# Повелитель токов

Бурокку Хрос

Текст

Воскресное солнце освещало спальный район. На улице стоял лёгкий морозец, рисуя красивые узоры на окнах. Снег ярко переливался под лучами светила. На последнем этаже девятиэтажного дома молодые синички, радуясь хорошему утречку, в очередной раз рвали оконную сетку Семена. Они делали это то ли ради тепла, то ли для гнезда, а возможно и просто так.

Хозяин сетки нервно посапывал на прохудившимся диване. Переворачиваясь с одного бока на другой. Комната была освещена алым светом занавесок. Синички продолжали вандализм.

Семён открыл глаза. Синички продолжали свое варварство по разбазариванию сетки. Он пристально посмотрел в потолок, как будто не понимал где он находится. Чувствовал себя он помятым. Лежал, Лежал. Духота царила в помещении. Он протер глаза, присел, и уставился в отражение выключенного телевизора. В настолько душном помещении нельзя было находиться, вследствие чего он быстрым движением открыл окно. Синички сразу же улетели недовольно чирикая. Парень, смотря на дырки, лишь вздохнул.

Ночью ему приснился очередной кошмар. Большой, длинный, тёмный коридор, освещённый факелами. Они горели зеленым огнем. Создавалось очень мрачное ощущение. Бесконечные, закрытые двери по правой и левой стороне. А где-то сзади вдалеке рычали неизвестные чудища и казалось, что с каждой секундой они все ближе и ближе. А любой попавший сюда обречён бродить здесь вечно. По крайней мере Семён так думал каждый раз, когда попадал туда. Пробуждение наступало мгновенно с чувством облегчения.

С пустым взглядом он пошёл в ванную. Первым делом он решил почистить зубы, затем умыться и наконец намазать йодом выступившие прыщи. Сёма всегда удивлялся скорости появления оных. Позавчера их ещё не было. После прихорашивания он позавтракал. Выпил чаю и съел кусочек хлеба. Помыл все чашки, накопившиеся за несколько недель.

Семён решил встретится с Лукой Феофановичем, другом отца. Он так решил потому что историк был другом семьи. Вероятно, он знает о дяде намного больше и возможно знает, как поступать Семёну дальше.

– Я хочу с ним встретится, но есть проблемы: неизвестен адрес, номер телефона, и другой какой-либо источник связи. Известна лишь внешность и то с фотографии, сделанной 16 лет назад. Хотя есть зацепка, пусть и слабая: университет. Но в тоже время поверит ли мне? – подумал он, чеша подбородок. – А то еще подумает, что я сумасшедший, воскрешающий мертвых. Но доказательств у меня тоже не густо. Только эта упаковка и всё. Остатки галограммапроигрователя, думаю, ничего не докажут. – он манул рукой, отгоняя грустные мысли. – Ладно. Была, не была. Главное решиться. А дальше буду поступать по ситуации.

Сёма положил новогоднюю фотографию в папину, черную куртку, усеянною маленькими кармашками. Это была любимая у его отца. Собрал сумку, положив туда паспорт, проездной билет и остатки упаковки от дядиной посылки, лежащие на кухонном столе. С ней он никогда не расставался, выходя на улицу. Натянул синие зимние брюки. Обулся в чёрные строительные сапоги. Шапкой ему служила ушанка. Перед отправлением он проветрил всю квартиру. Перепроверяя не забыл ли он чего-то важного, он вышел из квартиры закрыв её на ключ и магнитную карту.

На лестничной клетке было чисто, её как раз недавно убрали. Соседей на этаже у него не было. Все три квартиры пустовали. Их в наследство получил один человек, но здесь появлялся редко. Только, когда ему нужно было показать покупателям, он соизволял явиться. Так что появление кого-то около квартиры для Семёна – целое событие.

Сёма подошел к лифту, вызвав его. Лифт медленно и со скрипом начал подъём. Свет в коридоре уже выключили. Вход на чердак, как всегда, был закрыт на большой замок. Лифт открылся. Парень вошел в кабину, она просто светилась от новизны. В ней находиться было намного приятнее, чем раньше. Он нажал на кнопку и начал спуск.

