудело и болело так, словно его протащило через лезвия мясорубки.

- Как? Почему? – Дара перебирала пальцами по рукояти, с клинка капала кровь.

- Твоя сестра искала что-то в том мире, ты же знаешь. И нашла. Нех встал на её пути. Она убила бы его, не моргнув глазом.

Дара подошла к нему и провела лезвием между ними.

Тай не двигался, только схватился дрожащей ладонью за перила. С пальцев вниз, во тьму, на такие же алые ягоды рябины, падали кровавые капли.

- Почему так жестоко… - прошептала Дара.

- Она была вооружена, Нех – безоружен. Всё, что я смог сделать, в последнюю секунду появившись там - удерживать Кару в портале, пока у неё не кончится воздух… и она вдохнула.

- Что же она искала там? Почему нападала? Ведь вы спасли её когда-то…

- Не знаю. Всё, что успел сделать – это вытолкнуть брата сюда. Это то, что помню.

Она загребла волосы на его виске в кулак и откинула голову назад.

- Я устал, - договорил Тай тихо. – Не могу больше. Считай, что победила. Но я всё равно не умру. Иначе всё это превратится в ничто, в мусор, который можно выкинуть. А я так не хочу.

Дара смотрела пристально.

- Хочешь сказать, что у тебя не было другого выхода тогда?

- Нет. Я не мог колдовать там, на той стороне.

- Нех знает?

- Нет. Он вообще не помнит ничего.

- Ты стёр ему память?

- Не знаю.

Тай выдернул голову из её хватки и горько улыбнулся. Ни на смех, ни на какие-то сильные эмоции уже не было сил. И, слава богу: ощущать пустоту - лучше и безопаснее, чем…

- Ты предал меня.

- Да.

- Всё, что ты можешь – ломать. Так вот теперь Нех забрал себе эльфийскую стерву. Она тоже никогда не будет с тобой, так и знай.

- Да.

Она потянулась к нему и поцеловала в губы. Не страстно, а словно сожалея о чём-то.

- И что теперь думаете делать?

- Нам конец. Ди нас прикончит. Не сейчас - так после. Годы наших с Нехом усилий, работы, налаживания связей – оказались бесполезным пшиком. Ко Дворцу нам не приблизиться. Нельзя было быть с Ди. Нужно было быть им. И никак иначе.

Ноги подкосились. Вселенская усталость придавливала к земле, Тай сполз боком по перилам и прислонился головой к одному из столбиков. Затем вытянул ногу, а на подогнутое колено второй положил руку. Алые капли поблёскивали на серебряном перстне, как те рябиновые ягоды.

- Можно пойти к Крегу. У него связи, деньги, сила, - Дара тоже присела на корточки и воткнула нож в пол между расставленных коленей.

- Может, предложишь работать за еду? Если уж стелиться, то под того, кто сможет обеспечить достойную протекцию.

- Сможешь вообще, стелиться-то?

- Да потерплю. Мне ведь легче. Нех-то против силовой машины и магии Первого министра беззащитен, даже со всеми деньгами. Если его лишат источника доходов, то могут быстро уничтожить – это легко. И Нэт опять же… - В горле вдруг вырос комок. - Либо вечно бегать – либо дать отпор. Думаю, и Нех это понимает.

- Что ж… Раз Дворец – твоя цель… - Дара еще несколько секунд размышляла, словно прикидывая, будет ли выгода от помощи, предложенной врагу. - Сделаю тебе предложение. Но ты либо выиграешь, либо умрёшь мгновенно. Согласен?

- Я не такой рисковый парень. Скажи, чем смогу себя защитить.

- Сделайся сильно нужным одному человеку, тогда - возможно - это перешибёт ненависть, которую этот человек питает к тебе и возьмёт под крыло.

Дара поднялась и чуть кивнула, видимо прислушиваясь к внутреннему голосу. Тай наблюдал.

- Временное перемирие? Тебе ведь что-то надо от меня?

- Да. Я хочу знать, что искала Кара. Нех наверняка в курсе, выясни у него. Возможно, именно про это говорила Анайрэ, когда помирала. В общем… как хочешь, но убери от него эту эльфийскую девку, она точно его память не освежает…

Тай цыкнул и, цепляясь за перила, чтоб не скользить по окровавленным доскам, поднялся.

- По рукам.


***


Рассвет брезжил над верхушками оголившихся деревьев, пробивался сквозь чёрные ветви, как через силки, и штрихкодом падал на деревянный пол гостиной возле овального стола. Солнце поднималось, длинные чёрно-оранжевые полосы его лучей ползли к ботинкам Тая, в то время как чай в кружке постепенно остывал.

Позади скрипнули ступеньки винтовой лестницы. Кто-то спускался со второго этажа. Судя по лёгкости шагов – Нэт.

- Доброе утро, - произнесла она, приближаясь.

- Доброе. - Он отхлебнул чая, но не обернулся, продолжая смотреть в окно.

- Как ты?

- Чудесно.

Он, наконец, взглянул на неё. Легкий спортивный костюм бело-бирюзового цвета напомнил о том дне, когда Тай впервые увидел Нэт, через дверь портала. Тогда она смотрела сквозь Тая. Сейчас же – прямо в глаза, но это так ничего и не поменяло. В глаза или сквозь, но она так и не заметила его.

– Спасибо тебе. А то вчера забыл поблагодарить, а ведь ты спасла мне жизнь. Не отвлекалась, не растерялась. И это после того, что делали с тобой у этого убл… Первого министра… Прости.

- Отчасти это была возможность хоть что-то понять о себе… - проговорила она. – Слишком многое произошло.

- Ты бесстрашная.

Больше не было сил говорить. Слова, словно камни, падали резко, коротко и тяжело. Он пытался унять сердцебиение, пытался контролировать даже магией, замедлял приказом… но ничего не выходило, словно он забыл все заклинания, которыми владел, а тело предало. Нэт улыбнулась ему - и кожу со спины будто сгребли металлической щёткой.

- Хотелось бы верить, - она еще что-то хотела сказать, видимо, напомнить про кольцо. Тай приподнял бровь, взглянув прямо в глаза, – и она предпочла промолчать.

Поэтому он тоже отвернулся.

Трудно сказать хоть слово. Надо просить прощения, надо утешить, поддержать, но хочется выть и умолять прикоснуться к нему, сказать что-то ласковое. Хочется просто услышать своё имя, произнесённое ей. Сложно симулировать веселье, ещё сложнее изобразить приветливость и легко поддержать беседу ни о чём. Будет выглядеть неестественным придурком. Ну уж нет. Можно не прикидываться, что всё здорово, но нельзя походить на наигранно-жизнерадостного кретина.

Она присела рядом.

- Я бы хотела позавтракать. Ты чего-нибудь готовил?

Он через край кружки посмотрел на её ладони, лежащие на столе. Длинные, тонкие пальцы. Сильные… и наверняка нежные. С поблёскивающими перламутровыми ногтями. Этот цвет... Это точно не лак.

- Нет. Всё, что приготовил - съел сам, так что у тебя есть возможность поразить Неха кулинарными способностями. Он это любит.

Тай поднялся и, подхватив со спинки стула светло-бежевое полупальто, зашагал к выходу. Нех уже стоял внизу лестницы. Он был, как всегда, спокоен, и только немного сконфуженная улыбка выдавала, что первое, о чем он подумал при встрече, - это вчерашний выстрел. Этот вопрос так и повис между ними неразрешённым бременем. Или Таю просто так хотелось думать?..

- Тай, погоди минуту.

- Да? – Тай притормозил, но остался стоять в пол-оборота, смотря на дверь.

- Хотел прояснить кое-что, - Нех улыбнулся, - и лучше бы за вискарём, но сейчас совсем еще утро… Кстати, куда это ты направился с утра пораньше?

- По делам направился, которые с утра пораньше.

- Что за тон? – улыбка погасла.

- Не волнуйся. Дара накинула на это место иллюзию, уж в этом она мастачка, лучше не найти. Так что мы временно в безопасности.

- Уходишь с Дарой? – Нех подался к нему. В глазах – неподдельная тревога, и последствия её уже видны – на висках проступила седина. – Погоди, куда это ты намылился с Дарой? Что за дела?! Со мной обсудить – не судьба? Эй!

Тай вздохнул, чувствуя, словно трахеи пережало в горле. Потом шагнул к брату, тряхнул за плечи.

- Кончай беспокоиться. Ты же этого хотел, когда выстрелил? Чтобы я тебе не мешал, так? Вот и вперёд. Наслаждайся.

- Тай!

- Что? – Тай посмотрел в глаза брату. – Ну, слушаю тебя.

- Не корячь из себя жертву!

Слова брата словно кипятком по спине плеснули, обожгли, причинили боль, но Тай лишь усмехнулся и сдержал ярость, которая будто лава поднималась из самых тёмных недр души.

- Ладно, не буду. Еще что-то?

- Я объясню, почему выстрелил. Погоди ты хоть минуту-то!

- Да, наверняка оправдание весомое имеется, не сомневаюсь. Послушаю, когда перестану харкать кровью. А, я ж не жертва. Тогда послушаю, когда вернусь.

И Нех словно сдался, отсечённый холодным тоном и сарказмом, что наверняка ранил и его. Произнёс только:

- Смотри, будь осторожен.

Тай запнулся на полушаге. Хотелось улыбнуться - искренне, весело, принять очередной подкол или почти отцовскую заботу…

Он оглянулся.

Но… Что бы ни говорил Нех, дело было не только в выстреле… А в том, о чём брат не упоминал, полагая, что для Тая это ничего не значит – он провёл ночь с женщиной, которая ему нравилась, и она приняла его. Сейчас Нех был слишком счастлив, слишком доволен, слишком из него лилась эта неконтролируемая радость, так что Тай не смог, попросту физически не сумел протянуть руку. На этот страшный миг - секунду, известную только ему - Тай остался одинок.

И один на один с тайной, которой уже не мог поделиться с самым близким человеком. Такого никогда не было. И это словно забивало мысли комками колючей проволоки, придавливало к земле, лишало воли, свободы, тушило внутренний огонь.

- Хорошо. - Отчеканил Тай и резко развернулся.


***


Узнав, с кем окажется встреча, Тай не испытал неуверенности, но предупреждения Дары выбивали из колеи: его ненавидели? За что? За что кто-то столь могущественный мог ненавидеть его? Каким образом пересеклись их пути?

Вопросы терзали до тех пор, пока Дара не остановилась у нужных дверей, пояснив, что этот зал - для аудиенций, и скорее тайных, чем официальных. Белые створки, как два исполина, упирались в сводчатый потолок, и при их впечатляющих размерах казалось, что здесь вообще ничего не может быть тайным, если ради тихой встречи приходилось двигать настолько огромные предметы.

Но зал, действительно, оказался не таким уж и большим. Освещали его кристаллы, заряженные магией. И лампы под громадным аквариумом с неоновыми рыбками. Окон не было. Красные гобелены по стенам. Пол белый и полупрозрачный. Мебель - тоже светлая, из мрамора. Двигать её было невозможно, поэтому никакого уютного разговора не предполагалось.

Небесная Принцесса полулежала на недлинном диванчике, примостив бледную руку на единственном искусно вырезанном подлокотнике. Одну ступню в расшитой жемчугом туфельке подтянула под колено второй ноги, так что с ложа ниспадали только складки лёгкого белого платья. Оно, как водопад, перескакивало шёлком через светлые шкуры, уложенные грудой на мраморе. Поразил взгляд Принцессы: собранный и волевой. Не скучающий, скорее усталый и немного печальный.

Тай опустился на колено и склонил голову. Дара так же поклонилась, подошла к мраморному ложу-трону и встала со стороны изголовья.

- Ваше Высочество.

Принцесса прикрыла глаза на миг, так что стали заметны бриллианты на ресницах, потом поднесла пальцы, увитые тонкими золотыми нитями, к розовым губам.

- Это он? – вдруг спросила она. Тихий голос не выдавал волнения, неприязни или гнева.

- Да, Ваше Высочество.

Принцесса еще несколько мгновений держала ладонь у лица, смотря поверх неё на Тая светло-голубыми глазами, походящими на ясное зимнее небо.

- Он один из самых сильных магов в Империи, - заметила Дара.

Принцесса молчала. Потом поднялась с трона и медленно проплыла через зал. Платье струилось за ней ручьём, складки чуть шуршали и, подобно воде, поблёскивали и переливались. Но женщина в них казалось застывшей, как камень на дне. Тай не смотрел ей в глаза, но только Принцесса замерла рядом - и он поднял голову.

- Он убил её?

Тай нахмурился.

Мысли судорожно сбились в кучу. Почему в голосе Принцессы оттенок боли? Конечно, Кара была Принцессе близка, но в интонации проскальзывало нечто… Сердце вдруг пустилось в галоп, и Тай встретил прозрачный взгляд Небесной. Повелительница не притронулась к Таю, но на миг – как в реальности! - показалось, что она размахнулась и треснула ему по лицу, потом вцепилась и выцарапала глаза, выдрала язык, переломала все кости, а только после этого плюнула на труп, визжа и исторгая проклятия в его адрес…

Но Принцесса молчала. Просто смотрела на него, не шевельнув и пальцем, не дёрнув и бровью. И, конечно, с языка её не сорвалось ни единого грубого слова, потому что оно могло испачкать не его слух, а её уста.

- Голову опусти, - вдруг произнесла она. – Что ж. Даже если ты один из самых сильных магов, эту комнату охраняют несколько сильнейших. Хочу узнать, сможешь ли ты хотя бы языком шевельнуть, чтобы противостоять им. Или они прямо здесь, прямо сейчас раздавят тебя. Если раздавят, то так тому и быть. Если останешься, то… скажешь свою просьбу. А я скажу то, что хотела сказать. И ты услышишь. И будешь делать то, что я скажу. Тебе понятно?

- Да.

Всё. Или победа – или смерть. Тай собрался внутренне, но никаких вторых дыханий и озарений не последовало. Просто ток крови с шумом долбил в голове.

Принцесса развернулась. Ни одного лишнего движения, ни кивка, ни взмаха рукой. Ничего, как и здешняя мебель, такая же мёртвая, только способная ходить.

Стены зашептали слова. Сначала тихо, едва слышно, словно кто-то водил твёрдыми шершавыми ладонями внутри них. Затем гул голосов стал нарастать, давить на барабанные перепонки, и теперь казалось, будто что-то забивалось в уши, пролезало внутрь - сначала просто неприятно щекотало, а затем резало, рвало и лезло дальше, прямо в мозг.

Тай тряхнул головой. Слова из стен слепили язык с нёбом. Так, что открывая рот, он словно разрывал и всю верхнюю челюсть пополам. Но ему удалось. Он склонился к полу и шепнул в полупрозрачную поверхность. Камень говорил с ним, чётко и как будто даже на ощупь твёрдо, передавал, что слышал здесь, в этой комнате, выдавал тех, кто спрятался поблизости. Наконец, борясь с нарастающим гулом в ушах и голове, Тай отдал приказ. Плиты дрогнули, вздыбились волной до стен и сотрясли их основание. Тай протянул руку к одному из гобеленов справа и поманил пальцами - камни выскочили из стены и резко пихнули тканевую картину. В ту же секунду через черно-красно-золотой рисунок проступило кровавое пятно. Оно расползалось и ширилось, пока кровь не заструилась вниз по нитям. Затем побежала ручейком по золотым кистям, закапала на белый пол и змейкой поползла к Таю.

Придушенный стон за гобеленом превратился в крик, и Принцесса повернула голову в сторону мольбы о помощи. Но ничего не предприняла.

Тай вскинул руку, резко подтянул к себе алую струйку и шепнул в неё. Кровь хлынула обратно, чернея и густея: сейчас, повинуясь приказу и войдя в рану, она превратится в клей и остановит сердце. Предсмертный крик стал тому подтверждением.

Принцесса моргнула и отвела взор от исчезающего кровавого пятна на гобелене.

В голове Тая резко темнело, взгляд помутнел - маги сосредоточились: потеряв одного из своих, оставшиеся всколыхнулись силой. Поэтому через миг Тая придавило к полу. Щека легла в тёплую кровавую дорожку, что осталась от первого поверженного соперника. Тьма словно заползала на глаза, как вторые веки, но Тай проговорил в кровь еще несколько слов - он оживит тело, которое только что убил, и заставит подчиниться.

Губы разъехались в улыбке.

За гобеленами раздались вскрики, что-то бухнуло о стену. Видимо, зомби размозжил коллеге череп.

На миг взгляд просветлел, Тай, освободившись от морока, вскинул голову. Подскочившая Дара резанула ему маленьким ножом по щеке, окунула в кровь пальцы и мазнула по его губам. Тай вскинул руку, чтобы стереть кровь, но мощные волны магии от нескольких дворцовых магов пригвоздили его к полу, распяли и затуманили рассудок. И пока он пытался сопротивляться воздействию, Дара склонилась и прочла заклинание. Нить из его собственной крови прошила кожу насквозь, плотно стянула губы и стала прочнее стали.

Тай пытался подавить панику и утихомирить хаос в мыслях, но перед глазами стелилась темнота, она, подобно чернильному пятну, текла по полу и заползала на зрачки, вливалась в голову, в мысли.

Подчиниться, подчиниться. Подчиниться. И умереть.

Сознание зацепили крюками и потянули в разные стороны, а Дара держала его рот закрытым.

Тай зашипел: голове выжигались магические руны - маги ставили на нём клеймо! Он упёрся ладонью в пол, оттолкнулся. Как мог, оторвал себя на пару сантиметров от белых плит, затем подцепил пальцем кровавые нити, прошившие губы, и дёрнул. Кожа треснула, кровь хлынула на язык, в глотку - солёная, горячая – и Тай передёрнулся в спазмах.

Дара метнулась к нему, стараясь снова запечатать. Но Тай уже говорил в пол. Камни снова дрогнули, вздыбились волнами, и рассыпались в прах за стенами комнаты. Вопли падающих магов были слышны даже отсюда.

Ткань гобеленов разъехалась на отдельные нити, и они просочились сквозь разбухшие каменные стены, которые теперь по структуре напоминали морскую губку. Заткнули кому-то рот, сдавили горло, влезли в дыхательные пути, добрались до лёгких и желудка. И собрались там в огромные комки, чтобы разорвать органы. В клочья.

Дара в ярости зашипела заклинание. Поддержки извне у неё почти не осталось, но несколько человек, до которых зачарованные нити, видимо, не добрались, всё еще погружали голову Тая в заклятия повиновения. Тай застонал - чёрные колдовские путы ползли внутри, как змеи, и захватывали власть над ним, только вот он еще не настолько ослабел, чтобы поддаться.

Дара в отчаянье ударила его каблуком по голове, и Тай припечатался лицом о камни. Свет вспыхнул в глазах и померк. Дара снова запечатала ему рот, но теперь не заклинанием - просто скотчем, а руки стянула за спиной наручниками.

- Всё, тебе конец, - как бой похоронного колокола, прогремело в ушах.

Конец. Ему конец.

Чужие приказы на порабощение заполняли сердце, вливалась в разум, испепеляли рассудок.

Дара смеялась, присев возле него на корточки.

- А теперь – наслаждайся, Мастер. Я предупреждала, что ничего может и не выгореть. Условий сделки ты не выдержал. Так что держи мой последний подарок. Жаль, что так и не смогу узнать, закричишь ты или нет.

Дара сжала ладонь перед его глазами и сдёрнула видимую реальность.

Теперь не было пола, не было зала, не было ничего, кроме серого кокона, без конца и края. Его личного ада.

Тай одеревенел.

Копошение внутри него. Оно зародилось в кишках и побежало вверх царапающими, мохнатыми, ядовитыми, агрессивными волнами.

Дара знала. Знала про его идиотскую арахнофобию. Это было глупо, жалко, достойно презрения, но он ничего не мог с собой поделать. Словно леденел внутри, замирал, как истукан, не в силах пошевелиться. Всё, на что его хватало - суметь не завизжать. Это была бы его смерть, как личности.

Сердце раздулось до размеров стратостата, и боль, физическая боль от страха, пронзила от висков до каждого миллиметра кожи. ОНИ шевелились. ОНИ ползли внутри него. Под кожей. Они поднимали её буграми, катились под ней волнами, перебирали тысячью лапок, тянули за собой липкие нити, сплетали ими вены и жилы между собой.

Нет. Нет. Нет. Это иллюзия. Иллюзия! Ничего этого нет!

Воздух больше не входил в замершие лёгкие, все органы отказались подчиниться мозгу, когда по ним мохнатой волной побежали восьмилапые твари.

Рот открылся - и через разорванные губы посыпались, побежали огромные, маленькие, толстые и тонкие пауки. Они топтались по языку, перебирали лапками по гортани, по внутренней стороне щёк. Щекотали мохнатыми брюшками. И не прекращались. Пауки лились из него нескончаемым потоком, и, разбегаясь, заползали на лицо и тело. Внутри арахниды продирались под кожей, склеивали мясо и себя в единый комок и барахтались многоногой, многоглазой массой, впрыскивающей яд друг в друга и в его плоть. А потом снова и снова, словно вместе с кишками, исторгались наружу.

Страх лишал воли, примораживал к полу, вытаскивал последние силы для сопротивления. Надо собраться. Надо сосредоточиться. Они убьют его. Пауки не убьют, а маги – да. Они почти подчинили его, почти раздавили. Почти.

Тай поднялся на колени, дёрнул головой, когда здоровенное мохнатое брюхо коснулось лица. Резервы. Он обязан их найти. Должен игнорировать и поднимающуюся буграми кожу, и ощущение, что многоногая армия арахнидов рвётся через него наружу. Это не предел. Не его предел.

«Брат…Брат!»

Тай застонал.

В сердце - здоровенная дыра. Тьма вливается туда, как мазут.

«Помоги мне… Я погибну здесь…»

Он начертил на ладони заклинание - путы на руках ослабли, а затем и рассыпались в прах. Раз это иллюзия, он использует иллюзию для себя и всё-таки сможет говорить. Хотя бы так.

Тай направил нить сознания вверх, через серый кокон, пытаясь ухватиться за что-то светлое, за то, что остановило бы поток мрака в его сердце.

«Брат… больно… пожа-алуйста…»

Тай вытянул руку и коснулся твёрдой, крепкой ладони. Брат тянул вверх, не давал утонуть. К свету, к бликам на поверхности тёмного океана боли и страха, в котором только одиночество, абсолютное одиночество. Всё, как прежде: Тай просто придёт к нему и обнимет, как всегда, встанет спиной к спине и обеспечит брату покой и защиту, если потребуется. А брат сделает для него то же самое.

Выстрел.

Ревность.

Тай ахнул… и ладонь выскользнула из ладони брата. Нет, сам вырвал её. Сам оттолкнул… Не было ему места среди того света. И он рухнул назад, в адскую воронку боли и ужаса, поглощённый тьмой.

Гриф махнул крыльями и словно промелькнул в замутнённом сознании. Пролетел к другой хищной птице, и та вспыхнула во тьме. Словно звезда.

Нэт.


….шшшшшшшш….. …..шшшшшшшш….. ррррррррррррррррррррррр……... ….хххххххххааааааааааааааа…. шшшшшшшшшшшшшш……..


Ничего не понятно. Это язык эльфов. Тёмный, чужой. Инородный.

Кольцо в кармане брюк стало горячим, накалилось, как уголь.

«Нэт!»


…. Шшшшшшшш…… не слышшшшшшшиииииитттттт… тебяяяяяяяяя…. Доххххххнииииии… таааааакккк…. Шшшшшшшшшш….. мууууучаааайсссссссяяяяяя…. Ттттттаааааккккк…. Ссссдоооооххххххннннииии….


Теперь Тай снова понимал их. Но…

«Молчать!»

Это голос Нэт. Её голос. Приказывающий. Нет, повелевающий.

Режущие звуки на миг затихли и вдруг стали такими плотными и одновременно такими льющимися, струящимися, как тёмная вода.

Тай подхватил в ладонь источник силы и развернул его вокруг себя.

Тёмная магия эльфов – она подчинялась ему. Кольцо в кармане словно переводило царапающие слова эльфов на понятный Таю язык. Делало взор яснее и показывало, как и где хвататься за чужое колдовство, чтобы использовать с наибольшей выгодой. Темнота наполнила образовавшуюся дыру в сердце, сомкнула края, и рана, чавкнув, зарубцевалась. Тай схватил магический хлыст, сплетённый из шипения эльфийской речи, и стегнул наискось. Сердце отозвалось тёмной радостью, и одновременно какая-то светлая нить разорвалась навсегда под прозвучавший треск.

Иллюзорная реальность исчезла, и Дара отскочила, схватившись за окровавленные руки. Между её пальцев свисала и расползалась, как дым, иллюзия. А за спиной женщины снова были и зал с Принцессой, и лоскуты порванных гобеленов.

Дымчатая магическая струя вилась вокруг ног Тая толстой и очень гибкой змеёй. Резким движением Тай разрезал наручники на запястьях, сдёрнул с губ кусок скотча и заговорил на эльфийском, вторя магическому потоку вокруг себя. Чернота, будто пыльные волны от взрыва, раскатилась во все стороны - и за стенами мгновенно наступила тишина.

Принцесса взирала молча.

Дара отступала, прижав к груди окровавленные руки. Алые капли проступали из-под кожи без всяких ран и видимых повреждений.

- Кажется, во Дворце не осталось больше сильнейших магов? – усмехнулся Тай, проведя ладонью над лицом, чтобы хоть как-то восстановить губы из того месива, в которое их превратила неловкая вышивка Дары.

- Ты убил всех? – спросила Принцесса ледяным голосом.

- Нет, последних только оглушил, но теперь они в моей власти, так что призову, если понадобится помощь.

- Хорошо, - Принцесса кивнула. - Дара, иди, встань рядом. Закончим на этом.

Дара быстрым шагом проскользнула к трону и замерла, всё еще огромными глазами глядя на Тая.

Темнота очевидно подавляла её, но, казалось, ещё чуть-чуть – и самому Таю несдобровать. С подобной мощью еще не приходилось сталкиваться. А ведь он держал за рукоять всего лишь небольшой хлыст, сплетённый из подчинившейся силы. Но если хоть на миг потеряет бдительность…

Он разжал ладонь и выпустил чёрную ленту. Магический кнут расползся в воздухе, как дым, а кольцо в кармане словно умерло. Теперь оно совсем не ощущалось вратами, через которые к нему пришла неожиданная сила. Просто кольцо, обычная, хоть и драгоценная, безделушка.

- Я увидела. – Сказала спокойно Принцесса. – А теперь слушай меня. Знаю, зачем ты здесь. Даже с подобной магией не справиться с этим миром. Он заберёт тех, кто дорог. Так или иначе. Я знаю Небесную Империю, видела её с башни Дворца. Это проклятие. И едва ли ты, копошась внизу, понимаешь, о чём я. Но знаю: тебе будет мало силы. Тебе нужна власть. Власть, которая управляет здешними законами. Я дам тебе. Но и я подчинена законам. Ты знаешь, что мне необходимо выйти замуж. Все об этом знают. Здесь, во Дворце, всё веками держится на традициях. Претендентов на трон и роль Небесного – двое. Ты знаешь – кто это. Я не хочу никого из этих мужчин. Последнее моё задание – Глаза Дракона. Как только кто-то найдёт их - наденет на себя корону.

Принцесса отвела взгляд, но омерзение, что прозвучало в голосе, даже тенью не мелькнуло на лице.

- Так вот. Первый министр имеет больше власти и возможностей и, скорее всего, будет победителем. Ты должен исполнить последнее задание, найди Глаза Дракона. Помоги Крегу Рифтусу. Обещаю тебе защиту и покровительство. Тебя никто не посмеет тронуть. Ни тебя, ни твоих близких. Будь моим псом. Потом будь моим магом.

Дара посмотрела на Принцессу ошарашено.

- Ваше Высочество… что вы такое…

- Я не хочу даже произносить, как ненавижу его. Но если так будет лучше для меня, то сделаю так, как задумала. Он продался мне, будет теперь только моим. Но мой мир быстро уничтожит такого, как он…

Принцесса улыбнулась мягко.

- Дара, проводи его. Аудиенция окончена.

Дара натянула края рукавов на трясущиеся ладони и прошагала мимо Тая. У порога она низко поклонилась Принцессе и стукнула костяшками пальцев по створкам – двери сразу распахнулись.

Тай снова опустился на одно колено и склонил голову.

- Ты красивый, - вдруг произнесла Принцесса. – Даже в окружающей серости, где нет красок… иногда хочется смотреть на красивое. Наверное, тебе повезло. Но, скорее всего, нет.

Тай еще раз поклонился и поднялся.

Дара в молчании сопровождала Тая до тайного выхода из Дворца. Секретные тропы обоим не требовались, но портал открыть можно было только во внутреннем дворе с Зимним садом, скрытым от чужих глаз. Когда они вышли в маленький сад, где ветер гонял пожухлые листья возле бело-золотой ограды, Дара посмотрела на Тая и тихо проговорила:

- Ты сильнее, чем я думала.

- Принцесса любит женщин?

Дара вскинула янтарный взгляд. В нём плескалась боль, которую ей суждено прятать до конца жизни.

- Может тебе всё-таки оторвать язык?

- Значит, да. Но ей никогда не быть на троне с женщиной. Зачем ей Рифтус сдался? Может, хочет равносильных претендентов, чтоб пободались подольше? Что же ей нужно… Выиграть у Ди?

Дара отвела взгляд.

- Что ж, пока не пойму, придётся потянуть время. Ведь кого-то красивого, пусть и мужского пола, она может терпеть, так?

Дара с шумом выдохнула сквозь зубы.

- Ясно. Зачем Принцессе все эти задания, связанные с эльфами?

- Её Высочество хотела найти человека, который убил Кару.

Тай приподнял брови.

- Правда, что ли?

- Да, так она сказала мне. Выйти на человека, который сможет найти эльфов и добыть кровь от первородных. Это и будет тот, кто противостоял Каре.

Тай расхохотался.

- То есть все эти задания – это приманка для меня? Смешно, да. Но почему кровь именно Нэт? Мало ли первородных, их потомков и прочих… Ты не думала, так? Ощущение, что твоя утрата и романтический ореол вокруг любовных отношений Кары и Принцессы тебе глаза застит. Даже не думал, что ты настолько сентиментальная!

- Но ведь всё сходится. Ди обратился к вашим услугам – и только ты смог пройти тем же путём, которым тогда прошла и Кара. Принцесса это понимала и убила двух зайцев.

- То есть всё ради любви, так?

- Да.

Тай хмыкнул и невольно провёл ладонью по щеке женщины, которая сейчас казалась такой милой и беззащитной в своей вере в подобные пафосные устремления от высокопоставленной особы. Она слишком любила сестру и надеялась на высоту чувства от других. А иначе… всё обесценивалось.

Дара дёрнула головой и уставилась на его ладонь, как на что-то, чего не могло существовать в действительности.

- Ну что, Крегу Рифтусу тебе помогать не впервой. Хотела прикончить меня его руками, да? И эльфов даже натравила. Только вот попался Нех. Не прощу тебе этого. Кстати, и сегодняшних пауков не прощу тебе, - добавил он серьёзно и провел рукой перед собой, открывая «дверь». – Но спасибо за возможность. Сделка всё ещё в силе. Держи иллюзию над нашим убежищем еще какое-то время, подключи магов Принцессы, если потребуется. Не хочу пока неожиданных визитов от Ди. Дальше разберусь.

Дара сглотнула и кивнула.

- Ты же тоже… убил мою сестру… ради любви? Просто не ко мне.

Тай вздохнул.

- Вот и выяснили наконец. Ненавидь меня дальше. До встречи.

Тай шагнул в портал и спрыгнул на крыльцо тайного дома в лесу. Доски скрипнули, когда он зашагал к двери, которую прямо перед носом распахнул Нех. Тай протиснулся мимо и на ходу сбросил с плеч полупальто.

- Где Дара?

- Потерпела фиаско в аранеологии* и теперь просто, по старинке, совершенствует конфигурацию ножниц для отрезания яиц.

Тай швырнул пальто в сторону дивана, не озаботившись – попал или нет, и рванул в ванную.

- Тай, у тебя кровь на рубашке… - проговорила Нэт, когда он прошёл мимо неё.

- Теперь вот практикую тесты по пятнам на одежде. И делаю выводы, что сейчас ты точно думаешь о чём-то плохом. Побольше гармонии, милая Нэт…

Нэт раздражённо выдохнула, но Нех удержал её за руку.

- Не стоит. Пусть побудет один, раз хочет.

Слыша, как Нэт с братом уходят, Тай сполз по двери и уставился в огромное зеркало напротив. Вокруг светлый кафель и хром. Не замарано, поблёскивает и давит чистотой. Только вот он… Тай стиснул виски, пытаясь не захлебнуться омерзением: его только что окунули в чан с дерьмом, а он приполз сюда и всё загадил. Закусил ладонь, сдерживая ругань и скулёж через боль. Затем резко поднялся, скинул одежду, залез под душ и ощутил, наконец, как с него сползло что-то липкое и противное: кровь, пущенная в момент слабости, пауки, сплетающие органы нитями… и унижение, которое он перенёс, продаваясь.

Нет, не сметь жалеть себя! Он – синий маг рода Моринехтар! Надо выяснить, чего же добивается Принцесса. И не попасться на крючок ни ей, ни Всесильному Ди. И пусть его хоть проклянут, он уничтожит их, если потребуется. Если разрушение – его путь – он пройдёт этот путь до конца, даже в одиночестве.

Тай дотронулся до груди, слева, где билось сердце.

Она осталась. Темнота. Словно рана на сердце захлопнулась, но грязь и чужая ненависть остались там, внутри него. И их уже не смоешь водой.


***


Нех в кабинете разговаривал по телефону, и Тай сбежал вниз по лестнице в гостиную, потому что разговор переходил на повышенные тона. Бизнес, который, конечно, не ограничивался частными заказами, не оставлял брата в покое ни на минуту. Большие деньги требовали большого внимания и сосредоточенности, даже если делами управляли надёжные и преданные люди, которых Нех сам подбирал и назначал на должности.

Закат над деревьями уже погас, экстерьерные декоративные фонари были выключены - и опушка с домом погрузились во тьму. Нэт, укутавшись в бежевое шерстяное пончо, держала такого же цвета кружку с кофе и бродила по террасе, глядя в темноту. Свет из гостиной иногда выхватывал её тонкий силуэт за стеклянными дверями, и тогда становилось заметно, как девушка хмурится, поглядывая себе под ноги. Его кровь так и осталась на досках и, судя по всему, смущала гостью.

Тай прислонился плечом к дверной раме и скрестил руки на груди.

- Тай! – неожиданно Нэт обернулась к нему.

Он замер, вытянувшись внутренне чуть ли не до вибрации.

- Это же кровь, так?

- Нет, это мои неудачные попытки в малярном деле. Плохо владею красками, в отличие от брата.

- Глупо и не смешно, - она поставила чашку с кофе на перила, глянула в темноту за спиной и снова посмотрела на него с неприкрытым раздражением.

- Не нравится то, что я говорю?

- Нет.

По внутренней стороне кожи словно провели раскалённым металлическим прутом. Ярко-жёлтым, как горящая вольфрамовая нить.

Пытаясь не затягивать паузу, в которую можно было выплеснуть только оправдания, он присел на корточки, пригнулся к одному из подсохших мазков крови и шепнул в него пару слов. Тёмно-красные полосы, дуги, похожие на серпы, и отдельные капли, разбрызганные звёздами по полу, - всё это заблестело, налившись влагой, затем расползлось в стороны и снова собралось под ногами Нэт в совершенный в своей графичности цветок – георгин.

Девушка посмотрела вниз и усмехнулась.

- Всё-таки ты – позёр. И я больше люблю тюльпаны.

- Милая Нэт, - спокойствие в голосе далось ценой невероятной концентрации. – Знаю, что моя компания – не самое лучшее, что ты можешь себе позволить, но, может, перестанешь демонстрировать это так откровенно?

- А какую?! Какую компанию я могу себе позволить?! – Нэт резко треснула чашкой о перила, так что кофе выплеснулся на ладонь. Девушка не отреагировала - напиток не обжёг, так как давно остыл. – Мне прятаться в этом доме всю жизнь? То, что считала сказками – существует. То, во что не верила – это я. Может и дальше продолжать не верить? Уйти обратно и жить, как прежде? Но что… что же теперь делать, если не могу закрыть на всё глаза? Я в такой растерянности… Нех, он…

Тай приблизился и положил ладонь на кружку, чуть коснувшись нечаянно и пальцев Нэт.

- Да не трогай ты меня! – воскликнула она, отпрянув.

Тай склонился над кружкой и заставил воду нагреться настолько, чтобы над чёрной поверхностью заструился пар.

Нэт вздохнула, выдернула кружку из его рук и вылила содержимое за перила.

- Я знаю язык цветов, Тай. Георгин означает – «давай не будем усложнять», так? Поэтому - давай не будем.

- Георгин – это символ-цветок Небесного Двора, всего лишь. Просто в голову пришло.

- Господи… - Нэт едва слышно застонала. – Ну, ладно, в очередной раз убедилась, что ничего не знаю! Не могу больше. Я – никто здесь, ничего не понимаю… Что мне делать?!

- Помоги мне, - произнёс Тай. Он высвободил пустую кружку из ладони Нэт и небрежным жестом отпульнул её вниз, в темноту. Нет кофе – нет и кружки. Хруст поломанных веточек во мраке и мягкий «бух» об осыпанную листвой землю. Нэт словно отвлеклась на звук, прижалась к перилам, отвернулась. Тай придвинулся и положил ладонь поверх её ладони, прохладной и дрожащей. – Помоги мне и я помогу тебе, Нэт.

Свободной рукой он достал из кармана кольцо с красным камнем и поднял между их лицами.

- Дай мне ту власть, которой владеешь, – и я сделаю тебя сильной. Поверь, ты сможешь управлять этим миром, а не прятаться в нём. Я просто пойду рядом. Сделаю так, что ты построишь жизнь, как пожелаешь… понимаешь, Нэт?.. обретёшь себя. Да, я неприятен тебе и не нужен, конечно. Знаю. Но отдай мне контроль над эльфийской магией. И я открою тебе возможности…

Она не вырывалась. Он легко удерживал её ладонь и загородил Нэт, подставив спину потянувшему с севера ветру. Она не позволила бы обнять, но жар его тела всё равно согрел девушку – он чувствовал это по расслабившимся и переставшим дрожать пальцам. Нэт не двигалась, не смотрела на него, словно боялась сказать что-то вслух, наверняка грубое и неприятное, чтобы обозначить своё отношение. Но раз молчала – значит, обдумывала что-то более важное.

- Это тьма, Нэт, а ты не знаешь, как ей управлять. Я – знаю. Позволь.

- Кольцо – это не тьма. Но тебе откликнулись мёртвые Тёмные эльфы. От Анайрэ я успела узнать, что заигрывать с этим – опасно. Это зло, понимаешь? – наконец проговорила она едва слышно, но твёрдо.

- Да. Но так же твой ключ к свободе, понимаешь?

Он поймал её взгляд, серьёзный и напряжённый, полный гнева и едва уловимого желания принять решение немедленно, какое бы оно ни было. Прохладный ночной ветер теребил края её пончо, а ему проскальзывал под рубашку и прошивал иглами кожу, делая её настолько чувствительной, что притронься Нэт - оставила бы ожог. Но всё то было вне. Между ними ветер словно не мог проскользнуть из-за той стены напряжения, что уплотнялась с каждым мигом, пока они стояли вот так, рядом. Тай прижал девушку бёдрами к перилам, и теперь между ними было только кольцо с красным камнем – как выбор, как последний рубеж перед её отказом… быть с ним рядом. Хотя бы так.

Её пальцы под его ладонью сжались в кулак.

Пожалуйста. Прошу тебя. Не уходи. Не уходи! Не уходи!!

Георгин под их ногами завибрировал, кровь задвигалась, перетекла по доскам и расцвела другим рисунком – алым тюльпаном.

Да, словами Тай говорил о свободе и выгоде, но тело предавало его, вершило магию кровью, и ничего нельзя было сделать. Нэт знала язык цветов, и оставалось только молить небеса, что она не посмотрит под ноги и не увидит новый рисунок, который он не мог ни стереть, ни изменить сейчас, когда чувствовал её близость и смотрел в глаза. Его кровь сама говорила с Нэт и выдала желания тела и потаённые мысли, начертав тюльпан, символ откровения - страстной, непреодолимой любви.

Рассудочность растворялась в страсти. Он сходил с ума. Хотел её. Прямо на террасе. Здесь, на этих перилах. Притиснуть, задрать юбку, стянуть бельё, раздвинуть ноги – и взять её, сильно и нежно. Сделать своей, только своей, и чувствовать, как обнажённая кожа стынет на холоде и плавится от жара там, где их тела соприкасаются и испытывают сладкую муку от болезненной чувствительности.

Но всё, что он мог – это тихо, чтобы не отпугнуть её, повторить:

- Так как?


*аранеология - раздел арахнологии, рассматривающий пауков.

ГЛАВА 21. Автор: Anna Bernal

Власть, сила, свобода… Она ведь думала об этом?

Тай мысленно умолял протянуть руку к кольцу… нет, к нему! Знал, что может подтолкнуть Нэт проявить силу, о которой она пока не задумывалась. О чем она думала?! В голове за несколько секунд пронеслись десятки мыслей: «Может, для нее сила ничего не стоит против семьи и дома, наполненного детским смехом?.. против ужина в кругу близких, с хорошим вином и стейком на белоснежной тарелке… против тепла родного человека под одним одеялом… может, она думает, что с нее довольно испытаний и одиночества, которое оставалось её спутником, даже если рядом были мужчины?... или она просто хочет вернуть кольцо, как память об Анайрэ?..»

Казалось, он чувствовал Нэт, чувствовал, что она тоже хотела прикоснуться к нему. Казалось. Колючий холод в груди дал понять, что Нэт разозлилась – она резко выдернула руку из-под его ладони и решительно посмотрела в глаза, собираясь ответить, но стену напряжения между ними сбил шум подъезжающего автомобиля. Нэт повернулась на звук, следом за ней и Тай посмотрел во двор. Черный внедорожник остановился у ворот, в тот же момент рядом, на террасе, зазвонил телефон.

На том же месте, где недавно Тай наблюдал за Нэт, стоял брат, прислонившись плечом к дверной раме.

- Иду, - коротко ответил Нех на звонок, положил телефон в карман и, отделившись от дверного проема, подошел к Нэт. Под его подошвами лепестки алого тюльпана дрогнули, потемнели и сжались, мгновенно распадаясь на мелкие осколки, как разбитое стекло.

- Отдай ей кольцо, - ровным тоном сказал Нех, забрал кольцо и вложил в ладонь девушке. Затем мягко увлек Нэт за плечи в гостиную, слегка подтолкнул вперёд и закрыл дверь, оставшись на террасе.

Нех подошел к Таю, мягко взял за грудки и толкнул назад, к перилам.

- Прекрати свои мудацкие шутки! – отчитал Нех, повысив голос, затем, помедлив, отпустил и добавил: - Через месяц ты будешь обращаться с ней, как c Дарой! Иди в дом, холодно, ужин через полчаса.

Тай остался на террасе. Хотелось сунуть голову в лед, чтобы разом избавиться от всех мыслей… или уж сразу сунуть в лед свое сердце? Он безучастно наблюдал, как брат в свете фар подошел к машине, поговорил с водителем, забрал какие-то пакеты и вернулся в дом.

Тай прислушался к себе. Нет, чувства вины он не испытывал.


***


Спальню украшало зеркало в массивной деревянной оправе. Нэт подошла к нему и представила себя в платье, какие обычно носят особы королевских кровей или волшебницы из сказок. Вспомнив наряды Небесной Принцессы, Нэт решила: будь на ней подобное платье, их вполне могли спутать. Позируя перед зеркалом в пол оборота и гордо приподняв подбородок, она в шутку представляла себя вершительницей судеб простых смертных. Что подойдет ей больше: сыпать гром и молнии на головы непокорных или заставлять сады цвести круглый год? Нэт пожала плечами, отвечая на свой вопрос.

Нет, она не ожидала сцен ревности со стороны Неха, просто хотелось его внимания, присутствия. И немедленно.

- Сегодня устроим ужин с вином, - Нех вошел в комнату и свалил пакеты и коробки на кровать, - ты же любишь мясо? – он улыбнулся так, словно кроме них двоих в этом доме никогда никого не было.

Из большой белой коробки, обитой атласом, Нех достал платье цвета изумруда. Неизвестная ткань таинственно мерцала в неярком свете люстры. Нэт прикоснулась к платью и удивленно спросила:

- Мы куда-то идем?

- Да, ужинать, сбор через полчаса в столовой внизу, - Нех встал у Нэт за спиной и приложил платье к её плечам, любуясь отражением в зеркале. Затем открыл остальные коробки, в них лежали вечерние туфли разных оттенков – от бежевых до темно-золотых. - Переоденься, я скоро вернусь за тобой.

Нэт надела платье – длинные узкие рукава, закрытое декольте, вырез «лодочка» почти открывал плечи, сзади мягкий полукруг открывал спину ниже лопаток, юбка в пол в мягких складках с небольшим шлейфом. Примеряя туфли, Нэт грустно улыбалась. Все это – подарки, платье, ужин - его извинения. Но за что?

Нэт нравилось видеть себя глазами Неха. Пусть бы даже сейчас он и слеп на один глаз, это было абсолютно неважно. Нравилось ощущать себя рядом с ним прекрасной и могущественной волшебницей. Подкалывая волосы, она улыбнулась отражению, с достоинством, как и полагалось важной особе.


***


Нех собрал необходимые вещи в дорожную сумку и поставил у входной двери. Быстро разложив на столе нехитрую сервировку и доставленные продукты, он оставил мясо в специальном контейнере, сохраняющем тепло, и быстро пошел в душевую. Сегодня он хотел как можно больше времени провести с Нэт и с этим несносным эгоистом Таем. Чувство досады на брата, засевшее в сердце, как заноза, Нех пытался игнорировать.

В зеркале – отражение бледнее обычного. Нех всмотрелся - лицо побелело и исказилось, превратившись в перламутровый череп с темнеющими глазницами. Снова резкий приступ боли, желтый свет и чужой смех, раздирающий мозг:


Тыыыыыы меееедлиииишшшшь!!!... Почччччччемммммммммму меееедлиииишшшь?.. поччччччччемуууу?.... поччччччччччемуууу?.. слиииишшшком доооооолго… тееебеее никого не жжжжжжаааль?... нееее жжжжжжаааль?...


...отдаленный звук разбитого стекла. Нех спиной ощутил холод камня, когда резкая колющая боль в ребре ладони вернула сознание. Он - на полу, спиной к стене, к холодной плитке, под рукой – осколки стакана, окрашенные кровью. Сколько времени он здесь? Эльфы не могут без мелких пакостей. Нетерпеливые твари… Им ведь должно быть известно, что он уже все решил!!!

Мокрым полотенцем он собрал осколки с пола. Порез на ладони не очень глубокий. В аптечке должен быть пластырь. Нэт ждала - и нужно вернуться за ней.

Ожидавшая в комнате Нэт была так хороша, что Неху стало невыносимо трудно. Трудно оставить её сейчас, трудно оторваться от нее, сдержаться, чтобы не содрать с нее это платье и не остаться в постели до рассвета.

Рубашку, испачканную кровью, Нех оставил внизу, и когда он взял из шкафа свежую, Нэт подошла и обняла со спины. Её пальцы повторили очертания рваного шрама на его плече, и мягкая теплая ладонь накрыла истерзанную птицу, словно она ласкала и успокаивала её, а заодно и его душу.

- Извини, - не оборачиваясь, сказал Нех, когда уловил в зеркале ее грустную улыбку.

- За это? За шрам на идеальном теле? – спросила она, снова повторяя кончиками пальцев очертания рубцов, но по взгляду было видно – она уже догадалась, что извинялся он за другое.

- И за это тоже, - Нех повернулся к ней, не давая говорить, прикоснулся губами к ее виску, щеке, прильнул к губам, требовательно и нежно, прижал к себе и… отпустил, вглядываясь в лицо.

- Зачем эти наряды, если мы никуда не идем? – тихо спросила Нэт.

- Потому что это красиво, - ответил он, застегивая рубашку. Затем взял ее руку и надел на безымянный палец кольцо с внушительного размера сирлидоном красивой огранки. Зеленый камень мерцал тем же таинственным светом, что и платье.

- Спасибо, - Нэт слегка пошевелила пальцами, любуясь игрой света, - изумруд?

- Нет, это сирлидон, в нашем мире он ценится очень дорого, - Нех сделал ударение на слове очень, обнял Нэт и продолжил, - ты понимаешь, очень дорого. При том, что сирлидон мало весит и совсем не занимает места, его можно продать за двадцать миллионов золотом, или вдвое дороже на бумажные деньги. Потому что здесь энергии - практически ядерный реактор. Не снимай его, если придется бежать – капитал всегда при тебе. Сегодня мне нужно уйти и оставить тебя здесь, прости за это. Если не вернусь через две недели, нужно уходить отсюда. Тай поможет, я попрошу.

Нэт взяла Неха под руку, и они вместе спустились в столовую, где Тай уже ополовинил бутылку Амароне.


***


Нэт отметила, что все спиртное, которое видела у братьев, было из её мира. Ужин прошел почти в полной тишине. Нэт покрутила в пальцах бокал с вином, поймав на гранях хрусталя отблески от хрустальных же подвесок люстры. Даже вино не помогло расслабиться, и гнетущее чувство тревоги давило все сильнее. Нех объяснил политическое устройство своего государства, в котором верховная власть принадлежала Небесной Принцессе и ее будущему супругу, что решающую роль в жизни страны играл советник Всесильный Ди и кабинет придворных магов, предупредил об основных законодательных запретах. Упомянул о давней войне с эльфийцами, о которой давно забыли все, кроме школьных учителей. И, да, эльфийцы лишились права вступать в брак с особами королевского рода, занимать государственные посты, и уж, тем более, трон.

Нех рассказывал спокойно, как само собой разумеющееся, выделяя главное для него.

Нэт же хотела засыпать его миллионом вопросов: почему так разнится этикет во Дворце и в городе? Словно соединили два разных мира и попытались сделать из них странный симбиоз, в котором пережитки прошлого почему-то всё ещё довлеют над прогрессом? Почему при видимых свободах, одна роспись пера из Дворца ставит крест на любых попытках что-то изменить? Насколько простирается власть Дворца и почему высочайшие техногенные достижения абсолютно не взаимодействует с магией.

Это было настолько противоестественно, что должно было держаться исключительно на чьей-то воле, иначе взаимоисключающие вещи поглотили бы друг друга, создав хаос. Да и вообще… Элементарное. Почему здесь нет фруктов, в конце концов? Как такое могло быть?!

Но прервать Неха не хватило решимости. Он подводил к чему-то важному, и Нэт ждала разъяснения туманных намёков о грядущем двухнедельном отсутствии.

- Проверенные люди привезли сегодня это, - Нех положил на стол подобие листовки с текстом поразительного во всех смыслах приказа, украшенного излишне кудрявой подписью Всесильного Ди.

- Самые проверенные люди – мертвые люди, - бросил Тай, плохо фокусируя хмельной взгляд на бумаге.

Неровным голосом он зачитал Указ Всесильного о лишении свободы - а затем и жизни - тех, в ком была хоть капля эльфийской крови. «Вычистить древнее зло, засевшее в крови людей, дабы ускорить развитие экономики государства», гласил Указ, больше похожий на шутку с хелолоуинской вечеринки, на которую Нэт как-то ходила с Денисом.

Нех коротко известил о своих намерениях немедленно отправиться за жизнью Ди, попросил Тая на это время позаботиться о Нэт, а Нэт – беречь себя.

Нэт украдкой глянула на Тая, пытаясь понять его реакцию на заявление брата, но Тай, словно услышав подобное в тысячный раз, даже бровью не повёл, хотя хмель из взгляда словно выветрился, уступив место сосредоточенности. Однако вел мужчина себя так, будто ему скучно, и это вызывало у Нэт досаду. Пройдясь по комнате с бокалом, он остановился у камина, усмехнулся и взял стоявший на каминной полке фотоальбом. Вот теперь он соизволил обернуться к брату:

- Сколько можно таскать с собой этот хлам? Это самое ценное, что ты спасаешь в первую очередь?

- Можно посмотреть? – Нэт оживилась, и Тай нехотя протянул ей альбом.

В альбоме – их детские фотографии. Квадратный формат, неестественные цвета, старая плотная бумага, обрезанная по периметру фигурными ножницами. На одном из снимков - маленький Тай явно расстроен: сжатые кулачки и взгляд исподлобья, синие штанишки, слишком длинные, смешно собрались внизу мягкими складками. Нэт улыбнулась и спросила, из-за чего Тай так обижен? Нех, придвинувшись ближе, охотно принялся рассказывать:

- В тот день у вас отмечали Рождество, и Тай думал, что мы тоже будем его отмечать. Тогда он еще не понимал разницы между мирами. Естественно, он не получил ни праздника, ни подарков, к тому же тогда мы жили в очень стесненных обстоятельствах, и ему приходилось донашивать мои вещи, что он тоже ненавидел, а особую ненависть питал к этим синим штанам.

Нех увлеченно рассказывал, не замечая, что лицо Тая делалось все более мрачным.

Последние несколько страниц альбома заполняли засушенные цветы. Нэт провела по ним пальцами, словно пытаясь прочитать название неизвестных видов:

- Везде - только детские фотографии… Но это ведь не твои цветы. Откуда они?

- Верно, эти воспоминания – не мои, а…

Тай резко подошел к ним, потянулся через стол, забрал альбом, швырнул в пустой камин и вышел на террасу.

- Не волнуйся, - Нех успокаивающе прикоснулся к плечу Нэт, встал, поднял свою реликвию, бережно смахнул пыль и положил на прежнее место. Потом спросил: - Что означает алый тюльпан на языке цветов?

Нэт не ответила. Нех огляделся вокруг, словно что-то искал, затем резко взял кочергу от камина и вышел на террасу за Таем.

Нэт приподнялась на стуле, вглядываясь через распахнутую дверь.

В вытянутых руках Тай держал черный шар, размером с баскетбольный мяч. Подвижная внешняя оболочка «мяча» кипела и дымилась в руках, внутри сферы поблескивало пламя, а мелкие искры вырывались наружу, опаляя одежду и доски под ногами. Тай смотрел перед собой, явно раздумывая, куда швырнусь этот сгусток энергии, но вредить деревьям и кустарнику было не в его характере.

- За домом насыпь, туда и швыряй - землю разровняешь, - Нех аккуратно зашел справа и сунул кочергу в центр шара, сразу же выпустив ее из рук. Деревянная рукоять мгновенно испепелилась, а раскаленное докрасна кованое железо, упав, звякнуло о деревянный настил и с яростным шипеньем выжгло на нем глубокий черный след.

Тай опустил руки и обернулся. Его глаза лихорадочно блестели.

- У тебя жар? – Нех протянул руку ко лбу Тая, но брат отступил. Нех сделал два шага вперед и обнял Тая. - Ну прости ты меня за те синие штаны, и за то, что достаю, за всё прости. Если через две недели…

- Да знаю я твою старую песню! – перебил Тай и вывернулся из объятий. - Пакуем шмотки, рвем когти и всех, кто попадет под горячую руку!

- Нэт беспомощна в этом мире, она… - Нех, запнулся, бросив взгляд на взволнованную Нэт. Не очень хотелось говорить, какая она, поэтому просто добавил: - Если с ней что-то случится…

Тай выругался и отвернулся.

- Да понял я! Иди уже.


***


Машину пришлось оставить за несколько километров до Небесных источников, облюбованных приближенными ко двору особами, и долго идти пешком по пыльной дороге. Когда солнце уже скрылось за горизонтом, Нех увидел флюгер придорожной гостиницы, принимавшей, в том числе, посетителей источников. Управляющий там – свой человек, Гарри. Нех зашел в пустой обеденный зал, кивнул Гарри и взял меню у подбежавшей официантки. Гарри сам принес заказ: тушеное мясо, свежие овощи на большом блюде, хлеб и воду со льдом в запотевшем графине. Помещение выглядело запущенным, на поверхности стола красовались засохшие пятна вина и еды, ужин также не вызывал аппетита.

- А чего ты хочешь?! - воскликнул Гарри, проследив за оценивающим взглядом. - У меня забрали всех эльфийцев, а именно они работали на кухне и на уборке! Моя личная экономика сразу в гору пошла, как же!

- Мне нужна комната, новая внешность и работа в Источниках, - Нех взял хлеб и воду, не притронувшись к горячему.

- Туда не попасть! – снова воскликнул Гарри в своей манере. - Во-первых, там берут парней не старше двадцати пяти, во-вторых, там нужно работать не только руками, и потом – там вечно все места заняты! Я что - Всесильный?

- Ты же их кормишь, так отрави парочку, - посоветовал Нех, запивая ледяной водой сухой хлеб.

Вечером того же дня к нему в дверь постучали. На пороге стоял худой старец, совершенно лысый, но с длинной платиновой бородой. Он деловито прошел к столу и разложил на нем «инструменты» - разноцветные блестящие бусины из камня, соединенные длинной шелковой веревкой.

- Что требуется? – спросил старец, и, сразу указав на перламутровый глаз, добавил: - Это убрать не смогу.

- Использую линзы. - Нех перечислил: - Красивый мужчина: брюнет не старше двадцати пяти, высокий, атлетического телосложения, волосы длиннее, чтоб глаз прикрыть.

Старец работал быстро. Через час новая внешность сидела как влитая. Нех, сняв рубашку, придирчиво рассматривал себя в зеркало - на идеальной коже не было ни шрамов, ни привычной птицы.

- Магическое тело не выносит крови, - предупредил старец, - поранишься или чья-то кровь попадет на незащищенную кожу – все исчезнет в две секунды.

- Годится, - молодой красивый брюнет передал золото в худые жилистые руки.

Наутро, в связи с внезапной болезнью нескольких сотрудников, управляющий назначил Неха на должность помощника массажиста Небесных Источников. В обязанности входила подача полотенец и мелкая помощь в массажном кабинете, в остальное время требовалось принимать ванны, дабы красивым видом услаждать взгляды посетителей. Раз-два в неделю и Ди грел здесь свои слабые кости. Нужно ждать. И если повезет… Вот так, в ожидании везения, уже и заканчивалась первая неделя.

- Черти косорукие, быстро уберитесь в главном зале! – орал управляющий, краснея от усердия, и Нех понял - Ди приехал. Повезло! Но Всесильный уедет сегодня же - нужно действовать.

Когда Всесильный принимал ванны, в них никого другого не допускали. Выжидая в беседке, увитой плющом, Нех наблюдал, как старый дикобраз, сняв свою броню из золота, ссутулившись, стоял по грудь в глубоком бассейне и боязливо поливал костлявые плечи целебной водой. «Дааа, что-то не в коня корм», - решил Нех, не заметив положительных перемен во внешности бывшего босса.

Наплескавшись, Ди, присел в воде на ступеньку, выложенную изящными изразцами в голубых тонах, и откинул голову на специальными мягкий подголовник, прикреплённый к довольно острому бортику бассейна. Кажется, его раздражали солнечные лучи, пробивающиеся через стеклянную крышу купальни, так что он кривился и морщился. Впрочем, у него на лице постоянно что-то подёргивалось - а причины для подобного тика могло и не быть. Но вот, наконец, он закрыл глаза.

Нех взял одно из тяжёлых махровых полотенец, и, стараясь не издавать лишнего шума, смочил его под струёй искусственного водопада, звеневшего рядом с беседкой. Затем положил в полотенце тяжёлую хрустальную вазу, в которой раньше лежали фрукты, и скрутил в жгут. Взялся за два конца и взвесил в руке получившийся снаряд.

- Можешь убираться пока, я позову! – брезгливо бросил Ди, не открывая глаз. – И вообще лучше пришли сюда девку покрасивее. Знают же – и опять…Что за сборище тупых идиотов здесь, уже дважды предупреждал!

- Как прикажете! – ответил Нех, подходя к краю купальни и раскачивая самодельной палицей. Прямо над головой Ди он сделал широкий раскрут, выбросил руку в сторону, резко подрезал движение влево - и хрустальная кувалда впечаталась аккурат в висок Всесильного.

Голова дернулась так быстро, словно вырезали мгновение из реальности. Соскочила с подголовника и треснулась лбом об острый бортик. Но колоссальная сила инерции откинула Ди от бортика и плюхнула в воду. Миг – бледное, застывшее лицо еще продержалось над мерцающей гладью – и только тогда из рассечённой кожи на виске и лбу толчками хлынула кровь. Голова ушла под воду в розовом водовороте. Под водой кожа расползлась на лбу рваной кривой бороздой, кровь расплылась вокруг облаком, и в пронзившем воду солнечном луче сверкнула обнажившаяся кость, так ярко, словно свет попал на идеальную брильянтовую грань.

Наблюдая, как тело Ди погружается в целебную воду, из которой ему уже не суждено выбраться не только здоровым, но даже живым, Нех вдруг внутренне напрягся. Затем безотчётно припал на колено, нырнул рукой под воду и успел ухватить Ди за волосы. Рванул вверх, вытащил из кровавого омута смерти и посмотрел на рану.

Кость, лобная кость - пока её снова не залило кровью - блистала перламутром!!

Нех разжал пальцы, чужая кровь текла по ним, капая в бассейн. Время словно остановилось. Звон декоративного водопада… Медленно расходящиеся круги на кровавой воде, поблёскивающие голубые изразцы внизу…

Рука преобразовывалась: возвращалась мужская, уже не изящно-юношеская, сила в пальцы, кожа становилась смуглее.

Ди открыл глаза, и на долю секунды Всесильный и Нех встретились взглядами. И бывший босс узнал его.

Он заголосил так, что вода срезонировала и пошла от его тела рябью. Захлебнувшись, он ушёл под воду. Нех метнулся к нему, попытавшись достать, но Ди оттолкнулся от дна и увернулся. Даже вернувшись с того света, первый советник боролся до конца, а кровь эльфов делала его неимоверно живучим, иначе ничего подобного не случилось бы!

Нех отпружинил на коленях и развернулся к дверям. Створки треснули о стены – и ворвались двое громил-телохранителей. За спиной снова завизжал Ди. Нех обернулся. Всесильный взглядом рвал его в клочья, но ладонями прикрывал рану на лбу, словно всё равно пытался сохранить тайну, которая была сейчас дороже жизни.

- Ты – покойник! – прошипел Ди.

Нех с досадой посмотрел врагу прямо в глаза.

Топот ног по мраморным плитам приближался. Если бы охране разрешали проносить на Источники огнестрел, то всё закончилось раньше.

Нех нагнулся, поднял самодельное оружие и с разворота врезал бело-кровавое ядро в голову одного из нападавших. Мужчина отлетел на добрых полтора метра, а ваза в полотенце разбилась. Второй подскочил, занося нож, но Нех выбросил вперёд руку, выпростав полотенце, - и тяжёлые осколки полетели нападающему в лицо. Мужчина отшатнулся, потерял мгновение – Нех закрутил полотенце на его шее и сломал позвоночник.

В дверях, привлечённые шумом, показалась новые люди. Местные охранники секунду нерешительно топтались на пороге.

Нех сжимал рукоять ножа, прислуживаясь к себе. Местные не готовы сразу кинуться на вооружённого противника, но скоро подоспеет и остальная личная охрана Ди, и тогда… Да, в его руке сейчас нож, но это совсем не то, как нож - в руке Тая. Против нескольких тренированных мужчин ему не устоять в одиночку. Остается воспользоваться общей растерянностью.

Нех пошёл прямо к двери, держа нож наготове.

- Что вы стоите?! Взять его!

Только бы прорваться через первый заслон, а дальше – множество коридоров и тайный ход, о котором его проинструктировали.

Он сможет. Он вернётся.

Несколько охранников, еще толком не разобравшись что к чему, заскочили внутрь, но теперь отшатнулись обратно к двери.

Только бы успеть до прихода бойцов Ди.

Он сможет. Он вернётся.


***


... на миг сознание вернулось к нему. В голых ветвях деревьев над головой, клубясь серыми, набухшими дождём тучами, застряло помрачневшее небо. Оно давило, оно словно падало на него, проползая через последнюю преграду – сплетение ветвей. Казалось, слышен был предсмертный треск сучьев. Казалось, небо хоронило под собой заживо.

Кровь всё еще текла из раны, впитывалась в покрытую жухлыми листьями землю.

Он не помнил, как его ранили. Знал только, что всё-таки сумел прорваться и сбежать.

Небо – всё ниже. Краешки свернувшихся на холодном ветру листьев покрывались инеем.

Он сможет. Он вернётся.

ГЛАВА 22.

Нех уехал ночью. «Отправляюсь за жизнью Ди…» - после выпитого за ужином вина его слова казались шуткой. Как только машина растворилась за пеленой моросящего дождя, в душе появилось тревожное предчувствие. Почему не остановила, не стала вмешиваться в мужской разговор? Нэт изводила себя сомнениями, хоть и знала наверняка, что, приняв решение, Нех не отступится.

Когда бессонная ночь, наконец, закончилась, желание выпить кофе боролось со страхом встретить на кухне Тая. Вчерашний разговор на террасе застрял в голове занозой. Тай предлагал свободу, но что делать с этой свободой? В мире, куда стремилась душа Нэт, жил только Нех. Слова Тая застали врасплох, она и половины не понимала, о чем он твердит, но сердце... Всю ночь сердце учащенно билось. Как могла забыть, что мир Анайрэ – и ее мир тоже, пусть изменившийся, но всё же существующий. Стоит только научиться управлять силой, которая открылась неожиданно... Но она не умела, и только Тай… Нэт спохватилась, заставила себя подняться с кровати. Яркий свет хлестал в оконное стекло. Обманчивый жар солнца просился в комнату, но стоило открыть створку - и осенний ветер, оседлавший первые лучи, ворвался с утренней свежестью. Выскользнуть бы на улицу, но лестница, что вела на первый этаж, спускалась прямехонько в столовую.


***


- Доброе утро! Тебе сварить кофе? – Нэт скороговоркой произнесла заученную фразу.

- Привет, спасибо, я пью чай, - Тай поднял глаза и кивнул - рядом стояла чашка, наполненная горячим ароматным напитком. Слова прозвучали сухо, но, словно спохватившись, он обвел взглядом кухню и добавил приветливым тоном:

- Будь как дома. А-а-а! Прости, забыл, ты дома.

