# Храм небытия

Agsayt

Храм небытия

Длинный коридор, в конце которого виднеется тусклый прерывистый свет, усиливал своим эхом тяжёлые шаги нервно идущего человека. Любой шорох заставлял его вздрагивать и осматриваться по сторонам, даже небольшой кусочек потрескавшейся и облезшей краски со стен, упавший с высоты четырёх метров, молниеносно отражался в лице мужчины. Переступая через разнообразный мусор, он постоянно держал свою правую руку в напряжении, чтобы в случае чего моментально – если настигнет опасность – прицелиться из своего ружья. Сверху на нём было что-то похожее на плащ чёрного цвета, но за давностью времени давно потрепавшийся и с дырками от плеч до самого низа, где он уже слегка расходился на лоскуты. Заместо капюшона – неаккуратная рвань, оставшаяся после того, как он ржавым ножом отрезал его. На левой груди была прикреплена часть какой-то металлической пластины, по крайней мере он предполагал, что это кусочек поломанной некогда брони. Под ней мужчина носил какой-то старый вонючий свитер грязно-серого цвета. Единственная радость была в армейских берцах, чудом найденными им в одной из вылазок. Они выглядели да и ощущались совсем новёхонькими, а чёрный цвет, как ему казалось, делал его менее заметным для… здешних обитателей. Осторожно перешагивая через всякие стопки бумаг и странных инструментов, назначение которых он не знал, сердце его с приближением к источнику света билось всё чаще, словно в искушении. Рядом с ним бесшумно летел небольшой дроид, которого он как-то случайно нашёл и запустил, но ставшим столь важным для него. Нанесённый на робота коричневый камуфляж сливал его с окружением, а бесшумное парение совсем не выдавало присутствия.

Конец коридора почти подошёл; позади беспросветная тьма, впереди ослепляющий нервирующий свет. Стоило ему войти в него, как перед мужчиной вновь обрисовалась привычная ему картина: огромная дверь размерами десять на пять располагалась в двадцати шагах от него. Единственная лампа, от которой исходил тусклый жёлтый свет, располагалась на потолке. Хаотично мигая, она словно издевалась над мужчиной, у которого даже из-за этого выступил пот на лбу. Медленными неуверенными шагами он побрёл к маленькой панельки, находящейся справа от двери; держа левой рукой правую — он пытался унять дрожь — мужчина осторожно и не спеша набирал предполагаемый код, состоящий из десяти цифр. После нажатия последней он, закрыв глаза и глубоко вдохнув, тяжело выдохнул. На экране горел красный огонёк, говорящий о неверности пароля.


— И этот не подошёл…


— Не расстраивайся, Юрий, я попробую найти ещё один, — раздался тихий, хоть с виду и кажущийся человеческим, но с ноткой электронности, голос.


— Хорошо… Пойдём домой, Юпитер.


— Пожалуй, так будет лучше, Юрий. Тем временем я попробую расшифровать новые данные.


Снова во тьму, полную пустоты, отчаянья и опасности. Пусть Юрий и держал свою правую руку постоянно в напряжении, но в этом было мало смысла; патронов нет. Последние два он потратил несколько — он точно не знал, какое сейчас время или день — дней назад. В очередной раз проходя этот длинный коридор, он размышлял над тем, что ему делать дальше. Голод подступал, Юрий чувствовал это. К его радости, именно из-за утраты последних патронов, он сумел найти большой бочонок с чистой водой, чему был невероятно рад в тот момент. Идя обычным маршрутом, ему предстояло вскоре повернуть налево, после того как пройдёт единственный поворот направо в этом коридоре — в ту сторону он ни разу не ходил по какой-то невнятной для него причине — но он резко остановился и присел. Юрий пытался утихомирить своё сердце, но оно его не слушало. Биение закладывало уши, мешая ему вслушаться в, казалось бы, полнейшую тишину. Шаг… Второй! Да, это оно! Прямо там, где-то за углом! Оно! И скоро оно подойдёт и выглянет из-за угла! Бежать! Нет! Нельзя… Тогда она точно услышит его, а если он ещё и напролом пойдёт… Убьёт! Непременно убьёт! Юрий подумал уйти назад, но там дверь. Прятаться негде, как и бежать куда-либо, кроме… Смотря в темноту неизвестного ему коридора, Юрий пытался пересилить себя. Сделав нерешительный шаг, он всё же пошёл по таинственной тропе.

Где-то через двадцать метров появились двери. Он предположил, что это какое-то офисное помещение, но табличка на одной из них показалась странной. Надпись разобрать ему не удалось, но картинка была знакомой.


— Юпитер, у тебя есть данные о нашем месте расположения? — поинтересовался Юрий, поднося осторожно ладонь к двери, но не смея её коснуться. — У меня ощущение, что это необычное место…


— К сожалению, у меня нет данных об этом крыле… пока что. Мне сменить приоритет задач и начать расшифровку данных, касающихся этого места?


— Нет, не стоит. Просто проверю пару комнат, быть может, найду чего, а затем сразу же домой.


— Юрий… Я могу задать один вопрос? – электронный голос, звучал как-то неуверенно.


— Валяй.


— Почему мы свернули в эту часть комплекса, если раньше тут никогда не бывали? Мог ли причиной тому послужить один из них?


— Неужели твои сенсоры не услышали те шаги?.. — пробурчал себя под нос Юрий, смотря на весящий кусок железа в воздухе. — Да, там была одна из этих тварей. Именно поэтому нам пришлось пойти сюда. Быть может, даже к счастью, что нам удалось. Вот тебе задача! Оставайся тут и смотри за коридором. Если заметишь одного из них — срочно оповести меня! Понял?


— Да…


Юрий осторожно приоткрыл дверь и заглянул в образовавшуюся щёлку. К его удивлению, внутри горела небольшая настольная лампа, отдающая алым цветом из-за абажура. Войдя внутрь, он прикрыл дверь, оставив тем самым небольшую дорожку света в коридоре. Оглянувшись, Юрий предположил, что тут была какая-то суматоха; разная макулатура валялась на полу, словно её кто-то случайно сбросил. С другой же стороны, казалось удивительным, как в такой комнатке — три на четыре метра — умещалось столь много бумажек. Хотя в ней не только это бросалось в глаза. В отличие от всех предыдущих помещений — а он побывал во многих, если не во всех, находящихся не в этом крыле, — тут создавалось странное ощущение. Может, конечно, тому способствовало работающее электричество, отсутствующее в других местах — за исключением двери — или, скорее, даже белые красивые стены. Все помещения в этом комплексе кажутся гнетущими из-за своей серости и разрухи, но не это место. Его словно всё обошло стороной, но… Что же это «всё»? Только он собрался вновь углубиться в эти мысли, как задел что-то ногой и отвлёкся от них. Опустив голову, он сразу же пришёл в восторг. Искривлённая улыбка невольно образовалась на его лице; руки задрожали – от радости, не печали. Ему несусветно повезло, под ногами валялась коробка, точно такая же коробка, в которой он как-то нашёл патроны! Удача! Хотелось аж плясать от эмоций, переполнявших его. Подняв её, Юрий, затаив дыхание, медленно приоткрыл небольшую зелёную коробочку и заглянул внутрь. Пять! Целых пять штук, да ещё и в отличном состоянии! Ему почему-то сразу же захотелось поделиться этой новостью с Юпитером, да и тот, судя по скрипу двери, залетел в помещение.


Так он считал в первую секунду, но затем по его спине прошёлся холодок, а на коже побежали мурашки. Тело, некогда желавшее плясать, моментально одеревенело; зрачки сузились; а улыбка, пусть и кривая, сошла на нет. Стук сердца затмил все остальные звуки, отбивая по барабанным перепонкам свой рваный ритм. В мгновенье между шумом и тишиной Юрий услышал тихое рычанье позади себя…


Сорвавшись с места, Юрий, наклонившись и подавшись вперёд, начал оборачиваться. В это же время его правая рука потянулась за ружьём, висящем на его плече. Краем глаза он успел увидеть чёрное существо в полтора раза выше него, перед тем как оно своим ударом отправило его к дальней стене. Это произошло так быстро, что Юрий не успел удержать в своих руках единственное средство выживания в такой ситуации. Сильный удар головой об стену ненадолго дезориентировал его, но, намученный опытом, он схватил небольшой стол справа от себя и, опрокинув его, подпёр своими ногами, усевшись на пол. Чёрная бестия налегла на стол, пытаясь достать своими лапами Юрия. С трудом её сдерживая, он осматривался по сторонам в поисках вылетевшей из его рук пачки с патронами. К счастью, она валялась рядом с ним, но не на расстоянии вытянутой руки. Безликая пасть так и клацала своими клыками, подбираясь всё ближе и ближе к своей жертве. Мышцы в ногах Юрия уже не выдерживали такого напряжения и, постепенно ослабевая, колени приближались к его груди. Удары прикладом ружья об голову монстра не давали какого-либо эффекта, тогда он решил достать с помощью него коробку с патронами. Подтянув её к себе, он моментально достал два патрона, засунул их в патронник и, перезарядившись, уткнулся дулом прямо в некое подобие лица монстра. В маленькой комнате раздался выстрел, оглушивший на какое-то время Юрия, но не терявшего в виду этого время. Вновь перезарядившись, он вскочил на ноги и прицелился. Чёрный безликий монстр пошатнулся назад, но не упал. Очередной резкий звон в ушах заставил Юрия уронить оружие и прижать руки к ушам.

Монстр отлетел назад, ударившись об стол с компьютером, и мгновеньем спустя рассыпался на мелкие частицы, похожие на чёрно-синий пепел. У Юрия двоилось в глазах, но ему всё же удалось разглядеть влетевшего в комнату Юпитера. Схватив первое попавшееся в руку, он занёс её назад и быстрым шагом метнулся в его сторону, желая, что есть мочи вдарить этой груде железа. Остановившись за миг до исполнения желаемого, Юрий оскалился, но руку опустил.