На первом этаже жил только Потап Платонович Грибов, спокойно проживающий в небольшой однокомнатной квартире. Это был сгорбленный, костлявый, пожилой человек. К старости он облысел. Лицо, испещрённое морщинами, всегда добро улыбалось. Нос у него был шапоклякским. Глаза, несмотря на возраст, всегда задорно и гордо смотрели на мир. Одет он был всегда в чёрный фрак, как будто у него каждый день – праздник. В прошлом он был ректором университета 50 лет, выйдя на пенсию в 100 лет. Не смотря на большой возраст, он вел активный образ жизни. Каждый день в независимости от погоды ходил гулять, бегал и ходил в походы. Он любил читать исторические романы и научную фантастику. Также он частенько записывал свои мемуары. Да и старался участвовать в общественной жизни как района, так и города. Каждое утро он проверял электронную почту и те самые почтовые ящики пусть их почта уже не использовала.

Так и в этот день он в очередной раз проверял ящик. Ковырялся, ища в нем что-то. Выйдя из лифта, Семен прошел около Потапа Платоновича. Старик мгновенно окликнул Сему скрипучим голосом:

– Молодой человек! Молодой человек!

– Что такое? Что-то случилось? – обернулся парень, спокойно посмотрев на Грибова. Он стоял у выхода из подъезда.

Сёма подошёл к старым, слегка проржавевшим ящикам. Старичок окинул парня оценивающим взглядом после чего заговорил:

– Молодой человек, мне должно было прийти письмо с извещением от моего друга, но не пойму почему его нет. Вроде бы я даже видел, как его кладут в ящик. А теперь не могу его найти. Я считаю оно могло выпасть оттуда. – он указал на ящик – Вы его случайно не видели?

Потап Платонович всегда казался ему странным, сколько он его помнил. Он часто путал даты и время. Бывало он даже разговаривал сам с собой. Выглядело это жутко, но если не обращать на это внимание, то он был приятным собеседником. Да и он не выходил из квартиры уже неделю так что помочь ничем не мог. Следовательно, решил быстро закончить разговор, не обнадёживая старика.

– Не видел, Потап Платонович, не видел. А оно от кого хотя бы? – вежливо спросил Сема, поправляя сумку.

– Это… - почесав затылок, задумался Грибов. Вспомнив он щёлкнул пальцами – от Луки Феофановича, моего ученика. Он обещал вернуть мои детальные конспекты по истории Средневековья. Он взял их несколько лет назад, но так пока и не вернул.

– А почему вы не переписали в электронный вариант или не попросили его отправить вам её посылкой через домашний, почтовый ящик? Вам было бы на много легче. Да и ети ящики уже никто не использует.

Лука Феофанович закрыл ящик и слегка приблизился к Семёну. Он осмотрелся. Из лифта вышел другой старик. Потап Платонович подождал, пока тот уйдет. И только тогда он положил ладонь на плечо Семёна и сказал шёпотом, как будто он чего-то или кого-то опасался:

– Они слишком дорогие, чтобы отправлять по почте или по интернету.

Семён же немного отшатнулся. А старик лишь смиренно ждал ответа от молодого собеседника. Наступило неловкое молчание. Он, когда нервничал, жевал язык и чесал ладонь.

– Чего там такого ценного, чтобы так осторожничать. Очень интересно. А если мы еще и думаем об одном и том же человеке. То это очень может мне помочь в попытке связаться с Лукой Феофановичем. Да и чего такого в том, чтобы помочь старику? – подумал парень.

– Вы про Луку Феофановича Истокова, декана исторического университета? Это единственный человек, с таким именем, которого я знаю.

– Да. Так вы мне поможете? Это очень важно! – с серьёзным лицом отчеканил Потап Платонович.

– Хорошо. Я вам помогу, но я не знаю, где искать господина Истокова. – сказал Семён, что было чистой правдой.

Старик пристально посмотрел на юношу, как будто проверял его. Но его опасения развеялись и он, выдохнув, сказал:

– Он часто на выходных проводит своё свободное время в университете. Да и несвободное тоже. А вы, как я думаю, знаете, где университет. Просто напомните ему о конспектах. А то он как-то долговато задерживает он их.

– Хорошо, вы мне тоже очень помогли. Я как рас отел к нему наведаться поговорить кое о чём. До свидания!