В голосе ни капли сарказма, как будто Тай, наконец, смирился с тем, что дом Неха - отныне и её дом.

- Я спешу. Приготовь себе что-нибудь вкусненькое и не забывай, что в помещении ты в безопасности, а если пойдешь в сад - не выходи за ограждение, - Тай сделал глоток, поставил чашку на стол и торопливо вышел.

Нэт сварила кофе, открыла холодильник. В морозилке аккуратными стопками лежали лотки с замороженным мясом и овощами. Для гарнира подойдет спаржа, а свиные стейки в маринаде оценит любой мужчина. Нэт обвела взглядом кухню - сковородки, ковши и ковшики дружелюбно поблескивали начищенными боками, стопка керамических тарелок и перевернутые стаканы выстроились на решетке в полной готовности подчиниться хозяйке. Помыв чашку из-под чая, Нэт поставила ее рядом с чашкой Неха.

В тот день Тай так и не появился - ни на обед, ни на ужин. Не пришел он и на следующее утро. Одиночество не пугало, а чувство опасности отступило – она знала, что Тай присматривал за домом особым, магическим, способом. Больше всего Нэт тревожилась о Нехе и ждала, что Тай принесет от него весточку.


***


Закутавшись в вязаный кардиган, Нэт шагала по знакомым тропинкам заброшенного сада. Короткие лучи осеннего солнца цеплялись за ковер жухлой листвы, поднимали с земли пряный запах грибов, влажной древесной коры, истлевшей травы. Прозрачная лазурь неба кружила голову. Заслоняясь руками от ветвей старой яблони, Нэт пробиралась в заросли жимолости под ней, где вчера обнаружила розовый куст с запоздало цветущей розой. В самой гуще сплетенных колючих стеблей ярко-красный бутон распушился, утратил свежесть, и от прикосновения ветра лепестки осыпались. Сейчас рядом с розовым кустом лежала птица. Крохотный клюв упирался в траву, блестящие черные крылья беспомощно распластались по земле.

От неожиданности сердце сжалось. Нэт тщательно растерла ладони, взяла птицу и, прижимая крылья, осторожно приподняла тельце, чтобы лапки выровнялись и могли твердо опереться на ладонь. Маленькая головка встрепенулась, учащенное сердцебиение щекотало кожу. Разжимая руку, Нэт слегка подбросила птицу, и та, взмахнув крыльями, улетела.

- Ты действительно волшебница!

Нэт обернулась и увидела Тая. Глаза его блестели, а на скулах играл легкий румянец. Черные пряди волос волнами падали на воротник ослепительно-белого кашемирового пальто. Мужчина протягивал тренч и приветливо улыбался.

- Это не волшебство, просто у стрижей длинные крылья, а лапки короткие. Если они падают, им трудно взлететь без посторонней помощи. – Сейчас не ощущалось неловкости, на душе было легко и свободно. - Сегодня особенный день? Ты очень нарядный!

- Каждый мой день – особенный! – Понять было невозможно, шутит Тай или говорит серьезно. - Ты должна теплее одеваться. Простудишься, а мне отвечать потом. - Он все еще держал тренч на вытянутой руке.

- Спасибо. Ты видел розу? – Нэт накинула плащ на плечи и кивнула в сторону розового куста. - Цветущая роза в октябре - вот это волшебство!

- Ты можешь ее оживить, - Тай подошел ближе, взял Нэт за запястье и положил ладонь на алые лепестки, - теперь скажи: абра-кадабра!

Она посмотрела недоверчиво. Тай прищурился, солнце нырнуло в серую прозрачность глаз и словно засверкало на начищенных серебряных монетах; напряжённость с красивых губ исчезла и пришла улыбка, яркая и задорная, напомнившая о дерзости его поцелуя. Проговаривать дурацкое слово казалось глупым, но через пару секунд пальцы Нэт почувствовали упругость и прохладу лепестков.

- Она действительно ожила! – восторженность и детская радость вырвались наружу. - Но это все ты!? – Нэт смотрела Таю в глаза, пытаясь отгадать – скажет он правду или слукавит.

- Попробуй теперь сама, - вместо ответа он поднял с земли желтый кленовый лист и протянул Нэт, - зажми его между ладонями, сосчитай до пяти.

Не прошло и пяти секунд, лист выровнялся, стал зеленым, как будто залетел в осенний сад из жаркого лета. Нэт поочередно смотрела на кленовый лист, на Тая, на свои руки и не могла поверить, что произошло чудо.

- Учти, через несколько часов роза завянет.

- Давай срежем? Если ночью будет мороз, она погибнет.

- Такова судьба, - сказал он серьезно, - если срежешь - ты распорядишься ее судьбой. - Тай помолчал, а потом с улыбкой добавил: - Да как хочешь, это только цветок.

Он потянулся к стеблю, но Нэт остановила:

- Не надо! Ты прав, пусть остается на своем месте, - полюбовавшись розой еще немного, они вернулись на тропинку. Тай шел рядом.

- Чего теперь хочешь?

Нэт остановилась и задумалась. Тай внезапно шагнул вперёд, развернулся и широко развел руки:

- Хочешь посмотреть наш мир или увидеть океан? – Он был совсем близко. - Ну! Давай же!

Полы пальто колыхнуло ветром - и Тай стал похож на огромную белую птицу, готовую подхватить ее и унести на край света. Захотелось закрыть глаза, очутиться в замкнутом круге его рук и довериться его воле.

Веселый голос и улыбка на мгновение обманули - в глубине глаз Тая притаилась боль. Точно так он смотрел в тот вечер, когда кровью рисовал георгины на старых досках. Захотелось стереть из памяти кровь и тюльпаны, но через мгновение пришло сожаление, что не собрала цветы в охапку и не спрятала… Тюльпаны? Нэт тряхнула головой, попыталась избавиться от мелькнувшего красного сполоха в глубине сознания. Глаза видели георгины, но воображение рисовало тюльпаны. Волшебство Тая сводило с ума. Тревога опять закралась в сердце, и Нэт спросила:

- Ты ведь держишь связь с Нехом? У него все в порядке?

- Не волнуйся, Нех знает, что делает, - Тай засунул руки в карманы пальто. Теперь он шел немного сзади. - Но ты не ответила на мой вопрос.

- Я замерзла, - она соврала: в тренче, наброшенном поверх теплого кардигана, было жарко, - пойду в дом.

-Ты поможешь мне? Тогда, возможно мы сможем разобраться с эльфами… - Таю пришлось поймать Нэт за руку, чтобы остановить. - Ответь!

Он больше не улыбался.

- Прошу, дай мне время, - какой же растерянной или испуганной она выглядела, если Тай немедля отпустил руку. Несколько ступенек террасы позади. Позади и лестница на второй этаж. Успокоиться, замедлить биение сердца... Нэт устроилась в уголке дивана, поджав под себя ноги. Дрожа от напряжения, она вспомнила то, что хотела забыть - перламутровое кольцо, сжавшее виски Неха; его пальцы, сомкнувшиеся на ее шее... «Не злись понапрасну...» - строгий голос Анайрэ только подстегивал упрямство. Ну уж нет! Тай предлагал свободу – она возьмет её. Сделает всё, чтобы шипящие ублюдки оставили Неха в покое.


***


На следующий день явилась Дара.

Услышав громкую музыку, от которой дом дребезжал, как старый музыкальный ящик, Нэт отложила в сторону книгу, встала с кресла и спустилась в гостиную. Дара лежала на диване, закинув ноги в красных полусапожках на журнальный стол. Какая жалость, что сейчас эту нахалку не видит Нех. Какое-то время пришлось стоять, опершись на дверной косяк, пока Дара не повернула голову.

- Ты есть будешь? Я жарила мясо, приходи, - Нэт произнесла это вежливым тихим голосом, развернулась и вышла.

- Ха! Тебе тоже привет! - Дара выключила музыку и через минуту уже сидела за обеденным столом.

- Если это мясо, тогда ты - сапожник. Бедный, бедный Нех! - Дара пыталась разрезать стейк столовым ножом.

- Можешь съесть салат… а хочешь, сделаю тебе бутерброд? - Нэт стояла рядом и услужливо подсовывала Даре тарелки с закусками. - Есть еще холодная курица. Не капризничай.

- С чего это ты подлизываешься? - Дара подняла на нее янтарные глаза.

- Ты должна кое-что для меня сделать. - Нэт подхватила большим ножом кусочек масла, намазала на хлеб. - Хочу встретиться с лесными эльфами, - настал момент, когда вежливый тон сменился решительным. Глядя в глаза магички, Нэт отметила грубоватую, но необычную, почти экзотическую красоту Дары.

- С чего это? - Дара отложила в сторону вилку и хохотнула. - И что мне будет за это?

- Как твои руки? Они зажили? – Нэт не имела понятия, как справиться с Дарой, но блефовала, стараясь говорить уверенным тоном. - Подумай, может я тоже когда пригожусь?

- Отдай мне Тая! - У Дары сверкнули глаза. Даже губы, густого вишневого цвета, стали ярче.

-Тай? Такая волшебная штука, которую можно просто взять или отдать? – Нэт медленно села на стул. - Как могу отдать то, что мне не принадлежит?

- Не притворяйся! Ты лживая, эгоистичная сука! - Дара взмахом швырнула тарелку на пол. Вслед за тарелкой с грохотом разлетелись по кухне масленка и нож. Бутылка с вином опрокинулась и больно ударила коленную чашечку. Нэт вскочила – красная, липкая лента ползла по ноге, оставляя за собой полоску ожога. Внезапно деревянный пол стал холодным. Холод всегда подбирался снизу. Сначала стопы погружались в колотый лед, затем холод поднимался выше по голени... Очертания предметов исказились, стали расплывчатыми, а резкий голос Дары хлестал по щекам:

- Тай просто сотрёт тебя из памяти Неха, использует и выбросит!

- Неправда! – Холод подбирался к бедрам. - Ты лжешь! - Руки сжались в кулаки.

- Ладно-ладно! Я помогу тебе, - Дара осеклась, голос стал тихим, и она вдруг успокоилась.

- И расскажешь, что это у Неха за печать такая.

- Хорошо. Но как бы тебе не пожалеть, что решила сунуться к эльфам. Новый Гадрион – задворки Империи, убогое место изгнания проигравших. Радости это, сама понимаешь, эльфам не прибавляет. И Келегорм не хочет видеть чужаков в своих лесах.

Получив в ответ молчание, магичка криво усмехнулась. Поворачиваясь к Нэт спиной, она небрежно бросила:

- Если не возражаешь, я переночую в комнате Тая.


***


Прежде, чем лечь в постель, Нэт открыла шкаф и достала новое платье, которое Нех купил перед отъездом. Зеленая ткань заструилась по рукам, по полу и узкой лентой легла на кресло. Нех… Беспокоили слова Дары про стертую память. Нех, и правда, никогда не вспоминал встречу в Залесье или в столице на заправке, но каждое слово или поступок, выдавали чувство давнее и надежное, будто проверенное временем. Она посмотрела на кольцо, подаренное Нехом – большой сирлидон на безымянном пальце. Свет от ночной лампы проходил через корону кристалла, играл внутри и отражался обратно изумительным блеском. Нэт поднесла камень к лицу и прикоснулась щекой. Только бы Нех вернулся живым и невредимым! Подумать надо еще о многом: о предстоящей встрече с эльфами, о том, что сказать, и как себя вести. Беспокоила Дара - эта ведьма могла разозлиться и оставить умирать где-нибудь в чаще леса. Перед глазами мелькнул мудрый взгляд Анайрэ. Мысли зацепились за ее образ и устремились к ней с просьбой о помощи.

Сон пришел быстро и неожиданно. Нэт видела себя в бабкиной избе, наполненной странным белым светом от невидимого источника. Каждый предмет, на котором фокусировался взгляд, приобретал знакомые очертания – печь, лавки, большой деревянный стол, деревенская утварь. На стенах тяжелые занавеси из плотного серого холста, пропитанного льняным маслом. Нэт скользнула ладонью в щель между ткаными полосами. Показалось, что там – сама бесконечность. Смутная догадка сменилась твердой уверенностью - дом находился за пределами времени и пространства. В следующее мгновение ощущение пустоты исчезло – Нэт увидела Анайрэ. В одной руке она держала сгусток мерцающего света, который озарял бесстрастное лицо. Бабка приблизилась и прикоснулась сухими губами к виску Нэт:

- Когда надо говорить или понять - пусть слово тебе откроется, - властный голос бабки вытащил из сна.


***


- Торопись! Тай будет здесь к обеду, убьет, если узнает, что мы смылись, - Дара дожидалась на террасе.

- Хорошо выглядишь. – Нэт поздоровалась кивком, сбросила с плеч пончо и повесила на перила.

- Я смотрю, ты вырядилась! Вообразила, что в зеленом платье похожа на эльфийку? - Дара осмотрела Нэт с головы до ног, бесцеремонно тронула распущенные волосы. - Смотри, как бы эльфы не пришпилили тебя стрелой к дереву!

Противно посмеиваясь, Дара протянула ладонь. Шаг навстречу, разворот - и спина вплотную прижалась к упругой груди магички.

- Не смей так со мной говорить, - повелительный, незнакомый голос дважды успел удариться о стены портала и эхом вынырнул из адской тьмы. Нэт растерялась, но как только Дара разжала руки, чувства вернулись мгновенно - прямо перед ними, плотной стеной, стояли воинственно настроенные люди. Их коричневые кожаные туники на плечах и на груди украшали узоры, выложенные металлическими шипами. Каждый воин в руках держал лук с натянутой тетивой, и добрый десяток стрел нацелился на непрошеных гостей. Нэт приподняла подбородок, едва заметным кивком заставила Дару отступить на шаг и заговорила голосом своей бабки на эльфийском языке:

- Я Нэтаниэль из рода Элдарон, внучка Анайрэ из Залесья, пришла встретиться с владыкой лесных эльфов.

- Узнаю в тебе Анайрэ, - пожилой воин с длинными седыми волосами опустил лук и сделал шаг вперед. Обруч из двух золотых пластин перехватывал его лоб. - Я - Келегорм, внук Леголаса, владыка Нового Гадриона, - Он подал знак рукой - и все остальные воины опустили луки. - Мы рады видеть на нашей земле внучку владычицы Озерного края, - приложив ладонь к груди, эльф слегка склонил голову в приветствии.


***


Новый Гадрион находился в гуще древнего леса. Дома эльфов уходили ввысь, винтовыми лестницами опоясывая гигантские стволы деревьев. Узкие островерхие крыши гирляндами поднимались к небу. Коридоры и входы в жилища украшали резные перила и узорчатые арки.

Оставив Дару на попечение двух суровых воинов, Нэт последовала приглашению Келегорма и поднялась вслед за ним по лестнице, в верхние покои. Стены большого зала, покрытые растительным орнаментом сочных расцветок, поражали изумительной красотой. С восточной стороны зал заканчивался открытой террасой, в арочных проемах ветер играл белым прозрачным шелком.

- Знаю, ты пришла не для того, чтобы остаться, - Келегорм величественно прошествовал по мозаичному полу и остановился в центре зала. - Но все же помни, в Новом Гадрионе ты можешь найти пристанище.

- Я благодарна, владыка Келегорм. - Легкий поклон дался с трудом. - Мне нужны ответы и нужна ваша помощь.

- Знаю, о чем ты хочешь спросить, - Келегорм на секунду остановился и внимательно посмотрел Нэт в глаза, - нас осталось мало. Люди с помощью магов вытеснили эльфов, лишили плодородных земель и лесов. Те из нас, которые уцелели – разбросаны по разным мирам. Многие постепенно деградировали, пока не превратились в примитивный народ, населяющий пещеры и долины. Они забыли ремесла и искусства, лишились дара ясновидения, мудрости и долголетия, - Келегорм рассказывал печальную историю эльфийской расы, а перед глазами оживали герои из книг Толкина и в памяти всплывали старые сказки Залесья.

- Анайрэ оставила мне кольцо… - Нэт не договорила, Келегорм жестом прервал ее:

- Кольцо эльфов и кровь эльфов – это искушение властью и бессмертием. Оно принесет в мир людей раздор, а в твою жизнь – опасность.

- Кольцо спасло жизнь моему другу, - не верилось, что придется расстаться с подарком Анайрэ.

- Да, да, знаю,- Келегорм в задумчивости нахмурил брови, - братья из рода синих магов Моринехтар. В конце пятой Эпохи их кровь была смешана с людской. Младший унаследовал дар от предков.

- Я пришла просить вас, Ваше высочество, - Нэт опустилась на колени и, склонив голову, отчетливо произнесла:

- Снимите эльфийское проклятие со старшего брата!

Каждый нерв и каждая мышца натянулись до предела. Хорошо, что ноги спрятала юбка – колени дрожали, отбивая по ковру барабанную дробь.

- Встань, дитя. - Келегорм протянул руку, Нэт встала, но головы не подняла – стояла смиренно, ждала ответа, а Келегорм продолжал говорить ровным голосом: - Эльфы бессмертны, но не вечны. Умираем мы только в бою или от печали. Постепенно душа эльфа устает жить и жаждет покоя. Умерев, эльф становится прозрачным и невидимым для обычного глаза, обретает крылья и устремляется в благословенный Валинор. Часть эльфов, чьи души отравлены злом, уходят в земли, покинутые их предками, чтобы отомстить завоевателям, - Келегорм замолчал, и в покоях воцарилась тишина. Казалось, он что-то обдумывал.

- Как умру я? - Нэт прервала тишину нечаянно, вопрос вырвался помимо воли.

- Нельзя сказать, куда приведет дорога, пока путь не начертан, - Келегорм улыбнулся. - Анайрэ выбрала жизнь людей и умерла, как человек. Твой путь спрятан в твоем сердце, – он сделал паузу, а затем продолжил суровым голосом: - Братья совершили дерзкий поступок, украв перламутровые кости. Души умерших эльфов мне не подвластны, и я не в силах снять Печать. Зло победит большее зло – таков нынешний закон. Перламутровый круг можно разомкнуть, если кости будут покоиться в земле.

- Где они могут быть сейчас? И можно ли их вернуть? – Нэт подняла голову. Владыка стоял напротив и смотрел пристальным, немного печальным взглядом.

- Перламутровые кости лежат на дне аквариума во Дворце, - Келегорм повернул голову к окну и поднял глаза, пытаясь рассмотреть небо за верхушками гигантских деревьев. - Твой путь – остаться здесь или идти во Дворец.

- Идти во Дворец? Неужели нет другого выхода, - отчаяние заполнило душу.

- Все пути ведут к битве или к печали. Если твоя душа наполнится любовью, она устремится в Валинор. Если ты воспользуешься силами зла - твоя душа примкнет к перламутровому кольцу, - Келегорм повернулся, черты лица разгладились, голос стал тихим. - Теперь ты устала и собралась вернуться. Это твой выбор.

Владыка широко повёл рукой, приглашая к арочному проему. Кажется, им больше нечего было друг другу сказать.

Дара в окружении трех лучников ждала за стенами города. Келегорм церемонно попрощался у ворот:

- Прими подарок от Нового Гадриона и от меня. - Владыка лесных эльфов снял с пояса небольшой предмет и передал на вытянутой руке Нэт. – Мы не владеем магией, но волшебство присуще искусным предметам первородных эльфов. Думаю, он поможет тому, кто отведёт тебя во Дворец.

- Благодарю вас, - Нэт, затаив дыхание, склонилась в искреннем поклоне и взяла подарок. Когда клинок выскользнул из ножен, пальцы ощутили холод, в сердце заполз страх. Короткий клинок серповидной формы устремлялся вперед и затем падал вниз остриём. Деревянная поверхность рукояти, которую завершало плоское металлическое кольцо, была инкрустирована серебром в виде птичьего оперения; крылья птицы размахнулись на небольшой ограничитель перед клинком, а стальное полотно клинка покрывали черные контуры головы грифа. Дара искоса глянула на нож и буркнула что-то язвительное.

Обратный путь отнял последние силы и, не проронив ни слова, девушки разбрелись по комнатам. Нэт прилегла на кровать и включила настольную лампу. Подперев рукой голову, она рассматривала нож-керамбит, что лежал на подушке рядом. Подарок эльфов – вещь бесценная. Теперь Нэт принесет что-то существенное на алтарь общего дела. Нэт даст Таю возможности, о которых он просил, и одновременно поставит условия, чтобы задать направление его силам. Эта мысль и успокаивала и будоражила одновременно. Нэт вспомнила печальное лицо Владыки Келегорма – умирать от тоски она точно не собиралась.

ГЛАВУ 23. Автор: Тайклот

Чёртов телефон трезвонил уже спозаранку. Едва ли это названивал Нех, так как уехал он только вчера, а привычки хвататься за трубку, чтобы пожелать доброго утра, у него не было.

- Алло, блин, - процедил Тай, даже не глянув на номер.

- Чё, еще не нахамил никому с утра, что ли? – в голосе Дары не было подкола, скорее усталость. – Или еще никого не убил на завтрак, потому что эта эльфийская стерва тебе не дала?

- Заканчивай с прелюдией, если не хочешь, чтобы телефон приварился тебе к уху.

- Крег Рифтус уже на низком старте, хотя и ошалел, когда я сказала про твою помощь. Что ты там думаешь делать по поводу Глаз Дракона? Есть идеи?

- По нулям. Не знаю даже, что это за хрень. То есть два здоровенных драгоценных камня. И всё.

- Принцесса абы каких заданий не даёт. Доставший – будет достоин.

- Да-да-дааааа…

Тай перевернулся на спину и закинул руку над головой, уставившись в потолок. Шёлк тёмно-синих простыней гладил тело и уговаривал снова уснуть.

- Пойду сегодня, поспрашиваю в храмах. Скорее всего, это реликвия какая-нибудь и наверняка хранилась в подобных местах.

- Монахов поспрашиваешь?

- Храмы поспрашиваю.

- Аа-а, да, удобно тебе, лодырю.

- И не говори.

- А спроси-ка у койки Неха, хорошо ли ему с эльфийской девкой было, когда они там трах…

Тай отключил телефон, сжал так, что корпус хрустнул, а потом буквально расцепил пальцы - и телефон грохнулся на тумбочку.

- Точно завяжу твои жилы бантами когда-нибудь!

Тай поднялся с кровати, ощущая чуть ли не тошноту от ранней побудки – «сове» тяжко просыпаться раньше солнца. Но пришла пора делом заняться. Тай щёлкнул пальцами: чаёк его спасёт… если до чая сон не вернётся под душем.

К концу дня голова гудела, как коллекторный тоннель в февральскую вьюгу, а толку было всё еще по нулям. Это злило неимоверно. Попусту потраченное время. Вот бы пробежаться по всем храмам глазами, как рентгеном, не вникая в бесконечные истории о становлении, боли, процветании или разрухе. Но для этого требовалась сила в разы больше – и эльфийское кольцо поспособствовало бы скорости. Но клянчить кольцо у Нэт казалось теперь унизительным, тем более, что она…

Тай мотнул головой, резко выдохнув.

Всё! Надо работать! Со вчерашнего дня Нэт и брат под официальной защитой Принцессы, но если Тай профукает возможность быть нужным Небесной, то он - неудачник, который дал Нэт кучу пустых обещаний. А если он обещал… Он сделает Нэт сильной, даст власть, чтобы она могла защитить себя. Она будет блистать в этом мире, не захочет прятаться или сбегать. А он просто останется рядом, чтобы видеть её…и чтобы она, наконец, увидела в нём больше, чем досадную помеху.

Он сделает это.

…Однако несколько дней утомительных поисков так и не дали результата…


***


- Что? кости? – переспросил Тай.

Гостиная погрузилась во тьму, когда небо вдруг затянуло тучами. Нэт стояла возле стеклянных дверей, но даже там тени почти поглотили её. Теперь девушка казалась призраком, пытавшимся разбить черноту сиянием безупречно белой кожи, которая сейчас, похоже, приобрела эффект иризации - как у красивейших горных кристаллов – при малейшем движении мерцала радужным переливом. От Нэт невозможно было отвести взгляда, и Тай, как завороженный, желал лишь одного - превратиться во тьму, что сейчас с жадностью обвивала и гладила её фигуру.

- Да, чтобы спасти Неха, нужны эти кости. Знаю, где они, но добраться туда не смогу… Мне нужна твоя помощь.

- Постой-ка, постой-ка… Отдаёшь мне подарок эльфов, чтобы спасти Неха? Без каких либо еще требований?

Нэт слегка нахмурилась.

- Ладно, не отвечай, - Тай отвернулся. Несколько секунд он переваривал услышанное. Безусловно, избавление брата от проклятия - дело первостепенной важности. Но… Нэт абсолютно ничего не хотела для себя, и хотя её подарок наверняка был следствием их разговора на террасе, она даже сейчас пыталась отгородиться именем брата. Словно, в противном случае, она едва ли имела с Таем какие-то общие дела. Это поднимало в душе волну раздражения, заставляло быть нервным и агрессивным. Но Нэт - точно не тот человек, на которого хотелось направить свою ярость. Поэтому Тай перегорал изнутри.

- Тай!

Нэт приподняла ладонь к его лицу, словно хотела за подбородок повернуть к себе… но не решилась, застыла, отвела руку в смущении. Он сам повернулся за её ладонью, как примагниченный. Не в силах противостоять её неисполненной воле, злясь и подчиняясь, проследил взглядом за радужным сиянием, которым переливалась хрупкая ладонь, так и не прикоснувшаяся к нему. Чёрная паутина расползалась и опутывала сердце, беря начало в ране, что зарубцевалась, но сохранила в себе боль и ненависть. Теперь швы лопались и стегали металлическими оборванными плетьми по нервам.

– Ну, Тай, что такое?

– Хорошо. Только Дворец – это опасно и труднодоступно. И откуда у тебя вообще эта информация? От эльфов, да? как и нож? Поздно уже что-то говорить по этому поводу, но, пожалуйста, будь осторожна.

- Я была с Дарой.

- Ты, действительно, дипломат, я поражён, - сердце стянуло жёсткой сетью.

- Это было сложно, - сконфуженно улыбнулась Нэт.

- Уверен. Но Дара – отличный маг и, если уж согласилась помочь, то не предаст.

Нэт открыла было рот, словно собралась сказать что-то сильно её смущавшее, но предпочла обтекаемую фразу.

- Кажется, она заблуждается кое в чём…

- Но так же искренне! – Тай посмотрел на нож, который Нэт держала в протянутой руке – с полотна клинка на него взирала чернёная грозная птица. – Просто скажи ей в следующий раз, что хочешь насолить мне - и вернее друга не найдёшь!

- Смешно тебе?

- Да. Но просто хочу повторить. Не надо ничего скрывать, мы же как-то договорились, верно, в Залесье? Доверие. Или нет?

- Верно.

Он положил ладонь на нож и коснулся кончиками пальцев тонкого запястья.

- Ты должна доверять мне, хорошо? И мне важно, какие решения принимаешь ты.

Он провёл пальцами по тонкой коже, под которой бились венки, сделанные, похоже, из перестерита - так они отливали волшебным голубовато-фиолетовым сиянием. Их пульсация словно проникала в его ладонь, передавала по жилам истому и желание превратить эту истому в волю. А воля позволила бы сделать его руку сильной и способной на невозможное - сжать запястье желанной женщины, притянуть к себе, прижать…

Он осторожно взял нож с её ладони – и клинок словно загудел на низких частотах. То ли от собственной магии, то ли замыкая на себе нереализованное желание нового владельца.

…Портал открылся прямо посреди гостиной и первым из него вышел Крег Рифтус собственной персоной, затем Дара, а потом высокий, скуластый китаец в темных больших очках, который, чертыхнувшись, сразу закинул очки на макушку. Крег же, не смутившись почти непроглядной темени в гостиной, оставил солнцезащитные очки на бесформенном носу.

Тай отступил от Нэт и опустил руку с подаренным керамбитом. Лёгкое покалывание, похожее на то, когда нервные импульсы ищут пути сквозь онемение, всё еще пробегало по пальцам, но теперь ладонь словно врастала в рукоять, а кольцо-держатель сжало большой палец, как влитое.

- Гляньте-ка, кто у нас тут?! – начал Крег без приветствия. – Эта с-с-сволочь неплохо поживает после того, как завалил моих ребят!

- Твои ребята старались, но им можно только посочувствовать, ведь в начальниках у них – неудачник! – Нож в руке завибрировал. – Поздоровкаться пришёл?

- Да я б тебя, у-у-ушлёпок, так бы отздоровкал, мамаша бы не признала!

- Господин Рифтус, - Дара усмехнулась. – Со старшим братом еще можно договориться, но с этим отморозком – вряд ли. Просто скажи по делу – и пойдём. Это в твоих же интересах. Он поможет. Гарантирую.

Крег скривился, словно лимон зажевал. Рыжие небритые челюсти заходили ходуном.

- Чё, правда, с каких это таких д-д-долбаных радостей?

- Абсолютно без радости, - отрезал Тай, стукнув кончиком клинка по бедру.

- Я слыхал, он тебе часто помогал, у-у-ублюдок этот. Потом натянул тебя и к х-х-херам свалил? – Крег рассмеялся, толкнув Дару в плечо, словно в весёлом подколе на дружеских посиделках.

- Ну, вот был бы ты девицей поаппетитнее, Тай бы тоже прыть проявил, - резко ответила Дара. – Но тут некоторым невдомёк, что как только их трахнут, то сразу об них ноги и вытрут.

Тай перевёл дыхание. Спорить с обозлённой женщиной – бесполезное занятие, хотя они уже, вроде, расставили точки над всеми буквами, но Дару всё равно замыкало.

- Некоторым невдомёк, что здесь, оказывается, кружок анонимных брошенок, - вдруг сказала Нэт.

Тай глянул на неё, и улыбка невольно расползлась по лицу. Девушка шагнула вперёд, окинув гостей недовольным взглядом:

– Меня это мало касается, но я, тем не менее, здесь, и приходится всё это выслушивать. Поэтому попросила бы побольше уважения к человеку, к которому пришли за помощью.

- А это еще что за п-п-потаскуха?! Вякает тут? – Крег приспустил очки, пошарив по Нэт водянисто–мутным пренебрежительным взглядом.

Тай рванул вперёд, крутанул Крега к себе спиной, перехватил шею одной рукой, второй заломил кисть мужчины выше лопатки, упёрся коленом в позвоночник и резко натянул локоть с захваченным горлом на себя. Крег задушено пискнул, как разом сдувшийся шарик. Его помощник приготовился к бою, но пока выжидал.

- Вот здесь местечко такое хрупенькое – между пятым и шестым позвонком, - прошептал Тай в ухо Крегу. – Могу коленом сломать. Или хочешь, чтобы я тебе башку твою неумную отрезал?!

Тай приставил остриё керамбита под подбородок. Крег приподнял руки, багровея с каждой секундой всё сильнее. Кончики топорщащихся ушей налились пунцовой яркостью, как два предупреждающих об аварийной ситуации огонька.

- Тай, осторожней! – Нэт подалась вперёд, но недовольный взгляд выдал волнение скорее за жертву, чем за охотника.

Тай медленно разжал клинч - и Крег вывалился, кашляя и сипя, из висельной петли.

- У-у-ублюдок д-д-долбанный! Какого х-х-хрена?!

- Тай, ты знаешь, ЧЕМ может грозить неповиновение! – зло прошептала Дара. – Еще одна подобная выходка – и соглашению конец. Тогда всем вам – крышка. Она не любит шутить. А ты – на поводке у Неё, забыл?!

Нэт с тревогой глянула на Тая, словно хотела выяснить об услышанном немедленно, но сдерживалась только из уважения.

- Тай, я справлюсь, - уверенно произнесла Нэт. – Ничего не делай. Всё хорошо.

- Короче, несколько дней еще тебе, - сипло выговорил Крег, надевая упавшие очки. – Я не знаю, что тут у вас за хрень, но если не будет обещанного - то п-п-писец и тебе, и ш-ш-шлюхе твоей.

- Да я тебе башку свинчу раньше, чем ты к Нэт на пару шагов подойдёшь. Сможешь, как филин, крутить ей на 360 градусов. Устроить? – Тай, для наглядности, провернул керамбит на большом пальце.

Нэт стояла рядом, Тай невольно посмотрел на её лицо, надеясь не увидеть там отвращения или ненависти к нему.

Она… улыбалась.

ГЛАВА 24. Автор: Тайклот

Возле заброшенного сарайчика в лесу толпился народ. Кто-то - в белых медицинских халатах, кто-то в деловых костюмах. Но чаще всего мелькала униформа людей Всесильного Ди. Они здесь всё запрудили так, что в стылый воздух поднимался пар, как над лужей с тёплой водой. Опавшие листья десятками ног растоптало буквально в труху, так что грязная жёлто-бурая пыль оседала на одежду. Здесь, в этих листьях, брат истекал кровью, умирая под холодным октябрьским небом. Сейчас его вынесли из покосившейся постройки на носилках - он так и не пришёл в сознание от потери крови. Охрана отгородила Тая плотной стеной, и еще три человека присматривали за ним персонально, не давая толком разглядеть, как обращаются с Нехом.

- Привет, брат, - тихо сказал Тай, через непробиваемый кордон выхватывая взглядом носилки. Лицо было бледным, крови старший потерял достаточно, чтобы выглядеть почти мёртвым, но мёртвым всё-таки не быть. – Что-то пошло не так, да?

Тай протянул руку в сторону процессии, но его резко одёрнули за плечи, схватили под руки и оттащили подальше. Вооружённые люди окружили и практически спрятали от взгляда носилки с Нехом.

- Как ты мог не успеть?! – Дара, возникшая как из-под земли, отмахнулась от охраны одним резким движением и пихнула Тая кулаком в плечо. – Ты специально, да?! Специально?! Тварь последняя!

Дара прожигала огненным взглядом, в радужках плавилось золото, из которого она ковала ядовитые стрелы. Чтобы вонзить глубже и убить больнее.

- Да, специально. И что? Что ты сделаешь мне, маленькая взбешённая ведьма?! Ну, бери его себе, он весь твой. Давай. Можно вернуть его к жизни во время поездки до Дворца. Совершишь переворот? Нех покушался на жизнь Первого Советника. Неху – конец, несмотря ни на что… Не поможет даже указ Принцессы.

- Ну ты и сволочь… Всё из-за девки, да? Из-за неё?! – Дара тряслась. Медные волосы полыхали на фоне чёрных, мёртвых стволов и словно устраивали в лесу пожар из её ярости. – Поверить не могу… поверить не могу…

Тай усмехнулся ей в лицо.

- Не переживай, я всё доделываю до конца. Прикончу его собственными руками.

Из груди Дары вырвался полустон-полухрип, белки глаз покраснели, когда кровь хлынула к лицу, а нижняя губа задрожала.

- Он бы никогда…

- Да. Он бы никогда. Но я – не он, - рыкнул Тай, и Дара отшатнулась, скривившись в омерзении.

- Эльфийская стерва никогда не простит тебе.

- Зачем мне её прощение? Мне хочется её тела, так ведь? Его я получу. И к чему здесь внезапный высокий стиль? Разве кобелина, как я, понимает что-то в прощении?

Загудел автомобильный мотор.

- Я тоже не прощу! – прошипела Дара.

- Ну, тебя-то я уже давно получил, так что мне – всё равно!

Тай помахал пальцами и развернулся, чтобы люди Всесильного бесцеремонно запихнули его в машину.

Конечно, никакого переворота никто не устроил. Машина с Нехом доехала до Дворца без приключений. И дальше всё пошло настолько быстро, насколько могло при кипевшей ярости Первого Советника. Все колёса бюрократических разборок закрутились так быстро, что, будь они пропеллерами, то подняли бы в воздух судебную и исполнительную системы Небесной. Даже при том, что весь процедуал остался максимально прост и не менялся вот уже несколько веков, удивительно, как ловко орудовал с ним Ди, словно колодой краплёных карт.

Тая ничего не коснулось. Естественно благодаря только одному слову Принцессы. И как ни пытался Всесильный притянуть к делу прямые и косвенные заинтересованности младшего из братьев, здесь закостенелый мир ему не помогал. Традиции подчиняли Небесную Принцессу, но её слово вполне перечёркивало любые прихоти остальных подчинённых. Назло мечущему молнии Ди Принцесса позволила Таю быть во Дворце. Правда, ожидание тянулось в комнате, обставленной максимально аскетично, почти как тюремная камера: пара лавок, стол и кулер с водой. Окон в комнате не было, но подозрение, что несколько магов следили за каждым шагом – было. Ди являлся периодически с перекошенным, дергающимся лицом и повязкой на лбу, белеющей как раскалённое средоточие ненависти. С кривой усмешкой, пытаясь держать официальный тон, доказывал, что все у него кровью умоются. Потом улыбался, долго смотрел, пытаясь уловить реакцию, разворачивался и уходил не сильно довольный. Драмы и трагического заламывания рук ему явно недоставало. Поэтому, в конце концов - наверняка по его приказу - в серую комнату привели Нэт.

Девушка была белее снега. Она мяла пальцы и старалась держаться твёрдо, но само старание выдавало с головой.

- Тай… - прошептала она. – Тай… как же… Почему ты не успел? Как мог не успеть к нему…

Она вжалась спиной в угол комнаты, обхватив плечи белыми, словно костяными, пальцами. Перламутровые ногти отливали синевой.

- Иди ко мне, - проговорил Тай, привлекая её за неподатливое плечо к себе. – Я же не бог, Нэт. Хозяин кафе раскололся людям Ди о тайном убежище, куда смог добраться брат. Когда я появился там, везде уже были юристы и охрана. Все обо всём знали. Я не могу уничтожить всю Небесную, Нэт.

- Я думала – можешь, - прошептала она в грудь.

- Жестоко ты сейчас со мной…

Дыхание обожгло через рубашку. Не будь между ними доли миллиметра хлопка – и губы коснулись бы кожи.

Чёрт! Даже сейчас! Даже сейчас!! Мысли - только о ней. О том, как возьмёт её голову за затылок, а язык Нэт скользнёт по коже…

Он чуть приподнял руку и коснулся её волос там, где они падали на лопатки, проскользнул под них и поднялся выше, где воротничок блузки открывал шею. Уверенно коснулся хрупко выпирающего позвонка, потом поднялся к линии роста волос. Мягкая кожа… и шея - такая длинная и изящная.

Швы на сердце лопались всё стремительней, тьма насыщала выбравшуюся из зияющей раны паутину, делала её маслянистой, липкой и холодной, выжимающей из сердца тепло, кровь, удары. Похрустывание иссыхающих нитей, связывающих со светом, ощущалось почти физически, как пожухлые листья возле хижины, эти нити рассыпались с мертвым шорохом. Иначе он не сможет. Иначе, не обняв её, не почувствовав её тела и жара, заливающего с головы до пят, он не ощутит ревности и желания избавиться от соперника во что бы то ни стало. Он сделает это… или свихнётся.

- Нэт, - он чуть склонился, и она подняла лицо.

Глаза покраснели от волнения и напряжения, и тени под ними выдавали усталость и нервное истощение. Но она всё равно была прекрасна, прекрасна, как наслаждение высшей пробы, как искушение, которое стоило жизни. Это убивало. Убивало его.

Он сжал пальцы под её затылком, второй ладонью скользнул по линии скулы, коснулся уха и откинул волосы.

- Тай? Тай, что ты делаешь…

- Ненавижу.

- Прости?..

Он склонился к её лицу резко, с силой. Она только приоткрыла губы, чтобы возразить, запротестовать… Он почти коснулся их…

…когда дверь открылась, и конвоиры приказали выйти.

Гнев чёрным ядом растекся по венам - и мир на миг погрузился во тьму. А когда снова проявился, то даже одним касанием воздуха к коже вызывал ярость и желание уничтожить источник боли и себя вместе с ним.

Но только злоба, только ненависть сейчас могли быть его союзниками.


***


В Судейском зале собралось достаточно народа, чтобы официально засвидетельствовать итог представленного дела. Конечно, о покушении на Первого советника знала каждая крыса в самой распоследней деревне – и порка обязана была быть показательной. Как любое средневековое шоу на главной площади. Ничего не менялось столетиями – и некоторых, таких как Ди, это, кажется, забавляло. Первого советника защищали все законы на свете, словно им же были писаны. Хотя наверняка Принцесса определённо бы порадовалась, доведи Нех дело с убийством до конца, но… сейчас о радости или о печали не говорило ни одно движение спокойного лица. Чёрные волосы ей зачесали назад, открыв бледный лоб, пересечённый нитью брильянтов. Камни ледяной сверкающей рекой спадали с причёски на плечи и увивали тонкие обнажённые руки. И сама женщина была холодна, как брильянтовая сеть, оплетшая её. Взглянув на Тая, Принцесса только повела зрачками, но не более. Ясно, как день - приглашать к себе или еще как-то выказывать своё расположение она не намеривалась. Здесь все были врагами. Но один из них пылал особой ненавистью, а значит – Таю необходимо приготовиться к безыскусной, но всё-таки пробирающей мести. Только собственное отчуждение оставалось ему защитой.

Перед низким троном, похожим на вырезанный в скале цветок, мраморные стилизованные листья перетекали в пол и струились серым рисунком волн по всему залу. В середине, как остров, сиял георгин, выложенный всеми возможными оттенками жёлтого опала. Неха вывели в зал и поставили на колени посередине ярко-солнечного узора. В сознание брат пришёл давно, но оставался очень слабым, почти безжизненным, как под действием наркотика: двигался вяло, голову поднять не смог, поэтому она упиралась подбородком в грудь, а тёмные волосы с сединой на висках падали на лицо. Руки связали за спиной, но едва ли из реальной необходимости - у Неха едва хватало сил стоять на коленях перед троном Небесной Принцессы, и только гордость, наверное, помогала держаться прямо и не осесть.

- Приговаривается к смерти, - спокойно произнесла Принцесса. – За покушение на жизнь Первого советника Всесильного Ди. Приговор должно привести в исполнение…

- Сейчас же! – вдруг громко произнёс Ди. – Требую немедленного исполнения. Каждая минута, проведённая одним из братьев в живых, даёт шанс другому его спасти! Нет! Вы же знаете, на что они способны, Ваше Высочество! Одного из братьев Моринехтар отведут в камеру, а второй подговорит камни вывалиться из стены, а после высыплет их на голову охране. Да кто знает, что может сделать этот маг!

- Я не могу разговаривать с предметами, не видя их, - холодно возразил Тай, и люди возле него расступились, словно оставив с советником, стоящим на другой стороне зала, один на один.

- Отговорки. И, скорее всего – ложь. Мы не знаем, на что способен Мастер! – ядовито-ласково ответил Ди, разведя руками. Пальцы на раскрытых ладонях не сводились из-за массивных, как здоровенные гайки, перстней.

Некоторые в зале переглянулись и уставились на Тая с явным интересом. Скорее всего, многие слышали о Мастере, но видели впервые. Это опасливое любопытство, основанное на слухах о невероятном могуществе, только подлили масла в параноидальный огонь Ди.

- Вот видите! Ваше Высочество, вы просто не догадываетесь, насколько они коварны и беспринципны!

- Моим приказом было заключено, что младший из Моринехтаров может присутствовать здесь, но не может применять магию, если хочет после совершения казни получить тело брата. Едва ли кто-то в здравом уме пойдёт на нарушение приказа и бросит вызов Небесной.

- Ваше Высочество, ваше доверие к ним слишком велико! Надеюсь, это действительно вера в собственные силы, а не наивность. Он и сейчас может лгать нам в лицо. Но как только мы разойдёмся, выручит своего поганого брата!

- Ваше сиятельство, выбирайте выражения в присутствии Её Высочества! – голос Дары наполнил зал так властно, будто сорвался с уст самой Принцессы. Но та молчала, взирая на коленопреклонённого Неха. Веки чуть опущены, словно кристаллы на ресницах оказались слишком тяжелы, чтобы смотреть на происходящее восторженно-распахнутыми глазами. Однако, возможно, сейчас Принцесса и впрямь скучала.

- Это выражение – самое нейтральное, что можно подобрать к данным особам! – возразил Ди с такой елейной улыбкой, что стой Тай рядом, у него бы точно задница слиплась от сахара. – И с чего вы, уважаемая придворная магичка, решили, что способны научить меня не вульгарным выражениям? Вы, любовница младшего из братьев.

Зал загудел, но сдержанно. Из уважения к Принцессе и к месту, в котором все находились, никто не превращал происходящее в балаган. Но Ди добился своего - перевёл внимание, ускользнул от темы и, как всегда, спрятался за мнением большинства, поглощённого призывом к морали и нравственности.

Нэт сжала ладонь Тая, но сложно было понять: то ли поддерживала, то ли попросту злилась. Он накрыл её ладонь своей и тихонько похлопал по напряжённым пальцам.

- Сейчас. Я требую, чтобы преступника убили прямо сейчас! – Ди не повышал голоса, но слова въедались в каждую клетку напряжённого тела Тая. В голове вихляла тяжёлая воронка из жидкого азота, гулкая и вымораживающая. – Я имею право сомневаться и требовать! И, согласно закону, требую достойной сатисфакции!

- Какой же? – спросила Принцесса. – Что удовлетворит ваш гнев, советник?

- Небольшая прихоть, пустяк, но он в полной мере покроет мои душевные страдания. Я хотел бы дать шанс одному человеку…

- Вы так изящно указали на мою опрометчивость и недальновидность, что рискую ошибиться в вашей снисходительности к другим людям, советник. Хочу знать подробности.

- О, что вы, Ваше Высочество, я бы не посмел усомниться в вашей непредвзятости и уж тем более не намекнул бы на некие связи, позволяющие Мастеру присутствовать здесь. Но хотел бы удостовериться кое в чём. Если я больше не имею предателей за моей спиной, то хочу увидеть верность…

Тай напрягся, как перед прыжком. Ди сделает это с ним - заставит пасть так низко, как только можно, но выставит подобную участь, как добрую волю и милость. Осталось только ждать словесной ловушки, которая раздавит окончательно и вынудит быть палачом с позволения врага.

- А если предатели остались, то как Её Высочество может доверять кому либо из присутствующих в зале и распространять на них свою защиту и милость?

Молчание, повисшее в зале, было настолько тягостным, словно потолочные своды незримо рухнули всем на головы.

- Ваше сиятельство! – произнёс Тай, и ладонь Нэт упала с его руки. – Намёки на беспомощность Её Высочества в отношении доверия своим подданным оскорбительны мне и всем присутствующим. Тем более, что никто не может доказать обратного... очевидным способом.

- Кроме вас, Мастер…

- Я готов доказать преданность вам, Ваше сиятельство, и Двору.

Ди криво усмехнулся, полыхая торжеством во взгляде. Он медленно повёл раскрытой ладонью в сторону Неха, словно говорил «прошу!»

- Тай! – Нэт почти крикнула, снова вцепившись в его рукав. – Тай, нет! Господи боже! Господи боже!!

Тай сдёрнул её ладонь.

- Карнивал! – Ди обернулся к своему главному магу, скинувшему капюшон со взлохмаченной пепельной головы. – Будь внимателен.

Ликование прорывалось через деловой тон, и советника потряхивало от возбуждения так очевидно, что даже церемониальный камзол трясся.

Тай вышел в середину зала, доставая старый, проверенный годами, керамбит. Большой палец скользнул в кольцо на навершии рукояти. Оно стянулось как аркан, брошенный из сердца. Сотни глаз присутствующих жадно уставились, свидетельствуя несмываемый грех. Кто-то в ужасе, кто-то в спокойном равнодушии. Правосудие должно свершиться, так считали на земле, но Небеса навсегда захлопывали врата перед палачами.

Тай резко приблизился к Неху - и за плечами тут же вырос Карнивал с помощником.

… её тело в руках… её тепло, упругая податливость… её смех… блеск чистых глаз… запах, свежий и дурманящий… морщинка меж бровей…

Ничего ему не принадлежит…

… спроси у койки, как они трах…

Тай поморщился, сжимая рукоять керамбита.

Всё досталось Неху… только ему… её тело, любовь… прикосновение губ… аромат кожи…

Злость и ярость. Тьма. Густой яд вместо крови. Он больше не говорил и не слышал. Просто медленно тёк по венам, как мёртвая река.

Тай задрал голову Неха за волосы и полоснул лезвием по горлу, прямо под дёрнувшимся кадыком.

На миг Нех распахнул глаза. В них блеснул отсвет от кривого клинка, вспоровшего трахею. Кровь брызнула на Тая и охранников, которые тут же подхватили его под мышки и оттащили подальше. Они следили, чтобы он не прошептал заклинание, но Тай и не пытался. Плотно сжал губы, демонстрируя покорность и нежелание идти против вынесенного приговора.

Нех всхрипнул на весь зал, глотая кровь - звук такой, словно вода сильным потоком засасывалась в слив. Но потом Нех захлебнулся, а из вспоротого горла вырвались устрашающие свисты – воздух всасывался рассечённой трахеей. Затем прекратились и они. В полной тишине Нех еще несколько секунд продержался на коленях с запрокинутой головой, а после, повернув лицо в сторону Тая, завалился на пол. Волосы утонули в растекающейся красной луже.

- Уберите его! Немедленно уберите! – приказал Ди и рассмеялся, словно шутка была и правда весела. – Я отдам тело, как и было обещано, но позже, как смогу убедиться, что преступника точно не воскресить!

Тай продрался сквозь толпу к Нэт. Девушка едва держалась на ногах и цеплялась за колонну.

- Пойдём! – тихо сказал Тай.

Она резко повернула к нему голову, встрепенувшись, словно её внезапно выдернули из глубокого сна. В огромных глазах застыли ужас и непонимание.

«Что ты наделал?..» слова чётко прозвучали в голове, но едва ли Нэт произнесла их вслух. Её бескровные губы только хватали воздух.

- А что я наделал, Нэт? Ди убил бы его. А потом убил бы нас. Ты всё видела. Нех облажался.

Взгляд Нэт лихорадочно бегал по его лицу, и словно не мог признать в нём того человека, которого видела всего пару минут назад.

- Нэт, это я! – он осторожно взял её за плечи. – Пойдём…

Она перевела остекленевший взгляд ему за спину и… потеряла сознание. Тай рванулся вперёд и успел подхватить Нэт у самого пола. Рядом - гул голосов, слова, как иголочное покалывание в самом мозгу, внутри него.

«Они уносят его… Они тащат его… они тащат его прямо по полу… за ноги…»

Тай не оборачивался.

«Это немыслимо… он что, даже не обернётся… они тащат его… унижают его… младший Моринехтар не обернётся?!»

Тай цыкнул сквозь зубы. Головы не повернул. Подхватил Нэт на руки и широким шагом вышел из зала в живом коридоре сотен изумлённых глаз, которые выжгли на нём несколько десятков клейм, где бездушная сволочь и братоубийца были самыми непритязательными.

Незримый для всех чёрный яд его крови тёк по алым размазанным дорожкам на полу, выжигал их с серых плит и вытравлял из воспоминаний. И не было необходимости видеть, чтобы знать.

Плевать!


***


Первый день Нэт не выходила из комнаты и ни есть, ни пить не просила. Лежала на кровати, сжавшись в комок, и пыталась забыться во сне, глотая слёзы и успокоительное. Несколько раз Тай хотел войти в комнату, но наутро Нэт вдруг вышла сама, бледная и осунувшаяся. Остановилась у двери, держась за латунную ручку, как за якорь, связывающий с реальностью.

Тай приблизился.

- Нэт. Надо что-нибудь поесть.

Она размахнулась и ударила его по лицу.

- Даже если это спасло нам жизни. Даже если ты прав. Нельзя… так нельзя было… - голос её дрожал.

Под ноги, на светлый ламинат, упала капля крови - Нэт разбила ему нос. Хотя сейчас и сам Тай был в таком состоянии, что даже дружеское похлопывание по плечу могло сломать ключицу, он вскинул голову и прямо посмотрел Нэт в глаза. Зло и упрямо. Воздух завибрировал вокруг - и Нэт словно обратилась в изумрудно-перламутровый тайфун, затянувший его в воронку деструктивной энергии. Она кричала и лупила кулаками в его грудь, выплёскивая боль и ярость. Как океан билась о скалы, нападая и высекая на Тае слова гнева, мощи, господства над ним… и опадала, ослабевшая, разрушенная сама, разбитая на тысячи брызг. Беспомощная.

И тогда он смотрел на неё, возвышаясь, непоколебимый и упрямый, но иссечённый её атакой, обрушающейся звериной исступлённостью, страстной болью. Отбивая, он разрушался. Но противостоял, чтобы она продолжала нападать, чувствовала свою силу и власть, чтобы бушевала и накрывала его с головой, топила и щадила в последнюю секунду, уходя в бездонные просторы своей души. Там она черпала энергию и ударяла ещё раз. Ещё и ещё. И атаковала неустанно. Лишь для того, чтобы быть истерзанной и рассыпанной на мириады капель гнева. Чистых, как бриллианты её слёз. Так она проигрывала… и побеждала каждый раз, как только решалась на новый бросок, потому что одновременно уничтожала и оставляла в живых, вынуждая с упоением ждать очередного разрушающего прикосновения.

Он поднял ладонь и утёр струйку крови, бегущую из носа.

- Воротит с тебя! – тихо произнесла она и решительно зашагала к лестнице. – Поэтому пойду что-нибудь поем и подумаю, как избавиться от тебя!

- Вот и отлично… - огрызнулся Тай, глядя на манжет, по которому расползалось алое пятно. – Не очень-то охота нянчиться с вечно рыдающей девицей.

- Да прям… уф! дурно оттого, что никуда не деться от тебя сейчас! Ну, ничего, соберусь, как-нибудь решу эту проблему. Сам приползёшь потом!

- С какой радости мне ползти-то?! Но валяй! Жду не дождусь! – крикнул он вслед, хватаясь за перила позади себя. В глазах потемнело от слабости.


***


На второй день Тай едва различал реальность и сон. Не спал вторые сутки и, казалось, что какие-то мелкие насекомые ползают под кожей головы. Тело потряхивало, и поначалу терпения хватало, но потом разум целиком захватила мысль, что бодрствование - причина непроходящего тремора - и это выжало последние силы.

На третий день без сна он почти не реагировал на раздражители и едва осознавал себя в окружающем мире; голова гудела, и пустой желудок при малейшем движении выворачивало от непрекращающихся рвотных спазмов.

- Тай! Тай! – голос Нэт. Как через тонны ваты. – Тай! Что происходит?!

…Она хлопает его по щекам.

Небольно.

Взгляд снова фокусируется на её лице. Всё, что удаётся прочесть на нём - смешанные чувства: брезгливость, боль, беспокойство… возможно, ненависть… Но Нэт разумна, даже при бушующих эмоциях думает о том, как справиться с ситуацией и выжить в сложившихся обстоятельствах. Заботясь о нём, она всеми силами защищает и себя. Это приятно: она обращается к разуму, не даёт эмоциям полностью завладеть собой. Как якорь для него.

Он цепляется за этот якорь.

Помоги мне. Помоги мне… Помоги мне…

Поднимает руку, касается её лица. Она отстраняется. Вернее, её словно отдёргивают. Быстро. Пальцы скользят по воздуху, будто разбивают мираж…

- Что с ним? Пьяный, что ли? – голос Дары.

Тай тряхнул головой, выныривая из забытья и странных галлюцинаций. Потом поднялся, цепляясь за книжные полки. Оказывается, он упал в гостиной, и сидел возле стены под лестницей, ведущей на второй этаж.

- Эй, ты, у-у-ублюдок!

Тай с усилием остановил взгляд на рыжем мужчине. Руки в бёдра. Скривившееся лицо. Презрение. Крег. Ну, конечно.

- Чё у нас с этими д-д-долбанными шарами дракона? Третий день пошёл. В-в-выдолбок чердачный Ди уже вовсю намазал лыжи и поднял Небесную на уши, разыскивая эту х-х-херню. А ты чем занят?!

- Отвали от меня… - проговорил Тай.

- Чё? Отвали?! – Крег вытянулся в лице. – Нет, он точно вдупляет, что происходит, а? С кем разговаривает этот у-у-ублюдок?

Крег шагнул вперёд - и Тай отлетел на полки от хука справа. Боли почти не было, но и сил быстро подняться – тоже.

- Ты, т-т-тварь… либо подчиняешься, либо я тебя раздавлю прямо здесь, понял?!

- Да, - прошептал Тай. – Понял.

Сердце замедляло биение, голова отказывалась соображать, но если он отключится, то…

- Скажи еще раз!

- Да. Я понял… - проговорил Тай, сглатывая кровь.

Крег схватил его за плечо и жахнул перед собой на колени.

- Вот где я – и где ты, шавка, понял?

- Да.

- Крег… – в голосе Дары слышалось сомнение и даже что-то похожее на опаску. – Тай на коленях - очень сладкое зрелище, но всё-таки… давай не будем. Принцесса, она…

Потом она развернулась к Нэт.

- Ты! Сделай уже что-нибудь. Что происходит? Он, конечно, ушлый жук, может и на колени встать, но… - тут она осеклась, бросив взгляд на Крега. – Блин, странно… Эта скотина подыхает, да?

Нэт отступила ближе к Таю.

- Уходите, - произнесла она тихо, но твёрдо. – Я сама разберусь с ним.

Крег сухо плюнул и развернулся на каблуках.

- Когда этот м-м-му…. оклемается, дай знать! Не хочу слиться из-за того, что кому-то вздумалось набухаться!

Дара еще раз в сомнении оглянулась, создала портал и ушла вслед за Крегом, который, казалось, продолжал материться, даже проходя через рану в пространстве.

- Тай… - Нэт опустилась на колени и теперь уже без смущения взяла его лицо в ладони. – Тай, что происходит! Не смей бросать меня… - голос дрогнул от негодования, словно она почувствовала себя преданной. - Что мне делать здесь, в этом доме? Что делать в этом вашем мире, а?! Ты же обещал! Обещал!!

- Раз обещал, то сделаю, - Тай попытался улыбнуться. Звук двигателя. Через распахнутое окно. Со двора. – Пойдём!

Он с трудом поднялся. Досадно, что пришлось опереться на руку Нэт. Но она вывела его на крыльцо, и не было сил противиться. Во дворе стоял легковой автофургон, и на белых бортах сияли вычурные гербы Всесильного Ди. Словно в заштатную серость приехал цирк шапито.

Ди – дворянин и, конечно, держал слово отдать тело «преступника», но нагадить в душу финальным аккордом гнилой мести себе не отказал бы. Так что приходилось готовиться к последнему удару, а заодно и моральной пощёчине. Двое здоровенных детин в форме открыли дверцы фургончика и заскочили внутрь. А затем вышвырнули оттуда тело Неха. Брат упал под колёса тяжело и грузно, абсолютно мёртвый. И, конечно, недостойный заключительного глумления. Но он его получил. Даже мёртвый, он стал последним плевком от Ди в лицо тем, кто остался в живых.

- Нех! – воскликнула Нэт, в ужасе от происходящего прикрыв ладонями губы. Она чуть подалась вперёд, но Тай задержал, выставив руку.

Авто загудело мотором и, покачиваясь на неровностях лесной дороги, выехало за железную ограду, обтянутую сеткой-рабицей. Несколько минут – и тишина. Только шум ветра в продрогших осенних ветвях и примёрзшей к ним последней бурой листве.

Нэт рванула вперёд. Как птица, подбитая в полёте, упала перед телом Неха на колени. Тай спустился по ступенькам, устало сел на землю. Упёрся рукой в стылую твердь. Такую же холодную, как тело брата. На шее так и остался уродливый порез, с пятном засохшей крови вокруг.

- Не-ех, - протянул Тай. – Я, и правда, люблю тебя, брат. Но, надеюсь, ты любишь меня сильнее…

Нэт посмотрела на него, часто-часто моргая. Скорее всего, пыталась сдержать слёзы за ресницами.

Тай вздохнул и положил ладонь на грудь Неха. Надавил, склонился и прошептал через ладонь, говоря с небьющимся, затихшим сердцем. Никаких изменений. Тай усмехнулся и уже не на языке сердца приказал не лениться, потому что не мёртвое, хоть и не гоняло кровь эти три дня.

- Давай, давай! – Тай покачал головой и постучал пальцами по груди брата.

Разверзшийся ров на шее стянулся, зарубцевался. Ткани склеились друг с другом и оставили на память о ране только кровавое пятно. Грудная клетка приподнялась - и Нех вздохнул.

Нэт отшатнулась, распахнув глаза до предела. Они горели огромными ярко-коричневыми огнями.

- Просыпаемся-я…. – протянул Тай. – Давай, давай, давай, брательник…

Нех задышал ровно и глубоко, щёки налились естественным цветом, пальцы дрогнули. И брат открыл глаза.

- Нех! – крикнула Нэт, снова подавшись вперёд. – Нех!

Она словно боялась к нему прикоснуться. Ощупывала ладонями воздух над ним, не зная, с какого края подобраться.

- Как?! Как у тебя получилось, Тай?! – она посмотрела на него, голос дрожал. – Ты же не разговаривал с ним, не разговаривал с кровью, не разговаривал с предметами. Как оставил в нём жизнь?! Ты же… - тут слово явно далось ей с трудом, даже передёрнуло, как в ознобе, - ты же вспорол ему горло! Его сердце не билось!

- Милая Нэт, - Тай похлопал брата по руке. Силы возвращались, и говорить стало легче. – Перемотаем наши злоключения немного назад и я, наконец, реабилитируюсь хотя бы в этом. Я, конечно, люблю выпить, но невежливо было с моей стороны ополовинивать бутылку Амароне в наш последний совместный ужин. Фух, я сказал это, совесть моя чиста! – Нэт глянула на него в изумлении и недоверии, словно говорила: о чём ты вообще, когда тут ТАКОЕ?! – В общем, чутка замечательного вина я плеснул за террасу, чтобы влить в бутылку Тестовирон. Препарат такой, аналог тестостерона. Все попили вина, а я теперь мог управлять кровью Неха через заранее заговорённый стероид. Он удобен, потому что выводится из крови аккурат где-то недели через две. Больше, наверное, нам бы и не потребовалось…

- Вот сейчас оклемаюсь и врежу тебе по морде! – хрипло произнёс Нех.

- Побольше уважения к Мастеру, брат, - устало огрызнулся Тай.

Нэт глянула на Неха, потом снова на Тая.

- Но как это связано…

– Ну а что касается… остального… Готов сожрать собственные ботинки, если Ди не разрешил бы прикончить брата моими руками. Он к этому подводил – а я этого ждал. Я не резал ни одной артерии, просто вспорол трахею. Сердце Неха остановилось, но я гнал кровь по венам при помощи введённого стероида, так что моторчик бездействовал, но мозг не умер даже при видимой кончине тела. Короче, магия… и немного предусмотрительности, - Тай устало рассмеялся, когда лицо Нэт приобрело недоверчивое выражение, но радость перевесила, поэтому девушка готова была поверить на слово, без технических деталей.

Нех тяжело вздохнул.

- Ох, дай только до тебя добраться…

– Доберёшься, но позже. Тем более, я не могу сейчас ответить. Не спал трое суток. Тело моё умирает вместо твоего. Чтобы гнать заговорённый препарат по твоим венам, нельзя было спать, а заклятие иссушивало меня вместо тебя. Так что… готов получить по морде, но чуть отдохну только.

- Как ты мог не успеть забрать меня? Отвечай немедля!

- Конечно, отвечу! То есть: забрать тебя… и упустить возможность залезть в голову к Ди?! – Тай расхохотался, борясь со смертельно изнурённым организмом за каждую долю секунды, но не в силах отказать себе в удовольствии позлорадствовать. – Тебя бы «прикрыли» по-любому, брат, бессмысленно было подаваться в бега…

Неизвестно, сколько осталось до обморока от бессилия, значит, требовалось всё сделать прямо сейчас. Иначе провёрнутое дело накроется шляпой. Не теряя ни секунды на объяснения, Тай протянул руку за керамбитом, резко взмахнул им над запястьем брата, вспорол вену, вылил на ладонь несколько капель и тут же стянул рану. Усмехнувшись над тем, как брат зашипел от боли и попытался взглядом прожечь в его лбу дыру размером с ладонь, прошептал в кровь.

- Твоё тело полностью очистили магией, чтобы я не мог считать ничего, кроме ненависти Ди. Но… Отлично! Совсем немного, но в крови еще остался Тестовирон. Мой мааааленький шпион, о котором никто не знал.

Нэт помогла Неху приподняться и усадила, прислонив к своему плечу. Они теперь оба смотрели на кровь в ладони.

- Тай, что ты делаешь… - начал хрипло Нех.

- Тссс… Ди любит потрепаться, ох, как лю-юбит. Над твоим телом он трепался часами. Часами, понимаешь!

Тай прислушался к едва слышному шёпоту крови, которая говорила с ним биением сердца.

- Ничего себе… Он – долбанный полукровка!

Тай невольно нахмурился, и затем улыбка растеклась по лицу, только вслух он уже ничего не сказал. Карта. Та карта, которую они добыли для Ди тогда, в таверне. И это не просто карта сокровищ, как наплёл им Ди. Это страница из книги эльфов, рассказывающая, как найти Глаза Дракона! «Только прах откроет дорогу спросившим…» Прочёл там Ди, так сейчас было слышно через кровь Неха…

А не кости ли это эльфов? Те самые перламутровые черепки?

Тай потёр лоб и приподнял бровь, прислушиваясь к тихим словам, что выдавали сокровенное. Самое интригующее осталось на закуску… Ди не просто оставил тело Неха в своём распоряжении – он пытался прочесть по нему что-то важное для себя. Что-то важное о Глазах Дракона… Что мог знать Нех.

Тай покосился на брата и нахмурился снова. Ди выпытывал что-то о Ключе – Сердце Эльфов – который отмыкал Глаза. Всесильный желал сесть на трон и, конечно, выполнит задание Принцессы, чего бы это ни стоило. Но он до усрачки боялся, что найдётся Ключ. Если это произойдёт – то Ди – конец.

Знал ли Нех что-то на самом деле об этом ключе? Едва ли. Но если Ди пытался вызнать даже таким способом – значит вещь, способная уничтожить Всесильного – где-то в пределах досягаемости!

Тай расхохотался в осеннее небо.

- Натянул я тебя, урод! По самые яйца натянул!

