# Игра в детектив

Малина

Том 1. Дело о пропавшем медальоне

Дело о пропавшем медальоне. Завязка.

Не хотите ли сыграть в детектив?

Почувствовать себя Шерлоком Холмсом?

Попробовать разобраться в сплетении фактов, выяснить, что же произошло на самом деле, и найти преступника?


У нас есть одно преступление и несколько детективов. Каждый имеет свою версию, и все они верные. А может быть, вы предложите новую?

Попробуйте.

Итак...


ДЕЛО О ПРОПАВШЕМ МЕДАЛЬОНЕ.


В старинном французском замке, стоящем на берегу Луары, кипят совсем нешуточные страсти. Украден фамильный золотой медальон, с инкрустацией из бриллиантов, полученный из рук монаршей особы за одно секретное дело предками графа и простоявший на каминной полке в главном зале без малого 300 лет.

Инспектор, явившись в поместье и опросив всех, живущих там, выяснил следующее:


1. Граф в шоке.

2. Графиня тоже в шоке и беременна (предположительно от графа).

3. Служанка тоже беременна (от неизвестного лица).

4. Садовник уже две недели не подстригал траву (сведения получены от дворецкого).

5. Дворецкий по вечерам в одиночестве глушит виски (сведения получены от садовника).

6. Старая матушка графа никогда не закрывает форточку в комнате (ей душно).

7. В замке живет привидение, и вот как раз давеча опять сильно шаркало ногами на первом этаже и разбило китайскую вазу (сведения получены от кухарки).

8. Кухарка - шикарная женщина (сведения получены от кучера).

9. Кучер с дворецким куда-то ездили вчера на хозяйских лошадях и вернулись мрачные и без денег (сведения получены от садовника).

10. У садовника здоровенный фингал в поллица и разбита губа (сведения получены визуально).

11. Вчера в 11 вечера граф велел срочно постирать свои белые перчатки (сведения получены от прачки, которая их так и не постирала).

12. Прачка - бестолочь (сведения получены от экономки).

13. Ночью кто-то вытоптал и выломал клумбу с розами под окном графини (сведения получены от садовника).

14. Экономка содержит двух племянниц в престижном пансионе для девочек (сведения получены от графа).

15. Сегодня на завтрак была только яичница и круассаны (сведения получены от кухарки, которая проспала).

16. У графа на щеке две царапины.


Вопрос: кто украл медальон?


Наша задача, господа - восстановить произошедшее в замке этой ночью. Принимаются любые версии. Время не ждёт, вперед, на поиски преступника!

Версия первая, пикантно-юмористическая

Автор: *Хилер*


Две недели назад.

Дворецкий пристально наблюдал за мужчиной в открытую форточку из комнаты старой матушки  Его Сиятельства.

По шикарно лохматому газону прогуливалсясадовник.

- Газон, ты меня трогаешь? Нет. И я тебя трогать не буду...Ты мне еще пригодишься! -  он загадочно улыбнулся.


Нынешнее утро."Чирик-чирик", - щебетали веселые птички в парке возле замка стиля а-ля франсе, когда раздался вопиющий вопль, от которого заныли зубы и поднялись дыбом волосы на голове всего населения округи.


Инспектор, пивший в этот час прекраснейший кофе "Жардин", поперхнулся и обрызгал всю скатерть.

- Мой бог, что это?  - Сориентировавшись, он бросился со всех ног в замок.

Весь замок состоял из одного сплошного шока и стоял на ушах. "Пропал медальон", - все наперебой сообщили представителю закона.

Незамедлительно инспектор, пока не остыли горячие следы преступления, начал допрос. Под подозрением были все!

И вот, что выяснилось:

В 11 часов вечера Граф спустился в прачечную, отдать свои белые перчатки в стирку.  И узрел он там прачку, с весьма

соблазнительными формами, но бестолковую от природы. Взяв на заметку сей немалозначительный

факт, сгорая от неутолимого желания, он перешел в наступление, но прачка, нет чтобы воспользоваться случаем, отвергла притязания графа. Поняв, что ничего не добьется от бестолочи, Его сиятельство, возбужденный  все еще неутоленной страстью, поднялся к графине.

В сумеречном сиянии открытого окна, он обнаружил ее в объятиях мужчины.

- Я беременна, - произнесла она сквозь рыдания.

- ЧТО??? - закричал Граф,  - Кто посмел?

Ослепленный яростью, он ударил своего "напарника по брачному ложу" прямиком в челюсть. Тот, недолго думая, выскочил в раскрытое окно, и, помяв клумбу и сломав розы своим славабогуспасенным телом, вскоре исчез с поля

зрения.  Однако, побег  не помешал ему заметить  хозяйских

лошадей, на которых восседали кучер и дворецкий.  Эти двое откуда-то по-тихому возвращались.

Дворецкий, спрыгнув с лошади, незамедлительно отправился в свою комнату заливать джемиссоном  свою неудачу в казино. А наш кучер, славный малый, знающий толк в женщинах, на цыпочках покрался к шикарнейшей женщине - кухарке.

Сея представительница слабого пола, ожидаючи свого прынца, слышала какое-то шарканье, а затем грохот разбившегося сосуда мадеинхиновского производства."Привидение" - подумала она, но испужаться не успела, так как мгновение спустя оказалась в объятиях властелина


коняшек. Таким образом, кучер наш  убил двух зайцев - и покушал, и потушил свой неугосимый факел. Кухарочка, славно потрудившаяся на тушении пожара,

сладко уснула и благополучно проспала время завтрака.

Тем временем наш Граф, бросившись в погоню, с разбегу зацепился за ковер, и  неожиданно мягко уткнулся носом во что-то невероятно мягкое и теплое.  Обладательницей этого великолепия оказалась служаночка, состоящая на службе всего мужского населения аляфрансеского обиталища, которая, вследствие рьяного служения, обзавелась

хорошеньким пузиком, в котором, ожидая родов,  мирно сопело дитя от неизвестного производителя. "Пардон-с, мадам-с" - произнес Граф и хотел продолжить свой бег, но был остановлен дамой внушительной внешности.


- Извольте, Ваше Сиятельство, уделить мне пару секунд вашего драгоценного времени, - тихо прошипела она. Граф,

словно кролик перед удавом, застыл под гипнотическим  взглядом экономки.

- Сиротки наши кушать хотят, да денег на булки-пряники не хватает, не соизволит ли Граф выложить нехилую суммочку на содержаньице изголодавшихся сироток?

- Чегось-чегось?? - встав в позу шаолинского оленя, взревел   вельможа. Экономка, ловко выкинув вперед руку,

острыми коготками нарисовала дорожки на сиятельных щечках.

- Рога не потеряйте, мусье!

Ежику понятно, сдался наш граф под столь веским аргументом, оплатил нехилую суммочку.


И лишь маленькой старушке, матушке нашего сиятельного Графа, было скучно и грустно в этом огромном замке. Из

открытой форточки, словно из радио, доносились разные звуки, но они ей надоели хуже горькой редьки. Тихо спустившись в гостиную, подошла она  к камину. Словно звезды мерцали бриллианты, которыми был украшен медальон.

Старушка медленно и нежно взяла его на руки. Открыла драгоценную крышечку и...

...Услышав шум бегущих  ног, аки птица взлетела она в свою комнату,сунула драгоценную реликвию под матрас, и, обернувшись к двери, "поцеловала" столбик  балдахина. И случилась с ней амнезия , растуды ее туды.

Вот и рассвет, граф с графиней, три раза помирившись, спустились к завтраку. Граф сразу заметил, что на камине что-то не так...

- КККККТОООО?!! -  этот вопль навеки запомнят во всей

округе...

Версия вторая, железобетонно-логическая

Автор: Smailyk


Некоторые размышления на тему.


1. Граф узнал/догадался, что графиня ему изменяет и решил подглядеть за ней в окно ночью/вечером:

а) он это сделал до 11 вечера. Пока ждал вытоптал клумбу и узнал, что графиня с дворецким "играет в го", и в ярости поломал кусты, запачкал перчатки и приказал срочно постирать. Отсюда царапины.

В целом граф мог все это сделать до 11 вечера. Садовник, заканчивая свою работу в саду, видел, что все хорошо (кроме нестриженного двухнедельного газона), а утром увидел: под окном вытоптана клумба;

б) граф мог сделать это после 11 вечера. Тогда не понятно, зачем он полез в кусты без перчаток?

2. Дворецкий после "игры в го" с графиней всегда спускает пар в одиночестве с бокалом виски.

3. Кучер и дворецкий не могли украсть медальон. Не знаю, какой вор в здравом уме на виду у хозяев возьмет их лошадей и куда-то поедет по личным делам? Ну если это, конечно, не бестолочь прачка. В любом случае, если они уехали продавать медальон, то вернулись бы с деньгами и счастливыми.

4. После этого кучер пошел "играть в го" с шикарной кухархой, отчего она устала и проспала.