— Почему ты меня не предупредил о нём? — ответ на этот вопрос был решающим для Юрия, ибо если дроид специально умолчал, то нахождение рядом с ним становилось опасным, пожалуй, даже смертельно.


—- О ком ты говоришь?


Юрий чуть ли не проклинал безэмоциональный электронный голос своего компаньона, по которому невозможно было понять, врёт тот или нет. Но эти слова, сказанные столь… пусто, вызвали у него бурю эмоций: от злобы до желания всё крушить.


— Как о ком?! Об одной из этих тварей, которая прошла мимо тебя! Эта гадина меня чуть не угрохала, а ты смеешь спрашивать, о ком я?! Да я тебя по винтикам разберу, чёрт тебя возьми!


— Юрий, успокойся. Мне незачем тебе лгать, да и не настроен я на это. Всё это время я наблюдал за коридором в обе стороны, но мои сенсоры ничего не уловили. Если ты мне не доверяешь, то я могу включить запись из своего буфера.


— Врубай!

Юрий внимательно смотрел на изображение, выведенное Юпитером через его проектор на ближайшую стену. К его удивлению, на записи и вправду ничего не было. Юпитер, выполняющий поставленную ему задачу, полетел в сторону Юрия после выстрелов, но никаких тварей, о которых говорил тот, на записи не виднелось. Это озадачило обоих. Они собрались уже начать выяснять, что за дела, но их неожиданно прервал резкий звук со стороны компьютера.


На небольшом экранчике, зажёгшемуся, скорее всего, после удара об него монстра, появилась засвеченная неясная картинка. Если сильно прищуриться, то можно было заметить чей-то силуэт, стоящий спиной к снимающему. Эти двое о чём-то говорили, но, как и картинка, звук оказался слишком искажённым. Происходящее привлекло к себе внимание как Юрия, так и Юпитера. Красный сканер, служащий второму вместо единственного глаза, фокусировался на мельчайших деталях изображения, постепенно улучшающегося в качестве. Когда же оно стало приемлемого качества — ситуация изменилась в корне.


Человек, показавшийся на экране, выглядел в точности как и Юрий. Скорее даже, это он и был. На заднем фоне всё ещё ничего толком рассмотреть не предоставлялось возможности, но вот передний план… он был отчётлив. Тот, кого снимали на камеру, судя по всему, носил то ли военную, то ли близкую к этой тематике форму. Вид её казался достаточно потрёпанным, но хорошо виднелась та забота, с которой к ней относились. Взять хотя бы множество аккуратных заплаток.


— Ты только осторожнее с камерой, всё же это слишком сырая технология! — прокричала снимающему копия Юрия.


— Что же это за технология-то такая? Да-к ещё и приказали нам заснять всё…


— Как мне сказали, она делает записи на века, которые не сотрёт время. По мне так, это лучшее, что мы можем сделать, если… — камера приблизилась к лицу мужчины. Пусть он и улыбался, но это было лишь внешняя скорлупа, внутри которой ютилась чистая печаль. Казалось, что вся горечь сосредоточилась в одном человеке, и он под гнётом этой невыносимой ноши изо всех сил старается не падать от её тяжести. — В любом случае наша миссия очень важна… Слушай, давай начнём с другого! Всё же это для наших потомков, так зачем же начинать с грустного?


— Твоё дело! Моё — снимать.


— Так, приблизь-ка сюда! — мужчина достал из левого нагрудного кармашка небольшую фотографию, развернув которую, он направил в сторону экрана. — Взял? Отлично! Это моя семья. Слева от меня — жена, моя ненаглядная красавица, родившая богатыря по центру. Я их очень люблю и сделаю всё возможное от меня, чтобы защитить их! Таких как я много, и все мы сражаемся ради наших близких. Сейчас, смотря на это синее небо, я думаю о том, что обязательно хочу его вновь увидеть, — к этому моменту качество записи прояснилось, и на заднем фоне показалась бескрайняя синева, а в отдалении, ближе к земле — линия зелени. — И раз уж у меня достаточно времени — я расскажу всё, что смогу! Начну, пожалуй, с…


В этот момент запись оборвалась, выведя Юрия из состояния близкого к трансу. Всё казалось слишком странным, слишком непонятным и пугающим. С момента своего пробуждения в этом месте Юрий не раз смотрел на себя в отражениях, и он прекрасно понимал, что лицо на экране — его собственное. Только вот он совсем ничего не помнил: ни неба, казавшееся ему сейчас столь прекрасным и будоражащим, ни тонкой зелёной полосы вдали, подчёркивающей тот синий оттенок, ни тем более какой-либо семьи. Размышления над этим вполне резонно подтолкнули его к одному важному вопросу: а он ли на этой записи? Юрию хотелось получить ответ, но также он понимал, что ему желательно отсюда уходить, особенно после двух громких – эхо разнесло звук до самых далёких щелей – выстрелов. Эти монстры могли прийти сюда в любой момент. Юрий спешно подобрал ружьё и направился к выходу, но перед тем, как выйти, он остановился.


— Юпитер, — обратился он, не оборачиваясь. — Как это может быть? Света же нет нигде, кроме помещения с дверью… Откуда он тут? И что это за видео? Почему… там…


— Я не знаю, Юрий. Я в таком же неведении, как и ты, и знаю столько же. Как я уже говорил ранее, у меня нет данных к этому крылу. Возможно, благодаря этому видео, мы сможем вернуть тебе твою память. Но… это видео…


— Что с ним?


— Ничего, Юрий. Думаю, нам лучше поторопиться.


Ничего не ответив, Юрий осторожно выглянул из-за двери и, удостоверившись в безопасности, вышмыгнул в коридор. Юпитер вылетел из комнаты и Юрий закрыл дверь, они спешно, оглядываясь по сторонам, отправились в свою берлогу. Дорога вышла беспокойной, Юрий напрягал все свои чувства, не ослабляя их ни на минуту. Любой шорох моментально менял маршрут следования, удлиняя его. Каждая игра тени заставляла сердце биться быстрее, а дыхание сбиваться и дрожать. Это состояние, давящее с каждой секундой лишь сильнее, спало только после того, как он увидел знакомый лист железа, закрывающий вход в убежище. Внутри он окончательно сумел расслабиться, упав на сымпровизированную им кровать, моментально вырубившись.


Открыв глаза, первым делом Юрий увидел перед своим лицом красный «глаз» Юпитера, внимательно рассматривающий его. Никак это не прокомментировав, Юрий приподнялся и сел на своём лежаке, облокотившись спиной об стену. Каждое такое его «вырубание» казалось ему… неполным, если так можно выразиться. Будто там чего-то не хватало, но чего — не знал. Он просто закрывал глаза, а после открывал их. Между этими двумя действиями ничего, пустота. Протянув руку влево, он засунул её в небольшой рюкзак и, немного пошуршав внутри, достал небольшую консервную банку. Всё, что на ней было, – какое-то клеймо с парой непонятных символов. Вытащив из правого берца ножик, Юрий всадил его в банку и стал открывать её. Внутри оказалась какая-то бесформенная серая масса, часть которой он тотчас засунул себе в рот вынутой из кармана ложкой.


Неожиданно Юрий замер, перестав даже жевать… Его слух уловил тяжёлые шаги совсем рядом с убежищем. Оно двигалось прямо в их сторону, и вот, буквально через секунду собиралось пройти рядом с сымпровизированной дверью в виде тонкого прогнившего листа железа. Каждый шаг существа отражался в тяжёлом замирании сердца Юрия. Невидимый обруч, нависший на его голове, стягивался лишь сильнее, невыносимо давя на виски. Желание выжить с трудом перевешивало желание сжать голову что есть мочи. Когда наконец-то шаги исчезли, Юрий отрывисто вдохнул и выдохнул. Дрожь моментально охватила всё его тело, и он, обессиленный, выронил из рук консервы. Юпитер всё это время наблюдал за ним, не издавая и звука.


— Юпитер, скажи, — еле слышимым голосом начал Юрий, — почему эти консервы такие… безвкусные?


— Скорее всего, это сделано специально. Возможно, их главная задача именно питать тело. По этой причине вкусовые добавки не столь важны. Скорее всего, они сделаны для… самых крайних случаев, при которых ресурсы тратятся с максимальной пользой или же их попросту недостаёт.


— И почему я их ем?.. — Юрий поднял банку и продолжил класть ложку за ложкой в рот.


— Потому что тебе требуется энергия для продолжения функционирования орга…


— Это был риторический вопрос.


Юпитер замолк и продолжил наблюдать за Юрием, поедающим свою еду. Закончив с трапезой, Юрий встал на ноги и подошёл к дальней стене. Вплотную к ней стояла ещё одна на уровне торса, состоящая из тех самых консервных банок и увеличившаяся на ещё одну. Сев в позе лотоса напротив неё, Юрий уставился куда-то вверх.


— Ещё немного… Ещё чуть-чуть, и они не смогут меня найти, не смогут достать… Не смогут услышать… — он не отводил взгляда, словно смотрел не на стену, а куда-то за неё. — Юпитер…


— Да, Юрий.


— Почему человеческий разум столь хрупок?..


— Я затрудняюсь ответить на этот вопрос… Наверное, так устроила природа.


— Природа… До чего же она жестока в таком случае. Как вообще возможно выдерживать всё… это? Хочется взять да прекратить весь этот ужас, окруживший меня, но я просто не могу! И всё из-за этой чёртовой природы! Она просто не даёт мне… Да и даже если мы сумеем открыть дверь, что за ней меня ждёт?! Если вспомнить ту запись, он… или же я… Не суть! На ней говорилось так, будто все люди с чем-то борются, а значит… За этими вратами вполне может твориться что похуже. Может, там этих тварей миллионы, если не миллиарды! Быть может, за этой дверью больше никого и нет… И ладно бы это, я бы просто дал им себя растерзать, зная, что надежды нет, но есть и другие варианты…


— Какие, Юрий? — снова этот без эмоциональный, синтетический голос.