Очень хотелось вскочить, приподнять колено и движением локтей изобразить процесс грубой половой фрикции, но сил уже не осталось, да и брат, хоть при женщине и воздержится от замечаний, потом погундит что-то в духе: ну э-это ещё что за ребячество?! Взрослый же мужчина! Ай-яй-яй!

Сейчас Нех только усмехнулся в голос.

- Коварная, хитрая сволочь ты, Мастер!

- Еще кака-ая!

Из носа потекла кровь, и в глазах померкло - как черно-белых фильмах резко затемняют экран от периферии к центру. Голова закружилась - и Тай рухнул на каменную землю, взбив пожухлые листья.

- Тай! – вскрикнула Нэт.

- Чёртов эгоист! Если ему что-то надо, никого не жалеет! Себя в первую очередь. Нэт помоги, пожалуйста.

- Ох, бо-оже, ну какой он невыносимый порой… как ты его терпишь? Уж теперь даже не знаю, что ждёт того рыжего мужика…

- Кого?

- Сама не знаю, кто это. Матерился всё время. Тай не мог ему ответить и терпел, но… Что-то мне подсказывает, что теперь ему знатно не поздоровится… Вот ведь, ну в самом деле…

Голоса отдалялись, таяли в бесконечных толщах чернеющего неба, где огромные мрачные птицы рассекали тяжёлый, текучий воздух острыми крыльями… Они кружили хороводом, распластав крылья, их длинные маховые перья, похожие на клинки, росли и заслоняли небо. Затем птицы размывались, превращались в чёрные полосы и вырисовывали на небе контур… ясный контур грифа. Хищная птица распростёрла по тучам огромные крылья и прорвала клубы серого тумана крепкими лапами с загнутыми когтями. Пронзительно закричала, взбивая крыльями ураган. Поднявшийся ветер подхватил красные кленовые листья и швырнул их над Таем, унося вдаль бордовой рекой. Листья облепляли Тая, а, врезаясь в когти-лезвия грифа, рассекались и оставляли на стальной поверхности когтей кляксы из алых капель.

- Тай! Тай!

Сквозь смерч багровых листьев едва долетали знакомые голоса.

- Рад, брат, что ты вернулся раньше, чем умер я… Ты знаешь, не люблю проигрывать… - прошептал Тай. Произнёс это вслух? Но, скорее всего, никто уже не услышал. Оглохло даже небо, его поглотил разверзшийся изогнутый клюв с торчащим, как пика, алым языком.

Хотелось дотронуться до лица Нэт, но оно ускользало, превращалось в неясный мираж в пустыне подсознания.

Черные щупальца тьмы, выпущенные во Дворце из сердца, теперь выползали настойчивее и тянулись к обсидиановым когтям кричащей птицы. Они врастали друг в друга и заставляли подчиниться не только тело, но и душу. Они сковывали изнутри, связывали снаружи. Чёрная река под красными листьями текла по нему, холодила кожу, просачивалась в вены и тонкими, почти невидимыми иглами, проникала в сердце, полностью сдавленное пульсирующими нитями тьмы, злобы и ярости. Гриф взмахнул крыльями, потянул сердце за собой - и Тай изогнулся и заорал в бездонную слепую ночь.

Он хотел поцеловать Нэт тогда, чтобы утонуть в желании к ней, разбудить ненависть к Неху, такую ненависть, что помогла бы убить, не раздумывая… Брата… ради которого сам готов умереть… Просто необходимо было выиграть этот бой…

Он проиграл.

Даже так и не поцеловав Нэт, Тай знал, что не сможет противостоять желанию обладать ею. И если она считает, что он может разрушить Небесную ради неё, то он это сделает. Если потребуется, разрушит и Небесную. Есть сила и власть. Они вливаются в него через чёрное небо. И гори всё пламенем!

ГЛАВА 25. Автор: Anna Bernal

Тая, уткнувшегося лицом в подушку, почти не было видно на диване под двумя одеялами. Со стуком распахнув окно, в комнату ворвался холодный ветер и швырнул на пол несколько пожухлых листьев. Двигаясь как можно тише, Нех поднялся с широкого кресла, придвинутого вплотную к дивану, закрыл окно и зажёг свечу. Стихия живого огня поддерживала силы лучше, чем электричество.

Тишину ночи нарушал мерный ход старинных часов. Нех снова занял наблюдательный пост в кресле, устало вытянул ноги, скрестил руки на груди и взглянул на часы. Три ночи. Через час нужно снова измерить давление и температуру. Давление у Тая все еще слишком низкое, но уже не критическое. Бороться со сном помогали образы, которые Нех «рисовал» в воображении, пока наблюдал за Таем.

«Пусть будет прекрасная принцесса. Спящая. Нет, тогда она лежала бы на спине, чтобы лицо было видно… Рыцарь после сражения, опечаленный гибелью боевого коня… Маг? Он и есть маг. Принц… нет… юноша, припавший к двери в ожидании шагов возлюбленной… нет, не то…»

Нех сомкнул веки, проигрывая усталости, и образы вмиг растворились. Легкий стук прервал сон и заставил открыть глаза. Рука Тая свесилась с дивана, и кольцо Нэт, надетое на мизинец подобно спасательному кругу, стукнулось о дубовые доски пола. Отблески свечного огонька зловеще искажались в камне и рассыпались кровавыми каплями на темном глянце пола. Нех встал и аккуратно убрал руку брата под одеяло, подоткнул край. Тай всегда мёрз, когда терял силы. Хорошо, что в этот раз всё обошлось кольцом и не понадобилось использовать кровь Нэт, иначе Таю могло стать хуже. Не хотелось вводить брату её кровь, не хотелось делать их еще ближе друг другу. Нех и так винил себя в тех чувствах, которые Тай испытывал к Нэт. Винил за то, что сам ввел её кровь - тогда в лесу - в вену Тая, и, попав в его сердце, кровь Нэт постоянно звала к себе. Это хуже магии… и, должно быть, это тяжко… Рука невольно потянулась к темным волосам брата и… застыла в воздухе. Нех выпрямился, опуская руку.

«Демон. Обессилевший демон… ищущий убежища во тьме ущелья посреди острых скал.»

Нех смотрел на брата, стараясь прогнать навеянный образ - сон испарился, в горле пересохло. Наливая воду в стакан, Нех бросил взгляд на вазу в форме бриллианта круглой огранки. Идеальные сверкающие грани и есть Тай – его скулы, излом брови, четко очерченный овал лица, изменчивое настроение, блеск глаз… только внутри не должно быть пусто. Нех наполнил вазу водой и отнес в гостиную, затем, пачкая руки, выгреб золу из камина и растворил в воде. Бриллиант идеальной формы стал черным. Поставив его на стол рядом с горящей свечой, Нех вместо кисти опустил в вазу руку и очертил на белой стене контур лица, затем волнистые волосы и обнаженные плечи. Углем вывел причудливо изогнутые рога с острыми концами. У основания они поднимали надбровные дуги и деформировали кожу на лбу. Холодный, колющий взгляд, сдвинутые к переносице брови… и вместе с тем красота и почти осязаемая боль.

Рука чувствовала холод остывшей воды. Каким-то образом этот холод пробрался и в сердце.

Не отрывая взгляда от глаз демона, Нех медленно провел ладонью по рисунку, пряча в черной краске плечи… губы… лоб… всё, кроме глаз. В раздумьях сделал пару шагов назад, не отводя взгляда от нарисованных глаз и пытаясь разгадать причину страданий их обладателя. Часы пробили четыре. Нех спешно замазал рисунок, оставив на стене лишь черное пятно в грязных потеках.

Тай заворочался, открыл глаза и зябко поёжился:

- Зачем изгадил стену? – хмуро спросил он, уставившись на пятно.

Нех смотрел на Тая. Замазанный образ на стене не испарился, напротив, он ожил и лежал прямо тут, под одеялами, спасаясь от холода.

«Ты как?» - первое, что всегда спрашивал Нех, когда Тай приходил в себя. Нех молчал и понимал, что Тай ждет привычный вопрос и привычное прикосновение к его лбу. Свеча снова погасла от порыва ветра. Ветер стукнул рамой и приподнял с пола оставленные листья, словно вернулся за тем, что обронил.

- …Ты как? – все же спросил Нех, и, не дожидаясь ответа, добавил: - У меня руки грязные, погоди минуту.

Черная краска легко растворилась в воде, а чувство тревоги и ощущение, что что-то не так, напротив, осталось. Что изменилось, пока его не было? Почему?

Размышления прервал голос с дивана:

- Есть хочу.

- Придется подождать, - Нех вернулся к брату, приложил ладонь ко лбу привычным жестом, измерил давление и температуру. В таких родных серых глазах поселилось что-то чужое и холодное. Нех сказал себе, что это просто упадок сил, а вслух добавил: - Полежи еще час, я принесу поесть.

- Я что, маленький? – возмутился Тай и с игривой улыбкой протянул: - Пожарь мясца, а?

Нех отправился на кухню. В доме тихо, Нэт еще спала, визитеров не предвиделось. Во всяком случае, он надеялся, что хотя бы Нэт удалось отдохнуть и немного забыть о случившемся. С доставкой продуктов теперь ожидались сложности - большинство его людей поймали и перебили поодиночке под предлогом защиты интересов безопасности. Каким образом булочник или молочник могли угрожать государственному строю? Обычных торговцев прилюдно убивали, как опасных преступников. На месте. Без суда. Без предъявления обвинения. Просто как бродячих псов. И все на это закрыли глаза: приказы Всесильного – не обсуждались. Сам он – бешеная собака! Ярость набрала обороты ускоренными ударами сердца, а настроение поддержало шипение раскаленного масла. Нужно что-то делать с этой тварью Ди, и немедленно!

Хлеб, жареные стейки, большая ваза с фруктами и свежие овощи перекочевали на обеденный стол.

- Может, все-таки принесу сюда? - Нех вернулся к Таю и помог встать.

- Нет, только сперва переоденусь, - Тай слегка пошатывался. - Извини, я правда не мог использовать ничего другого.

Нех уловил полный сожаления взгляд Тая на своей шее, точнее на аккуратном ровном рубце, оставшемся от ножа Мастера.

- Я знаю, что не мог! Знаю, и прекрати извиняться.

Небо стало светло-серым, затем почти белым, но рассвет, против обыкновения, не принес радости или облегчения. Туман скрывал солнце, рассеивая лучи и тепло. Поднявшийся ветер не смог разогнать мглу и в отместку стучал в окна ветками деревьев.

Тай появился за столом в черной рубашке, по обыкновению закатав рукава в неизменном желании демонстрировать красоту рук, выпил полбокала красного вина и, вооружившись ножом и вилкой, с удовольствием принялся за стейк. Нех тоже проголодался, к тому же он любил есть за одним столом с Таем.

- По какому поводу траур? – с улыбкой спросил Нех, взглядом указав на черную рубашку.

- По белому пальто! – ответил Тай, не отрываясь от куска мяса. - Забрызгала кровью одна сволочь, да так, что пришлось выбросить.

Беседа набрала обороты, и смех наполнил столовую. Оба старались избегать разговоров о делах. Временно, конечно. Легкие шаги на лестнице прервали разговор – и братья синхронно повернули головы. Пока Нэт спускалась по лестнице, Нех тихо сказал:

- Прошу тебя, будь мил и любезен с ней.

- А я всегда такой, - в тон ответил Тай.

Нех усадил Нэт рядом с собой - в присутствии женщины разговор перестроился, утратив панибратскую грубоватость. Нэт почти ничего не говорила. Нех коснулся своей шеи кончиками пальцев, когда увидел, что Нэт смотрит на шрам.

- Сказал же, что не мог сделать ничего другого! – Тай резко поднялся, ударив ладонями по столу, глаза лихорадочно блестели то ли от отчаяния, то ли от вина.

- Сядь, – сказал Нех и, взяв Нэт за руку, спокойно пояснил: - Ничего страшного, на мне просто остаются следы, на всех обычных людях остаются следы после ранения, и со временем будет не так заметно.

Тай помедлил и все же сел. И пока они перекидывались парой обычных фраз, Нех уловил приятный аромат – Нэт высвободила руку и задумчиво, с какой-то особой тщательностью, очистила мандарин, а затем предложила Неху.

- Спасибо, я не хочу, - улыбнулся он в ответ.

Тогда Нэт протянула мандарин Таю. Он посмотрел так, будто Нэт только что сделала нечто несусветное. И снова взгляд переменился - Тай, облокотившись о стол, щелкнул пальцами по грозди винограда, свисавшей с края вазы на высокой ножке. Прищурив глаза, Тай теперь пристально разглядывал виноград:

- А знаешь, что твоего поставщика фруктов тоже зарезали? Во дворе собственного дома. Осталось трое детей, между прочим. Жена не работает. Так что, возьмешь на себя ответственность?

Тай оторвал несколько ягод винограда и закинул в рот, ожидая ответа.

Нэт посмотрела на братьев, вздохнула, оставила очищенный мандарин на тарелке и, ни слова не говоря, поднялась наверх.

- Что мне сделать?! – строго спросил Нех.

- Не знаю. Это же было твоё решение. Ты просто всех оповестил и велел бежать в случае чего, – Тай нащупал на столе рукоять столового ножа и с силой зажал в руке, наполняя сталь жаром.

Нех, шумно двинув стулом, поднялся и засунул в рот мандарин, очищенный Нэт. Затем взял бутылку текилы и две стопки, обошел вокруг стола. Сев рядом с братом, он отобрал нож и наполнил стопки. Он смотрел на Тая, улавливая его внутренний раздрай, прерывистое дыхание и лихорадочный блеск глаз. Тай насыпал соль на внешнюю сторону ладони между большим и указательным пальцами, слизал её и залпом опрокинул текилу. Снова наполняя стопку, Нех улыбнулся: при всей любви к собакам, Тай своими повадками удивительно напоминал кошку. Стукнув стопкой о стопку Тая, Нех выпил и сообщил:

- Тебе придется захотеть кого-то другого, ясно? В остальном – отдам всё.

- Видел?

- Видел. Просто подожди немного - вдруг это временно, и вдруг твой тюльпан превратится в иной цветок или улетит, став птицей.

- А вдруг не превратится? – печально съехидничал Тай.

- Превратится. Потому что ты – влюбчивый. Ты – другой. И твоя кровь сильная. Поэтому обязательно превратится. И тебя отпустит.

- Да при чем тут кровь, - пробурчал Тай, насыпая соль.

- При том, балда…

Литровая бутылка опустела. Нех поднялся и, одной рукой держась за спинку стула, другой потрепал Тая по волосам:

- Больше не могу, вырубаюсь. Я спать, а ты не шуми и не дури, тебе еще нужно восстановиться. Услышу, что завываешь свои песни, спущусь и прибью…

- Я сильный! Это тебе хана…

Медленно поднимаясь по лестнице, Нех с силой сжимал перила, ватные ноги плохо слушались, голова кружилась, глаза резало так, что приходилось щуриться. Войдя в спальню, Нех первым делом выключил свет, и, не раздеваясь, лег на кровать, привлекая к себе Нэт.

- Прости, я пьяный… спать хочу.

Он крепко прижал её спиной к себе, касаясь губами кожи, дышал в спину:

- Скучаю по тебе… даже когда ты рядом…


***


Причудливые изгибы тёмных веток резко выделяются на фоне ярко-серого холодного неба. Противный смех сверху, сбоку, даже откуда-то снизу. Эльфы толпятся вокруг и кричат наперебой:

- Возьми не себя ответственность! Возьми! Это твоя вина! Твоя!!! Твоя вина!!!

Нех хочет отмахнуться и отшвырнуть их всех – руки не слушаются. Ноги замерзли до онемения, не получается сделать ни шагу. В толпе не видно Тая, нет ни одного знакомого лица. Не паника, а ледяной холод сковывает тело, поднимается снизу и стягивает кольцом грудь; больно дышать, будто сломаны ребра. Смотрит на себя - холодно, потому что полностью обнажен. Ноги тяжелеют гранитными глыбами, камень с треском поглощает тело. Нэт… Её теплые руки хватаются за него, сливаются с ним и тоже превращаются в камень. В ужасе он пытается оторвать её от себя, но каменные руки непослушны. Живыми и подвижными остаются только глаза - вынужденные вечно смотреть на застывшую рядом Нэт. Это его вина. Только его.


***


Давление камня ослабело, глоток воздуха попал в легкие, Нех начал дышать, открыл глаза.

Нэт прижала к себе его руку и мирно спала. Такая теплая, живая и желанная. Едва хватило сил оторвать голову от подушки и коснуться губами ее шеи, ощутить пульсацию жизни. Снова в ушах звенел чужой смех, а голову сдавили тиски боли - будет лучше, если он на время приступа спустится вниз и запрется в ванной.

Нех мягко высвободил руку из теплых объятий Нэт. Неуверенной походкой спустился на первый этаж. Тай лежал на диване и «смотрел» новости, удерживая шар с изображаемыми событиями в вытянутых руках.

- Что, плохо? – Тай «выключил» шар и встал с дивана.

- Нет, - Нех жестом остановил Тая, - не ходи за мной.

***

Босые ноги едва слышно прошлепали по полу. Нех зашел в ванную комнату, запер дверь и бросил сложенное махровое полотенце на пол, потом сел на него, согнул ноги и, вжавшись спиной в угол, обхватил голову руками. Перед лицом поплыл желтый туман… за дверью отчетливо послышались шаги. Злость и нетерпение охватили разум и тело.

- Упрямая зараза!!! Сказал же - не ходить! - Нех резко распахнул дверь и вместо Тая увидел Нэт. Вся злость пропала: - Не надо было спускаться… иди наверх.

Лицо Нэт расплылось в желтом тумане цветными пятнами, Нех мягко отстранил девушку, снова пытаясь запереть дверь. Нэт взяла его руку и торопливо попыталась что-то объяснить о кольце Анайрэ и о своей недогадливости: она могла раньше помочь ему!

Как во сне: нет сил отдернуть руку, объяснить, что это не поможет.

Нэт надела ему кольцо - и тупая боль сразу сдавила руку. Вокруг кольца расползлась краснота, как от ожога, перекинулась на кисть… Лопаясь пузырями, кожа шипела и дымилась.

ГЛАВА 26.

Нех, опираясь на дверной косяк, медленно сползал вниз, пока не осел на пол.

- Нех! – Нэт опустилась на одно колено. - Подожди, потерпи немного!

Лихорадочным движением она сдернула кольцо и швырнула в сторону. Кольцо ударилось о кафель, подпрыгнуло со звоном и закатилось в угол. Пол стал холодным, как будто под ногами рассыпалась ледяная крошка. Нэт вздрогнула и машинально оглянулась по сторонам.

- Нех! Ты должен разозлиться! Не молчи, не умирай! Разбуди Грифа, твой оберег! – Нэт тормошила Неха за плечи. От отчаяния рывки становились сильнее, пальцы не слушались и ногти врезались в ткань рубашки. Неожиданно перед глазами появилось белое облако. Нэт, застыв от ужаса, наблюдала, как облако опустилось на лоб Неха и превратилось в плотное кольцо. В пелене тумана она видела костлявые руки, сквозь сухую кожу которых светился перламутр. Уродливые, когтистые пальцы переплетались между собой и тугим обручем сжимали голову Неха.

Пусть, пусть проснется Гриф, пусть лед проникнет в сердце и тогда она справится!

Но злости не было… Ладони Нэт притронулись к вискам Неха - и перламутр залил кисти, извилистыми линиями поднялся выше, добрался до локтей. Причиняющий боль обруч превратился в ленту и лег на плечо:

- Вот так. Здесь нет врагов, уходите с миром, - она шептала и дрожащими руками гладила Неха по голове, бессознательно стирая следы тумана.

Кто-то со спины обхватил предплечья и, приподняв за них, одним рывком поставил Нэт на ноги – обернувшись, она оказалась лицом к лицу с Таем.

- Остановись! – голос спокойный, но жесткий, выдернул из ступора. Тай склонил голову и смотрел в глаза. – Он не хочет, чтобы ты знала. Иди в гостиную, я перенесу Неха. И вид сделай, что всё в порядке, слышишь?

-Да, - Нэт опустила глаза, повела плечами, высвобождаясь из его рук. Кончиками пальцев коснулась шеи – кожа теплая, а перламутр поблескивал только на ногтях. Когда Нэт вошла в комнату, Нех уже сидел на диване, полулежа, опершись на высокую подушку. Увидев её в дверном проеме, он выпрямился и улыбнулся.

- Чего это ты поваляться в ванной решил? - Тай протягивал стакан воды Неху, добавив для Нэт: - Мы слегка перебрали ночью.

Нех беззаботно подхватил:

- Да не переживай так! Это все контрабандная текила, - он запрокинул голову, не спеша выпил воду. Потом вытащил подушку из-под спины и швырнул в Тая.

– Думаешь текила палёная? А я-то подумал, что тебе просто количество заменило качество! – Тай поймал подушку не глядя, отфутболил в сторону и теперь расхаживал взад-вперед между диваном и креслом. – Ну, раз уж все мы собрались, расскажу новость. Я получил из Дворца приглашение на аудиенцию у Принцессы. Для меня и Нэт, - Тай остановился и глянул на Неха. - Ты-то временно не существуешь.

- Нэт не пойдет во Дворец, - улыбка с лица Неха исчезла.

- Прошу тебя! – Нэт вскочила с кресла, села у коленей Неха и поймала его взгляд. - Один только раз! Хочу увидеть Дворец и познакомиться с Небесной Принцессой. Пожалуйста, позволь!

На руке Неха все еще горело пятно от ожога. Нэт накрыла ладонью рану и подержала несколько секунд.

- У тебя холодные руки. Ты замерзла?

- Нет, совсем нет! Это просто волшебство, - Нэт убрала ладонь и улыбнулась.

- Для начала неплохо! – Тай осмотрел кисть Неха – след от ожога исчез. - Я знал, что ты волшебница!

- Даже волшебнице идти во Дворец пока рано.

- Если Нэт будет жить в нашем мире, ей необходимо общество. Ты не можешь запереть ее до конца жизни. В любом случае, пусть немного развеется. После аудиенции намечается знатный банкет.

Тай сел в кресло и закинул ногу на ногу.

- Мне, правда, хочется развлечься! Надеть красивое платье и украшения...

- Стоп-стоп! Не забывай, что ты в трауре!

От слов Тая Нэт охватила внутренняя дрожь. Нех на коленях... Залитый кровью пол в зале суда, перекошенное ненавистью лицо Всесильного Ди... Мертвый Нех... И черная пустота. Дикое варварство, извращенные законы, равнодушные лица марионеток – можно ли жить в таком мире?

- Черный цвет мне идет! - Она положила подбородок на колено Неха и продолжила беззаботно: - На черном платье хорошо будет смотреться ожерелье с сирлидоном.

Нех потрепал пальцами волосы Нэт, но пропустил слова мимо ушей, обращаясь к Таю:

- С каких это пор Принцесса одаривает тебя приглашениями? И ты хочешь заявиться туда с Нэт? В сиянии сомнительной славы? Не слишком ли?

- Слишком – это то, что ты сегодня набрался так, что испугал Нэт!

На лице Неха под кожей заиграли желваки, но сам он замер, как перед броском. Нэт потерлась щекой о его колено и игриво вклинилась снова:

- Ты купишь мне ожерелье?

Тай тотчас же подхватил её несерьёзный тон:

- Не быть же тебе мертвецом вечно! Надо завоевать доверие Принцессы. Нэт может показать Двору, что смирилась с судьбой и готова стать верноподданной, как все сознательные граждане. - Тай ухмыльнулся.

- С двоими мне не справиться, - Нех легонько сжал руку Нэт. Черты лица расслабились, и появилась тревожная улыбка. Он повернулся к Таю:

- А с тобой я еще поговорю!

- Вот и славно! Но пить будем шампанское! – Тай забрал у Неха стакан и приподнял его, превращая в бокал с игристым. - За твое здоровье. Сейчас всем надо отдохнуть, а Нэт подготовиться к приему.

- Только без твоих выкрутасов. Во Дворец вас отвезет водитель на моей машине.

Тай лукаво улыбнулся и, словно фокусник на сцене, поднял руки, демонстрируя открытые ладони:

- Как скажешь!


***


Нэт зашла в ванную, открыла кран холодной воды и села на мраморную ступеньку. Из дальнего угла, рассыпая огненные блики на глянец кафеля, смотрел красный глаз эльфийского кольца.

Тяжело врать Неху, но еще тяжелее наблюдать, как перламутровый обруч все чаще сжимает его голову.

Она встала со ступеньки и опустилась на пол – кольцо лежало перед ней: «Почему ты молчишь? Почему тело Неха отторгло твою кровь?»

Нэт винила себя, досадовала на свою слабость и беспомощность – эльфы, её эльфы - терзали Неха. Во что бы то ни стало она должна открыть тайну перламутровых костей. Подняв кольцо с пола, Нэт положила его в жестяную баночку. В дверь постучали. Веселую барабанную дробь мог отбивать только Тай.

- Нэт! Ты в порядке? - она угадала, это Тай, голос был наигранно веселым, но участливым. - Выходи, Нех приглашает к столу.

- Уже иду! - Нэт ответила ему в тон, как будто ничего особенного этим утром не случилось.


***


После обеда каждый старался поддержать непринужденную атмосферу. Тай много шутил, рассказывал необыкновенные истории, Нех сдержанно улыбался, часто подкалывал брата или пытался в шутку уличить в неточностях. Во второй половине дня Тай исчез по делам, а Нех принес в гостиную ювелирный каталог и предложил выбрать колье.

- Полистай. Сегодня закажем, доставку оформим на завтра. Это не будет эксклюзив, но если хочешь успеть к приёму во Дворце, другого выхода нет, - Нех сел рядом на диван и положил на колени Нэт увесистый фолиант в мягкой обложке.

Яркие цветные фотографии пытались передать роскошь и блеск украшений, оттенки и игру света в огранке драгоценных камней. Нэт листала глянцевые страницы неспешно, растягивала время и пыталась поднять настроение Неху, выказывая свою заинтересованность украшениями. Где-то в середине каталога, она остановила свой взгляд на ожерелье из ажурной сеточки в несколько рядов, украшенной прозрачными кристаллами, похожими на бриллианты. Между «бриллиантами» по всей поверхности мерцала зеленая сирлидоновая пыль, а количество нулей в ценнике казалось умеренным.

- Вот! Это подойдет к кольцу и к черному платью! – Нэт улыбнулась – утонченное, нежное колье действительно нравилось.

- Что ж, выбор за тобой! Украшение изящное, но, боюсь, для приема во Дворце слишком скромное. Кстати, прости за дурацкий траур.

- Поэтому и хочу выглядеть скромно, - Нэт мягко настаивала.

- Как только вернемся в город, закажу для тебя самое дорогое ожерелье с сирлидоном, - в его голосе слышалась грусть, будто Нех снова просил прощения. - На самом деле, хотел бы подарить тебе поле живых цветов...

- Знаю. Ты жив – и это лучший подарок, - Нэт почти перебила его, - пойдем на свежий воздух, погуляем в саду.

Нех забрал каталог и протянул руку к телефону на журнальном столике:

- Согласен, оденься потеплее.


***


В машине работал климат-контроль, но даже меховое манто не спасало от холода. Сидя за водителем, Нэт рассматривала свои пальцы. Кожа слишком белая, и густой бордовый лак на ногтях выглядел вызывающе.

- Ты должна надеть это, - Тай обернулся с переднего сидения и протянул небольшой черный сверток. - Справишься сама?

Нэт достала из упаковки плоскую тисненую золотом коробку и открыла. Внутри лежало ожерелье, усыпанное цветами из бриллиантов. В сердцевине каждого цветка переливался сирлидон. На мгновение миллионы искр брызнули в лицо, блеск ослепил и заставил затаить дыхание. Нэт покачала головой и закрыла футляр:

- Тай, это слишком красиво и слишком дорого! Не стоило, у меня есть украшение, но все равно, спасибо! - Нэт посмотрела с благодарностью.

- Это не подарок. Считай, я его одолжил, так что будь с ним осторожна. Твое украшение чересчур скромное – оно не скрывает ключицы даже в полумраке этого салона. Представь только сияющие люстры Дворца - перламутр будет переливаться всеми цветами радуги, - Тай сидел вполоборота и улыбался.

- Не думала, что это так заметно, - Нэт растерялась.

- Когда ты злишься – ЭТО очень заметно. Подстрахуйся.

- Хорошо, я надену. Только один вечер!

Тай повернулся к водителю:

- Приятель, останови машину.

Свежий осенний ветер проник в салон и смешался с тонким запахом одеколона, когда Тай распахнул дверцу и сел рядом. Нэт подняла тяжелые волосы и склонила голову. От прикосновений горячих рук по телу разлилось тепло, а холодное ожерелье мгновенно остудило кожу.


***


Время ночи еще не пришло, но ранние осенние сумерки и густой туман накрыли Дворец так плотно, что, казалось, величественная колоннада, примыкающая к нему, держит на себе небо. Трое мужчин в черных мантиях стояли под арочным сводом и проверяли пригласительные письма Ее Высочества. Еще двое - небольшим прибором сканировали входящих. В огромном холле гостей встретил дворецкий и целая шеренга слуг, замерших в низком поклоне.

Тай снял белое пальто и легким движением подхватил соскользнувшее с Нэт меховое манто. Словно из-под земли возник человек и унес верхнюю одежду в глубину холла. Тай в черном костюме был великолепен - удлиненный приталенный пиджак сидел на нем как влитой, подчеркивая легкость и грациозность фигуры. Черный шелковый галстук украшала платиновая стяжка с небольшим бриллиантом в центре. Его волосы соперничали с переливами шелка, а серая прозрачность глаз - с блеском бриллианта. Глядя на Тая, Нэт охватило радостное предчувствие праздника, но только на миг. Плотно сжатые губы, сосредоточенный взгляд выдавали тревогу на его лице. Сама собой пришла мысль, что Тай – великий маг и волшебник - как самый обычный человек может испытывать страх. В день, когда Анайрэ умерла, он был рядом, просил довериться, вытащил Нэт из ада. Нэт протянула руку, пальцы непроизвольно коснулись Тая, и он тут же отреагировал – галантно приподнял локоть, и, увлекая за собой в сторону широкой лестницы, улыбнулся:

- Ничего не бойся. Ты прекрасна!

Нэт вспомнила свое отражение в зеркале. Густые черные волосы надежно прятали шею и закрывали глубокий вырез платья на спине. Узкие длинные рукава почти полностью скрывали кисти, а на правой руке нежная ткань касалась кольца с сирлидоном. Нэт не боялась. Всю ночь она призывала Черного Грифа, наполняла сердце холодом. И теперь крепко сжимала в руках эльфийскую плеть мертвецов.

Анфилада роскошных комнат, через которую пришлось идти, казалась сказочной - двери, одна за другой, раскрывались плавно и бесшумно в момент приближения гостей. Когда сопровождавшие их придворные маги остановились и отступили назад, Тай обменялся с Нэт понимающим взглядом, подмигнул и отпустил ее руку. Они оказались перед высокой дверью, которая напоминала створки волшебного ларца. Комната без окон освещалась невидимым источником, а белый полупрозрачный пол и светлый мраморный стол делали ее похожей на покои Снежной королевы. Ввысь, к потолку, длинными дорожками уходили красные гобелены искусной работы. На невысоком постаменте стоял изящный трон-ложе, мастерски вырезанный из полированного камня. По обе стороны от трона с непроницаемыми лицами стояли маги в длинных мантиях. В красных колпаках и красных одеяниях они казались персонажами, сошедшими с гобеленов. Нэт оглянулась по сторонам и выхватила взглядом предмет, который надеялась увидеть - недалеко от трона, на затейливой подставке из горного хрусталя, стоял аквариум. Свет, исходящий от кристаллов подставки, пронизывал сосуд насквозь и отражался в чешуе неоновых рыб причудливыми всполохами. Нэт стиснула зубы и сжала крепче эльфийский кнут, готовясь рассечь аквариум одним взмахом.

Приблизившись к мраморному ложу, Тай неожиданно опустился на одно колено и склонил голову. В его движениях сквозила необычная покорность – как же странно видеть горделивого, самодовольного красавца в коленопреклоненной позе перед женщиной. Лицо Небесной Принцессы под мерцающей вуалью казалось белым и гладким, как мрамор её трона. Выделялись хорошо очерченные розовые губы и большие глаза, прикрытые длинными ресницами. В облаке тонких кружев и шелка, искрящегося бриллиантовой пылью, женщина на троне сама была украшением зала. Нэт подобрала легкие полы платья и сделала глубокий реверанс.

- Итак, ты нашёл Глаза Дракона?

- Да, Ваше Высочество. Я знаю, где карта к ним. Боюсь, разочарую вас и вызову гнев, если скажу, что заглянуть в Глаза Дракона может только тот, кто обладает Эльфийским ключом. - Тай не поднимал головы, говорил спокойно, с холодной вежливостью.

Принцесса помедлили несколько секунд и вдруг вздохнула:

- Увы, я разочарована. Ты не сказал мне ничего нового.

Тай нахмурился на мгновение, словно обдумывая что-то. Кажется, разочарована была не только Принцесса.

- Кара искала для меня Эльфийский ключ. Как и твой брат, - в бесстрастном, сухом голосе Принцессы звучал легкий сарказм. Нэт заметила, как брови у Тая сдвинулись, а на лице заиграли желваки. Он был ошарашен – это очевидно, но держался.

- Так он его нашёл, этот ключ, верно? Впрочем, теперь уже неважно. Он мёртв. А у тебя теперь новая игрушка?

Казалось, Принцесса только заметила, что Тай пришел не один.

- Нэт готова помочь, Ваше Высочество, как раз в поисках Эльфийского ключа. Она - особый маг, умеющий читать по эльфийским предметам. И брат многое рассказал о результатах своих поисков именно ей, - голос выдал эмоции Тая - ему явно не нравилось последнее замечание Принцессы.

- Ты понимаешь, что придется доказать на деле свои слова. Или умереть.

Эльфийский ключ? О чем они говорят... За что кто-то ещё должен умереть? От напряжения затекла шея, голос Принцессы змеей заползал в уши, проникал в горло. Ленивая, небрежная поза Небесной, вся её фигура в облаке мишуры - всё говорило о презрении к окружающим. И перед этой тряпичной куклой Тай преклонил колено!

- Встаньте! - Казалось, владычица прочла мысли - простое слово звонко хлестнуло пощечиной. Ни ожога, ни боли, словно с каменного изваяния смахнули пыль. Принцесса - сильная магичка и наверняка легко считывала эмоции. Нэт замерла и попыталась унять внутреннюю дрожь.

Теперь Небесная обратилась к ней:

- Кажется, вы упали в обморок в зале суда. Какая досада – потерять одного из братьев, - никакого сочувствия – только липкая тягучесть слов. - Что ж, если вы будете полезной, я готова выслушать Мастера.

- Ваше Высочество, у меня есть просьба, - Тай поднялся с колена, его голос стал тверже. - На дне аквариума лежат перламутровые кости, которые Всесильный Ди преподнес вам. Для вас эта безделица – сущий пустяк, не имеет ни ценности, ни силы. Но в обмен на перламутровые кости мы сможем получить Эльфийский глаз.

- И кто же сказал, что перламутровые кости - пустяк, - Принцесса не спрашивала - продолжала прощупывать Мастера. О доверии речь не шла - оба искали союзника, но каждый требовал гарантию.

- Я готов служить Вашему Высочеству, - пафосные слова прозвучали после недолгого молчания, ударились о мраморный стол чеканными монетами.

Нэт теряла нить разговора – о чем они говорят? Она представила, как Тай станет тенью этой странной женщины или, что еще хуже, молчаливой статуей у ее трона. Каждый мускул, каждый нерв сворачивались в гибкую спираль.

От гобелена отделилась фигура и приблизилась к аквариуму. В тишине зала звук стекающей из мелкого решета воды, превращался в журчание ручья. Наконец, послышался шорох – кости легли на дно шкатулки.

- Вы получите перламутровые кости, когда принесете Глаза Дракона. Пусть будет всё по порядку, не правда ли?

Обостренный слух уловил шуршание тяжелой ткани, а затем плавно отворились двери - и в комнату вошел Всесильный Ди в окружении свиты. Первый министр низко поклонился Принцессе, сомкнул руки на животе, обтянутом бархатным камзолом. Из-под шелковой повязки на голове торчали клочья волос и облик Всесильного стал еще более гротескным, когда он замер в надменной позе.

- Первый министр, Мастер просит эльфийские кости. Конечно, в обмен на услугу. Хочу знать ваше мнение.

- Ваше Высочество, не стоит доверять словам этого человека, - Всесильный Ди бросил злобный взгляд в сторону Нэт. - Как он посмел привести во Дворец женщину неизвестного происхождения, не заслужившую Вашего доверия?

Нэт подняла голову, поджала губы, стараясь сдержать раздражение.

- Позвольте, Ваше сиятельство, - Тай оглянулся в сторону Ди. - В прошлом месяце ваше ведомство удерживало Нэт несколько дней именно в целях проверки…

Тай пристально смотрел Ди в глаза.

- Я ничего не знаю об этом, - Всесильный едва заметно нервничал, но сохранял спокойное выражение лица, - мне необходимо самому удостовериться в благонадежности гостьи.

- Ваше Высочество, - Тай обратился к Принцессе, - я готов предоставить вердикт ведомства Первого министра.

Блефовал он уверенно, даже не сбившись в дыхании.

- Я обеспокоен и сам проверю, насколько надежно сработало мое ведомство, - Ди исходил желчью. - Прошу прощения, Ваше Высочество! - С фарисейским смирением он поклонился Принцессе. - Сейчас, когда эльфы вредят нам всячески и Келлегорм до сих пор жив, тщательная проверка каждого чужеземца необходима.

- Ваше Высочество и Ваше сиятельство, я, уже на деле доказав свою преданность, гарантирую благонадежность этой женщины, - Тай слегка повысил голос, - и я уже упоминал, что Нэт готова принести пользу Небесной Принцессе.

Красные пятна ряженых - бархатный камзол, мантии свиты... В мерцании мишуры иезуитский голос Ди, витиеватая паутина церемонной перебранки – каждое слово резало слух, ледяной холод окутал ноги и подбирался к бедрам.

- Ваше Высочество, нельзя доверять убийце и злодею, замешанному в грязных делах всякого отброса нашей Империи. Это возмутительно! – голос Всесильного срывался на визг. - Я настаиваю, позвольте взять эту женщину под мое покровительство. Через несколько дней я сам вынесу вердикт! - Всесильный Ди задрал подбородок и протянул ладонь в сторону Принцессы, давая понять, что принесет ответ лично.

Нет, только не это! Опять лаборатория Ди, шприцы, вонючая стража, боль, слабость... Нет.

Острая боль пронзила кожу, перед глазами вспорхнул Черный Гриф, затмил свет, и жесткие крылья гнева захлестнули мысли - все исчезло, взгляд утонул в тумане, а рука взметнулась.

- Нэ-эт! – голос Тая утонул в свистящем шипении - и в ту же секунду на полупрозрачный белый пол брызнули струи крови, а кисть Всесильного, с растопыренными пальцами, звякнув перстнями, упала к ногам Принцессы. На мгновение в магическом свете кристаллов блеснуло перламутровое сечение.

Нэт в растерянности оглянулась, ища взглядом Тая. Хорошо, что в его глазах не было злости, сейчас ей нужно согреться.

ГЛАВА 27. Автор: Тайклот

На миг их взгляды пересеклись, и глаза Нэт заледенели, как оконные стекла в стужу: тёмные радужки посвёркивали «морозными» узорами.

- Нэт!

Пальцы засветились перламутром, а мерцание заострившихся ключиц не скрывало даже массивное колье. Девушка будто индевела и рассыпалась на колючие осколки. В дрожащих, но цепких пальцах била об пол, высекая ментальные искры, тёмная плеть; она змеилась, опутывала ноги хозяйки, ветвилась и расползалась отростками-пиявками, жадными до крови.

Вопль Ди.

Миг.

Тай бросился к Нэт и прижал к себе, защищая от обрушившейся магической волны. Псы Всесильного реагировали мгновенно – ухнули заряды такой силы, что любого разнесло бы в клочья. Окутывая собой Нэт, Тай крикнул приказ - и воздух вокруг моментально сгустился до состояния брони. Но этой препоны оказалось недостаточно: в спину вонзилась тысяча пик – и внутренности порвались. Вопль, вырванный невыносимой мукой, разодрал трахею. Тай на выдохе вбил в тело заклинания, заставляя раны зарубцеваться. Губы тряслись от боли, и Тай припал на одно колено, удерживая у груди обессиленную, скованную мёртвой магией Нэт.

- Холодно… там холодно… - едва слышно шептала она. Маленькая и хрупкая в объятиях, что тот стриж, которого она грела в ладонях. Сейчас Тай слышал биение её сердца всем телом.

- Тише, тише, шшш… - он убаюкивал её на руках. – Ничего не бойся.

Заклинание стянуло тысячи кубометров воздуха ради небольшой заплатки в пространстве над ними. Прямо сейчас люди во Дворце и окрестностях мучились в агонии удушья, подобно рыбам на берегу – и если как можно скорее не отпустить заклинание, неизвестно, сколько несчастных погибнет, не сумев сделать очередного вздоха… Тай огляделся исподлобья, обдумывая выход. С воплями и проклятиями люди Всесильного и охрана Принцессы пытались сохранить жизни, борясь за драгоценные глотки воздуха. Сипели и падали на пол. Но маги отчаянно защищали господ и себя, призывая ветер. Через вентиляцию, через бесконечные лабиринты коридоров, с треском распахнув двери, в зал ворвалась буря. Гобелены захлопали огромными кровавыми полотнищами по звенящим от напряжения стенам. В белых плитах загудел поток воздуха, рвущийся через микропоры камня, под потолком захрустели, бешено вращаясь, лопасти вентиляторов.

Тай дрожащими пальцами открыл клатч, выпавший из рук Нэт, нащупал кольцо в бархате, сжал в кулаке и тут же отпустил заклинание. Огромная волна обретшего свободу воздуха врезалась в стены так, что заставила их завибрировали, истерзанные полотнища бордовых гобеленов попадали с потолка, тяжело, и как будто даже мокро, со шлепком, подобно огромным кускам кровоточащей плоти. Зал взорвался воплями истязаемых в аду грешников.

Тай поднял между собой и людьми Ди каменные плиты пола. Они ползли, как льдины на реке во время весенней подвижки. Раскалывались, вздыбливались, наваливались друг на друга, стремясь вверх.

- Тихо, тихо, милая Нэт. Ты молодец, просто умница. Держись. Я справлюсь, ты не замёрзнешь. Только не у меня на руках… Слышишь? – Тай усмехнулся. – Ну, надо же было попрактиковаться, малышка. У тебя крутая игрушка, завидую чёрной завистью.

Тай скользнул ладонью по её ослабевшей руке, всё еще судорожно сжимающей плеть. Схватился за рукоять поверх её ладони и поднялся на ноги, прижимая Нэт к груди. Камни, подчинялись его воле, скрежеща, выбивались из пола и выстраивали стену, похожую на обломок белой скалы. Вокруг кричали люди, пытающиеся отбиться от стихии и друг от друга, а призванный шторм давил тех, кто оказался слабее, о стены.

- Поиграем? – Тай улыбнулся Нэт, и она слабо, почти прозрачно, но улыбнулась.

Его жар выгонял холод из её тела, невольно отданное на растерзание призванному колдовству. Тай прижал обессиленную Нэт к себе спиной, высвободил рукоять из её пальцев и замахнулся - плеть просвистела над сгрудившейся, изрядно поредевшей свитой Ди. Двери раскололись от удара - и щепы посыпались на головы приспешников Всесильного. Ди визжал оглушительней воя ветра, пригибаясь и сжимая кровоточащую культю. Но у него в подручных были очень сильные колдуны – Карнивал, его главный маг, гарантировал хозяину отступление, остальные могли нападать.


Пооооошёёёёёллллл вввоооооонннннн шшшшшшшшшшшшшшшш пошшшшшёёёёёлллл воооооннннн сссссссдоооооохххххххнииииииииии….. шшшшшшшшшшшшшшш поооошшшшшёёёёёёёлл воооооооннннн


Тай сильнее сжал кольцо. Если попросит помощи у Нэт, то убьёт её: она слишком глубоко ушла, чтобы вернуться без потерь.

- Твою мать! – цыкнул Тай. Оплётка рукояти краснела: прорывая кожу, ввариваясь в ладонь, она соединялась с сосудами и перекачивала через себя его кровь.


Пооооошшшшшёёёёллл вооооонннннн шшшшшшшшшшшшшш поооошшшшшшёёёёёёл воооооон шшшшшшшшшшшшшшш ссссдддддоооооххххххххнииииииии


Прошлый раз он даже не понимал их. Но в этот раз - всё иначе.

Сердце замедлило удары и извергло чёрную кровь, которая дёгтем потекла по венам. По груди, вдоль руки, в ладонь, через раскуроченную плоть – в рукоять плети. Алый превратился в бордовый и потемнел до кармина.


Ттттвааааарьььь не смеееееййййййй…. Шшшшшшшшшшшшш Не смеееееййййй…. Шшшшшшшшш…..


Чёрное сердце билось мотором, выплёскивая лаву пузырящейся ненависти, а Чёрный гриф, проткнувший его когтями и утянувший за собой, клекотал в пучинах клубящихся небес, которые на самом деле небесами не являлись.

- Подчинитесь мне, ублюдки…

Заберёмммммм… тебяяяяяяяяяяяяяяяя… шшшшшшшшшшшшш буууудддддеееешьььь нааааашшшшш….


- Ага. Щас. Прям бегу, скользя на поворотах!

Чёрная кровь вливалась в рукоять. И превращала вены в металлические цепи, что натянулись до звона между плетью и сердцем.

- Или вы подчинитесь мне, или я прикончу вас!


Не смоооожешшшшшшшшшшшшь не сумееешшшшшшшшшшшььь… заноссссссссссчивая тёммммммммммммммная тввввввввввввввварь нааааашшшшш ты наааашшшшш


Тай размахнулся - и плеть, как здоровенный и полыхающий чёрным пламенем хвост кометы, взвилась над головами. Перламутровые искры брызнули по мраморному полу и пробежали всполохами через чернильную синеву.

Эльфы завизжали в яростной злобе.

- Молчать… - прошептала Нэт бледными губами: - Приказываю – молчать!

Её ладонь упала с кулака Тая, и вся она обмякла в руках, истощённая и обессиленная.

- Всё, хорошо, Нэт, всё хорошо… - прошептал Тай в её волосы, слегка касаясь их губами. – Держись. Я справлюсь. Держись.

Кольцо эльфов завывало, сужалось и расширялось, образуя купол, в который не проникало время. Они могли бы состариться здесь и умереть за секунду, а могли бы прожить вечность, когда снаружи мелькнул бы миг и кто-то успел лишь моргнуть.

- Тай… Тай… Что я наделала… что наделала…

Тай хмыкнул.

- Отсекла этому говнюку руку!

- Смешно тебе?.. – Нэт замолчала.

Тай огляделся. Если он сейчас захватит кольцом Ди, как того хотят эльфы, то сам останется абсолютно беззащитен с Нэт на руках.

Досадливо цыкнув сквозь зубы, Тай раскрутил плеть над головами, уплотнив стену из магии, и двинулся к трону, а каменные плиты под ногами расползались на две стороны, как тектонические сдвиги континентов, когда на равнинах вырастали горы.

Время замерло. Волосы на голове Нэт колыхались, словно в подводном течении. Вуаль на лице Принцессы - неподвижной, будто бы каменной, как и её мраморный трон-ложе - медленно перекатывалась мягкими волнами, иногда открывая побледневшие сжатые губы.

В зале затихал гвалт. Маги, защищавшие Принцессу ценой собственных жизней, упали обессиленные вокруг трона.

Тай оглянулся – Ди исчез. Те, кто остался, Всесильному уже были не нужны. Так же как и отсечённая рука - свидетельство предательства перед Дворцом и собственным эльфийским народом.

Хотя что ему рука? Он, как гидра, мог возродиться даже с отсечённой головой: учитывая его мощь и влияние, Ди перестанет играть в аккуратные игры, раз первоначальный план потерпел фиаско. И хотя раскрытие подобного вероломства перед Империей грозило крахом всем существующим устоям, бросало тень на Дворец, на власть, обесценивало веру в неприкосновенность трона и создавало смуту в умах, Всесильный тем более не упустит шанса половить рыбу в мутной воде.

Однако сейчас стоило подумать о делах насущных и тоже не профукать возможности: Принцесса рядом, хоть и ошеломлённая наверняка, но держащая себя в руках до последнего. По её непоколебимой и почти даже расслабленной позе требовалось читать: она умрёт на этом троне, но не отступит. Пальцы, сжимавшие каменный подлокотник, чуть дрогнули - и под ногти снова прилила кровь, сделав их розовыми, а не бледно-синюшными.

- Ваше Высочество! Если я уйду за Глазами Дракона, то там, за пределами Дворца, Ди убьёт Нэт, несмотря на Ваше покровительство. Но только она может помочь нам найти Эльфийский ключ! Она – уникальный маг.

Принцесса подняла прозрачно-голубые глаза. Движение энергии в куполе эльфийской магии приподнимало и медленно опускало вуаль Небесной, как нежный белый лепесток в тёплом ветерке.

Эльфы злобно выли и скалились снаружи, клацали зубами, пронизывали взглядами. Ярость их взоров, похожая на всполохи углей в золе, тянулась и опутывала купол красноватыми линиями.

- Незаменимый, уникальный маг? Но не ты ли ведёшь её руку, Мастер?

- Нет!

- Не ты ли лжешь мне в глаза, Мастер?

- Нет!

Тай переложил рукоять плети в ладонь Нэт, а сам плотнее сжал кольцо Анайрэ.

- Тай… - Нэт едва шевелила губами, но, пока он передавал рукоять, сжала его пальцы, словно уверяя в чём-то.

Сердце кольнуло тоской и горьким предчувствием: желая приблизиться, он отталкивал её от себя всё дальше. Если он неправильно истолковал это пожатие, то всё будет кончено: он никогда не сможет приблизиться к ней - презрение и ненависть станут непреодолимой пропастью.

Он легонько отстранил Нэт от себя, и девушка пошатнулась, но устояла. Принцесса смотрела на Нэт, словно подбирая слова, а затем впервые обратилась напрямую:

- Вы красивая. И боец. Но Мастер отдаёт мне вас, как игрушку, которая ему в тягость.

Тай заглатывал эту фразу, как пригоршню гвоздей, пытаясь не разорваться от нахлынувшей ярости, а Принцесса продолжила:

- Думаю, необходимо правильно выбирать нужных людей, вы так не считаете? Разве он способен защитить вас? Разве способен дать то, чего хотите? Всего лишь жалкий, услужливый пёс, как и все вокруг. Ничтожество, которое только и может, что по щелчку моих пальцев ответить: да, Ваше Высочество! Не так ли, Тай Моринехтар?

Кажется, даже губы онемели, когда он произнёс:

- Как пожелает Ваше Высо...

Нэт приподняла ладонь, заставив замолкнуть.

- Пожалуйста, Ваше Высочество, помогите мне, окажите милость, разрешите укрыться в стенах Дворца.

Тай припал на одно колено и склонил голову.

- Я умоляю вас, Ваше Высочество. Окажите милость!

Принцесса обвела взглядом зал.

- Ты много натворил здесь, Моринехтар. Если вся эта сила будет в моём беспрекословном подчинении, я не буду сердиться слишком сильно и исполню то, о чём просишь. Итак, я отменяю нашу временное соглашение. Ты – мой. И я могу распоряжаться твоей жизнью, как хочу. Я отдам тебе кости, как только ты добудешь Глаза Дракона, как и обещала. И даю слово защищать и обращаться с гостьей более, чем любезно, как она того и заслуживает. А ты – поклянёшься на крови и дашь Даре связать тебя твоей кровью. Твоим миром будут только я и Дворец.

В голове возникла душная, бесконечная пустота, а земля ушла из-под ног. Поднимаясь с колена, Тай протянул руку, чтобы коснуться волос Нэт. Коснуться - и обрести связь с реальностью, которую отобрали по его же согласию.

- Как же… - прошептала Нэт и снова пошатнулась. Тай привлёк её к себе, прижал к груди. Нэт, полуобернувшись, приподняла лицо и посмотрела в глаза, а затем резко занесла ладонь, словно хотела ударить… но лишь провела пальцами по щеке. – Просто невыносимый…

Она закрыла глаза. Тай подхватил Нэт на руки и только тогда заметил, как зло улыбается Принцесса.


***


- Ты – ЧТО?!

Нех приподнялся из кресла, сжав кожаные подлокотники до скрипа. Тай приблизился, растягивая галстук и расстёгивая верхние пуговицы рубашки. Неха потряхивало, и губы превратились в ровную белую нить.

- Как ты посмел?!

- Прости, так было необходимо…

- Что? – Нех дышал тяжело. – Необходимо оставить её во Дворце? С Ди?! С Принцессой, которая требовала её кровь?!

- Нех, я всё объясню, – Тай поднял руки ладонями вперёд. - Потому что кое-что произошло помимо этого. Ди раскрылся, и теперь он официальный враг не только нам. Во Дворце сейчас Нэт в большей безопасности, чем здесь, понимаешь?

- Спрятал от лисы, засадив в логово тигра?! И это называешь безопасностью?! Тай, я тебе башку хочу открутить, вот это ты понимаешь?!

Тай отвёл взгляд и бросил галстук на столик между креслами. Стяжка звякнула о стеклянную столешницу.

- Ты же доверял мне, брат… - в груди словно свинец разлился, горячий и тяжёлый.

- Если играю с тобой в шахматы, я не доверяю тебе! – Нех придвинулся ближе. – И с Нэт - не доверяю тебе! Я говорил: завязывай. И не смей прятать её от меня!

- Что… что ты говоришь?! – Тай резко выдохнул. – Ты дорог ей, она хочет помочь… и я уверен, она справится.

- Ты… что ты делал за моей спиной?!

- Ничего, брат, не делал я за твоей спиной. Хотел защитить нас и вынужден был пойти на сделку – найти эти чёртовы Глаза Дракона. А думаешь, с какой такой стати Принцесса так благосклонна? Указ о нашей защите, моё присутствие во Дворце, возможность забрать твоё тело… Ничего бы этого не было, не прогнись я слегка! И что же я сделал не так?

- Да всё! Надо было советоваться со мной!

Прямо в сердце загнали раскалённый добела упрёк - и Тай пошатнулся.

Советоваться… Может ещё разрешения спрашивать?! Нех же всегда знает, как лучше, не так ли?!

Тай виноват. Виноват, да! Признаться Нэт… не хватило лишь капли времени. Она привлекла его внимание сразу и покорила окончательно, когда сбежала из их дома. И каким наслаждением было отбросить все подозрения на её счёт и отпустить тормоза!.. но… она уже сделала выбор. А он проиграл, так и не дождавшись шанса попасть в её поле зрения. Только вот сам уже лишился возможности отказаться от требования сердца. Знал ли Нех, что такое сгорать изнутри? Умирать у его ног? У ног победителя, который в схватке даже не участвовал? Кто даже на секунду не верил, что соперник серьёзен? «Мудацкие игры»? Осознание череды ошибок и промахов, горечь от неспособности принять сложившиеся обстоятельства и унижение, которое Нех никогда бы не принял и не понял - как объяснить это теперь?!

- Я не шёл против тебя. Ведь ни перед кем у тебя не было обязательств на тот момент, – проговорил Тай, пытаясь обратиться к разуму и логике – это было ближе брату и не вынуждало расшифровывать прочие заморочки. Пытаясь занять руки, чтобы в запале не размахивать ими перед лицом брата Тай цеплял к ремню ножны с эльфийским керамбитом.

- Связался с Принцессой, спутался с этим уродом Крегом Рифтусом, да?! Он шлёпнуть меня хотел. Забыл? Тай, ты в своём уме?!

- Думаешь, мне радостно было, что ли?!

- Зачем, Тай, зачем?!

- А что еще оставалось делать?! Ты ни слова не сказал про приступы, ни полслова о том – к чему тебя принуждали эльфы. Держал всё в себе до последнего, в то время как Ди искал нас. Да если б не протекция Принцессы, Ди бошки нам поскручивал бы в течение суток. И плевать ему на укрытия!

- Это всё оправдания!

Нех поморщился, словно испытывая сильнейшую боль, приложил ладонь к вискам, сжал.

- Оправдания, да?! Тогда ты мне объясни: что, скажи на милость, ты искал в Залесье? – Тай посмотрел на Неха пристально. – Что за хрень?! Искал Эльфийский ключ, а мне ничего не сказал?! Этот долбанный Ключ к Глазам Дракона?!

Нех замер, расширив глаза, и отступил слегка, словно новость не просто удивила, а по-настоящему ошеломила.

- Для кого ты искал Ключ?! Принцесса сказала об этом. Я убил Кару, Нех. Убил сестру Дары – из-за тебя. И что в итоге?! Ты что-то скрывал от меня?! Что это, Нех?!

Нех снова поморщился, будто пытался припомнить.

– Я искал…

Нэх вдруг застонал, как от приступа боли, который запечатал ему рот.

- Что это?! Вспоминай! Что ты делал там!

- Угрожал… - Нех вдруг откинул голову, и стон превратился в хриплый крик. Колени подломились - и брат рухнул на низкий столик. Пальцы сжали лежащий там галстук, будто спасательную верёвку над бездной. – Угрожал… чтобы получить…

Тай остановил взгляд на бриллианте. Он отражался в стекле рядом с веером радужных переливов. В голове магическими рунами поплыли запечатывающие заклинания. Чужие запечатывающие память заклинания. Они, тайно вживлённые кем-то, вдруг проявились, как молочные письмена на бумаге, которую подержали над огнём. Подобное колдовство, абсолютно бессильное над его волей, он разрушил бы в одну секунду, если бы… хоть долей сознания противился ему. Но он – не противился. До этого мига всё оставалось в гармонии с мироощущением – и он ничего не замечал. Анайрэ. Только могущественная Первородная в силах была наложить подобное хитрое заклятье! Такое, которое согласовалось с его желанием!

Не может быть…

На брате – точно такое же заклятие, но он – просто человек – и подчинился полностью.

«Заткни ему рот!» проявляющиеся письмена сгорали и пеплом разлетались по сознанию. Рука потянулась к керамбиту. Пальцы уже коснулись рукояти…

Что он делает? Хватается за нож, чтобы не дать договорить фразу?!

- Что, чёрт возьми, ты делаешь? – тихо, с неопределённой интонацией, спросил Нех, следя за застывшей рукой на обухе ножа.

Тай поднял глаза. Взгляд брата был холоден, как искусственный лёд.

- Хочешь подраться со мной?

Тай отступил.

- Убирайся вон, - прорычал Нех, говоря не своим голосом. - Ты нарочно всё это затеял? Хочешь отобрать её, да? Разлучить нас. Оставить меня здесь, а самому уйти к ней, так?

- Нех…

- Использовал её, чтобы опять провернуть свои дела, так?! Эгоистичный ублюдок! И всегда был таким! Только и способен! Разрушить, отобрать... Подставил её, оставил одну. Хочешь, чтобы она погибла?!

- Я люблю её! – Тай подался вперёд, слова вырвались против воли, но руки моментально убрались от ножа.

- Любишь? А ты умеешь? Кончай нести чушь! Всё, к чему ты прикасался – исчезает. Я предупреждал тебя, Тай. Я по-хорошему просил!

- Люблю, да! Но это её решение. И она справится! Она намного сильнее, чем ты думаешь. Она сама не знает, на что способна, но точно на большее, чем прятаться как мышь. Она хочет спасти тебя, жизнью за тебя рискует, Нех!

- Да пошёл ты!

В чёрных глазах – перламутровая вьюга.


Пошеееееееллллллл вооооооонннннн…… пошшшшшшшшшёёёёёёллллллл вооооооонннн ….. не дадииииииимммммм…. Не отдадииииииииммммм… Эльфийский клююююччччччч…. Пошёёёёёллллл воооооонннн….. ууууммммммрррииииииии….


- Не-ех! – крикнул Тай. Эльфы теперь даже не скрывались за голосом брата. – Очнись! Надо уходить! Отсюда надо уходить, брат!


Поооошшшшшёёёёёллллл вооооооннннн…. Пооооошшшшшшёёёёёлллллл вооооооннннн…. Шшшшшшшшшшшш……


Нех поднялся, опираясь на столешницу, расправил широкие плечи и намотал на кулак Таев галстук.

- Убирайся вон!

- Нех!

- Я сам всё решу!

- Сюда придут люди Ди! Выйдем на улицу!

После визитов Дары и Крега Тай стянул в доме пространство настолько плотно, что ни один чужак не мог войти, не спросив. Только вот и самому теперь приходилось создавать порталы только на улице. Досада заполнила разум, а рука снова метнулась к ножу. Стиснув зубы, Тай сосредоточился на остатках чужого заклинания в голове. Надо выжать из разума эти вспыхивающие руны! Обрести контроль над собой…

И тогда он открылся. Принял удар и вылетел на террасу.

Минуту лежал, пытаясь прийти в себя после удара головой о доски. Потом поднялся, неуверенными движениями потянулся к перилам, пытаясь ухватиться. Хук Неха со всей дури – это даже не мордобой в камере пыток, где Тай сидел неделю. Челюсть сломалась мгновенно. И её не «починить» сразу, потому что нет возможности говорить.

Чуть сдвинув рукой кости, Тай застонал: боль выдавила испарину. Но через секунду уже можно было материться. Поэтому сначала он выругался, а уж потом кое-как прохрипел заклинание на исцеление.

- Что ж… понятно, - проговорил он. - Сейчас я схожу к этому долбанному Знахарю, спрошу про укрытие, а ты пока остынь, лады?

Нех снял с кулака галстук. На бриллианте алела кровь – он разодрал костяшки о платиновую стяжку. Затем, не ответив, Нех бросил галстук ему в лицо. Он перелетел через перила и упал на рябиновый куст под террасой.

В глазах брата кружилась перламутровая метель.


***


Нэт никогда не бывала в столь помпезно-вычурных апартаментах. По первому впечатлению обстановка взывала к воспоминаниям о книгах с фэнтезийным средневековьем: роскошь, богатство, излишняя напыщенность и витиеватость. С другой стороны, отсутствовало то, без чего не обошлось бы любое, даже выдуманное, средневековье - холод, сырость, чад от факелов, грязь и вонь. Разномастные шкуры, золотые чашки на столах… а столы, в свою очередь, - непременно из дерева или кости. Здесь никто не боялся роскоши и кича, всё утопало в откровенной тяге к разнузданности, а высокие технологии помогали содержать обстановку в идеальном порядке и абсолютном комфорте для тела и духа.

Однако, заваленное кучей всего напускного, проглядывало то, что Нэт довелось увидеть в ином исполнении, там, в городе изгнанников Келлегорма. Арки, увитые стеблями вьюна, своды, уходящие ввысь, как исполинские деревья, цветочные узоры на стенах... Вся любовь и гармония были здесь изначально, но потом их усердно замазали, словно вытравили чужой волей. И аляповатость выглядела не просто дурновкусием, а нарочитой издёвкой, плевком в сторону красоты.

Нэт села на позолоченный стул рядом с трельяжем и посмотрела на отражение в идеальном стекле. Волосы она успела расчесать после катаклизмов в Приёмном зале, но лицо осталось слишком бледным, поэтому в обрамлении чёрных локонов выглядело нереальным, будто принадлежало бесплотному духу. Казалось, черты лица изменились: стали чуть острее, тоньше, хрупче, словно уже не принадлежали земной женщине из вполне обычного земного города, работнице офиса, которая совсем недавно составляла доклады по продажам и надевала слипоны, чтобы удобнее было вести беленький «хюндай». Как давно это было, наверное, не менее ста лет назад.

Нэт провела пальцами по массивному ожерелью. Оно до сих пор было так холодно, как и тогда, в машине, когда впервые прикоснулось к коже. Тогда Тай склонился ближе, застёгивая ожерелье на шее, приблизил губы к уху и шепнул:

- Хочу перекинуться парой слов. Но если брат раскроет нашу авантюру - тут же вернёт тебя домой. Силой. Водила здесь – именно для этого.

Нэт слегка повела плечами.

- Я максимально разрядил воздух между нами и водителем - почти вакуум - звук не пройдёт, но долго канитель не потянешь. Итак. Задача номер один. Требуется выторговать у Принцессы кости. И тебе надо поговорить с ними. - Тай запнулся: - Но, не зная противника в достаточной мере, немного скользко играть в игры на чужом поле. Поэтому…

- Разве она не на твоей стороне?

Нэт поправила ожерелье, пытаясь прикрыть ключицы максимально. Потом едва заметно повернула голову - и щека коснулась его волос.

- Нет, конечно. Она лишь пользуется пока удобно. - Тай досадливо цыкнул сквозь зубы. – Тысяча переменных здесь, мотивы не ясны. Это плохо. – Тай секунду молчал. – Дара мне наплела сказочку, что Принцессе не нужна была конкретно ты, а просто кровь первородной, чтобы вычислить меня по следам и наказать… Пфффф… И при этом Принцесса спокойно даёт тебе приглашение, зная, кто ты, хотя эльфов на пушечный выстрел ко Дворцу не подпускают. Не знаю… может ты просто… привлекла её. Она же больше женщинами интересуется… - Тай поправил замочек от ожерелья, легонько припечатал его пальцами и усмехнулся: - Всё бы упростилось в разы, будь Принцесса хоть чуть заинтересована во мне, как мужчине, а не как маге. Но, наверное, здесь ты меня уделаешь.

Нэт отстранилась на долю миллиметра - и цепочка выскользнула из рук Тая.

То, что он сказал, звучало отвратительно, но… сердце продолжало стучать в унисон с его словами, словно понимало лучше, чем разум. И от внутреннего дискомфорта становилось всё больше не по себе. Поэтому ответила она максимально холодно:

- Делай, как считаешь нужным!

- Нэт. Что такое?..

- Нам нужно спасти Неха, и я сделаю всё, что потребуется, и даже больше. Как и ты. Я не боюсь.