5. Садовник знает гораздо больше остальных. И вообще это загадочная личность. На его счет у меня два мнения:

а) он молод и ходит "играть в го" к служанке;

б) он стар и ходит к матери графа.

Все же я больше склоняюсь к тому, что садовник стар. Возвращаясь от матери графа, садовник в темноте столкнулся с китайской вазой. Отсюда фингал на поллица и разбита губа. К тому же в пожилом возрасте люди уже не так хорошо видят в темноте. Шаркающая походка может говорить также о садовнике в том плане, что они носят резиновые сапоги и с возрастом у большинства стариков становится шаркающая походка. А если учесть, что он всю жизнь занимается тяжелым физическим трудом, то это вполне вероятно. Я также склоняюсь к тому, что садовник стар, потому что он знает больше всех. У молодых нет времени следить за всеми и подмечать мелкие детали. А кухарка ведь не выглянула в коридор, когда слышала шаги привидения. Сто пудово она тряслась от страха в обьятьях кучера или одна под одеялом.

6. Экономка хорошо устроилась под крылом графа, раз он знает о ней такие вещи личного характера. К тому же, она ни о ком ничего не знает. Ее мнение о прачке говорит лишь о том, что прачка не нашла себе никакого покровителя.

7. Старая мать графа. Не думаю, что она, с метеоризмом (раз у нее постояно открыто окно), станет обворовывать сама себя или своего сына, который ее кормит и содержит.

8. Остается служанка. На мой взгляд, она единственная, кто мог украсть медальон. Про нее ничего не известно, кроме ее беременности. Алиби у нее нет. Каких-либо свидетельских показаний о ней тоже нет. Ей же надо на что-то растить ребенка, вот и украла медальон.

Собственно, все.

Версия третья, житейско-ироническая

Автор: samdi92


По стараюсь воспроизвести состояние всех действующих лиц:

1) Граф в шоке. Мало того, что Служанка от него беременна, так еще и медальон украли.

2) Графиня еще в большем шоке, мало того, что не знает, то кого беременна, так еще и муж поймал любовника и отметелил прям на ее любимой клумбе.

3) Служанка молчит, ибо она не дура и, как и планировала, соблазнила Графа и теперь он будет содержать ее и их ребенка, или она дура, залетела случайно и боится, что правда о отцовстве раскроется и её вышвырнут из замка, если она сболтнет лишнего.

4) У Садовника все было хорошо. Две недели удавалось филонить от работы и спать с Графиней.

5) У Дворецкого все плохо: мало того, что разбил вазу, когда пробирался в спальню единственной особи женского пола, что уделяет ему внимание, так еще и деньги, заработанные непосильным трудом, потерял. Единственная отдушина у бедолаги - вискарик.

6) Матушке графа беспокойно: её милый Дворецкий чем-то расстроен, так еще и в доме завелся вор.

7) Привидению весело, ибо такой Санта-Барбары у него и при жизни не было.

8) Кухарка удовлетворена или не удовлетворена, все зависит от Кучера.

9) Кучер в приподнятом настроении: фиг с ним, что вместе с дворецким проиграли все деньги, но зато этой сволочи садовнику кто-то морду набил , и его ухаживания за Кухаркой дали плоды вчера вечером.

10) Прачка в предвкушении наживы. Вчера вечером удалось украсть медальон, хорошо, что все были заняты. Теперь думает, куда потратит деньги.

11) Экономке плевать на всех. Она думает, как будет оплачивать счета за пансион. Вот бы у нее был тот медальон.

Версия четвёртая, психолого-драматическая

Автор: DeviAntoS


Дело о пропавшем медальоне.

Повесть в двух актах.

Действующие лица:

- Миль сир де Рузанж – граф поместья де Рузанж, в котором произошла кража. Шокирован произошедшим событием.

- Беатрикс мадам де Рузанж – жена графа, графиня поместья де Рузанж. Также шокирована известием. Беременна.

- Изабелла де Нойер - старая графиня, мать графа.

- Пернелла – служанка в доме графа. Беременна.

- Симон – садовник в поместье графа.

- Рено – дворецкий семьи графа.

- Ги де Тур –кучер графской семьи.

- Аймери –кухарка, кормящая весь замок.

- Луиза – экономка в доме графа. Имеет двух племянниц (Жанну и Элеонору), находящихся в пансионе.

- Хильдегарда – прачка в замке.

- Луи - привидение, якобы обитающее в поместье графа.

- Нежэ Кодив - инспектор, приехавший разобраться в происходящем и найти утерянную вещь.

- ??? – загадочный участник событий. Имя неизвестно. Отношения с семьей графа неизвестно. Причина нахождения в поместье неизвестна. Является собеседником (допрашиваемым) Нежэ Кодив.


Акт I

Собеседник небрежно сел, показывая всем своим видом, что готов к сотрудничеству. Он не понравился инспектору Нежэ сразу. Эта поза, легкая улыбка и полный пофигизм - таким был человек, сидящий напротив Кодив.

«Эээх, как же он похож на Раста Коула» - с неудовлетворением подумал сотрудник правопорядка.

П.а. Растин «Раст» Коул- персонаж американского сериала True Detective (р. Настоящий детектив), сыгранный актером Мэттью Мэкконехи. Обладает необычным взглядом на мир и вещи, окружающие его. Манера общения с представителями власти (с 1 серии 1 сезона) довольно отталкивающая.

- Итак, мистер… э-э.. Простите, а как к вам обращаться?

- Разве это важно, Нежэ? Ведь ты здесь для того,чтобы выяснить причину пропажи медальона, не так ли? Тогда к чему вся эта бравада, давай я просто начну.

- Попрошу не обращаться ко мне по имени, мы не близкие друзья. И ладно, расскажите что произошло в поместье. А вашу личность мы так и так выясним.

- Так бы сразу. С чего бы начать… Ах да, начать хотелось бы с глинтвейна. Не могли бы вы мне его принести?

- С какой стати? Я могу вас просто забрать в участок и допрашивать в качестве подозреваемого и…

- Или мне просто дадут глинтвейн, и я расскажу, как обстоят дела. А свои пугалки участком можешь оставить для детей и слабовольных. Никому из нас не хочется тратить время или ресурсы на это.

*Спустя пять минут ожидания подогревания и подачи глинтвейна*

- Ммм, недурно. Ну что ж приступим к истории?

«Если ты мне начнешь лапшу на уши вешать, я не пожалею времени, и упрячу за решетку»,- пообещал себе Кодив.

- Начнем, пожалуй, с самых противоборствующих людей. Так может показаться на первый взгляд. Симон и Рено. Садовник, вечно очерняющий дворецкого, утверждающий, что тот пьяница, и вообще подозрительно себя вел в день пропажи. Дворецкий же, который выражает открытую неприязнь к садовнику, недовольный его работой, и вообще, сующего свой нос всюду, куда не просят. Что ты думаешь о них? Ладно, не отвечай, мне наплевать, что ты думаешь. Однако подумай вот о чем! Действительно ли они так сильно друга недолюбливают, что вечно собачатся да сдают друг друга наперебой? Или же все это - лишь игра, и они не те, кем притворяются.

- Хотите сказать, что они и есть воры, объединившиеся для кражи? А все это - лишь прикрытие, чтобы их не заподозрили как обоих соучастников. А сами они сделают алиби друг другу, чтобы их не выследили и…

- Эээээээээээээээх, стоп. Хватит. Не думал я, что будет так трудно. Слушай сюда, инспектор, у них и правда есть смысл играть на публику, притворяясь ярыми врагами, вот только причина кроется совсем в другом. Давай же, думай. Что могут скрывать взрослые мужчины, притворяющиеся врагами. Ну?

- Вы же не говорите, что они… Ну… Встречаются?

- Встречаются, спят, любуются звездами вместе. Выражайся как хочешь, но вывод один: они любовники. Отсюда и их напущенная неприязнь друг к другу, и мелкие подлянки, дабы никто их не заподозрил. Правда, думаю, что это

не очень эффективно. Как минимум граф и еще пару человек должны быть в курсе их отношений, и того, чем они занимаются темными вечерами. Но они не причастны к исчезновению медальона.

- С чего вы можете быть таким уверенным? Даже  если то, что вы говорите - правда, то это не мешает им украсть драгоценность. К тому же вы видели, что с лицом садовника? Тут явно что-то произошло, и фамильная ценность имеет к этому прямое отношение. Что вы скажете насчет этого, а?