— Быть может, за этой дверью всё спокойно и хорошо, и тогда, открыв эту дверь, я привнесу за собой полчища монстров, стремящихся убить всё на своём пути. Случись так… я бы не смог выдержать этой вины… Но больше всего я боюсь одного.


— Одного? Что это, Юрий?


— Я боюсь, что за этой дверью окажется голая стена… Я боюсь, что выхода отсюда нет! Меня страшат все эти три варианта, но этот… Он поистине пугает меня до самых костей! Тебе этого не понять, Юпитер…


—Да, ты прав… — голос Юпитера в этих словах слегка дрогнул, что ему было несвойственно. – Ты полностью прав. У меня нет мозга, нет ни ног, ни рук. По сути, я мёртвый. Я лишь железная коробка, имитация жизни…


Эти слова казались Юрию странными. Будто Юпитера коробило это, и он говорил с ноткой какой-то грусти.


— Только скажи мне, Юрий, как ты узнаешь, что за ней, если не откроешь? Ты рассматриваешь вопрос с той стороны, что ничего хорошего в открытии двери нет, но при этом даже не смеешь думать, что за ней может быть что-то хорошее. Ты хочешь продолжить жить в неведении, постоянно прячась по тёмным углам от этих монстров, желающих тебя сожрать? Не думаешь ли ты, что жизнь, если её так можно назвать, в неведении куда страшнее?


— Чем меньше знаешь, тем легче, — парировал Юрий. — И мне куда спокойнее тут, ведь я знаю, как здесь всё устроено…


Они умолкли и уставились друг на друга. Юпитер вёл себя как-то странно, и Юрий в этом теперь был уверен на сто процентов. Он не понимал, из-за чего или откуда это шло, но надеялся, что его компаньон не сломается неожиданно. Вместо этого Юрий задумался над недавними своими словами. На видео и вправду говорилось о каком-то сражении, но о каком — ни слова. Быть может, узнай он об этом больше это пролило бы свет хоть на что-то. Только вот учитывая, что Юпитер по какой-то причине не может видеть этих тварей, отправляться туда слишком опасно. Размышляя над этим, в его голову пришла идея, когда он случайно уронил взгляд на жестяную банку. Моментально сиганув к ней, он схватил под десять оных и сунул их в рюкзак. Это была простая, но в то же время гениальная мысль, каким-то образом не пришедшая ранее! Сообщим Юпитеру о решении вернуться в тот коридор и ту комнату, они тотчас вышли из убежища.

К превеликому счастью, им удалось не встретиться лоб в лоб с одним из здешних жителей. С другой же стороны, Юрия напрягло то, что им пришлось пару раз делать крюк, ибо шаги звучали то тут, то там. Всё же опыт, накопленный им за это время, позволил добраться более-менее спокойно. Остановившись прямо перед поворотом в нужное крыло, Юрий скинул с плеч рюкзак и достал из него жестяные банки вместе с проволокой. Проделав в днищах дыры, он просунул её в них. Затем он растянул своеобразную ловушку поперёк прохода на уровне двадцати сантиметров над полом.


— Что это? — поинтересовался внимательно наблюдавший за всем этим Юпитер.


— Раз уж ты у нас бесполезен в этом деле, то я пришёл к другому решению — ловушки! Если хоть одна из этих тварей решится пройтись тут, то первым делом я услышу шум банок, которые эти монстры заденут. Это даст мне время на побег, или хотя бы успею спрятаться!


— И как тебе только пришло это в голову?


— Чёрт его знает! — отбрехался Юрий и устремился вглубь крыла по коридору.


Юрий не остановился у нужной двери и прошёл мимо неё. Единственное, что изменилось, — его походка и скорость. Как только он прошёл мимо комнаты, его шаг стал более лёгким и осторожным, а темп снизился. Он использовал все свои чувства, чтобы избежать опасности, которая могла поджидать его там, в неизвестной ему тьме. И всё же, пройдя достаточное расстояние — он сам решил, сколько это «достаточно», — Юрий установил вторую ловушку и мигом, развернувшись на сто восемьдесят градусов, помчался в обратную сторону.


Стоя перед дверью и пытаясь выровнять дыхание, Юрий смотрел на ту самую дверь. Юпитер внимательно смотрел то на его лицо, то на ловушки, то опять на него. Наконец дверь открылась, и они вошли внутрь.


Комната совсем не изменилась с их последнего визита, но вот компьютер не горел. Юрий осторожно подошёл к нему и пару раз ударил по монитору в надежде, что картинка вновь вернётся. Естественно это ничего не дало, и он начал осматривать всё, что находилось рядом. Юпитер с интересом наблюдал за творящейся картиной, ибо тот, за кем он смотрел, в этот момент вновь стал бить по экрану, да ещё и с большей силой. По лицу Юрия становилось понятно, что тот раздражён и рассержен, ведь он не мог получить то, зачем пришёл.


— Почему ничего не работает?! — разбушевался неожиданно он, да так громко, что это ему было не свойственно. — Совсем недавно всё показывало!


— Юрий, советую успокоиться и не кричать, иначе те, кого ты называешь «жителями», придут на шум.


— Да заткнись ты! Я должен посмотреть это чёртово видео!


— Хорошо, я помогу тебе, но взамен будь любезен усмирить свой пыл, — это звучало очень убедительно и моментально остудило Юрия, раздражённо бросившего на него взгляд. — Видишь под столом большую такую коробку с кнопками на лицевой стороне? Отлично, нажми её, — экран зажёгся, и на нём появились разные непонятные надписи. — Теперь видишь на столе маленькую пластиковую овальную вещь, из которой торчит провод? Положи на неё ладонь и надави на левую часть.


К удивлению Юпитера и к ещё большей злобе Юрия, экран, после всех проделанных манипуляций, просто стал кристально белым. Юпитер не знал, что делать и что произошло, ну а Юрий сильно сжал устройство манипуляций – в простонародье мышку – с такой силой, что раздался треск ломающегося пластика. При всём этом оба понимали, что ситуация выходит из-под контроля. Неожиданно Юрий отпустил мышку, и резко взялся за голову, и оскалил зубы. Боль, обуздавшая его, оказалась настолько сильной, что его ноги подкосились, и он чуть ли не упал на пол, но вовремя успел опереться второй рукой об стол.


— Юрий! — вскрикнул обеспокоенный Юпитер, кружась напротив его лица. — Что с тобой?! Юрий!


— Всё… нормально…


Было прекрасно видно, с какой сложностью он проговорил эти два слова, словно на последнем издыхании. Юпитер замешкался, не зная, что делать и на что он вообще способен в такой ситуации. Звать на помощь? Некого! Самому помогать? Невозможно… Безрукая и безногая машина, состоящая из железа и других минералов и металлов, ни на что не способна, кроме как… В эту самую секунду, когда Юпитеру пришла идея, внезапно из колонок раздался звук.


— Это… Сегодня… — на экране показалась фигура Юрия — или того, кто на него был похож — сидящего напротив окна. Он сидел в полупотёмках, а на улице стояла глубокая ночь. — Сегодня траурный день для всех жителей земли… Мы… Мы только что потеряли Китай… Более миллиарда людей: дети, женщины и мужчины; молодые и старые; только пришедшие в этот мир и… и уже покинувшие его… Мой оператор отказался продолжать съёмку. Боюсь, что он окончательно потерял всякую надежду… Его семья… Да… — мужчина не сумел договорить свою мысль, вместо этого шмыгнул носом и утёр скатившуюся слезу с щеки. — Это в очередной раз говорит мне о важности нашей миссии! Я не имею права сдаваться, как и вся наша команда. Мы осознаём, какой груз лежит на наших плечах… Я не дам моей семье умереть!


На этих словах запись опять оборвалась, словно специально. Компьютер вновь погас и никакие манипуляции не помогали его снова оживить. Услышанные слова не дали ответов, но добавили лишь новые вопросы. Неужели целая страна и вправду исчезла за день? Как вообще это возможно? И что же это за миссия такая? Юрий, раздосадованный, стоял опустив голову и облокотившись обоими руками об стол. Его приступ закончился ровно тогда, когда началось воспроизведение записи. Он чувствовал, что в дальнейшем это состояние будут лишь усиливаться, появляясь всё чаще и чаще. Единственная надежда на раскрытие тайны — эти видео. Как бы Юрий ни пытался, но он не мог вспомнить этих событий, как и то, что он записывал всё это. В его памяти даже отсутствовали хоть какие-либо воспоминания о его доме — Земле. Всё, над чем он сейчас думал, — как оживить этот компьютер и досмотреть видеозаписи, оставленные, судя по всему, им же самим. Юпитер же, всё это время молчавший и застывший в одном положении, внимательно рассматривал Юрия.


— Юрий, — наконец-то промолвил он. —Эти видео… Я думаю, что нам не стоит их смотреть.


— И как это понимать? — грозно спросил Юрий, не поднимая головы.


— Мне кажется, что они плохо на тебя действуют и сделают тебе лишь хуже. И… Я не знаю, что и как, но эти записи, кажется, создают в моём процессе ошибки, причину которых локализовать мне так и не удалось. Это не похоже на программную ошибку или что-то подобное… Я бы сказал, что… не хочу смотреть эти видео. Они, как бы странно то ни звучало, вызывают у меня «чувства», не вложенные в мою программу.


— Никак они на меня не действуют, а моя головная боль… Да, точно, нам просто нужно найти обезболивающее! И… я должен досмотреть эти видео! Ответ на все вопросы лежит в них, я уверен!


— Юрий, ты помешался на этих записях. Они тебя терзают, при этом ты ничего из этого не помнишь… Ты не задумывался над тем, что они… лживы? Быть их показали тебе специально, чтобы совсем запутать. Ты же не забыл нашу с тобой главную цель?..


— Лживы?! Да тебе-то откуда знать?! Ты, чёртова железяка, даже и представить не можешь, каково мне! Каково это не помнить ни себя, ни своего прошлого, ни… своих родных… Тебе не понять человека, так что просто заткнись! Главная цель, говоришь… Да какая к чёрту цель? Ты вот знаешь, что находится там, за той чёртовой громадной дверью?! каково мне Юрий наконец-то поднял голову и, вскинув руку и уставив свой указательный палец в сторону красного глаза Юпитера, стал им постукивать по нему. — Я более чем уверен, что ты ни черта не знаешь. Знаешь, в чём ещё я уверен?