- Ты – бесстрашная. И очень понятливая, – Тай улыбнулся ей в плечо, на коже ласково приютилось его дыхание, губы были так близко – вот-вот и прикоснутся. – Мы должны получить и захоронить кости. Но сначала надо поговорить с ними и спросить про Глаза Дракона. Если нам не удастся, то мы в тупике по всем фронтам. Ди нас опередит, доберётся до власти – и всем нам конец. Просто будь осторожна, милая Нэт, а я буду действовать по обстоятельствам.

Она лёгким движением накинула манто обратно на плечи, чёрные волосы переливающимся каскадом заструились по белому меху.

Тай дёрнул за ручку и чуть ли не пинком распахнул автомобильную дверь, впуская студёный воздух. И запах пожухлой травы, у которой закончилась всякая надежда на жизнь. Словно с уходом Тая сама смерть, тяжко, по-зимнему, выдохнула в салон - и Нэт снова стало зябко.

И озноб не проходил с той минуты, когда она в последний раз сжала пальцы Тая, давая понять, что справится. Да, всё пошло не так. Но она поняла его. И не отступит.

Двери комнаты распахнулись, и на пороге появилась Принцесса. Нэт не вскочила, но по взглядам двух фрейлин и Дары, стоящей по правую руку от госпожи, поняла - подняться со стула всё-таки стоит.

Принцесса прошла вглубь комнаты. Она выглядела слишком инородной во всём этом буйстве красок и словно оставляла после себя колкий, слюдяной след. Потом она остановилась возле трельяжа, где зеркала в бесконечном лабиринте отразили белоснежную, сверкающую фигуру. Положила хрупкую бледную ладонь на полированную столешницу, провела пальцами по узору дерева под полиролью, добралась до клатча Нэт - и трепещущие пальцы застыли.

- Удобно ли тебе здесь? – тихо спросила она, не смотря в сторону Нэт.

- Да, вполне. Благодарю вас, Ваше Высочество.

- Здесь безопасно.

- Надеюсь на это. Ди - страшный человек. Он держал меня в лаборатории почти неделю, ставил опыты.

Принцесса не пошевелилась.

- Ему нужна была твоя кровь, так? – тихо спросила она наконец.

- Как и Вам. Вы же приказали принести всю мою кровь.

Принцесса слегка склонила голову к плечу и мимолётно улыбнулась. Пальцы с прозрачными острыми ногтями всё-таки опустились на поблёскивающий пайетками клатч.

- Нет. Не всю. - Принцесса отвернулась от зеркала и посмотрела на Нэт. Без вуали глаза её казались сплошной синевой, даже без видимых зрачков. - Мне нужна была хоть капля, чтобы убедиться, что это – ты.

- Капля? Но мне сказали…

- Первый советник, видимо, хотел убить тебя ещё тогда. А затем скрыл от меня, что держал тебя в плену, наверняка пытаясь понять, зачем мне понадобилась твоя кровь… Однако, к счастью, ты всё ещё жива.

- Да, благодаря братьям…

- Тебе кажется, что я поступила несправедливо? - Принцесса перебила, и Нэт осеклась, понимая, что чуть не упрекнула сгоряча и не выдала, что Нех – жив. Однако владычица продолжила, не повышая голоса: – Не думаю. Каждый из этих презренных слизняков получил то, что заслужил. А ты, наконец, получишь то, чего достойна. Правда, мне жаль, что тебе пришлось пройти через такое унижение.

- Что? - в горле пересохло.

- Я знала, как ты отреагируешь на то, что я потребовала кости эльфов! Принять подобный вызов могут только защитники, самые сильные.

В глазах Принцессы плескалась ледяная лазурь, по которой пробегали серебряные блики, и Нэт тонула в этих глазах без зрачков, полных какой-то тайной, удушающей жажды.

- Я не понимаю - о чём вы. – Нэт отступила.

- О-о, ты прекрасна в своей гордости… теперь я осознаю страх Первого советника, этого презренного предателя… Но всё позади, теперь ты здесь, у меня. Мы будем править. Одни! Теперь, когда стравились Мастер и Ди, Всесильный ничего не сможет сделать нам. А ведь он так хотел на трон… Твой Мастер тоже использовал тебя и брата, чтобы пролезть сюда, во Дворец… Всего лишь презренная тварь, полная амбиций, как и все мерзкие людишки вокруг. Но он хотя бы красивый и можно усладить им взор на некоторое время. Согласна?

- Зачем он вам? - тихо ответила Нэт. – У вас есть всё.

- Нет. Не всё. У меня нет свободы. Как и у тебя сейчас. Мы обе – пленницы Дворца. Но не волнуйся. Все выполнят свою работу… и исчезнут. Поверь, ты будешь счастлива.

Принцесса искоса бросила взгляд на Нэт, но Нэт успела перехватить этот мимолётный синий огонь - и внутри всё сжалось. Таю – конец. И Принцесса убеждена, что Нэт будет на её стороне. Почему же, почему?! Почему она позволяет себе говорить столь ужасающие вещи, даже не обращая внимания, заинтересован собеседник или нет? Откуда столько уверенности?

Нэт перевела дыхание и с надменным видом приподняла подбородок.

- То есть вы допускаете, что если я здесь и пришла за костями, то у меня свой интерес?

- Конечно, эльфийка. Это наш интерес.

Нэт пристально смотрела на Принцессу. В деловых переговорах она уже собаку съела, ни с такими прощелыгами доводилось разговоры разговаривать, но здесь явно крепкий орешек – неловкая пауза не вынудит Принцессу броситься всё дотошно объяснять. Небесная думала, будто Нэт знала, о чём говорила. Изначально - все желания Принцессы – были не случайны, и это выбило из колеи. Злило и сбивало с толку, каждое слово теперь взвешивалось на лабораторных весах.

- Хорошо. Но я прошу принести шкатулку с костями в мою комнату.

Принцесса улыбнулась, кивнула и выплыла за дверь, больше не сказав ни слова, как заговорщик, который пойдёт на всё, чтобы его поняли правильно. А через несколько минут шкатулка с костями уже стояла на столешнице трельяжа, рядом с клатчем.

Открывать чёрный гладкий ларец не сильно хотелось. Там лежали не просто кости. Это были кости эльфов, её народа. Кости тех, кого убил Тай.

Она провела пальцами по крышке, инкрустированной серебром и драгоценными камнями.

Кости словно притягивали пальцы. Целовали их с благоговением.

Нэт уронила лицо в ладони.

Боже, что же творится с ней?! Что она делает здесь? Кем является, раз так чувствует кости? И как может оправдаться перед взывающими к ней останками, раз мысленно защищает Тая?.. Не тут и не там. Неизвестность выматывает. Боль нарастает, а тёмная пустота поглощает. Тяжело. Бессмысленно.

Нет. Эти кости спасут Неха. Эти кости помогут Таю… Не бессмысленно.

Нэт потёрла лоб кончиками пальцев.

Неха так жаль. Невыносимо смотреть на его страдания. На то, как он готовится к смерти, как пытается держать тоску в себе. Сильный и гордый, он тянется к ней, ищет покой и тепло дома. И сам старается дать ей то же, хоть на миг… но извиняется и отводит взгляд.

- Приветствую вас, тех, кто погиб так жестоко и исчез так безвестно. Сердце моё плачет о вас. И я упокою вас. Но прошу ответить… Знаете ли вы, как найти Глаза Дракона?

Она сказала это наобум, не веря в удачу, но вдруг:


повелительницааааааааа бууууудьььь с нааааамииииии рааааааазбуууууудиииииии кооооостииииии ооооонииииии пооооокаааааажжжжжжжууууутттт шшшшшшшшш ттттьммммммммаааааа приииииддёёёёёёёттттт тьма придёёёёт тьма придёт


Нэт улыбнулась… и открыла шкатулку.


***


Дара отступила за покосившийся цементный столб, к которому крепилась чугунная решётка с обрывками сетки-рабицы на крючьях.

Принцесса велела присмотреть за Таем и оценить его дальнейшие действия. Теперь Всесильный может вытворить, что угодно. Он, подобно крысе, будет защищаться до последнего, а лучшее средство защиты – нападение. Возможно, даже учинит переворот. И первыми пойдут в расход те, кто поддерживает Принцессу магией. Теперь особой сложности это не представляет, ведь Тай перебил несколько сильнейших магов во Дворце, и сила Принцессы заметно ослабла, а величайшие колдуны остались у Ди… и против них мог бы выступить теперь только Тай. Но Мастер вместо того, чтобы затаиться, вернулся в дом, о котором Ди прекрасно знал. Возможно, Тай забирал документы или личные вещи, но выглядело всё равно странно. В деле переворота, если его планировал Ди, даже минута промедления могла стоить жизни. Этот гнилой ублюдок наверняка подтягивал все силы и мобилизовал резервы.

Открыть портал внутри дома, как раньше, Дара уже не могла - Тай сшил материю, и никаких сил не хватало, чтобы разодрать её хоть на миллиметр. Тай продемонстрировал силу, что не просто ошеломила - испугала. Теперь Мастер был не источником, где хотелось пить знания, но чёрным водоворотом, в котором она утопла бы, едва коснувшись воды. Она не могла контролировать это, не могла прикоснуться к подобной силе, не могла научиться. Могла там только умереть. Это выматывало, лишало воли, утомляло и злило. А она так устала злиться.

Тем временем Тай исчез в портале, который сомкнулся с громким треском, как захлопнувшаяся на ветру дверь. Листья взметнулись и осели грязными хлопьями на жёлто-бурый настил. А на кусте рябины всколыхнулись красные зонты ягод.

Шурша листьями, Дара прошла к дому и вдруг остановилась. С неба - низкого, свинцового, набухшего тучами - медленно поплыли большие пуховые снежинки. Они бесшумно падали в притихшем лесу. Аккуратно ложились на подмороженные листочки и застывали на них сверкающей опушкой. Дом в снегопаде теперь казался призраком, пришельцем из метели, проступившим мороком на чёрном фоне уснувших деревьев.

В этом доме кто-то был. Несомненно. Среди медленно падающего снега, покрывающего одинокое жилище, притаилась кем-то взлелеянная тайна.

Дара прошла к крыльцу, дёрнула за ручку двери. Заперто. Вокруг - тишина, все звуки поглощал усилившийся снег. Вокруг лица расползалось паровое облако.

Там, где листья взрыхлил шагами Тай, лежал дорогой шёлковый галстук, а на бриллианте зажима – посверкивала свежая капля крови, как маячок во мгле.

Дара присела на корточки, прикоснулась к алой капле.

Нех!

Это Нех!!! Живая кровь!

Дара вскочила так резко, что даже колени щёлкнули. Не успев одернуть себя, подумать хоть мгновение, она закричала:

- Нех! Нех!!!! Это ты?! Это ты там? Да?! Нех, черти тебя дери! Пожалуйста, пожалуйста! Ну, ответь!

Дара стояла в косых войлочных нитях снега, и белые хлопья таяли в алой капле крови на пальцах.

- Не-е-ех… - протянула Дара. – Я так устала. Пожалуйста! Пожалуйста-а…

Глаза защипало, но она яростно прикусила губу и запрокинула голову, чтобы мягкие огромные снежинки падали на разгорячённое лицо. Она не плакала, нет. Опустила руки. Закрыла глаза, прислушиваясь к шёпоту снега.

Два года ненависти убили её, измотали, опустошили. Она хотела стать тем деревом, что загораживало этот дом от мира, стать одной из утомлённых бурями коряг, которые накрывало снегом, и просто уснуть под этим белым одеялом.

Замок в двери щёлкнул.

Дара медленно опустила голову и посмотрела на приоткрывшуюся дверь. Снег так же медленно падал, ветер издавал протяжный вздох то ли в кронах сосен, то ли в сердце. Протяжное звучание одиночества.

- Нех…

Дара шагнула к порогу, когда Нех распахнул дверь окончательно. Рыжие локоны скользнули по глазам, также наискосок перемежаясь с белыми нитями снега. Дара прибавила шаг и на ступеньки почти взлетела.

Он спокойно смотрел на неё.

И она, перепрыгнув порог, бросилась к Неху на шею.

Он не пошевелился, не отреагировал, как бывало, пренебрежительно и резко, а позволил обнять крепко. И только потом твёрдо снял её руки с плеч и посмотрел на пальцы, испачканные кровью. Досадливо поморщился, всё еще не произнося ни слова.

- Это твоя кровь. Ты порезался?

- Да, порезался.

- Я никому не скажу, что ты жив.

- Кажется, теперь в этом нет смысла. Разворачиваются вещи, поинтереснее моих жизни и смерти. Знаешь, говорят, в смутные времена всегда кто-то норовит воскреснуть.

Нех прикрыл дверь, и замок автоматически защёлкнулся.

- В любом случае, Тай прав. Отсюда надо уходить.

- А в чём Тай не прав? – Дара усмехнулась. - Я вообще-то видела, как он вывалился на террасу. Ты его так?

- Он позволил.

- Это связано с той эльфийской стер… - Дара запнулась, но мужчина не удостоил её даже презрительным взглядом. Прошёл в гостиную и тяжело опустился в кресло.

- Не буду обсуждать с тобой Тая. И всё, что он сделал тебе. Я знаю теперь.

- Кофе хочешь? – пережив сердечный спазм, как можно спокойней спросила Дара, и Нех, наконец, поднял на неё уставший, но такой властный и красивый взгляд. Мужчина болезненно переносил то, что заперт здесь и ничего не может сделать. Однако привычная уверенность в себе, в своей силе, возможностях, осталась и, казалось, лишь она одна поддерживает стены этого дома.

- Сделай, - вдруг произнёс он и слегка улыбнулся.

Через некоторое время они пили кофе, сидя рядом на диванчике. Аромат пропитал гостиную. За окнами началась метель, хотя снег не перестал быть мягким и пушистым. Теперь он отчётливее проступал в сумерках, а возле стекла, попадая в свет люстр, поблёскивал мимолётными искрами.

Дара, обхватив кружку с кофе ладонями, откинулась на подлокотник диванчика, подвигала лопатками, устраиваясь поудобнее. Потом улыбнулась про себя и аккуратно положила ноги к Неху на колени. Красная кожа брюк обтягивала стройные бёдра и твёрдые икры. И они так чертовски привлекательно смотрелись на его серых брюках. На минуту она замерла, любуясь, а затем подвинула колено и коснулась им пресса мужчины под чёрной кашемировой водолазкой. Нех перегнулся через её колени, поставил чашку с недопитым кофе на подставку, выпрямился, вздохнув, и бережно убрал её ноги со своих.

- Просто так удобнее, - усмехнулась Дара.

- Знаю, - в его голосе не было раздражения и недовольства.

Дара рассмеялась.

- Ты такой правильный. Но спасибо, что не переломал мне ноги.

- Не намерен я ломать твои ноги. Собирайся. Пора уже. Сумка у меня собрана, так что я готов уйти прямо сейчас.

- Наверное, ты не так понял… - Дара запнулась. – Говоря про то, что теперь буду выбирать водку, я вовсе не имела в виду, что это будешь ты. Если помнишь, какую пургу я тогда несла... возле тюрьмы.

- Помню, - Нех слегка улыбнулся, поднялся и широким шагом направился к лестнице.

Дара быстро допила кофе и досадливо поморщилась: ну что за дурь валится у неё изо рта порой?! С ума сойти, как всё это нелепо и неловко.

Нех почти спустился по лестнице в гостиную, когда метель за окном поменяла направление. Снежинки завихрились, закружились, ударились в стёкла белыми иглами… и пронзили стекло.

Сердце сжалось, и Дара медленно оглянулась на Неха.

- Маги Ди… Они пришли за Таем, - хриплым, не своим голосом проговорила она, смотря на замершего мужчину.

Он - живой. Прекрасный. Благородный. Не привыкший уступать. И… такой беззащитный сейчас.

В груди разлилась оглушающая боль. Не хотелось умирать. Не хотелось умирать сейчас.

- Нех…

Мужчина поставил сумку на пол, расстегнул молнию, достал пистолет, запихнул его за ремень, затем выудил из бокового кармана револьвер и оставил в руке.

- Отойди от окон, - произнёс он.

- Нех… Там Карнивал. С ним - сильнейшие маги, а я…

- Дара, просто отойди от окон.

- Я не смогу защитить тебя.

- Я тебя об этом и не просил.

Она посмотрела ему в глаза.

Дом содрогнулся. Заклинание Тая оказалось необыкновенно мощным, оно не пускало в дом даже таких мастодонтов, как маги Всесильного. На время дом послужит непоколебимой крепостью. Но на какое время?

Нех успокаивающе похлопал её по плечу. И внутри всё перевернулось до тошноты.

Братья оба такие. Не отступят. Победа или смерть.

Дом содрогнулся еще раз. Белые копья вонзились в стёкла и разнесли их в блестящую пыль. Но за брызгами искр потянулась вечерняя темнота. Она вползала в гостиную длинными лапами, на которых постоянно вырастали и исчезали извивающиеся отростки, жадно шарящие вокруг в надежде поймать и впиться во что-то живое, горячее, трепыхающееся и умирающее.

Нех взвёл курок, оттаскивая Дару ближе к лестнице, с линии обзора. Потом загородил собой и посмотрел на разлетающиеся вдребезги стеклянные террасные двери.

Обои вдруг превратились в труху, развеялись серой пылью вдоль стен. Деревянный пол начал чернеть и ссыхаться.

- Маг, управляющий временем, - прошептала Дара. – Они не могут проникнуть в дом, не могут уничтожить руками. Хотят сожрать дом временем…

Нех усмехнулся, оглядываясь. Достал телефон из заднего кармана брюк и нажал кнопку быстрого набора. На экране высветилось «Младший».

- Что, и такое бывает? Надо будет перекупить этого мага и пойти с ним иссушать временем океаны. Добраться до нефтяных месторождений.

Дара вскинула руку, сжала ладонь и надернула на гостиную иллюзию…

Победа или смерть.

Её колдовство должно помочь Неху. Или она просто неудачница.

ГЛАВА 28.

Короткие лучи распустились над шкатулкой, образуя небольшой экран. Перед глазами мерцал текст - едва заметная эльфийская вязь. Одним прикосновением к мраморной розе на стене, Нэт погрузила комнату в темноту. Мрак окутал пространство ненадолго - молочный туман рваной завесой поднимался к потолку. Теперь Нэт могла прочесть короткую фразу: «Приветствуем тебя, Принцесса».

- Хочу знать, где спрятаны Глаза Дракона!

Ответ не пришлось ждать долго. Над шкатулкой вновь вспыхнул экран: «Прольется капля крови на каменное сердце. И сердце каменной страны откроется».

Нэт прочла несколько раз, открыла шкатулку и закрыла, задала вопрос снова и снова, но текст не менялся. Взгляд скользнул по рваной цепочке причудливых силуэтов на стенах. Она поднялась со стула и принялась мерить шагами комнату, чтобы унять волнение - от того, как быстро она разгадает тайну, зависела жизнь братьев. Но… её собственная раскрытая тайна мешала думать…

Её бабка Анайрэ оказалась эльфийкой, и Нэт с трудом пыталась признать это и свою нечеловеческую кровь… но теперь ей предстояло столкнуться не только с тем, что она - часть неизвестного ей народа, но и та, кто должен нести за него ответственность… Кто же была её бабка на самом деле? Кто же Нэт теперь?!

И что она в состоянии сделать… Неужели только похоронить мертвецов?!

Как только Нэт закрыла шкатулку, белые клочья тумана со стен исчезли. Силы оставили окончательно, мысли путались так, что невозможно было разобрать: в здравом ли она рассудке или уже нет. Остаток ночи Нэт провела на огромной кровати - ни то в полузабытьи, ни то в полудреме.


***


-Хочу кофе, - Нэт так долго жила одна, что частенько проговаривала самые простые фразы вслух.

Бледный свет мрачного осеннего утра проникал сквозь оконное стекло. На улице все еще кружил снег. Неожиданно двери распахнулись - и в комнату вошла молодая женщина с миниатюрным фарфоровым подносом в руках. Следом за ней семенили еще три девушки - все одинакового роста и одинаково одетые в просторные платья, украшенные яркой вышивкой.

- Спасибо, - Нэт поднялась с кровати, запахнула полы халата и схватилась за чашку. Но тут же вернула на поднос. - Это не кофе?

- Нет, госпожа. Это эликсир свежести. Принцесса просила приготовить для вас. - Служанка поклонилась.

- Я не буду это пить. Принесите кофе. Большую чашку, без сливок и без сахара.

- Принцесса просила передать, что желает видеть вас в Огненном зале. - Служанка все еще держала поднос на вытянутых руках.

- Мы поможем вам одеться и причесаться. Стоит только произнести свое желание.

Произнести желание... Нэт пожелала вслух кофе...

- Как вас зовут? - Нэт внимательно всматривалась в неподвижное лицо девушки.

- Сидрэль, госпожа, - служанка склонила голову ниже.

- Сидрэль, сейчас я хочу кофе. Мне нужна горячая ванна и завтрак, - Нэт положила локти на подоконник и, всматриваясь в снежные завихрения, медленно произнесла: - Передайте Принцессе, как только буду готова, я встречусь с ней.

Девушки синхронно поклонились, также синхронно сделали два шага назад и вышли.


***


Допивая вторую чашку кофе, Нэт рассматривала комнату. От стен, выкрашенных в небесный цвет, шло ощущение холода и враждебности. В буквальном смысле, стены имели уши - они не защищали, а доносили Принцессе каждый вздох или шорох одежды, или звук упавшей на пол брошки. Нэт открыла шкатулку – бледный туман почти растворился в дневном свете, окружил комнату вдоль высокого плинтуса и быстро поднялся к потолку.

- Я готова переодеться, - сказала она громко, но никто не вошел. Чтобы как-то убить время, Нэт расхаживала по комнате и прислушивалась к тишине за дверью. Наконец, она опустила резную крышку и произнесла еще раз:

- Сидрэль! Я готова переодеться.

В течение нескольких секунд комнату заполнили служанки. Нэт бросила благодарный взгляд на шкатулку – эльфы и в этот раз помогли, перламутровые кости справились с магией стен.

Сидрэль прикоснулась ладонью к двери гардеробной комнаты. Как только девушки перешагнули порог, в помещении зажегся свет. Нэт медленно перебирала одежду, снимая с вешалки платья, которые ей нравились и бросала их на протянутые руки помощниц, стоявших с опущенными лицами.

В ворохе одежды Нэт выбрала платье из тёмно-синего бархата и теперь рассматривала себя в высоком зеркале. Ничего лишнего – вырез почти под горло. Серебряная тесьма, расшитая жемчугом, струилась по краю узких рукавов, змейкой перехватывала высокий подрез и клинышком украшала лиф, подчеркивая развернутые плечи и осанку.

Сидрэль пригласила Нэт сесть и принялась укладывать волосы. Время от времени еще две девушки передавали Сидрэль заколки и украшения. Высокая прическа открыла шею и лоб. Когда с прической и макияжем было закончено, Нэт с трудом узнала себя в зеркале - поразила почти алебастровая белизна скул, шеи и лба. Черные ресницы, загнутые вверх и припорошенные бриллиантовой пудрой, подчеркивали темную глубину карих глаз. Но откуда взялся этот надменный изгиб губ?

Эльфийская принцесса…

- Мне не нравится помада – поменяйте! – не отводя взгляда от зеркала, Нэт говорила негромко, но властно. Служанка торопливо промокнула губы влажной салфеткой и мягким спонжем нанесла прозрачный бальзам. - Сделайте цвет немного ярче и теплее. Да не кладите мишуру поверх помады!

Новый облик раздражал, но выражение лица оставалось холодным и спокойным.


***


Сидрэль проводила Нэт в Огненный зал. Когда двери распахнулись, служанка остановилась, давая понять, что Нэт должна войти одна. Зал оправдывал свое название - красные колонны и арки, поддерживающие своды потолка, взмывали вверх пылающими языками пламени. Изысканные барельефы украшали стены - фигуры людей, животных, сцены охоты или битвы. В очертаниях и контурах, в одежде воинов легко угадывались эльфы.

- Они сжигали города дотла, - Нэт обернулась и увидела Принцессу. - Глупо, не правда ли? Им казалось, что люди – это ненадолго, ведь они смертны. Эльфы почти не сопротивлялись, в своей гордыне удалились в непроходимые леса, ожидая, когда человек исчезнет с их земель, словно чума. Но человек живуч и довольно плодовит, - Принцесса рассмеялась. При этом ни одна мышца не дрогнула на лице, а синева глаз стала глубже и холоднее. - Всесильный Ди предал Келлегорма и преподнес отцу Дворец в целости и сохранности. Много позже, я узнала, что он обещал королю найти Книгу Знаний, а взамен потребовал сохранить тайну эльфийского происхождения. Ты удивлена?

- Я должна поблагодарить вас за покровительство, - Нэт поклонилась.

- Людьми можно манипулировать, но они слишком подвержены страстям и эмоциям. – Небесная посмотрела Нэт в глаза. - Ты другая. И ты мне нравишься. Мы похожи. - Принцесса бледными пальцами подхватила тонкую спираль локона на шее Нэт. Повеяло ледяным холодом. Открытое лицо Её Высочества буквально приковывало взгляд, и Нэт стало не по себе. Она вспомнила, как однажды перед зеркалом воображала, что могла бы стать Принцессой, но теперь испугалась - знакомые черты угадывались в четко очерченных линиях скул, подбородка, в разрезе глаз.

- Твое холодное сердце, словно драгоценный камень, станет украшением Небесной империи, - Принцесса повернулась и проплыла в глубину зала, движением руки увлекая Нэт за собой. - Я хочу познакомиться с тобой ближе.

В одну секунду Нэт поняла, что не желает быть похожей на эту женщину, расхаживающую по обескровленному и поруганному дворцу опозоренных эльфов. Вместо Небесной посреди залы могла стоять Анайрэ. Расплакаться бы... Вспомнилось, как отчаянно Тай просил у бабки Книгу... Анайрэ предпочла умереть. Превратила Залесье в перламутровые клыки. Столько ненависти было в её последних словах. Эта ненависть ничего не возрождала, она так же хоронила под собой всё. И как Залесье под каменным саваном, так и последнюю тайну эльфов Анайрэ укрыла в своём сердце…

Но неужели… каменное сердце – это…

- Подойди ближе, - в голосе Принцессы звучали нотки раздражения. Далеко ей до Анайре...

- Садись, прошу тебя, - Принцесса взглядом указала на два кресла. Между ними стоял изящный столик, на котором красовалось блюдо с клубникой и два фужера с игристым напитком.

- Это шампанское. Я хочу выпить за нашу дружбу, - Принцесса взяла фужер двумя пальцами и поднесла к губам.

- Что могу дать взамен вашей дружбы? – Нэт начинала сердиться, когда что-то не понимала, но наружу вырвалось искреннее удивление. Она потянулась к бокалу и, не опуская глаз, сделала глоток.

- Я говорила, что нравишься мне. Ничего нет дурного в том, что братья зарабатывали деньги, выполняя различные заказы, но вместе с Ди они скрыли от нас нечто важное, - Принцесса внимательно следила за реакцией Нэт. – Не обольщайся, тебя тоже обманули, и ты угодила к Моринехтарам в ловушку. Разве не хочешь взглянуть в Глаза Дракона? Не хочешь вернуться к себе самой?

Прямо сейчас Нэт смотрела в свои глаза, словно они отражались в зеркале напротив. Смотрела как завороженная, не в силах оторваться.

- Что такого в Глазах Дракона?

- Свобода, - дружеский тон исчез, взгляд Принцессы потерялся где-то в глубине зала, а прекрасное лицо на мгновение стало злым и уродливым. Нэт терялась в догадках - Принцесса не покидала пределов дворцовой площади или парка, но не могла же она думать всерьез о такой буквальной свободе.

- Кстати, я уверена, что публичная казнь Первого министра – не лучший выход. Неплохо бы отделаться от него тихо и преподнести черни в лучшем свете, без возможности бросить тень на Двор, - Принцесса вновь обрела спокойствие и заговорила о Ди, как будто размышляла вслух. Нэт встревожилась - слова Небесной означали, что её Высочество не торопится искать Всесильного. Тай оказался прав – приглашение во Дворец не было случайностью и что бы ни случилось на приеме, Принцесса собиралась держать Нэт при себе.

Когда Небесная поднялась, от красных колонн медленно отделились фигуры в мантиях – одна за другой. Ожившие изваяния сопроводили Принцессу к выходу.

За дверью Огненного зала Нэт встретила Сидрэль. Сделав глубокий поклон вслед удаляющейся Принцессе, девушки направились в Голубые покои.


***


Размышления о призрачной свободе Принцессы и о своей судьбе во Дворце Нэт отложила на время, и теперь, на прогулке в парке, она ломала голову, как передать из Дворца записку. Если Принцесса каким-то образом догадывалась, что Нех жив, тогда и Всесильный Ди в любой момент мог до него добраться. Не было сомнений в том, что Ди ищет Глаза Дракона. Принцесса сделала ставку на Тая, только поверив, что у Мастера есть карта. Небесной плевать на братьев, но если ей давно было известно, кто такой Ди и она скрывала это, значит, он вполне может вернуться во Дворец победителем. Тревога не покидала ни на минуту. Только бы передать записку, а Тай откроет портал в Залесье и найдет каменное сердце. Чтобы успокоиться Нэт начала считать. Один, два, три… Глазам Дракона нужен Ключ. Об этом пока не думать… «Прольется капля крови…» Тай читает по крови. Нэт потерла виски – от напряжения болела голова, перед глазами плыли черные круги. Она зажмурилась на секунду и в темной пустоте увидела мелькнувшее крыло птицы. Гриф. Что если отправить птицу с посланием? Гриф должен найти собрата, вторую птицу, которая бесполезно и неподвижно распласталась на спине Неха.

Нэт глянула в небо – тучи висели угрожающе низко и крупные снежинки уже касались земли. Немного в стороне семенили девушки, но, почуяв снегопад, засуетились и открыли зонты. Сидрэль подошла ближе - и Нэт оказалась под огромным синим куполом. В раздражении она махнула рукой, и купол исчез, а служанка отступила назад. На широких гранитных ступенях Дворца метель догнала девушек.


***


Всматриваясь в зеркальный лабиринт, Нэт машинально водила щеткой по волосам. Возможно, Принцесса создавала иллюзию? Но зачем? Внешне они, правда, похожи. О какой свободе говорила Небесная? И во что превратилась сама Нэт? На скулах, подбородке и на ключицах даже в сумерках играл неяркий перламутровый свет. Нэт вздохнула и глянула на окно – темнело рано. В такой вьюжный вечер хорошо укутаться в одеяло и что-нибудь почитать. В мире, откуда она пришла, наверняка тоже выпал снег. Так странно, называть родное место «миром, откуда пришла», словно была в гостях. Неуютная съемная квартира вдруг показалась раем – на кухне мирно свистит чайник, пока Нэт слушает музыку, а старый обогреватель наполняет комнату теплым запахом накопившейся за год пыли. Беспокойное нетерпение дрожью пробежало по спине, отозвалось учащенным биением сердца. Как только вернется Тай... Она скажет, что хочет обратно, в свой дом, в свой мир...

Протяжное завывание ветра заставило вздрогнуть. Нэт открыла шкатулку с перламутровыми костями, и они вспыхнули, осветив небольшое пространство. Цепь из размытых фигур опоясала комнату.

«Приветствуем тебя, Принцесса…» - знакомая надпись дрожала в облаке над шкатулкой. От этих незамысловатых слов настроение переменилось. Снова бежать, вернуться? Как будто можно спрятаться под чужим пледом от долгих, зимних ночей.

Нэт положила ладони на столешницу, прогнала прочь мысли, закрыла глаза и приказала:

- Пусть прилетит Черная птица!

«Прилетит Черная птица» - словно молчаливое эхо, ответ появился почти мгновенно. Нэт подхватила пальцами серебряную заколку для волос, оставленную днем на туалетном столике, и встала, чтобы открыть окно.

Из громадной чаши ночного неба сыпался густой снег. Оконный проем высокий - несколько узких рам плотно примыкали друг к другу, и на каждой красовалась мраморная ручка в виде изогнутого стебля с бутоном. Если встать на стул, можно попытаться открыть створку. Всматриваясь в темноту, Нэт представляла, где сейчас Нех с Таем, чем занимаются. Она успокаивала себя тем, что братья вместе и Нех в безопасности.

Стул с резными ножками она использовала как подставку и, взобравшись на него, оказалась один на один с небом, усеянным белыми точками снега. Двойная рама неожиданно легко поддалась, и в комнату ворвался ветер, царапая лицо колючим снегом. Холод обнимал плечи, не проникал внутрь, но лезвия снежинок ранили кожу, и окно пришлось быстро захлопнуть. Стиснув зубы, Нэт, открыла ладонь и с силой вонзила серебряное острие заколки в мягкую плоть под большим пальцем. Кровь обожгла запястье, капнула на подоконник. Нэт сжала кулак, боль прошла быстро, но тепло отпускать не хотелось. Всего секунда - и послышался шорох. Нэт открыла окно, подцепив кончиками пальцев нижнюю раму, но тут же отпрянула - на подоконник приземлился Гриф, угодив лапой в лужицу крови.

-Ты все-таки прилетел, - Нэт вздохнула с облегчением, притронулась к голове птицы, провела пальцами по жесткому крылу, оставляя тонкий красный след. - Найди птицу Неха и передай: «Прольется капля крови на каменное сердце. И сердце каменной страны откроется».

Гриф легко отпружинил от подоконника и, размазав кровь по белой поверхности, взмахнул крыльями.

- Пусть будут осторожны, - последние слова Нэт говорила шепотом, вслед вспорхнувшей птице. Еще долго она стояла у открытого окна, смотрела в ночь, на снег, который украдкой слизывал с подоконника остатки крови. Этот мир больше не пугал. Нэт – его часть, и надо сделать все, чтобы братья были в безопасности и никакие злобствующие силы не вмешивались в их жизнь.

Она закрыла окно и прибралась в комнате. В задумчивости погладила зеленый серлидон на пальце, сняла кольцо и положила в клатч рядом с телефоном, который во Дворце стал бесполезной игрушкой. Вынула кольцо Анайрэ. Надо набраться сил и дождаться Тая. Нэт с тоской посмотрела на дверь. Когда-нибудь дверь откроется и он войдет. Улыбнется лукавой улыбкой и горячими руками прижмет к груди.

Нэт закрыла шкатулку, и комнату окутал мрак. Эльфы не должны были слышать, как плачет их принцесса.

ГЛАВА 29. Автор: Anna Bernal

Гудки в телефоне внезапно оборвались. Нех глянул под ноги – время изъедало пол, он покрывался темными расползающимися пятнами и трещинами, доски чернели, превращаясь в прах, осыпались и оставляли зияющие дыры. Недоверие требовало подтверждения тому, что видели глаза - ладонь скользнула по столешнице – дерево мгновенно осыпалось трухой и осело на обуви бархатной пылью.

- Как вас, обычных, легко удивить! Нашел время для экспериментов! – Дара быстро встала перед Нехом, взяла за руки, заключила ими себя в объятия, уперлась спиной ему в грудь и предупредила: – Прижмись ко мне, отойдешь на сантиметр - нас засекут!

- Как скажешь, - Нех стиснул ее в объятиях так, что она не могла вдохнуть в полную силу.

Дара подняла руки - и паутина серебряных нитей мгновенно создала над ними защитный купол. Гладкая поверхность серебра отражала атаку магии, подобно зеркалу.

- Уверена, что нам необходимо жаться друг к другу? Места вполне достаточно для движения.

- Я предупредила! – голос Дары выдавал раздражение, но она с упрямством еще крепче прижала к себе его руки и потянула в сторону входной двери, туда, где стояла сумка с вещами. - Сейчас слушай меня! У нас пять минут, не больше! Быстро к двери, берем твои вещи и идем в сторону леса.

Нех развернул ее в противоположную сторону и пошел к камину. Сопротивляясь, она уперлась в пол ногами и посмотрела на него так, словно он разом сдурел и оглох. Нех оторвал Дару от пола и, следуя её же инструкции, крепко прижал к себе. Пола перед камином уже не существовало, и Дара едва успела вытянуть руки, словно выбрасывая ими заклинание – спасительные нити переплелись, образуя серебряную дорожку причудливого узора, тонкую, как пуховый платок. Основание и корпус камина только что рухнули вниз, но каминная полка еще секунду висела в воздухе. Нех успел схватить фотоальбом, край которого уже поглотил мрак тлена, сунул его Даре в руки и только после этого развернулся к выходу. Дорожка, слабо мерцала, выстилалась над бездной, и только на шаг опережала плетущую колдовство Дару.

И хотя на спасение фотоальбома потребовалось не больше нескольких секунд, теперь на месте входа остался только металлический дверной косяк, стена дома и дверь почти осыпались, сумка с вещами превратилась в пыль, однако панорама просматривалась отлично – дом окружен только магами, бойцов не видно. Как глупо с их стороны рассчитывать только на свои силы. Время уже сожрало входную лестницу, и Дара снова вытянула руки - нити от ее пальцев потянулись вперед, послушно вывязывая ступеньки на месте исчезнувшей лестницы. Распределившись по периметру, маги держали осаду, создав магический круг на вытянутых в стороны руках - страшное кольцо электрического напряжения высоким сияющим забором окружало дом, точнее то, что от него осталось.

Под правой ладонью ощущались четкие и сильные удары сердца. Дара боится или возбуждена? Решив проверить, Нех сильнее сжал объятия, наклонился и, касаясь губами её уха, с улыбкой выдохнул:

- Как пройдем?

Руки Дары дрогнули, и ступени лестницы искривилась, вторя движениям магички. Понятно. Она не боится.

- Обыкновенно, - ответила Дара, выравнивая лестницу, - только учти, надолго меня не хватит.

Защищенные иллюзией, они медленно спустились по лестнице. Ему снова пришлось приподнять Дару, следуя инструкциям не разжимать руки и не отдаляться. Сейчас они стояли прямо перед магами, и Нех даже дышать старался как можно тише.

Шум обрушения за спиной. Маги, сосредоточенные на собственном колдовстве, ждали появления того, кто смог бы выжить, их взгляды сосредоточились на эпицентре разрушений. Дара расхохоталась в ответ на сдержанное дыхание за спиной и превратила защитные нити в крупных стрекоз. Насекомые, окружённые тающими серебряными искрами, разлетелись по поляне, зависли на пару секунд невысоко над землёй, привлекая внимание магов, а после разом взмыли в небо. Подобная слаженность и ирреальность зачаровывали настолько, что хотелось поднять руки и прикоснуться к волшебному сиянию. Именно так и поступили маги, синхронно подняв руки вслед воспаряющим стрекозам. Даже Карнивал. Всё. Их кольцо разорвалось. Свечение исчезло, гул прекратился. Нех очнулся, как от удара, и удивленно посмотрел на свои поднятые руки.

- Быстрее! – скомандовала Дара, схватила его руку, и они рванули к деревьям мимо застывших в нелепой позе живых статуй.

Нужно поскорее уйти как можно дальше - чем чаще деревья, тем безопаснее.

Выбившись из сил, Дара и Нех остановились у высокой сосны. Дара уселась меж выступающих из земли корней:

- Похоже на скелет динозавра, да? Чем выше дерево и больше корни… - начала она, поглаживая гладкие выбеленные коряги.

- … тем больше защита, - закончил Нех.

- Братец рассказал? Ладно, можешь уже выдохнуть, - все еще тяжело дыша, Дара посмотрела на альбом, который во время побега крепко прижимала к себе. Сперва она прикоснулась к почерневшей обложке, затем принялась разглядывать фотографии. Детское лицо Тая вызвало у неё улыбку.

- Почему он перестал быть таким милым и нежным? Почему его фотографий здесь больше? А это что? – спросила она, наткнувшись на страницу с засушенными цветами.

- Не знаю, - не глядя, ответил Нех.

Дара приложила ладонь к цветам, кончиками пальцев повторила выпуклые формы соцветий и со смехом повалилась на траву:

- Не верю! Неужто воспоминания о первой любви?! Кто бы мог подумать, что он такой романтик! А зачем он хранит это?

- Хранит не он, а я, - Нех забрал альбом и сел рядом.

- А тебе-то зачем?! – не унималась Дара, продолжая смеяться.

- А затем, что, возможно, это – единственное, что не дает ему окончательно стать кем-то страшным.

- Очнись! – Дара толкнула его в плечо, поднялась и посмотрела в сторону реки. - Он уже давно кто-то страшный, а ты не понял… и как, по-твоему, воспоминания о первой любви могли ему помешать…

- Воспоминания о детстве... - Нех тоже поднялся. - Тебе не понять.

- Конечно!.. – зло возразила Дара и съязвила: - Куда пойдем? Во Дворец, к вашей милой Нэт? К Ди? Или просто погуляем? Здесь так красиво.

- Дай обмозговать, - задумчиво откликнулся Нех.

Резкий свист пронзил воздух, Нех выхватил «ствол» в тот момент, когда увидел пикирующую птицу. Но так и остался стоять с вытянутой рукой, на которую птица спокойно села, обхватив запястье. Гриф. Лапы крепко вцепились в руку. Без видимых повреждений, они всё-таки были испачканы кровью. Дара подошла, накрыла ладонью лапы птицы и, читая по крови, закрыла глаза. Прочитанное явно не добавило ей хорошего настроения.

- Ты ничего не чувствуешь?

- Это гриф.

- Без тебя вижу! Спрашиваю, чувствуешь ли ты что-нибудь?

- Нет.

Дара вздохнула.

- Это письмо.

- Где? – Нех осмотрел птицу и не увидел записки.

- Ты прикидываешься?! – крикнула Дара и ткнула пальцем в птицу, которая тут же захлопала крыльями и взмыла вверх. - Это! Это и есть письмо! Тебе! От твоей Нэт! Боже, как с вами, с простыми, сложно! Каждую запятую объяснять нужно!

- С ней все хорошо? Как она? Она жива? Не ранена? – Нех развернул Дару за плечи и засыпал вопросами.

- Раз писать может, значит жива! – Дара выругалась. - Вообще, я устала! Я хочу горячую ванну, кофе и секса, в любой последовательности, а не шляться по горам! Но, кажется, придётся. Если судить по посланию. Давай пока махнём за Грифом в Залесье. Тем более что надо следы заметать.

Она открыла портал и через секунду они уже были на берегу реки в другом мире.

Вверх по реке – однозначно каменистые холмы. Сюда Тай часто наведывался, да и Дара тоже. Дара нахмурилась, видимо, вспоминая последнее посещение Залесья, глаза потемнели, взгляд стал жестким, но она чего-то ждала и водила ногой по траве.

- Спасибо за помощь, в долгу не останусь, но здесь нам лучше расстаться, - Нех решил, что магичка хочет выплеснуть эмоции, и приготовился выслушать.

- Пойду! Может, в пути тебя поразит молния или склероз, и ты забудешь свою дурацкую Нэт?

Несколько часов они шли вдоль берега - гриф парил над ними, уходил вперед и возвращался, показывая дорогу. Вот они, за рекой - высокие каменистые сопки, скрывающие Залесье. Дара указала на другой берег:

- Здесь перейдем вброд, но на реке моя магия бессильна.

Она зачерпнула холодной воды и умылась. Нех утолил жажду и провел ладонями по лицу - прохлада освежила, но не привела в порядок мысли.

- Снимай обувь и брюки, - Нех разделся, аккуратно сложил вещи в рубашку, завязал в узел и сунул его в руки Даре. - Я понесу.

- Кого? – Дары удивленно распахнула глаза.

- Тебя и вещи. Ты устала.

- Когда мы были тут с Таем, он говорил, что эта вода…

- Нет, не целебная, - прервал Нех. - Он просто хотел, чтобы ты разделась. - Ее наивность мгновенно вызвала улыбку: а еще сильная магичка! простодушней обычной девчонки. - Ну что? Желаешь, по старой памяти, пойти сама? Вода не целебная, а вдобавок еще и очень холодная.

Дара больше не возражала. Послушно забралась к нему на спину, обхватила одной рукой за шею, другой держала на плече узел. Нех шел медленно, чтобы не потерять равновесие. Не сильное, но ощутимое течение наматывало длинные ленты бурых водорослей на ноги Дары, болтающихся по колено в воде. Она пошевелила ногами, пытаясь освободиться от растений, и крепче сдавила рукой шею, чтобы удержаться.

- Не дергайся! Могла бы и потерпеть! – Нех остановился и ждал, пока Дара угомонится. Водоросли, напоминающие старые тряпки, скользнули по коже, а новые тут же заняли их место. Дара выругалась и переключила внимание, или просто решила отомстить – сначала она поцеловала в шею, прикусила мочку уха, затем дорожка поцелуев спустилась по шее на ключицу.

- Мог бы и потерпеть! – расхохоталась она. - Тебе все равно, а я согреюсь!

Пологий берег, поросший высокой травой, контрастировал с каменистыми возвышенностями, поднимавшимися в двухстах метрах вверх по реке. Холодно. Руки Дары дрожали, пока она одевалась.

- Почему Тай не нес меня через реку?

- Он же у нас ви-зу-ал, - рассмеялся Нех, - к тому же вы были здесь летом, и вода была теплая. Нам нужно пробраться выше, по крайней мере, там нет ветра.

Гриф давно опередил их и теперь смотрел сверху, сидя на камне у расщелины. Короткая дорога оказалась трудной и заняла много времени. «Письмо» стучало клювом о край расщелины – трещины в каменном саркофаге. Исходя из рассказов Дары, эти перламутровые глыбы – результат гибели первородной эльфийки Анайрэ.

Дара сжала кулаки, видимо, не желая возвращаться к тяжелым воспоминаниям, но вместо этого зажмурилась и крикнула в небо:

- Я не прощу тебя! Никогда! Никогда! Никогда! Ты слышишь?!

- Он знает, - Нех взял ее за плечи, - это все моя вина.

- Что ты заладил? - Дара вытерла слёзы. - Ты ему мать родная, что ли…

Они вошли в расщелину вслед за впорхнувшей туда птицей. Через несколько метров сквозь трещины каменных наслоений засветился перламутр, сохранивший форму причудливых цветов и листьев. Проход становился все уже, а перламутра все больше, острые края застывшей растительности больно ранили кожу. Дальше идти не было смысла.

- Возможно, здесь должна быть скала в форме сердца, но как теперь понять, среди всего этого камня, какая тут форма…

- Нет никакого специального камня, - проговорил Нех, припоминая странные слова Анайрэ, сказанные более двух лет назад. – Кажется, это всё - и есть её сердце…

Гриф начал биться о камни, рассекая тело в кровь.

- Что с ним? – спросил Нех.

- Часть послания. Он делает свою работу, просто жди, - пояснила Дара.

Умирающее израненное тело застряло в перламутровых ветвях каменного дерева, голая шея свесилась, и кровь из клюва потекла на стену. Тяжелый звук сотен вращающихся жерновов заполнил все вокруг, вибрацией отзываясь под ногами. Мелкие камни и песок осыпались сверху. Проход расширился, открыв созданный магией эльфов сводчатый зал. Рельефный узор на стенах повторял узор залов во Дворце Небесной Принцессы. Под куполом - круглое отверстие, в которое проникал рассеянный лунный свет. Зал был абсолютно пустым. Только пыль на каменном полу.

- Это все было в письме? Почему ты не сказала сразу?!

Вместо ответа Дара шла вдоль стен и осматривала резные узоры. Она остановилась у подобия рамы, искусно украшенной перевязью цветов и листьев, внутри рамы узор, украшавший стены, отсутствовал. Дара смахнула толстый слой пыли и мелких камней - и зал наполнился миллиардом радужных брызг, отраженных от поверхности огромного кристалла.

- Боже! – Дара отпрянула, рассматривая свое отражение в кристалле, умноженное на количество граней. - Это Глаз Дракона!

Забыв об усталости, они осматривали стены. Второй глаз обнаружился напротив первого.

- И это было в письме? – Нех смотрел на свое отражение. - Хочу увидеть её…

Поверхность камня выгнулась, переливаясь сиянием от центра к краям, и Нех увидел Нэт, нечеткое изображение постепенно становилось ярче и объемнее. Нэт….. Нех протянул руку и сделал шаг вперед, уперся в камень - и изображение погасло.

- Видел её? – Дара с интересом наблюдала за ним, затем повернулась к камню, против которого стояла, и крикнула. - Я хочу увидеть Тая!

Сияние вспыхнуло, скользнуло по поверхности камня к краям, и Дара увидела того, кого хотела – Тай во Дворце, он прижимает к себе Нэт, говорит ей что-то, но голоса не слышно. Дара закрыла лицо руками и замотала головой:

- Судя по всему, это и есть Глаза Дракона. Наверное, они исполняют желания. А может, открывают ходы. Не знаю. Но, если пойму принцип, то непременно пожелаю, чтобы Тай сдох!..

- Переночуем здесь, а завтра пойдем в город к Небесной, - Нех осмотрелся и улегся прямо в центре зала на пол.

Дара подошла к нему и легла рядом. Аккуратно положила голову ему на грудь и обняла:

- Просто так теплее…

- Да, - ответил он и закрыл глаза.

- И удобнее…

- Да.

- Обними меня.

- Да.

Она тихо говорила что-то еще, и на все он отвечал «да», пока не провалился в сон.


***


Вместо Дары в его руках холодная светящаяся сфера. Руки немеют от холода. Он разжимает их. Светящийся шар поднимается к лунному свету, увеличивается, вытягивается и снова опускается.

Как странно. Что это?..

Анайрэ. Этот свет – Анайрэ. Она открывает перед ним книгу. На странице - силуэт грифа.

Боль в плече. Гриф – сделанный Анайрэ оберег, защищающий жизнь. Страница книги переворачивается.

Деревянный дом. Грубый стол. Деревенский обед.

Новая страница.

В дверном проеме того же дома - солнечный свет сквозь ветви деревьев.

Еще несколько страниц.

Девушка опускает подол платья. Стройные ноги. Только не видно лица.

Анайрэ закрывает книгу.

Ты обидел меня… А я была добра к тебе. Алчные люди. Ты задумал забрать у меня самое дорогое. Потому что, как и все, хотел денег и влияния. Все, чего хотела я - чтобы Нэт была в безопасности. Сделай же так, чтобы она была в безопасности!

Она не знает своей силы…

…может погубить себя…

… погубить…

- Постой! – тошнота подступила к горлу, и в ушах - звон лопнувших струн.

- Уже идем? – Дара терла сонные глаза.

Нех посмотрел вверх – сквозь отверстие виден клочок холодного серого неба.

- Идем. Как попадем в город? Стрекозы остались?

Он встал и подал ей руку.

- Зачем? В городе использую бабочек.

Рука Дары показалась слишком горячей в этот раз.

ГЛАВА 30. Автор: Тайклот

Мысленно матеря сокрушительный хук Неха и долбанных эльфов, которые промывали брату мозги, Тай остановился возле подпольной лавки Знахаря, много лет не очень-то изящно маскирующейся под бар-бильярдную. Вывеска «Розовый слон» приветливо подмигивала зелёным неоном.

Его-то здесь, конечно, не рады видеть, и вывеска определённо подмигивала не ему. Ну что ж…

Тай вошёл в полумрак и, пока дверь закрывалась, еще раз стукнул пальцами по тренькающему колокольчику.

Знахарь вышел не сразу, ему торопиться было некуда: обычно сюда не пить приходили. А раз так - хозяин набивал себе цену и заставлял посетителя топтаться и как следует обдумывать, зачем он явился и хватит ли у него деньжат. Знахарь, длинный, тощий и лысый, напоминал стилет, который по нелепой случайности протирал салфеткой бокалы за барной стойкой. Полки позади него изрядно поредели с прошлого визита Тая, когда всё тут рухнуло в тартарары.

- Здравствуй, Мастер, - сухо произнёс Знахарь. Теперь он не улыбался. Ни надменно, ни иронично. Никак. Косился поверх бокала с подозрением и даже с презрением.

Тай подошёл к барной стойке и сел на высокий стул, положил руки на столешницу и уставился на Знахаря.

- На удивление ты живуч, - Тай взял один из фужеров и повертел в пальцах, вглядываясь в поблёскивающие грани.

- Тебе надо что-то? - спокойно, но с проскальзывающими злыми нотками, ответил старый деляга, продолжая протирать стаканы.

- Да. Убежище.

- Спрятаться хочешь?

- Допустим. Есть такое местечко на примете?

- От магов Ди даже в другом мире не скрыться. Что я могу по сравнению с ними? Тебя всё равно найдут рано или поздно. Впрочем, есть местечко, на пятом ярусе Небесного города. Высоковато не будет?

Тай приподнял бровь, поставил фужер, огляделся. Знахарь убрал бокал и взялся за следующий.

- Давай, шампанского плехни мне.

- Брат твой не любит шампанское.

- Да, на дух не переносит, - кивнул Тай, глянув на спокойные, жилистые ладони ушлого старикана, которые размеренно занимались работой. На слова соболезнования у Знахаря, видимо, не хватило великодушия. Впрочем – и это уже становится всё очевиднее - здесь дело в другом. – Сколько стоит убежище?

- Дорого. Наскребёшь?

- Заплачу фирменной картой брата.

- А, ясно.

- Давай, переведу. – Тай достал карточку, а Знахарь, не глядя, пододвинул портативный терминал.

Тай бросил карту на стол, схватил Знахаря за руку и дернул на себя. Мужчина подскочил и плашмя развалился на столешнице. Считыватель и бокал полетели на пол. Они грохнулись, издав резкий совместный «клац», а Тай уже прижал голову Знахаря к столешнице и приставил кривой клинок к кадыку. Знахарь чуть приподнял подрагивающие ладони. Кадык дёрнулся - и на натянутой коже осталась тонкая красная полоска.

- А теперь говори, мразь, откуда знаешь, что брат жив? - прошипел Тай.

- Тай…

- Говори быстро. И не парь мне мозги, что не в курсе. Эта карта блокируется при смерти владельца. Ты же с ним годами дела вёл – и забыл?

- Тай! Послушай!

- На Ди работаешь, да? Поэтому у Неха ничего не вышло тогда, в купальне? Ди знает?! – при каждом слове Тай постукивал Знахаря головой о столешницу, жалея, что не может схватить за волосы и треснуть этого лысого урода сильнее.

В комнату вбежала личная охрана Знахаря, но хозяин поднял ладонь и остановил мужчин в нескольких шагах от барной стойки.

- Тихо, ребятки, - как можно спокойнее произнёс он, хотя говорить с вывернутой шеей наверняка было тяжеловато. - Мы не хотим тут толпой погибнуть же, так? Мастер, пожалуйста. Дай хоть слово сказать. Я – на вашей стороне. Знаю, что ты можешь сделать со мной, так зачем мне врать?! Ди не знает о Нехе. Если знает, то я тут ни при чём.

- Откуда знаешь ты?

Знахарь вздохнул, чуть пошевелил головой, капли пота ползли по виску и скатывались в глаз. Старик быстро-быстро заморгал красноватыми веками с редкими ресницами.

- Знаю, потому что… Небесная Принцесса знает.

- Она?

- Много лет я работаю на неё. А ты думал, за какие заслуги мне всё еще удаётся торговать в центре города, при моём-то послужном списке?

Тай цыкнул сквозь зубы и склонился к плоскому, прошитому красными прожилками, уху Знахаря.

- Принцесса знает про Книгу? Принцесса знает про Неха? Принцесса знает про Нэт? Принцесса знает про… меня?

- Что про тебя? – просипел Знахарь, удивлённо расширив глаза, так что желтоватые белки вылезли из-под век.

- Ясно. Значит, про всё остальное она – знает.

- Не связывайся с ней.

- Советы мне даёшь, да? – Тай хохотнул.

- Тай, ради богов! Ну, послушай старика! Прекрати это! Просто прекрати. Я спрячу Неха. Спрячу бесплатно, по старой памяти. Он – хороший человек. Спаси его. И сам спасись. Брось эту девку эльфийскую. Принцессу не остановить. Трёклятье! Ты знаешь, кто твои предки, какими силами они питались? Заканчивай уже! Нет смысла в борьбе, где ты в проигрыше.

- Посмотрим ещё, в каком я проигрыше. Чего хочет Принцесса?

- Откуда мне знать?! Поэтому я всё еще жив!

Тай прищурился и покрутил рукоять керамбита, задевая лезвием морщинистую кожу на глотке Знахаря. Кровавое пятно размазывалось, и щетина становилась красной.

- Стой, Тай, стой. Ради богов! Ну, убьёшь меня, что изменится?

- Получу моральное удовлетворение. Я не люблю, когда кто-то недвусмысленно трётся сзади. Чувствую себя, знаешь ли, несколько странно.

- Ты не успеешь заговорить оружие у всех моих бойцов разом. Режешь мне горло – погибаешь сам.

- Угрожаешь? Мне?! – Тай расхохотался. Зло и абсолютно искренне. Сразу захотелось доказать, что все предупреждения продажный врун может написать на бумажке, а потом подтереть ими зад.

- Ты – отмороженная тварь. Тебя уже нет… - Голос Знахаря стал пустым и безжизненным, словно старик действительно устал. И уже отнюдь не сегодня. – И не было никогда! Анайрэ никогда не верила тебе. Ещё с тех пор как приглядывала за вами, ты был абсолютно неуправляемый… Охранные печати на телах Нэт и Неха – знаешь, от кого? От тебя, урод! Шрам на плече брата твоего – помнишь ли о нём? – результат твоей вспыльчивости. Ты мог поубивать всех! И эту дурацкую девчонку, с которой Анайрэ так носилась…

- Что? – Тай нахмурился, пальцы на керамбите дрогнули.

Знахарь говорил о них с братом, но разве у Тая не должно быть этих же воспоминаний? В голове снова завьюжило пеплом чужих заклинаний…

Старик скосил глаза, помолчал секунду и облизнул губы. Замешательство он заметил, конечно, и решил сменить тон и тактику:

- Конечно, не помнишь… Нэт ты не обижал, отнюдь, хоть и забирал своевольно сюда, но ей тут нравилось, бегала по полянам, собирала цветы… Но Анайрэ здорово тогда струхнула, увидев, что ты можешь. Она же не учила ничему девчонку, прятала только, – Знахарь хмыкнул, снова покосившись и заискивающе заглянув в глаза: уж быть хитрой змеёй он умел. – Только ты ни в чём не признавался, а Анайрэ так ничего и не поняла. Как всегда! Она не снисходила до понимания таких как мы… - Знахарь замолк, поморщившись, словно досада одолела. – Гордая Первородная. Ей никто был не нужен! Я столько сделал для неё, когда она решила убежать отсюда, а она… А я всего лишь посмотрел в Книгу Эльфов. Просто хотел немного знаний для себя. Разве так сложно? Дать немного власти или вечной жизни? Разве много? Лишила меня магии, закрыла выходы в другие миры, унизила, сделав мишенью для Двора. Отняла у меня всё за мою помощь! Вот и получай теперь! Она и вас заставила забыть и уйти. Но вы всё равно нашли её никчёмную девчонку, как я и думал! Ха-ха-ха! Убери нож, пожалуйста, ведь наверняка хочешь знать, что же искали Нех и Кара? Ну…

Тай чуть отвёл нож, на полсантиметра.

- Искали Ключ к Глазам Дракона, - выговорил он холодно. – А Ключ был у Нэт, так?

- Да, Нех нашёл её, и хотя не помнил прошлого, но…

- Нэт ему понравилась… - Внутри всё покрывалось льдом, даже двигаться стало больно. – Когда Кара нашла Нэт – он встал у неё на пути, и…

- Да, появился ты. Так при чём здесь я? Тай, подумай! Разве я заварил эту кашу? В детстве Анайрэ заставила вас забыть Нэт и уйти из их жизни. Ей было важнее сделать Нэт обычным человеком. Да, два с лишним года назад Нех снова увидел Нэт, и Анайрэ…

- Не Анайрэ, - медленно проговорил Тай. – Два года назад… Не она. Я… Это я заставил его забыть.

Голова, наполненная битым стеклом, клонилась к земле. Но острые грани раздирали остатки заклинания, посаженного когда-то в подсознание. Это он заставил брата забыть. Вычеркнул из его головы всё, что случилось два года назад: стычку с Карой, её смерть, его поиски, походы в тот мир и… Нэт в том числе. Именно поэтому, буквально полчаса назад, не хотел слышать ничего от Неха… «Заткни ему рот!»

- Заткни ему рот… - прошептал Тай. – Ты поклялся…

- Тай… Тай?

Глаза Знахаря застыли на чём-то, и Тай обернулся. На сиреневых стенах плясали кривые тени, хотя ни одна тусклая лампа под потолком не покачивалась даже легонько. Но отражения чьих-то тёмных сущностей кривлялись и дёргались, отлепляясь от мрака и ныряя обратно во тьму, если свет проявлял их отчётливее, чем того хотели они. А там, в переплетении теней, демоны перепрыгивали через груды костей и перекидывались обглоданными черепами. Но одна из тварей вдруг замерла, не поддаваясь светопреставлению, и посмотрела на Тая. Не отвернулась. Глаза заполыхали серым огнём, и мир уменьшился в них, закрутился блестящей спиралью и превратился в серебряную точку. Пасть разъехалась в довольном оскале.

Люди Знахаря атаковали одновременно.

Тай даже рта не открыл. Положил ладонь на керамбит, подаренный Нэт - и серые эльфийские плети разлетелись в стороны быстрее мысли. Тени-плети разорвали охрану на куски до того, как кто-то из мужчин успел сделать первый шаг, и разметали по бару. Помещение, будто чем-то вещественным, плотно наполнилось электричеством, и теперь от пола до потолка потрескивало миниатюрными молниями. Тай развернулся. В темных углах, откуда сейчас особенно душно тянуло куревом и спиртным, словно последним вздохом умирающего кутёжника, тени слились с кровавыми кляксами, растекающимися по стенам. Красное на фиолетовом. Куски плоти сползали с краски и шлёпались пол, влажно и глухо. Одежда истлела еще до того, как куски тел впечатались в стены, но некоторые фрагменты ткани остались на стенах, как поникшие флаги утопленных в крови фортов.

Знахарь закрыл глаза.

- Тай! Последний раз прошу – заканчивай! - прошептал он. – Во что ты превращаешь синего мага? ты же знаешь!..

- Знаю? Понятия не имею. Ведь я такой. К тому же, я обещал тебе бесконечную пытку. А сентиментальная ересь, которую ты мне сейчас втюхал, думая, что я поверю и проникнусь, не сделала тебя моим дядюшкой.

- Тебя некому спасти, ты, щенок.

- Я не нуждаюсь в спасении.

Тай склонился над Знахарем и прошептал в ухо заклинание.

Тени на фиолетовых стенах слизывали кровавые потёки, косились серебряными глазами на тощего хозяина лавки. Их взгляды умножались в гранях бокалов и ускользали вместе с лёгким дымком тлеющих палочек с благовониями. Казалось, и звуки покинули это место, едва освещённое тусклыми лампами. Но только до той секунды, пока тишину не разорвал дикий, истошный вопль Знахаря. Старик расползался на молекулы, и процесс обещал быть почти бесконечным…

Твари на стенах облизывали окровавленные пасти и щурили горящие глаза, наблюдая, как разрывается на клочки и исчезает в небытии хозяин некогда самой известной лавки контрабандного товара. Как настоящая легенда, он не оставлял о себе ни грамма физического подтверждения.


***


Тай вышел из бильярдной. Зелёный неон над головой мигнул пару раз и погас.

Светало.

Телефон не работал - перегорел в ту же секунду, как эльфийская плеть вылетела из ножен.

- Так, ну что ж, надо будет проверить, что там за укромное местечко на Пятом ярусе. С этим – разобрались.

Тай поморщился и потрогал челюсть, которую повредил Нех. Когда это было? несколько минут назад?.. часов назад?.. дней?

Бесконечное чувство предательства и одиночества заставляли сердце гнать по венам чёрную кровь. Сила приходила по щелчку пальцев. Она пьянила. Кружила голову.

Тай покачнулся и схватился за дверной косяк.

- Нех… Нэт… - простонал он, оседая на порог.

Показалось, что свихнётся сейчас… от одурения, от запаха крови и благовоний, сопровождавших пытку. От бесконечных воплей агонии, звучавших в ушах... Но стон перешёл в хрип, хрип – в рычание. Тай поднял глаза, резко оттолкнулся от косяка и поднялся.

Надо идти.


***


Ди то и дело прикасался к забинтованной культе и нервно сжимал пальцы. Перстни позвякивали - и это как будто успокаивало. Потому что больше нигде успокоения найти не удавалось.

Как же так? Вот так просто, одним взмахом руки, эльфийская сука оборвала дорогу к трону, по которой он шёл вот уже долгие, долгие годы?! Ожидание, бесконечное и терпеливое ожидание того, когда оборвётся последняя память о нем, как об эльфе. И вот, выбравшись из тени, завоевав доверие смертных, поставив на трон живую куклу, как прикрытие для собственного подозрительно долгого существования, он так и не смог добраться до трона сам.

Ледяная стерва Принцесса теперь ни на шаг не позволит приблизиться к Дворцу. Первый её взбрык - отрицание мужчины, а дальше – что? С самого начала она не хотела подчиняться, он должен был понять это, но годы беспечной жизни расслабили, лишили чутья, и он как будто позабыл о реверсе: созданный мир оказался слишком костным, и, беспрекословно подчиняясь законам, сам превратился в закон для создателей. Да, руководить Небесной Империей – легко. Но теперь как добраться до этой власти? Как суметь перешагнуть устои, насаждавшиеся не одну сотню лет?! Что Принцесса теперь собирается делать? И Нэт - эта проклятая первородная - у неё в руках. И до сих пор, даже при проведённых над Нэт опытах, яснее не стало, что та могла дать Небесной Принцессе.

Ах, если бы знать! Если бы знать!

Ди побарабанил пальцами по подлокотнику трона – точной копии трона из Двора, из Судейского зала.

Цветок.

Принцесса – сама как этот мраморный цветок. Чего же она может желать?

Этот ублюдок, младший Моринехтар, втёрся к ней в доверие, и наверняка найдёт Глаза Дракона. Только как он сделает это без подсказок?

Ди стиснул в ладони документ, который братья когда-то добыли для него, не подозревая о его предназначении. Так называемая «карта» оказалась листком из Книги Эльфов, но под ничего не значащим рисунком были только эльфийские письмена: «только прах укажет дорогу спросившим». Эльфы всё время мудрили, говорили иносказательно, вечно приукрашивали любую ерунду. Потребовался не один десяток лет, чтобы разучиться думать так же витиевато. И, кажется, даже перестарался, иначе бы понял чуть раньше, что означали эти записульки! Но когда он, наконец, догадался о костях в аквариуме, проклятые выскочки, Мастер и эльфийка, уже явились и требовали кости себе! Столько сил потрачено – и всё впустую. И этот мерзкий Моринехтар, кажется, уверен в победе. Тоже что-то задумал? Хотя… Теперь, когда у него нет ничего - ни брата, ни девчонки - он точно слетит с катушек.