– Не за что. Ладно я пойду попью чаю. Замаялся я, копаясь в ящике. До встречи. – спокойно сказал Потап Платонович Грибов.

Он медленно заковылял к своей квартирке, хромая на правую ногу. Бормоча себе под нос, вошёл в квартиру и исчез в её глубинах. Огромная металлическая дверь быстро захлопнулась. Семён постоял минуту, задумался, чихнул из-за того, что пропотел и вышел из подъезда.

Выйдя из дома, в нос ударил свежий, морозный воздух. Снег, забаррикадировавший вчера дверь, убрали, сделав небольшой ледяной коридор к улице.

В городе был один университет. В новой части города, до которой надо было ехать на авиабусе. До остановки нужно было идти минут 10 от его дома. Сема направился к остановке по небольшой пешеходной улочке. Над Семой возвышались девятиэтажные дома. Деревья, стоявшие до снегопада голые, оделись в красивые белые платья. Покрывало пороши громко трещало под ногами, а парень приближался к остановке. Лишь изредка ему попадались случайные прохожие, слоняющиеся без дела и поющие новогодние песни.

Остановка представляла собой небольшое двухэтажное здание, на крыше которого находилась небольшая площадка для посадки авиабусов, напоминавшая вертолетные площадки прошлого. Стены снаружи были выкрашены в серый цвет с красной полоской над каждым окном. В нем не было никаких архитектурных излишеств. «Школьное озеро» - висела над дверью неоновая вывеска с названием.

Он постоял, поглядел на копошащийся персонал и вошел в здание, чтобы не замёрзнуть. Семен был чувствителен к холоду. В правом крыле на двух этажах находился зал ожидания. Табло показывало, что нужный авиабус придет через 15 минут. Хоть и была возможность проехать на перекладных он решил подождать нужный.

В зале ожидания почти никого не было кроме охранника, сидящего в своей коморке и бдительно следящего по камерам за входившими и нескольких подростков, сидящих в углу помещения и читавших молодёжные журналы. Семен удобно устроился на втором этаже около окна, выводившего в небольшой переулок за зданием. В нем, как раз, бушевала снегоуборочная машина. Она убирала снег интересным способом – она просто растапливала его.

Эта четверть часа прошла спокойно. Просидев в одном положении, у него слегка затекли ноги. Он опять поглядел на табло. Там уже была надпись о прилете транспорта. Сема встал и быстро поднялся на площадку. Вдали показался авиабус, он быстро приближался и вскоре плавно приземлился на очищенную площадку. Он напоминал автобус 20 века только без колес. Синяя с красными линиями сверху и снизу, огромная коробка с тремя дверьми в начале, в середине и в конце. У первой двери было миниатюрное табло со списком главных остановок, с коротким прогнозом погоды и часами.

Семен вошел в автобус, оплатил проезд и уселся около водителя. Водителем был человек. За ним сидел Высший алгоритм 05 – А дополнительный робот-водитель на всякий случай, если с человеческим водителем что-то случиться. Также он брал контроль если за рулем сидел не водитель.

В автобусе было малолюдно, что очевидно. Всего авиабус мог в себя вместить около 100 – 120 человек сидящих. Когда водитель убедился, что все желающие зашли, авиабус начал свой полет к следующей станции. Он поднимался выше двадцатиэтажных домов. Бывало казалось, что до облаков можно дотронутся рукой.

Город проносился под авиабусом. Где-то внизу проносились частные авиамобили. Частным не разрешали подниматься слишком высоко. Так что аварии были редким явлением.

– Копошатся как муравьи – подумал Сема посмотрев вниз.

Они пролетели через высокоскоростную железнодорожную магистраль и влетели в новую часть города. Здесь уже были дома повыше: двадцати – тридцатиэтажные. 20 минут прошли незаметно. Автобус подлетел к остановке. Эта остановка немного отличалась. У нее было три этажа и несколько входов и выходов. Авиабус мягко приземлился на площадку.

Семен вышел на платформу. Здесь уже было помноголюднее. В новой части города было много торговых центров, разных кафешек, библиотек и т. д. Огромные башни возвышались над человеком, превращая его в муравья. Университет был неподалеку от станции авиабуса, а именно вниз по улице в метрах 500. Его можно было увидеть с посадочной площадки. Сема вышел с остановки и пошел к университету. До него шла отличная, кленовая аллея. Путь был коротким. И вот он дошел до своей цели.