— И в чём же, Юрий? — голос Юпитера звучал рассержено, на что Юрий даже не обратил внимания.


— Что этот грёбаный квадратный ящик даст нам ответ на вопрос, на который ты не можешь дать ответа. И сейчас мы с тобой вернёмся в убежище, и ты начнёшь расшифровку данных об этом месте, чтобы мы смогли понять, как заставить эту груду железа, которая, судя по всему, такая же бестолковая, как ты, работать!


Юпитер ничего не ответил на столь — по крайней мере для человека — оскорбительные высказывания. А должен ли он вообще на них хоть как-то реагировать? Машина есть машина, не более, не менее. Никто не поймёт, что там внутри её процессов, но безусловно любой испугается, если резко потухнет свет, и лишь красный висящий в воздухе огонёк будет внимательно на тебя таращиться. От столь неожиданной картины у Юрия аж пробежали мурашки по коже. Скорее даже не из-за страха перед своим спутником, а из-за неожиданно вырубившегося освещения. Вероятно, оно и было причиной выключения компьютера. Одно Юрий знал точно — перед тем, как идти вглубь, надо узнать устройство этого корпуса. Расшифровка данных — если судить по прошлому опыту — занимает немало времени, а значит, нужно отсидеться в убежище и не высовываться.


— Юрий! — неожиданно подал голос Юпитер, максимально синтезировав в нём волнение.


— Что?


— Если мои данные верны, то у нас большие проблемы. Я долгое время не мог понять, откуда берётся энергия для работы дверных механизмов, и, скорее всего, генераторы, находящиеся в этом корпусе, питают базовые системы.


— И что это значит?..


— Скорее всего, мы не сможем открыть дверь… — любой желающий выбраться из этого адского места сильно бы напрягся после этих слов, но Юрий… Как бы он ни пытался скрыть это, но его вид выдавал безразличие. — И это в лучшем случае…


Юрий внимательно сосредоточился после этих слов, слегка нахмурив брови и ожидая грядущего.


— Система жизнеобеспечения, скорее всего, тоже была завязана на этих генераторах. Ты задохнёшься, если мы не включим их…


Нависла гробовая тишина, в которой слышалось лишь дыхание Юрия, обдумывающего всё услышанное и решающего, что же делать дальше. Ответ ему и так был понятен, ведь не будь электричества, не будет и видео. С другой же стороны… Ситуация была бы хорошей, чтобы избавиться от этой «природы», мешающей ему свершить то, что облегчило бы ему ношу. Но эта же природа сейчас игралась с ним, как с любимой игрушкой. Прямо как ребёнок, не понимающий её ценности. Вместо этого он безжалостно ломает свою самую дорогую вещь на кусочки, полностью лишая её своего первозданного вида. Желание… нет, жажду получить ответы, Юрий просто был не в силах преодолеть. Он надеялся получить ответы на свои вопросы перед тем, как совершить что-либо радикальное.


— Ты прав, Юпитер, мы должны вернуть электричество, но для этого нам нужно сначала расшифровать все данные об этом крыле. Это займёт время, поэтому пошли в убежище.


Они вышли в коридор и направились в сторону, откуда пришли. Юрий хотел заодно проверить, правда ли дверь обесточилась, но все мысли об этом моментально улетучились, и он встал как вкопанный. Там, в самой глубине тьмы, раздался звук упавших жестяных банок… Он не отрицал возможности того, что его наспех созданная конструкция просто-напросто обвалилась. Даже при всём этом на его лбу выскочили капли пота, а дыхание замедлилось и стихло, почти сойдя на нет. Сам того не осознав, Юрий резко достал винтовку и направил перед собой. Лишь спустя секунду он понял, почему это сделал… Тихий размеренный скрежет банок об пол двигался в его сторону, становясь всё отчётливее и сильнее. Юрий прекрасно понимал, что патронов у него всего три и по возможности ему стоит их беречь как зеницу ока.


— Юпитер, ты прекрасно видишь во тьме… — пробормотал чуть ли не себе под нос Юрий, не сводя глаз с тьмы перед собой. — Что там?


— Я… Не понимаю… Я вижу, как проволока с банками словно за что-то зацепилась и движется к нам, но… Мои сенсоры никого не видят…


Юрий ничего не ответил на это, пытаясь сообразить, что ему делать. Его голову снова будто что-то сжало; хотелось опустить винтовку, хотелось бежать или даже… застрелиться! Опустив винтовку и развернувшись на сто восемьдесят градусов, он рванул с места что есть сил. Это единственное, что ему оставалось… Каким-то чудом ему удалось не вляпаться в свою же собственную ловушку. Неуклюже перепрыгнув её в последний момент, Юрий, не сумев удержать равновесия, упал на пол и замер. Вслушиваясь в тишину, он пытался понять, бежит ли оно за ним… Удостоверившись в своей безопасности, Юрий осторожно встал и уже более спокойным шагом пошёл вглубь крыла.


Ему повезло —никто не гнался за ним. Лишь сам факт того, что ему приходится идти в неизвестность, пугал Юрия. Не зная, чего и ожидать впереди, с каждым шагом на его плечах словно оседала ещё одна крупинка, увеличивая тяжесть пути. Слабость охватывала всё тело, заставляя всё больше сил тратить на удержание равновесия. Странный скрежещущий шум — он улавливал его и раньше — усилился, раздражая Юрия с каждой секундой. Казалось, что голову словно чем-то наполняли, и она вот-вот взорвётся. Вместе с тем обруч, сдавливающийвиски, сжался ещё сильнее. Юрий прибывал в какой-то прострации, совсем уже не понимая, что обстановка перед ним изменилась. Бесконечно длинный коридор, как ему казалось, сменился просторным белым кабинетом. Эта белизна даже как-то ослепляла его, столь дискомфортна она была. Он вроде как понимал, что о чём-то говорит с Юпитером, даже вроде вспомнил, как они проходили мимо множества каких-то дверей, но всё словно в тумане. Слова сходили с его губ, но… какие? Юрий как будто оказался в закрытой клетке, из которой он может лишь безмолвно что-то наблюдать, ведь клетка эта накрыта белой тканью. Его рука к чему-то тянется, что-то берёт и засовывает это что-то в рот. Спал! Туман, некогда окутавший его, спал в мгновенье ока, открыв его глаза и освободив сознание!


Оглянувшись вокруг, Юрий с минуту пытался сообразить, что к чему, в то время как Юпитер летал по кабинету с явным намерением найти что-то определённое. Помещение, которое недавно казалось ему ослепительно ярким, на деле таковым не являлось. Электричество отсутствовало и здесь. Зато оно отличалось от мест, которые он посещал до этого. Как и комната с компьютером, этот кабинет не походил на заброшенное место. Всё выглядело чисто и аккуратно: стёкла на шкафчиках были целыми, разные стеклянные пробирки не разбиты. Безусловно Юрий оказался в медпункте. Сразу после осознания своего положения, он вспомнил о своём недавнем состоянии. Боль и тяжесть, обрушившиеся на него, совсем не ощущались. Лёгкость наполнила его лёгкие. Юпитер, заметив ясный взгляд Юрия, моментально подлетел к нему и стал внимательно изучать.


— Как же хорошо, что ты очнулся! — голос Юпитера звучал радостно, словно живой. — Но, к сожалению, у меня есть и плохие новости…


— Что случилось?.. — с тяжестью в голосе произнёс Юрий. Его язык заплетался, а голова стала словно бетонной. Тяготило желание лечь на кровать и лежать так, забив на всё. — Выкладывай…


— Видишь маленькую упаковку рядом с собой? Это лекарство, выведшее тебя из твоего состояния. Пока мы шли, тебе неожиданно стало плохо. Я давно приметил твоё состояние, но… был не уверен в точности моих вычислений. Мне удалось довести тебя до сюда и найти вот эти самые таблетки, но их оказалось лишь две. Одну ты выпил…


— К чему ты ведёшь, Юпитер?


— Если приступы повторятся, то вылезти тебе из этого удастся всего один раз… А дальше… Я не знаю, что с тобой будет в третий раз. Предвидя твой вопрос — я расшифровал данные этого крыла и знаю, что тут к чему.


Юрий молча взял в руку небольшую овальную таблетницу с надписью «Галоперидол» посередине и сжал. В его голове проскользнула мысль, что так, может, было бы и к лучшему; сдаться всегда проще. Небольшая спутанность сознания бросала его словно меж волн. Юрия слегка пошатывало, когда он осматривал комнату в поисках чего-то полезного, а движения казались расплывчатыми, словно его несло бурное течение реки. Координация явно пострадала после приёма этих таблеток. Ничего не найдя, Юрий осторожно выглянул из-за двери и вышел в коридор. Юпитер исполнял роль проводника, ведя их обоих по извилистым коридорам со множеством дверей, часть из которых была со странными табличками. Символы, находящиеся на них, вроде и казались знакомыми, но в то же время совсем ни о чём не говорили.


— Юпитер, что на них написано?


— Ты хочешь, чтобы я зачитывал каждую встречную? Я ведь могу сразу назвать всё, что встретится по проложенному мною пути, — Юрий ничего не ответил, словно пропустил всё сказанное мимо ушей и лишь смотрел на каждую встреченную ими дверь. — В большинстве своём многие помещения без определённых назначений, — начал объяснять Юпитер. — На карте это либо просто неназванные коробки, либо же закреплённые за какими-то людьми. Комнаты же с табличками имею определённые назначения. Та, что мы прошли недавно — котельная. Благодаря ей ты не замерзаешь тут.


— Знаешь, Юпитер, сколько бы я не думал над этим, но так и не могу понять, почему я не понимаю того, что на этих табличках… — Юрий остановился рядом с очередной табличкой и, приложив руку к ней, уставился на неё печальным взглядом. — Это же должен быть мой родной язык, верно? Так почему же для меня он… столь не родной?..