Ди усмехнулся.

Синие маги. Им же нужна любовь! Или они начинают превращаться в демонов, подпитываясь от основ разрушения, Хаоса. Если Мастер останется один, то сам себя уничтожит, своей же силой. Вообще неплохо, если сейчас Карнивал и его колдуны возьмут Мастера живым - можно будет вволю наслаждаться метаморфозами синего мага и извлечь из них разрушительную выгоду, но… эта тварь сильна и просто так не даст себя спеленать.

Лицо дёргалось. Тик раздражал всё сильнее, и не прекращался. Перстни позвякивали друг о друга. Камни поблёскивали.

Что же теперь делать? Взять трон силой? Но во Дворце почти все подчиняются Принцессе.

Ди хохотнул, но визгливые нотки в смехе заставили поперхнуться.

Бог делает людей свободными, Бог сам хочет свободы от фанатиков.

Ди всё-таки расхохотался и надрывался до тех пор, пока бинт на культе не пропитался кровью полностью. Красные ручейки ползли по мраморному подлокотнику. Уходящая жизнь. Ускользающее время. Капли срывались и шлёпались о мрамор. И уже там, внизу, застывали и превращались в перламутровые каменные цветы.

Эти переливающиеся лепестки. Они внутри него. Они были его миром. Камень внутри. Эльфы всё превращали в камень. Когда умирали. А он построил каменный мир живых людей. Смерть из жизни. Саркофаг.

Ди вскинул голову.

Принцесса не хочет быть мёртвой! Но она спятила, если решила…

Карта в руках Ди замерцала.

«Прольётся капля крови на каменное сердце. И сердце каменной страны откроется»

На карте отразились эти слова. Значит, дорогу кто-то нашёл. Его дворцовые шпионы уже должны знать – кто, поэтому единственное, что остаётся, это уничтожить всех, кто откроет сердце каменной страны. Ведь только в этом случае у него останется хоть какая-то надежда…

ГЛАВА 31. Автор: Тайклот

Тай вышел из портала, и тот с хлюпаньем сомкнулся за спиной, брызнув под ноги чёрной грязью. Она, как раскрывшийся веер, легла на белый снег.

На лесной опушке их тайного дома не было. И никого не было.

- Та-ак… - протянул Тай, осматривая поляну с кое-где торчащими остатками фундамента. Камни постепенно заносило снегом и ровняло с диким пейзажем начисто.

Тай крадучись приблизился к руинам, опустился на корточки, смахнул снег с огромного и потёртого, словно гладыш на дне ручья, камня и спросил.

Камень ответил. Колдуны. Мощные. Один владеет заклинанием времени. Ничего себе! Застань они его, вот была бы бойня.

Нех ушёл с Дарой. Сетку колдуны раскидывали на крупного зверя, а брат и магичка проскользнули, как мышки. Их даже не почувствовали, не прочитали ауру простейшей иллюзии - настолько мощным оказался их энергетический вброс и рассчитан он был на такой же мощи ответ. А тут – стрекозы, надо же…

Тай невольно поморщился.

Чёрт! Это брат звонил, значит, в ту секунду, когда накрылся телефон!

Сколько времени-то прошло? День? Два?

Снег летел и таял. Ложился крупными хлопьями на алеющую ягодами рябину, на которую Тай – эх, как давно это было! - смотрел с террасы. Странно, что только этот куст напоминал о доме. Ничего больше и не осталось. Всё поглотило время… Стёрло в порошок, развеяло пылью. Дом, воспоминания… всё…

Тай распрямился и посмотрел на небо. Сизое, тяжёлое, промозглое. Начало зимы приходило как начало конца. И снег, как пепел, кружил над брошенным кострищем их прошлого.

Если Ди всё-таки решил избавиться в первую очередь от Тая, то не отступит. Поэтому нет смысла прятаться. Уповать, что Ди раздавлен временным поражением, бессмысленно, и вряд ли эта гнида, как истинный эльф, сдохнет от печали. Поэтому - рано или поздно - Всесильный воспользуется ситуацией - и Нэт или Нех станут заложниками.

Или сначала Глаза Дракона? Только вот зачем они Принцессе? И не вручит ли он своими руками ей оружие? Она вела игру, но правила не обозначила даже штрих-пунктиром.

Тай приложил ладонь к камням, в том месте, где, помнится, был камин. Усмехнулся и с шумом выдохнул густое облако пара.

Нех. В этом весь он. Забрал альбом с фотками. А по альбому можно нащупать, куда пошёл брат.

Тай огляделся. Камни видели и подсказали, куда подались беглецы. Энергетика вещи, взятой Нехом, как едва видимая дымка лёгкого солнечного и тёплого воспоминания, тянулась через лес.

Тай, чуть ли не принюхиваясь, прошёлся по поляне. От дерева к дереву, вглубь, отслеживая чёткие или едва уловимые картинки побега. Ну вот, наконец, и сосна с корявыми корнями. Да, возле неё они открыли портал. Нех прижал к себе Дару очень крепко, а та завернулась в объятия, как в плед. Она дрожала от холода и одновременно сгорала от жара.

Тай тряхнул головой, пытаясь избавиться от ярких картинок, всплывших в голове. Дара и Нех пьют кофе. Она прижимается к нему. Целует его…

Тай остановился в нерешительности.

Это морок? Такого не могло быть.

Дара связала его, сделав рабом Принцессы, и хотя так крепко заклинать по крови умела только она, после подобного ритуала временно и магичка становилась уязвимой, открытой в чувствах, как на ладони. И теперь он чувствовал Дару, её яркие ментальные вспышки, картинки в сознании.

Её губы касаются кожи. Кожи брата. Его шеи, уха.

Уголок рта невольно скривился, расползаясь, будто в оскале, но Тай вовремя одёрнул себя.

Картинки были очень яркими, чувственными, наполненными эротизмом и похотью. Чьё это желание? Чёртова Дара! Что она творила?! Что Нех позволил ей делать? Что делал он сам?!

Тай рывком схватил нить пространства и сдёрнул реальность, как покрывало с картины. Ткань с треском разлетелась на клочки, швы сочились чернильной вязкой жидкостью, из раны высунулись чёрные языки пламени и лизнули ботинки, будто с подобострастием приглашали войти и вспыхнуть в яростном огне. Подавляя раздражение и злость, Тай перешагнул порог между мирами. Он умер и возродился на той стороне, а дверь захлопнулась, оставив запах сгоревшей плоти. Вонь, словно отрава, расползалась теперь по звенящему чистотой лесному воздуху.

Тай оказался на пути к Залесью. Они частенько здесь с Дарой «выходили» в своих вылазках и перебирались вброд через речку. Можно было бы и короче, но вода смывала с них бОльшую часть информации, да и обнажённая Дара была чертовски хороша. Однако здесь магическим способностям Тая приходил конец. В этом мире вещи не говорили с ним. Сейчас это выводило из себя и заставляло материться, но никак не прибавляло представлений, куда и зачем подались Дара и брат.

Минуту Тай стоял в нерешительности, оглядывая знакомые и такие доселе неприветливые места. Здесь каждый шаг раньше грозил смертью, теперь же это место затихло, умерев вместе с Анайрэ и её оглушительной по силе магией.

Что же делали здесь Дара и Нех?

Где-то на периферии сознания опять вспыли яркие чувственные картинки. Временный обмен с Дарой эмоциональным подъёмом выбивал из колеи и злил всё больше. Что они делали здесь вдвоём?! Немного успокаивало только одно: они живы и в безопасности. Но не оставалось иного, как возвратиться и ждать их на той стороне. Здесь топтаться смысла не было.

Тай уже почти поднял руку, чтобы ладонью, как клинком, вспороть плоть мироздания, но вдруг в реальности перед ним появилась брешь подобно тонкой царапине, а потом расползлась и расширилась, как прожжённая в бумажной картине дыра. И на галечный берег спрыгнули несколько людей, коренастых и спортивных, в камуфляжной форме.

- П-п-п-ля! Вот это, т-т-твою м-м-мать, встре-еча! – хохотнул Крег, поправляя на носу неизменные солнцезащитные очки. Его «правая рука», Цзянь, тут же загородил хозяина, но Крег уверенно отпихнул рьяного защитника, выступая вперёд.

- Да этот у-у-блюдок ничего здесь не может, не парься. А у нас даже х-х-хренов маг имеется, думаю, умеет еще хоть что-то, кроме как двери эти д-д-долбанные открывать.

Тай глянул на невысокого человека в красном капюшоне. Маг резко склонил голову, скрыв лицо в тени накидки. Либо мелкий помощник, либо большой умелец, который скрывал силу. Впрочем, это абсолютно неважно сейчас, в этом месте.

- Я тебя, с-сучий п-потрох, долго ждал. И вот где обнаружил, вот тебе на! Что спешишь и падаешь принести мне Глаза Дракона? Как бы Дара ни заливала, так и знал, что от такой п-п-паскуды - только подстава.

Тай расстегнул полупальто, завёл руки за спину и одновременно отстегнул оба клапана на ножнах.

- Да не рыпайся ты! – хохотнул Крейг. – Как н-н-невдолбенно хорошо, что теперь я и без тебя справлюсь.

Он достал из наплечной кобуры аспидно-чёрный Desert Eagle, один из самых мощных пистолетов, и небрежно подкинул на ладони.

- Ох-х-хрененная игрушка!

- Ага. Поддерживает твой ох-хрененный статус кво, - проговорил Тай, не отрывая взгляда от оружия. Преимуществ против огнестрела - нет, а от пули - не увернуться. Но всё-таки он поддел большими пальцами кольца керамбитов и потянул вверх.

Крег перехватил рукоять и выстрелил.

Кривое зазубренное копьё из огня, весом в тонну, вонзилось в живот и разорвало там кислотную бомбу. Кишки лопнули и разметались с треском, по живому. Дыхание остановилось. Тай пошатнулся и рухнул на колени. Подбородок упал на грудь, а в глазах темнело так же быстро, как кровавое пятно расцветало алым вокруг рваной дырки в белом пуловере.

- Помучайся, в-в-выродок. Специально в живот за-за-захреначил, вот теперь пораскинь своими у-ушлёпскими мозгами, на кого вякал, и сдохни уже. Жаль, что некогда мне, а то бы поразвлёкся с тобой основательней. Посмотрел бы под пивко, как мои ребята имеют х-хренова Мастера.

Тай выдернул керамбиты и взмахнул руками крест-накрест, разрезая пространство. Помощники Крега схватились за оружие, но Тай уже вынырнул возле предводителя. Вновь раскинул руки, располосовал реальность, как драные шторы на окне в иной мир. Выдох. Стон. Кишки перекручивались и вываливались, сознание болталось на утончавшейся нити. Тай втолкнул Крега в «окно». Противник, распахнув руки, бухнулся в речную воду. Открыл рот, захлебнулся, захрипел, выпустил целую тучу пузырей из лёгких, а пистолет - из ладони.

Перед глазами темнело. Кровь толчками уходила из разорванных внутренностей. Но если Крег будет в форме, то не даст и минуты.

Где-то над поверхностью воды бухнули выстрелы.

Красная вода кружила, размазывая бурые ленты по бледному лицу Крега, перекошенному, с выпученными глазами. Темная ледяная трясина отнимала силы, сковывала тело, лишала воли к борьбе. И только яростный огненный дракон, жевавший кишки, не давал погрузиться в оцепенение и вечную летаргию здешних, холодных, как сама смерть, вод. Тай схватил Крега за грудки, посмотрел в глаза и зло усмехнулся.

Мужчина взмахнул рукой, отбиваясь, но Тай снова одним мощным движением зачерпнул в горсть ленту подводного течения и закрутил в красно-чёрный водоворот. Проходя через пальцы и тело, вода кровоточила и растворяла в себе часть реальности; мироздание разверзлось - и волна хлынула в другой мир.

С кровью, с песком и обжигающим холодом Тая и Крега вынесло на заснеженную поляну. Вода размыла снежный покров, и Крег, задыхаясь и кашляя, пытался оклематься в грязной, чёрной луже. Проход через вечный огонь портала опалил одежду, и теперь от неё валил пар.

Тай распрямился, задыхаясь от мучительного спазма. И, делая вдох через раз, прошептал в тело заклинание. Только вот срастить разорванные кишки – это дело не одной секунды, а Крег меж тем прокашлялся и, поскальзываясь и падая, поднимался с карачек. Тай с размаха ногой врезал ему по челюсти. Мужчина завалился, хлюпнули снег и вода. Грязная жижа окатила обоих. Тай упал рядом, корчась, загребая грязь и истово вколачивая в тело заклинания.

- С-сука! – прохрипел Крег. – Ш-шандец тебе, у-у-ублюдок!

Боль проходила.

- Как ты, псина д-д-долбанная, корчился на коленях. Вот так ботинки мои и будешь теперь всю жизнь лизать, запомни, у-у-ушлёпище. К х-х-херам тебя убивать? Скажу Принцессе, чтобы отдала мне.

- Ты меня не потянешь, мудак, - прохрипел Тай.

Возле них пространство разошлось аккуратным овалом, медленно и осторожно - маг Крега всё-таки был не сильным и почти «слепым», раз так долго искал место, где необходимо открыть дверь.

Тай подтянул себя ментальным усилием за загривок и буквально швырнул на Крега, завалил на лопатки, одновременно скрестив ножи над раскрывшимся горлом. Крег уперся стальными пальцами Таю в кадык, схватил за трахею, сдавил, словно прессом. Тай дёрнул ножи наискось - и кровь хлынула фонтаном.

- Хозяин?!

Цзянь бросился вперёд. Крег, схватившись за горло, в конвульсиях задрыгался на грязном снегу. Взгляд мутных глаз стекленел, уставившись в такое же мутное небо. Тай поднялся над дёргающимся телом. Тыльной стороной ладони утёр кровь с лица. Трахея была смята, но не раздавлена, и постепенно восстанавливалась. Тай перешагнул через булькающего горлом Крега. Кровь из раны била уже не так высоко и яростно. Тай развёл руки.

- Можете стрелять, - сипло проговорил он. - Но не советую. Тем более что ваш хозяин… - Тай обернулся на подрагивающего Крега и закончил: - … будем считать – мёртв.

Цзянь остановился в нерешительности. Опустил руки.

Тай покрутил ножи на больших пальцах.

- Можем подраться, конечно, если есть желание, - хрипло, но уже более твёрдо, предложил он и еще раз отёр капли крови, бегущие на глаза с бровей.

Цзянь не шевелился.

Тай шепнул в пальто заклинание - и вода с грязью хлынули с него ручьём. Всё-таки было чересчур холодно, чтобы стоять на морозце мокрым с головы до пят. Пальто, к тому же, снова блистало ослепительной белизной, и Тай довольно усмехнулся. Клинок Нэт он убрал в ножны, своим же поигрывал в пальцах.

Маг в красном осторожно приблизился к Цзяню.

- Вам лучше вернуться в свой мир и оставить всё так. Не связывайтесь с этим человеком.

- Я вижу. Только не с человеком. Я же говорил боссу.

Через минуту на поляне остался только Тай и затихшее, наконец, тело Крега. Умирая, он так долго цеплялся за жизнь, словно ему откуда-то вливали дополнительную кровь. Но всё подходит к концу. И эта битва – тоже.

- Вот и закончили мы наше дело, верно, дерьма кусок? Скажи спасибо, что я тебе не припомнил испорченный день рождение брата.

Тай присел возле Крега на корточки и вытер клинок о куртку покойного. Что ж, Неха он так и не нашёл, поэтому ничего не оставалось, как заняться текущими делами и доставить Крега туда, куда тот так рвался при жизни. И посмотреть на реакцию Принцессы.

Происходящее пока что не складывалось в цельную картину. Но очевидно - Крег шёл за Глазами Дракона. А присутствие мага в церемониальных одеждах доказывало, что наводку он получил от самой Принцессы, ну, или через её подданных, это не так важно. Принцесса захотела сделать что-то самостоятельно, неизвестно как получив информацию. Она сама отдала предпочтение Крегу Рифтусу, лишь бы приз не достались Ди. Это понятно, но для этого она нанимала его, Тая. Так что же теперь? Он ей не нужен? Или она испугалась, что он всё-таки найдёт Глаза Дракона? Почему? Захотела подержать его на коротком поводке? Опасалась чего-то?

Тай засунул керамбит в ножны, одёрнул пальто и провёл пятернями по волосам.

Хотелось завалиться спать, но, кажется, дело принимало патовый оборот. И требовало быстроты реакции… и свежей одежды без дырок в районе живота. А, чёрт дери! Еще придётся догонять того хиленького благоразумного мага и спустить его по быстрой реке где-нибудь в Залесье. Свидетели в таком деле – ни к чему. Морока одна!


***


Тай, одевшись соответственно уровню встречи, зашёл в Судейский зал. Переступая порог, он поморщился. Серый пол, выложенный узором в виде волн, жёлтый георгин в центре, сверкающий холодным слюдяным блеском, дымчатые колонны, поддерживающие, казалось, само небесное правосудие, и трон в виде цветка, с которого ниспадали каменные лепестки – всё это напомнило о крови брата. О хрипе, задушенном клетью колонн и стен, а так же тысячью жадных взглядов. Придворные исправно заполняли собственную пустоту картинками расправы, названной законностью.

Принцесса на этот раз не спряталась в каменных острых лепестках трона, как в броне. Она стояла чуть впереди, а рядом… застыла Нэт.

Ну, что ж… поиграем. Терять больше нечего. Значит, остаётся только одно – приобрести.


***


У Нэт от волнения не потели ладони, но всё равно хотелось их вымыть и вытереть насухо раз сто. Стоять в этом зале, смотреть на проклятый георгин, цветок, который так любила в жизни, не было моральных сил. А неподвижность и величественность Принцессы злили. Словно Нэт стояла за кулисами и слышала неестественный, надрывный смех актрисы, звучавший, пока зрители не пришли. И паршивые слова, вываливающиеся из прогнившего нутра. Но теперь Принцесса словно уснула, и даже хрустально-бирюзовое платье было эмоциональнее хозяйки. Голубые топазы в волосах казались предателями неподвижности, потому что смели переливаться радостным блеском.

Тай опустился на колено посередине жёлтого цветка, и Нэт на миг отвела глаза. Не хотелось видеть его там, на том месте, где всё решал взмах ножа. Гадко и страшно.

Тай склонил голову, но когда с разрешения Принцессы поднял лицо, глаза его тут же перехватили взгляд Нэт.

Черты его лица заострились, излом красивых бровей стал жёстче, теперь мягкость фарфоровой гладкости почти не ощущалась, словно через неё протянули металлические нити. Серебряные глаза, казалось, поблёскивали ярче, но притягивали теперь, как смертоносное искушение. И это пугало. Однако Тай едва заметно улыбнулся ей - и Нэт снова, будто через изменившийся рисунок калейдоскопа, увидела, как он необыкновенно красив и гармоничен здесь, в этом опасном месте.

- Приветствую вас, Ваше Высочество! – проговорил Тай мягко, но чуть с хрипотцой. Мурашки побежали по рукам – голосом он словно мехом между лопаток провел.

- Приветствую, Моринехтар! – спокойно ответила Принцесса. – Мне доложили, что у тебя что-то есть для меня? Поднимись с колен.

Тай распрямился и посмотрел на Принцессу. Нэт перевела дыхание. Необходимо собраться. Принцесса не зря пригласила составить компанию на этой встрече.

Нашёл ли Тай Глаза Дракона? Если нашёл, отдаст ли? Если отдаст – то что будет дальше, он же наверняка не знает, что на уме у Принцессы. Пока ненайденные Глаза Дракона – залог его относительной свободы, но поручение всё равно придётся исполнить, ведь иначе он не получит кости и не спасёт Неха. И что тогда? Рабская жизнь под этим хмырём – как его? - Крегом и медленная смерть?

Нэт стиснула зубы.

Она точно что-то придумает. Неужели она сейчас у трона только для того, чтобы, как дрожащая глупая девчонка, прятаться? Она почти на вершине мира, но всё, что себе позволяет – это скулёж и сомнения? Ну уж нет!

- Да, у меня есть для вас новости, Ваше Высочество.

Тай щёлкнул пальцами - и от дверей отделилось четыре человека, неся что-то в огромном чёрном полотнище, украшенном броскими, похожими на гербы, эмблемами и жёлтыми георгинами. Остановившись возле Тая, они опустили концы носилок на пол и бережно, с очевидным почтением, развернули. Посередине лежало тело того рыжего мужика, который унижал Тая в их доме. Нэт едва запомнила тогда его имя, но пришлось выучить: выяснилось, что этот хамоватый тип имел одни из самых древних и благородных фамильных корней и остался единственным претендентом на руку Принцессы… а так же одной из марионеток в плане Её Высочества.

Смотреть на мертвеца было не по себе, но Нэт не отводила взгляда.

Однако если раньше Принцесса не шевелилась, скрывая настроение, то теперь, казалось, даже топазы перестали отражать свет люстр и сам воздух застыл возле её фигуры.

- Это печально, но кандидатов на вашу руку больше не осталось.

Принцесса молчала несколько долгих секунд, буравя Тая взглядом.

- Это ты его убил?

Тай улыбнулся одной стороной губ и приподнял брови.

- Как бы я посмел? Это же человек, который борется за место подле вас! Разве могу идти против ваших желаний, Ваше Высочество, если ваши желания… истинные?

Тай изобразил лёгкий поклон. Глаза его потемнели. Весь он был словно издёвка над правдой.

Нэт переступила с ноги на ногу, бросив на Принцессу быстрый и осторожный взгляд.

- Что ж, это, действительно, печально. Тем более что проверить смерть сложно, если этого благородного мужа убил один из самых сильных магов, затирающий следы одним взглядом. Как ты думаешь, могут быть такие здесь?

- Не смею даже предположить, потому как не хотел бы переходить такому магу дорогу со своими скромными способностями!

- Подозреваю, что его убили специально.

- Вполне может быть, Ваше Высочество. Хотя человек он был довольно неприятный, должен признать. Но уверяю вас, я лично вообще ничего не делаю специально, а исключительно под влиянием момента или по велению сердца.

- Да, я понимаю.

Тай склонил голову.

- Очень приятно, когда мы понимаем друг друга. Вы – моя хозяйка, я - всего лишь преданный слуга. Но поверьте, я скорблю о судьбе господина Рифтуса. Он был прекрасной кандидатурой. В плане того, что был прост, как вот эта колонна. Увы, он сошёл с дистанции по причине увечий, несовместимых с жизнью. Хотя, если размышлять здраво, вдумчиво обращаться с Небесной Империей он не смог бы, будь у него хоть девять жизней. Но как же теперь быть? Ведь задание еще не выполнено, а кандидатов не осталось. И теперь кто-то еще – естественно с высоким происхождением и, безусловно, без эльфийской крови в жилах - сможет возложить подобную честь на свои плечи.

Тай вскинул глаза. Горящий, теперь почти чёрный взгляд. У Тая не было никаких магических эльфийских предметов, но сердце видело, как аспидные, липкие реки поднимались вокруг мужчины, перекрещивались потоками, брызгали на золотой цветок мрачными кляксами, и под ними каменные лепестки приподнимались из глади пола, гнили и сворачивались. Его лицо – словно клетка для ярости. Ярость билась в каждой мышце, но не прорывалась. Однако в любой момент она готовилась пробить заслоны и затащить в свой омут.

Принцесса впервые пошевелила еще чем-то, кроме губ. Кончики пальцев дрогнули, и она коснулась шёлковых складок платья. Потёрла их едва заметным движением, словно пытаясь отмыться или обрести связь с реальностью.

- Я хочу сказать, что в великой преданности вам не хотел бы, чтобы ваше счастье составил кто-то недостойный.

- Пока Глаз Дракона нет, то едва ли разговор состоятелен. В остальном случае – я буду следовать традиции, - почти неслышно произнесла Принцесса, но было заметно, что она усилием всего тела пыталась контролировать предательские движения пальцев.

- А я надеюсь на скорейшее разрешение создавшейся ситуации. Её щекотливость будоражит умы людей, которые ждут не дождутся появления супруга нашей Небесной Принцессы, сердца нашей Империи. Меж тем, я тот, кто всё еще следует приказу Вашего Высочества и не прекращает поисков. Но кому же я теперь помогаю, и кому вы отдадите сердце?

- Я буду помнить, кто ты такой, Моринехтар.

Тай улыбнулся и еще раз склонил голову.

- Можешь быть свободен.

Тай поднял лицо и посмотрел на Нэт. Тёмные энергетические струи вокруг него опали, разбились об пол, впитались в камни и исчезли.

- Скот, - прошипела сквозь зубы Принцесса, а Нэт замерла: только растерянность не позволила вырваться изумлению, потому что лицо у Небесной не шевелилось.

- Ваше Высочество, - проговорила Нэт. – Я бы хотела попросить дозволения на встречу с Мастером один на один. Кажется, тот, чья жизнь зависит от вас, многое позволяет себе на словах, и хочу напомнить ему, под чьей я нахожусь защитой.

И в этот миг Принцесса впервые улыбнулась. Так, что даже зубы блеснули.

- Что ж. Твои слова – льстивы, хоть в них мало правды, но не вижу в этой встрече ничего страшного. Ты будешь на моей стороне, я уверена. Но всё-таки предупреждаю: следи за словами. А заодно покажи, как далеко распространяется моя воля, когда сделаешь ему… так же… больно…

Нэт опасливо покосилась на Принцессу, но прояснить странность последней фразы не посмела, а только склонила голову.

В ушах, даже в полной тишине, звучал злобный, ядовитый смех.


***


Нэт сидела возле огромных трельяжных зеркал вполоборота, так что, когда Тай вошёл в комнату, она на него не смотрела, а вот её отражения – да. Необыкновенно прекрасная и манкая, как всегда. Потрясающее внутреннее преображение он не мог не отметить еще там, в Судейском зале. Статность, выдержка и блистание. Поразительная величественность, даже рядом с Принцессой. Но Небесная рождена быть такой, Дворец назвал её владычицей. А вот Нэт выглядела так, словно именно она поддерживала всю суть здания – Дворец назывался Дворцом лишь потому, что она была здесь. Только вот взгляд и надменный изгиб губ делали её чужой и космически далёкой, превращали в гостью не из другого мира, а из другой галактики.

Нэт, наконец, посмотрела на него. Брильянты в волосах радугой отразились в зеркальной поверхности, и вся девушка словно вспыхнула волшебными переливами.

Нет, она – не гостья. Она сама – как мир. Чужой, блистающий и прекрасный.

Тай улыбнулся, теперь открыто, не сдерживаясь.

- Привет, Нэт.

Она поднялась без спешки. Длинное, струящееся платье не замедляло движений, но создавало ощущение, что Нэт превратилась в гибкие, искрящиеся струи водопада. Это завораживало настолько, что он едва не пропустил, как она аккуратно постучала пальцем по мочке уха.

Он кивнул.

Раз она позвала его сюда, значит, возможность поговорить найдётся даже при прослушке, но тишина с самого начала разговора выглядела бы подозрительно.

- Так ты до сих пор не нашёл Глаза Дракона? – холодно спросила она. – Честно говоря, я надеялась на большее, учитывая, что мне приходится сидеть здесь и ждать. Ну что ж теперь поделать… - она нарочито вздохнула. - В мире нет совершенства… досада, даже говорить не охота теперь. Располагайся, выпей чего-нибудь пока. Принцесса, к счастью, щедра к нам.

Нэт провела пальцами по гладкой белой спинке стула, а затем открыла шкатулку. Едва заметное перламутровое мерцание даже при ярком свете чуть дрогнуло над бархатной обивкой.

- Так нас не услышат, - тихо произнесла она. Пальцы её застыли на крышечке шкатулки, сжали. Глаз она не поднимала.

- Нэт? – он уверенно шагнул в её сторону, протягивая руку.

- Пожалуйста, не подходи! – вдруг осадила она, но странный надлом в голосе заставил его всё-таки приблизиться и остановиться напротив. Теперь их разделял только стул.

- Как ты здесь, Нэт?

- Я справилась же? – всё так же негромко. – Как ты и хотел? Я же справилась?

- Ты о чём? - Тай подался вперёд, отодвигая стул. - Нэт, что с тобой? Почему не смотришь на меня?

Нэт отступила, натолкнулась на трельяж, схватилась напряжёнными пальцами за край столешницы.

- Я же сказала: не подходи ко мне! Я послала тебе грифа, потому что кости рассказали мне, где Глаза Дракона. Как ты и предполагал. Но я хотела рассказать тебе, что узнала всё сама. И еще…Принцесса знает о Нехе. Все вы в опасности.

Тай смотрел на неё, взволнованную и смущенную своей инициативой. Словно она боялась, что позволила себе слишком много, но при этом ошиблась. Поэтому начинала признания с самого главного и важного.

- Я знаю, - спокойно ответил Тай. – И ценю заботу о нас, но твой гриф наверняка улетел к Неху. Ясно теперь, почему брат был там, в Залесье… - Тай досадливо цыкнул сквозь зубы. – Да еще с Дарой, которая до одури предана Принцессе. Дьявол, и понятно теперь, что там делал этот хмырь Крег…

- Так это ты убил его?! – Нэт вскинула взгляд. Глаза темного ореха поблёскивали не встревожено даже, а словно в панике. – Тай, что ты натворил?!

- А что я натворил? – Тай глянул исподлобья. – Натворил… - он раздражённо хмыкнул. – Этот урод выстрелил мне в живот. Его вспоротая глотка – не такое уж грандиозное «натворение» при подобном «недопонимании». Что за эвфемизмы? Хочешь сказать, что ты, мол, даже такого не представляла?!

Тай остановился возле неё, чуть нависнув и отразившись в стёклах-лабиринтах. Он – и не он. Где-то там, в одном из тысяч отражений, на него взирал демон, притаившийся в миллионах лиц. Тай поежился, невольно оглянулся и никого не обнаружил за спиной. Но даже если он не видел, это не значило, что не замечала Нэт. Сейчас она словно боялась чего-то…

- Ничего такого я не хочу сказать! – раздражённо, с прорвавшейся злостью, перебила Нэт. – Что ты сейчас творил в зале? Ты угрожал ей! Ты вёл себя слишком дерзко!

- Что?! Дерзко?!

- Да. Ты же знаешь, что она в состоянии раздавить тебя! А ты взялся ей угрожать! – Нэт всплеснула руками, перламутровые ногти блеснули.

- Раз ты это поняла, надеюсь, что она – тем более, - зло ответил Тай. – Даже если она узнает, где эти чёртовы Глаза Дракона, сама она выйти из Дворца не сможет. Все знают, что это – задание для претендента ей в мужья. Ха. Ха. Ха.

Твари в зеркалах множились, перескакивая из отражения в отражение. Хищные глаза горели серебром. Раздвоенные языки скользили по клыкам. Тьма рождалась в проступающих пятнах повреждённой амальгамы и, поглощая свет, повторяла саму себя, пока в бесконечности не превратилась в точку. Точку, которая не являлась концом, но начинала путь, у которого нет конца.

-Тай! Но чем ты угрожал?! Понимаешь, чем?! Сказал, что именно ты…– Нэт запнулась, опустила руки.

- Да что такое?! – Тай почти прорычал. Зеркало за спиной Нэт уже ничего не отражало, оно потянулось к ней тьмой, делая рождённое внутри себя частью реальности. – Она ударила меня. А мы – в разных весовых категориях. Я просто нашёл удар побольнее. Ведь какой смысл в куче бесполезных тычков, если противник пришибёт меня одним хлопком?!

Нэт кусала губы.

- Чего, чёрт подери?! Я использую всё, чтобы победить! Пусть меня хоть на лоскуты порвут.

- Ты сказал… тебя ранили? – вдруг слабо спросила она.

Тай замер.

- Тебе было очень больно? – голос дрожал.

Он подался к ней, но она остановила, подняв руку.

- Да, ерунда, - Тай неуверенно усмехнулся. – Помутило немного. Жаль, что этот урод недолго мучился.

Она подняла на него большие блестящие глаза. Такие ясные, умные. В них было столько боли.

- Кто там, внутри? – прошептала она, и его словно кипятком ошпарило от ужаса: он понял, о чём она, но отказывался принять её заблуждение, её побег от него таким способом.

- Никого, Нэт… только я, - устало выдохнул он.

Она смотрела на него несколько бесконечно долгих секунд, а потом вдруг продолжила:

- Тай, мне так страшно… - она запнулась, - страшно потому, что даже когда ты говоришь такие ужасные вещи… остаёшься для меня Таем. Только Таем. И мне страшно от этого. Даже когда ты делаешь ужасные вещи… всё равно остаёшься Таем. Я малодушно ищу внешнего врага, чтобы найти тебе оправдание. Так стыдно за эту слабость. Не понимаю, зачем делаю это.

- Нэт…

Он больше не решался сделать шаг, застыл, боясь, что окончательно спугнёт её, вынудит отвернуться, испытать отвращение.

Отражения в стеклах, как карточная колода, поворачивались лицевой стороной. Демоны бросались вперёд и разбивались о стекло, исчезая с тёмными всполохами.

- Нэт, я сделаю всё, что скажешь. Потерпи. Мы уберём Ди. Я уберу всех с твоего пути. Никто и ничто не сможет тебе угрожать. С твоей силой ты получишь власть, о которой я говорил. Без власти здесь делать нечего. Я знаю, я видел, ты этого достойна. А мне больше нечего тебе предложить…

- Ты – это ты, - наконец с улыбкой произнесла Нэт, покачав головой. – Ты – этот мир.

Зеркала отражали только комнату и прямую спину Нэт, её напряжённые руки. И его взгляд на неё. Демоны не в зеркале. И не за его спиной. Но даже если они заполняли до краёв его, пока не могли причинить зла ей.

- Не переживай, - хрипло произнёс он. – Я теперь, кажется, сообразил, что к чему. Нех получил послание, а я попробую перехватить брата, пока мы тут не накосорезили по самое не могу.

- Тай! – Нэт подалась к нему и положила ладонь на его руку.

В первое мгновение показалось, что по пальцам ударил раскалённый железный прут и раздробил кости. Тай едва не вскрикнул и не дёрнул рукой, но лишь маг внутри смог на долю мига раньше распознать колдовство. Заклятие по крови. Дара наложила узы – и, естественно, не могла не отомстить. Она сделала Тая стопроцентным рабом Принцессы: сгорая от желания, стремясь к Нэт душой и телом, он теперь оказался физически не в состоянии переносить прикосновений женщины, которую любил.

Вот и всё.

Вот. И. Всё.

На миг он прикрыл глаза: кости рассыпались под нежными прикосновениями Нэт.

- Тай!

Видимо, забеспокоившись, Нэт прикоснулась к его подбородку. Но робко и легонько, словно только мыслью. Мышцы лопались под её пальцами. Тай стиснул зубы.

- Тебе больно? – тревога в голосе была неподдельной.

- Нет. Не больно… – простонал он и окунулся лицом в её ладонь, пока она не опустила руку, пока прикасалась к нему сама, добровольно. Этого никогда не случалось раньше. И это могло закончиться в любую секунду, оборваться, как сон.

Она провела пальцами по его лицу, успокаивая, лаская.

- Ты устал?

Она сдирала кожу ему с лица, но не было сил её отпустить. Её ласки пахли клубникой. Он прикоснулся губами к внутренней стороне ладони и прошептал не словами, лишь дыханием:

- Я люблю тебя… люблю тебя… люблю…

- Что ты говоришь? – робко улыбнулась она.

Стояла рядом, так невозможно близко. Такая прекрасная. Такая открытая сейчас.

Он осторожно придержал её запястье.

- Не убирай руку. Я скажу заклинание - и ты сможешь отвечать за жизнь и смерть, только сжав ладонь.

Она неуверенно рассмеялась.

- Ты – плут. Обманываешь меня, как всегда!

Но руку не убрала. Он взял вторую её ладонь и положил себе на грудь.

- Ты что-то путаешь, милая Нэт. Когда это я тебя обманывал? Вот, смотри. Ты можешь. Сожми пальцы – и ты остановишь его.

Нэт осторожно шевельнула пальцами. Сердце взорвалось болью и остановилось.

Тай покачнулся, пронзительный удар парализовал каждую мышцу, боль прошила каждый нерв, но он устоял на ногах. Толком ничего не осознавая, Нэт всё-таки отдёрнула руку.

- Не надо... Это страшно.

- Видишь, как много ты можешь… - прошептал Тай. Из уголка рта, щекоча кожу, побежала струйка крови. – Можешь убить меня. Только ты.

- Не глупи. Нех никому не позволит убить тебя. Даже мне.

Он негромко рассмеялся, не отпуская её руки. Там, где касался её, вены и мышцы внутри него сваривались в один кусок мяса, кровь пенилась в артериях, как в лабораторных колбах.

- Но я не отпущу тебя. Потому что я – чёртов эгоист.

Она, глядя на него испуганными глазами, отёрла струйку крови возле губ. Казалось, она стёрла её вместе с кожей.

- Потому что я нужна, чтобы добыть кости?

Тай усмехнулся.

Она отняла руку. Кровь на тыльной стороне её ладони вспыхнула тюльпаном на бледной коже.

- Это похоже… - она подняла на него взор.

- Да. На что же это похоже? – грустно улыбаясь, спросил он. Осторожно взял её руку в свои и нежно стёр большим пальцем рисунок на коже.

- Это похоже на заклинание… - прошептала она.

- …то самое заклинание, которое, похоже, убьёт меня…

Он резко выдохнул и притянул Нэт к себе. Обнял на миг, сгорая заживо, но не в силах не думать, что прикасается к её телу. Провёл ладонью по обнажённой спине в вырезе платья. Горячая, гибкая. Кожа, как батист.

Пальцы чуть не скользнули под складку свободного выреза, наискосок, по хрупким рёбрам, и дальше – едва касаясь - под грудь. Туда, где дыхание замирало, где рождался жар биения, где мягкая, прохладная ткань гладила кожу, легко тёрлась, будоражила, словно ласкала там, где хотелось ему прикасаться дыханием, губами… поднимать по звенящим струнам напряжённого тела сладкую негу и красть поцелуями нарастающее возбуждение…

Он спятил.

Боль.

Нех…

- Мне надо идти, - прерывисто прошептал он ей в ухо, едва в состоянии дышать. – Надо выяснить, что с Нехом. И что делать с Глазами Дракона.

Она едва заметно кивнула, замерев в его объятиях.

Еще миг… еще. Он вытерпит всё. Она – в его руках.

- Ничего не бойся. Мы вернёмся. Всё будет хорошо. Веришь мне?

- Да, - тихо ответила она.

Он отпустил её, развернулся и пошёл к двери.

И еще кое с кем ему следует разобраться в скором времени. Дара и Принцесса, даже имея возможность снять узы на крови, никогда этого не сделают. Никогда его не отпустят. Добровольно. Значит… Они не оставили ему выбора. Он просто уничтожит их.

ГЛАВА 32 Автор: Anna Bernal

Перед уходом Нех и Дара еще раз осмотрели найденные камни: огромные кристаллы вмурованы в стены при помощи магии, а найти какую-либо подсказку или отверстие для ключа не удалось. Не сговариваясь, они снова остановились перед зеркалами и загадали увидеть желаемое, но в ответ получили свои отражения, бесконечно размноженные идеальными гранями. Видимо, работало всё только при определенных условиях. Только каких? Полнолуние? Наличие ключа? Третьего кристалла? Жертвы? Крови определенной жертвы? В коротком споре новых идей не возникло. Нех ладонями с особой тщательностью обследовал периметр кристаллов – давно стало правилом составлять подробный отчет, который брат смог бы прочесть простым прикосновением к телу, даже бесчувственному. Нех посмотрел в глаза отражению. Странно. Там, в камне, оба глаза нормальны. Он закрыл ладонью здоровый глаз… и погрузился в темноту.

Нет, все в норме только у его отражения. И подозрительно давно не было приступа. С чего бы? Анайрэ? Или просто проклятье ослабло в эльфийском святилище? В любом случае сейчас очень кстати не тратить время на головную боль и обмороки. Нех поднял взгляд к клочку пасмурного неба в отверстии свода и мысленно пообещал Анайрэ защитить Нэт.

- Создашь портал? – спросил он, отряхивая одежду от пыли.

- А кроме портала тебе ничего не нужно? – Дара подошла сзади, неспешно обняла и выглянула из-за плеча, лукаво подняв брови.

- Ковер-самолет тоже подойдет, - Нех развернул Дару к выходу.

- Не создам, - Дара пошла впереди, - поберегу силы, тем более, в таких мертвых местах шататься по порталам чревато, может выкинуть незнамо где или основательно потрепать, так что пойдем обратно так, как пришли.

Они выбрались из пещеры на дневной свет и заметили, что с ног до головы покрыты пылью, отливающей перламутром. Под лучами солнца кожа на руках и лице сияла и нестерпимо чесалась, вызывая желание разодрать ее в кровь. Они поспешили к берегу реки и умылись.

- Во Дворец? – Дара стряхнула воду с рук и вытерла губы.

- Естественно, - Нех посмотрел вдаль, поставив ладонь козырьком - солнце закрыли тучи, но смотреть в небо все равно было больно.

- Ждешь, что облачка в идиотское сердечко соберутся? Ага, щас! – Дара швырнула в реку камень и тоже посмотрела вверх. - И грифы больше не прилетят, закончились.

Она пошла, не оборачиваясь, затем побежала. Ноги цепляли сухую траву, поднимая в воздух былинки. Пришлось бежать за ней, хотя все тело ныло после ночи, проведенной на каменном полу. Минут через десять Дара остановилась и повернулась к реке.

- Готов?

- Всегда, - Нех подошел сзади и крепко обхватил ее.

- Держись крепче, отвалишься по дороге – подбирать не буду!

Дара вскинула руки, разорвала невидимую плоскость, как тонкую бумагу. Ветер ударил в лица, и, задержав дыхание, Дара и Нех провалились в черную бездну.

- Когда тащу тебя, чувствую себя старой черепахой с огромным панцирем, – с деланным недовольством Дара отцепила от себя его руки и поправила растрёпанные волосы.

Их выбросило на главную дорогу, ведущую к воротам Дворца. Движение было перекрыто, светофоры мигали жёлтым. Народу тьма, и прибывающий люд как-то неровно, с криками и возней, сбивался в очередь. Теперь её разноцветный хвост вился вдоль шоссе. В этот день тысячи жителей Небесной Империи превратились в паломников, жаждущих благословения Принцессы.

- Хорошо бы попасть внутрь именно сегодня, - Нех потер замерзшие руки и осмотрелся. - Если смешаемся с толпой, попадем во Дворец.

- Ага, щас! - Дара посмотрела на него так, словно хотела убить. - И сразу нас, горяченьких, порешат прям у входа.

- По традиции в день рождения Небесной запрещен огнестрел, охране в том числе, так что шансы есть.

- Рассуждаешь как школьник, честное слово… – зло прошипела Дара и покрутила пальцем у виска. - Можно подумать, убить нас можно только выстрелом в упор.

Конные стражники, одетые в парадные мундиры, патрулировали дорогу - так просто не пройти. Им нужно попасть в начало очереди, к дворцовым воротам, поэтому Дара решила действовать. Движениями, похожими на танец, она очертила ладонями круги в воздухе, подняла руки, и с них вспорхнули серебряные бабочки, разом околдовав толпу: старики, дети и даже патрульные зачарованно смотрели на сверкающее облако легких кружевных крыльев.

Нех ощутил удар по рукам и только тогда понял, что, как и все, был очарован магической иллюзией. Дара с усилием опустила его руки и потянула за собой, к воротам. Нех тряхнул головой и зажмурился, отгоняя наваждение. Следуя за облаком, они почти дошли до ворот, но Дара резко остановилась. Охрана проводила тщательный досмотр паломников с помощью отряда дворцовых магов. Такие меры предосторожности соблюдались впервые.

- Нет, мы не пройдем… - Дара отступила в тень деревьев, на обочину, и серебряное облако остановилось вместе с ней. - Мою магию прочтут на раз, и портал невозможен…

Нех смотрел в темные окна жилых зданий, ресторанчиков и гостиниц. Общепит не работал - не было смысла: паломники не ели до получения благословения Принцессы. Взгляд упал на несуразное здание в два этажа с вывеской «Алоис». Алоис… Второе имя того старого мага-альбиноса, менявшего заказчику облик с помощью бусин из самоцветов! Не так давно он гаданием и фокусами развлекал здесь посетителей, желая заработать внукам на приличное образование.

- Хорошо, жди меня здесь, - Нех перешел дорогу, продравшись сквозь толпу.

Нужно сменить внешность, получить одежду. Если повезет, старик еще здесь. Дверь открыта, но зал кафе пуст. Нех промчался по пустому залу и бегом поднялся по старым деревянным ступеням на второй этаж. Никого. Никого, кроме комнатных растений редких сортов - они развешаны повсюду, даже на лестничных перилах. Растения реагировали на тепло людей и животных и вытягивались навстречу посетителю. Нех вскинул руку над перилами - и стебли потянулись к его ладони, как голодные псы в ожидании подачки.

Хм, такой интерьер скорее отпугнет, чем привлечет клиента.

Со стороны кухни раздался свист чайника. Нех рванул туда.

Длинные белые волосы до пояса, снежные руки заваривают чай. Это он!

- Эдил! Я рад, что ты…

Старик обернулся. Нех уставился в бледное лицо молодого человека с прямым взглядом красно-карих глаз.

- Когда-то… - начал Нех.

- Дедушка покинул нас два месяца назад, - омоложенная копия Эдила вернулась к завариванию чая.

- Ты его внук? Разве ты не на обучении?

- У меня нет способностей, - внук некстати почившего Эдила ловким движением подобрал волосы, завязал на затылке причудливым узлом и принялся сооружать здоровенный бутерброд с колбасой.

Нех взял бутерброд из его рук, жадно откусил и подошел к окну. Дара явно нервничала – она прислонилась спиной к широкому дубу на аллее за проезжей частью и все время оглядывалась по сторонам, кусая губы.

Нех вернулся к парню:

- Можешь изменить внешность?

- Говорю же, способностей нет! – внук Эдила сделал второй бутерброд, и взглядом, полным ненависти, уставился на непрошенного собеседника. Нех дернул ворот рубашки альбиноса.

Пуговицы отлетели и коротко звякнули по столешнице, на обнаженной белой коже под ключицей красовалась отчетливая семиконечная звезда - отметина магов.

- Совсем, говоришь, способностей нет?!

- Достали… - Парень закатил глаза, отбил руку и накрыл ладонью отметину. - Достали! Мало тебе, что деда убили?! Уйди! Я хочу просто выращивать цветы и продавать посетителям кофе, ясно?! А от вас одни проблемы!

- От нас?

- От вас и от магии! Вечно кого-то ловят!

Альбинос бросил перед ним несколько фото, среди прочих лиц там были Дара и сам Нех.

- Я в две секунды могу сдать тебя и твою девку! – Парень ткнул бескровным тонким пальцем в окно. - Так что просто валите, не хочу погрома в кафе… все равно восстанавливать за свой счет.

- Сейчас я твой единственный посетитель, - Нех обвел взглядом пустой зал. - Заказываю два новых облика и одежду, обещаю оплатить и уйти сразу же. Если нет – прости, твои цветы погибнут вместе с тобой.

Парень стиснул зубы, кивнул и швырнул ложку в раковину. Нех помчался за Дарой.

- Там чисто, идем, нужно переодеться, - начал Нех, но Дара всматривалась куда-то и не обращала на него внимания, - ты слышишь меня?!

- Здесь кто-то…

Резкий свист вспорол воздух - и одна из пожилых женщин в очереди осела на дорогу, прижимая ладонь к разодранной щеке. Стрелы внесли сумятицу в толпу. Люди кричали, кто-то убегал, кто-то падал на дорогу, закрывая собой детей. Дара дышала, как загнанный зверь, она оттолкнула Неха к дереву, встала перед ним и создала барьер в тот момент, когда конные лучники окружили дерево и снова выстрелили. Стрелы воткнулись в барьер, как иголки в швейную подушку. Руки Дары дрожали от напряжения, защитная грань и стрелы в ней – тоже. Она пыталась восстановить защиту, но пробитые дыры расползались неровными трещинами по поверхности.

- Черт!... Не могу больше! – чужая сила извне придавила их обоих к дереву, в барьере образовались прорехи - в них тут же полетели новые стрелы.

Резкий удар в плечо и жгучая боль - металл прошил плоть, пригвоздив Неха к дереву, как бабочку булавкой. Вторая стрела воткнулась в дерево рядом с шеей.

Ясно. Живыми брать их не собирались. Быстро, однако.

Дара задыхалась – ее прижало к Неху с такой силой, что через секунду треснули бы ребра, ни вздохнуть, ни шевельнуться невозможно. Барьер рухнул, осыпавшись серебряным огнем под ноги. Нахлынуло удушье. Лица лучников в масках расплылись цветными пятнами. На запястьях - прохладный металл наручников. Внезапная страшная боль от сломанной в плече стрелы заткнула крик в горле, горячая кровь на теле, лица смешались в водовороте, звон в ушах, резкий хлопок, жар и темнота…

… и тут же холод и вдох.

- Ты слышишь? – произнесли два голоса в темноте, потом кто-то зажег свечу, и над ним склонились встревоженные лица Дары и… Тая.

Нех только выдохнул, не в силах разжать зубы.

Тай потянулся к раненому плечу, но Дара опередила его, оттеснила, приложила руки, прижимая рану.

- Болит?

- Уже нет, - соврал Нех и сел. Потирая ноющее плечо, он огляделся и добавил: - Спасибо, только вымой руки.

Сколько она успела прочитать по его крови? Наверное, все. Ощущение, будто выпотрошили, а вместо кишок внутри гуляет холод.

Они оказались на той самой кухне любителя комнатных растений. Окна закрывали жалюзи, а Тай безучастно смотрел на дорогу в щель между пластинами.

Понятно, Тай следил за происходящим и вовремя вмешался.

Несколько минут все молчали, а блондина явно мутило от вида крови.

- Сделаем то, за чем пришли, - Нех поднялся и подошел к молодому магу. Тот отпрянул, зажав ладонью рот. Нех снял рубашку, бросил в ведро, открыл кран и смысл с себя кровь, ощутив под пальцами новый плотный рубец, вытерся кухонными полотенцами и снова уселся перед альбиносом.

- Просто я не могу работать с кровью…

- Понимаю, - Нех хотел закончить все побыстрее, но Дара и тут нашла повод подурачиться.

- А давай переоденемся близнецами?

- Я не могу изменить пол… - альбинос стал еще бледнее, хотя это казалось невозможным, его тонкие пальцы дрожали.

Она презрительно смерила мага взглядом и заявила:

- Слабак… Тогда я буду его матерью!

Через час у зеркала крутилась старая цыганка, потряхивая длинными седыми кудрями. С удивительной для старой женщины прытью она станцевала вокруг новоиспеченного сына, размахивая юбкой. «Мать» повисла на руке «сына» и состроила глазки, а Тай все также стоял у окна, безучастный ко всему происходящему.

- Это были люди Ди? – почти не сомневаясь, спросил Нех.

- Само собой, - ответила Дара.

Тай не оборачивался.

Не хочет разговаривать, значит. Хорошо. Что ж, объясним быстрее и доходчивее.

Нех взял со стола нож и сделал короткий надрез на ладони. Пара капель крови сорвалась с руки и упала на пол, внук Эдила кинулся в уборную, зажав рот руками.

Бедный парень, понятно, почему у него трудности с работой по профессии.

Нех посмотрел вслед альбиносу и подошел к брату, стиснув его ладонь крепким рукопожатием:

- Не хочешь разговаривать, тогда сам прочитай, что мы нашли и где.

Ощущение ледяного холода внутри усилилось. Тай читал по крови, но словно проникал в сердце и разум. Недосказанности не оставалось, но это не имело значения сейчас. И никогда не имело - он и так ничего не скрывал от младшего.

Через несколько минут Тай подошел к раковине, подставил ладонь под струю и тихо спросил:

- Какие у тебя планы?

- Хочу забрать Нэт.

- Хм… - Тай грустно усмехнулся. - А ты уверен, что она хочет вернуться?

- Я уверен, что не хочу это обсуждать, - Нех оторвал клочок бумаги от меню, сел за стол и написал короткую записку.

- Хорошо, но обсудить всё-таки придётся. Я же сказал тебе – зачем она там. Во Дворец я с вами не пойду. Кафе могу держать под защитой, - Тай говорил коротко и отрывисто, и это было так на него не похоже.


***


Из-за нападения и строгого досмотра очередь паломников растянулась от ворот метров на триста. Сегодня – день зимнего солнцестояния и день рождения Небесной Принцессы, объявленный государственным праздником. Во Дворец стекались толпы людей, или скорее поклонников красоты правительницы, веривших, что прикосновение к трону Небесной даст здоровье и удачу на год. Этот странный, почти эльфийский обычай засел в головах даже вполне деловых людей, обременённых каждодневным трудом в офисе, а уж про пригороды и говорить не приходилось… Каждый раз оставалось изумляться, как менялись вполне деловые люди, подходя к Дворцу.

Свежую чуждую магию прочесть не так просто, поэтому новоиспеченные мать с сыном прошли досмотр достаточно быстро. Старая цыганка так дрожала от бессилия старости, нуждаясь в поддержке, что ей быстро вернули сына и разрешили продолжить путь вместе.

Площадь Дворца украсили флагами и пышными гирляндами цветов, на выстроенной сцене дворцовый оркестр играл помпезную музыку. Зимой здесь не бывало снега, и сегодня тучи разгоняли маги, радуя народ лучами солнца. В восточном углу – трон Принцессы под балдахином в окружении сотни стражников и десятка колонн, увитых цветами. Рядом с троном несколько столиков, заваленных маленькими букетами фиолетовых цветов. Вместе с благословением пришедший получал от имени Принцессы букетик цветов из рук приближенной дамы. Этим даром жители украшали в доме самое почетное место, а кто-то даже сушил, измельчал и добавлял в пищу, через поглощение закрепляя полученную удачу и здоровье. Для надёжности.

Нех оглядел толпу чудаков, сутки простоявших в очереди ради маленьких темных цветов. За одним из столиков цветы раздавала Нэт. Она казалась такой далекой, но все равно прекрасной в непривычном, но роскошном светлом платье из плотного шелка и в расшитой накидке на плечах. Нех неотрывно смотрел на нее – и тело, и душа устремились к ней. Протянув руки за букетом, Нех взял ладони Нэт и счастливо улыбнулся. Ощутить ее тепло не давали тонкие перчатки – они предписывались этикетом для дам, приближенным к Принцессе. Нех вложил в ладонь девушки записку и не спешил отпускать, задерживая очередь. Нэт смотрела чужим строгим взглядом. Конечно, она не узнавала его и просто злилась. Ее скулы отсвечивали перламутром даже из-под кожи, украшения на длинных подвесах в высокой прическе дрожали и мерцали, слегка покачиваясь. Охранник сделал пару шагов в его направлении, и Нех ощутил сильный толчок в бок от «матери». Не выпуская руки любимой, Нех потянул ее за собой, столик покачнулся, и букеты посыпались к ногам. Несколько охранников тут же окружили нарушителя и оттащили в сторону, загородив стеной от Нэт.

- Чокнутый! – шипела Дара и толкала его к выходу.

Служки водрузили стол на место и собрали цветы. Вытянув шею, Нех все еще улыбался и ловил растерянный взгляд Нэт поверх толпы. Наверное, она думала, что старая мать приводила больного сына…

Хотелось немедленно все, что угодно – крылья, стальные клыки, силу огня! - любую магию в обмен хоть на полжизни! Только забрать Нэт сейчас!

Он остановился и посмотрел на Дару.

- Нет! Здесь и сейчас мы ничего не можем! Сдохнуть захотелось?


***


Чары рассыпались в тот момент, когда Нех и Дара поднялись на второй этаж гостиницы. Воздух заполнил густой полночный мрак и шёпот растений. Дара все еще держалась за его руку, продолжая играть роль. В одном из номеров Тай полулежал в низком кресле и пил чай. Нех разглядел только черный силуэт брата и осторожно опустил помятый фиолетовый букет на маленький круглый столик:

- Прошу тебя, посмотри, где ее держат…

Тай отставил чашку и потянулся к цветам.

- Я и так знаю, где она…

ГЛАВА 33 Автор: Тайклот

Уже несколько часов наблюдая только тишину и темноту за окном, Тай в который раз протянул ладонь к синему букету…

Брат не слышал его. Пошёл во Дворец, чтобы увидеть Нэт. Даже ещё раз выслушав про кости и эльфов. Даже узнав, что Принцесса и Ди в курсе о его воскрешении. Нех всё равно отправился на праздник. Проигнорировал опасность, забыл, что чуть не погиб, отмахнулся от предупреждений, что все они сейчас в очень шатком положении. Знать бы, что было в этой записке для Нэт… И кто писал послание на самом деле – брат или эльфы, сидящие в его голове? Последняя встреча с братом закончилась дракой – и спровоцировали её эльфы. Они не хотели быть погребёнными, это ясно. И, вероятно, хотели прогнать Тая, чтобы не лез в то, чем занимался Нех. А теперь притихли и совсем не донимали брата. Возможно… возможно Нех… делал то, что они хотели? И Анайрэ здесь уже ни при чём…

Тай опустил голову и провёл ладонями по лицу. Затем опять, как в пыточной, протянул руку к столу и накрыл пальцами синие подвядшие лепестки.

Её ладони. Ладони Нэт в руках брата. Тёплые, хрупкие, нежные. Они дарили только ласку, даже мимолетным прикосновением, обычным скольжением кожи о кожу… Поэтому, сидя до полуночи в одиночестве, он проклинал себя за малодушное воровство, но держал ладонь на цветах и «читал» прикосновение брата к рукам Нэт, пока в очередной раз не задохнулся отчаяньем.

Следовало забыть Нэт. Он выглядел жалко и глупо. Забыть…

Анайрэ наложила заклятие забвения. Давно. Знахарь так сказал. Но она так легко не подчинила бы волю Тая, поэтому сделала своё решение близким к его - только так она навязала собственное колдовство. Значит, он сам хотел…

Тай скривился от боли: сейчас кто-то словно процарапал остриём ножа по внутренней стороне черепа. Зажмурил глаза – и снова вспыхнули руны заклинаний Анайрэ - раскалённые добела иглы выжигали символы на внутренней стороне век.

Забыть Нэт… Почему? Почему он смог её забыть?

Дверь распахнулась, и в комнату без стука вошли Нех и Дара. Брат включил свет - и всё вокруг сделалось невыносимо резким и раздражающим. Зелёные цветочные обои, полосатая салатово-жёлтая мебель. Всё это словно потянулось к Таю теми растительными щупальцами, которыми маг-альбинос засадил прихожую и гостиную. Хотелось погасить всё это буйство ядовитых зелено-солнечных оттенков одним движением и погрузить обратно в мёртвую тьму.

Но даже по звуку шагов Неха стало ясно, что разговор будет жёсткий.

- Тай. А теперь объясни, что произошло! - Нех глядел твёрдо, не мигая. В перламутровом глазу крутились золотистые спирали. Карий потемнел до черноты. - Нэт пропала из Дворца. О какой безопасности для неё ты говорил?

Тай замер на секунду. Казалось, кожу со спины содрали граблями. Пальцы заледенели.

- К… как?

- А так! – хмыкнула Дара, заваливаясь в соседнее кресло. – Её Ди забрал. Вместе с эльфийскими костями.

Нех глянул на Дару - и та передёрнула плечами. Тай поднял ладони.

- Постойте, постойте… - Он распрямил спину, но уставился в ковёр под ногами. Мысли стеснили голову так, что, казалось, сейчас разойдутся швы между черепными костями. – Ди не мог открыть портал во Дворце. Никому это не под силу. Значит, он открыл его в каком-нибудь саду… это максимум, что он мог себе позволить.

- Да. В Зимнем саду. В полночь, - медленно и тяжело проговорил Нех. – Она не могла там ничего делать в одиночестве. Но забрала свои украшения.

- И кости долбанных эльфов, - буркнула Дара.

- Кости – это её оружие. Драгоценности – деньги, - братья посмотрели друг на друга - и ответ повис между ними, как стена.

- Она сбежала… - тихо, но твёрдо закончил Нех. – Она сбежала из этого Дворца, куда ты её засадил! Так вот что значил её звонок!

- Какой звонок? Что она сказала?

Тай поднялся. Дара вдруг расхохоталась, завалившись на спинку кресла.

- Да от вас она сбежала! Эта мерзкая дрянь кинула вас!

Братья одновременно посмотрела на Дару, но она нагло вздёрнула подбородок и продолжила вызывающе:

- Она получила всё, что хотела, – и тю-тю! Отдаст Глаза Дракона Ди - и будет в шоколаде.

- Рот свой закрой! – прошипел Тай. И снова Неху: - Так что она сказала?

- Она не могла так поступить сама. Это всё ты, Тай. Что ты ей наговорил?! Что ты ей сделал?! – Нех не кричал, но вопль словно прорывался через напряжённые мышцы лица и глубокую складку меж сведённых бровей.

- Ой, да что он мог сделать?! – Дара хихикнула, а потом зло бросила: – Я же его кастрировала! – она подалась вперёд, упёрлась ладонями в подлокотники и жалостливо протянула: - Не дотро-онуться до неё, да? А хо-очется, так хо-очется!

- О чём она говорит?

- Да, о чём? – Дара посмеивалась. – Как ощущения, Тай? Да весь твой видок говорит о том, что ты к ней лез, поэтому и знаешь, о чём я сейчас. Далеко залез? Не думаю, чтобы очень, но при твоём упорстве…

- Тай, о чём она говорит?! – всё-таки крикнул Нех.

- А ты расскажи, расскажи братцу-то, - Дара призывно махнула руками. – Расскажи, что ты мне обещал на террасе.

Тай оглянулся на Неха, встретив гранитный взгляд, требующий немедленного ответа.

В голове поплыли картинки: Дара целует Неха, прижимается к нему, источая похоть даже через ментальное восприятие. Она лишь добивалась, чего желала, о чём договаривалась с ним тогда, осенней ночью в лесном доме, когда он позволил себя победить. Сейчас она вынуждала его признать правду, чтобы выиграть, заставить Неха сомневаться, как и хотела, ведь так же, как и брат, была уверена, что Нэт во Дворце - только чтобы Нех до неё не добрался.

Тёмные плети эльфийской силы разрезали воздух. Извивающиеся щупальца ринулись во все стороны - стол, кресла и технику смахнуло с мест и с треском взорвало о стены. Синие цветы взлетели к потолку и рассыпались лазуритовыми лепестками, тогда Дару сбросило с кресла - и она, охнув, распласталась у ног Тая. Перевернулась, но Тай присел на одно колено, прижал её плечо к полу, процедил в лицо:

- Заткнись, ты!

Она взбрыкнула, попытавшись высвободиться, попала ему по лицу ладонью, и он припечатал запястье к полу. Синие лепестки кружили вокруг, подхваченные в торнадо беснующихся эльфийских плетей.

- Тай!! – Нех его отдёрнул и оттолкнул одновременно, и, подсев рядом с Дарой, загородил плечом. Тай выпрямился, отступая, его, как пьяного, водило из стороны в сторону.

- Так и знал, что ты - всё тот же эгоистичный ребёнок. Несдержанный и злой! Как всегда! – сказал Нех через плечо, помогая Даре подняться и прикрывая её.

Синие лепестки кружили по зелёной комнате. Жёлтые полосы на обоях – как солнечные лучи пронзали синий дождь. Тай отступал к стене, сдавливая виски…

-…ты всё такой же ребёнок! Несдержанный и злой! – громкий юношеский голос в голове. Синие лепестки падают сквозь прозрачные золотые лучи. Капли после грибного дождя блестят на траве россыпью изумрудов.

- Эгоистичный, незрелый мальчишка. За тобой глаз да глаз! – теперь владелец голоса проступает сквозь изумрудно-солнечную дымку. Нех. Только намного моложе, юноша. - Зачем ты увёл её сюда?! Её бабка места себе не находит! Еще и кольцо украли!

- Не украли… - насупившись, возражает черноволосая девочка, которую Нех отпихивает себе за спину резким движением. – Я Таю показать взяла. Это ключ к вечной жизни, ключ в Валинор.

- Вот как? – Нех прищуривается, чуть оборачивается, смотря на девочку сверху вниз взглядом полным скепсиса. – Я вас здесь-то еле нашёл, а вы еще куда-то собрались?!

- Ну, не сейчас же собрались! – девочка чуть морщится, словно злится, что её слова не принимают всерьёз. – Я буду Принцессой эльфов, и меня ждут удивительные штуки, каждая из этих штук будет волшебной. Эльфы делаю волшебные вещи. Ты знаешь?

Нех переводит внимательный взгляд на брата.

- Это правда?

Тай молчит, чуть пожимает одним плечом. Он зол и раздражён, что Нех явился сюда сейчас, но брат не отступает, голос его серьёзен:

- Мы можем попасть в Валинор при помощи этого перстня?

- Да. Я буду там принцессой. И все волшебные штуковины будут моими! – Девочка выходит из-за Неха и вскидывает подбородок. – И тогда я смогу быть волшебницей, как Тай!

Нех присаживается на корточки перед ней и, вертя перстень в пальцах, усмехается:

– Стану тебе мужем и тогда ты будешь меня слушаться. А с волшебными штуковинами я и сам как-нибудь разберусь. Не хватало еще двух сумасшедших волшебников на мою голову.

Он задумчиво кусает губу, что-то обдумывая, но девочка упрямо дёргает его за рукав.

- Отдай!

- Не отдам, Нэт! – он подмигивает ей. – А будешь глупой принцессой, так я тебе еще и по попе настучу.

- Я - Принцесса!

Нех хмыкает в кулак и щёлкает пальцем ей по носу.

- Будешь делать, как я скажу!

- Нет! – кричит она.

- Да!

- Нет, нет, нет!

- Да, да, да! А то не получишь своих волшебных штуковин, глупая принцесса! Попробуй-ка отбери!