- То, что из нас двоих не я инспектор, и не мне раскрывать это дело. А что касается причастности этих двоих - когда все выяснишь, тогда и поймешь, что ошибся. Давай дальше. Луи и разбитая ваза. Как тебе уже должны были сказать, в этом доме существует свое привидение - Луи. Кто-то говорит, что это покойный муж старый графини, кто-то, что это просто заблудший призрак. Однако, надеюсь, ты не приверженец оккультных мыслей. И понимаешь, что призраков не существует. Что означает, что вазу разбил человек, что довольно очевидно. Кто? Нууу… Известно, что привидение издает тяжелые шаркающие шаги, идентифицирующие именно его. А кто у нас может шаркать? Здесь у нас всего два варианта: это человек, который в силу своих физических сил не может двигаться иначе, либо тот, кто не может ходить нормально именно в данный момент, в силу какого-либо

случая.  Я бы тебе советовал обратить внимание на старую графиню, живущую на втором этаже. Слышал, что у нее довольно большие проблемы с ногами. Возможно, тебе это поможет.

- Почему именно она, а не тот же садовник, к примеру? Вы его лицо видели? Он практически ничего не видит одним глазом, может у него и нога повреждена? Почему графиня?

- Полегче. Не стоит сыпать столько вопросов, когда тот, кто должен на них отвечать - это ты. Знаешь, старая графиня спит с открытой форточкой в комнате. Говорит, что ей душно, но это не важно. А важно то, что ее комната расположена над комнатой графа с графиней. А ты ведь догадываешься, как много там произошло в ту ночь, да? Хоть все и упорно молчат. Так что, поговоришь с матушкой графа - может, и выяснишь причину вытоптанной клумбы и крики, доносящие оттуда.

И еще, пару слов о графе. У тебя, должно быть, много скепсиса в отношении него. Но скажу, что думаю я - граф обычный мужчина, любящий свою семью, и с уважением относящийся к своим слугам. Вот так, ни больше, ни меньше. Это мое мнение, а вот верить ему - твое решение. Хехехе, забавно выглядит вся эта ситуация.

- Что вы имеете в виду? И вообще к чему вся эта таинственность и прочее. Я хочу чтобы вы…

- Да расслабься ты. Да, кстати, могу еще подсказать тебе кое-что. Касательно вечернего происшествия. Смотри, участников было много, тебе придется выследить всех, чтобы получить полную картину. И еще, не думай уж слишком много. В мире бывает не только важная информация, но также и куча ненужных сведений, засевших в твоей голове, и лишь путающих тебя. Не ошибись с выбором, и не начни выбрасывать крупицы золота, оставляя лишь камни (Не отбрасывай нужную информацию, посчитав ее лишней).

*Допивает глинтвейн и встает*

- Ах да, забыл сказать. Не забудь, что, как и везде по жизни, в нашем случае возможны несколько условий. Кража медальона, либо его потеря, произошла при обстоятельствах, не связанных с остальными событиями. А они, в свою очередь, лишь явились отличным поводом, чтобы сделать это. Либо это все - огромный план, продуманный и провернутый одним или несколькими людьми, совершенный с целью кражи безделушки. Тогда все события

взаимосвязаны и важны, и тебе нельзя упустить ни одно из них. Ладно, бывай, я пойду. Спасибо за напиток.

- Стойте! Я СКАЗАЛ, СТОЙ!!! Кто разрешал тебе уходить? И вообще, назови уже себя, и что ты делаешь в поместье? Ты о многом осведомлен, но чему я могу верить. И вообще, почему ты так ко мне обращаешься. Отвечай!

- Эх, хорошо, послушай. У тебя не возникает мыслей, что я персонаж как будто не из этой оперы? Что меня быть здесь не должно, да и, по правде и нет вовсе. Что делает меня не большим, чем твои мысли и размышления. А может, я и есть твои суждения? Кто знает. А теперь прости, мне пора.

*Загадочная личность ставит бокал на столик и идет к дверному проему*

- Да не тушуйся ты. Ты же отличный сыщик, и у тебя выйдет разгадать тайны этого поместья. Я в тебя верю, а значит, что и ты в себя веришь.

*Исчезает из поля зрения*

Конец I акта.

Акт II

Действующие лица: все те же, за исключением «???» и «Луи». Появляется репортер газеты.


- Уважаемый мистер Кодив, расскажите же, пожалуйста, как вы разрешили ситуацию в деле о пропавшем медальоне и нашли его? Почему сразу отмели стандартные мысли, и начали свою, никому непонятную

методику поиска и допроса людей, находящихся в помещении? Да, раскройте свой профессиональный секрет, пожалуйста!

- Знаете, у каждого есть свои приемы и методы ведения дела. Я не исключение. Если вам расскажу, то тогда вы отберете у меня работу, а я больше ничего не умею *смеется*. В том деле и правда было много странного, особенно его начало *надолго задумался*. Хорошо, давайте не отвлекаться. Послушайте же загадку пропавшего медальона в поместье графа де Рузанж.

После… хм… назовем это получением стартовой информации и толчка, я решил выяснить, правильно ли я сделал вывод о некоторых персонажах дома, и направился к садовнику. Также я позвал уважаемого дворецкого, чтобы совершенно точно определить, являются ли они злейшими врагами, либо просто скрывались за масками таковых, и между ними другие отноше…

- То есть, вы хотите сказать, что сразу же заподозрили этих двоих в краже медальона с целью сбыта? Я тоже об этом подумал, но вы действовали довольно напористо и…

- Молодой человек, попрошу вас не перебивать меня. Как только я закончу рассказ, можете задать вопросы, но не до этого. Вы не только меня сбиваете, но также создаете ложные линии повествования. Воздержитесь от комментариев.

Так на чем я остановился? Да, я собрал их обоих, и спросил напрямик: «Действительно ли вы лишь играете на публику, а на самом деле вас связывают любовные и романтические отношения?». Они не стали отпираться, и согласились с моим утверждением, изрядно удивившись. Также я поинтересовался, знает ли кто-либо еще об их связи, а также кто избил садовника? По их словам, о них точно знал граф. Что касается остальных, то они не уверены. На вопрос о разбитом лице, садовник ответил так: «Спросите моего господина, если он пожелает говорить, то вы узнаете».  На этом, немного прояснив картину, и утвердившись кое в чем, я последовал к следующему участнику - старой графине Изабелле де Нойер.  Расспрашивая о ее здоровье, я удостоверился в том, что у нее проблемы с ногами, что вызывает у нее определенной дискомфорт. В процессе беседы я поинтересовался, не она ли тот самый призрак Луи, и не она ли разбила вазу. Старая миледи, хихикая, сказала, что это и правда была она. Особенно ее забавил факт того, что ее приняли за призрака поместья. Что касается вазы, то здесь все просто - она не заметила в темноте столешницу со стоящей на ней вазой и случайно задела ее. Довольно прозаично.

«Но зачем вы спустились, и что делали?», - мой вопрос был вполне закономерен. Ответ ее, однако, немного удивил и ошарашил.

«Видите ли, господин инспектор, я всегда сплю с открытой форточкой, ибо мне неимоверно душно. И в тот вечер я услышала ссору и ругань на первом этаже. Вряд ли я могла заснуть под такие аккомпанементы, поэтому, спустя какое-то время, я спустилась, дабы понять, что там происходит. Однако, когда я спустилась, уже было тихо. Поэтому я лишь разбила вазу, попила воды, посмотрела на украшение и отправилась отдыхать».

- А это украшение, это случаем не… то самый медальон?

- Да, я тоже удивился, когда спросил у нее про него. Но это и правда оказался он. Так что, вполне возможно, что старая графиня - последняя, кто видела медальон тем вечером. Так я посчитал.

Так как я узнал у нее все что хотел, то перешел к следующему вопросу: что же произошло в поместье чем вечером? Кто ссорился и ругался, почему дворецкий и садовник чувствуют себя виноватыми перед графом, и,

в конце концов, где медальон?

Не медля ни минуты, я направился прямиком к опочивальне графа и графини, и где, если честно, совсем не ожидал услышать историю, которую они мне расскажут, и которая произошла на самом деле. И она расставила практически все на свои места и помогла найти медальон.

- И? Что же вы услышали? Не томите же!

- Ну, как бы сказать, это немного смущает - рассказывать чужие происшествия, но тот вечер был верхом абсурда, который я когда-либо встречал в своей карьере. Ситуация была такова: у графа и его жены была экономка, у которой есть две племянницы, проживающие в пансионе для «не бедных детей». И кто-то за пределами поместья пустил слух, что племянницы - вовсе не племянницы, а самые настоящие дети экономки, и что их отец – не кто иной, как граф Миль. Ведь как обычная экономка могла послать детей в такой престижный пансион. Слухи, глупые и беспочвенные, они, однако, существовали. И в тот вечер кучер случайно рассказал об этих слухах кухарке дома. Она хоть и была женщиной доброй, но немного глуповатой и простой, и, приняв его рассказ за чистую монету, помчалась тут же к графине Беатрикс, чтобы «открыть ей глаза». Кучер же, понимая всю серьезность своего поступка, не решил ничего лучше, как подглядеть за этим действом, встать около окна опочивальни графини, попутно вытоптав клумбу цветов.