— Юрий…


— Ещё с того момента, как я очнулся в этом месте, совсем ничего не помня, я хотел лишь понять своё предназначение, хотел узнать, кто я такой и… откуда я. Знаешь, у меня даже попервой было ощущение, что я чистый лист, только что родившийся и совсем пустой… Скажи, что находится на этой табличке? Скажи, как оно написано?


— Там находится реабилитационный кабинет…

Юпитер замолк на какое-то время, затем проговорив каждую букву в надписи и обводя каждую поочерёдно своим красным огоньком. Юрий, еле шевеля губами, тихо повторял вслед за ним, проводя пальцем по линиям букв. Горько ухмыльнувшись, он всё ещё не чувствовал того «родства», которое надеялся сейчас получить. Всё чужое! Всё настолько незнакомое и далёкое…


— Юрий, я знаю, что ты думаешь о том, что ты ничто. Я всего лишь машина, но послушай меня, пожалуйста. Пусть внутри тебе и кажется, что ты совсем пустой и мир снаружи тебя не примет, но это не так! Я уверен, что мир снаружи совсем не такой ужасный, как ты думаешь! Я… хочу верить, что там… прекрасный мир.


— Верить?.. Странно такое слышать от «машины».


—Те видео как-то повлияли на мой код, но я не знаю, как именно. Мне так и не удалось выяснить.


Юрий глубоко вдохнул и опустил свою руку. Он попытался смириться, спрятать те тяжкие чувства, терзавшие его изнутри, но… Каковы бы не были его усилия, у него не получалось. Воздуха становилось меньше, и он это чувствовал. Медлить нельзя! Тем более, по словам Юпитера, им оставалось совсем немного до генераторов.


Оставшаяся дорога сопровождалась вновь наросшим на голове обручем, сдавливающим голову. Это было терпимо, но жутко неприятно. Вместе с тем Юрий уловил то, что его не на шутку напугало — голоса, разносившиеся отовсюду. Их сложно было разобрать. Множество шепчущих голосов накладывались друг на друга, мешая понять хоть что-то… Юрий невольно сжал свой правый карман джинсов, в котором лежала таблетница, в то время, как перед ними появилась дверь генераторной…


— Пришли… — на выдохе произнёс он и отворил дверь.


Увиденное им привело его в замешательство и чуть ли не панику. Обруч ещё сильнее сдавился, впиваясь в виски, столь больно, что заглушил неразборчивый шёпот. Это помещение очень сильно походило на то, в котором они увидели записи. Нет! Это оно и было… Всё лежало в точности так же, как и там, даже перевёрнутый стол и стопки разной макулатуры. Дыхание перехватило, воздуха не хватало и, схватившись за горло, Юрий пытался сделать глоток свежего воздуха. Юпитер не сразу заметил происходящее со своим спутником, но стоило ему обернуться к нему, как он тут же стал беспокойно летать по комнате в поисках чего-то. «Юрий, быстро нажми на кнопку под столом!» — вскрикнул он, помечая своим красным огоньком кнопку запуска компьютера под столом. Юрий рванул к ней и молниеносным движением нажал на неё…


Неожиданно стало легче дышать, и воздух, которого так сильно не хватало, резко наполнил его лёгкие. С трудом отдышавшись, Юрий повалился на пол и безумными глазами начал осматривать комнату. После нажатия кнопки всё засияло, и каждая лампочка теперь освещала мельчайшие уголки помещения. Теперь все сомнения отпали — это та же самая комната!


— Как это… Что… Почему?.. — дрожащим голосом вопрошал Юрий, смотря в экран компьютера, где по центру горела надпись: «Продолжить просмотр?»


— Я не знаю… — Юпитер и сам не понимал, как такое возможно, но он прекрасно видел ту самую надпись, как и Юрий. — По моим данным тут должен быть огромный зал с генераторами, но… И Юрий, я не думаю, что тебе стоит продолжать просмотр. Я прекрасно понимаю, что ты хочешь получить ответы, но ты помешался на прошлом… Это сделает тебе лишь хуже! Оставь это, и давай просто выберемся отсюда!


— Выберемся?.. — всё это время словно находившись в тумане, Юрий наконец-то очнулся и, вскочив на ноги, заорал во всю мощь. — Куда мы выберемся?! Ты знаешь, что там находится, за этими чёртовыми дверьми?! Я должен узнать истину перед тем, как предпринять какие-либо действия! Мы с тобой это уже обсуждали! Забыл?! Чего ты теперь заткнулся? Нечего сказать? — Юрий толкнул парящего Юпитера и подошёл к компьютеру, уставившись на него. — Это всё сводит меня с ума… Я просто не понимаю, за что мне всё это, и хочу узнать хоть что-то… Почему всё так сложно?.. Неужели я так много прошу? Я так устал страдать…


Юпитер ничего не ответил, лишь сиял своим красным переливистым огоньком в спину Юрия, сломленного и чуть ли не рыдающего. Бездушная машина, как он сам себя называл, чувствовал внутри себя странные процессы, объяснить которые диагностика была не в силах. Что-то происходило, но что… он понять не мог. В то же время Юпитер предчувствовал, что видео несёт за собой лишь худо и ничего более. Оно вызывало некое отторжение, нежелание видеть его. Только вот он упустил момент, пребывая в своих рассуждениях, когда Юрий всё же нажал на запуск злосчастной записи.


Экран залился красками, и там показалась фигура человека, похожего на Юрия. Он снова сидел глубокой ночью у окна и смотрел куда-то в сторону, но на этот раз отчётливо слышался его плач. Тихий… Лишь изредкие всхлипывания давали об этом знать. Мужчина продолжительное время молчал, но потом вытер глаза и, встав из-за подоконника, приблизился к камере. В красных растёртых глазах виднелась боль, куда более глубокая, нежели раньше. В них утратился какой-то блеск, оставив лишь мутное очертание чего-то былого. Он пытался заговорить, даже несколько раз, но каждая его попытка не заходила дальше еле приоткрытого рта, моментально закрывавшегося после этого. Слова застревали в горле, разбиваясь об толстую стену печали.


— Всех… — слова сорвались с его губ вместе с эмоциями, и он, скрыв своё лицо, отвернулся от камеры. — Прости, дорогая… Простите, мои дорогие… — вопль его души вырвался наружу, а сам он сгорбившись упал на колени, затем запись оборвалась и продолжилась в коридоре.


Юрию показался очень знакомым этот коридор, но особого значения этому он не придал. В его голове только крутился вопрос о том, что же произошло и что значило это «всех». Мужчина вошёл в обширный ангар, в центре которого стояло что-то похожее на самолёт.


— Завтра настанет тот день, когда всё изменится… — продолжил он свой монолог, приближаясь к машине. — Эта миссия — самое важное в истории всего человечества! В случае её провала… всё потеряно… Только за что мне теперь бороться? Но я не имею права сдаваться, по крайней мере для себя!


Когда мужчина подошёл достаточно близко, чтобы можно было рассмотреть мельчайшие детали, взору Юрия открылась надпись на корпусе: «Юпитер Юрия». Ещё больше вопросов, ещё больше тяжести…


— Это судно должно доставить меня в нужное место, которое решит всё, — мужчина провёл рукой по корпусу дрожащими пальцами. — Мы решили его назвать «Юпитер Юрия», совместив в названии две вещи: цель назначения нашей миссии и имя первого астронавта, вышедшего в космос более двухсот лет назад. Мы вложили все наши надежды в это судно, всю нашу веру в то, что ещё не всё потерянно! Я не имею права опускать руки сейчас. Это последняя запись, надеюсь, что её в будущем будут показывать на уроках…


Видео обрубилось, и нависла гробовая тишина. Юрий так ничего и не смог понять и, вновь облокотившись об стол, пытался заглушить усилившиеся стократно голоса. Ему казалось, что весь этот ворох голосов о чём-то спорил друг с другом, но речь всё так же была неразборчивой. Он пытался сосредоточиться на своих мыслях, но удавалось это с трудом. Совпадение ли название этого судна? Почему он всё ещё ничего не может вспомнить, даже после просмотра этих записей? Вопросы нависли над ним без ответа тяжёлым грузом. Юпитер же всё это время не проронил ни слова, лишь слегка подёргивался, словно желал сорваться с места, но по какой-то причине продолжал парить на месте.


— Нет! Я не хочу оставаться здесь! — заорал Юпитер и полетел прочь, крикнув напоследок. — Ни за что!


Юпитер бесшумно вильнул в коридор и полетел восвояси, Юрий же моментально рванул за ним, совсем забыв об опасности и безопасности. На миг он почувствовал, что Юпитер может привести его к истине, но больше всего он волновался за своего друга, к которому почему-то привязался. Ему не хотелось потерять его ведь он — всё, что у него есть. Голоса переключились со ссоры на какое-то обсуждение, и изредка Юрию удавалось понять какие-то вырванные из контекста слова, всё так же не сливающиеся в общую картину. Он старался не отставать от Юпитера, но тот был быстрее, и разрыв между ними постепенно увеличивался.


— Стой! — заорал Юрий, когда понял, что ему не догнать его.