- НЕТ! – крик вырывается сам собой. Тай даже подумать не успевает, ярость вырывается, как выброшенный из жерла вулкана огненный взрыв. Он хочет крикнуть что-то еще, обозначить то негодование, что испытывает, как-то объяснить, но ничего не выходит. Он не понимает, что хочет сказать: не может указывать Неху, но и не в силах слышать, насколько свысока брат говорит с Нэт. Смущение, неловкость, желание провалиться сквозь землю. И заставить его замолчать. Только бы он замолчал!

Земля вздрагивает, взбугривается у Нэт под ногами. Девочка вскрикивает, бросает ошеломлённый взгляд на Тая. Почва взрывается фонтаном, цветы брызжут в небеса - и корни, песок, камни подхватывают Нэт, взвивают высоко и аккуратно усаживают в мягкую траву на вершине огромного мрачного трона. Одновременно острые корни, словно пики, прошивают плечо Неха, разрывают кожу и пришивают к земле, заставляя склониться.

Тай тяжело дышит, сплавляя камни ручьями жидкого золота. Нэт, притихнув и крепко вцепившись в один из подлокотников, растерянно смотрит на братьев сверху. Нех кричит от боли, пытаясь высвободиться, но ни словом не обращается к Таю.

Синие лепестки кружат в небе.

Тай судорожно шепчет заклинание - и живые пики, как змеи, выползают из тела брата, но оставляют страшную развороченную рану. На траву струится кровь, но Нех стискивает зубы и упрямо молчит, даже не стонет. Цыкнув, он медленно поднимается с земли, придерживает трясущуюся покалеченную руку.

- Он – синий маг, - серьёзно говорит Нэт сверху.

Нех морщится и отвечает:

- Поэтому он опасен, тем более для эльфийских принцесс.

- Говоришь, как Анайрэ… - девочка куксит нос и отрицательно качает головой. Потом кладёт руку на сердце и тихонько добавляет: – Не говори, как Анайрэ. Она отбирает хорошую силу своими словами.

- Вы еще ничего в этом не смыслите, ребята, - усмехается Нех через боль. – Блин! Жёстко ты мне вдарил, Тай. Ты иногда реально очень опасный, только и гляди, чтобы себя не покалечил!

- Потерпи, Тай вылечит. Но я слышала, что шрамы украшают мужчину, - серьёзно замечает девочка.

- Что, правда? – Нех смеётся и морщится. – Твоя бабка и так хочет наколоть нам защитные амулеты от Тая, у неё бзик, а теперь вообще крышу снесёт. Попрошу наколоть прямо поверх шрама, дам понять, что ерунда. Но Анайрэ очень зла. Ей плевать, кто тут синий маг. А я не хочу, чтобы брат страдал…

Синие лепестки кружатся в небесной голубизне, прошитой золотистыми всполохами…

…Тай закрыл лицо ладонями, прислонился спиной к стене и медленно сполз на пол.

- Ты абсолютно не контролируешь себя! – проговорил Нех.

Аааааааааааанайрэ пппппппррррраввввввааааааааааааааа… она ппппппрааааааваааааа … всёёёёёё отняяяяялллллллааааааааааа у тееееебяяяяяя…. Прааааааавввваааааа….. отняяяяялллллаааааа всеееееггггоооооооо тееееебяяяяяяяяяяя…. Тттттыыыыыы…. Ничтоооооооооо….


Тай посмотрел в глаза Неху. В них не кружилась перламутровая метель, как прошлый раз, но эльфы опять зло усмехались и слали очередное проклятие.

- Он не поранил тебя? – спокойно спросил Нех, бросив взгляд на Дарины плечо и запястья.

- Да брось ты! Он ничего мне не может сделать! – раздражённо буркнула Дара. Но высвобождаться из его рук не торопилась. – Он же повязан кровью. Раб Принцессы. Теперь кишка тонка меня натянуть, я ж его держу заклятием.

- Что?! – Нех обернулся. Посмотрел так, словно только что услышал самую мерзкую вещь в жизни. Гранитовые глаза сузились, когда он поймал взгляд Тая. Затем Нех медленно приблизился и протянул руку.

Тай поднялся, и Нех привлёк его к себе. Обнял. Затем отпустил и резко развернулся.

- Я больше не буду спрашивать, что там имела в виду Дара. Но ты зашёл слишком далеко, младший, - произнёс он на пороге и аккуратно закрыл дверь.

ГЛАВА 34.

С самого утра в Верхних покоях светился экран. Принцесса наблюдала процессию, но зрелище не занимало воображение – шевелящаяся масса людей серой жижей просачивалась в ворота и собиралась в огромную лужу на дворцовой площади. Глаза высматривали Нэт, но одетая во всё серое, она сливалась с толпой и оставалась почти невидимой. Раздражение закипало от того, что упрямица посмела не надеть красное платье, которое специально сшили для нее к празднику. Сейчас Нэт – как зеркало, в котором Принцесса видела себя в красках и мучилась нестерпимо, но терпеть осталось недолго. Принцесса хохотнула - пусть Мастер думает, что переиграл всех. Даже хитрый лис, Всесильный Ди, не пронюхал, где спрятан ключ к Глазам Дракона. Небесная отвела взгляд и прикрыла веки.

Вновь мрачная, непроглядная глубина. Почти стерся из памяти цвет помады на губах матери... Машина перевернулась и стремительно падала в океан, но жизнь исчезала медленно – долгой, серой полосой, пока автомобиль не врезался в скалистое дно. Казалось, что прошло всего мгновение, и мир вынырнул вновь, но полинявшим и посеревшим - все его краски растворились в мутных водах.

Ослепленный благодарностью за спасение дочери, король наделил Ди титулом и поручил ему Небесную. Но Ди, будучи предателем и своего народа, в итоге предал и отца. Руки с силой сжали уголки подушки и между пальцами поползли струйки черного дыма. Несколько лет Всесильный колдовством и зельями лепил из юной Принцессы великую магичку, но отнял мир и краски...

Небесная медленно подняла веки и взглянула на черно-белый экран. Сделать толпу молчаливым стадом - этого мало. Люди всё еще наслаждались красками и подпитывались своими жалкими радостями. Даже здесь, в этом мире они умудрялись находить что-то приятное… Растереть в пыль, втоптать в землю... Затрудняя дыхание, внутри раскручивалась спираль ненависти и страха. Она должна терпеть всё это…

Мысль о том, что Ди переживет Небесную и детей её детей сжигала изнутри уже много лет. А с того момента, как Кара притащила во Дворец старого Знахаря, и тот под страшными пытками рассказал о Глазах Дракона, ненависть стала причинять физическую боль. Небесная контролировала каждое движение, чтобы сдержать ярость, чтобы не выдать себя даже в одном жесте. Потому что теперь у неё было знание. Была цель.

Нет сомнения - Мастер добудет кристаллы. И тогда вечность и свобода подчинятся ей навсегда. Потому что Глаза Дракона – есть врата в благословенный Валинор. А уж туда путь смертным и трёклятому Ди – заказан.


***


Нэт окинула взглядом праздничный балаган на Дворцовой площади. Она больше не верила в иллюзии. Придворные маги довольно ловко использовали фокусы, чтобы одурачить подданных. Вот и сейчас настоящей Принцессы под балдахином не было. С тех пор, как Нэт попала в Небесную Империю, она впервые оказалась в окружении обычных людей и теперь с любопытством рассматривала разношерстную публику. Кого здесь только не было – и солидные мужчины, и элегантные женщины, и подростки в эпатажных нарядах. В людском разноцветье выделялись маги: провинциалы носили красные остроконечные шапочки; городские франты от магии щеголяли в длинных малиновых плащах с капюшонами, из-под которых выбивались блестящие черные локоны. Однажды, на вопрос: почему Тай не носит одежду, положенную магам по статусу? - Нех рассмеялся, но ответил серьезно: «Понимаешь, это как частный сыщик в твоем мире. Тай свободный художник. Если выйдет указ носить белые мантии – возможно, он поступит на службу». Нэт невольно улыбнулась.

Воспоминания прервала пожилая цыганка с роскошными серебристыми кудрями. Сверкнув золотой серьгой и черными глазами, она грубо выхватила фиолетовый букет. Злой взгляд говорил о том, что женщина пришла сюда не по собственной воле. Её спутник, черноволосый, кудрявый юноша, на несколько секунд удержал руки Нэт. Мягкий, нежный взгляд как бы извинялся за бестактность матери. Нэт смутилась и попробовала высвободить пальцы. Когда букет, наконец, оказался в руках юноши, между ладоней у Нэт остался клочок бумаги, свёрнутый в трубочку. Свиток был тёплый, словно нагретый солнцем морской камушек. От неожиданности Нэт не знала, что предпринять и в недоумении смотрела на молодого цыгана. Из-за короткой заминки несколько охранников шагнули вперед, надвигаясь на людей. Толпа от этого заволновалась, юношу оттолкнули, стол пошатнулся и цветы, подхваченные ветром, рассыпались по плитке. Пользуясь суматохой, Нэт опустила глаза и взглянула на крохотный свиток – в самом низу над неровным краем виднелась размашистая подпись – «Нех». В ту же секунду кто-то из служек задел ее локоть, клочок бумаги выскользнул из рук. Нэт подобрала юбку, чтобы кинуться вслед за цыганом, но визгливый голос за спиной заставил обернуться:

- Простите меня, госпожа! – молоденький служка стоял на коленях и, растягивая слова, просил о пощаде. - Я поднимал цветы! Прошу вас, вы уронили это. - Двумя руками он протягивал записку.

-Встаньте, - Нэт разозлилась, но не убивать же дурака!

Она скользнула безнадёжным взглядом поверх вереницы голов и, зажав бумажку в кулак, другой рукой продолжила раздавать букеты. Не было сомнений в том, что Нех волновался и, скорее всего, обдумывал побег. Тай наверняка уже посвятил Неха в их планы, дальше скрывать было попросту бессмысленно. Так почему он пришёл один, тайно? Что случилось?.. Она же здесь ради него, да разве Нех будет слушать!

Тоскливая тишина в толпе, нелепая суета фрейлин и служек возле столов с фиолетовыми букетиками – всё вдруг показалось искусственным и враждебным. В душе исчезло удивление и живое любопытство. Нэт вспомнила, кем на самом деле являлась - всего лишь пленницей Небесной Принцессы. Она подняла голову - редкие облака плели паутину вокруг пронзительно сияющих ультрамарином остроконечных куполов и башен Дворца.


***


Очередной букетик исчез из рук, а человек из очереди внезапно повернулся спиной. Нэт подняла взгляд и опешила - почти все, что окружало её, утратило четкие контуры; лица и предметы превращались сначала в размытые акварельные пятна, а затем в густые струи, что стремились к воротам и исчезали за створками. Нэт поднесла руки к лицу, чтобы протереть глаза, но белые перчатки оказались сплошь в фиолетовых пятнах и мусоре от соцветий. Она зажмурилась. Еще мгновение - и на площади остались служки, охрана, несколько придворных фрейлин и магов. Неожиданно испортилась погода. Редкие крупные снежинки закружили в воздухе, предвещая снегопад. Порывистый ветер сбрасывал со столов увядшие букеты, сгибал тонкие флагштоки, рвал кисти красного балдахина - люди исчезли, но иллюзия все еще хранила тайну пустого трона. Голос Эдриэль вернул к реальности:

-Принцесса велела вам переодеться и подняться в Верхние покои, - голова девушки низко склонилась. Нэт не ответила, резко развернулась и напрямик, через газон, зашагала к Дворцу. Служанки поспешили за ней.

Когда дверь в комнату распахнулась, Нэт остановилась, давая знать, что желает остаться одна. На ходу стягивая перчатки, она упала в кресло и развернула записку - на клочке плотной бумаги дрожало видео. Чтобы рассмотреть лучше, Нэт наклонилась и узнала Неха, лежащего на спине посреди грунтовой дороги. Сердце охватила паника, словно чья-то невидимая рука силой удерживала лицо Нэт под водой. Сначала ей показалось, что Нех мертв, но его ресницы чуть подрагивали, а пальцы шевелились, крепко прижимаясь к ране. Сухие стебли травы, припорошенные снегом, касались лица, искаженного болью. Из-под ребра торчала рукоять ножа, а кровь струйками стекала в глубокую рытвину от колес. В нижнем углу живой картинки мигала надпись: «Зимний сад, полночь». Ладонь внезапно обожгло. Нэт опомнилась, охваченная изумлением – кровь с «экрана» капала на колени, окрашивала ногти. Она резко вскочила и разжала пальцы – бумага превратилась в язык пламени и серыми клочьями осыпалась на пол. Ладони невольно сжались в кулаки. Ди! Проклятый Ди! Но тут же Нэт вспомнила глаза молодого цыгана, знакомую подпись... Нех писал записку. И он был жив!


***


Стоило спешить и переодеться – Принцесса ждала и, должно быть, уже сердилась.

- Приготовьте красное платье!

Вместе с Эдриэль долго и тщательно они выбирали украшения и заколки. Наконец, серый шелк юбки остался на полу, а Нэт с облегчением опустилась в теплую ванну.

Какую каверзу на этот раз приготовил Ди? Послание говорило о намерении шантажировать. Но почему Нэт? Не Тая? Если Ди пытался заманить ее в ловушку, значит, Глаза Дракона в руках у братьев. Это главное.

Немного постояв под прохладным душем, Нэт стала выбираться из высокой ванны. Одно неловкое движение - и она поскользнулась. На негромкий возглас прибежала служанка.

-Эдриэль, вы мне не нужны, - от досады Нэт всплеснула руками и машинально прикрыла грудь, - с платьем справлюсь сама. Да и с этим тоже. - Нэт выхватила из рук девушки нагретое полотенце и наскоро обернула мокрое тело. Тёплая, почти горячая, махровая ткань приятно согрела.

- Вы могли упасть и разбить голову об каменные углы, - в голосе Эдриэль звучала тревога. Удивительно, девушка впервые выразила эмоции. Не дождавшись от госпожи указаний, служанка низко поклонилась и вышла. Глядя ей вслед, Нэт досадовала на свою грубость.

Надеть самостоятельно корсет, несколько нижних юбок, а затем пышную юбку из прозрачного шелка оказалось не так просто. Жаль, что она не могла подарить Эдриэль какую-нибудь безделушку. Нэт выключила свет, подошла к туалетному столику и, немного помедлив, открыла шкатулку. Перламутровые кости брызнули в лицо неярким светом, и мысли о служанке исчезли.

-Приветствуем тебя, Принцесса! – слова проступили в мерцающем сиянии. Над плинтусами поднялся туман, формируя из дымчатых клубов неясные контуры человеческих фигур.

-Вы готовы защитить свою Принцессу?

«Убей Всесильного Ди» - надпись изменилась мгновенно.

-Ди - опасный противник, - Нэт размышляла вслух. - Просто делайте то, что прикажу, - голос вновь обрёл повелительный тон.

Осторожным движением Нэт пересыпала кости в парчовый мешочек из-под жемчуга, затянула шелковый шнурок потуже. Мешочек прикрепила к тонкому кожаному ремню у пояса и скрыла под оборками юбки.

Глупо! Как глупо - быть мифической Принцессой мифических эльфов. Она не станет убивать Ди. Не станет больше вмешиваться в чужое прошлое, и не будет жить прошлым. Захоронит кости - избавит маленьких крылатых призраков от иллюзий. С ними захоронит и свои иллюзии, и Печать Неха.

Пригладив мягкие складки у бедер, Нэт включила свет. Прежде чем взять сумочку, щелкнула золотым замочком. Изящное колье, подаренное Нехом, кольцо с сирлидоном, телефон и ожерелье Тая – на несколько секунд она задумалась, рассматривая свои сокровища. Бросив короткий взгляд на отражение в зеркале, Нэт торопливо сняла с шеи массивное гранатовое колье. Украшение звонко ударилось о мраморную столешницу.

-Эдриэль, я готова, - крепко зажав клатч в руке и на ходу поправляя волосы, Нэт торопливо вышла из комнаты.

Пышные оборки из красного шелка легко скользили по шуршащей тафте нижних юбок и волнами ниспадали на пол. Платье, подаренное Небесной, оказалось впору. И все же, слишком открытое декольте и не в меру пышные рукава стесняли движения. Тугой корсет сдавливал грудную клетку. Нэт мысленно смотрела на себя со стороны - настоящая Принцесса мёртвых из легенд Анайрэ. О чем думала, когда кинулась вдогонку за Нехом? Трусливая, беспечная девчонка! Соблазнилась восхитительной гаванью, согрелась чужим теплом. Нэт вмиг почувствовала себя обманутой и обманувшей. Нех помог перейти границу фантазий, но сказка оказалась реальностью. Горький привкус печали разлился в душе. Хотелось немедленно освободиться, разорвать жесткие кольца, перехватывающие тело. Непроизвольным движением Нэт коснулась колье. Ожерелье Тая полностью закрывало ключицы, немного скрывало грудь, придавало решимости. Бежать! Бежать из Дворца и из жизни братьев. Исчезнуть на время, чтобы наладить собственную жизнь. Под шуршание красной тафты, Нэт и сейчас бежала. Оставались позади высокие колонны и позолоченные барельефы. Величественные скульптуры гордых эльфов провожали строгим холодным взглядом.


***


- Что такое любовь в твоем мире? - Принцесса немного расслабилась - руки свободно лежали на коленях, а из-под длинных юбок виднелся краешек белой туфельки, расшитой жемчугом.

Нэт пыталась отыскать в памяти банальный ответ, общую фразу, но в голове пульсировали слова Келегорма: «Если твоя душа наполнится любовью, она устремится в Валинор». Расшифровать их смысл до сих пор не удавалось. Последняя встреча с Таем многое изменила в Нэт. Неясные ощущения, бродившие в укромных уголках души, образовали волну, которая накатила неожиданно и завладела Нэт полностью - каждая клеточка тела согрелась внезапно и наполнилась чувством. Нэт думала о Тае постоянно, и мысли о нем успокаивали и будоражили одновременно.

- Человек в моем мире слаб и редко способен на любовь, - Нэт заговорила, размышляя вслух. - Так же, как страх, любовь заставляет сердце биться сильнее. Но от страха кровь в жилах стынет, и человек ищет тепло в других или влачит жизнь в одиночестве, не смея нарушить границ, которые сам для себя создал. От любви кровь течет по венам, согревая тело. Любовь вытесняет страх, выталкивает человека из скорлупы навстречу другим людям, открывает способность творить, как ... - Нэт запнулась на слове и замолчала.

- Как эльфы? - Принцесса слегка подалась вперед. - Ты права, стоит стать первородной, чтобы обрести свободу.

- Ваше высочество, разве человеку под силу сменить расу, стать кем-то, не по рождению? - Нэт растерялась.

-В тебе победила кровь эльфов. Если смертному откроется дорога в Валинор... - Принцесса вновь откинулась на подушки и, наклонив слегка голову, смотрела прямо в глаза Нэт. – Ты и я – вместе - мы сотрем этот мир и создадим новый, такой, который пожелаем. Я помогу тебе.

Нэт молчала. От вздорных, бессмысленных слов Принцессы становилось не по себе. Разве обладая сильнейшей магией и властью, нельзя изменить законы Империи, сделать существующий мир лучше.

Тишина длилась недолго. Принцесса бросила короткий взгляд на дверь, и в покои вошли девушки с подносами. На мраморном столе появились блюда с десертами и фруктами. Видимо Принцесса желала пить – одна из служанок поднесла ей бокал. Напиток синего цвета пузырился, выбрасывал на поверхность фонтанчики и клубы белой дымки.

- Ты сейчас прелестно выглядишь, - Небесная протянула руку и прикоснулась к складке шелка на коленях Нэт, - красный цвет великолепно оттеняет белую кожу.

- Ваше Высочество, у меня нет подарка, и я сожалею, что не могу отблагодарить вас за гостеприимство, - Нэт поднялась с кресла, чтобы поклониться. Принцесса легким кивком остановила:

-Достаточно того, что ты здесь. Но почему зелёный сирлидон - не гранаты? – Принцесса задержала взгляд на колье и немного помолчала. - Впрочем, понимаю. Это подарок? Ожерелье было на тебе, когда ты первый раз пришла во Дворец. - Говорила она тихо, а на губах играла едва заметная улыбка. Расположение Принцессы, комплименты и прикосновения неприятно удивили.

-Ваше Высочество слишком добры ко мне. Могу ли обратиться с просьбой?

-Говори.

-Позвольте сделать звонок. Нех волнуется и, должно быть, ссорится из-за меня с братом, - Нэт потупила взор и склонила голову. Прошли секунды, прежде чем Принцесса ответила, но для Нэт время замерло.

-Ну конечно, это подарок Неха! Так я и знала, - Принцесса усмехнулась, словно разгадала невинный секрет. – Ты можешь позвонить, если пообещаешь никогда не надевать серые юбки. - Небесная подмигнула, словно болтала с давней приятельницей. Нэт опустила взгляд в бокал и пригубила синюю газировку.

Она не заметила, когда вошла служанка с небольшим подносом. На фарфоровом блюдце сверкал новенький телефон в серебристом корпусе. Прежде, чем коснуться его, следовало успокоиться. От волнения чуть заметно дрожали руки, лоб покрылся испариной. Нех и Тай… Для Нэт они оба волшебники. Похожи и равны по силе. И хотя она раньше чётко разделяла их, как противоположности, магию действия и противодействия, сейчас же темная и светлая сторона их натур не имела четких границ. Рядом с ними Нэт убедилась, как иллюзорно добро и зло. Пустая трата времени взвешивать относительные понятия. И всё-таки представления о границах между ними – остались, иначе никогда не понять, как жить, какое решение принять. Любовь и страх управляли миром. Внутри Нэт жил страх. Она опять вспомнила слова Келегорма, чтобы теперь – уже окончательно - им довериться.

Без запинки пальцы набрали знакомый номер. Отлегло от сердца, когда в трубке прозвучало отрывистое: «Я слушаю». Нех был жив!

-Здравствуй, это я.

После секундного молчания, не в состоянии поверить, что говорит с Нэт, он взволнованно стал задавать вопросы.

- У меня всё в порядке! – она перебила, зная, что их разговор прослушивают. Как жаль, что она не могла встретиться с Нехом, сказать всё, что творилось в душе и всё, что сказать надо было, только глядя в глаза. Вместо этого, она говорила сухим, безразличным тоном.

- Принцесса очень благосклонна. Ты не должен обо мне беспокоиться. Береги себя!

Нех продолжал говорить об опасности, почти кричал, не соглашался. Предательский комок подкатил к горлу:

– Я благодарна, но не вернусь, - последние слова хоть и дались с трудом, но прозвучали твёрдо.

Нэт всё ещё стояла с трубкой в руке, когда раздался голос Принцессы:

- Что ж, нам пора в Зал приёмов, - Небесная поднялась. Спустившись со своего каменного пьедестала, она бросила пристальный взгляд в сторону Нэт.

- Ты не должна теряться из виду. После ужина поможешь мне разобрать подарки, – улыбка исчезла с губ Небесной, а в голосе слышались ледяные нотки.

- Как прикажете, Ваше Высочество, - Нэт поклонилась. В другой раз она с удовольствием могла бы часами рассматривать дары, присланные со всех концов Империи. Скорее всего, попадутся настоящие сокровища, а может и магические предметы. Но сейчас она торопилась. Нэт осмотрелась по сторонам – помещение постепенно заполнили придворные. Белый зал ожил - на сцене появились яркие персонажи. Даже мрамор теперь казался не таким холодным. Фрейлины, словно фарфоровые куклы в платьях из тончайших тканей, суетились, занимая свои места в свите Принцессы. За ними спешили маги, соревнуясь между собой в роскошности драгоценных камней на красных убранствах. В большом банкетном зале Принцессу ждали гости - самые благородные вассалы Её Высочества.

Когда, минуя арочные проемы, процессия во главе с Принцессой пересекла холл, Нэт ненадолго замешкалась. Припав на одно колено, сделала вид, что подвернула ногу. Стоя у стены и опираясь рукой на плечо служанки, Нэт смотрела по сторонам, пока Эдриэль растирала ступню. Как только последние красные мантии скрылись за очередным поворотом, Нэт торопливо сунула ногу в туфлю и зашагала к соседней двери. Эдриэль на секунду оторопела, но тут же последовала за ней:

-Госпожа… - слышался её взволнованный голос. Каблуки цокали по мозаичной плитке. А вот и галерея вдоль зимнего сада. - Госпожа, вам нельзя сюда!

Мелькали массивные рамы окон, в стёкла упиралось небо, и заглядывала огромная луна. Казалось, галерея парила над облаками.

-Госпожа, вернитесь, - Эдриэль кричала и пыталась поймать Нэт за руку. Нэт не обращала внимания – в конце уходящего в бесконечность коридора из колонн и арок ждала свобода или смерть. Надо спешить! И она ускорила бег. Пол под ногами стал темнеть, луна скрылась, почернело небо. Вся вторая половина галереи, что была впереди, превращалась в дрожащее тёмное пятно, словно негатив фотографии. Нэт понимала, что в той дальней точке реальность обрывалась.

- Остановитесь же! Вы умрёте! - отчаянно кричала Эдриэль. На самом краю черной дыры уже маячила красная фигура. Нэт узнала Ди – он протягивал руку. В тот момент, когда Нэт готова была прыгнуть в неизвестность, Эдриэль удалось схватить подол платья. Нэт обернулась – на другом конце коридора, у входа, стояла Принцесса. Блеск бриллиантовой пыли окутал ее с ног до головы, спиралью вился вокруг фигуры и в одно мгновение превратился сначала в пучок, затем в извивающуюся ленту, которая понеслась в сторону беглянки. Нэт рванула вперёд и протянула руку Ди - кусок шелка остался в кулаке Эдриэль. Словно в дьявольском танго, Всесильный притянул к себе Нэт – она ударилась о металлическое украшение на бархатной мантии и резко развернулась. Перед ней, на светлой стороне галереи стояла растерянная Эдриэль – между ними осталась пропасть. Хотелось что-то крикнуть ей, может быть - «прости», но лента из бриллиантовой пыли обвила тело девушки - и Эдриэль в одно мгновение превратилась в сверкающий кокон или, скорее, в бутон. Прошла секунда - и блеск исчез, бутон сморщился, стал серым, его пепельные лепестки один за другим покрыли мозаичный пол.

Нэт закрыла глаза.


***


Холодный свет луны проникал в щель между тяжелыми бархатными гардинами. Серебристые полосы ложились на дубовый паркет, бежали по затейливому рисунку ковра и рассекали комнату. Медовое пламя свечей в огромных канделябрах освещало мраморную колонну, позолоченные багеты, дубовую мебель. Будучи в изгнании, Ди не отказывал себе в роскоши и помпезности. Нэт сидела на мягком диване, утопая в складках платья. Напротив, за массивным столом, возвышалась сухощавая фигура. В черном пиджаке с высоким воротником-стойкой, застегнутым до самой шеи, Всесильный напоминал священника. Одна рука покоилась на столе, пальцами другой он бесшумно барабанил по столешнице. Нэт бросила взгляд на руку в черной кожаной перчатке и улыбнулась – перед глазами предстал персонаж из старого фильма ужасов. Как давно это было!

- Не будем вспоминать наши прежние распри, - чуть надтреснутый старческий голос нарушил тишину.

- Не похоже, что, подбросив видео умирающего Неха, вы хотели наладить отношения, - перебила Нэт.

- С Нехом всё будет в порядке, если…

- Если помогу найти Глаза Дракона? - Нэт слишком долго молчала, чтобы теперь остановиться. - Мне плевать на эту штуковину и ваши отношения с Небесной Принцессой. И даже не думайте, что меня можно обменять на кристаллы. Не будь я в этом уверена, не сидела бы здесь за милой беседой. Так случилось, что вы единственный в этом мире, кто способен оказать помощь. Обещаю оставить ваши руки - да и голову - при вас.

- Не думаю, что ты настолько глупа, чтобы угрожать мне, - Ди криво ухмыльнулся.

- Для настоящей сделки предложу вам Кровь Эльфов.

- Значит, Анайрэ оставила кольцо тебе? - Ди откинулся на спинку кресла. - Жизнь… Ты тоже рискуешь жизнью ради чего-то. Что она стоит в сравнении с нашими желаниями? - Ди снова ухмыльнулся.

- Ошибаетесь, я действительно стремлюсь выжить, Ваше сиятельство, - Нэт желала, чтобы в пафосном обращении старик уловил нотки сарказма.

Ди внимательно на неё смотрел.

- Знаешь, почему ты похожа на Принцессу?

- В вашем мире много того, чему я перестала удивляться. Да и какое это имеет значение.

- Ты нетерпеливая и дерзкая, - Ди положил лысину на кожаный подголовник кресла. - Годы ушли на создание магических настоек и заклинаний, чтобы превратить маленькую девочку в сильнейшую магичку. Я провел сотни дней и ночей, не отходя от её постели. Выхаживал после операций, учил контролировать эмоции и управлять людьми. Дал ей лицо твоей прародительницы, самой красивой женщиной во вселенной и моей единственной возлюбленной. Больше четырёхсот лет прошло, но я помню, с каким удовольсвием она ела ягоды и фрукты… С таким удовольствием откусывала, что иногда сок тёк по подбородку… она стирала его тыльной стороной ладони, а потом могла даже облизать пальцы… сок на пальцах… сок от этих проклятых ягод и фруктов…

- Не пойму, к чему вы клоните? - Нэт выдержала его взгляд.

- Кэтрина не ответила мне взаимностью, влюбилась в никчемного человека и навсегда ушла из мира эльфов. Небесная Принцесса превзошла ее - предпочла презренную женщину. Всегда найдётся кто-то, кто не поддаётся контролю. Но я искореню это начисто, чтобы уже никто не посмел поступить со мной с пренебрежением. Какая ирония - теперь ты предлагаешь мне вечность. Власть! Вот единственное, что оправдывает вечность.

- Не знаю, что там с Кэтрин, но вы сделали из девочки монстра и ждали благодарности и привязанности? Я не в силах предложить вам трон - в поисках Глаз Дракона абсолютно бесполезна. Мне также неизвестно, зачем Небесная держала меня во Дворце. Не советую вам повторять ее опыт. Здесь я по собственному желанию, - Нэт встала с дивана и подошла к столу. - Надеюсь, вашего влияния достаточно, чтобы снять для меня жилье в безопасном месте. - Зажав пальцами клатч, она подняла руки и расстегнула тяжелое колье. - Не хочу быть вашей гостьей. - Ожерелье легло на столешницу и разлилось сверкающим озером, заигрывая с пламенем свечи. - Утром я должна уйти. Ах, да! Прикажите купить для меня одежду.

Ничего, кроме презрения, Нэт не испытывала к человеку, сидящему напротив. Страх покинул сердце, а уверенность в своих силах придала решимости. Впервые она чувствовала себя настоящей эльфийкой.

Ди выпрямился, ухмылка с лица исчезла:

-Ты похожа на Принцессу не только внешне.

-Я не верю вам, - Нэт вернулась к дивану и хотела присесть, но передумала. Видно было, что Ди колебался, и следовало действовать решительнее.

- Соглашайтесь! Уверена, вы сумеете распорядиться вечностью, - волнение разрывало внутренности, но Нэт старалась говорить твердым голосом. Она машинально дотронулась до ключиц, проверяя, на месте ли ожерелье, но его уже не было. Нэт опустила руку, а затем застыла, готовая стоять до тех пор, пока Ди не ответит утвердительно.

-Когда я получу кольцо?- голос Ди стал жестким, голова потянулась вперед и нависла над столом.

-Когда буду уверена, что свободна.

Несколько секунд длилось молчание. Нэт наблюдала, как пламя свечи отражается многократно в зеленом сирлидоне. Ожерелье не было подарком. Может от того она легко с ним рассталась? А может просто хотела раззадорить Тая. Надежда боролась с сомнениями: она убегала, но пойдёт ли Тай по ее следам? Вспомнились слова Неха: “Никогда ничего не бойся” - и вновь уверенность наполнила душу. Придет время, и так же, как Тай заставил её сердце биться сильнее, она заставит демонов оставить Тая навсегда. От дребезжащего звука Нэт вздрогнула - Всесильный Ди здоровой рукой тряхнул серебряный колокольчик.

ГЛАВА 35. Автор: Тайклот

Снег густо валил с низкого неба, и Тай поднял воротник пальто. По улицам одна за другой ехали снегоуборочные машины, но и они не успевали справляться со стихией - город медленно накрывало белым одеялом. Таким тяжёлым, что мегаполис продолжал дремать с самого утра. Теперь лишь хотелось ловить взглядом медленно падающий снег и думать, что, наверное, застыть так, созерцая вечность, намного лучше, чем бешено ловить ускользающий миг.

Редкие прохожие, кутаясь в пальто и пуховики, проходили мимо и с подозрением поглядывали на Тая. Посреди заснеженной улицы он ножом вырезал на ладони послание. Дара, конечно, передаст Принцессе очередной отчёт: да, он не нашёл Нэт, как было приказано. И пусть это звучит дерзко, но Нэт сбежала более месяца назад, а приказ о поиске поступил только позавчера, так что он хоть и Мастер, но не бог.

Буквы выходили неровными и резкими, выдавая злость и раздражение. Кровь стекала по ладони и капала на снег, на белое полупальто и на ботинки. Резанув последний раз, Тай сжал ладонь и дрожащими от ярости губами прочитал заклинание на исцеление. Затем убрал керамбит в чехол и натянул тёмно-коричневые тонкие перчатки.

Он связан по крови намертво, сопротивляться приказу невозможно - оставалось только дольше ходить окольными путями. Или искать другой выход.

Тай взмахнул ладонью, снег взвился вьюнами, а потом рухнул на землю тяжёлыми чёрными каплями, лёд под ногами запузырился, когда через портал выбились тёмные и словно липкие языки пламени. В очередной раз в девственно белой чистоте улицы осталась грязная рана, похожая на ту, что источала ненависть из сердца.

В Залесье Тай приходил, как узнал о побеге Нэт. Отправился сразу. По воспоминаниям брата нашёл скалу и пещеру, где и обнаружил Глаза Дракона. Не было только Нэт. Она не пришла сюда. Просто исчезла из их жизней. Сейчас - спустя столько времени - Нэт здесь тем более быть не могло, но Тая обязывали отчитаться.

Придерживая у горла воротник пальто, он заглянул внутрь пещеры. Камни вокруг рассыпались в щебень, но некоторые торчали обломками, как гнилые зубы в чудовищной разворочанной пасти. Снега вокруг не было, он таял над Кристаллами, вспыхивая искрами. Зимой день заканчивался быстро, поэтому, как только солнце переваливало за полдень, становилось сумрачнее, к тому же небо затягивало тучами, и в окружении каменных стен яркость угасающего дня приглушалась вдвое. В тени эльфийских цветов, превратившихся в камни со смертью Анайрэ, стояли два мага. Один из них прислонился к поблёскивающей перламутровой глыбе и монотонно читал заклинание. По его приказу время в куполе над Глазами Дракона неслось со скоростью света. Годы, десятилетия, столетия – они стирали волшебные скалы в порошок, но только Глаза Дракона всё еще стояли нетронутые в кучах перламутровой пыли, и поблескивали, словно их надраили полиролью.

Маги обернулись одновременно, Тай ринулся вперёд из снежной завесы, плечом толкнул всё ещё бормочущего мужчину в круг без снега – миг! – пустота. И заклинание рухнуло. Второй маг уже поднимал пистолет, но Тай ударил по запястью, подрубил руку. Оружие звякнуло о камни, а противник уже лежал на животе, лицом в песок, с заломанным за спину локтем.

Это был Карнивал, главный помощник Ди, сверхмощный собиратель энергии от камней. Но сейчас он пребывал на грани истощения и сопротивлялся вяло. Даже коротко стриженные пепельные волосы потускнели, превратившись в седину, торчали сухими белыми иголками. Роль «проводника» полностью лишила его воли, и он растерянно озирался, ища взглядом жизненно важную энергетическую подпитку. Тай оглянулся. Небольшой сундучок, доверху набитый алмазами и сирлидоном, стоял всего лишь в шаге от них. Энергия древних магических камней била гейзером над скалами, устремлялась в серое небо, терялась в мутном дымке наползающих облаков. Тай выпрямился и поднялся над распростёртым противником, который едва сумел перевернуться на спину. Тай прижал ботинком трясущуюся, тянущуюся к камням сухопарую, но крепкую ладонь - кости заходили ходуном под подошвой. Снял перчатки, наклонился и вытянул из сундучка массивное ожерелье, гибкое, упругое и холодное, как змея. Сейчас оно и стало змеёй, мерзкой тварью, которая укусила его, напав со спины, коварно, когда он не ожидал… Ожерелье Нэт. Не успев вовремя осадить себя, он уже потянулся к ней и… услышал её просьбу об укрытии, а после – звон серебряного колокольчика и приказ Ди…

Застонав в отчаянье, Тай поднёс украшение к лицу и закрыл глаза.

Камни рассказали всё…

- Нэ-эт… - тихо прошептал он. – Что же ты наделала, Нэт…

Белое золото, обрамлявшее камни, плавилось в ладони, перетекало, обретало новую форму: вытянулось, заострилось, превратилось в смертоносный стилет, где груда драгоценных камней стала гранями клинка.

Резко пригнувшись, Тай занёс оружие над Карнивалом.

- Это Ди приказал уничтожить Глаза Дракона, так? Что он…

Маг вдруг вскинулся, схватился цепкими пальцами за клинок и ринулся на него, одновременно выкрикнув приказ…

…и в руках Тая осталась пустота. Воронка поглотила раненного мага мгновенно - убивая себя, он ввел в тело колоссальную дозу энергии, и она помогла вырваться из этого места.

Секунду Тай взирал на опустевшие ладони и кровавое пятно на взрыхлённом перламутровом песке. Потом поднялся, осматриваясь. Серая мрачность, тишина. Блестящие глыбы с отполированными овальными зеркалами в обрамлении узора из диковинных цветов. Реликвия эльфов, так необходимая Принцессе. Но, как оказалось, не настолько необходимая, как Нэт, раз на беглянку всё-таки началась охота. Прошедшее с побега время, пока Принцесса не поднимала шума, только подтверждало, что поиски велись отчаянно, а Тай – это мера, к которой Небесная не хотела прибегнуть и выдать свой интерес. И вот он здесь. На пороге убежища женщины, которая спряталась от них, и которую он так жаждал увидеть. И так боялся найти.

Тай запрокинул голову и тяжело вздохнул, выпустив клубы пара в морозный серый воздух. Хоть еще на минуту задержаться здесь, хоть на секунду не позволить себе идти. Он закусил губу и, борясь с приступом удушья и тщетно озираясь по сторонам, искал хоть что-то, что остановило бы следующий шаг. Взгляд наткнулся на углубление в скале - яростная энергия эльфов била оттуда, как жар из доменной печи. Тай шагнул внутрь круга и прикоснулся к каменной глади, где осталась странная отметина в виде раскрытой книги. Даже углубления от завернувшихся листов были отчётливо видны на отшлифованной поверхности.

Книга Эльфов. Здесь была та самая чёртова книга, которую так и не отдала Анайрэ!

Тай устало опустил голову.

Всё равно. Теперь уже – всё равно.

Он обречённо скользнул пальцами по гладкой поверхности…


-… знаешь, что за книга? – тихо спрашивает девочка.

- Не-а, - отвечает Тай, разглядывая здоровенный фолиант, который девочка едва выгребла из бездонной сумки.

- Это Книга Эльфов. Анайрэ читала её и смотрела через волшебное озеро, а я узнала… что Ключ к Глазам Дракона - не перстень. - Она заговорщицки мотает головой, и черные косы гладят её по плечам. Тёмные глаза, блестя зелёными искрами, смотрят на Тая хитро-хитро.

- Ключ - это… - Она улыбается во весь рот.

- Ключ – это… - Он абсолютно заворожён.

- Это Принцесса эльфов… - тараторит она и тут же вскрикивает: - Клянись, что не выдашь меня!

Она кладёт ладонь на твёрдый переплёт, обтянутый кожей и оббитый потемневшим серебром. Тай прижимает своей ладонью её.

- Я клянусь. Клянусь, что никогда не выдам тебя, моя Принцесса.

- Анайрэ говорит, что эта тайна навредит мне… Если это так, ну, если правда… ты должен будешь забыть меня. Клянешься?

Мальчик мучительно ищет самый безопасный ответ. Но его нет. Потому что в клятве не может быть компромиссов.

- Я клянусь… - тихо выдыхает он. – Пожалуйста, не выдавай себя, ладно? Не заставляй меня забывать!

Я не хочу тебя забывать…

Она приставляет палец к своим губам и улыбается.

Я не хочу тебя забывать!

Но она продолжает улыбаться. Это всё шутка! Это весело, правда, весело.

- Ты будешь принцессой, - мальчик усмехается, – уж это я тебе обещаю!

- Бабка говорит, что ты – невыносимый хвастун!

- Хвастуны ничего не могут. А я – могу! - заявляет он и шепчет в траву.

Со всей поляны в воздух поднимаются белые цветы, они кружатся в синем небе, как снег, и падают на их чёрные волосы.

- Только – тс-с-с! – еще раз шепчет девочка.

Это весело. Правда, весело. Никто никогда не решит за них. Никто не узнает!

Не хочу тебя забывать! Слышишь?!

Мальчик смеётся, и книга захлопывается сама собой, поднимая с их голов вихри белых лепестков…


…Белые лепестки падали на волосы. Рука соскользнула с глянцевитой скальной поверхности. Ветер внезапным порывом заскочил в это гиблое место – и каменные листы исчезнувшей эльфийской Книги будто приподнялись. А облако белых соцветий – крупных снежинок – закружилось возле лица, прикоснулось к опущенным ресницам.

Он забыл, потому что поклялся перед самой Нэт. Анайрэ именно этим и воспользовалась. Но в глубине души он помнил… помнил, кто Нэт такая… И пытался сделать всё, чтобы она была неприкосновенной и получила власть, о которой грезила девчонкой. Он подчинялся только её приказам. Кара узнала больше двух лет назад, кто такая Нэт – и Тай сжёг её в вечности, без следа, до основания, до последней мысли. Заставил забыть и Неха… И теперь взялся за нож, готовый любым путём закрыть рот тому, кто произнесёт правду вслух.

Только не брату…

Проклиная себя и свой дар, Тай потянул энергетическую нить драгоценного клинка, оставшегося в груди у сбежавшего мага, и шагнул за ней в чёрную пропасть…


***


- Я не могу! Не смогу! Слишком серьёзная рана! – Нэт почти кричала.

Она склонилась над умирающим мужчиной, из груди которого торчал острый обломок металла, сияющий драгоценными камнями, как царский скипетр. Дышал Карнивал с бульканьем, говорить не мог, но взглядом умолял спасти - самостоятельно он не выкарабкался бы, потому что иссушил себя до дна.

По озеру – бескрайней матово-свинцовой глади – ветер надувал мелкие волны на наледь возле песчаного берега. В вышине медленно, словно сопротивляясь ветру, парили, раскинув крылья, чайки. Казалось, они застыли на одном месте. В полной тишине. Словно оледенели в небе, как и всё здесь - вода, небеса, ветер … и взгляд Тая, прикованный к фигуре женщины у озера.

Нэт в отчаянии стянула с пальца кольцо Анайрэ… не могла смотреть на умирающего, но и раскрыть тайну волшебного подарка наверняка боялась - ведь мужчина был человеком Всесильного Ди. Через миг она всё-таки взяла Карнивала за запястье.

Тай перехватил её ладонь, перстень дрожал в тонких перламутровых пальцах. Другой рукой выдернул стилет из груди мага и шепнул в зияющую дыру заклинание. Раненый вздохнул в полную силу, и Тай отправил его в сон - свою миссию Карнивал выполнил, но убивать его на глазах у любимой женщины не хотелось.

Нэт смотрела на Тая. Смотрела на свою руку в его – и словно не понимала. Затем отдёрнулась, высвободила запястье, отступила.

- Привет, Нэт… - прошептал он. Ветер развевал её волосы, они скользили по лицу, шее, груди. Свинцовая тяжесть озера и неба слились, поглотили горизонт за её спиной – и теперь девушка будто парила в облаках вместе с птицами. Белыми птицами, замершими в сопротивлении ветру.

- Как… - едва слышно проговорила она.

Клинок превращался в ожерелье. Через секунду оно тяжёлой россыпью камней повисло на ладони. Без Нэт в этой дорогой безделице не было ни жизни, ни смысла.

- Это же был не подарок, милая Нэт, как ты могла разбрасываться подобными вещами? Я разорюсь, отдавая проценты, - он грустно улыбнулся, сердце заполнила тоска, и оно, как камень, погружалось в тёмные воды скорби.

Она понимающе кивнула, но на лице не было разочарования, словно она знала о его словах заранее. Он чуть наклонил ладонь - тяжёлое кольё соскользнуло и упало в песок возле ног.

- Избавляются от того, что не нужно… Но ты реально отчаянная, раз решила утереть мне нос при помощи Ди, - Тай хохотнул. – Я оценил. Настоящее удовольствие - быть посланным за самонадеянность так изящно.

Нэт отвела взгляд, поджала губы, а затем проговорила:

- Недавно из-за меня погиб человек. Моё решение стоило кому-то жизни. Но даже так. Я принимаю решение сама. И несу за него ответственность. За то, что не понимала себя. За то, что не там искала ответы на свои вопросы. За то, что изменилась. И мне не жаль. Я просто пойду дальше.

- Но ты явно переоценила меня, - хрипло перебил Тай. Ветер срывал слова с губ, уносил в мрачную, застывшую даль. – Кажется, ты до сих пор не поняла, каким дерьмом я могу быть? Думаешь, я поблагодарить пришёл за то, что ты сделала?

- Я просто закрыла эту дверь – чтобы открыть следующую. Мне нет дела до твоей благодарности… и твоя ненависть меня не пугает. Мне нужно время… мне оно необходимо, чтобы я не возненавидела себя сама. - Она упрямо смотрела в сторону.

– Но я всё-таки нашёл тебя… - голос предательски надломился. – Нашёл, чтобы услышать. Так скажи мне это в лицо. Что я обидел тебя, унизил, используя в своих целях, давил и был козлом. Ну, давай, я хочу послушать!

Клубы поднимающихся туч погружали мир в вечер. Растворялись во мгле и берега, и мосты через две реки, и серые коттеджи, что стояли вдалеке меж рек – всё это затягивал в себя сумеречный туман, связывая мохнатыми нитями воду и небеса.

- Мне кажется, я уже всё сказала…

- Тогда надо было лучше прятаться, – улыбнулся он. Ветер с воды полоснул по лицам ледяными кнутами, выбивая из глаз нежность, которую он не мог себе позволить. – Увы, в этом ты не так сильна. Тут твоя бабуся была права. Мы как-то договорились доверять друг другу. А разве я когда-то обманывал тебя, милая Нэт? Не припомню. Так вот… ты очень разозлила меня. Знаешь, как меня отымела эта холодная стерва Принцесса? Прям по полной. А я очень не люблю выглядеть идиотом, - Тай закатил глаза и деланно вздохнул, хлопнув себя по лбу пальцами. – А брат предупреждал меня о женщинах, ну, как в воду глядел, ей-богу…

- Можно не упоминать всех твоих женщин всякий раз, как встречаешься со мной?

Он криво усмехнулся, закапывая ботинком ожерелье в песок. Зелёные камни тонули в промёрзлых серых песчинках. Казалось, что вместо души – бездонная воронка, куда сливались отчаянье, страх и ненависть к самому себе, в голове – пронзительный писк при полной тишине вокруг, словно уши заложило. Нэт, закрыв ладонями ключицы, взирала на кощунственное обращение с изящной вещью, и мир вокруг сжался до размера её глаз, капля разочарования в которых раздавила бы Тая.

- Тай!

Она шагнула навстречу. Её волосы касались его лица. И от прикосновения не было больно, локоны словно гладили кожу, успокаивали. Но нет, всё это лишь обман, всего лишь ветер. Как и брат, она так же обнимет, разочаруется и уйдёт… Он облажался. Принцесса ждала Нэт… Кости, чтобы призвать повелительницу, потом её кровь, чтобы проверить… И теперь – Глаза Дракона и Ключ. Всё это понадобилось Небесной Принцессе для исполнения своего замысла. Замысла, что убьёт Нэт… Так написано в Книге. Этого боялась Анайрэ…

Проклятье! Он сам… сам привёл Нэт к Небесной… собственными руками отдал… Он оказался неправ, Анайрэ победила: он всё ломает, и его надо было послать к чертям давным-давно! И бежать, бежать, бежать…

Нэт смотрела на него пронзительным, затягивающим, словно омут, взглядом, в котором поблёскивали изумрудные искры.

Он протянул руку, убрал волосы с её лица и чуть задержался пальцами на щеке.

– Здесь так холодно, у тебя щёки ледяные. Как досадно, должно быть, мёрзнуть в одиночестве… Поэтому беги отсюда, пока я не устроил тебе горячий вечер.

- Тай, перестань же! Скабрезности ни к чему совсем, звучит отвратительно!

Он молчал. Кожа на его ладони плавилась от прикосновения к её лицу. Невыносимо. Можно ли было решить эту проблему проще и хоть иногда ощущать её руку в своей руке без боли? Возможно и так… До того, как узнал правду. Теперь просто необходимо, чтобы она осталась жива. Только так он сможет увидеть её ещё хоть раз. Ей просто необходимо быть живой. А ему – предать свою любовь к ней. Поэтому он пойдёт на это. Сделает всё. Не остановится до самого конца.

- Ты не потянешь такого врага, как я, - вызывающе усмехнулся он. – Так что бегите с Нехом. Скажу ему, где тебя найти и, пожалуйста, можешь снова назвать меня тварью, но не спорь. Ты в опасности, и только Нех в состоянии защитить тебя от… - Тай запнулся. – А Всесильный Ди, нет, уже не поможет, не укроет и не спасёт тебя. Если он встанет на моём пути, я попросту сотру его в перламутровый порошок. Вместе с идиотскими камзолами.

Нэт лихорадочно блуждала растерянным взором по его лицу, и хотелось схватить её взгляд, притянуть к себе, утонуть в глазах, стать частью её воли, мечом или щитом, тем, кем она пожелает. Но глупо было даже мечтать о подобном, когда наделано так много ошибок.

- Тай, что всё это значит?! – в глазах Нэт плеснулась тревога.

Он скользнул пальцами по её ледяной ладони, отдавая на мгновение своё тепло и боль, и отступил:

- Улыбнись, моя эльфийская принцесса…

- Как… как ты назвал меня… – Она подалась к нему, протянула руки, почти заключая в объятия. – Тай, постой! Я приказываю! Остановись! Остановись, упрямый эгоист! Да стой же!

За её спиной алое солнце разрезало кровавой раной густые облака у горизонта.

- Это весело, правда, весело… - прошептал он, когда Нэт осталась по ту сторону реальности, а портал захлопнулся перед его лицом.


***


Ди надавил на кнопку звонка и одёрнул рукав пиджака. Деловые костюмы раздражали. Здесь, за пределами Дворца, без свиты, знаков отличия, без одежд, полагающихся при Дворе, казалось, что эти пиджаки и брюки окончательно лишали возможности не только говорить, но и жить. Как другим удавалось – не понятно. Вот в частности этой Нэт… Спрятав эльфийку в жилом комплексе, построенном меж двух рек, он сделал её невидимкой, но самому вести ничтожное существование и скрываться – нет, увольте! Даже томиться возле закрытой двери, ожидая, когда гордячка соизволит открыть дверь – уже сущее мучение.

Ди поставил тяжёлый кожаный кейс на пол и резко выдохнул в нетерпении.

Жаль потерянного времени. Знай он раньше, что задумала Принцесса, ловко провернув дело с заданиями для претендентов на её руку, он бы уже давно решил проблему, а не ставил бы бесполезные опыты над Нэт, пытаясь выяснить, зачем это Принцессе понадобилась капля крови некой женщины из другого мира. Регенерация, думал он, способность к бесконечному исцелению… да уж.

Из-за этой оплошности, едва не замучив Мастера в застенках, глупо настроил против себя и братьев Моринехтар. Но, что сделано, то сделано. Вообще страшно утомили все эти выскочки, которые что-то о себе мнили! При его-то стараниях, откуда такие вообще до сих пор брались?! Всегда появлялись странные субъекты и оказывалось, что этот мир еще далеко не совершенен… но это его мир. И, в конце концов, даже предав свои перламутровые кости, он заставит мерзких смертных подчиняться лишь его воле.

- Зачем вы здесь? – холодность высокомерной эльфийки граничила со стужей за окном.

Ди, не разуваясь, прошёл в гостиную, откуда открывался вид на озеро. Небо затянуло тучами, только над горизонтом расплывалась рваная кровавая полоса и над холодными водами озера ползли умирающие лучи заходящего солнца. Ди сел в кресло напротив окна, наслаждаясь видом.

Солнце еще не скрылось - это на руку. Скоро, по-зимнему короткий, но ныне долгий, очень долгий день закончится – и всё подойдёт к своему завершению.

- Всего лишь праздное любопытство и предупреждение, - выдал он заготовленную полуправду. – Возможно, отсюда придётся съехать… Принцесса искала тебя и раньше. Но два дня назад отдала приказ не кому-нибудь, а младшему из Моринехтаров. Так что ты понимаешь - Принцесса не шутит, и две реки нас уже не спасут. Так вот мне любопытно… чем же ты так заинтересовала Её Высочество?

- Я не боюсь Тая! – резко ответила Нэт, видимо, услышав из всего сказанного только это.

Ди приподнял брови, но решил не комментировать, постучал пальцами по ручке стоящего у ног кейса, обдумывая следующий вопрос.

- А Её Высочества ты не боишься?

Красная полоса заката легла на паркет между ним и женщиной, как дорога, по которой они никогда не пойдут вместе.

- С Принцессой нас ничего не связывает. И у меня нет ничего для неё.

Ди прищурился, едва заметно кивнув. Нэт – не знала. А значит – не знал никто.

До ноздрей донёсся терпкий запах раскуриваемых трав. Через вентиляцию и через все поры дома квартира пропитывалась ароматом зверобоя. Текучая вода, зверобой, солнце… Нэт закопала кости, что давали ей силу и могли защитить, возможно, все приготовления были лишними, но предосторожность никогда не мешала. Только надо еще потянуть время.

- Возможно, она злится, что я украла кости эльфов… - проговорила наконец Нэт.

- Коне-ечно, - Ди усмехнулся, – конечно, она злится. Никто не любит, когда у них что-то берут без спроса. Но твоё желание помочь Неху – благородно. Закопать кости, избавить от проклятия… Я понимаю тебя. Хотя кто ж тебе рассказал-то эту лживую байку, м? - Ди хмыкнул. – Неужто сам Келлегорм? Впрочем, и здесь всё понятно. Келлегорм - благородный эльф, правильный, достойный. И лишь хочет счастья своему народу. А не тоски. Ты же знаешь, что эльфы умирают от тоски, верно? И странно, если бы Келлегорм позволил своему народу вымереть именно так. Хоть он и порицает действия тёмных эльфов с их стремлением добыть для себя справедливости, здесь он не мог упустить шанса.

Нэт нахмурилась, глядя, как кровавая река умирающего солнца струится между ними.

- Всё это ложь, юная леди, - Ди поморщился и постучал пальцем под правым глазом. – Всем, кому ты верила – предали тебя. Использовали. Представляю, как злы эльфы на то, что ты заботишься о человеческих мужчинах больше, чем твоём народе. Но они не могли приказывать тебе, могли только подталкивать. Позволить вручить Мастеру клинок, направить во Дворец, показать дорогу к Глазам Дракона…

Ди вздохнул. Девушка застыла явно в замешательстве, но стараясь держать лицо:

- Эльфы не отпустили Неха?

- С чего бы? Всё же идёт по плану! Как кстати он им подвернулся в круге, взяв на себя проклятие. Это им и надо было, полагаю. Так опасался за братца, что совсем не принял в расчет синего мага, сам стал верным орудием. Ты знаешь, что он с эльфами заодно? О, это давняя история… Представь, что старший Моринехтар каким-то образом узнал, что есть путь в Валинор. И ошибочно посчитал, что дверь – Книга, а Ключ – перстень. Он был юн, но уже очень амбициозен. Братья благородных кровей к тому времени остались нищими сиротами. Никому ненужные мальчишки, у них не было ничего и никого, кроме друг друга. И ещё яростного желания быть кем-то. Здесь без власти ты никто. А деньги приносят власть - так считал Нех и был прав, конечно. Что он мог – это зарабатывать деньги. Волшебство из ничего. Правда, у него имелся брат, которого можно было использовать…

Нэт скривила губы. Ди поднял ладонь и пренебрежительно махнул пальцами.

- Не стоит дуть губки. Это был и остаётся отличный симбиоз, и никто не внакладе. Только вот Неха всё это, скажем так… угнетало. Он вроде как поклялся брата защищать, а выходило, напротив, бросал иногда в самое пекло. Нех просто не знал, что делать. Сумасшедшего мага надо было иногда заземлять, но это другая история… Нех хотел мощи, силы, защиты для братца. Всё это могли дать вещи, сделанные эльфами. Подумай, кем бы они стали, имей такие артефакты в руках? Это могло бы урезонить Тая, сделать его более покладистым, а Неха – практически вывести за границы чьего бы то ни было подчинения. И они бы перестали делить те самые синие штаны…

Нэт заметно сжалась, прикусила губу, но промолчала, хотя он, скорее всего, попал в точку.

- Да, не верится, как много скрыто у нас в подкорке, - усмехнулся Ди. – Идея не оставляла его все эти годы, хоть Анайрэ и постаралась выбить память из голов мальчишек, но добраться до Валинора Нех мог только через тебя, Нэт. И даже при том, что работал он на меня, однако, с самого начала именно он меня пытался… как это нынче говорят?.. кинуть, да. Поэтому снова пошёл в Залесье за Книгой и перстнем… но эту историю, ты, кажется, уже знаешь…

Так вот я к чему. Может, стоит отдать-таки перстень мне сейчас, пока ты его сама не отдала Неху?

- Даже зная это, я не колеблясь отдам перстень Неху. Валинор – мир любви, это мир эльфов, ничего преступного Нех бы не сделал!

- О, да… мир любви. Рай, к которому стремятся тёмные эльфы – это уже не рай, юная леди. Это просто место. Место, в котором не любят - не рай. Никто не создал этого рая. Поэтому эльфы попросту возьмут своё же, тот мир, из которого их изгнали. Вот этот самый наш мир.

Нэт отступила в потрясении, красное зарево омывало ноги и подол длинного белого платья, как кровь, которая грозилась пролиться, но за эту кровь никто не хотел брать ответственности.

- Этот мир станет Валинором. Миром эльфов. Вот и всё. Все люди, которых я пустил сюда из других миров, все здешние устои, реалии, законы – погибнет, когда откроются Глаза Дракона. Вот что мог сделать Нех, ведомый желанием быть сильнее. Вот что хочет сделать сейчас Принцесса, желая быть свободной. Вот чего добиваются тёмные эльфы, жаждая заполучить обратно свой мир. Поэтому они помогают тебе и Небесной, а меня стремятся убить! – Он помолчал, посмотрел на неё почти с ненавистью. - Так почему же я должен жалеть вас, глупые отродья?

Аромат зверобоя насытил воздух так, что стало трудно дышать. Последние алые лучи солнца омывали фигуру первородной эльфийки. Абсолютно беззащитной сейчас.

- Жаль, что ты не отдаёшь перстень добровольно, хоть и узнала правду о своих предателях-друзьях. А силой взять не могу. Что ж… Я проживу ещё очень долго и без перстня. А вот ты, увы, нет. Никакого волшебства, юная леди, - произнёс Ди, вставая с кресла и подхватывая кейс. – Никакой магии. Просто убийство. Мерзко и грязно, никакого изящества. Всё, как любил делать этот убогий Крег Рифтус.

Ди поднялся и подхватил драгоценный кейс. Книга эльфов была удивительно тяжёлой, словно само время впиталось в неё вместе с пылью, кровью и слезами ушедших поколений эльфийского народа. И хотя казалось невероятным заблуждение Небесной - будто он, Всесильный Ди, проживший сотни лет, не подозревает, чем грозит открывшаяся дверь в Валинор - тем не менее, шанс переиграть строптивую противницу появился. Книга, попавшая ему в руки, подсказала, что уничтожить хрупкий Ключ будет намного легче, чем Глаза Дракона.

Оставив застывшую Нэт в комнате, Ди обернулся в дверях и хмыкнул:

– Представляю, как перекосятся лица Моринехтаров.

На лестничной площадке раздался топот ног. Скоро в тайной квартирке будет грязно и кроваво. Ну а перстень… что ж… бог с ним.


***


Принцесса расправила плечи и приподняла подбородок. На веки давили наклеенные бриллианты, ресницы – такие же тяжёлые от серебряного напыления - не разлипались без усилий. И не было желания открывать глаза вообще, если всё ещё приходилось смотреть на этот ненавистный мир, который хотелось разодрать в клочья и развеять в пыль. Эти законы, ритуалы, навязанные правила. Не было спасения здесь. Не было жизни. Красок.

За огромными окнами сгущалась ночь. Тьма царапалась в резные мраморные рамы. Принцесса вышла из своих покоев и направилась в Зал Приёмов, где белизна стен и потолков не умаляла ощущения, что тьма сдавливала мир со всех сторон. Пышный шлейф цвета морской волны тащился за ней и словно тяжелел с каждым шагом. Приходилось снова и снова расправлять плечи.

По всем улицам, в любой закоулок, во все дальние дали, разлетелись вести о том, что у Принцессы появился наконец новый претендент в супруги. По всем телевизионным каналам и на каждом огромном уличном экране в городах транслировали эту радостную весть. Механизм работал исправно. Любой житель Империи - от мелкого клерка до фермера - теперь благоговейно ждал исполнения ритуала, в котором правительница становилась такой же, как и они, марионеткой.

Не опуская взгляда и чуть приподняв уголки дрожащих от омерзения губ, Принцесса вошла в Зал Приёмов. Там уже ждали чинуши всех мастей. Голодные глаза, разинутые рты, пустые сердца, жадные до нового акта продолжающегося спектакля – вот кто были эти серые болванки. Никчёмные людишки!

Небесная аккуратно развернулась у трона-ложа, фрейлины помогли подобрать подол, когда она подтянула ногу под себя, и прилегла, опустив руку на подлокотник. Поза, как всегда, казалась небрежной, но теперь Принцесса подтянула кончик туфельки под складки платья, спрятав под тяжёлой тканью дрожь ступни. Ноги сделались ватными.

В желании ударить презренную крысу побольнее она загнала зверя в угол… и тот укусил. Моринехтар сделал выбор – официально принёс в дар всё, что требовалось от претендента на руку Небесной: несколько эльфийских черепков, кровь первородной и Глаза Дракона. И освободился от заклятия по крови. Теперь он не мог оставаться рабом, статус его поменялся -и связывающие путы прислуги он стряхнул, словно пыль. Теперь Мастер стал кандидатом на трон. Он прекрасно знал об этой возможности и не зря нагло угрожал… а теперь подло укусил. Как мерзкая тварь с отравленными зубами.

Принцесса не изменилась в лице и чуть приподняла веки, когда у дверей объявили прибытие господина Моринехтара. Высокие резные двери распахнулись, и вошёл тот, кто теперь намеревался стать Небесным. Он улыбался. А за его спиной текли бесконечные потоки чёрной, хлюпающей жижи, которая раскидывала липкие лапы по стенам, мазала двери, била гейзерами в потолки, оседала липкой грязной плёнкой на всё, чего касалась.

Мужчина поклонился - и мерзкие чёрные твари с серебряными глазами взвились за его спиной. Они раскрывали кровавые пасти и, дрожа от возбуждения, облизывали двери и пол алыми трепещущими языками. Белые стены, гобелены, всё сливалось и тянулось в жадные пасти алчущих демонов, и их цвет Принцесса вдруг различила чётко и ясно.

Так недавно. Так давно… Нэт сидела здесь в красном платье и в сирлидоновом ожерелье, что прикрывало поблёскивающие перламутром ключицы. Она так старалась спрятать их. Принцесса эльфов. Она так боялась раскрыться! Но почему же, почему?! Почему Нэтаниэль не могла принять свою роль, так же, как Небесная Принцесса приняла свою?! Почему позволяла себе жить свободно, а всех остальных заставляла мучиться?! Все здесь мерзкие, отвратительные воры! Как же так?! Убежала, разозлила, предала?! Ведь у них же одна цель!

Стёкла во Дворце захрустели, лопаясь внутри невидимыми трещинами.

Мужчина стоял в дверях, улыбался кривой усмешкой. Холодный и церемониально сдержанный, он вдруг раскрылся – тьма плескавшаяся за ним, поползла вперёд, к трону, донося сокровенное – и Принцесса отшатнулась:

- Не получишь Нэт. Слышишь ты! – прошипел он в лицо. Зрачки были почти прозрачными, страшными, неживыми, и только твари за спиной облизывали пасти, косились блестящими, голодными глазами. – Она никогда не придёт сюда. Слышишь меня?!

В голове пустота, бессильная злоба. Ненависть, лютая ненависть к этому мужчине, который захлопнул дверь перед свободой и намертво запечатал собой. Он пришёл, чтобы издеваться над ней, словно в жизни её мало страданий!

Нет, нет, нет…

- Да! – его лицо потемнело, превратилось в демоническую маску. - Мы сдохнем здесь, но не дам её отыскать. Никогда!

Ночь давила на стёкла так, что поползли трещины. Тьма просачивалась внутрь через микроскопические щели в стенах, стекала по барельефам, как чёрная смола, разливалась по мраморному полу. Липкая, грязная. Эта смола не превратится в солнечный янтарь. Она застынет мерзкой коростой. А в сердцевине придётся застыть и ей, Небесной, погребённой здесь, как в саркофаге.

Воздух в зале сгустился настолько, что Принцесса закашлялась. Чёрные капли вылетели изо рта и упали на расшитый серебряными нитями лиф. Она подняла ошеломлённый взгляд на мужчину. Его глаза были мертвыми, как колодцы с ртутью.

- Ненавижу тебя!

- Ненависть, это хорошо, - безжизненно произнёс он.