Большое, шестиэтажное здание с небольшой часовой башенкой высилось над проходящими. Электронные часы показывали 10:10. Дом был выкрашен в приятный зелёный цвет. А крыша недавно была перекрашена в коричневый цвет. Это было здание исторического факультета. Корпуса других стояли в отдалении, где-то в глубине сада, сделанном на территории учебного заведения. Юноша прошел через магнитные ворота. Холодный ветерок порывисто накинулся на деревья. Вокруг пусто. Ни души.

Семён быстро пересек маленькую аллею до самого здания. В близи оно казалось еще солиднее и величественнее. Войдя внутрь, он прошёл через металлоискатель к охраннику. Охранник – крепкий мужчина среднего возраста. На голове уже прослеживалась лысина. Глаза блестели алмазами. Его звали Руслан Эдуардович Бруй. Он, уже как 15 лет, был охранником.

– Здравствуйте! Вам что-то нужно? – обратился он к Семёну.

– Здравствуйте! А не подскажите Лука Феофанович Истоков на месте?

– На месте. Вы хотите с ним встретиться? – сказал Руслан Эдуардович, прищурив глаза.

– Да это так.

Бруй посмотрел на Семена уже попроще. Он достал телефон и видимо набрал номер Истокова. Он отвернулся и начал разговор с ректором. Говорил шёпотом, так что расслышать не было возможности. Несколько раз хмурился и, наконец, выключил телефон. Опять взглянув на парня вздохнул.

– Он согласился. Только ему нужно разобраться с одним дельцем, но вы можете подождать у входа в кабинет. Только давайте будем соблюдать приличия, и вы мне покажете паспорт.

Семён покопался в сумке и достал паспорт. Маленькая, синенькая книжечка с гербом России.

– Держите. Не могли бы вы мне услужить в последний раз? Где находиться его кабинет?

– Конечно. Его кабинет прямо по коридору самый последний. – ответил он, записывая информацию в список посещений. Его почерк был грубым и небрежным – всё я закончил, забирайте.

– Спасибо. До свидания.

– До встречи.

Он направился к кабинету. Около кабинета было несколько скамеек. Сёма сел прямо напротив двери. Около него сидел молодой человек, примерно его ровесник. Обычные плечи. Плоский живот. Худые ноги. Худые руки. Большие ладони. Русые волосы с прической в форме горшка. Слегка прикрытые серые глаза. Большие уши. Прямой нос. Овальный подбородок. Юноша заметил нового посетителя. Он туманно посмотрел на него.

– Тоже к профессору? – тихо спросил Сёму.

– Да, а вы?

– Меня будут судить. Я совершил страшное преступление!

Сёма немного отстранился. Это было немного странно. Он пришел в лёгкое замешательство. Собеседник держал в руке рюкзак. Парень, увидев реакцию Семёна, лишь слегка улыбнулся.

– Не беспокойся я пошутил. Меня всего лишь отругают и отпустят. Вот и всё. Меня зовут Ваня Кулибин.

Семен не любил шуток. Но ему стала понятна причина отказа встретится сразу же. Чтобы скоротать время он решил спросить за что его будут ругать.

– Ну и са что тебя хотят ругать?

В туманном взгляде Вани сверкнули лёгкая горделивость и досада. Он переменил позу:

– Ну просто мой гений слишком умен для этого мира. – он указал на свою голову. – Я просто желал показать всем мое новое изобретение, но его не поняли. Да и оно слишком опасно для них. Я тебе всё расскажу…

Он начинал свой рассказ, но его прервали и позвали в кабинет. Он встал и плавно зашёл. Через несколько минут за ней послышалась ругань. Но, почти что, в тот же момент в кабинете что-то защёлкало, заклокотало и дверь разлетелась на кусочки. Небольшой белый шар врезался в стену прямо над головой Семёна. Парень отделался лишь легким испугом, на его голову слегка посыпалась краска. Он приподнялся и посмотрел на кратер по размеру с блюдце.