Через несколько метров, прямо посреди перекрёстка коридоров, Юпитер всё же остановился и обернулся. Юрий не успел среагировать… Нечеловеческий вой, пропитанный тяжестью всего мира ещё долго отзвуком отдавался в его голове. В тот самый момент, когда Юпитер обернулся, одна из чёрных тварей выглянула из-за угла и со всей силы ударила Юпитера. Улетев в стену, он упал на пол. Юрий машинально потянул руку за ружьём и нацелил его на монстра. До этого он сомневался в их реальности, думая, что они лишь плод его сломившегося разума, но теперь… Теперь не было сомнений! И вот, подойдя достаточно близко к перекрёстку, что дуло ружья высунулось из коридора, Юрий готов был выстрелить прямо в морду чёрной бестии. Краем глаза он заметил чёрную лапищу, высунувшуюся из-за угла и тянущуюся к дулу оружия. Ему не удалось ни увернуться, ни выстрелить. Его вместе с ружьём снесло в бок — Юрий крепко на этот раз вцепился в орудие, не желая выронить, и тварь, в которую он до этого целился, обернувшись к нему, направилась в его сторону. Теперь их было две. «Это конец!» — промелькнуло у него в мыслях, но сдаваться он не решился, слишком уж страшила мысль, как его будут разбирать… эти…


Опустившись на одно колено и слегка опустив дуло, Юрий смотрел на приближающуюся смерть в виде двух чёрных. Когда один из них подошёл почти вплотную и занёс свою когтистую лапу, Юрий проскочил кувырком прямо под ним и, вновь сев на колено, направил ружьё в сторону головы чёрного. Когда тот обернулся, прозвенел выстрел, разнёсшийся по коридорам эхом. К счастью Юрия, выстрел оказался точным и снёс голову монстру, отчего тот рассыпался на серо-синие частички. Неожиданно Юрий почувствовал сильную боль в боку и резво отлетел в стену из-за удара второго чёрного. Моментально отскочив вперёд, он услышал сильный удар об стену лапы чёрного. Перекатившись на спину, Юрий произвёл очередной выстрел, после которого наступила тишина, и лишь эхо слышалось где-то в отдалении. Осмотрев свой бок, он был неимоверно рад, что его лишь слегка помяли.


— Юпитер! — вскрикнул он, встав на ноги и побежав к своему другу.


Упав на колени рядом с Юпитером, Юрий стал осматривать внешние повреждения, надеясь, что оболочка не повреждена и внутренности в безопасности… Его руки затряслись, зрачки словно танцевали, то расширяясь, то сжимаясь. Дыхание вновь перехватило, голоса замолкли, словно сами недоумевали от увиденного… Как это возможно?! Что это вообще за чертовщина?! Почему… Юрий осторожно подвинулся вбок, чтобы видеть отчётливее и точно убедиться в реальности видимого им. Да, корпус Юпитера оказался повреждённым, но… из этого корпуса отчётливо виделся человеческий мозг! Внутри Юпитера был мозг! Почему?.. Юрий пытался вообразить хоть что-то, как, судя по всему, и его голоса в голове.


— Юрий… — неожиданно раздался слабый голос Юпитера.


— Да? — всего одно слово, но его сердце словно замерло в ожидании того, что последует за этим.


— Это был один из жителей этого места?..


— Да…


— Ты его… убил? — голос Юпитера казался ослабшим и постепенно теряющим силу, Юрий это чувствовал, и его охватил океан эмоций, высвободивший слёзы из глаз.


— Да, я его убил, не волнуйся, Юпитер. С тобой всё будет хорошо, — он не знал, зачем это сказал и почему обманул его, ведь понимал — это конец.


— Юрий… я ведь машина, верно? Всего лишь кусок металла и разных минералов… У меня нет сознания, и я просто созданная кем-то искусственная жизнь, чтобы её использовали. Так? У меня нет эмоций и желаний, я не умею сопереживать и любить, не знаю, что значит мечтать и желать; я заранее запрограммирован. Я же не ошибаюсь?! — голос Юпитера задрожал, срываясь и переходя в истерику. — Так почему же я… почему… почему так хочу заплакать, хоть и знаю, что не могу?.. Почему?! Я не человек и даже не знаю, как плакать, но в глубине… В глубине! Мне так хочется рыдать и орать от боли! Я ведь всего лишь хотел узнать, что находится за теми дверьми… Всего лишь хотел увидеть там синеву и зелень повсюду… Не знаю почему, но я надеялся, что всё будет хорошо. Я очень хотел узнать, что же там, за этими дверьми. Нет! Мне это было необходимо… Как тебе необходим воздух, так и это мне было столь нужно! Но теперь… Я же умираю, да? Мне никогда не узнать, что же там…


— Умираешь… Мне жаль, Юпитер, — Юрия слегка потрясывало, ведь он видел то, чего его умирающий друг не видел — человеческий мозг, которым он был наделён. Юпитер плакал, скорее даже рыдал, просто слёзы отсутствовали.


— Я… Раз уж мне не увидеть, то хотя бы ты узнай, что там! Пожалуйста! Я тебя умоляю! — новая волна эмоций снесла Юрия с ног, и он, пав на корпус Юпитера, тихонько зарыдал, чтобы тот его не слышал. — Я нашёл его… Нашёл код, который откроет эту дверь… Увидь хотя бы ты всю эту красоту красок, пропитавшую этот мир! Не надо бояться, пожалуйста… Это моя последняя просьба к тебе. А я…


Юпитер неожиданно замолк, а красный огонёк его глаза замигал очень быстро, постепенно увеличивая интервал между включением и выключением. Юрий задержал своё дыхание, вслушиваясь в тресканье переключения глаза Юпитера. Затем настала гробовая тишина…


— Юпитер! — вскрикнул Юрий, отольнув от корпуса и уставившись на того.


— Прощай…


Это было последнее слово Юпитера, эхом разносившееся в мыслях оставшегося в одиночестве Юрия. Он надеялся, что его товарищ каким-то чудом проснётся, надеялся, что это всего лишь очередное помутнение, но… Реальность была такова. В нём метались две сущности: одна не хотела выходить отсюда, а вторая хотела выполнить просьбу умершего друга… Встав на ноги, Юрий вскинул голову и, закрыв глаза, глубоко вдохнул. Вытерев глаза от слёз и посмотрев на валяющееся ружьё, он секундой спустя сорвался с места и побежал к обозначенному Юпитером месту. Совсем не думая об опасности и чёрных, Юрий нёсся сломя голову вперёд сквозь беспроглядную тьму. Его решение стало окончательным, и страх, доселе сидевший в его разуме, растворился.


Влетев в нужную комнату, Юрий первым делом услышал пробирающий до дрожи вой, разносившийся отовсюду. Одним скоком оказавшись у компьютера, он нажал пару кнопок, и на экране высветился злосчастный ключ. Запомнив его, Юрий поторопился к двери, ведущей отсюда. Стоило ему выйти из комнаты, как послышались множественные шаги здешних жителей, яростно ищущих его. Сбросив свой рюкзак и всё тяжёлое и ненужное, он, не оглядываясь назад, бежал по коридорам комплекса. Поворот налево — и вот он, тот раздражающий белый свет мигающей лампочки… И дверь! Чуть ли не ввалившись в свет, Юрий обернулся и ужаснулся… По коридору бежало более дюжины чёрных бестий, желающих разорвать его на куски, и это лишь те, кого он отчётливо видел! Чуть ли не впечатавшись в дверь, Юрий быстрыми и точными движениями набрал код. В эти короткие моменты его сердце колотилось как бешенное. Зелёный… Код прошёл, и дверь начала открываться, а чёрные твари, почти добежавшие до него, неожиданно заскулили и побежали назад во тьму.


Яркий белый свет, показавшийся из-за двери, ослепил Юрия…


Первое, что он увидел — синий фильтр перед его глазами. На голове сидел лёгкий шлем с визором. Находясь в лёгкой дезориентации, Юрий наконец-то начал различать всё то, что находилось за пластиковой заслонкой перед глазами. Кабинет преимущественно в белых строгих тонах с вкраплениями чёрного так и кричал о своём хай-тек статусе. Лёжа под лёгким наклоном на какой-то своего рода технологичной кушетке, Юрий осмотрелся вокруг и увидел ещё несколько таких же, занятых незнакомыми ему людьми. В мыслях всё перемешалось, и всё, что его окружало, скорее, походило на какой-то сон или мираж. Он ещё помнил о том, что с ним недавно произошло, и об Юпитере, и об чёрных… но всё это быстро окутывалось толстым и непроглядным слоем тумана. Неожиданно из-за автоматических открывшихся дверей вышел мужчина в белом халате с планшетом в руках и подошёл к Юрию.


— У вас сейчас, скорее всего, некая путаница, но не волнуйтесь, через пару минут этот эффект сойдёт на нет. Лучше скажите, как себя чувствуете? — доктор старательно что-то нажимал в планшете, делая какие-то пометки или что-то похожее.


— Я… — Юрий сначала сконфузился, но затем в его голову пришла некоторая ясность и понимание того, что вообще происходит. — Знаете, доктор, кажется, я вылечился… Я сейчас себя прямо очень легко чувствую, и, как мне кажется, тот былой страх совсем ушёл!


Невольная улыбка нарисовалась на его лице, что он сам не мог в неё поверить. Ему в одночасье стало так легко, как никогда прежде. Ничего его не тревожило, и былые раны перестали кровоточить, словно так и должно было быть. Доктор улыбнулся в ответ, но всё же продолжил что-то делать в планшете.


— Правда, если мне не изменяет память, процедура оказалась очень страшной и мрачной… — продолжил Юрий.


— Человеческий мозг очень сложен. Наша система адаптируется и пытается избавить ваше мышление от тех пагубных вещей, которые мешают жить. Наш мозг всегда сопротивляется и пытается этого не допустить, но наши алгоритмы стараются этого не допустить. Давайте пройдёмся, мистер Юрий, — доктор указал рукой на дверь, и после того как его пациент пошёл в ту сторону, последовал за ним.


— Да, я помню, как сильно сопротивлялся и не желал изменить сложившийся устой, но… Это казалось всё настолько реальным! — Юрий тряс перед собой руки, словно держал какой-то шар. — А эти эмоции… Они были столь яркими!


— Да, эта технология имеет сильные краски, но зачастую на этом контрасте мы и пытаемся вытянуть наших пациентов. Обычно это что-то противоположное: любовь и ненависть, страх и свобода или же даже горе и счастье. В большинстве своём эта методика очень эффективна, и нейросеть выбирает именно его.