Облицовка стен растрескалась, двери чуть прогнулись внутрь, словно что-то огромное и свирепое давило на них. Стёкла во всем Дворце разлетелись со звоном - и в залы брызнула чернота. Ночь стремительно втекала и в Зал Приёмов, затопляла неумолимым отравленным приливом белый остров тающей надежды.

Мужчина приподнял ладони, через кожу просвечивали чёрные вены. Они пульсировали, разрастались, ветвились в теле, окончательно изгоняя человека, которого она надеялась сломать.

- Никто не спасёт тебя! – крикнула она.

- Я не нуждаюсь в спасении, - медленно ответил он. Из уголка рта потекла чёрная капля.

Его разум закрывался от неё пеленой, каменеющее сердце гнало по венам чёрную кровь, ярость и безумие. И никогда до сего момента так ярко и открыто она не ощущала чужое отчаяние и борьбу с собственной сущностью.

Из-за страха человек ищет спасения в других или тонет в злобе и ненависти… сказала Нэт…

Принцесса снова закашлялась. С губ капали сгустки тьмы. Ночь подбиралась к трону и кружилась водоворотом у подола платья. Небесная вскочила и, растопырив пальцы, закричала. Завизжала так, что выступили слёзы. Вопила в отчаянии, надрывая горло, срывая связки, роняя с лица драгоценные камни.

Она убьёт его! Убьёт его! Убьёт его!! Убьёт эту тварь, что встала на пути! И отдаст, наконец, этот проклятый мир Валинору!

Двое молчаливых людей с вежливыми улыбками смотрели друг на друга. Под торжественную мелодию, возвещающую об окончании дня, Принцесса протянула руку, приветствуя будущего супруга.

ГЛАВА 36.

Даже под покровительством Ди, здесь, в небольшой съемной квартире, всё же дышалось свободней. Вид из окон простирался до горизонта. Взгляд не упирался в каменные башни и не маячили стражники, отмеряющие шаги на дворцовой площади. Одна из трех комнат служила для приема больных и, одновременно, небольшой библиотекой. Иногда являлся человек от Ди, создавал портал, и приходилось идти за молчаливым магом, чтобы заботиться о незнакомых раненых людях. Вопросов она не задавала, старалась делать все, что в ее силах. Сегодня этот маг сам чуть не умер у неё на руках, а ставший привычным мирок снова рассыпался…

Красный диск солнца медленно погружался в озеро.

Нэт сидела в кресле напротив окна. Ровная спина не касалась мягкой подушки, скрещенные руки замерли на груди. Встреча с Таем у озера ошеломила. Мысли беспорядочно уносились то в далекое Залесье, то во Дворец, то в горячие объятия Тая. Сидя возле камина, Нэт снова ощутила пощечины ветра, а перед глазами мельтешили колючие снежинки в лучах бархатного заката. Почему Тай назвал её эльфийской принцессой? Разве он знал об этом? «Я буду там принцессой… я смогу быть волшебницей, как Тай!» - голос маленькой девочки снова и снова. Её голос. Голос памяти.

Глаза блуждали по грязным брызгам на мягких складках белого платья. Машинально Нэт попробовала пальцем стереть одно пятно, но на ткани остался серый след. Однажды Тай посадил ее на трон - огромный, почти до неба, земляной трон - обитый бархатом изумрудной травы и осыпанный драгоценными камнями диких цветов. Почему же теперь стоит у чужого, мертвого трона? Рука снова легла на грудь. Нэт закрыла глаза. Воспоминания то накатывали волной, то выбрасывали на поверхность, позволяя сделать один маленький вдох. Анайрэ! Анайрэ сделала так, чтобы даже случайные детские фантазии не оставили следа. Почему взрослые рассказывают сказки, как будто дают крылья, а затем запрещают взлетать?

Но исподволь Анайрэ рассказала очень страшную сказку. Сказку о собственном страхе. И обрезала крылья у Нэт. И у Тая. Так яростна и непробиваема стала ненависть к нему, что в итоге все, и он сам, поверили в её слова...

«Не говори так. Она отбирает хорошую силу своими словами…»

Ах, Анайрэ…

Мысли вернулись к озеру. Ладонь, лицо и даже волосы до сих пор помнили прикосновение Тая. До дрожи в коленках хотелось обнять его, уткнуться лицом в грудь, прижаться всем телом и больше не отпускать. Тай сыпал колкие слова на том пути, где она шла, и, как битое стекло, они ранили ступни… Но не сердце.

Нэт закусила губу до крови.

С тех пор как она закопала перламутровые кости, в душе поселился покой, в движениях появилась неторопливость, а чувства прояснились. Мысль о том, что проклятие оставило Неха, согревала и успокаивала. Нэт была благодарна за месяц, который провела одна в этом мире. Хотелось дать время Неху и себе. А после собиралась предстать перед Таем другой, новой Нэт, настоящей эльфийкой. Но... Тай просит бежать с Нехом… Хорошо. Она сделает все, что он скажет, но вернуться в старый мир - не согласна. Назвав ее эльфийской принцессой, Тай протянул нить, которой они крепко связаны. Так зачем противоречил и почему сбежал?

В оконном стекле мерцало отражение светильника, четко виднелись контуры кресла и тонкая фигура Нэт. Взгляд стремился вдаль - туда, где плескалось холодное озеро. Тай тоже мог его видеть. Она распахнула окно, глубоко вдохнула зимний воздух. Ночь уже готовилась взмахнуть крылом, и на землю сыпались крупные мохнатые снежинки.

Нэт вздрогнула, когда в дверь позвонили. Еще и еще раз, настойчиво. Ди! В голове мелькнул образ морщинистого злого лица с кривой усмешкой. Тревога закралась в сердце - что-то случилось во Дворце? Нэт прошла к двери и повернула ключ. В конце концов, старый эльф мог взломать замок или воспользоваться услугами мага, чтобы пройти в квартиру через портал.

Ди пересек комнату почти вприпрыжку, бесцеремонно опустился в кресло. Казалось, что лицо его сияет, как будто он выиграл крупную ставку в казино и ему не терпится ткнуть в лицо противника веером из купюр. Ди не долго сдерживался, поток слов в свойственной ему высокопарной манере заполнил комнату. Застыв в пол-оборота, Нэт старалась быть спокойной, молчала, подняв подбородок. Чего добивался Ди, когда так пространно откровенничал? Известие о том, что печать не снята с Неха, больно задела и заставила плотнее сжать зубы. Как гладко лилась ложь, но… Если про Печать - правда, то и всё остальное может быть… Так же, как мечталось вырваться из Дворца, теперь хотелось немедленно покинуть квартиру Ди. А Всесильный продолжал разглагольствовать о Кристаллах и скалиться, пока вдруг не сказал самое главное.

Кровь ударила в голову, стало невыносимо жарко. На секунду охватило непреодолимое желание – сейчас же открыть мир эльфов и пусть всё летит к черту! Исчезнет ненавистный Ди, Небесная Принцесса, Дворец, стражники и даже этот мрачный вечер и снег. Валинор вернется - а дальше долгая и счастливая жизнь.

Нэт отвернулась к камину, большим пальцем нащупала кольцо Анайрэ, повернула его камнем в ладонь и сжала кулак. Нех и Тай! Они исчезнут вместе с этим миром... Тай не глуп, но если он будет упорствовать, то Принцесса найдёт его слабую сторону – и убьёт.

Нэт стиснула кольцо внутри кулака. Прежде чем сбегать из Дворца надо было снести кукольную голову Небесной! Как исправить теперь то, что натворила, чем могла помочь братьям?

“Просто убийство...” - надтреснутый голос ворвался в размышления. В тот момент, когда она поняла, о чем говорит Ди, старик поднялся из кресла и направился к выходу. Нэт сделала шаг, но догнать его уже не смогла. Снаружи щелкнул замок входной двери. Нэт уронила руки, подобрала подол юбки и с силой сжала ткань, словно это была змеиная шея старого эльфа. Скрежет металла разрезал воздух, в один миг входная дверь с шумом распахнулась, ударилась о стену дважды, на пол посыпалась штукатурка. Нэт попятилась к окну. В белом облаке пыли она увидела черные фигуры людей. В арочном проеме холла мужчины остановились. Один из них медленно начал двигаться в ее сторону. Что могла Нэт? Стояла беззащитная, опустив руки - эльфийской плети больше не было. Даже черный Гриф теперь только символ рода. Тело сковал страх, только в голове лихорадочно бились мысли.

Тай! Нех! Неужели не в этот раз? Прошу, помогите! Знаю, вы где-то рядом! Ведь так много еще нужно сделать!

Неожиданно за распахнутой дверью раздался шум борьбы, затем отчаянный визг эхом взлетел над лестничным пролетом. Голос Ди! Мгновенно развернувшись, люди в черном бросились на крик.

ГЛАВА 37. Автор: Anna Bernal

В последнее время они ночевали на окраине города в одном из деревянных домов прошлого века, не попавших под снос при строительстве нового квартала в междуречье. Возвести барьер в безлюдном месте Даре стоило меньших усилий. Вечерами она развлекалась, донимая Неха разговорами и пугая альбиноса ужасами другого мира. Утром магичка отправлялась на службу, а Нэх в сопровождении мага – на тщетные поиски Нэт.

Нех злился. Что, к чертям, за побег? Что за тайны? Что за самостоятельность – сунуть голову в петлю?! Ди не брезговал ничем - и мысли о возможном леденили сердце.

Они уже несколько часов обходили квартал новостроя, но маг ничего не видел.

- Какого черта! – крикнул Нех.

Эдил оторвался от созерцания красных ягод на голых ветках молодой рябины и обернулся.

- Ты больше сосредоточен на этих корягах и тянешь время!

- Тогда ищи сам! – маг пожал плечами и посмотрел в небо.

Прикрыв чувствительные глаза рукой в варежке с узором в виде оберега, альбинос добавил, что непогода мешает чувствовать пространство. Нех поднял воротник пальто и потер замерзшие ладони. Магия… нужно самому проверить этажи в очередной высотке, заодно согреться.

В этих холодных стенах тоже не было Нэт. Нех спустился по лестнице под недовольный взгляд замерзшего мага. Он-то уже успел обрадоваться, что из-за снегопада поиски пришлось прервать. Они вернулись домой, и Дара тоже явилась раньше обыкновенного.

- Есть новости?

По ее нахмуренному лицу стало ясно: для Неха – есть, и даже хорошие.

Дара не ответила. Подняв стакан в вытянутой руке, сосредоточенно смотрела, как колотый лед болтается в коктейле. В последнее время магичка пила каждый вечер, осунулась и похудела. Внезапно ее лицо исказила гримаса боли. Расплескав выпивку, Дара поставила стакан на стол и уставилась на ладонь, истерзанную проступившими ранами послания.

- Он нашел ее?! – Нех шагнул вперед и дернул к себе запястье Дары, пытаясь прочитать послание. Но что мог он понять по кровавому пятну?

- Нет… - Дара ответила сквозь зубы, сдерживая то ли боль, то ли гнев. Прошептала заклинание исцеления, зачерпнула свободной рукой колотый лед, провела им по ладони, стирая кровь. - Ничего нет, видишь?!

Нех все еще смотрел на ладонь Дары, и магичка расхохоталась.

- Давай-давай! Бегай, ищи ее, как собака. Да пошли вы все…

Она отдернула руку, толкнула Неха в грудь, нетвердой походкой вышла из гостиной и через минуту хлопнула входной дверью. Перепады настроения сделали ее совершенно невозможной. Но слабая фиолетовая вспышка во тьме за окном подтвердила, что Дара не забывала укреплять барьер в любом своём состоянии.


***


Каждый вечер они втроем собирались здесь, в гостиной на втором этаже.

Еще месяц бесплодных поисков - и Нэт превратится в воспоминание из давнего сна.

Нех просмотрел список своих людей и вычеркнул убитых. Дважды пересчитал живых. Практически никого не осталось. Несколько бойцов и ни одного мага! Кипящая злость заворочалась в районе желудка, спазмом скрутила внутренности и напомнила о голоде. Альбинос вошел в комнату и поставил на стол поднос с кофе и бутербродами. «Эдил» вписал Нех в конце списка и задумчиво обвел запись. Маг не выносит вида крови. И как использовать это чудо природы? Доверчивый парень помогал сейчас, потому что купился на обещанную должность ученого в НИИ, в мире Нэт, где мог бы полностью посвятить себя изучению растений вдали от испытаний кровью.

Ножку журнального столика обвила зеленая ветка с нежными листьями и рассеялась через пару секунд. Остаточная магия. Подобные иллюзии можно видеть в местах присутствия магов. Но совсем недолго после их ухода. Тай сказал, что эффект по природе своей похож на эхо, но имеет гораздо меньшую скорость. Чем сильнее маг, тем дольше сохраняется рассеянная магия в том месте, где он когда-то был. Сейчас весь дом наполнен остатками иллюзий в виде зеленых веток - альбинос определенно сильнейший из магов.

Бой часов. Стремительный стук каблуков по лестнице. Дара ворвалась в гостиную, как сквозняк, хлопнула дверью, плюхнулась в кресло и взяла кофе. Жадно втянула аромат, сделала глоток, закинула ногу на ногу и игриво спросила:

- Чем сегодня займемся?

- Все-таки нужно снять заклятье с Тая, - Нех мысленно адресовал альбиносу просьбу о новой чашке кофе.

- Да ну?! – Дара скривилась. - Я гуманизмом не страдаю!

- Нужно снять заклятье, - повторил Нех, добавил в свой список Дару и закрыл блокнот.

- Что, мое заклятье оказалось вредным для здоровья? Хочу видеть, как этот…

- Опусти эпитеты и просто сделай то, что... – Нех хотел сказать «сделай то, что говорю».

- Ага, щас! – Дара резко встала и выбросила вперед руку, указывая на Неха. - Ты даже не просишь! И не предлагаешь что-то взамен! Ты…

- Хорошо, - Нех повысил голос, желая свести спор к минимуму, - и прошу, и предлагаю. Что ты хочешь?

Дара приложила палец к губам и снова заулыбалась, видимо, выбрав желание поважнее.

- Женись на мне! – выпалила она.

Нех устало потер глаза:

- У нас запрещено двоеженство.

- Уже сделал ей предложение?!

- Еще нет, но…

- Тогда нет проблем, женись на мне! – перебила Дара, села на диван рядом с Нехом и принялась выводить узоры на его плече. - Все равно никто в здравом уме не отдаст за тебя свою дочь. Ты ж вроде как покойник!

- Пожелай другое, - Нех сжал блокнот и уставился на свои руки.

В этом мире было несчётное множество препятствий, чтобы жить счастливо. Но деньги могли воскресить даже мертвого. Деньги – это его заклинание и заклятье, его магия.

- Думаешь, Тай вспоминает о нас? - пробурчала Дара, прервав молчание, потерла ладонь и добавила: – Да снял он заклятье... великий и божественный… ему теперь вообще никто не указ, так что позаботься лучше о себе... хочешь, посадим на балконе герань, и я научусь жарить котлеты?

- Мне это не нравится, - Нех задумался, пытаясь угадать желания Тая.

- Не нравится герань или котлеты?

- Перестань! Я спрашиваю, что он задумал? Чего хочет?

Дара посмотрела себе под ноги и ответила, не поднимая головы:

- Он пролез куда хотел. И хочет всё. Разве не ясно?! Всё!

Дара встала, сделала глубокий вдох, и ее огненные волосы всколыхнулись волнами, а глаза потемнели. Точно злая колдунья с обложки любимой детской книжки Тая. Нех старался не думать о брате. Возможно, младший и не пропадёт, но незнание о его решениях и действиях выводило из равновесия. В последнее время все выводило.

Дара говорила слишком громко, резкие ноты ее голоса резали слух. Колдунья указала Неху на окно:

- Что видишь?

За рекой в черном небе краснели габаритные огни новостроя - нелепые многоэтажки серыми сваями вбиты в землю междуречья. Магичка создала иллюзию – тьма ночи хлынула в комнату и поглотила все вокруг, синие искры вспыхнули и рванули вверх, Нех ощутил стремительное падение с крыши высотки, ветер задирал рубашку, раскачивал его, как воздушного змея в шторм, срывая с лески. Нех машинально выставил руки в стороны, пытаясь сохранить равновесие. Синие искры собрались в шар и взорвались ослепляющей вспышкой.

На фоне окна - силуэт Нэт, за ее спиной – алое солнце в багровых облаках и хлопьях черного снега. Ее ладонь - в знакомой до боли руке.

Тело скрючивает от желания сломать эту руку, но ярость не получает свободы - Нех скован. Тяжело дышать, ребра сдавлены тисками, от бешенства сердцу становится жарко. «Это просто иллюзия, насмешка Дары» - стучит в висках. Но отчего иллюзия ощущается такой реальной… Синие искры взрываются снова, освещая темные окна свай-многоэтажек, - и видение рассеивается.

- Там твоя принцесса! – Дара показала в темноту, в пустующие дома, и, отворачиваясь от окна, добавила: - Возможно, там. Ди снял защиту. Думаю, эльфийка там, и она ему больше не нужна.

- Создай портал!

- Может, мне сразу выпустить себе кишки?! Почему я?! – Дара в негодовании оттолкнула Неха.

- Просто отправь меня!

- Иди ты! Пусть получит, что заслужила!

Нех секунду смотрел на Дару - он может ее уговорить, она согласилась бы, будь на уговоры хоть пять минут… но их не было!

Снизу донесся свист допотопного чайника. В две секунды Нех преодолел лестничный пролет и, как и с заказанным ранее кофе, молодому магу не пришлось ничего объяснять вслух.

- Ты обещал, мне не придется убивать…

- Тебе и не придется!

Нех мысленно торопил альбиноса, а маг распахнул двери массивного серванта красного дерева, используя для портала мебель, как когда-то делал Тай в их загородном доме. Воронка открылась, и волна горячего воздуха ударила запахом гари. Нех стиснул тощее тело мага и зажмурился, когда белые волосы стеганули по лицу.


***


Их вышвырнуло на ступени лестничного пролета. Маг скатился вниз на площадку и закрыл голову руками. Нех тряхнул головой, прищурился, пытаясь разглядеть Нэт в проеме сломанной двери, среди людей в черном. Он кинулся вверх, а Всесильный Ди - вниз по лестнице. Перегнувшись через перила, Нех крикнул магу:

- Задержи его!

Эдил поднялся, прикоснулся к перилам, и те исчезли, просто растворились в воздухе. Однорукий беглец прижался к стене, нащупывая ступени ногой, маг «растворил» и стену, и ступени, заполняя пространство вокруг Ди тьмой.

Жалея, что не может сейчас же свернуть Ди шею, Нех рванул вперёд, на ходу снимая пистолет с предохранителя. Нех пытался взглядом выцепить Нэт, но тщетно. Первого человека в чёрном, обернувшегося на шум, Нех с размаху ударил рукоятью в лицо. Под маской хрустнул нос - и незнакомец, осел по стене. Теперь напали сразу трое. Первого Нех уложил выстрелом в упор, так что на одежде осталось пороховое пятно. Коридор заволокло дымкой. Двое бросились одновременно, один схватил за руку, вывернул, пытаясь выбить пистолет. Нех прижал его к стене, подперев под горло локтем.

Но в этот момент шею перетянула удавка. Лезвие гарроты разрезало кожу.

Нех откинулся за удавкой и получил удар в грудь. Завалился на пол вместе с нападающим, ободрав ребро ладони о разбитый дверной косяк. Удар по руке – и пистолет полетел куда-то к лестнице, звякая о плитку. Чёрные руки над лицом стянули смертельную петлю из лески… И вдруг пропали, удавка ослабла… Нех с хрипом втянул воздух, запрокидывая голову. Сквозь красноватый туман увидел копну рыжих волос. Лицо Дары на миг задержалось над ним - проверяла, жив ли… Пульсация крови таранила виски и мешала думать, но Нех всё же криво улыбнулся, откашливаясь.

Всё-таки пришла…

Дара резко кивнула – угрозы больше не было – и выпрямилась.

Второго противника, отправленного в иллюзию, Нех отпихнул ногой, и мужчина привалился к стене, как манекен. Тот, что с гароттой, был мёртв. Нех с трудом приподнялся, а Дара уже выскакивала на лестничную площадку.

- Что ты делаешь?! Он уйдёт так! – крикнула она, затем резанула стилетом по ладони, сдернула шейный платок и зажала в кулаке. Алый шёлк мгновенно потемнел, потяжелев от крови. Перегнувшись через перила, магичка швырнула комок в колодец лестничного пролёта.

Раздался визг Ди, Дара нащупала перила и съехала по ним вниз - в воздухе остался кровавый след от её ладони. Альбинос отшатнулся к стене. Иллюзия рассеялась - и под красной линией возникли перила. Нужно было закончить колдовство по крови. Ди валялся на полу, от небольшого платка по нему расползалась сеть из красных нитей и опутывала всё туже.

- Вот тварь… - процедила она, сосредотачиваясь на заклинании. Кровь сворачивалась жгутами.

Сзади шорох – Нех обернулся – позади стоял человек в чёрном, видимо, победивший иллюзию, пока Дара отвлеклась.

- Нех! – крикнула магичка, взглядом всю волю бросая на нападающего. Мужчину парализовало. Нех нагнулся над перилами… и в этом момент раздался выстрел.

Дара несколько секунд стояла над Ди и смотрела на пистолет в его руке. Пистолет, что свалился сюда во время драки… Красное пятно расползалось по груди.

Дара пошатнулась и медленно подломилась в коленях.

- Дара! – Нех бросился вниз, перепрыгивая сразу через пару ступеней.

Ди медленно перевёл пистолет на Неха. Губы Дары дрогнули – и кровавый платок змеёй перетянул Ди кисть с оружием, намертво заклинив затвор. Всесильный завопил.

Нех подоспел в ту секунду, когда девушка опрокидывалась. Подхватив её за плечи, он посмотрел на рану. Дара закрыла глаза. Несколько раз вздохнула, резко, быстро, словно торопясь… Глаза не открылись, но ладонь с силой сжала его руку на миг… и ослабла…

Ди, всё ещё опутанный заклинанием, в которое магичка вложила все силы, злобно шипел и пытался вырваться. Лицо посинело, ноги конвульсивно дергались - насекомое в попытке перевернуться.

Нех аккуратно положил Дару на пол.

- Постой… предлагаю… - захрипел Всесильный.

Нех устало встал на колени около Ди и сжал его шею, отрицательно покачав головой.


***


Нэт стояла у того самого окна, которое мелькнуло раньше в иллюзии Дары. Она взволнована и напугана, поэтому и не подходит к Неху сейчас. Но главное - с ней все в порядке.

- Все хорошо, - Нех привлек девушку к себе, но она молчала. Рядом с лицом Нэт возникла иллюзия знакомой руки и манжет белой рубашки. Нех коснулся губами ее виска, стирая иллюзию. Скулы и ключицы Нэт светились все ярче, она подняла руки, зажмурилась и сжала виски ладонями, словно сдерживая себя – вся комната наполнилась сиянием перламутра.

- Никто не умрет, если ты начнешь говорить. В чем дело? Эти игры с волшебством - то, что тебе нужно? Можешь молчать, но ты никуда больше не пойдешь. Анайрэ просила защитить тебя. Она знала, что все эти волшебные штуки не приносят счастья. Желание обладать ими - и есть ваша иллюзия свободы. Вы думаете, что получите с ними силу, а попадаете в кабалу!

Нэт растерянно смотрела на пятно крови на его рубашке. Хотелось оправдать ее холодность шоком и этим пятном, и мысленно пообещать, что подобного впредь видеть не придется.

- На ночь тебе безопаснее остаться здесь, попробуем установить барьер, а утром уедем, вернемся в твой мир. Там ты быстрее придешь в себя.

Она так и не подняла взгляд. Ее ладони такие же холодные, как она сама.


***


Нех осмотрел убитых, снял с одного из них рубашку и спустился к магу, которого тошнило на той же лестничной площадке. Подавив тяжелый вздох, Нех помог ему подняться и притащил в квартиру Нэт. Заказав любую внешность, отличную от нынешней, он переодел рубашку. Эта, по крайней мере, целая и без бурых пятен.

Спустя некоторое время Нех шел через мост с Дарой на руках. А в стеклянных перекрытиях моста отражался человек в черном, с темными волосами и смуглой кожей.

Минут двадцать пришлось ждать машину. Тело Дары поместили на заднее сиденье. Ее алый шейный платок Нех зажал в кулаке. А ещё через двадцать минут, Нех был возле Дворца, где Тай уже открыл для него тайные двери.

В небольшом приемном зале с окнами, закрытыми светонепроницаемыми портьерами, не было мебели. Тай вошел тихо и аккуратно затворил дверь. Нех внимательно посмотрел на брата - выглядит здоровым и надменным, значит все не так плохо, так откуда это чувство печали? Белоснежное одеяние, украшенное сверкающими камнями, напомнило расшитые одежды Ди.

- У вас сегодня маскарад - и ты в роли сверкающего айсберга? – Нех приподнял бровь, разглядывая украшения на одежде Тая. Чувство печали расположилось поудобнее и расправило плечи.

- У меня мало времени, и если тебя засекут…

- …то меня засекут. Чего ты хочешь, Тай? Заменить Всесильного? Стать богом? Скорее, второе. Ты всегда знал, о чем я думаю. Так с чего решил, что держу на поводке? Разве я не уступал тебе? Не приходило в голову, что, сдерживая, тебя защищали от самого себя? Опомнись, ты всегда был свободен! Всегда имел свободу выбора! Но что ты в итоге выбрал? Этот цирк при дворе - то, чего ты хочешь? Дело твое. Мне нужна моя семья и дом. Утром мы с Нэт уезжаем. Ты едешь с нами, - Нех ткнул пальцем в грудь Тая, - истинная свобода здесь, а не где-то вне.

Тай молчал.

- Сегодня, что, день молчунов?! Красное идеально сочетается с белым, не находишь? - с этими словами Нех вложил шейный платок Дары в ладонь Тая - сам прочтет и все поймет, так проще. И добавил: - Мне жаль…

О том, что, возможно, в этом мире никто никому не нужен, Нех думал ровно до дворцовых ворот. Когда они закрылись за спиной, мысли остались запертыми там, за дверями.


***


Тай не выдаст, и, возможно, некоторое время поможет скрываться от преследования, поэтому сейчас Нех спокойно поднимался по мраморной лестнице главного городского храма.

Тело Дары стало таким тяжелым… или это чувство вины? Или бесконечная лестница… Преодолев все ступени, верующий войдет в дом бога уже без сил и желания спорить. Еще один элемент смирения. Лицо Дары совершенно белое. Ее уже нет в этом теле. Что есть человек – сосуд, наполненный голосом, смехом, взглядом? Магией, которую он может сотворить, или болью обид и разочарований?

Двое служек приняли тело и аккуратно положили на обитую шелком каталку, звуки колокола заглушили звук колес по каменному полу. Из окна открывался вид на ночной город. Нех помнил, что мама любила этот храм на возвышенности.

Голос выдернул из воспоминаний.

- Желаете выбрать платье? Цветы?

Нех совершенно не представлял, какие цветы могла любить Дара. Скорее всего, красные, а платье пусть будет белым.

Ожидание затянулось, и от усталости Неха сморил сон.

…

Извилистая дорога. Лето. Слепящее солнце.


Маленький Тай плачет, его глаза темнеют, и он требует игрушку брата. Нех отдает и берет другую. Тай требует и ее.


- Уступи, он же еще совсем маленький, - ласково улыбается мама.


Уступи… уступи…


…


Родители говорят, что нельзя позволять Таю злиться, иначе он может навредить себе и тем, кто рядом.


…


Воскресенье. Из большого дома всей семьей они, нарядные, идут в храм, который так любит мама. В магазине отец покупает братьям одинаковые машинки. Нех вполне мог обойтись и без игрушки, но отец всегда покупает и ему, не желая разделять братьев. Маленький Тай то убегает вперед, то возвращается, выписывая новой игрушкой сложные траектории на стенах и заборах коттеджей вдоль тротуара. Мама просит быть осторожнее. За забором резко гремит цепь и раздаётся лай собаки. Тай пугается, машинка вываливается из рук и исчезает в канаве. На лице Тая - обида, и следом – улыбка, он бежит к брату и протягивает руки к его игрушке.


- Уступи… - ласково просит мама, - он же маленький, еще не понимает и может навредить себе.


Маме не нужно говорить это каждый раз, Нех, конечно, уступает. Глаза Тая принимают обычный оттенок, он радостно бежит вперед, подняв машинку над головой и изображая шум мотора.

…

Прикосновение к плечу, вопросительный сочувствующий взгляд.

- На прощание придет кто-то еще?

- Нет, - но в пересохшем горле нет звука, Нех поднялся, вздохнул и повторил: - Нет.

В зале прощаний на окнах - темные портьеры, но мягкий свет от канделябров освещал гроб в центре. В изысканном платье невесты Дара выглядела совсем другой. Тяжелый букет темно-алых роз Нех положил на подол платья. Уже не было смысла говорить что-то вслух. Мертвые не слышали. Эти розы тоже мертвые, хоть и выглядели как живые. И Дара – как срезанный цветок…


***


Прах выдали в маленькой белой урне. В колумбарии, с другой стороны холма, на котором стоял храм, покоился прах родителей братьев, туда же Нех решил отнести прах Дары. Ниша с урной родителей была у самого пола в дальнем углу, но Нех не менял её, чтобы помнить то время, когда родителей не стало. Он навещал их раз в год. Один. Они с Таем никогда не говорили об этом месте и никогда не приходили сюда вдвоем.

ГЛАВА 38.

Когда-нибудь закончится эта ночь?

Сердце ныло - в который раз Нех спас ее от смерти, но что Нэт могла для него сделать?

Тяжелый вздох вырвался из груди. Магу-альбиносу потребовались считанные минуты – и Нех превратился в черноглазого незнакомца, который только что закрыл за собой дверь. А как давно начала меняться она сама? Случайно выхваченное отражение в зеркале – разве это она прежняя? Нет. Незнакомка с мраморным лицом. Под высоким воротом прятались ключицы, но перламутр на скулах и надбровных дугах не скрывали уже ни крем, ни пудра.

Нэт убрала прядь волос за уши - в зеркале сверкнули перламутровые костяшки пальцев.

Часы на камине замерли на цифре пять. До рассвета оставалось совсем немного. Нэт подошла к креслу, где мирно посапывал, скорчившись в неудобной позе, худой и совсем белый человек. Под ее взглядом мужчина проснулся и неожиданно ловко вскочил на ноги:

-Значит это вы эльфийка?

-Откуда вы знаете, - Нэт не спросила, просто поддержала разговор.

-Ваши кости… - альбинос запнулся, но продолжил: - Обычно так бывает, когда эльфы постепенно угасают.

Нэт усмехнулась и прошла к камину. Угли едва тлели, комната быстро остывала. Она не собиралась вести долгие разговоры.

-Не беспокойтесь - я не умру, - Нэт протянула руки к каминной решетке, немного помолчала, раздумывая, а затем обернулась и тоном, не терпящим возражений, добавила:

-Оставайтесь здесь! - Она смотрела прямо в глаза альбиносу. - Мне надо кое-кого навестить. Вы дождетесь Неха и передадите ему, что я вернусь.

Глаза мага округлились, он сначала скрестил руки на груди, потом вновь уронил вдоль туловища, затем протер тыльной стороной ладоней глаза и, наконец, заикаясь, произнес:

- Мне велели охранять вас...

-Я, - Нэт положила ладонь на грудь, - эльфийская принцесса, а вы - маг. Откройте дверь! - Она вскинула подбородок и кивком указала на входную дверь. - Я вам приказываю!


***


“В одном эльфийском королевстве, которое простиралось от одной реки до другой…” - так начинались все сказки Анайрэ…

Нэт накинула длинное пальто, перехватила заколкой тяжелые волосы на затылке и покинула квартиру. Сонными улочками она вышла на окраину города, зашагала вдоль озера к небольшому холму. Первые лучи солнца догнали у подножия. Останавливаясь ненадолго, Нэт всматривалась в поросшие кустарником камни, а затем свернула на узкую тропинку. Иногда приходилось наклонять голову и прикрывать лицо руками, чтобы голые ветки не царапали кожу. Ветер с озера гнал тучи прочь, и снег только кое-где редкими клочьями зацепился за кустарник. Несколько метров вверх - и сквозь снежные волны и прогалины с палой листвой проступили каменные стертые временем ступени. “На вершине холма, в старинном замке жила королева. Мир эльфов до сих пор не знал эльфийки мудрее. Боги наградили ее даром предвидения, исцеления и даром волшебного мастерства…”. Дорога наверх становилась круче, и Нэт иногда делала передышки. В короткие промежутки отдыха закрывала глаза и слышала низкий грубоватый голос Анайрэ.

“Однажды Королева увидела в колодце знаний, что дочь ее влюбится в обычного смертного. Тогда сердце Королевы утонуло в печали. Но что было делать матери - любовь предначертана, а эльфы не ценили ничего более чем любовь. С того дня Королева стала собирать золотой песок, рассыпанный по берегу озера. Когда песчинок набралось достаточно, она отнесла золото в подземный город и приказала отлить кольцо. Говорят, Королева-мать три дня и три ночи не покидала своей комнаты, чтобы собрать из сердца немного кровавых слез. Затем она превратила каплю крови, смешанную со слезами, в камень и украсила им кольцо».

Чем выше поднималась Нэт, тем труднее было отыскать ступени. Лестница пряталась в зарослях и уводила вглубь леса.

“Когда пришло время, Королева отдала дочери кольцо и попрощалась с ней навсегда. Все лето она жила в тоске по принцессе. Осенью пришло время умирать. Эльфийка надела белые одежды, сняла с волос диадему и исчезла в своем колодце.»

Нэт подняла голову - солнечные лучи пробивалось сквозь верхушки оголенных деревьев. Один небольшой земляной уступ - и она вышла на ровную, круглую поляну, явно устроенную искусственно. Кое-где уцелела плитка, а среди кустарника, у края площади, грелись на зимнем солнце старые развалины. “В том месте, где эльфийка оставила диадему, круглый год цветут белые лилии…” Нэт обвела взглядом площадь и замерла в изумлении. Белые лилии ярким, сверкающим кольцом возвышались над сорной травой, утратившей свежесть с осени. Нэт замешкалась, залюбовалась на царственные цветы. “Когда королевы не стало, эльфы покинули замок и спустились в долину. Время от времени они поднимались к колодцу, чтобы набраться сил и получить предсказание от правительницы».

Нэт слегка наклонилась, оперлась локтями на каменный круг. Вода совсем близко, но не покрыта льдом - на поверхности плавали прошлогодние листья. Залетевшие с ветром коробочки семян напоминали кораблики. Нэт раздвинула ладонями мусор - вода оказалась кристально-чистой. Обойдя колодец со всех сторон, она выудила каждую мелочь, пропуская воду сквозь пальцы. Когда на поверхности не осталось и травинки, над водой появилось едва заметное белое облако. Затаив дыхание, Нэт наблюдала за волшебным покрывалом - пелена тумана сползла вниз по краям колодца и клубилась у ног. "А когда мир эльфов исчез, Королева создала огромные кристаллы - дверь в Валинор. И отворить эту дверь можно было лишь одним ключом. Принцесса крови должна была стать им для своего народа. И это было последнее предсказание..."


Нэт сняла кольцо Анайрэ. Камень цвета прозрачной слезы почти мгновенно стал красным. Разжав пальцы, Нэт отпустила кольцо. Ровная гладь покрылась бордовой рябью. Через мгновенье краснота опустилась на глубину и, словно в старинном зеркале из полированного серебра, на поверхности проступил женский образ. Не раздумывая, Нэт опустилась на одно колено, склонила голову и скрестила руки на груди:

-Ваше Величество, если пожелаете наказать заносчивую принцессу, я подчинюсь вашей воле. Но прошу даровать прощение и помочь обрести силу и знания, чтобы вновь стать частью мира моих предков.

Подул резкий ветер, будто природа всколыхнулась. Нэт подняла голову - поверхность воды вновь была устлана плотным ковром из листьев и веток. Лишь на самом краю, у серого камня, красовался белый цветок лилии. Нэт окинула взглядом старую площадь, прикоснулась рукой к серым камням колодца и погладила шершавую поверхность. Мысленно поблагодарив королеву, взяла цветок, стряхнула с него капельки воды и поспешила спуститься с холма.


*****


В ближайшем торговом центре Нэт выбрала отрез черного бархата, вынула из кошелька несколько купюр и рассчиталась. Молоденькая продавщица положила сверток в пакет, а Нэт приветливо улыбнулась. Воспоминания о череде дней, когда было обычным делом ходить по магазинам, выпивать по чашечке горячего латте с булочкой в соседнем кафе и разглядывать прохожих – вызвали в душе прилив нежности и тоски. Она делала всё это каждый раз, но словно не любила мир, который дарил ей столько радости. Любят ли эти люди то место, в котором живут или отвечают ему ненавистью на трудности?

Сегодня Нэт не стала завтракать, спешила вернуться. Зимние дни скоротечны, а работа предстояла долгая и кропотливая. После звонка входная дверь распахнулась почти мгновенно. Альбинос, который при дневном свете показался совсем измученным и тощим, всплеснул руками:

-Наконец вы пришли!

Нэт сняла пальто, аккуратно повесила на крючок и прошла в комнату.

- Знаю, вы поднимались на холм, к эльфийскому колодцу… - Альбинос семенил за ней. - Как думаете, что случится с нашим миром? ОНА ответила вам? Надеюсь, Нех сдержит слово и найдет мне хорошее место...

-Ступайте на кухню. У меня есть работа, - Нэт повернула голову. Под строгим взглядом маг оборвал скороговорку и, приподняв руки с растопыренными пальцами, показал, что умолкает.

- Я растопил камин, - с этими словами он опустил руки, развернулся - и его сутулые плечи исчезли в дверном проеме.


***


Нэт потерла виски, прогнала все лишние мысли, и через минуту волны черного бархата покрыли доски паркета.

“Иголка, иголка,

Стелись соломкой,

Нитка за ниткой,

Стань невидимкой.

Стежок за стежком,

Веди далеко,

Спрячь от всего -

От мага и гнома,

От гоблина злого,

От любого пророка,

От властного ока”.

Нитью тонкой энергии слова заклинания прошивали бархат, создавая волшебные стежки. Часы пробили десять, когда игла последний раз коснулась ткани. Белую лилию Нэт приколола булавкой к застежке: если магия мастерства рук еще далека от совершенства - подарок Королевы усилит магию плаща. Отложив иглу, Нэт слегка размяла пальцы, аккуратно свернула тяжелый бархат и повесила на спинку стула.

Теперь Нэт бродила по комнате из угла в угол. Необходимо дождаться Неха, чтобы вместе обдумать план. Ди убит, но братья всё ещё в опасности. Тай… Небесная запустила в него свои паучьи лапы и не отпустит до тех пор, пока не увидит ключи к Глазам Дракона.


***


В квартире стоял аромат кофе, смешанный с запахом трав. Из кухни больше не доносился звон посуды. Мелодия звонка внезапно нарушила тишину. Под незатейливое бряцание колокольчиков входная дверь открылась - и на пороге появился Нех. До сих пор спрятанная в глубине души тревога прорвалась наружу, но сразу отпустила, Нэт вздохнула с облегчением и улыбнулась. Охватило желание подойти и обнять Неха - крепко, по-сестрински. Вовремя спохватившись, Нэт опустила руки. Еще не время. Нех верит ей, а она готовилась разбить ему сердце.

-Прости, задержался. - Нех больше не был жгучим брюнетом, вернулся узнаваемым, смотрел немного уставшим, но мягким взглядом. - Дара погибла, и...

Он не договорил, легко придвинув к огню кресло одной рукой, опустился в него и вытянул ноги. Нэт присела на край стула, откинулась на спинку, покрытую мягкими складками бархатного плаща.

-Принести кофе?

-Нэт, собирайся, мы уходим. - Голос Неха звучал уверенно и твердо. - Кофе выпью на кухне, а ты собери только необходимое. Эдил откроет портал.

-Нех, я не вернусь,- Нэт говорила почти шепотом.

- Эдил звонил мне, - Нех слегка наклонился, протянул озябшие руки к камину. - Знаю, ты ходила на холм, чтобы повидаться с Королевой. Зачем тебе это, Нэт? Все, что тебе нужно - вернуться домой!

-Тай может погибнуть.

-Он уйдет с нами. Если пожелает. Я сказал ему.

-Ведь знаешь, что Тай не уйдет, - Нэт вложила в голос всю уверенность, на которую была способна. - Ты тоже не сможешь жить в том мире. Не сможешь жить без него.

Она помолчала, набралась храбрости и твердо произнесла, глядя в глаза Неху:

- Я люблю Тая, - и опустила веки под его тяжелым взглядом.

- Я тоже люблю Тая. Его все любят. Он живет для того, чтобы его любили, холили и лелеяли! Избалованный мальчишка!

- Нех, услышь меня…

- Я слышу. Его любовь, твоя любовь - всего лишь иллюзия, ловко созданная им, как те цветы на террасе. Нэт, опомнись! - Нех говорил громко, впервые в его голосе слышалась злость. - Цветы давно исчезли! Исчезли, потому что их не было! Понимаешь?

-Я хочу остаться с ним.

-Это ты услышь меня. Ни я, ни ты - мы не нужны Таю. Сегодня ночью он заключил контракт с Небесной - он женится. Тай думает только о власти!

У Неха не было привычки жестикулировать при разговоре. Вот и сейчас руки свободно лежали на подлокотниках, и только пальцы крепко сжимали ткань валиков. Нэт замерла от его слов. Она уставилась на валики, но видела лишь свое сердце, зажатое в тиски. Но она смогла преодолеть оцепенение, хоть и не сразу, заговорила медленно, словно отдалившись от этих слов на миллион километров:

- Тай в опасности. Как только он вступит в брак с Принцессой и получит власть - демоны завладеют им. Поверь, я видела этих чудовищ! Но это – не Тай. И разрушение – не его путь. Однако, он идёт по нему, идёт всё дальше… и погибает, потому что думает, что он такой. Мы должны идти во Дворец!

Она повысила голос, вскочила со стула и снова смотрела на Неха. Его взгляд был таким, как будто в солнечный день на небе вдруг появились тучи.

- Нэт, я не отпущу тебя!

Поднимаясь, Нех так резко оттолкнулся руками от подлокотников, что кресло с грохотом опрокинулось на бок. На шум из кухни явился маг, да так и застыл на пороге.

-Нех, в какой бы мир мы не сбежали - проклятие эльфов будет преследовать тебя. А я буду исчезать день за днем, превращаясь в тень!

- Нет! – отрезал Нех, заставив её замолкнуть. Окинул холодным взглядом, злость билась и едва не прорывалась с той стороны радужки. Расплавленное золото мерцало в правом глазу огнём эльфийской печати. - Я не позволю твоему безрассудству…

- Это не безрассудство и не иллюзия… - тихое отчаяние излилось наружу вместе с голосом. Она смахнула с лица выбившуюся прядь и взяла бархатный плащ в руки.

- Нэт, заканчивай! – Нех прерывисто выдохнул, стараясь сдерживать ярость.

- Ему нужна не опека. Рассудочные доводы – не то, что ему надо, - Нэт протянула руку и коснулась ладонью груди возле сердца Неха.

Нех попытался перехватить её ладонь, но Нэт набросила на плечи плащ – и исчезла. Что почувствовал Нех в эту секунду? Разочарование? Ещё большую злость? Сердце хотело снять боль с его лица, но Нэт отступила. Рука Неха застыла в воздухе.

Он знает сам. Он всё знает сам.

ГЛАВА 39. Автор: Тайклот

Зимнее белое солнце поднималось на прозрачном небосводе, когда Тай вышел к балюстраде просторного, как бальный зал, балкона. Механическим движением он наматывал на кулак платок Дары, и не засыхающая на ткани кровь леденила кожу.

Там, за переливающимися ультрамарином стенами, раскинулся огромный мегаполис. Высотками он протыкал облака, но отсюда, с башен, казалось, что те небоскрёбы лишь подпирали подножие скалы под названием Небесный Дворец. Небесный. Так назывался и город, но от неба у него были только название и кусок застывшей синевы в виде Дворца. Как чья-то злобная усмешка. Небеса – для полёта. А здесь полёта не было. Нигде. Мир, как игрушка, созданная с пренебрежением. С ненавистью к людям. И они, задаренные магией и технологиями, но послушные нелепым законам, копошились внизу и чётко составляли механизм, который не засбоит. Кто верил в подобную систему? Кто создал её? Обиженный на эльфов и людей полукровка Ди? Сейчас, забравшись сюда, на вершину мира, Тай остановился у края пропасти. Именно здесь обретались знания о чётких границах, выход за которые был возможен только в другие миры. В ненависти не рождалось продолжения - и мир замыкался сам на себе, как аквариум. А внутри жили подопытные. Они грезили о желаниях, которым не суждено исполниться. Маленькая вселенная агонии.

Тай сжал платок и поднёс ко лбу, не сумев сдержать хриплого выдоха.

Дара… Дара…

Последние мысли её были о нём, о Тае. О том, что разделило их, о смерти сестры. Скорбь - неизбывная боль от утраты. Дара думала об этом долю секунды, об этой боли. Как могла бы страшно отомстить… и… всё простила ему, в миг, мизерность которого не измерить ничем… ради Неха.

Тай задумчиво наматывал шёлк на пальцы… Видел её останавливающееся сердце… ужас от того, что она не успеет сказать… и чувствовал этот ужас в крови, булькающей в горле, в молчаливом вопле, раздирающем трахею… как глупо… Жадная до магии, всю жизнь искала знаний, льнула к источнику могущества… и какое упоение, боги, какое упоение! оно так легко глушит шёпот сердца… мысли путаются… глупая… какая же глупая… смотрит на него… и не может сказать… кровь идёт горлом… дыхания нет… просто смотрит на него… только хочет сказать… чтобы он услышал, наконец… не может, задыхается… не может ничего… больше сказать… смотрит… через закрытые веки…

…услышь меня! Я…

Тай запрокинул голову, резко вдохнул, словно выныривая из глубины. Не хотелось слышать последнее признание. Оно предназначалось не ему.

Тай сорвал с ладони платок и швырнул в холодный простор.

– Раз не услышали до этого, то надо ли кому-то узнать сейчас, верно? Так заткнёмся же оба! – злость вылилась в крике, но затем Тай, следуя взглядом за исчезающей в бесконечности алой точкой, договорил тише: – Да. Я благодарю тебя, Дара. Благодарю, что спасла его. Но… знаешь же, верно?.. не буду просить прощения за то, что сделал с твоей сестрой… Потому что спас бы брата любой ценой.

Солнце выжигало взгляд, будто старалось превратить Тая в слепца. В душе разливалась желчь. Тай вцепился в широкие мраморные перила и с вызовом уставился на белёсый диск. Брови сошлись к переносице, так что даже кожа на лице заболела от напряжения. Губы прошептали заклинение в поднявшийся ветер - из пустоты возникли колкие льдинки, брызнули и в пропасть под башней, и на натёртый до глянцевитости мраморный пол балкона. Сверкающие иголки впивались в ладони, таяли, смешивались с кровью Дары - и алыми каплями скользили с пальцев вниз по обманчивой чистоте балюстрады.

Пути назад нет. Если не будет власти в руках у Тая, то брат и Нэт обречены. Они уйдут в её мир, и после потребуется запечатать все ходы - никто не посмеет открывать порталы - это будет его приказ. Приказ Небесного, которому подчинятся все и вся.

«Нех должен приглядывать за ним… он опасен… опасен для всех… он отберёт у кого угодно то, что ему нужно… переступит через всех…» Голос Анайрэ? Голоса сотни эльфов? Тысячи его собственных демонов? Они звучали в голове, как заклинание… строчки, написанные магией, тлели теперь между реальными воспоминаниями, разлетались пеплом.

Тоска растворяла душу, топила в разочаровании, как в кислоте. Костяшки пальцев заострились так, словно ещё чуть-чуть - и кости прорвут кожу, выскочат острыми шипами. По жилам медленно перетекала мёртвая кровь - эльфийская магия вливалась в неё дёгтем, замедляла, скручивала, превращала в поводья для монстров, и чудовища жаркими языками слизывали с балясин кровавые капли чужой боли и страданий. Сейчас, учуяв поживу, они вырывались с силой, раздирали тело - Тай морщился, держась за грудь и пытаясь нащупать толчки сердца. Оно стучало глухо и медленно, едва отзываясь на прикосновение. Не стало слышно самого себя – синий маг затухал внутри, как и его магия… нечем было жить.

Принцесса вышла на балкон. Такая же белая и холодная, как камень под ногами, она плыла через огромное пространство, а бирюзовый шлейф волочился за ней, собирая льдинки. Снег усилился - и фигура женщины то проявлялась, то исчезала меж белыми колкими нитями, как призрак. Даже здесь, вдали от соглядатаев, от тех, кто отслеживал каждый её шаг: измерял его длину, решительность, грациозность – Принцесса держала лицо, оставаясь эталоном сдержанности. Только взгляд, пылающий ненавистью, выдавал с головой - неприязнь растопила глубоководный лёд в прозрачных глазах и заставила Тая хмыкнуть.

- Я не вижу тебя за твоими демонами, - произнесла Небесная. – Внутри мерзкого клубка тварей – самая отвратительная – это ты.

- Приветствую вас, Ваше Высочество! - Он слегка склонил голову. – Польщён, что вы пришли ко мне лично, чтобы сказать об этом. Увы, теперь нет Дары и она не может передать приветствие. Неудобно стало, не правда ли?

Лицо Принцессы не изменилось, но Небесная наверняка знала об участи магички.

- Она такая же предательница! – медленно проговорила она.

Тай пожал плечами, опёрся бедром о перила и бросил взгляд в пропасть.

- Ничего не передала перед смертью, ни единой мысли, которую вы могли бы уловить и узнать интересующее вас? Досадно, согласен. Хотя какая теперь разница: ваш удел быть красивой тенью за плечом Небесного. Наверное, к этому и стремился Ди - к безраздельной открытой власти, не так ли? Или всё-таки дополнительно лелеял надежды забраться к вам под юбку?

- Я никогда не разделю с тобой ложе! – Принцесса вдруг растеряла всю строгость, на миг превратившись в обычную женщину: вычленила из всех фраз только скабрезность и пыталась защититься громкими словами.

- У-у, - Тай улыбнулся, стряхивая снежинки с лацкана пиджака. – Неожиданная страстность вам к лицу. Но, кстати, зря. Я в этом деле хорош… или что, предпочли бы Ди? Как-то даже немного обидно.

Принцесса отшатнулась, замерла, смерив его взглядом, потом её передёрнуло с головы до пят. Один из демонов, прильнув к подолу платья, влажно провёл длинным языком по шее женщины, под подбородком, а после разделился надвое - и уже вторая тварь нырнула раздвоенным языком в нежную впадинку между грудей.

- Ты… - прошептала Принцесса, невольно вздёргивая ладони к горлу и прикрываясь. - Ты не посмеешь!

- Не посмею – что? Заставить вас, если захочу? – Тай поставил руки позади себя и опёрся на перила. – Страшно, что теперь противник вам не по зубам? Как Ди или Крег? Но я не люблю недопонимания, поэтому развею. Так вот - я могу заставить. Если захочу…

- Можно ли быть еще более мерзким?

- Да! – Тай развёл руки и усмехнулся. – Можно! Я смогу быть настолько мерзким, что ваши мысли будут только обо мне. Только. Обо. Мне. Давайте посоревнуемся в своих эгоистичных желаниях уничтожить чей-то мир. Я уничтожу ваш быстрее, чем вы мой, потому что я разрушу здесь всё до основания, до последнего винта развинчу, но отобью у вас желание призвать сюда Нэт ещё хоть когда-либо.

- Она принцесса эльфов! Она всего лишь открыла бы Дверь и правила миром эльфов, если бы пожелала.

Тай расхохотался.

- Прощаю вам эти слова, потому что вы – хоть и в страхе перед Нэт - были вежливы c ней. Наверняка терялись в догадках – убьёт она вас на месте, если вы упомянете свои планы, или нет. Теперь это так очевидно, какой же я идиот… - Тай раздражённо цыкнул и выдохнул, а потом, уняв желчь в словах, продолжил: - Вот так просто? Вам свободу, а ей – править миром. О, да-а… Ключ рассыпается, когда Дверь открывается… Кажется, так там было написано. Много ли вы узнали, когда Знахарь рассказал вам о Ключе, Книге и Валиноре? Наверняка ничего он не утаил, пытаясь отомстить Анайрэ.

Тай фыркнул, скривившись:

- Достойно змеи, постоянно сбрасывающей кожу, да уж. Умно, дав вам знания и цель, прикончить внучку Анайрэ. Конечно, Ключ разрушается, он это знал. И вы это знали тоже. Но разве это важно? Вы же хотели свободы. Не смейте мне лгать словами, когда я читаю по вам. – Он схватил её за руку - жёсткую, неподатливую. И закончил, глядя в глаза: - Так можно ли быть ещё более мерзкой?!

Аспидные твари тёрлись о платье гнилостными телами, оставляли на нём грязные следы, лизали кровяными языками бледную кожу и подёргивались от удовольствия… Они пробовали женщину на вкус и растягивали пасти в ухмылке, узнавая своё – тёмное - начало.

- Ты сдохнешь первым! – вдруг без обиняков сказала Принцесса. - А потом я всё равно найду эту эльфийку и братца твоего тоже. И уже не буду такой мягкой. Жалею только об одном, что уже не смогу ЗАСТАВИТЬ тебя смотреть на пытку, чтобы ты свихнулся от их боли.

- Попытайтесь, Ваше Высочество. – Тай прищурился. Мраморная плита под её туфельками треснула. Принцесса вздрогнула и отступила. – До того, как я взойду на трон, осталось - всего ничего, но не вижу смысла ждать. Слишком много порядка, вы не находите? Значительно повеселеет, если мы будем сходить с ума вместе - это тоже определённого рода свобода. И куда как интереснее, чем наши предсказуемые перепалки, верно?

Демоны, мокро чавкая, протиснулись в разлом, грязь размазывалась по белизне камней на балконе, но уже через минуту смрад и муть со шкур осели на фундаменте внизу и растянулись по двору жирными нитями. Дворец, словно труба под напором тугой струи, наполнился низким гулом, оплетаясь плесневой паутиной. Липкие щупальца переползли двор, подтянулись по стенам вверх, упали с той стороны, и далее ветвились по улицам мегаполиса, где мерцали огни фонарей и тихо шуршали по заснеженным дорогам снегоуборочные машины.

Ледяные иглы закружились в вихре, небо потемнело - и солнце погасло, закрытое пеленой, так что город и Дворец погрузились во мглу.

- Рассвет зимой приходил нескоро, - улыбнулся Тай.


***


Альбинос заглянул в комнату, и Нех подозвал его движением руки.

- Иди за ней. Лови след, накидывай ментальные цепи, нюхай воздух… как хочешь, а чтоб вернул. Понял?

Молодой человек неуверенно потоптался в дверях.

- У неё эльфийская магия, она сильнее моей. Если только за лилией следовать, с цветами у меня неплохо получается соединяться. Но даже в этом случае… плащ – это защита для неё…

- Делай, что хочешь. Хоть догола раздевай, но не дай ей снова засунуть голову в петлю! Помни – уговор! Иначе не видать тебе мира Нэт с его благами, как своих ушей, понял?

Альбинос скривил губы и, помедлив ещё секунду, всё-таки вышел в прихожую.

Замок щёлкнул, а затем дверь захлопнулась, резко, с грохотом.

- Моринехтар! – заголосил Эдил.

По эту сторону.

Нех вскочил с кресла, и, подхватив револьвер, метнулся на вопль. Маг подпирал дверь, пытаясь провернуть защёлку. Разговаривать с вещами он не умел, поэтому работал вручную, но хилое тело подводило – створка неумолимо отодвигала его по скользкому паркету. Нех навёл револьвер на расширяющийся просвет.

- Ладно вам! Давайте без паники, - раздался голос по ту сторону. Дверь замерла, но сколько альбинос ни тужился - щель между полотном и косяком не уменьшалась.

- У него сильная магия! – пропыхтел он.

- Да не магия это, - в голосе проскочила усмешка. – Мне надо поговорить с Моринехтаром. Который Нех. Он же здесь, верно?

Нех чуть кивнул – и Эдил отпустил дверь. Вошедший мужчина был бледен, а широкие плечи атлетической фигуры ссутулились так, словно сейчас на них навалились все скорби мира. От мехового воротника полушубка валил белый пар, а пепельные волосы топорщились на макушке ежиком, закрепляя впечатление внешней и внутренней потрёпанности.

- Я звонил по поводу господина Ди, - мужчина устало вздохнул. – Вы же не выбросили его в параллелку, так?

- Нет, - Нех качнул стволом револьвера, пригласив следовать за собой. Ведя дела со Всемогущим много лет, Карнивала - правую руку Ди, он уже давно знал. – Почему ты позвонил только сейчас?

- Почему? Потому что вчера вечером был чертовски занят с твоим братцем, господин Моринехтар. Он меня заколол, а потом отправил спать на берегу озера, так что на пленэре я едва не околел. Но это мелочи, я-то вот жив, а мой господин – мёртв. И это дело, как я понимаю, именно твоих рук. Я воздержусь комментировать. Что ж… жизнь наша поменялась после изгнания, но сейчас она может вообще оборваться, если Небесная Принцесса решит зачистить за Ди все его дела. И меня с моими людьми в том числе.

Короче, не буду тянуть. Предлагаю сделку.

Я, как ты понимаешь, немного в курсе событий, - Карнивал бросил взгляд за окно, где бушевал снежный смерч и раздражённо поморщился, пощупав что-то на груди. – Но знаешь ли ты, что произойдёт, если отдать Принцессе Глаза Дракона и Ключ?

- Теперь уже ничего. Нэт отдала Ключ королеве, бросила перстень в колодец.

- О, смотрю, мне ещё придётся ликбез проводить. Увы, нет. Братца твоего – кроме того, что он чокнутый придурок - надо срочно вытягивать из Дворца еще и потому, что, насколько я понял, женщина эта, эльфийка, побежала туда к нему. То есть в руки Небесной. А именно эльфийка и есть Ключ.

- И что же? – Нех постарался оставить голос ровным, а лицо спокойным. О том, что же он на самом деле принимал за Ключ и кого в итоге нашёл – об этом подумает позже, в одиночестве.

- А то, что миру нашему так же придёт конец. А Ключ будет разрушен. Вот и весь сказ, если вкратце.

- Так. Ясно.

Кажется, онемели кончики пальцев. Нех отложил револьвер. На коже остались глубокие отпечатки от ребристых «щёчек» рукояти. Странно, что на рукояти не осталось вмятин от пальцев.

- Ты сообразителен, как и всегда. Приятно иметь с вами дела, если отбросить то, какую свинью вы, братья, нам всем подложили.

- Одно мне непонятно. Как ты, при своей лаконичности, уживался с Ди и его велеречием?

- Я больше слушал.

Нех жестом указал на стул возле камина.

- Обсудим?

ГЛАВА 40. Автор: Тайклот

Ветер крепчал и размазывал тучи по небесам - тёмно-серая пелена над головой и ничего более. На улицах пустынно, но кое-где, словно заброшенные из иного измерения, медленно проползали снегоуборочные машины. Так же неторопливо по заметеленным дорогам двигались автомобили. Но некоторые останавливались на обочинах – и вид у них сразу становился такой, словно их притащили со свалки для декорации. Людей на тротуарах и вовсе почти не было. Если кто вдруг встречался, то с отрешённым видом брёл, пошатываясь, будто направление не имело значения - пешеход двигался, потому что когда-то начал с движения и теперь не знал, куда его направить. Нэт оглядывалась по сторонам, кутаясь в плащ, и торопилась дальше. Вскоре даже редкие пешеходы перестали встречаться. Благо, дорогу к Дворцу спрашивать не требовалось - ультрамариновая громада протыкала тучи над самыми высокими небоскрёбами Небесного города.

Там её ждала Принцесса, безумная в своём упорстве фанатичка, а вовсе не глупая девчонка, которую легко напугать. И Тай, который, как бы ни был искусен, теперь находился во власти чёрной магии и падал в бездну со скоростью пикирующего ястреба. Но пока хищник не разбился о камни, он всё так же силён и смертоносен. Поэтому бог знает, что он может натворить.

Тай…

Нэт ещё раз осмотрела замерзшие, странно опустевшие улицы, припомнила прохожих, в глазах которых остались горечь и безразличие.

Она так отчаянно заявила, что хочет остаться с Таем... Но что она скажет ему, когда увидит? Хочу остаться с тобой? Уходи из Дворца? Не женись? Не будь Небесным? Брось всё, что получил…

Снежинки падали на лицо, оседали на ресницах. Метель гнала снежные хлопья, утаскивая в своём мощном потоке и душу… но тело замерло.

«Ни я, ни ты не нужны Таю», «ему нужна только власть», «Тай хочет всё»…

В сердце словно дыру прострелили, а в душе было так мерзко, как в моменты, когда клиенты пихали ей за воротничок чаевые при удачно проведённом трансфере. Как давно это было… Но она так унижена сейчас, так раздавлена, что гадкие вещи из прошлой жизни вспоминались без труда. «Прошлой жизни»… как легко это произнеслось…

«твоя любовь… его любовь… это иллюзия…»

Пусть иллюзия, пусть! Да, Тай выбрал другую. Ладно, даже если и так. Какой смысл думать об этом, раз решение принято? Разве она идёт во Дворец только ради себя?

Нэт приложила руку к сердцу. Стучало споро, сильно, в груди жгло, и каждый вздох давался с трудом, словно возле котла с кипящим отбеливателем. Жарко и душно, несмотря на холод.

Хотелось укрыться, хотелось укрыть, хотелось защитить, забрать или отдать, сделать всё, как пожелает ОН. И потребность эта захватила так жёстко, что причиняла боль. Почему же раньше не тревожило подобное, почему не ощущалось такой боли и безумного стремления стать объектом восхищения для другого человека? Удивлять и поражать его, ликовать от уважительного взгляда в её сторону. Выпрыгнуть из собственной сути ведомого и блистать так, чтобы его глаза заболели, но с лица не сходила восторженная улыбка… Неприятный в общении, резкий, взрывной… Хотелось быть под стать, выдержать, опалившись жаром страсти, но и опалить его самого, чтобы он изумлённо приподнял бровь… но не переставал идти только ей навстречу…

Однако теперь она брела, как слепец по краю крыши, не ведая, поможет ли он пройти над бездной или столкнёт вниз. Попытки прислушаться к его сердцу ни к чему не привели - эльфийская мёртвая магия уже практически остановила биение, заглушила мысли, уничтожила чувства. Теперь только злоба мертвецов говорила его устами, и услышать можно было всё что угодно… но хватит ли мужества принять услышанное и твёрдо верить, что все слова – фальшь?

Но если слова – фальшивы, так что же тогда…

Нэт дотронулась до лилии на плаще, ветер трепал лепестки. Нежные и беззащитные в когтях вьюги. Метель подхватила подол платья, сорвала с головы капюшон. Белая пелена заволокла всё вокруг, и город – с тротуарами, высотками, фонарями и машинами – исчез. Нэт резко вдохнула и подломилась в коленях. До того, как упала, чьи-то руки скользнули под спину – и глаза закрылись.


***


Нех вошёл в спальню их загородного дома, куда впервые они привели Нэт. Раненый Тай перетащил Нэт в их мир, ещё не подозревая - кто она и кем для них окажется. Здесь, пытаясь держать лицо, Нэт требовала клубнику… когда-то. А Нех не мог побороть искушения кормить её ягодами с рук, но… теперь помнил лишь изящную тонкость её пальцев, что отводили за ухо локон возле виска. И тогда… ни пальцы, ни висок ещё не были перламутровыми.

Сейчас Нэт лежала в кровати безучастная, смотрела в потолок, не мигая, хотя полукруг лампочек над изголовьем сиял десятком маленьких солнц. Но она сама была сейчас как белая звезда – прекрасная и равнодушно-холодная. Чужая и переполненная презрением за то, что он посмел остановить её силой, девушка даже не посмотрела в его сторону.

- Привет. Как ты? Он рассказал тебе? – Нех кивнул на альбиноса.

- Нет, я только очнулась, - спокойно произнесла Нэт, не удостоив и взглядом.

- Господин Моринехтар заботится о вас, – вставил Эдил, подавая Нэт бокал с отваром, но она не пошевелилась. - Вы слишком рисковали, не обдумав, не взвесив. Нельзя так идти на поводу у чувств. Иногда надо думать…

- Поучаешь меня? – Нэт приподняла бровь, и альбинос отшатнулся, отстраняя бокал, но не далеко. Маг посмотрел на Неха, ища поддержки:

- Простите, я… У господина Моринехтара есть план получше. Он знает, чем здесь всё может обернуться. Через пару дней церемония посвящения. Мастер будет представлен, как жених Принцессы.

- Это что - помолвка? - бесцветным голосом спросила Нэт, смотря в потолок.

- Эммм… нет, не очень понимаю, о чём вы. Он – претендовал на руку Принцессы и должен быть представлен официально. Согласно закону, Принцесса признает, что все её желания были удовлетворены и что финальное задание выполнил господин Моринехтар. Ну и, конечно, надо будет подтвердить наличие обязательных требований. Родословная, статус, отсутствие эльфийской крови и отрицание эльфийской магии. Кандидат должен доказать всё.

- И что же? Уверена, он будет безупречен, если захочет… - Нэт перевернулась на бок и уставилась в стену.

Нех вздохнул, глядя, как она игнорирует и его, и действительность. Глупая девчонка! Неужели она не понимает, что он пытается уберечь её?! Закончить это сумасбродное трепыхание.

- Карнивал пойдёт во Дворец, - сухо сказал он, смотря в затылок Нэт. – Он - правая рука Ди, но поклялся Принцессе в верности и получил гарантию защиты, пообещав, что сможет избавить Небесную от Тая. Он докажет его неугодность Двору на глазах тысячи свидетелей.

- Как же?

- Карнивал заявит, что Тай пользуется эльфийской магией. Ведь твой подарок всё ещё у него, так?

Нэт неопределённо повела плечом.

- Тай не пострадает. Нууу… самолюбие его – возможно. Использование эльфийской магии и связь с эльфами - нарушение только для власти, доказать это сложно, но при удачном исходе - он просто будет изгнан из Дворца.

