Джек Уолкер

День, когда мы с тобой впервые встретились, ничем не отличался от других дождливых сентябрьских дней.

Жёлтые опавшие листья подобно ковру устилали тротуары и омерзительно прилипали к подошвам ботинок.

Едва закончившийся дождь оставил после себя лужи и промозглую сырость.

Каждый из тех, кому по какой-либо причине пришлось выйти на улицу, стремился поскорее вернуться в свой  тёплый уютный дом, но только не ты.

Улыбаясь, ты неторопливо бродил по парку, словно на дворе жаркое лето, а не сырая осень с её, казалось, непрекращающимися дождями.

Отчего это произвело на меня такое сильное впечатление, не смог бы объяснить даже я сам, но, в любом случае, спустя пять минут мы уже болтали, как старые друзья.

Лёгкий характер и остроумие — первое я про себя отметил, а где-то на краю сознания мелькнула и исчезла мысль о том, что было бы неплохо встретиться ещё раз. Так и произошло.

Казалось, наши встречи никогда не прекратятся, как и осень, любовью к которой ты меня практически заразил. Но на свете нет вечных вещей, и не успел я опомниться, как наступил март. Пожалуй, та виноватая улыбка, с которой ты сказал мне, что вместе с родителями переезжаешь в другой город, навсегда врезалась мне в память.

Если честно, тогда мне захотелось закатить истерику, но я взял себя в руки и даже искренне произнёс, что телефонные звонки и переписку никто не отменял, так что ничего страшного.

Расставание прошло на удивление спокойно, а уже через пару месяцев моя жизнь вернулась в привычное русло, словно тебя в ней никогда не было. Сейчас начало сентября, и я всё также ненавижу осень. А в глубине души надеюсь, что ты вернёшься и снова заставишь меня её полюбить.

Эмоции

(гнев)

Хлопнув дверью, я стал нервно мерить шагами свою комнату. Злость на Джека и на самого себя сжигала изнутри. Хорошо, что хоть при встрече смог сдержаться и не наделал глупостей. Какого чёрта я такой эгоист?! Вместо того, чтобы поддержать друга, истерю, как девчонка. Можно подумать, мы с Джеком больше никогда не увидимся.

(печаль)

С отъезда Джека прошла неделя, а по ощущениям было похоже, что мимо меня пронеслись несколько лет. Появилась странная апатия, иногда сменяющаяся беспричинной раздражённостью. Избавиться от этого состояния не помогали даже прогулки по любимым местам. После них, наоборот, становилось только хуже. Может, это было как-то связано с тем, что большинство мест были показаны мне Джеком, или найдены вместе с ним. Чёрт, а ведь прошло всего лишь семь дней.

(страх)

Спустя полтора месяца мне стало страшно. Страх граничил с ужасом, и порой доходило до панических атак. Поэтому теперь я постоянно пью седативные. Нет, по какой-то причине я всегда подозревал, что наша с Джеком встреча, как и любая другая, рано или поздно закончится расставанием, но не думал, что так скоро. Если первое время мы очень часто общались в социальной сети или по телефону, то сейчас — раз в три дня, в лучшем случае. Наверно, Джек счастлив в новом городе.

(счастье)

Прошло девять месяцев, и мне всё равно. Я, наконец, научился ценить собственную жизнь и не собираюсь её тратить на то, чтобы переживать о друге, который, скорее всего, обо мне уже давно забыл.

Сегодняшний день выдался невероятно холодным даже для ноября, и выпал первый снег. Не знаю зачем, но вместо того, чтобы сразу пойти домой и согреться, я решил зайти в парк, в котором впервые встретил Джека. Как ни странно, я ничего не почувствовал во время прогулки по парку. Кроме того, что ещё сильнее замёрз, естественно. Я уже собирался идти к выходу, когда почти физически ощутил на себе чей-то взгляд. Обернувшись, я увидел того, кого точно не должно было быть здесь. Прямо в метре от меня стоял чёртов Джек Уолкер.

— Привет.

Карен

Карен пятнадцать, и больше всего на свете она хочет, чтобы Тодд, наконец, заметил её. Поэтому у неё часто, даже слишком часто, появляются лишние билеты в кино.

(“Не хочешь сходить со мной на “Ключ от всех дверей”?” — не важно, что Карен невероятная трусиха и не переносит вида крови, а также куда больше ждёт премьеру фильма “Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф”.)

Классическую музыку сменяют “Black Sabbath”, “Motörhead”, “Metallica” и “AC/DC”, а на книжных полках рядом с “Фаустом”, “ Гордостью и предубеждением”, “Джен Эйр” и “Властелином колец” появляются “Сердце ада”, все шесть томов “ Книг крови”, “Каньон холодного сердца”.

Карен двадцать, и больше всего на свете она хочет забыть последние четыре года своей жизни. Пожалуй, даже сама Карен не смогла бы сказать, когда, казалось бы, воплотившаяся мечта превратилась в кошмар. Кажется, совсем недавно она, сгорая со стыда, рассказала родителям о том, что ждёт ребёнка от Тодда, а потом были поспешная свадьба и наполненные счастьем полтора года.

До тех пор пока у Тодда не начался сильный кашель, и его дядя-врач не решил выписать в качестве лекарства какой-то кодеиносодержащий препарат. Как-то незаметно Тодд стал злоупотреблять лекарством и в конце концов перешёл на чистый кодеин.

Карен двадцать три, и больше всего на свете она хочет рассмеяться. Осуществить это ей не позволяют лишь отголоски былой любви и социальные нормы. Всё-таки никто не поймёт, если вдова начнёт смеяться на похоронах мужа. Впрочем, куда больше общественного мнения Карен волнует её семилетний сын, испуганно прижимающийся к ней. И Карен очень хочется верить, что теперь у них начнётся новая счастливая жизнь.

Страница книги Обрывки мыслей в интернете

Table of Contents

Джек Уолкер

Эмоции

Карен

О книге