В это время из комнаты выскочили трое. Первым был лысый мужчина с отлично выбритым затылком. Это был Педро Диегович Гонсалес. Он являлся куратором группы, внука Луки Феофановича Истокова, Ивана Кулибина. Это был худой человек среднего роста, с карими глазами. Свои мощные руки он любил держать за спиной. На работе он всегда был одет в хорошо выглаженный, серый костюм и черные туфли. Он был очень строгим и справедливым. Вторым являлся старик с аккуратно убранными волосами. Это был Лука Феофанович. А третьим был очень испуганный и бледный Кулибин его спесь куда-то испарилась.

– С вами всё в порядке? – сказал старик.

От испуга Семён ничего не ответил. Он впал в оцепенение.

– Вы в порядке? – уже с настороженностью переспросил Лука Феофанович и полошил руку на плечо Семёна.

Сёма не ответил. Он бессмысленно посмотрел на них.

– Ну и что будем делать? – спросил Педро Диегович, скрестив руки.

– Что-что я его сейчас осмотрю. А потом будем думать. А ты – сказав это Лука Феофанович больно ткнул пальцем в стоящего рядом юношу Ваню Кулибина – позови медсестру. Будь любезен.

Ваня отшатнулся и побежал в другой конец коридора в медкабинет. Воцарилась тишина. Мужчины переглянулись. Лука Феофанович проверил пульс. Пульс легко прощупался так, что оба вздохнули спокойно. Вскоре он очнулся от забвения. Оцепенение спало. Не смотря на то что все обошлось, все же надо было дождаться официальной медицинской помощи. Прошло 10 минут Ваня вернулся, запыхавшись, с медсестрой.

Быстрый медосмотр показал, что жизни Семёна ничего не угрожает. Она посоветовала полежать несколько дней и все станет хорошо. И быстро покинула их. Истоков попросил всех перейти обратно в кабинет. Когда все расселись на стулья он произнёс:

– Прошу простить моего внука. Он не хотел, чтобы это произошло. – после минутного молчания обратился к Семену Истоков. – Извинись перед человеком. – строго сказал он Ивану.

Ваня поклонился. Ему было очень жаль, что его изобретение опять доставило столько проблем.

– Простите меня пожалуйста!

– Все обошлось так, что прощаю. – сказал с кислым видом Семен.

Ваня лишился прежней горделивости и теперь, как маленькая мышка, пресмыкался. Его внимание привлек Лука Феофанович, он не особо сильно постарел за столько лет.

– Вы Лука Феофанович Истоков?

– Да, я. Так это вы хотели с мной встретится. Понятно.

– Лука Феофанович. Я Семён Атомович Несгибайкин. Вы мне прислали посылку несколько дней насад. Я хотел с вами поговорить об отце и его брате. – с серьёзным лицом произнёс Сёма.

Истоков приподнял брови. Он явно не ожидал этого. Отчасти ему не хотелось отвлекаться на юношу, но он нутром чуял, что парень не отстанет.

– Здравствуйте Семён Атомович. Я поговорю с вами только после того, как закончу разговор с Педро Диеговичем. Вам скорее всего об этом сообщил Руслан Эдуардович. Вы можете посидеть здесь и подождать. – сказал он вежливо и услужливо после чего обратился к куратору: – Продолжим господин Гонсалес?

Гонсалес хмуро поглядывал на всех из угла. Он ждал, когда всё это закончится и можно будет договорить. Он вышел из угла и полной грудью вздохнул.

– Да продолжим. Я считаю, что вы должны отстранить от занятий вашего внука Ивана Кулибина. – сказал он, грозно смотря в глаза Истокова.

Ваня отошёл в правый нижний угол. Ему было тошно слушать любую ругань на его счёт. От этого он и надевал маску гордыни. Но сейчас маска была сломана и ему нечем было защищаться.

– Я понимаю ваше беспокойство. Из-за некоторых экспериментов моего внучка другие студенты подвергаются небольшой опасности. – хитро сказал Лука Феофанович – я поговорю с ним. Он скорее всего меня поймёт. И больше так делать не будет.

Глаза Мистера Гонсалеса загорелись яростью и недовольством. Похоже этот ответ он получал не в первый раз. И сегодня он решил довести до конца.

– Вы это говорили и в прошлом месяце и в позапрошлом месяце! Лука Феофанович! Так нельзя! Не может так продолжаться дальше! От того что вы с ним говорите нет никакого толка! Он все продолжает и продолжает. Это может зайти слишком далеко!