- Так просто?

Маг-альбинос фыркнул:

- Не очень понимаю, что же тут усложнять. Не прошёл проверку – прощайте. Следующий. Хотя представляю, что начнётся опять… - Эдил присвистнул и закатил розоватые глаза.

Нэт осторожно приподнялась на локтях и села, альбинос вскочил со стула и осторожно взял с тумбочки отставленный, но не забытый, бокал. Поднёс его к губам Нэт.

- Пахнет травами, – проговорила Нэт. – Полынь?

- И полынь – тоже… - замялся маг, снова бросив взгляд на Неха.

Нэт пила - и невозможно было отвести взгляда от её длинной белой шеи.

Прости, Нэт, прости. Но тебе нельзя в это вмешиваться. Тебе лучше спать, просто спать, пока всё не закончится.

Нех кивнул магу, когда Эдил принял бокал, а девушка снова легла на подушки, не намереваясь продолжать разговор далее.

Что ж, можно её понять. Спи, Нэт. Пусть тебя пока ничего не тревожит.


***


Карнивал огляделся.

Огромная внутренняя площадь перед Дворцом снова гудела, как улей. Тучи опустились низко, касались зубцов на стенах и словно свисали с них грязной паклей.

Не так давно, в день рождения Принцессы, всякий люд толкался здесь в очереди за цветами. Сегодня же народ собрался более почтенный, не просто сброд с улицы, а военные, знать и богатеи, все, кто имели вес в обществе. Конечно, толпы были несравнимы, однако, выбор Небесного – событие нечастое, поэтому всё, кто хоть краем ботинка мог переступить порог Дворца в этот торжественный момент – не упустили шанса и были здесь. По древним обычаям Принцесса назначала три задания для кандидата. Все они должны были быть исполнены – и тогда на трон садился новый правитель-мужчина. Сейчас все хотели видеть того, кто станет новым Небесным, сохранит незыблемость мира и будет смазывать безупречный механизм распределения знаний, возможностей и благ.

Карнивал с досадой скривился. Увы, тот, кто лучше всех знал, как здесь всё работает, выбыл из гонки на финишной прямой. Какая злая ирония, но этот мир реально ненавидел своих обитателей. И даже создателей.

Сейчас всё казалось таким же, как и прошлый раз, таким же, как и многие годы до этого, когда он появлялся здесь и выслушивал поручения Ди. И всё-таки… Он никогда не страдал паранойей, не нагнетал ситуацию, но, тем не менее, что-то явно изменилось. По дороге к Дворцу такси вдруг завихляло и остановилось. Из таксиста не удалось вытянуть ни слова. Он молчаливо уставился в лобовое стекло и остался так сидеть, пока Карнивал не хлопнул дверцей и не вышел в метель. Через стекло удалось разглядеть только странный, словно смотрящий внутрь черепной коробки, взгляд водителя.

Карнивал передёрнул плечами и поднял мохнатый воротник дублёнки.

Всё менялось вокруг и начиналось отсюда, из Дворца. Выцветшие дома и улицы, пустые глаза, резкие, заострившиеся черты лиц, всё больше походившие на вытянутые морды. И вползающая в голову удушающая тоска.

Карнивал с тревогой обвёл взглядом небо. И это вытворял младший Моринехтар? Проклятье!

Грянули фанфары, подхватили флейты и виолончели.

Чуть в стороне от тронов, на помосте, похожем на театральную сцену с рампами, торжественно поднялись тяжёлые гардины, демонстрируя две сверкающие глыбы – Глаза Дракона. Основное задание – билет на трон. Больше не было соперников, не было никого, кто перешёл бы дорогу Таю Моринехтару, он отдал Принцессе то, о чём она мечтала, а взамен получил то, о чём мечтал сам – безраздельную власть. Теперь этот выскочка мял ботинками похрустывающий ковёр из живых цветов и держал под руку Принцессу. Она смотрела прямо и жёстко, губы едва розовели на бледном лице, похожем на мертвецкую маску, где глаза – кусочки голубого стекла. Если не знать, какая она демоница, то сейчас – сущий ангел в скорби. Но и это - непременное лицедейство, которое призвано скрыть торжество: Карнивал уже преклонил колено и рассказал ей о плане. Принцесса знала, что Моринехтару скоро придёт конец.

Что ждало братьев дальше – уже не имело значения. Он выполнит свою часть сделки, а с остальным пусть разбираются сами. Хотя наёмные убийцы, преследующие их по всем мирам, – это самый прогнозируемый исход.

Где-то далеко за плотными тучами сверкнуло зарево - молнии переплетались в небесах. И постепенно стихал гул и жизнь города. Ведь от стен Дворца мёртвой волной растекалась ненависть двух людей, что стояли рука об руку на самой вершине мира.

Тай высокомерно поднял подбородок, остановившись возле тронов. Лицо заострившееся, хищное, теперь он особенно походил на ублюдка, с которым трудно иметь дело.

Принцесса бросила взгляд на Карнивала. Он кивнул в ответ. Моринехтар только глазами повёл, явно поняв: что-то здесь не так.

- Этот урод не дурак, хоть и безумен, - процедил Карнивал с досадой.

Торжественная часть подходила к финалу, будущие супруги терпеливо простояли всю церемонию, кивая или улыбаясь в моменты, положенные по сценарию. Но вот пришла очередь предпоследней части: теперь на всю площадь зачитывались родословная Мастера, регалии и море мыслимых и немыслимых возможностей, как мага. Благодаря работе в экстремальных условиях, в которых они пребывали с братом, отцапывая у жизни почти невозможно лакомые куски, Тай, как маг, добился невиданных высот. И когда прочие ржавели на государственной службе или как-то перебивались подпольным знахарством, он оттачивал мастерство, как свои проклятые ножи. Теперь мало кто мог бросить ему вызов и уже… увы… никто не смог бы остановить силой. Оставался только шантаж. Который должен был сработать…

Ну что же. Пора начинать.

Карнивал чеканным шагом вышел на середину площади.

- Мне есть что сказать. Я осведомлён, что господин Моринехтар нарушает одно из самых основных правил Дворца и бросает тень на непогрешимость законов! Одним лишь присутствием здесь он насмехается над нами, потомками тех, кто отвоевал мир в Великой войне с эльфами. Я заявляю, что господин Моринехтар пользуется для завоевания власти запрещённым артефактом – магическим предметом эльфов. Это керамбит, подаренный эльфами, врагами людей. Нож Мастер всегда носит при себе. Замечу, что магия ножа многократно увеличивает его и так почти безграничные силы, - этого добавлять, может, и не стоило, но Карнивал зло улыбнулся, не в силах отказать себе в сарказме и реабилитировать попранную гордость. - Поэтому, согласно законам, кандидатура господина Моринехтара должна быть немедленно снята. А Принцесса освобождена от обязательств!

Площадь заморозил не холод, а гробовая тишина. Никто не вздохнул с шумом, не возмутился. Зарево молний осветило многочисленными вспышками темноту над тучами. Глаза людей, окружавших пятачок площади, становились всё более пустыми, приобретали желтоватый отлив. Некоторые из вельмож начали покашливать, и с губ потекли чёрные капли слюны. Карнивал дёрнул головой, пытаясь сбросить морок, схватился за виски, а челюсть отвисла, словно мышцы расслабились помимо воли.

Тай молчал и усмехался, оглядывая всех через прищур. Глаза его, как две чёрные дыры поглощали всеобщее возмущение.

Принцесса бросила на него взгляд, едва заметно потеребила кончиками пальцев складку на платье и облизнула губы. В лице теперь читался испуг. Она стояла в шаге от разоблачения врага, но кому теперь эту правду слушать?

- Есть ли у вас доказательства столь возмутительного поступка? – в голосе она по-прежнему старалась удержать властность и спокойствие.

Карнивал сопротивлялся изо всех сил. Провёл ладонями по лицу, почти с паникой взглянув на Тая. Моринехтар молчал, не произносил ни слова. И это пугало. Раньше этот тип хотя бы разговаривал, произнося заклинания. Но если он сейчас откроет рот, чтобы соткать волшебство из слов, то что же тогда, демоны раздери, с будет со всеми здесь?! Однако едва ли Мастер выдаст себя сразу, он попытается тихо устранить соперника, не вступая в полемику, иначе это укрепит подозрения.

Внутри, с той стороны кожи, Карнивал словно заиндевел. Страх сковал намертво, и так же мертвецки заледенил.

- Да. Есть некто… способный доказать это… Эльфийская женщина, - едва проговорил Карнивал.

Тай чуть напрягся, дёрнув бровями, но остался неподвижен.

- Она докажет… так как сама - эльфийка, - на выдохе проговорил Карнивал и замолчал, прикусив язык. По губам потекла струйка крови.

- Это каким же образом? – вдруг хохотнул Тай. – Её слово против моего. А если это оговор, то как же нам быть? А может она вообще не эльфийка?

Ясно. Он всё принял за «развод» и попытку столкнуть его с престола. Он не отдаст трон так просто, не упустит из рук то, к чему так долго стремился. И не пасует, даже если Карнивал приставит нож к горлу Нэт, как в одном из вариантов их плана. Но старший брат предупреждал: Мастер не ведётся на «пугалки», он упёртый баран! когда держит заветную цель в руках, его не сбить с ног угрозами, он отбросит в сторону всё.

И что же теперь? Весь план – в мусорку?

- Я… докажу… - прохрипел Карнивал, сглатывая слюну. – Может мне перерезать ей горло на ваших глазах? Она – моя пленница, и, кстати, только я и она знаем, где сейчас ваш брат. Но вы можете сейчас убить меня, а они умрут сами. Так годится? Или я приведу её сюда и всё докажу наглядно. Эльфы же - не люди, их можно убивать. С них можно сдирать кожу живьём, чтобы достать кости. Так? Давайте так и поступим. Все здесь готовы увидеть перламутровые кости?

Тай закатил глаза и усмехнулся.

- Зря я не добил тебя тогда, урод… - прошептал он сквозь усмешку. – Ну, ничего, я знаю, с кого потом спущу шкуру живьём, - и чуть громче: - То есть вы предлагаете мне напрячься и подождать? Заканчивайте этот цирк и идите, виляйте хвостом перед своей хозяйкой! - Тай презрительно глянул на Принцессу, а затем взмахнул ладонями, словно приглашая. – У вас есть что-то прямо сейчас?

Последние силы покидали разум и тело, и Карнивал умоляюще смотрел на Принцессу, но она, словно измываясь над ним за проделки прежнего хозяина, молчала, наблюдала агонию и, кажется, упивалась каждой секундой, пока его корёжило и наполняло чернотой от суставов до кишок. Дрожащей ладонью он утёр кровь с подбородка. На холоде она уже успела заледенеть и стянула кожу.

Небесная такая же садистка. Ей всё равно, что будет с ними, её людьми, всё равно на тех, кто служит ей. Она перешагнёт через любого, кто посмеет препятствовать взлелеянному желанию получить иллюзорную свободу. Она так давно взращивала в себе представление о собственных мучениях, что настоящие страдания реальных людей уже ничего не значили для неё. Потому что не было ничего выше её бесконечного, выкристаллизованного в идею горя.

Карнивал чертыхался и терпел, пока Принцесса, наконец, не повернула голову к устроителям торжества и своим ближайшим помощникам.

- Мне кажется, чтобы прояснить ситуацию, мы должны отложить Церемонию посвящения и разобраться в вопросе детально. Пусты ли слова этого человека или есть в них правда – мы должны узнать. Такие обвинения не возникают из воздуха, поэтому я требую тщательной проверки. Завтра начнётся расследование, и, надеюсь, господин Моринехтар поспособствует быстрейшему устранению недоразумения. А пока поселите господина Карнивала в покоях Западного крыла. Рассчитываю на встречу с ним завтра, если он не сбежит, устыдившись собственной клеветы.

Принцесса развернулась и, не сказав больше ни слова, спустилась по ступеням.

Толпа всё так же молчала, хотя оцепенение начало понемногу сходить. Многие с недоумением переглядывались, наверняка пропустив большую часть того, что произошло.

Карнивал устало вздохнул. Ни на кого смотреть не хотелось - что ему все эти люди, марионетки? Каменные столбы под вьюгой, не больше. Они и так-то были здесь больше для проформы, но сегодня Моринехтар сделал из них настоящею карикатуру.

Сердце билось глухо, болезненно.

Предстояло пережить эту ночь. Ночь в Западном крыле, там, где Принцесса оставит его в одиночестве, бросит на волю рока и не даст никаких гарантий. Она не приставит охрану, не озаботится хоть мало-мальской магической защитой. Мастер стал настолько всемогущ, что отсутствие преград его не смутит - даже если б они и были, Моринехтару не требовался даже щелчок пальцами, что их устранить. Иногда всесилие ослепляет, начинаешь не замечать камешков в ботинке. А ведь они вполне могут натереть мозоль.

И всё-таки Карнивал так и остался камешком в ботинке. Или он переживёт эту ночь… или его вытряхнут - и всему придёт конец.

ГЛАВА 41. Автор: Тайклот

Тай не трудился скрываться. Когда шёл по анфиладе Западного крыла пыль в свете ламп переставала кружиться от сквозняка, и даже звуки замирали с самим временем. Узоры на мраморных плитах теряли точность линий, насыщенность цветовой палитры, а затем скукоживались и иссушивались.

Усмешка не сходила с лица.

Придворные во Дворце - как часть стенной кладки. Или всего лишь дополнение к интерьеру. Да и весь люд за пределами Дворца – всего лишь дополнение к интерьеру этого мира, где экстерьер попросту отсутствовал. Все здесь - украшения на чьей-то каминной полке. Так стоило ли морочиться о законах морали по отношению к вещам?

С одной стороны выходило, что Принцесса не сильно озаботилась сохранностью единственного свидетеля, а с другой стороны - что бы она смогла противопоставить ему, Таю?

Но он всегда был более склонен к сомнению, чем к доверию, поэтому остановился, невольно нахмурившись. Прикоснулся к стене - спросил у неё. Карнивала в комнате не было - он вышел и спустился по винтовой лестнице. Это сказали стены, заверяя, что такие красивые лестничные пролеты и галереи - истинно дорога в райский сад. Ясно, в Зимний сад, если говорить по-человечески.

Тай двинулся дальше. Звук шагов по медным ступеням гудел в коридоре. Немного раздосадовало, что одежда была не для прогулок. Костюм с церемонии: брюки и удлинённый пиджак. Даже галстук-платок подколот праздничной брильянтовой стяжкой. А Карнивал совсем, должно быть, обезумел, раз выполз из своей комнаты свежим воздухом подышать на… смерть грядущую.

Тай хохотнул и прытко сбежал по лестнице, постукивая перстнем по перилам.

Прошёлся по открытой галерее с колоннами. Они давно рассказали, что именно здесь Нэт и сбежала с Ди, а её служанка вспыхнула, как бутон из бумаги. Об этой смерти Нэт так сожалела… Глупышка. Тай провёл ладонью по колонне, ловя ускользающий образ эльфийки в красном платье. Она бежала здесь и растворялась в объятиях мерзкого Ди, пытаясь скрыться от него, Тая. Давала понять, чтобы он оставил её в покое…

Пальцы непроизвольно сжались в кулак. Тай дёрнул головой, выхватив между изящными колоннами силуэт мужчины. Снега здесь не было - сад на зиму накрывали стеклянным куполом. Поэтому фонтан тихонько журчал, и струйки, высвобожденные из полумрака серебристой подсветкой со дна бассейна, посверкивали, как мятая фольга. Листья огромных папоротников, нависая над водой, чуть скрашивались серебром тоже.

Карнивал обернулся. В кулаке он сжимал покорёженное ожерелье. То, которое Тай растоптал перед Нэт на берегу озера.

- Ты вообще понимаешь, что творишь? – спросил Тай, приближаясь и не сводя взгляда с застывшего лица мужчины. Маг боялся. Просто трясся от ужаса и искал опору в помятом ожерелье, стискивая и перебирая пальцами камни.

- Понимаю, - произнёс он тихо.

- Я однажды оставил тебя в живых. Но могу в любую секунду раздавить тебя, как муху. Да какую муху… Опарыша, просто как опарыша. Ты же осознаёшь, что так называемая правда твоя здесь никому не нужна? Как и ложь. Потому что я знаю, что ты лжёшь. Стоит мне коснуться тебя – всё будет кончено, понимаешь? Всё. Мне ведь не требуются озвученные признания, будь в них хоть все тайны мира. Мне ничего от тебя не нужно. Тебе нечего мне предложить, кроме того, чтобы развлечься подольше и спустить с тебя шкуру заживо.

- Психованный урод, - процедил Карнивал.

- Но я могу выпустить тебе кишки быстро, - улыбнулся Тай, делая ещё пару шагов, – если ты скажешь, что виноват и бес тебя попутал, и потому ты нёс ахинею про Нэт и Неха.

- Проверь! – мужчина взмахнул рукой с ожерельем, открывая портал.

Миг – и он уже был в огненной вечности и вышел где-то с той стороны. Тай цыкнул сквозь зубы. По ментальному следу ожерелья, которое побывало в его руках, найти Карнивала – сущий пустяк. Непонятно, на что этот придурок рассчитывал вообще?!

Тай небрежно взрезал пространство, но от распиравшей злости материя сущего расползлась, как ветхая тряпица, образовав в себе сразу несколько дыр, из которых полилось чёрное пламя. Оно подпаливало края прорех, и мироздание всё больше трещало по швам.

Тай шагнул внутрь, задержав дыхание, а потом одним движением руки стянул бреши - из болезненно ухнувшей раны брызнули чёрные капли - и листья папоротников слегка закачались.

В этом месте, куда привела аура ожерелья, как и в Зимнем саду, зимы не было. Странно смотрелась поросшая зеленой травой поляна в коконе из кружившей где-то за пределами взгляда вьюги. Цветы лилий были настолько белы, что, казалось, свет исходил от них, как от звёзд - словно небо перевернулось, оставив луну наверху, а само упало под ноги.

Карнивал стоял возле колодца. По крайней мере, нечто, сложенное из камней, напоминало колодец. А вокруг него без ветра колыхались белые лилии и плющ, увивающий перламутровые камни, похожие на руины древнего замка. Маг смотрел и ждал.

- Очень симпатичное место, чтобы сдохнуть, - проговорил Тай. Карнивал подозвал движением пальцев - и бровь невольно поползла вверх: - Вот это да-а… Что, правда, вот так подманиваешь меня?

Хохот вырвался искренний. Давно так ничего не веселило. Какой-то червяк - на бой вызывает?! Вот умора! Жалкое, низкое создание, тварь, которая не сможет и мизинцем шевельнуть, если Тай просто глянет в его сторону.

Смех пропал. В несколько быстрых шагов Тай достиг каменного кольца. Маг не отступил, но ожерелье в его ладони шкрябнуло о край колодца.

- Ты же любишь поближе… - прошептал он, смотря Таю в глаза, и усмехнулся.

И только тогда Тай глянул на свою руку. Её увили опавшие листья, перетекшие в тугую, похожую на толстый канат, струю воды – маленький тайфун поднялся из тёмного колодца, опутал и приковал к себе, словно стальными тросами.

- Это что за… - Тай дёрнул рукой, но она оказалась в абсолютной власти водяной петли, жёлтые листья перетекали по поверхности, как живые, создавая рисунок змеиной кожи.

- Стой, человек! – голос из колодца не мог принадлежать ни одному существу человеческой расы. Слишком много в нём было мощи, умения отдавать приказы и при этом не ведать ослушания.

Карнивал отступил, улыбаясь. Тай дёрнулся за ним, но рука в капкане остановила движение ещё в зачатке, на первом же импульсе. Боль от вывернутого сустава заставила поморщиться и зашипеть. Поэтому спокойствие в голосе далось нелегко:

- Кто ты?

Тай оперся ладонями о край колодца и склонился. Через чёрную гладь проступало едва заметное светлое лицо. Женщина необыкновенной красоты. Эльфийка. Пазлы сложились. Это колодец Королевы-эльфийки, умершей много веков назад. Её дочь полюбила человека и ушла с ним, оставив лишь смертельную тоску, что превратила это место в перламутровое каменное надгробие.

- Не упокоиться ли вам с миром уже, Ваше Величество? – спросил Тай в воду, криво улыбаясь. – Ну что вам наши земные суеты? Насколько помню, ничто не помешало вам бросить всё и благополучно уйти тосковать и умирать. Так вот посмотрите, что Ди сделал с вашим народом! Ваша дочь приняла человеческую жизнь и счастливо нашла путь по душе, а вы забыли, что у вас ещё остались дети, и отдали их всех на растерзание обиженному на вашу дочурку Ди. Не знаете разве, что он сделал со всеми нами? Так стоит ли теперь хватать за руки меня, Ваше Величество?

Королева молчала несколько секунд. На водной поверхности - лишь тихая рябь.

- Человек, отдай то, чем владеешь. Эльфийский магический предмет.

- Это отчего же? При всём уважении к вам, однако, нож мне подарила одна из ваших внучек, и он принадлежит мне.

Королева вздохнула так глубоко, что по воде разбежались круги.

- Как же это невозможно тяжело для меня. Моя неразумная Катарина… И вот снова. Одна из прекрасных дочерей моего народа…

- А с ней что не так? – огрызнулся Тай.

Королева не ответила.

- Я приказываю тебе, человек, вернуть подарок, иначе не сдвинуться тебе с этого места. Сила твоя слишком велика, и я не позволю использовать дар Келлегорма по твоей безумной прихоти.

- Иначе – что? – Тай вскинул подбородок.

- Иначе я отберу его силой.

Тай обернулся на голос за спиной резко, так что листья шурхнули под ботинками.

- Нех? Ты… ты здесь? Ты… с этим… - Тай бросил взгляд на Карнивала, но мгновенно вернул на брата. Нех неторопливо приближался. – Этот ублюдок – это же…

- Я знаю – кто это, - спокойно осадил Нех. – Так что? обыскать тебя?

Изумление и недоверие вырвали из груди смешок.

- Нех, ты серьёзно сейчас?

- Серьёзней некуда. Я вижу, что творится, Тай. Это всё ты. Ты разрушаешь Небесную Империю, ты разрушаешь нас. Ты этого хотел, когда взбирался к трону?!

- Взбирался… – невольно эхом повторил Тай, а в уши словно горячего масла налили: стало глухо и жарко. Теперь уже не было ни сил, ни желания молчать, как тогда, когда брат вручил ему окровавленный платок и что-то говорил о свободе внутри. – Взбирался?!

- Разве не эту вершину ты хотел одолеть? Но теперь, когда всё твоё…

- Я хотел?! – Тай дёрнулся, но заговорённая вода держала крепко. Эльфийская королева – пусть лишь и в энергетическом воплощении, здесь, на клочке её развалившегося мира - оставалась сильна.

В груди жгло, словно он вдыхал ярость прямо из воздуха, она кипятком проливалась в гортань, а дальше опаляла сердце. В ушах заложило так, что заболели виски.

- Я хотел?! – крикнул он. – А не ты ли этого хотел, Нех?! Так скажи мне сейчас: для чего же ты искал этот долбанную мифическую Дверь в Валинор?! Не чтобы взять у эльфов побольше волшебного добра и стать выше, чем Небесный Дворец, выше, чем Ди и эта маленькая ледяная стерва, Принцесса?! Я это затеял?!

Нех молчал. Лунный свет отражался в его запечатанном глазу, как в озере.

- Нечего было носиться с этим эгоистичным ублюдком, - буркнул Карнивал, делая вид, что рассматривает ожерелье.

- Я хотел… - начал Нех, и слова давались ему с трудом, словно, произнесённые, они превращались в камни, - …чтобы никто не был нам помехой, выйти за указатели и ленты. Деньги – наша сила. Не хотел быть на дне. Не хотел видеть тебя в нищете… Заботился о тебе, потому что я старше… а ты - маг, который неуправляем.

- Что?! – Тай в бешенстве тряхнул скованной рукой. – Все эти годы ты считал, что я полоумный?

- Нет. Это не так.

- Нет, ТАК! Ты, как и Анайрэ, решил, что мне нельзя доверять! Поэтому думал всё провернуть сам, да? Ты начал искать Ключ! И что в итоге?! А я скажу! Ты до усрачки напугал бабку Анайрэ, Первородную! Да так, что она усилила своё заклинание у нас в мозгах, и я нахрен выжег память о Нэт и сделал из нас же охотников на неё! Найти путь в Валинор – вот что ты хотел – и раскрыл Нэт, которую Анайрэ так долго прятала!

- То, что я был несколько амбициозен…

Но Тай расхохотался, изворачиваясь на держащей петле. Пальцы скрючились.

- Да и пусть тогда весь мир провалится к чертям! Нахрена он нужен, если цена ему - та наличка, что мы получили от Ди за добытые перламутровые кости! Он стоил так мало, поэтому – вот, пожалуйста! – весь мир наш, брат!

Тело обмякло, потеряв силу, а голова отяжелела, склонилась, когда Тай произнёс со злостью:

- А догадайся ты тогда, кого и для чего искала Принцесса, взял бы деньги?

С усилием он поднял голову и посмотрел брату в глаза. Нех взирал на него - на руку в магических оковах - поджав губы. Кажется, седины на его висках стало больше, так же как и морщин у глаз.

- Да, - произнёс Нех. – Потому что это то, чего я хотел.

- Отлично! Так дай мне порезвиться с тем, что досталось мне. Мы же об этом мечтали? Мир у моих ног – неожиданный подарок от брата, так?!

- Тай, хватит!

- Что, хочешь взять ответственность за то, что я тут накуролешу? Нет? Уходите с Нэт. Валите немедленно!

- Тай, заканчивай с этим!

- Как? Как мне закончить с этим, Нех?! Убежать? И вечно скитаться по мирам, прячась от охотников Принцессы? В том мире – я – никто как маг, и хрен знает, сколько мы протянем. Так как же быть, брат? Как же мне быть?!

- Просто отступись.

- Отступиться?! – Тай вскинул взгляд. – Вот уж нет. Вот уж нет!! Нет! И катись оно всё к демонам!!! Ты начал это. А я – закончу! Ты помнишь – или победа или смерть, верно ведь?

Тай обернулся к Карнивалу. Приспешник Ди, как маг, заметил изменение первым… Он поёжился, огляделся. Ожерелье соскользнуло в колодец. Лилии – белые звёзды на земле, гасли одна за другой, высыхая и припорашиваясь налетевшей позёмкой. Холод пробирался в забытый мирок вечного лета. Через нагромождение перламутровых обломков, которые когда-то были цветами, а теперь превратились в подобие развалин, перелезали твари цвета ночи.

- Вот уж не-ет, - повторил Тай, чувствуя, как сердце гаснет, дёргается в конвульсии на артериях, как в силках. Оставалась лишь серая оболочка, покрытая сетью сочащихся чёрной кровью трещин.

Он выхватил эльфийский керамбит и с размаха рассёк ледяную водную струю. Задел кожу – и аспидная кровь брызнула на индевеющие камни.

Королева застонала, вода всколыхнулась, листья, словно отяжелев, пошли ко дну и жёлтые огни быстро затухали в вечной холодной тьме.

Карнивал отшатнулся.

- Твою мать!

Нех только приподнял меховой ворот пальто. Тай дернулся к Карнивалу, брызнув кровью. И капли зашипели в мгновенно открывшемся портале, куда хотел удрать маг. Однако оба они замерли…

- Моя дочь… моя несчастная дочь… - раздавшийся из колодца стон опутал поверхность воды перламутровыми нитями.

Тай обернулся. Чёрные твари лизали ботинки. Пока. Они ждали его приказа, знали, что он может дать то, чего они хотят. Только сейчас - не до расправы над прихлебателем Ди.

- Что? Нэт…

- Моя дочь – Нэтаниэль… - прошелестел голос. – Открывает Глаза Дракона…

- ЧТО?! – Нех подался вперёд. – Не может быть, я оставил её с…

Тай закричал в небо. Потом крик превратился в рычание. Звери вокруг выли и вторили, радостно подтявкивая. Вся поляна погружалась во мрак, небо затягивало тучами, луна скрылась и теперь красные звёзды – глаза воющих демонов – остались на земле.

- Ну, вот и всё… - проговорил Тай, разрывая пространство клинком. Резко и сильно, так что Королева застонала. Словно это по её плоти чиркнули кривым лезвием.

- Слишком поздно… - прошептала она. – Тебе, младший Моринехтар, её не спасти. Не тебе. Потому что это уже не ты.

Тай оскалился и захлопнул за собой портал, заметив в последнюю секунду, как Нех подходит к магу. Они придут во Дворец. Но к этой минуте - всё будет кончено!


***


Они отстали от Тая всего на несколько мгновений. Карнивал мог открыть портал только в Зимнем саду, поэтому им пришлось пробежать дворами и коридорами к Главной площади, где, как сказал маг, на помосте стояли Глаза Дракона.

Видимых препятствий не было, но вдруг Карнивал схватился за горло, которым пошла кровь. Или нечто, похожее на кровь, просочилось через губы и повисло на подбородке грязными, тугими каплями.

- Это братец твой, твою мать… - прохрипел Карнивал. – У тебя, кажется, крутой оберег, раз тебя не раздавило в лепёшку и не прожарило мозги насквозь, как у большинства здесь. Никого нет. Как кладбище.

Карнивал припал на одно колено.

- Мне надо уходить. Я не выживу здесь, если это не закончится сейчас же. А это не закончится. Всё только начинается. Да помилуют нас боги.

Нех кивнул и не стал тратить время, чтобы смотреть, как временный союзник, а на дальнейшем пути – кто знает? - заклятый враг, уходит. Что ж… наверное, правильно: раз этому миру – конец, то лучше сделать ноги прямо сейчас. Только вот не ему.

Нех вздохнул.

Он бежал меж рядами колонн к Главной площади и по дороге не встретил никого, кто хоть как-то мог помешать. Колонны, а их были десятки, составляли огромный геометрический узор вокруг площади, и, приближаясь к центру, Нех успевал заметить через них только попеременно мелькающие, как в диафильме, детали. Вот несколько человек корчились в агонии у стен отливающих ультрамарином, вот на помосте возле тронов под резным навесом, так же стонало несколько придворных и фрейлин, вот показались края широких лестниц. Они полукругами уходили вверх, на балкон, выдвигающийся над площадью резным, белёсым языком. И только там несколько человек остались на ногах. Те, кто сохранили достаточно внутренней силы, чтобы уберечь свой разум от ползающих вокруг демонов с фиолетово-серебряными глазами. Люди сбились в кучу, перегибались через перила и взирали на богато украшенную сцену, где стояли сверкающие Глаза Дракона.

И вот, приблизившись к самому крайнему ряду колон, Нех смог увидеть главное. Нэт. Она на помосте, меж Глазами Дракона. Сам он не раз прикасался ним, но так и не дождался магической реакции. Но Нэт была истинным Ключом. Руки её задрожали и словно помимо воли растянулись в стороны, касаясь гладких, отполированных до блеска поверхностей. До этой секунды они ничего не отражали. Теперь в них отражалась Нэт. Сияющая, эфемерная, сотканная из сатиновых лучей солнца и шерстяных нитей снежного вихря. Она вскрикнула в отчаянии. Тай, заскочив на помост, рванулся к Нэт - призрачное сияние поглотило его, окутало, но в руках вместо женщины так и осталась пустота.

Нех цыкнул сквозь зубы и отпихнул в сторону парочку застывших вельмож, их ноги и руки словно приросли к площади чёрными нитями, а глаза сомкнуло навеки. Нех почти уже вышел на открытое пространство, но вдруг наткнулся на пускающего чёрную слюну альбиноса. Маг стоял, прислонившись к колонне, под полумесяцем лестничного пролёта, не так уж далеко от трона.

Нех схватил его за плечо, но замер, услышав почти нечеловеческий, каркающий хохот. Принцесса спустилась с лестницы, буквально в нескольких метрах от него, и проплыла по площади. Колкие снежинки тонкими змейками разметывались длинным складчатым подолом, и всё было бы невозможно элегантно, если бы не этот смех, похожий на эхо в ржавой и прогнившей металлической трубе.

Тай оглянулся на Небесную - и демоны взяли в кольцо трёх человек, включая несчастную Нэт. В этот миг плечо альбиноса под ладонью опало - и только мгновенная реакция позволила тут же схватить мага за шиворот полушубка и дёрнуть обратно к себе.

- Отвечай, какого хрена?! Почему Нэт там?!

Мелкий красноглазый маг захныкал, выворачиваясь из хватки.

- Вы – обманщики! Вам нет дела до меня! Нет дела! Из-за тебя погиб мой дед! А ты даже пальцем не пошевелил! Пришёл и требуешь! Вы все постоянно требуете, ничего не даёте взамен! Другой мир?! Ага, как же! Эльфийка умирает, я знаю это, она умерла бы в другом мире от тоски! А что бы получил я?! Да в задницу ваши обещания. Идите все к демонам! Я сам о себе позабочусь! Сам, понял ты?! Убийцы! Вы все!

Нех с силой придавил его горло локтем, заставив замолчать, но альбинос затих, не сопротивляясь.

- Отпусти меня, Моринехтар. Вы проиграли… - прохрипел он, чуть двинув головой, чтобы вздохнуть. – Я договорился с Принцессой сразу после того, как нагнал сбежавшую эльфийку на улице. Как же легко провести не мага! В твоём доме всё время была кукла, чужая женщина. А драгоценная Нэт находилась здесь, - альбинос хрипло рассмеялся, словно вымещая всю накопившуюся злость и разочарование. – Но из-за плаща и Мастер её здесь не видел. Как же кстати вы вывели Мастера из Дворца… ха-ха-ха! Теперь я, наконец, получу спокойную жизнь…

Сиплый смех срывался с его белых губ вместе со слюной.

- Не одни вы чего-то хотите очень сильно! Но важно выбрать правильную сторону, так ведь? А вы – так ничего и не поняли…

- Это ты ничего не понял, - прошептал Нех и надавил локтем чуть сильнее. Через минуту, когда в розоватых белках альбиноса полопались сосуды, залив ярко красным даже зрачки, маг перестал трепыхаться и сполз по колонне на занесенные позёмкой плиты. Белые волосы зазмеились с такими же белёсыми дорожками позёмки в прозрачно-ледяных течениях ветра.

Бескровная смерть. Наверное, это тоже было одним из желаний мага.

Нех вышел из-за колонны и зашагал открыто. Игра их – проиграна, но, неужели нет никакой возможности? Такого не могло быть!

- Наконец… - вздохнула Принцесса, прикрывая глаза. – Наконец, свобода… моя свобода. Истинная.

Тай развернулся к ней, готовый убить лишь взглядом. Но всё, что сейчас оставалось - это смотреть, как исчезает Нэт в серебряном свечении меж Глазами Дракона. Секунда. Другая. Третья. Не было идей. Не было выхода. Нех не знал, как выдернуть Ключ, а Двери отворялись с катастрофической быстротой - девушка растворялась в своих отражениях, тянулась нитями между зеркалами… и мир начал отражать нечто иное, переворачиваться, словно створки зеркал: там, где раньше стояли люди, замелькали эльфы и снова исчезали, как мираж, а дома оборачивались деревьями до небес и обратно трансформировались в дома. «Зеркала» крутились всё быстрее - и мир в итоге, как на карточке фокусника, где на разных сторонах нарисованы отдельно птичка и клетка, слился в один рисунок – птичку в клетке. Башни и небоскрёбы начали обрастать лианами, на кирпичах вспухали наросты из коры, люди с тихими стонами обращались в часть стен или переплетение веток. Помост же под их ногами превращался в недавно виденный колодец.

- Тай. Сделай что-нибудь, - Нех едва услышал свой голос. От безнадёжности он оказался слаб так же, как тонкая нить спокойствия, тянущаяся между братьями через панику и творившийся вокруг хаос.

Можно было добавить, что иначе Нэт погибнет, но разве этого кто-то не знал? Боль, удушье, отчаянье от бессилия. Всё это теснилось в груди, подавляемое усилием воли такой мощи, что она контролировала и тело, заставляя держать рот на замке.

Лицо брата сделалось ужасающе острым, почти высохшим, как в одном из страшных снов, где эльфийские черепа улыбались оскалом острых зубов. Теперь Тай выглядел абсолютно опустошённым. Как маг-человек, он уже не мог сделать ничего. Сколько бы он ни бился, как бы ни тянул Нэт обратно, она выскальзывала из рук. Тай был и оставался существом не того порядка, чтобы противостоять древнему ритуалу.

Эльфы мелькали всё отчетливее и, обращаясь в струи света, создавали золотые спирали, что забирались по рукам Нэт, переходили сквозь неё и врывались в этот мир.

Медленно, очень медленно Тай достал из-за спины керамбиты. Разжал пальцы - и один из них, простой, мелькнув металлическим серпом, звякнул о камни рядом с помостом.

Чтобы спасти её, Тай должен был сам превратиться в оружие, перестать быть человеком и стать орудием эльфов.

Время застыло, как однажды в магическом круге. Медленно колыхались снежинки в воздухе, снежные смерчи походили на шевеление морских трав на дне. Принцесса ликующе хохотала, хотя меняющийся мир стёр кожу с её лица и превратил его в кровавую маску. Алые брызги веером разметались вокруг её головы.

Тай! Давай, сделай это!!

Нет! Остановись!

Спаси её!

Тай… стой!! не уходи!

Но Тай, этот упрямый мальчишка, никогда не знал пути назад, всегда шёл до конца. Пусть бы этот путь – и саморазрушение. Так и сейчас…

Глаза закрылись на миг сами собой, и сердце сжалось, первым принимая то, что теперь брат больше не будет прежним – и помогите им всем боги…

От крика Тая Нех отшатнулся, но всё-таки заставил себя смотреть. Потому что если он не будет смотреть, то оставит Тая в одиночестве, один на один с той неизвестностью, в которую он падал. Поэтому теперь не отводил глаз…

Лицо Тая словно превратилось в маску из белого золота. Взгляд чёрных дыр, где раньше были серые глаза, отбросил Неха дальше. Грубо, резко. Но всё-таки отбросил, чтобы не задеть. Где-то там, внутри этого чудовища всё ещё жил его брат, и от этого становилось страшно, потому что теперь не чернота была внутри него, а он – внутри черноты. Эльфийская плеть взметнулась в руке Тая, как многоголовая змея, зашипела, заискрилась чёрными всполохами. Он захватил плетью распадающееся на семицветный спектр тело Нэт и…

…выдернул из пространства между зеркалами.

Девушка упала на помост, лицом вниз. Едва дыша, она с трудом приподнялась на руках. Перламутрово-золотые языки волшебной дымки ещё несколько секунд бушевали вокруг неё, как настоящее зарево… но мир вокруг перестал вращаться, как карусель.

Эльфы, видимые и невидимые, обозначенные золотистыми лучами или же мрачными платиновыми кольцами с чернением, завыли на все лады, сотрясая стены.


Шшшшшшшшш…. эттттооооот миииииииррррррр наааашшшшшшшшш…. этттттоооооот мииииирррррр наааааашшшшш…шшшшшшшшшш….шшшшшшш


Нэт застонала.


Шшшшшшшш….. ээээттттооооотттт клллллллюююююючччччч – наааашшшшшшшш!


Небесная хохотала, истекая кровью. Она давилась, кашляла, тёрла содранные щёки руками в голубых перчатках. Атлас пропитывался алым.

- Ничего не изменить! Ключ выполнит предназначение!! Тебе ничего не изменить! – выкрикнула она и снова поперхнулась.

- Тогда я сделаю бессмысленной борьбу со мной, - прошипела преобразовавшаяся в Тае сущность. – Этого мира просто не будет. Ничто не вынудит меня подчиниться. Нет. Не меня!

Эльфийская плеть размножилась, удлинилась, выстрелила ввысь миллионом острых лезвий. Они разорвали небеса, как ветхую ткань.

Тай изогнулся, распарывая пальцами реальность вокруг себя. Эльфийская плеть лупила по воздуху зигзагами, сеча мир в лоскуты. То здесь, то там прорывались и не могли захлопнуться бесчисленные порталы – новые раны в теле мира. Пламя высвободилось скрытой ранее стороны бытия, где обреталась лишь бесконечная огненная пустота. Жар топил лёд, подпаливал кожу. От зловония стало трудно дышать.

Нэт, беспомощная, ослабевшая, едва смогла приподняться – и Нех подхватил её за секунду до того, как она чуть не распласталась на досках. Она смотрела на Тая, вернее на то, что осталось от него…

- Тай, - прошептала она. Чуть подалась в его сторону, застонала, протянула руку. – Нож нельзя доставать с ненавистью к миру… он сам стал им… не сможет остановиться…

Тай наступил на край расползающегося портала, нырнул в него и возник уже на балконе, одним взглядом перекинув через перила визжащих магов. Они попадали мешками возле медленно опустившейся на колени Принцессы. Женщина больше не издавала ни звука, просто сидела и смотрела на полыхающие небеса, и слёзы белыми дорожками расчёрчивали её окровавленные щёки.

- Тай! Прекрати! – Нех орал, срывая связки, но брат оставался глух.

Нэт смотрела молча, но глаза потеплели, лицо сделалось невозможно прекрасным, так что сердце Неха защемило от тоски. Всё это упоение и жажда в её глазах – не ему. Но только этот взгляд может укротить чудовище, в которое превратился брат.

Нэт приложила перламутровые ладони к лицу, чуть отстраняясь. Она не пыталась играть на его чувствах, не пыталась использовать очарование, его любовь к ней. Поэтому она разорвала объятия и тихо произнесла:

- Спаси его, Нех. Только ты сможешь это остановить, не позволить ему…

Она не договорила, замолчала, сглотнула с трудом и отвернулась. Не могла смотреть на боль Тая, на то, как от мучений натягивалась кожа на его побелевшем лице и как выворачивались суставы рук со скрюченными пальцами. Но это терзания только тела…

Эта боль перетекала через Неха всю жизнь, и сейчас он знал лучше всех, как страдал Тай, не в силах контролировать свою ярость, гнев, желание.

Нех последний раз бросил взгляд на брата, сгорающего в пламени собственной беспредельной силы, и попытался не слышать крик ни ушами, ни сердцем.

Нех сошёл с помоста, подобрал керамбит и тяжело опустился на колени. Снег таял вокруг, лужи блестели огнём, отражая небесный ад.

- Я отказываюсь от обязательства. Я беру своё слово назад! – проговорил он в камни площади, поднимая нож к лицу. – Слышите?!

Нех секунду судорожно сжимал рукоять ножа, а затем резко поднял и вонзил остриё в правый глаз - в эльфийскую печать. Короткий вскрик вырвался невольно. Глаз лопнул, лезвие в дрогнувшей ладони взрезало кожу под нижним веком.

Рука с ножом бессильно обвисла.

- Я отказываюсь… - ещё раз прошептали губы. – Тай, это было твоё дело. Ты бы справился. Я верю.


НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТТТТТТТТТТТТТ ШШШШШШШШШШШШШШШШШШШ ШШШШШШШШШ НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТТТТТТТТТТТ


Огромное серебристо-чёрное кольцо взвилось над Нехом, закрутилось на площади, увеличиваясь, превратилось в огромную воронку, поднявшуюся выше дворцовых стен, а затем раскрутилось, выпрямилось и обратилось в стрелу, по которой пробегали серебряные молнии. С воем и шипением духи умерших эльфов рванули к Таю и врезались в него мощью своего могущества и проклятием, от которого отказался Нех и которое давно предназначалось брату.

Тай покачнулся, замер. Глаза распахнулись.

Тай секунду стоял неподвижно, но затем магический нож выпал из пальцев, звякнул о мрамор. Плеть, как огненная змея, извивалась вокруг него, без цели и смысла. Однако и эльфийское кольцо распадалось и рассыпалось огнями, отдельными зубастыми лицами.

- Брат… - кажется, прошептал Тай.

Нех промолчал. На миг глаза Тая вспыхнули Печатью, но тут же погасли. Он избавился от проклятия в одну секунду, и мог бы сделать это и тогда, почти год назад, если бы Нех чуть меньше сомневался в нём и не позволил эльфам воспользоваться собой. Сейчас же всё, что сумели сделать эльфы – забрать свою силу в счёт того, что задолжал им Тай.


…ссссссдооооооохххнииии тваааарьььь… шшшшшшшш…. Поооооодоооооохнииии….шшшшшшшшш…


Тай покачнулся, чуть перевесился через перила.

- Тай! – голос, полный отчаянья, заполнил площадь. – Тай!!!

Нэт бежала к нему, бежала по ступеням, на балкон, подобрав подол, путаясь в складках, хватаясь за перила, пар срывался с губ резко.

Нех усмехнулся и сел на ступеньки. Откинул нож и прикрыл оставшийся глаз.

Всё.

Позаботьтесь теперь о себе сами.


***


- Тай!

Эльфийская плеть всё ещё извивалась в воздухе. Нэт склонилась, прикрыла рукоять клинка ладонью и успокоила магию.

– Это подарок Келлегорма, духи не могут забрать его. Но теперь ты, по крайней мере, можешь остановиться…

Он покачнулся, ухватился за перила, смерив её чёрным взглядом.

- Нет… - хриплый выдох вырвался рваным облаком пара.

Он припал на одно колено и негнущимися пальцами подтянул к себе клинок, сжал рукоять.

- Я не проиграю ей, не проиграю им. Не отдам тебя. Не будет тебя – не будет и этого мира тоже…

- Тай! – голос предательски дрожал. – Что ты делаешь?! Тай! Остановись! Прошу тебя! Я прошу тебя!!!

Тай закричал, разрываемый болью и стальными телами тысячи демонов. Тёмные эльфы ушли, но сложно оказалось представить, насколько тьма разрослась в нём. Это были звери вовсе не от эльфов. Его собственные твари, монстры ненависти, озлобленности на мир, порождения умерщвлённого синего мага, который должен созидать, но пришёл только к разрушению.

- О чём ты просишь?! – в чёрных глазах Тая, как в смоляных котлах, тонули все отблески полыхающего неба. – О чём?! О том, что противоречит моей природе?! Разве Анайрэ не предупреждала тебя?! Разве не уберегала?! Разве не говорила о том, какой я на самом деле?!

По её щекам потекли слёзы – ледяные дорожки, по которым из сердца изливалось отчаянье.

Тай дышал с хрипом. Демоны рвали мир за его спиной и смотрели через его лицо, через смоляные водовороты его глаз.

- Отзови их! - твёрдо сказала Нэт, расправляя плечи. – Я приказываю – отзови их.

Тай посмотрел на неё прямо, по губам проскользнула усмешка. Яснее ясного, о чём он подумал, и не надо объяснять вслух: если он вернёт свою ненависть обратно - твари убьют его в единый миг. Разорвут в клочья и сожрут.

- Мы же договорились доверять друг другу? Ты же никогда не обманывал меня, верно? – сердце готово было лопнуть от страха, но она всё-таки вытолкнула из себя слова, что сдавливали не только горло, но и душу.

Тай отшатнулся едва заметно, будто предугадал её слова.

- Так вот я хочу слышать прямой ответ. Если ты любишь меня – то отзовешь их.

Нэт едва держалась на ватных ногах, но Тай шагнул назад, натолкнулся на колонну, схватился за вырезанную в виде георгина веху на перилах. Пальцы почернели - и лепестки цветка рассыпались в каменную крошку.

- Что ты делаешь? – спросил Тай. Он всё ещё словно хотел отступить, но взгляд его не отрывался от её глаз.

- Разве не ты говорил мне про доверие? – Нэт чуть похлопала ладонью в области сердца. Как же сверкала ладонь! Боже, неужели не замечала этого раньше?.. Да, она изменилась, но разве только внешне… Научилась слушать сердце, а не только слова, разве нет? И она закончила с отчаянной решимостью: - Или ты всё время лгал мне?

Лицо Тая на миг вспыхнуло растерянностью, верхняя губа дрогнула, словно обнажая клыки. Тишина рухнула с небес. Снежинки носились в вихре перед лицами, ветер развевал волосы. Нэт, не замечая природную круговерть, приподняла брови в ожидании.

- Так как? Боишься, что я уничтожу всё, к чему ты стремился? Вот это всё – ты? Боишься, что уничтожу тебя, если придёшь ко мне? Значит – лгал? Ты всё время лгал мне?! – Она пыталась изобразить гнев, но голос выдал отчаянье, которое доселе так надёжно скрывалось ото всех. У ног, прямо из плит, с хрустом начали подниматься острые перламутровые полоски. Потрескивая ломающимся камнем, они изгибались и превращались в твёрдые сверкающие лепестки, из сердцевины которых взмётывались острые, смертоносные пики.

Каменные цветы эльфов.

Они разбивали на крошки гранит балконных плиток и медленным, но неумолимым потоком, как застывающая лава, расцветали в сторону Тая. Снежинки, не долетая до земли, превращались в жемчужины и рассыпались по каменным лепесткам с тихим постукиванием. Но в этом не было красоты жизни – будто сама смерть клала венки на могилу надежд.

Тай отпустил перила, расправил плечи. Лицо разгладилось, просветлело, металлические нити, превратившие его черты в непроницаемую маску, растаяли. Он усмехнулся. И эта усмешка оказалась знакомой ещё с детства – когда Тая можно было победить в споре, лишь потрепав по волосам. Это было упрямство - и одновременно - осознание своего бессилия перед Нехом и ней.

Один шаг вперёд.

- Я никогда не обманывал тебя, - произнёс Тай, опуская клинок.

Быстрый взгляд - и словно тысяча горячих иголочек пронзили её от макушки до пят.

Демоны ринулись обратно к своему хозяину, что предал их. Сотни чёрных молний пали с небес, сверкая в зареве алых всполохов. Глаза – будто раскалённые жаровни, на которых с шипением пузырилась кровь. Она пенилась и вытекала из глазниц слепой ненавистью. Языки тварей тянулись, как алые ленты-удавки.

Тай не оборачивался. Он знал, что ждёт его. Смотря Нэт в глаза, он сделал ещё один шаг. И ещё один. Медленный, словно ноги едва отрывались от пола. Но он шёл к ней. Она отдала приказ, понимая, что через секунду Тая не станет, но не готова была увидеть это. Нет!

Цветы взвились ввысь, пронзая красные и белые ленты огня и снега, падающие с небес, а затем волной хлынули к Таю, нагромождаясь, сверкая и разливаясь широкой рекой. Теперь он ступал по переливающимся лепесткам, а они рассыпались в пыль, хрустели, ломались и уносились блестящей крошкой со снежинками, пока всё вокруг не наполнилось сиянием перламутра.

Чёрные твари рухнули в каменные пики. Воя и клацая челюстями, они ползли за Таем по цветочной реке на брюхе, поджимали когтистые лапы, не смея поднять голов, натыкались на острия и застревали в осколках. Они в исступлении рвали себе плоть, распадались на куски, истекали жёлтой гнойной кровью и хрипели, когда на их раны оседала поблёскивающая пыль. От свесившихся языков исходил красноватый пар… но потом они всё же замирали и обращались в камень. Оскаленные клыки топорщились обломками перламутрового щебня.

Нэт на миг прикрыла глаза. Открыв их – она увидит Тая. В этом не было сомнения...

Когда-то давным-давно, словно в прошлой жизни, Тай поцеловал её. Играючи он получил свою информацию и посмеялся над растерянной девчонкой, желавшей вернуть свою обычную жизнь и отстоять остатки гордости. Но провалилась в бездну. Страшную, сумасшедшую. Казалось, она пропадёт там навсегда и необходимо срочно искать опору. Иначе падение будет вечным. Он так напугал. Напугал сильнее, чем град пуль и обещание прикончить её. Он принял её за кого-то, кем она себя не считала. Тогда она стала частью магии, что смутным отголоском теплилась в душе, но в реальности превращалась лишь в усмешку над ней. Денис, работа, безрадостная, словно чужая, жизнь, серость скуки и унижения.

Разве можно было получить что-то прекрасное, ничего не смысля в нём и не понимая себя? Разве можно кого-то спасти, не в состоянии спасти даже себя?

Нех показал, как можно любить. С Таем она сама научилась любить… поняла, никогда и не умела. Только сейчас, наконец, поднялась на двух крыльях: заботы и страсти. Без заботы – не сохранить, но без страсти – не создать…

В белом круговороте волосы и плащ обвивали Нэт, превращая в нераскрывшийся зимний цветок, продрогший и беззащитный, как та лилия на ветру. Но она распахнула глаза и теперь твёрдо смотрела на мужчину, который приближался сквозь мглу, оставляя за собой разбегающиеся из-под ног чёрные реки сердца.


***


Что она делает с ним? В этот момент он ненавидел её. Презирал себя.

Снежные завихрения белыми змеями собирались на миг у ботинок и рассыпались в пыль с каждым шагом. Перламутровые цветы крошились под подошвами – они оказались такими хрупкими, как безе, и тонкими, как изделия искусных камнерезов. Однако не стоило обманываться изящностью – Анайрэ, умирая, похоронила Залесье живьём под подобными цветами. Сама Нэт стояла в центре распускающегося каменного букета, словно укутанная в него, и смотрела на Тая так пристально. Плащ то заворачивался вокруг её тела, то разлетался крыльями. Когда Тай подошёл к Нэт, одна из каменных лилий уже приросла к её одежде. Последний демон разбивал цветы и оставлял на них прогнившие внутренности, скалился в тихой ненависти и бессилии, но всё ещё лип к Таю, припадая к ногам.

Тай небрежно отбил клацающую пасть ботинком и так же молчаливо сломал каменную лилию, обвившую плащ Нэт. По ладони потекла кровь - грани оказались острее ножей.

Миг тишины длился вечность, пока он смотрел на свою распоротую ладонь, не в силах поднять глаз и поверить, что всё ещё жив. А затем Нэт прошептала:

- Значит, мне просто надо было задать прямой вопрос? – она протянула руку к его сердцу и сжала кулак, но легко, не резко, словно погладила пальцами воздух. – Твоё заклятие…

- Я же говорил тебе, что это может убить меня. Ты этого хотела, Нэт? – зверь у его ног приподнялся и зашипел.

Глаза её стали цвета фундука, виднеющегося сквозь изумрудную листву.

- Вино Мутон Ротшильд. Хочу его выпить с тобой.

Тай нахмурился. Секунду в голове не было ни единой мысли, что могла бы связать происходящее с только что сказанным ею.

- Вино…

И вдруг всплыли в памяти огромный зал, планшет с пасьянсом, стол из мрамора, капризничающая Нэт, желающая мяса с кровью и вина. И его вызывающее заявление: он обязательно выпьет с ней в интимной обстановке.

Он ещё раз прищурился, вглядываясь в её лицо.

- Да, можно подзабыть… уже больше полугода прошло… разве упомнит такие мелочи бывший наёмный маг, ставший Небесным… - смущённо и так мило улыбнулась она.

- Удивительно, что их помнит теперешняя Эльфийская Принцесса…

Он едва проглотил комок в горле, что подкатил с воспоминаниями и проклятой надеждой, которая не желала подыхать, какую бы глубокую могилу ни копал он для неё в сердце.

Она протянула руки, взяла его лицо в ладони. Он вздрогнул, почти отшатнулся.

Этого не могло быть… этого не могло быть…

Голова закружилась, как от разом выпитой бутылки игристого. Но эйфории не случилось. Больно, от любви больно. От желания прикоснуться в ответ – невыносимое мучение.

…не может быть… не может быть…

- Нэт, что ты…

- Наверное, будет честно, если ты тоже задашь прямой вопрос.

Рука дёрнулась непроизвольно - словно истомлённому жаждой хотелось немедля нырнуть ладонью в колодец с прозрачной водой и избавиться от мучений. Ощутить, а не услышать… Она заметила порыв, но не смутилась, поэтому он осторожно приложил ладонь к её ладони, сплёл пальцы. Её - хрупкие, маленькие и изящные - в его тёмной ладони. Это не сон, не морок, не его болезненные фантазии… Он, наконец, держал её руку в своей.

Он возьмёт. Не отпустит. Не отпустит теперь. Никогда…

Тёмная снежная дорожка пробежала через их руки, разлагающаяся тварь у ног заурчала, осклабив пасть. Губы Тая сами собой разъехались в усмешке, и Нэт посмотрела на него с опаской. Чуть дёрнула напряжёнными пальцами, но он не выпустил их, сильнее сжав кулак.

Тогда Нэт, словно поняв что-то, кивнула едва заметно и провела ладонью по его лицу. Задержалась на скуле, на впадинке щеки, на изгибе челюсти. А потом коснулась пальцами губ.

Он наклонился и поцеловал её. В темноте мир вместе с ним сжался в области висков, уплотнился, как точка будущей вселенной… И разлетелся на миллиарды километров вокруг, расширяя пространство-время и одновременно стирая их напрочь. Не осталось ничего, кроме упоения, сжигающей истомы и дрожи во всём теле. Эта мягкость её губ, податливость тела, жар и жадность глубокого поцелуя… желание сделать ему приятно… и так же бесконечно упиваться им...

Сердце тягостно заворочалось в узах окаменевших застывших жил. Затем раздулось, затрепыхалось - чёрная короста пошла трещинами и саркофаг из ярости, злобы, гнева лопнул, выпустив алую кровь.

Тай легонько провел губами по её, касаясь нежно, целуя в уголки, забирая языком сладость и дрожь.

- Я получил прямой ответ… - прошептал он, не желая отпускать её лицо.

Она улыбалась.

Он так любил её. Но теперь он знал её. Знал с самого начала их долгого пути, по которому они когда-то сделали вместе первый шаг. Они забыли и сумели вспомнить только сейчас. Он помнил её, помнил все их обещания, помнил клятвы и все её слова. Помнил всю её любовь. Бесконечную, дарующую мир. Такую большую, что она не смогла бы уместиться только в его сердце. Он знал об этом, но эгоистично забыл. Потому что не хотел отпускать.

Закрыл глаза, когда она сказала:

- Ты же понимаешь… Тай… У них нет мира, и здесь его не будет. Никто не сможет им помочь, если мы все так и останемся в ненависти. И только я люблю их, я должна позаботиться о них.

- Нэт… Я умоляю… - беспомощно проговорил он.

- Мне надо идти.

- Послушай…

- Нет, - она улыбнулась. – Помоги мне. Как обещал когда-то.

– Я не хочу. Я не могу! Пусть всё катится к чёрту!

Она обняла его за голову.

- Тшшш… Мой непокорный мужчина, мой синий маг… Мой любимый.

Нэт засияла перламутром, как маленькая звезда.

Тай, не мигая, смотрел, как в зареве вспышек падают снежинки на её волосы. Огромные белые снежинки. Как лепестки. Он протянул руку, осторожно коснулся пряди у виска, пропустил её меж пальцев.

- Возможно, я найду тебя в другом мире.

- Да, - прошептала она, обнимая его и сливаясь с ним сердцебиением. – Там, где ты и я будем знать, что такое любовь.

Нэт улыбнулась кротко, и сердце пропустило удар, когда она вспыхнула сверхновой - и пропала.

Несколько секунд Тай смотрел на свои опустевшие объятья. На ладони, которые обеднели сейчас так, как никогда, потому что краткий миг держали в себе весь смысл жизни.

Взирая, как тают под ботинками цветы из перламутра и умершие демоны, Тай медленно побрёл к краю балкона и схватился за перила. На ступенях, чуть ссутулившись, сидел Нех. Он поднял голову, повернул окровавленное лицо - и взгляды их встретились.

- Ну что, крышка нам, так? – только и спросил он, кивнув на разорванное, полыхающее небо.

- Нет, - Тай улыбнулся. – Ты знаешь, я тут подумал…- он приподнял ладонь, останавливая вскинувшегося с занесённым кулаком Неха. По лицу брата не сложно было догадаться, что он сейчас думал о Тае.

- Ты… - Нех опустил кулак, по лицу струилась кровь - и он резко отёр её, пытаясь снова поймать связь их молчаливых взглядов.

- Я подумал о том, что всю жизнь видел перед собой только башню Дворца… Как считаешь, что же я увидел, когда оказался на этой башне?

Нех приподнял брови.

- Я увидел… – Тай улыбнулся. – …только башню Дворца. Как-то ты сказал, что свобода в сердце, а не где-то вне. Но именно здесь я понял, что свободы нет. Не потому что, даже стоя на башне, мы видим только башню, как нашу цель. Просто есть обязательства. И в первую очередь – перед собой. Доверяешь мне?

- Да, - шепнул Нех.

Тай вскочил на перила и, ещё секунду понаблюдав, как расширяется перед ним очередная дыра в мироздании, полыхая и гудя, как домна, он притянул к себе край и шагнул на ту сторону. Чёрные языки пламени вспыхнули алым, жёлтые искры брызнули маленьким взрывом.

Уходить тоже надо уметь красиво. Брат оценит.

Адская воронка разверзлась перед ним, и, скорее всего, несколько мгновений его силуэт ещё можно было различить в бушующем пламени, потому что Нех смотрел на него не отрываясь. А затем Тай сделал глубокий вздох внутри портала – и за секунду, как пламя пожрало его, он наполнил себя кристально-индиговым сиянием. Синий маг знал, что делать.

Исчезнув между мирами, Тай подумал, что по обе стороны непременно закружил мягкий снег…

ЭПИЛОГ

Нех стоял возле стены, где за подвижной консолью раньше скрывался портал. Когда-то его создал Тай, чтобы Нех спокойно пересекал границу миров. Теперь же проход был закрыт. Как и любой другой. Никто из магов больше не смог распечатать порталы.

В найденной библиотеке Ди обрелись знания о мире, в котором они жили. Вселенная эльфов, где много веков назад появились люди. Они стали говорить на едином языке, изгнали эльфов, создали свои законы. Но оказалось, что это место – всего лишь прихоть охваченного ненавистью полуэльфа. Мир с системой знаний, которую никто никогда не проверял, и границы которого замыкались не на краю пропасти, а в умах здешних жителей. Иллюзия, как та, что с лёгкостью могла создавать Дара, чтобы истязать жертву.

Нэт же любовью создала ещё одну вселенную для эльфов и сама стала их миром, их матерью и планетой. Теперь они, оберегаемые бесконечностью пространства и времени, жили в одном из - он уверен в этом! – чудеснейших мест в многогранной вселенной.

А Тай… Нех провёл ладонью по прозрачной, похожей на стекло, поверхности бывшего портала. Тай - там, за этой преградой, сгорает заживо. И может сгорать вечность. Соединяя созидательной магией то, что разрушил. Принцесса исчезла из Дворца, но отлаженный механизм руководства не сгинул в одночасье, и всё, хоть и спотыкаясь, продолжало двигаться дальше…

За дверью послышалось дребезжание - Изольда Павлиновна катила через коридор сервировочный столик с ужином. Она категорически отказывалась накрывать на кухне – так и таскала блюда в обеденный зал. В конце концов, хоть что-то осталось прежним в этом мире.

Нех потрогал изувеченную глазницу, провёл пальцами по короткому неровному бугорку вдоль щеки. За несколько месяцев порез зарубцевался, и хотя шрамов на теле осталось множество, к этому почему-то сложнее всего оказалось привыкнуть. Тай всегда обращался с ножами лучше, а в руках у Неха изящное оружие превратилось в орудие ремесленника.

Нех усмехнулся. Впрочем, повязка на глазу уже не так пугала чопорную Изольду. Хотя теперь была не маскировкой, которую когда-то придумал брат.

- Тай, - Нех сжал кулак. – Где же ты?

Поверхность под ладонью начала разогреваться, и жар потёк через пальцы в руку и в грудь. Сердце тревожно бухнуло, а на висках выступила испарина. Нех оттолкнулся от запечатанного портала за секунду до того, как поверхность заволнилась расходящимися кругами и начала тлеть в центре. Обугленные завитки осыпались на паркет и тут же обращались в прах. Где-то позади вечности бушевало пламя - и гул нарастал.

Дверь сквозь миры разверзлась, расползаясь ярко-красными всполохами, что завивались кольцами и заплетались в косы, и… из портала вышла женщина. Огненные волосы, янтарные глаза. Статная фигура в чёрном, на бедре - ножны, на груди - ремни кобуры.

На миг показалось, что это – Дара. Но нет. Лицо жёстче, грубее, фигура приземистее и мускулистее.

Кара? Сестра Дары?!

Нех отступил на полшага. Женщина окинула его взглядом – в глазах тяжёлым камнем лежала вековая усталость. Кара скривилась в лице и демонстративно закатила глаза.

- Ага. Ну конечно, - бесконечно изнурённым голосом произнесла она. – Конечно, к братцу. Куда ж ещё… Долбанный Мастер.

Нех не проронил ни слова, но, видимо, взгляд выдал с головой.

- Слишком пристально смотришь, Нех. Я помню этот взгляд. Но Тай выпустил меня, поэтому считай, что мы квиты. Надеюсь, он ещё долго будет гореть там, пытаясь найти соприкосновение миров…

- Миров?

- Да, нашего и того, созданного эльфийкой.

- Это реально?

- Посмотришь сам.

Кара хмыкнула и, оттолкнув Неха плечом, прошагала через библиотеку к выходу. Но перед тем как хлопнуть дверью, бросила:

- Думаю, здесь будет чем заняться.

- Разберёмся, - негромко произнёс Нех.

Он не обернулся. Смотрел на мужчину, который вышел из портала.

С Тая медленно опадали истлевающие нити здешней реальности. Они на мгновение оседали чёрным снегом на белой рубашке, но затем исчезали. В глазах - серый лёд, но постепенно он истаивал и заблестал, как расплавленное серебро. Признавая, что никогда не был склонен к аллегориям, теплоту в этих глазах Нех видел только так.

Затем, наконец, Тай улыбнулся и поправил воротничок. Скривился от боли, это было заметно, пусть бы Тай и пытался скрыть. До сих пор – даже при этом изменившемся взгляде серых глаз, даже при том, что знакомый мальчишка едва угадывался в этом новом мужчине, он всё еще - невозможный позёр!

Нех снова отвернулся к окну. Это иллюзия, остаточная магия. У сильных магов всегда так.

Невольная улыбка, искренняя и радостная, отразилась в стекле.

Этот мир не распадётся на части и не разрушится. Он расширяет свои границы, перестаёт быть чьей-то забавой. Надо приступать к делу и работать дальше.

Однажды Тай вернётся по-настоящему. Он справится.

А когда это случится, Нех скажет просто:

- Рад встрече.

Страница книги Перламутровые кости в интернете