Графиня - женщина умная, и к тому же ни разу не замечавшая за мужем подобного. Однако она находилась в состоянии беременности, и не могла рассмотреть сообщение от кухарки через призму объективности. Поэтому

она, ругаясь и крича, звала графа, который не заставил себя долго ждать. Он никак не ожидал, что его любимая, мать его будущего ребенка, будет орать на него, царапать ему лицо и всячески принижать его. Выяснив из криков, в чем его обвиняют, граф стал пунцовым, и буквально вылетел из комнаты супруги. Сама же графиня приказала привести экономку, с целью узнать все у ней самой. Разумеется, когда графиня чуть успокоилась, у нее возникли разумные вопросы по поводу действительности сказанного. Пришедшая Луиза рассказала, что граф как-то сказал, что ее племянницы уж очень похожи на него. Но они никак не могли быть его или ее дочерьми. Ведь сама Луиза не так давно стала работать в доме графа, да и у девочек были свои родители, которые бы с легкостью подтвердили, что это их дети. Тогда и кухарка поняла свою оплошность, постоянно извиняясь перед графиней. Да и самой Беатрикс было ужасно стыдно, не только перед мужем, но и перед Луизой и Аймери за плохие слова, сказанные в их адрес, и вообще свое поведение. И утомленные, но вполне счастливые женщины, радуясь хорошему разрешению конфликта, просидели в комнате графини еще долго: то плача, то смеясь и радуясь. Поэтому кухарка опоздала приготовить завтрак, и у графа оказались царапины.

Сам же граф, не разбирая дороги, направился искать садовника. Ведь по его мнению, именно он был виноват в том, что графиня накинулась на него. Следует сразу сказать, что граф с садовником были друзьями, а не просто графом и слугой, и поэтому нет ничего удивительного, что граф ему как-то обмолвился о схожести племянниц экономки и ним. Миль не разобрался еще в ситуации и жаждал расправы. И он ее получил. Найдя Симона, он довольно сильно избил его. Примчавшиеся Рено и Ги остановили графа. После этого кучер, упав на колени, объяснил графу, что это он во всем виноват, что он сказал слухи кухарке, и она уже доложила графине. Граф же, в свою очередь, поняв всю бестолковость своих поступков и горячесть, принялся извиняться перед садовником. Тот хоть и был избит, но все же, рад, что все разрешилось хорошо. Сам же граф, все еще чувствуя свою вину перед садовником и остальными, предложил ему и остальным посидеть в его кабинете и под глинтвейн поговорить на различные темы. Что они и сделали. Только ближе к одиннадцати часам граф отдал свои белые перчатки прачке, ведь они были окроплены кровью садовника. Прачка же была бестолочью и не стала их стирать их.

- Подождите, но что тогда получается? Произошел наиглупейший сюжет из возможных, в котором оказались замешаны почти все. Но что с медальоном-то? Кто его взял, или куда он делся?

- Я как раз вел к этому. Видите ли, он…

* Не забудь, Нежэ, для инспектора важно подмечать любую деталь, и, поэтому я не хочу, чтобы ты облажался, даже с самой мелочью.*

Угх… Почему именно сейчас?

- Извините, инспектор Кодив, все в порядке? Вы просто неожиданно замолчали?

- Да, все хорошо, просто вспомнил слова своего старого знакомого. Так вот, что касается медальона…

*Происходит смещение двух планов, и загадочный персонаж и инспектор говорят один и тот же текст, в то время как их изображения постоянно сменялись друг с другом*

«Для инспектора важно подмечать любую деталь,поэтому необходимо все иметь в виду. И одно из явных условий в деле о пропавшем медальоне так и не было рассмотрено. Ты (Вы) же понимаете, о чем я? Без чего невозможно выяснить, что случилось с медальоном среди всей этой суматохи? Правильно…»

- Правильно, Нежэ, это - время!- громко выдохнув, сказал инспектор.

- Извините, мистер Кодив?

- Я же говорю, что мы не можем как-нибудь логически прийти к решению о пропаже медальона, пока не сможем сказать, когда пропал медальон?

Из разговоров выяснилось, что последним его видела старая графиня, которая спустилась, чтобы узнать, что это был за ужасный шум. Однако тогда конфликт уже был разрешен. Графиня, кухарка и экономка сидели в комнате графини. Граф, вместе с кучером, садовником и дворецким сидели в кабинете, попивая спиртное. Тогда медальон еще был на месте. А все участники были вместе. Но все ли? Разве у нас не хватает кого-то, присутствующего в особняке, но до этого момента никак себя не показавшего?

С такими мыслями я постучал в дверь и зашел в комнату к госпоже Пернелле. Она, как оказалась, уже ждала меня.

«Мсье Кодив, верно? Долго же вы до меня добирались», - улыбнувшись, промолвила она.

«Это же вы украли медальон?» - не стал церемониться я.

«Вы об этой безделушке?, - спросив, она достала медальон, священную реликвию графского роде де Рузанж, – Вы же уже догадались, верно?».

«О том, что это искусная подделка, что 300 лет передается из поколения в поколение? Да, я уже понял это».

Служанка, довольная моими ответами, выглядела умиротворенной. Смотря на ее положение, я понял еще один факт, что ей помогала прачка, которая и взяла медальон с камина и принесла Пернелле. Ведь она сама была уже на 9 месяце беременности. Поговорив с ней, я выяснил и ее мотивы и цели, а также мы рассказали всю историю остальным жителям поместья. Насколько я помню, тогда все завершилось положительно, и служанка еще долго работала у них в поместье. Ну вот, вроде я ничего не упустил.

- Как же, мсье Кодив, постойте! Вы не рассказали самое интересное. Зачем она это сделала, с какой целью. Она ли распускала слухи, чтобы была возможность украсть медальон? И почему ее простили, даже если медальон оказался подделкой? Такой конец оставляет куда больше вопросов, чем было изначально. Извольте объяснить все людям!

- Ах, правда? Конечно-конечно, сейчас. Видишь ли…

*Небольшая размытость, и опять происходит смещение*

«Существуют секреты, которые предназначены только для определенного круга лиц. И никакие деньги, уговоры или устрашения не заставят тебя рассказать их. И этот секрет- один из них. Ты никогда его не узнаешь. Смирись…»

Закончив, великий инспектор улыбнулся своим мыслям, и с чистой душой закончил интервью касательно дела о пропавшем медальоне.


Post scriptum. Немного интересных фактов о повести «Дело о пропавшем медальоне»:

- Фамилии и имена персонажей данного произведения - это имена реально существовавших графов и графинь, живших в разное время. Также можно заметить, что у кучера также есть графские корни. Это не случайно. Наш кучер - потомок одного из графских родов, пусть и не знаменитых.

- Имя инспектора Нежэ Кодив - перевернутое имя гениального сыщика Эжена Видока.

Версия авторская, заключительная

Автор: Разлюли_моя_малина


Молодая графиня Амели ковырялась ложечкой в салате оливье и печально вздыхала. Граф, вплотную занявшись обедом, изо всех сил старался этого не замечать, но после особо душераздирающего вздоха все же дрогнул и задал роковой вопрос:

- Что-то случилось, дорогая?

Графиня, как он и догадывался, только этого и ждала.

-Да! - драматически вскрикнула она, - Александр, вы меня больше не любите! Вы стали таким холодным...не дарите цветов, не устраиваете мне романтик. А помните, как до свадьбы вы влезали ко мне в окно под покровом ночи с букетом и стихами за пазухой? И куда все делось? Или это потому, что я беременна?! - голос графини начал истерически подрагивать.

Граф скрипнул зубами. Амели в последнее время увлеклась новомодным романом "Замок 2" и, кажется, собиралась всерьез перенести события из мерзкой книжонки в реальную жизнь. Но, глянув на несчастное личико беременной жены, Александр вдруг вспомнил, как действительно, под влиянием двух бутылок "Шато-Марго", когда-то лазил в какие-то окна, к тому же жена на десять лет моложе, что тоже обязывает на некоторые, вполне умеренные, но все же безумства... И он погладил жену за ручку и пообещал:

-Дорогая, не печальтесь, вечером вас ждет сюрприз.

Юная Амели просияла и с аппетитом принялась за обед, откусывая поочередно от персика и соленого огурца.

Граф вышел из столовой и несколько раздраженно велел дворецкому:

- Бери кучера, езжай в город. Купи там роз... ээ... красных. Дюжины три. Пусть она потом с ними штатному художнику на портрет попозирует. И вина "Шато-Марго", пару бутылок. Без них я уже по окнам не ходок... и конфет, что ли... а нет, персиков. И соленых огурцов бочонок, а то кончились уже.

Определившись с планами на вечер, довольный граф удалился в кабинет, рассматривать свежий "Альбом парижских красавиц" от мсье Максима и нагуливать романтическое настроение.