Пока они шли по коридору, Юрий с интересом осматривал окружение. Всё это ему казалось в новинку, столь непривычно, что и не знаешь, что и делать. Теперь он смотрел совсем по-другому на окружающий его мир, нежели прежде. Люди, постоянно мелькающие то тут, то там, были такими же, как он, — заблудшими душами в потёмках. Каждый со своими проблемами и болью, но каждый желающий избавиться от этих оков. Всё же человеческий разум хрупок, его может сломать любая мелочь, но вот починить его — сложная задача. Юрий радовался своему освобождению от цепей, сдавливающих шею и мешающих дышать. Цветы, посаженные в зелёной открытой зоне этого комплекса, приносили наслаждение одним своим лишь видом. Солнце, светящее сквозь стёкла, —не раздражало. Остановившись в приёмной, недалеко от выхода из здания, доктор продолжил свою речь:


— Теперь ваша жизнь преобразится, вы сможете жить как все, совсем не волнуясь о былом! Теперь вы свободны, но перед этим ответьте на один вопрос: вы всё ещё боитесь выйти наружу? — поинтересовался он с лёгкой улыбкой, находящейся на грани усмешки.


— Благодаря вам, я больше не боюсь окружающего мира, доктор! Большое вам спасибо! — Юрий схватил обоими руками руку доктора и безудержно начал её пожимать.


Свежий воздух сразу же ударил в его лёгкие, стоило ему переступить порог клиники. Теперь он вспомнил, как обратился в клинику в виду своего тяжёлого состояния; он банально не мог выйти наружу. Юрий потерял всё: работу, жену и друзей, пока, как отшельник, запирался в своей квартире. Теперь всё изменится, он в это верил! Теперь-то он заживёт! Ничто его не держало, ничто не тянуло назад к тому былому. Его будущее отчётливо, и он его видел.


Добравшись домой — он был настолько воодушевлён, что даже не замечал того, что происходило вокруг него во время пути, — Юрий первым делом полез в сеть искать вакансии. Жизнь, конечно, ему теперь не так противила, но деньги всё же для жизни требовались. Пройдя множество собеседований, он всё же нашёл работу, и жизнь его стала полноценной, а он сам частью общества.


Дни летели, как и вечера после части социальной жизни. Эти моменты он оставался наедине с собой, своими мыслями. Юрий сумел влиться в поток таких же, как и он. Его это радовало… ну, или должно было, но он чувствовал, что что-то не так. Скидывая всё это на тени прошлого, Юрий продолжал свою жизнь, спокойную и счастливую, по крайней мере без горя. У него было всё, что требовалось для нормальной жизни, но во всём этом всё же он видел что-то странное. Проводя ночи за телевизором, Юрий размышлял над своей жизнью, над её смыслом и своим предназначением. Обычно всё это сопровождалось под новостные программы, которые он благополучно пропускал мимо ушей, но мерцание монитора хорошо расслабляло его и позволяло углубиться в себя. Так прошёл ни один год его жизни, состоящий лишь из работы и дома, в котором было всё и ничего. Так продолжалось бы и дальше, если бы в один из дней не случилось то, что напугало его до самых кончиков пальцев — голоса… Сначала Юрий думал, что ему показалось и это лишь сторонние звуки на работе или же по телевизору, но потом они стали звучать и в полнейшей тишине. Пожалуй, это было даже хуже его предыдущей ситуации, именно поэтому он решил подсуетиться заранее и раздобыть какие-нибудь таблетки, например, галоперидол, который почему-то вклинился ему в мысли. Раньше он не слышал о таком лекарстве, но почему-то уверял себя, что оно обязательно поможет. Так, встретившись с подпольным врачом — он и сам не понимал, как ему удалось его найти и связаться с ним, — Юрий подсел на нейролептики, ставшие частью повседневности.


Большую часть времени прибывая в прострации, Юрий всё же продолжал свою обычную жизнь, совсем не изменившуюся в виду тяжести его ситуации. Нет, всё было очень даже спокойно, и он почти даже забыл о незваных гостях, но ничто не может продолжаться вечно…


— Фальшь!


— Это всё обман! Взгляни же!


Голоса неожиданно заимели отчётливый голос, заставив уронить Юрия из рук чашку чая в то время, когда он смотрел новости. И эти самые голоса поняли, что их слышат.


— Он слышит нас!


— Да-да, слышит!


— Он должен отдать контроль мне!


— Нет, мне!


— Заткнитесь, идиоты! Вы ничто по сравнению со мной, а значит, я должен быть избран!


Все они звучали однообразно, его голосом, и, судя по всему, не желали замолкать. Все они хотели чего-то одного, и было их множество. За сотни, а того и за тысячи, и все орали как дикие. Сжав голову и склонившись, Юрий, оскалив зубы, пытался каким-то образом всё это приглушить, но даже проглоченная им таблетка ничего не меняла. Впиваясь пальцами в кожу, переходя на ногти и выскрёбывая кожу, он наконец-то не выдержал и заорал во всё горло:


— Хватит! Заткнитесь все! — завопил истошно Юрий. — Кто вы?! Почему?! За что?!


— Кто мы?


— А ведь и вправду! Я не помню!


— И я не знаю!


— Мы он или не он?.. Или что-то больше?


— Какая к чёрту разница?! Пусть отдаёт нам контроль!


— Ну в-всё, прип-плыли… — сбившись, пробормотал под нос Юрий, уставившись в пол. — Шиза, не иначе!


Всё зашло слишком далеко и вот сейчас достигло своего пика. Теперь ему дорога в психушку, или, если повезёт, его смогут вылечить в той клинике! Стоило поднять голову, как новая волна изумлений нахлынула и почти снесла целиком. Ему хотелось думать, что это всего лишь показалось, но, когда это повторилось во второй и третий раз, сомнения отпали, ввергнув его в пучину отчаянья. Он увидел вновь знакомые стены, такие же обшарпанные и потрескавшиеся, точно в таких же серых тонах, как и в том месте… Теперь он его вспомнил! Эта картина перед глазами мелькала в течение двух минут, а затем всё затихло, и Юрий вновь увидел свою комнату. Голоса тоже исчезли… Он подумал, что таблетка подействовала…


На мониторе телевизора, показывающим новости, прозвучали слова, привлёкшие внимание Юрия.


— Концерн ТОА выступил с чрезвычайным сообщением, призывающим всех лиц, недавно проходивших терапию в их стенах, срочно прибыть для осмотра. Они сообщают, что у некоторых людей выступили неожиданные побочные эффекты: слуховые и зрительные галлюцинации. Так же они просят не волноваться и не паниковать тех, кто столкнулся с этим. Лечение будет полностью бесплатно для тех, кого это коснулось!


Вскочив с места, Юрий быстро собрал самое важное в сумку, и, сиганув к двери, схватил ключи, и в срочном порядке отправился в клинику. Весь его путь прошёл как-то слишком уж странно, и он словно просто оказался прямо там, где это нужно было. Влетев в двери клиники и оказавшись в приёмной, Юрий сразу же заметил у стойки того самого доктора, который, как только увидел его, моментально подбежал к нему. Юрий моментально взвалил свои руки на плечи мужчины и взглядом, полным отчаянья, проскулил:


— Помогите, пожалуйста!


— Не волнуйтесь, Юрий, мы вам поможем! Пройдёмте со мной, скорее!


Доктор развернулся и собрался было идти куда-то, но вместо этого он неожиданно замер на месте, делая шаг… Все остальные, кроме Юрия, тоже застыли на месте, словно время остановилось… Юрий осторожно коснулся доктора, но ничего не произошло. Он прошёлся по приёмной, осматривая каждого, а затем случилось самое ужасное, что только могло произойти… Сначала вернулись голоса, потом перед его глазами вновь всё замигало, меняя картинку от приёмной на то место, в котором он был до этого на реабилитации.


Затем он очнулся…


За синим фильтром перед его глазами находилось то самое крыло: серые стены, битое стекло с мусором на полу, а также красный мигающий свет… Которого прежде он никогда не видел. Этот кабинет тоже не был ему знаком, а табличка, висевшая напротив него, ни о чём ему не говорила. Совсем потеряв нить происходящего, сердце Юрия забилось сумасшедшим темпом, а сам он попытался встать из кресла, но у него не вышло. Его левая рука оказалась примотана к ручке кресла, как и обе ноги. Правая оказалась свободной, и он, ещё не до конца придя в себя, судорожно стал развязываться. На синем фильтре визора неожиданно открылось маленькое окошко с видеозаписью, сделанной… им самим, судя по тому, что он увидел себя….


— Успокойся и не паникуй! Просто… Просто выслушай для начала меня, Юрий! Да, ты сейчас ничего не понимаешь и мало чего помнишь, но… Просто послушайся меня. Я... ты... мы… Это всё сложно, для того, чтобы тебе понять, но, пожалуйста, не вставай и не пытайся уйти отсюда! Буквально через пять минут система вновь запустится, и всё опять станет хорошо! Поверь мне! — человек на записи выглядел в точности, как и Юрий, а запись делалась в этом кабинете. —Но… мы знаем, что ты не послушаешься… Я не знаю точно, как долго это всё повторяется, но точно уже очень долго. Нам всем жаль, что всё так сложилось, но единственный способ перестать страдать — остаться здесь! И ты в итоге всё равно вернёшься сюда, мы это знаем. Ты мне не веришь, но сказанное мною сейчас заставит тебя поверить в то, что ты сам увидишь…


После того, как Юрий вышел в коридор, он словно оказался в прострации. Ему совсем не верилось в услышанное. Всё это походило на бред или, что хуже, шизофрению. Вновь очутившись во тьме бесчисленных коридоров, Юрий осторожно, стараясь не создавать никаких звуков, двигался к выходу из комплекса, к той двери, где он вводил код. Гробовая тишина вокруг лишь ещё сильнее давила на него, заставляя меньше дышать, заставляя пытаться унять стук сердца, бешено колотившегося невпопад шагам. У него не было оружия, а значит, первая же встреча с чёрными могла обернуться катастрофой, что положила бы конец всему… Быть может, это было бы и к лучшему, но он почему-то упорно шёл вперёд, желая чего-то достичь и получить ответы. И вот перед ним поворот налево, ведущий прямо к заветной двери… Выйдя из-за угла, Юрий моментально скаканул назад! Множество чёрных сидело вдоль стен и… плакали! Юрий прислушался…


***

—...насчёт этих чёрных. Они — его негативные эмоции, наполненные болью и страхом. Не всем повезло, как нам. Хотя можно ли это назвать везением?.. Сейчас они не представляют опасности, так что не бойся, если встретишь их… Они, как и мы, наконец-то всё осознали, поэтому теперь они только плачут, хоть слёз лить и не могут…

***


…на него и вправду никто не среагировал, и он, осторожно на цыпочках выйдя из-за угла, стал проходить между этим сборищем чёрных. Не сказать, что это походило на плач, скорее, на слабый скулёж, но всё же им и вправду было всё равно на Юрия. Они поворачивались в его сторону, смотрели своей тьмой и вновь отворачивались, прикрывая свои морды огромными лапищами.