– Я вас отлично понимаю. Я тоже хочу, чтобы это прекратилось, и ученики были в безопасности! Я серьёзно с ним поговорю. Я за мягкий подход. Насилием делу не поможешь.

– Нет. Если бы и вправду вам хотелось прекратить вы прекратили это сразу же. Многие ученики бы не пострадали. И он – Гонсалес указал на Ивана – тоже бы вел себя скромнее и спокойнее. Сейчас я уйду, но, если это повториться ещё раз, я пожалуюсь в более высокую инстанцию.

Не дожидаясь ответа, он вышел из кабинета. Возникло молчание. Истоков лишь вздохнул и сел близ стоящее кресло, потёр виски. И теперь посмотрел на тихо сидящего Семёна и сказал:

– Я вас слушаю.

Ванька взял и подсел поближе. Семен, убедившись, что Гонсалес ушёл, перевёл дыхание и начал:

– Я пришёл поговорить об своем отце и даже скорее о дяде. Вы мне написали позавчера. Это было очень неожиданно. Я всё время считал, что я остался один одинешенек. У меня были мысли, чтобы даже наложить на себя руки, но решиться на это, я не смог.

– Да это так. Я выполнил просьбу моего друга, следовательно, вашего отца Атома Лансовича. Я знал его ещё зелёным студентом. Да и дядю вашего также мне довелось знать. Только в отличие от вашего общительного и открытого папы дядя Ипполит был закрытым и, простите за такие слова, с небольшими странностями. Ипполит был отличным учеником - гением. – он немного остановился, чихнул и продолжил - Мне очень жаль, что они оба погибли в столь юном возрасте. Н-да. Лучшие уходят первыми. Не так ли?

– Что верно, то верно.

Он оглянулся на Ваньку. Тот в свою очередь начал клевать носом. Видно перенапрягся от сегодняшних событий. Семен только сейчас заметил странную перчатку на правой руке его. Она была железной вся в пластинах видимо для защиты. На кончиках пальцев были небольшие отверстия. Видно оттуда пулялись заряды. Если посмотреть с стороны, она была похожа на рыцарскую только ещё больше. От неё шли на спину провода в рюкзак. После этого он серьёзно посмотрел на ректора университета. Он не знал, как подступиться к тому, чтобы рассказать о дядином известии.

– А что если кто-то из них остался бы жив? Что бы вы делали?

– Прекрасно было бы. Многие хотели этого. И союзники, и враги. Но мёртвых к жизни не вернёшь. А что ваши фантазии смогли прогрессировать? Но, допустим, я бы хранил это бы в секрете. А дальше бы действовал по обстоятельствам. – хитро спросил Лука.

– Мой дядя жив! – воскликнул он, проигнорировав вопрос.

– Ну… Если серьёзно подумать, то это вполне возможно. Он был довольно скрытным и осторожным и думаю в любом случае что-то бы придумал. Эти два качества у него были возведены в Абсолют. И из-за чего вы так считаете? – с оттенком недоверия сказал Лука Феофанович.

К мне пришла посылка от него… - Сема немного осёкся, ведь сам галаграммапроигрыватель самоуничтожился. – но проигрыватель уничтожился.

– Уничтожился? Ну тогда веских доказательств у вас нет. Да и подделать и довольно просто. – развёл руками профессор.

– Но у меня есть упаковка. Упаковка-то думаю считается доказательством. – он покопался в сумке и вытащил упаковку от позавчерашней посылки. – Вот!

Он показал кусок бумаги. Лука Феофанович с недоверием и пренебрежением осмотрел бумажку. На ней было написано: «тебе Сёма».

– Вроде почерк его. Но в наше время подделать почерк проще, чем отнять у ребёнка конфетку. Но допустим, что я тебе поверю. Думаю, ты захотел с мной встретиться, чтобы я тебе подсказал, как действовать дальше? Так?

Он нахмурился и грозно взглянул на Семена. Ректора слегка заинтересовала эта новая информация, но дела насущные говорили, что нужно с этим нужно разобраться в другой раз. Каким бы близким другом он не был, ему нужно было решать дела.

– Так. Я много об этом думал вчера.