Дворецкий и кучер отнеслись к задаче со всей ответственностью. Оседлали хозяйских лошадей, галопом, стараясь не смотреть в сторону кабаков, разгромили цветочную лавку, вина взяли со скидкой, персиков - целую корзину (юную хозяйку все любили, а денег граф выделил солидно), но уже на выезде дворецкий нечаянно зацепился глазом за некую дверь, из-за которой неслись звуки музыки и выглядывали вполне себе очаровательные мордашки.

- Когда еще в город выберемся. Заглянем на полчасика, только спросить, - предложил он кучеру, и оба друга, груженые розами, персиками и вином, вступили на порочный путь.

Прошло два часа. Дверь гостеприимного дома распахнулась, и оттуда вывалились два искателя приключений, полные воспоминаний, но с пустыми руками.

- Хоть соленые огурцы отдайте! - проорал кучер, и в него с хохотом запулили огрызком.

Добравшись до окраин поместья, два приятеля начали разрабатывать план отмазки.

- Скажем, что на нас напали разбойники, - мрачно предложил дворецкий.

- Разбойницы, - поправил его кучер, сладко щурясь.

-...деньги украли, две бутылки вина...

- Три!

- Ладно, три. Три бутылки вина - разбили, - дворецкий сам на себя пахнул перегаром и закашлялся, - букет...

- Выбросили в пропасть!

- В пропасть... а где тут у нас пропасть? - дворецкий оглянулся в поисках пропасти, но наткнулся глазами только на подозрительно шевелящиеся кусты. Тигриным прыжком он вторгся в заросли и обнаружил там ехидно ухмыляющегося садовника, который все слышал, и, как обычно, гадина такая, сдаст их графу.

Дворецкий заскрежетал зубами. Мало того, что этот вездесущий упырь за всеми следит, отлынивает от работы, так еще и поспевает везде раньше других достойных людей! Дворецкий вспомнил служанку графини, резвушку Николь, которая в последнее время сильно спала с лица, повадилась плакать и шить из старых шелковых платьев маленькие рубашечки, и с наслаждением впечатал в самодовольную морду садовника свой кулак.

Граф бегал по кабинету и ругался, как портовый грузчик.

- Алкоголики! - орал он, - Хулиганы, тунеядцы! Как я теперь буду выкручиваться! На галеры сошлю! Выбирайте, или или выпорю завтра на конюшнях, или будете нужники чистить. Там как раз нужно два человека.

- Огласите весь список, пожалста...- заикнулся кучер, но еле увернулся от просвистевшего у виска графского сапога.

- Вооон!!!- проорало его сиятельство, и нашкодившие слуги выскочили за дверь.

- Пойдем ко мне. У меня виски есть, - предложил дворецкий.

- Да у меня как бы планы были... на вечер, - кучер замялся, - но... наверное, сегодня я туда уже не пойду.

И, обнявшись, два друга удалились в комнату дворецкого топить горе в алкоголе.

А граф Александр, нарезав по кабинету еще два десятка кругов, вздохнул и решил:

- Ладно, попробуем по старинке, как в студиозусах делал...- он достал из шкафчика самодельной наливочки, укрепился духом, и отправился к цветнику под окном графини, где вроде бы водились розы. Кажется, даже красные.

Было уже совсем темно, и не вполне трезвый граф, шипя и чертыхаясь, наломал-таки здоровенный колючий веник, два раза упав, поцарапав щеку и вывозившись в грязи до полного непотребства.

Потом, кряхтя, начал карабкаться в окно.

- Эх, давненько я не брал в руки шашек, - просипел он, закидывая ногу на парапет, как вдруг услышал треск в области штанов и одновременно ощутил, что ногу заклинило.

- Ччерт! - он попытался сдвинуться с места, но это оказалось невозможно, и Александр раскорячился в не вполне достойной позе и с разодранными штанами, куда уже задувал прохладный ночной ветерок.

-Амели! - тихо позвал граф супругу, - Амели!!!

Графиня, в ожидании томившаяся в постели, распахнула окно и свалилась в приступе хохота.

- Месье... - она не могла разогнуться, - с такими романтиками я вам тут рожу раньше времени!

Но, чтобы не ставить хозяина поместья в неловкое положение перед слугами, она самостоятельно затащила графа за шиворот в окно (у графини было отменное здоровье), швырнула колючий веник в угол, а заодно и разорванные штаны.

Граф стянул с рук грязные перчатки, выбежал на лестницу, швырнул их вниз, в холл, и проорал:

- Постирать немедленно! - срывая раздражение. Но, вернувшись в комнату, увидел лукаво улыбающуюся жену, и оттаял.

- А вы все такой же романтик, месье, - сказала она.

Ее муж, улыбнувшись несколько криво (поцарапанная розами щека болела), запустил руку во внутренний карман жилета и выудил фляжку с наливочкой.

- Не желаете ли, мадам? - спросил он, и оба фыркнули...


Кухарка была в печали и терзаниях. Ну вот сказал же кучер, душка Жак, что обязательно придет, как все угомонятся. Она и булочек напекла, и всякого вкусного приготовила, и сама в румянце и кружевах... но шло время, часы тикали час за часом, а в дверь так никто и не скребся. Кухарка, съев от тоски половину булочек, уже и сама выглянула в коридор (а вдруг он там за дверью притаился?), но увидела в темном холле белый неясный силуэт, услышала шаркающие шаги, и в ужасе захлопнула дверь.

- Привидение! - перекрестилась она, и уже носу из комнаты не казала. Уснула лишь под утро, вымочив подушку слезами и перепачкав джемом из булочек, несчастная и объевшаяся.


Экономка наконец бросила карандаш и погасила свечу. Новая глава из ее знаменитой серии "Похождения Жанетты" была окончена. Уже три года, как Этель, живя в замке, одновременно подрабатывала созданием романа в картинках, который принес ей громкую, хоть и несколько скандальную славу. Денег от продаж хватало и на содержание дочерей ее бедной погибшей сестры, и на вклады под проценты в один из самых солидных банков. По расчетам экономки, еще годик подобных рисуночков обеспечили бы ей домик рядом с Ниццей и пожизненную ренту. Правда, на дела поместья времени практически не оставалось, ну да и черт с ним, Хотя... прачку надо уволить. Ленива до изумления.


Граф с графиней уже почти уснули, как Амели вспомнила:

- Александр, а вы знаете, что моя Николь тоже на сносях?

- Как?! - подпрыгнул граф, ему и одной беременной женщины в доме хватало с избытком, - давайте выгоним ее к чертовой бабушке!

- Месье! - графиня возмущенно распахнула глаза, - вы с ума сошли! Какая черствость! Давайте лучше устроим судьбу бедной девушки, выдадим ее замуж за кого-нибудь.

-  Точно! - просиял граф, - за садовника! А то мне уже со всех окрестных деревень жалуются, что у них незапланированная рождаемость превышает все разумные пределы!

- Нет, за садовника не надо, - быстро проговорила графиня, слегка покраснев, - давай лучше за дворецкого. Ему нужна твердая женская рука, а то он спиваться начал. А выгоним прачку.

- Почему прачку? - удивился граф.

- Бестолочь... - зевнула Амели и сладко уснула.

Граф выдохнул. Ну вроде дела этого дня были благополучно разрешены.


Матушка Александра аккуратно приоткрыла дверь и выглянула в длинный коридор первого этажа. Никого.

Доктор запретил ей есть сладкое уже давно, запугивая давлением и диабетом, на старая графиня продолжала таскать зефир и пирожные из кухни и тайком чаевничать в своей комнате по ночам, благо что в ее возрасте бессонница стала ее постоянным другом. Убедившись, что поле действия свободно, она не торопясь двинулась в сторону кухни, где в буфете были припасены замечательные конфетки из кондитерской Лоранжа. Возвращаясь из кухни с чашкой чая и коробкой, она краем уха услышала хлопок чьей-то двери, придушенный писк, в панике метнулась за здоровенную китайскую вазу, разлила чай, подскользнулась и свалилась на пол вместе с конфетами и шедевром фарфорового искусства, подняв страшный шум и дребезг, на который почему- то никто так и не выглянул.


В это время в открытую форточку в комнате матери графа влетела ворона. Это была старая, умная птица. Она жила на старом тополе напротив замковых окон и знала, что именно в этой комнате ей всегда перепадают вкусные сладкие крошки от зефира и пирожных, разбросанные по столику рядом с кроватью. Обычно по комнате в это время уже разносился богатырский храп старой графини, но сегодня ни храпа, ни крошек не было, зато дверь была открыта настежь.

Ворона вприпрыжку проскакала в коридор, повертела головой... и вдруг увидела сверкающую в свете луны всеми звездами непонятную штуковину, которая стояла на каминной полке.

- Моя прррррелесть! - тихо курлыкнула ворона, неслышно пролетела над холлом, цапнула сверкающее сокровище клювом, и с натугой, пригибая голову к земле от тяжести, удрала обратно в форточку.  Ее коллекция блестяшек снова пополнилась...