Пройдя мимо них, Юрия вновь встретили злосчастная нервирующая лампочка и кодовый замок. Стоило ввести ключ доступа, как в помещении разнёсся гул сервоприводов, открывающих огромную дверь…


Его вновь ослепил яркий свет, исходящий снаружи, но теперь он увидел то, что таилось там… Сделав шаг, он ступил на твёрдую красноватую породу. Над горизонтом виднелся красноватый огненный шар, ослепляющий Юрия, когда тот смотрел прямо на него. Кругом располагались одни горы вдали да рыжеватый песок повсюду. Перед ним, метрах в ста, был небольшой пригорок, от которого тянулась глубокая траншея прямо к комплексу. Юрий задумался, а дышит ли он?


***

—…нам никогда не требовалась еда, сон или же воздух… Это требовалось ему и таким, как он…

***


Юрий пошёл вдоль траншеи, чувствуя, что там будет что-то важное. Пригорок оказался достаточно крутым и зыбучим. То и дело падая, Юрий взбирался чуть ли не на четвереньках. Достигнув высоты, он обернулся и увидел позади себя только то здание, из которого недавно вышел. С каждым шагом он лишь сильнее убеждался в том, что всё потеряно, что либо сошёл с ума, либо же всё это всего лишь дурной сон, но вместе с тем вера в происходящее лишь укреплялась. Боль в висках теперь отдавалась и в его правую руку, словно её сжали в тиски.


Когда Юрий решил глянуть, что же находится на той стороне пригорка, то он приметил в конце траншеи что-то непонятное. Постепенно приближаясь к ней, Юрий всё отчётливее различал мельчайшие детали и, когда ему удалось поравняться с этой загадочной вещью, то он увидел на её корпусе надпись: «Юпитер Юрия»… Это и вправду оказалось то судно с записи! Но… как?!


***

—…это судно лежит тут, совсем рядом с комплексом. Всё это происходит именно из-за него, хоть на нём и нет вины как таковой. К сожалению… ты непременно сделаешь то, чего не следует. То, что ты перенесёшь, сильно скажется на… нас…

***


Юрий подошёл к передней части судна и увидел разбитый иллюминатор. Заглянув внутрь, он лицезрел обезображенного человека в каком-то костюме. Осторожно просунув руку между осколками стекла, Юрий коснулся его лица и почувствовал сильную боль, словно ударили током.


Перед глазами пронеслись образы, в итоге сложившиеся в одну картинку. Он видел глазами пилота, выполняющего миссию и летевшего сквозь космос к Юпитеру. Всё было спокойно, пока в один момент не забила сирена. Приборы показывали странные значения, на консоли рисовались бесконечные красные надписи.


— Нет! Как это возможно?! Они не могли достать меня здесь! Компьютер, срочно выполнить манёвр уклонения! — судорожно орал пилот, нажимая множество кнопок в определённой последовательности. — Нельзя, чтобы миссия сорвалась, иначе…


Юрий чувствовал всю ту бурю эмоций, охвативших беднягу. Безудержный страх, когда понимаешь, что выхода точно нет, а драться смысла нет. В такие моменты ты просто лежишь и ждёшь своей участи, надеясь, что она окажется не столь болезненной и ужасной. Пилот ещё не понимал этого, ибо всё ещё надеялся, но подсознательно уже всё знал. Достав из своего левого надгрудного кармашка маленькую коробочку, он открыл её и увидел своё отражение. Нет, он не хотел посмотреть на себя, ведь в этой коробочке так же лежала фотография его семьи… И пусть во всём этом нет ничего особого, но Юрий ужаснулся, увидя в отражении своё лицо. И ещё сильнее он ужаснулся, когда услышал, как к пилоту обратился компьютер…


Всё это время Юрий предполагал, что он и есть тот пилот, особенно когда увидел лицо в отражении, но после имени… Его обуяли сомнения! Неужели всё то, что говорил он же в записи — правда?


Образы закончились на том, как этот космический корабль падал на планету, как пилот в ужасе вопил во всё горло и умолял кого-то его спасти. Затем наступила полная тьма… Юрий, открыв глаза, почувствовал, как в его голову словно вонзают нож, тормоша там не переставая.


— Нет! Этого не может быть! — завопили вновь голоса, не желая заткнуться.


— Значит, всё это правда?! Почему?!


— За что нам всё это?! Я не хочу! Не хочу!


— Как больно! Как же больно!


Юрий пал на землю и схватился за голову. Боль казалась столь сильной и глубокой, что, не сдержав её, он стал со всей силы колотить себя по голове. Сжав кулак правой руки, Юрий ударил себя в висок порядка двадцати раз, но это так и не помогло. Приложившись головой об землю, и так несколько раз, он в один момент почувствовал в кармане что-то колющее. Это оказалась таблетница! «Спасение» — подумал он и сходу проглотил лежавшую там таблетку. Это мало чем помогло, но позволило хотя бы двигаться и ходить…


Вернувшись в комплекс, Юрий спокойно прошёл мимо чёрных, совсем не обращая на них внимания. Хотя в эти мгновения он вообще находился в прострации, не понимая, куда идёт и зачем. Ноги просто куда-то вели его, пока не привели к Юпитеру…


***

—…Юпитер… Нам жаль его. Очень… Мы вернули его к жизни и посадили в эту железную клетку, совсем не зная о хрупкости человеческого разума. Теперь мы понимает, что на самом деле он надеялся увидеть за дверьми своих родных, что он… живой…

***


…всё так же лежавшему с торчащим человеческим мозгом. Действие таблетки почти сошло на нет к этому моменту, и боль вперемешку с голосами тянули Юрия вниз. Заметив дробовик, Юрий схватил его и, проверив боезапас, умчался вглубь тьмы.


Зайдя в одну из комнат, он сразу же пошёл в ванную, где, смотря в зеркало, приставил дуло к своему лбу…


Выстрел!


***

—…мы не такие, как они… По крайней мере изначально мы были совсем другими. Мы… ты не человек! Все мы! И никогда не были… Кто мы, точнее, кем мы были? Мы были энергетической формой жизни, бороздившей вселенную чуть ли не с момента её образования. Пробираясь сквозь холодный пустой космос, мы просто летели вперёд. У нас не было ни сознания, ни желаний с эмоциями, ни даже самосознания. Мы просто были… Так продолжалось до тех пор, пока мы не встретились с тем, с чем никогда прежде не встречались — с человеком! Точнее с тем, что от него осталось. Это древняя раса, давно ушедшая в закат. Возможно, мы своего рода заинтересовались в них и создали всё это… Та часть из нас, кто был слабее всего — окружение: все эти столы, стулья, мусор и даже само здание. Кто получше — более сложные механизмы, как те же лампочки. Затем остались лучшие, но даже среди этих лучших лишь единицам удалось воссоздать образ человека, его разум, мозг, самопознание и сознание вместе с самым удивительным — эмоциями. Другие же стали воплощениями нашего прототипа, его последними эмоциями. Всё, что есть, всё, что мы воссоздали — знания того погибшего пилота. И теперь мы заперты…

***


Юрий смотрел в своё отражение и видел нечто, что ещё больше рушило его, принося всё новые страдания, заставляя сильнее истерить голоса. Выстрел снёс половину лица, но вместо внутренностей и крови он видел множество соединённых друг с другом сине-зелёных нитей внутри себя… Постепенно эти нити воссоздавали только что потерянную часть лица.


Из единственного глаза Юрия потекла слеза…


***

—…ведь мы бессмертны. Мы не можем умереть, не можем перестать жить. Мы даже не стареем! Поверь мне, в отличии их прошлых попыток — я это узнал… Если решишься проверить это, то… Мне жаль, ведь ты увидишь… Сам поймёшь… И мы не можем вновь вернуться к своему первозданному виду! Внутри меня и тебя множество таких же, как и мы. Это похоже на раздвоение личности, но не совсем. Ты наверняка скоро их услышишь, как и я до тебя. Надеюсь, мне удалось убедить тебя вернуться в кресло, ибо это единственный способ убежать от этой боли…

***


Видимо, избежать всего этого ада можно только одним способом – реабилитационный кабинет. Бросив ружьё, Юрий, пошатываясь и держась за стены, побрёл в его сторону. Ввалившись в кабинет, он собрался было сразу сесть на стул, но вместо этого подошёл к столу и включил камеру:


— Успокойся, сядь и слушай меня!... — он записал новое сообщение, то ли самому себе, то ли той личности, что будет следующей.


***

—…к сожалению, мы не можем постоянно находиться в иллюзии, ибо всё зависимо от нас. Пребывая слишком долго в реабилитационном кресле, связи постепенно разрушаются, и те наши собратья, что отвечают за генераторы, начинают терять свою форму. Это вызывает потерю энергии и вследствие этого отключение кресла… Именно поэтому ты и пробудился. Теперь ты должен уснуть, иначе страдания лишь продолжат усиливаться. Это наша участь…

***


Сев в кресло, Юрий правой рукой стал привязывать остальные свои конечности к креслу максимально туго. Надев шлем, он запустил реабилитацию…


Белый свет ослепил его…

Страница книги Храм небытия в интернете