– Понятно. Ну мне еще нужно заполнить некоторые бумаги так, что проведу для вас небольшой инструктаж. Не больше. Мы всё равно не можем быть уверенными дядя ли прислал вам весточку, а не какие-то злоумышленники. Я дам вам 5 советов. Первый – Если назначать встречи, то только в людных местах. А лучше вообще не назначать и переговариваться по видеосвязи. Второй – Не отправляйтесь один. Хоть кто-то должен вас сопровождать. Третий – Перед отправлением даже если вы кого-нибудь пригласите, то все равно скажите об этом знакомым. Четвертый – никогда не идите безоружным. Пятый – Каждый разговор записывайте. Думаю, на этом все. Я вас удовлетворил?

– Да. – на самом деле это было не совсем так, он ожидал большего, но навязываться, он не хотел.

Он встал и уже хотел уйти, но остановился и сказал Ивану чтобы проводил Семёна. Похоже это было первым его наказанием. Семён вспомнил просьбу Потапа Платоновича.

– Извините! – окликнул его Семён.

– Что?

– Я встретил Потапа Платоновича сегодня, и он попросил меня, чтобы я вам напомнил о том, что вы хотели прислать обратно его конспекты. Он очень беспокоится.

Истоков нахмурил брови. Он задумался. Его лицо было то каменным, то встревоженным, то опять каменным. После его лица посетило озарение. Он подошел к тумбочке около своего стола. И начал из нее все доставать и доставать. И через несколько минут достал конспектов килограмм 10.

– Вот! – он полопал по верней тетрадке. – Но не беспокойся я вам дам тележку, и вы легко доедите до дома. У меня просто из головы вылетело. Теперь господа можете отправляться. Давайте на выход.

Лука Феофанович закрыл кабинет вынул тележку из соседней подсобки и ушёл на второй этаж. Громко скрепя сапогами, он начал напевать песенку. Парни, проводив его взглядом, начали погрузку бумаг.

Бумаги были разделены на 5 пакетов. Установив 4 Сёма случайно обронил 5. Конспекты разлетелись. Две ускакала под скамейку. Он же и попытался их достать. Порылся рукой и нащупал документы. Достал. Они уже успели запылиться. Смахнул пыль. Один из них оказался газетной вырезкой, наклеенной на большой листок бумаги. Семён быстро пробежался по вырезке, и она была про катастрофу на Марсе с интересными подробностями. Но в то время газет уже не было. Семён решил сохранить её и прочитать дома. Он незаметно убрал в сумку. Другая была про английского короля Ричарда I. Вот она уже была не интересна. Так что он вернулся и помог закончить Ивану.

Закончив с погрузкой, они направились к выходу. Там на посте охраны ждал Руслан Эдуардович. Он встал и вышел с поста охранника.

– Что же у вас там случилось? Такой грохот стоял.

Юноши помолчали.

– Да так. Иван просто показал действие своей игрушки. – сказал Семён, указывая на перчатку своего знакомого. Он её не убрал, объяснив это тем, что для этого нужен специальный ключ, который он забыл дома. Охранник с легким пренебрежением посмотрел на перчатку. Ваня Кулибин имел не самую лучшую репутацию среди персонала. И дверь была сломана не впервой, да и не только дверь.

– Опять? Вань почему же ты такой не осторожный? Терпенье у Гонсалеса не вечно. За ним не заржавеет.

Ваня лишь грустно отмахнулся.

– Постараюсь в следующий раз не доставлять проблем. Но сейчас нам пора Руслан Эдуардович. До свидания.

– До свидания. Спасибо за помощь! – поблагодарил его Сёма.

– До встречи, ребята! Надеюсь скоро увидимся. – сказал мистер Бруй и сел на своё место. Начал просматривать камеры.

Семён и Иван вышли из университета. На небе были лишь перистые облачка. Отличный, зимний день. Они быстро дошли до остановки. Они успели вовремя, авиабус только-только прилетел, как они уже в него вошли. Они уселись в середине машины, где было место для тележки. Машина начала подъём.

– И за что же на тебя накинулся мистер Гонсалес? Как я понял, ты часто нарушаешь правила. – спросил Сёма, облокотившись на окно.