Том 2. Рождественская история

Рождественская история. Завязка

Было раннее рождественское утро. Фрау Марта, супруга владельца лучшей кондитерской в Лейпциге, устало выпрямилась и утерла пот со лба. Уже двое суток она по частям выпекала роскошный пряничный город, который должен был принести ей победу на городском конкурсе, и вот теперь были наложены завершающие штрихи, и произведение кондитерского искусства предстало во всем своём сладком великолепии. Чистейшим снегом поблескивала сахарная пудра на пряничных крышах, шоколад обволакивал крошечные оконца, а марципановая ёлочка так и просилась в рот какому-нибудь сладкоежке.

Марта довольно улыбнулась. Ну, теперь-то зазнайка фрау Гретель из второй по рейтингу городской кондитерской позеленеет от зависти. Первый приз – механическая маслобойка новейшей конструкции – точно достанется тому, кто её больше достоин!

Марта вошла в ещё пустой зал кондитерской и водрузила шедевр на витрину. Ну, теперь можно и отдохнуть.Она только успела вымыть руки на кухне, как услышала звон колокольчика на входной двери. В кондитерскую кто-то зашёл. Удивляясь, что кого-то из посетителей принесло в такой ранний час, она неторопливо выплыла в зал, с недоумением обвела глазами пустое помещение – странно, ни души, померещилось, что ли? – потом перевела взгляд на пряничный город и пронзительно завизжала. Прямо посреди блюда валялись три грязных кирпича, уничтожив многочасовой труд до основания. Сделать новый к конкурсу Марта уже не успевала. Он должен был состояться через три часа.


Полиция, вызванная совершенно деморализованной шоколадницей, выяснила следующее:

1. Супруг фрау Марты вчера пил грог в неизвестном месте и вернулся поздно, выписывая кренделя (сведения получены от самой фрау Марты).

2. Рано утром неподалёку видели двух мальчишек (сведения получены от зеленщика).

3. Зеленщик с утра вместо лука шалот привёз салат латук (сведения получены от соседки фрау Эммы).

4. Вчера с крыши фрау Эммы чуть не шлепнулся трубочист, хорошо, зацепился там за что-то и сам залез обратно (сведения получены от вдовы-пенсионерки, живущей напротив).

5. Вторая кулинарка, фрау Гретель, сегодня ещё не открывала кондитерскую (сведения получены от зеленщика, молочника и ещё пяти человек).

6. Муж фрау Гретель приходится двоюродным братом мэру (сведения выкопаны в городском архиве).

7. Городской прокурор часто заглядывает в кондитерскую фрау Марты и сильно растолстел (сведения получены от вдовы-пенсионерки из дома напротив).

8. Эмма в молодости была танцовщицей (сведения получены от молочника).

9. Молочник хочет расширить своё дело (сведения получены от зеленщика).

10. У трубочиста жутко болят зубы (флюс на все лицо).

11. Фрау Марта перед рождеством повысила цены на шоколад. (сведения получены от влюбленного студента).

12. И грозилась сделать то же самое на День святого Валентина (сведения получены от курсистки, девушки влюбленного студента).

13. Вчера подвыпившая толпа студентов (влюблённых и не влюблённых, разных) отпинала на площади подвыпившего мужа фрау Марты.

14. Рано утром в Рождество по переулку проходила монахиня с кружкой для сбора пожертвований (сведения получены от вдовы-пенсионерки из дома напротив).

15. Большие городские часы на главной площади кто-то перевёл назад на 1 час 15 минут (сведения получены от опоздавшей к рождественской службе толпы горожан).

Итак, сведения, полезные и бесполезные, у нас имеются, а теперь вопрос:

Как вы думаете, кто же разрушил пряничный город фрау Марты? Принимаются любые версии.

Версия первая, литературно-ироническая

Автор: Сагра


Объединяя имеющиеся факты и снабжая их значительной долей домыслов, лепим не самую, наверное, стройную историю, по пунктам отметая подозреваемых:

1) Благоверный нашей потерпевшей накануне так наклюкался, что ранним утром вряд ли смог бы проявить недюжинную прыть, таская тяжёлые кирпичи. Сомнительно, что эта пташка проснётся даже от визга любимой жены, неожиданно расстроенной безрадостным и отнюдь не праздничным происшествием. Да и зачем ему нагонять вселенскую грусть на и без того нервную сожительницу? Тайное всегда становится явным, тем паче в условиях маленького семейного круга.

Та же проблема со студентами. Маловероятно, что этот чудный народ после пирушки был настолько бодр, чтобы ставить палки в колёса кому бы то ни было. Тем более один из членов семьи кулинаров уже своё получил, хватит. А именно? Скорее всего, будучи в неизвестном месте (пабе?), поддавший муж фрау Марты в который раз начал толкать пламенные бахвальские речи о процветании жениной лавочки. Студенты, отмечавшие то ли Рождество, то ли успешно сданную сессию, оказались единственными слушателями в столь поздний час. Но на беду среди них затесалась влюблённая парочка - завсегдатаи кондитерской Марты. Тут-то пьяные и обиженные Ромео и Джульетта смело выступили, доказывая хвастливому мужу злодейки, что никак нельзя лишать бедных студентов шоколада в Великий Валентинов День. Хозяин паба не выдержал шумного спора и, предотвращая любые инциденты с возможным битьём казённой посуды, выгнал взашей и студентов, и мужа Марты. Жаркие дебаты продолжились на улице. В скором времени обеим сторонам, как это нередко бывает, перестало хватать аргументов, а язык бурно доказывающего что-то самохвала окончательно заплёлся. Тут-то наш потерпевший и охватил. По утверждению неизвестного наблюдателя, который предпочёл оставить свою личность засекреченной (видимо, опасаясь мести студентов), было это на главной площади. После непродолжительной потасовки муж Марты, радостный, что живой, ретировался домой к супруге, спать и - на утро - лечиться стакашечкой. А студенты - весёлый и по молодости выносливый народ - продолжили гулянку, празднуя теперь и победу над несправедливостью бренного мира. Разудалой шумной компанией они слонялись по площади. История умалчивает, в чью именно хмельную голову взбрела потеха перевести большие городские часы, но дело было сделано. Конечно, витой чугунный столб с часами был высоковат, но молодому да пьяному всё по плечу. Так что розыгрыш - последствие рождественской пирушки - был совершён. В связи с этим толпы горожан опоздали к рождественской службе.

Впрочем, в полиции протрезвевшие студенты об этой шалости, разумеется, благоразумно умолчали, посчитав достаточным нагоняй за избиение мужа Марты.

К происшествию с конкурсной работой они не имели отношения уже хотя бы потому, что такую буйную ватагу навеселе сложно не заметить. А уж когда по соседству дежурит чуткая вдова... тем более.


2) Мальчишки. Что может делать ребятня на улице очень (очень!) ранним Рождественским утром? Вряд ли готовить пакости. Скорее всего, друзья просто ходили по домам, славя Христа. Мальчишек видел зеленщик, который развозит овощи по нескольким близлежащим кварталам. Однако вдова напротив Эммы их не видела, и ни к кому из наших знакомых они не заглядывали, дабы неумело прочитать колядки и потребовать сладостей. Напрашивается вывод, что дети посещали жителей исключительно своего квартала, которых полиция не посчитала нужным опрашивать. Снимаю с мальчиков подозрения.

3) Вдова-пенсионерка, проживающая напротив Эммы. Центральное звено истории. Она самый внимательный и бдительный персонаж, не гнушающийся мелкими городскими сплетнями и охотно ими делящийся (нелестные замечания по поводу фигуры прокурора). Исходя их такого характера женщины, можно предположить, что она бы рассказала действительно всё, что видела, даже самую несуразицу. Итак, рано утром, как и положено большинству добропорядочных бабулек, пенсионерка не спала. Кого она видела? Одну только монахиню. То есть по её наблюдениям в лавку Марты никто не входил. Пока остановимся на этом.

4) Зеленщик встал вовремя и как раз укладывал товар, когда услышал бой городских часов, пробивших слишком уж раннее утро (передаём привет студентам). Наручные часы зеленщику достались ещё от деда, так что, логично посчитав старый подарок неисправным - всё рано или поздно приходит в негодность - мужчина доверился механизму, вещавшему с площади, и решил, что вполне успевает позавтракать перед работой. Впрочем, по окончании получаса неспешного чаепития зеленщик, наконец, обратил внимание на большие кухонные ходики, которые самолично проверял на предмет исправности еженедельно. "Вот так дела! Опаздываю!" - зеленщик пулей побежал укладывать товар под пронзительный визг худой белой кошки, которой впопыхах отдавил ободранный хвост. Итак, не переставая корить себя за бестолковость и невнимательность, всегда пунктуальный зеленщик вконец разволновался и в спешке перепутал лук шалот и салат латук, чем и вызвал впоследствии недовольство фрау Эммы. К горюшку её соседки бедолага отношения не имел.

