# Поставить себе диагноз

Светлана Гард

последняя запись стёрта с лестницы...

последняя запись стёрта с лестницы,

её не прочёл никто.

в понедельник она повесится,

обеспечив себе УДО.

лай дворовых собак посреди ночи

останется без ответа.

разорваны все мечты в клочья

в лучах фонарного света.

пейзажи города сонного украшают

твой вид болезненный,

каждую ночь бесцельно по улицам,

и днём ничего полезного.

жизнь к чертям уже давно катится,

и ничего личного -

застрели трёх первых прохожих

и съешь пирога клубничного.

там когда-то тоже стоял стол...

там когда-то тоже стоял стол,

на столе по центру цветы.

каждый день был вкусный обед,

за столом сидели они.

тени звали тебя наружу,

прочь из тёплой уютной комнаты.

говорили, что ты им нужен,

а ты думал, что просто чокнутый.

в этом доме крутые лестницы,

каждый день стоит запах осени.

надо было давно повеситься,

пока в камеру пыток не бросили.

в твоих венах следы от капельниц,

на столе стоит чай нетронутый,

бесконечность немых бессонниц -

снова веки целуют вороны.

а днём на балкон и опять в комнату,

комната - балкон, балкон - комната.

высокий этаж, пространство замкнуто -

разорви, сделай шаг, пока главная роль не занята.

потеряться в чужих подъездах...

потеряться в чужих подъездах,

у незнакомых читать мысли,

чтобы себя забыть ненадолго,

чтобы не слышать свои сны.

чтобы не видеть больные картинки,

по ночам слышать только море,

забить на излишнюю слабость,

оставить подруг в покое.

положить всех кукол под поезд,

излечив грустных глаз тревогу,

и убить, наконец, в себе жалость

к тем, кто чувствует тоже такое.

эти долгие - долгие одинокие дни...

эти долгие - долгие одинокие дни

в этой холодной квартире на пятом этаже,

куда никогда не проходят звонки,

где никто никому не нужен уже.


где всегда настежь распахнут балкон,

ветер разбавляет густой сигаретный дым.

и как прекратить думать о том,

чтобы выйти в окно вместе с ним.


в центре просторной комнаты табурет -

на случай неожиданно пришедшей грусти.

но как бы ты не был одет,

тебя сюда всё равно не пустят.


всё, что когда-то было так важно,

отправлено вместе со всем мусором на свалку.

исчезает прожитый день каждый,

и даже себя нисколько не жалко.

она хотела изменить жизнь...

она хотела изменить жизнь,

а научилась монтировать сны.

во всём, что её окружало,

ненавидела запах весны.

ненавидела звуки лета

и всегда, закрывая глаза,

представляла осенний день

и город  в объятьях дождя,

серое небо без облаков,

и по кругу стаи ворон,

едкий дым заводских труб -

раствориться хотелось в нём.

представляла себя на мосту,

ветер трогает грязные волосы,

и хотелось сильней закричать

остатками хриплого голоса.

хотелось оказаться в реке,

убивая тревогу под кожей,

и надеяться всё сильней,

что когда-нибудь всё-таки сможет.

у ветвей отнимать паутину...

у ветвей отнимать паутину,

вышивая из неё сны,

иглою пронзая вены,

ненавидеть запах весны.

чтобы не видеть солнце,

по утрам выпивать дождь.

сохранив в своём сердце осень,

вырывать из себя ложь.

отражаться бы только в лужах,

и разбить все зеркала,

вырезать на запястьях окна,

чтобы уйти навсегда.

поставить себе диагноз...

поставить себе диагноз,

чтобы теперь не беспокоиться,

что жизнь кончается не завтра,

и ничего уже не образуется.


утром инъекция настроения,

чтобы не скатиться в депрессию

и не дойти до самоуничтожения

в желании на люстре повеситься.


и, вроде, не всё так плохо,

как рисует твоё подсознание.

но тоска посещает надолго,

ей с тобой, видно, очень нравится.


но, чтобы душа кричала

голосами тысячи мёртвых птиц,

надо начать сначала

и больше не падать вниз.

в моей голове поселились два солнца...

в моей голове поселились два солнца

и два чёрных перевёрнутых месяца.

они выглядят очень страшными

и каждый день призывают повеситься.


голоса их едва различимые,

они приходят как осознание.

я не могу с этим справиться

и снова жду наказания.


жизнь - тонкая нить, на которой узлами

завязаны все мои проблемы

и нерешённые ситуации,

отклонения от заданной схемы.


каждый день я боюсь львов,

живущих во мне, и тех,

кто ещё не совсем готов

и никогда не приходил.


жизнь устроена по-идиотски.

здесь слишком много витрин,

для тех, кто уже готов

продавать себя в магазин.


в моей голове играет музыка

на пианино и очень грустная…

никто никому не нужен

утро. автобус. твоя остановка -

хочется просто спокойно добраться.

лето, зима. летит или пробка-

люди всегда будут толкаться.


за место глухая идёт борьба,

презрительный взгляд неизменно-

каждый считает почему-то себя

королём здесь и королевой.


мальчик смотрит опять серьёзно,

не зная, что детство прекрасно.

качели, сугробы, горка

стоят во дворах напрасно.


друзья, свежий воздух, игры,

котёнок, собака, кузнечик,

воображаемые тигры-

мир виртуальный заменит.


никому почти нельзя верить,

законы теперь здесь другие-

деньгами людей мерить,

ненавидеть, когда не такие.


айфоны, карьера, деньги-

совесть готовы продать за это,

машина, семья, ипотеки -

дни опять пролетают где-то.


ни секунды без интернета,

в маршрутке теперь листают

новостей бесконечную ленту,

ничего не замечают.


дом-работа, работа-дом,

дети, муж, уроки, ужин.

и ничего страшного в том,

что никто никому не нужен.

назначить всю жизнь бессмысленной

десять кругов по району до дыр

совсем почти без дыхания.

тошнотворные вечера соседских квартир,

не стоит ждать понимания.


тысячи окон, мне найти бы своё -

балконы пестрят безразличием.

я готова была отдать сейчас всё,

чтобы плевать на приличия.


электрическим светом мигает страх,

он в обшарпанных стенах сидит

в уставших бетонных плитах.

и со мной больше не говорит.


бесцельно до нОчи поездки в метро,

среди опоздавших в молодость

мне не оказаться – уже хорошо,

но всё равно нету голоса.


бессонные ночи на крышах города -

здесь можно быть ближе к истине,

не нарушая своё одиночество,

назначить всю жизнь бессмысленной.

Страница книги Поставить себе диагноз в интернете