Тот лишь отмахнулся и, не смотря на собеседника, ответил:

– Ну я просто люблю изобретать и модернизировать другие вещи. Ну, например, эта перчатка. – он поднял руку. – я всегда желал стрелять энергией из рук, как герои мультфильмов. Да и увидев репортаж о каком-то парнишке, у которого точно такая же идея, но отвратительно реализованная. И я постоянно пытаюсь улучшить и модернизировать этот аппарат. Но большинство из них стреляет током. От этого меня назвали «Повелитель токов». Странное прозвище, но я привык. При этом я сам по себе, ударяю очень часто статическим электричеством. Ну так вот я уже полгода работаю над перчаткой Тора (название временное). И у меня не получается её сбалансировать. Он стреляет из пальцев электрическими шарами. Проблема заключается в том, что они слишком большие и мощные. Так что нужно ещё работать и работать. Ну так вот бывает я экспериментирую на занятия. Ну так вот бывает, когда я полностью уверен, что всё готово я демонстрирую изобретение на публике. Но бывают выходят казусы.

– Какие?

– Бывает мои труды выходят из-под контроля. Ну так вот. Они как назло портятся вовремя демонстраций. Но не кто не пострадал серьёзно. Всего лишь мелкие царапины и ушибы. Что такого. Но ничего в следующий раз всё будет нормально. Я ещё покажу им!

Семён нахмурился. Ему никогда не нравилось, когда люди не ценили жизни других в любы х проявления. Он считал таких людей вторым сортом. Это ему привили как раз дядя и тётя.

– Послушай. Так рисковать нельзя. Нельзя рисковать чужими жизнями вообще никак. Это тебе не игрушки. Ты должен проверять свои игрушки дома, а ещё лучше в малолюдном месте. И только, когда ты убедишься, что аппарат точно не выйдет из-под контроля можно демонстрировать. Ты меня понял? – сказал он, грозно смотря на Кулибина.

Тот молчал. Для него была неожиданно такая лекция. Ваня грустно посмотрел на Семена после чего лишь почесал щеку.

– Да. Но…

Он хотел продолжить, но авиабус подъехал к нужной остановке, грузно приземлившись на площадку.

– Договоришь по дороге домой. – уже спокойнее сказал Семён.

Они высадились. Прошли около охранника все также смотрящем за всеми в здании. И вышли на улицу. Холодный ветер ударил им в лица.

– Да, но я и каждый раз предупреждаю о том, что это может быть опасно. А надо мной лишь смеются и продолжают смотреть.

– Как я уже и сказал, что всегда нужно добиваться лучшего результата.

– Ладно. Закрыли тему. Мы уже подошли к твоему дому.

И вправду они уже приближались к дому Семёна. Они вошли в подъезд. Пройдя к двери Потапа Платоновича, они позвонили. В квартире началось копошение. И через некоторое время дверь отворилась. Старичок вглядывался в лица гостей, как будто не узнавал их. Но, подував, его лицо прояснилось.

– А вы. Так вы уже закончили. Так быстро время летит. Сюда – сюда кладите. – сказав это, он указал на ближайший угол у двери.

Семён придвинул ближе к двери тележку и сгрузил конспекты. Выпрямился и вышел из квартиры. Старик начал проверку конспектов. Бумажку за бумажкой. Убедившись, что все на месте он успокоено вздохнул.

– Спасибо тебе. Очень благодарен. Если тебе нужна будет помощь. Обращайся. Я уж точно смогу тебе помочь.

– Не за что. До свидания. - он был рад что старичок не заметил пропажи. Хотя возможно он и сам не знал об этой газетке.

– До встречи.

Потап Платонович закрыл дверь, громко затрещав замком. Семён и Ваня переглянулись. Они были рады что сделали дело.

– Дай свой номер. – сказал Кулибин.

– Зачем?

– Скорее всего мой дед захочет связаться с тобой позже.

– Ну ладно.

Он передал свой номер. Сёма и Иван попрощались. Иван, забрав тележку ушел восвояси. Сема проводил его взглядом и пошел к лифту. Поднялся на свой этаж. Открыв дверь, он услышал, как кто-то зашёл в подъезд. Он не обратил на это внимания. И вошел в квартиру. Он заварил чай и уже хотел пить, как в дверь постучали.

Страница книги Повелитель токов в интернете