5) Молочник в тайне восхищается фрау Эммой, однако часто посещать её не решается, ограничиваясь исключительно исполнением своих торговых обязанностей, разве что молока наливает чуть больше, чем следует. В противном случае его визиты наверняка бы приметила вдова напротив. Между тем молочник всё же надеется расширить своё дело, о чём случайно сболтнул простаку-зеленщику, разбогатеть и произвести впечатление на свет очей его, некогда прекрасную танцовщицу Эмму. Итак, утонувшему в любовных переживаниях молочнику совершенно не до городского конкурса кондитеров.

6) Трубочист трудился не покладая рук. Разумеется, с флюсом не больно-то споро работается, но деньги на дантиста где-то надо было взять. Даже старый знакомый молочник почему-то в последнее время отказывался давать в долг, непонятно отговариваясь и намекая на какие-то вклады в будущее. Так что поневоле пришлось взяться за потрёпанный металлический ёрш. Как раз накануне Рождества фрау Эмма в очередной раз вызвала его чистить старую трубу. Последнюю давненько стоило бы заменить, но не в меру экономная хозяйка предпочитала вновь и вновь тратиться на починку. Впрочем, наш герой не слишком возражал. Однако именно в этот злополучный день запущенный флюс окончательно заявил о себе, вследствие чего у трубочиста значительно опухло правое нижнее веко, закрывая нормальный обзор и делая работу вдвое трудней. Да ещё и температура, чтоб её, не спадала. В глазах всё двоилось и прыгало. Этот чрезвычайно глупый поступок (выйти на работу в таком состоянии!) чуть не стоил трубочисту жизни: закончив прочистку и спускаясь вниз, он оступился на ватных ногах и уже было полетел с крыши. Но в последний момент всё же ухватился за покосившуюся трубу, пребольно ударившись подбородком о черепицу. После чего трубочист получил свои честно заработанные и прямиком побежал в больницу, пообещав себе сразу же после выздоровления водрузить на место три грязных кирпича, вывалившихся с края трубы в момент его виртуозных трюков под куполом. По его мнению, он рассудил вполне здраво. Сказал бы про брак - глядишь, и заплатили бы меньше, чем требуется, а какой из него сейчас работник? До дантиста добраться бы, не помереть! К тому же кирпичи и не видно почти, завалились между домами, прямо к забору лавки фрау Марты (хорошо хоть его не сшибли, а то ещё и тут плати!).

Из всего этого представления подслеповатая вдова, живущая напротив, видела лишь сам факт падения трубочиста, не опознав толком даже, за что удержался болезный.


7) Фрау Гретель действительно из года в год зеленеет от зависти, вновь и вновь оставаясь в тени королевы кондитерских фрау Марты. В этот раз Гретель тщательно подготовилась, решив вырвать приз (желанную маслобойку) из рук вечной конкурентки, пусть и не самыми честными способами. Хитрая женщина поначалу хотела действовать через брата мужа. Мало кто в городе знал об их родственных связях: мэр упорно скрывал факт их наличия. Так что подобную информацию можно было раздобыть разве что в пыльном городском архиве, который даже привередливые мыши не посещают с добрый десяток лет. Амбициозному гордецу-мэру казалось непрезентабельным родство с безработным мужем неудачницы-кулинарки, к тому же последний был простоват и давно даже носа не показывал из-под каблука предприимчивой супруги. Этой-то связью и надумала воспользоваться фрау Гретель. Действуя аккуратно и не опускаясь до шантажа, она пыталась через двоюродного деверя повлиять на жюри конкурса. Но быстро поняв, что мэра подкупить у них попросту нет средств, а родственные связи не имеют особого веса, фрау изменила тактику, подговорив мужа выпросить у несговорчивого брата вещь, которой не имелось в обычном доме - одеяние монахини. Вконец раздражённый мэр, решив отвязаться от докучавших родственничков малой кровью, в тайне выписал себе одну из ряс, ежегодно выделяемых женскому монастырю. На том его участие в истории благополучно завершилось.

Продолжилась цепочка событий в главной обители коварства - доме фрау Гретель. Хитрая женщина составила целую схему, а бесхребетный муженёк помог в исполнении, сделав всю грязную работу. Что же именно случилось? Ещё накануне фрау Гретель, дабы разведать, как идут дела у соперницы, ходила к той в лавку, якобы пожелать удачи в предстоящем конкурсе, отводя от себя подозрения напускным дружелюбием да приветливостью. Впрочем, хозяйку за прилавком не застала (та видно как раз трудилась на кухне). Однако сходила не зря - кирпичи в переулке всё же заметила (привет страдальцу-трубочисту).

Рано поутру, ещё засветло, фрау Гретель отправила супруга мёрзнуть в засаде, в кустах вечнозелёной туи возле крыльца пекарни соперницы. Разумеется, предварительно объяснив тому, где взять орудие преступления. Замечу, что поднять и донести до точки назначения три кирпича взрослому мужчине вполне по силам.

Сама фрау Гретель, переодевшись монашкой, пошла "собирать подаяние" вдоль по улице, не вызывая подозрений и одновременно отвлекая внимание любопытной городской сплетницы-пенсионерки, которая имела привычку глазеть в окно по утрам.

Мистер подкаблучник, стараясь угодить жене, сидел битый час под кустом, так, что посинел нос, а выпрошенную у брата меховую шапку окончательно запорошило снегом, будто это полярный песец, а не норка. Впрочем, стоило Марте выйти в зал, несчастный снеговик тут же встрепенулся. Через большие окна кондитерской было прекрасно видно, как хозяйка пристраивает свой пряничный городок на витрине. "Красивый", – было подумалось бедолаге, но он тут же выбросил эти мысли из головы. Как бы жена не прознала! Стоило Марте покинуть зал, верный муж Гретель тут же, мягко ступая, пробрался в лавку. Было сложно заблокировать колокольчик над дверью, не уронив при этом кирпичи, а потому пришлось сначала быстро просунуть их в щель, а потом уж зайти самому, придерживая звоночек замёрзшей рукой. Сразу после этого преступник сделал своё дело.

Тем временем фрау Гретель отвлекала внимание пенсионерки, вцепившись в свою кружку для пожертвований и медленно расхаживая прямо напротив дома Эммы: окна кухни вдовы выходят прямиком на него. Того, что её лицо распознают даже под монашеской рясой или в кружке узнают обычную золотую банку из-под крекеров с неаккуратно содранной этикеткой, фрау не боялась: пенсионерка в силу возраста была подслеповата (что мы уже поняли из истории с трубочистом).

Разумеется, лавка Гретель была закрыта в силу отсутствия самой Гретель.

9) Так и свершилось бы идеальное преступление, если бы не прокурор.

Городской прокурор, подобно молочнику, избрал тернистый путь тайного воздыхателя, правда, этот частенько наведывался к своей избраннице. Прикрываясь любовью к лучшей выпечке в городе, что, в общем-то, не было ложью, прокурор ежедневно наносил визиты Марте, нахваливая её золотые руки и незаметно для себя всё больше толстея. В рождественское утро влюблённый, поддавшись зову сердца (или желудка), решил во что бы то ни стало явиться в кондитерскую первым (самым преданным!) посетителем. Итак, он, окрылённый своей чудесной идеей, уже собирался начать вещать заготовленную речь поздравления милой Марте, распахивая знакомую зелёную дверь, как вдруг... ощутил значительное сопротивление. Дверь несильно, но всё же стукнула, зачем-то придерживающего её изнутри синего мужика в белой меховой шапке, в котором прокурор с трудом узнал мужа Гретель. Колокольчик тихонько звякнул. Глаза растерянного преступника расширились, он с ужасом представил себе предстоящий нагоняй разгневанной жены, тихонько ойкнул и, потеснив неожиданного посетителя, дал стрекача. Вся эта потасовка заняла не более секунды, а вконец обескураженный прокурор, ища глазами Марту, наткнулся на... разрушенный пряничный городок. Бедный поклонник так расстроился и испугался, вдруг милая кондитерша примет его за сообщника (или ещё хуже преступника!), что сразу же убежал вслед за мужем Гретель, только его и видели. И откуда в тушке взялась прыть!

10) Вдова проводила глазами монашку, направлявшуюся в противоположную от дома Марты сторону, к церкви. А потом даже перешла в небольшую спаленку, окнами выходящую на север: над крышами низеньких соседских домов как раз можно было увидеть поблёскивающую в утреннем свете золотом верхушку высокой недавно достроенной колокольни. Пенсионерка набожно перекрестилась, повздыхала вслед монахине, которая в такую-то рань вряд ли собрала хоть сколько-нибудь монет, и вернулась на свой пост у кухонного окна, пропустив главное событие этого морозного утра.

Версия вторая, по-мужски логическая

Автор: Amadeiro


В жизни все мои приятели (друзьями я ни кого не могу назвать) считают меня психом, но когда дело доходит до серьезных дел, то я мыслю как обычный человек.

Из всех нижеприведенных данных, логичнее всего, виновником испорченного имущества Фрау Марты является не кто иной, как Фрау Гретель, объясню, почему.

Она также участвует в вышеуказанном конкурсе и, судя по приведенным данным - она не так хорошо готовит, посему у неё был мотив. И даже, если её раскрыли бы, то она особо не расстроилась бы, так как её муж приходится двоюродным братом мэру. К тому же она не открывала свой магазин и вполне могла это сделать, но 3 кирпича на месте преступления не вяжутся с Фрау Гретель, и поэтому вариант с ней отпадает, но не отпадает её причастие к сему печальному событию.

Это мог сделать, ну, например, её муж. Конечно, о муже Фрау Гретель нам известно немного, только лишь то, что он двоюродный брат мэра. Но даже если он где-то и работает, то ему не составит труда испортить произведение искусства Фрау Марты, какой бы комплекции он не был.

Также напрягает тот факт, что кто-то перевел городские часы на главной площади аж на целых 1 час и 15 минут, ну я бы понял там на 15 минут, на 30 или даже 45 перевести, даже на час приемлимо, но 1 час и 15 минут, это что-то да должно значить.

Вероятно, это какой-то шифр, оставленный или свидетелем, который слишком труслив, чтобы рассказать, что он видел, либо виновником трагедии, которого мучает совесть и он дает подсказки. Но это же не азбука Морзе, почем мне знать, что это за шифр такой, хмм.

До такого мог додуматься лишь умный персонаж, а из всех фигурирующих личностей в этом деле умными можно назвать лишь двух - это Фрау Марта и бесполезный и безобидный трубочист. И никто из них точно не причастен к данному инциденту, поэтому и предполагать, что кто -либо из них перевел часы, будет в высшей степени глупо, если только трубочист не любит свою работу настолько, что готов перевести часы на целых 1 час и 15 минут, чтобы поработать подольше.

Последние изречения лишь догадки, почему были переведены часы, и ясное дело, что к месту преступления они отношения не имеют, но для полноты картины - это нужно, детали важны.

Поэтому остановимся на муже Фрау Гретель, который был исполнителем происшествия по заказу своей жены, непосредственно, Фрау Гретель, которой это было выгодно, так как от этого зависела победа в конкурсе, призом которого был механическая маслобойка новейшей конструкции (которая, в свою очередь, отчасти и была виной случившемуся горю). Но все хорошо, что хорошо кончается, но кончилось ли...

Версия третья, неожиданно-стриптизерская

Автор: Sobi-kun


Моя версия: Фрау Гретель невиновна. Она отлично понимала, что все подозрения падут на нее, и по этой причине она и не стала портить творение конкурентки, а как руки-то чесались это сделать.

Да к тому же родственные связи с мэром давали ей значительное преимущество. А чтобы уж точно выиграть, фрау Гретель самолично залезла на городскую башню среди ночи и перевела часы. На это у нее ушло много времени и сил, потому-то она и проспала. Мальчишки, которых видел зеленщик, тоже были подосланы фрау Гретель, той очень хотелось узнать, что именно испечет фрау Марта, чтобы уж точно постараться сделать лучше.

Муж фрау Марты невиновен, так как все еще спал. Накануне он повздорил с пьяными студентами, которых науськивала влюбленная парочка, кричавшая про дорогой шоколад.

Студенты также не виноваты, они после потасовки пошли продолжать веселиться, а на утро мирно спали.

Прокурор также не при чем. Его пухлая ручка не поднялась бы на столь прекрасное творение кондитерского искусства.

Остались Эмма, молочник и трубочист.

Фрау Эмма действительно в молодости была танцовщицей, да не простой, а стриптизершей, о чем молочник стыдливо умолчал.

Но мало кто знал, что фрау Гретель также в молости танцевала стриптиз. Это было еще до её замужества, она использовала сценический псевдоним, а на сцене выступала исключительно в маске, чтобы её никто не узнал. И вот у шеста появляется молодая, прекрасная стриптизерша Эмма, которая своими прелестями затмила уже наскучившую всем Эсмеральда (псевдоним фрау Гретель). Наша Эсмеральда затаила злобу на фрау Эмму и устроила той несчастный случай (подпилила шест). Шест сломался, а фрау Эмма сломала ногу и больше не могла танцевать.

Вскоре Эсмеральда вышла за муж и стала фрау Гретель, а о случае с Эммой совершенно забыла.


Однако фрау Эмма затаила злобу на Эсмеральда и много лет размышляла, как отомстить.

Иногда фрау Эмма, чтобы вспомнить дикую молодость, танцевала стриптиз перед возлюбленным молочником.

Так было и накануне этого ужасного преступления.

К несчастью для себя, в это время на крыше дома фрау Эммы трубочист честно выполнял свою работу.

И вот, когда он уже начал спускаться по лестнице, его взгляд упал на незанавешенное окно и он увидел зажигательный танец фрау Эммы. От увиденного трубочист едва не свалился на землю, но успел зацепиться за перекладину лестницы и благополучно спуститься вниз.

Однако шум привлек внимание влюбленных и они, естественно, поняли, что их застали с поличным.

Вскоре молочник нанес визит трубочист и, дабы заставить того молчать об увиденном, дал в зубы. Отсюда и опухоль на лице трубочиста. Но трубочист и так бы молчал, потому что прямо таки влюбился в фрау Эмму после увиденного. Чтобы доказать свою любовь, он пообещал выполнить любое её желание. Вот тогда-то у фрау Эммы и возник коварный план. Она знала, что если с пирогом фрау Марты что-то случится, то подозрение падет на Эсмеральду, то бишь фрау Гретель.

Рано утром фрау Эмма, переодевшись в костюм монашки, в котором она некогда выступала на сцене, пошла по улице, чтобы в случае чего предупредить своих сообщников, если вдруг кто-то откажется по близости с кондитерской.

Старая вдова монашку заметила, но не узнала в ней фрау Эмму. Зато она заметила прячущегося за печной трубой трубочиста. И стала глядеть во все глаза.

Трубочист, показывая невиданную гибкость, пролез в кондитерскую с крыши через окно и швырнув в пирог грязный кирпич, выпавший накануне из трубы фрау Эммы, так же через окно выбрался наружу.

Между тем молочник подумал:

— А чем я хуже?

Он осторожно проник в кондитерскую через дверь, аккуратно придерживая колокольчик, чтобы тот не звякнул, бросил второй кирпич в пирог фрау Марты и так же аккуратно вышел вон.

Снедаемая любопытством вдовушка с завидной для её возраста прытью помчалась в кондитерскую. Заглянув через витрину, она увидела, что произошло с пирогом, и тут она вспомнила все старые обиды. Особенно то, что её покойный муж не раз изменял ей с фрау Мартой.

Прихватив последний кирпич, вдова водрузила его на остатки пирога. Но руки у нее слегка дрожали от волнения и поэтому, когда она уходила, колокольчик все-таки зазвенел и на его звук прибежала фрау Марта.

Естественно, вдова промолчала про молочника и трубочиста, так как сама была не чиста на руку, монашку, как уже говорилось выше, она не узнала, потому и проболталась.

О том, что зеленщик что-то там перепутал, фрау Эмма выдумала, надо же было ей хоть что-то сказать.

Версия четвертая, очаровательно-романтическая

Автор: Taily


"Сколько же переполоху принёс сегодняшний день", - обреченно думал шеф полиции, надеявшийся провести это светлое рождественское утро в кругу своей горячо любимой супруги и троих в меру упитанных ангелочков. Но служба есть служба. Тем более и мэр слишком торопит расследование, возмущенный тем, что некоторые, весьма далекие от истины горожане, стали бросать на него недобрые взгляды, в глубине души приписав ему соучастие в этом нашумевшем преступлении.


Настроение было вконец испорчено, и шеф стал перебирать странички со свидетельскими показаниями. Марта, Гретель, Эмма, Валентин, студенты, латук, шалот...Тьфу, как разобраться со всей этой чепухой, обреченно думал шеф, отгоняя от себя неизвестно откуда взявшийся мираж запеченной с яблоками утки и румяных, обжаренных со всех сторон, сочных колбасок.


Так, начнём по порядку:

1. Студентов можно исключить сразу. Они слишком шумные, и уже выпустили пар, отпинав мужа фрау Марты ( и поделом ему, нечего было давеча в карты жульничать, и почувствовавший себя отомщенным шеф даже посочувствовал несчастному бедняге и сразу вычеркнул из списка подозреваемых.)

2. Мальчишки.... Оно, конечно, возможно, но вряд ли бы они оставили столько добра на подносе, непременно бы постарались унести побольше. Да и трусливые они слишком для такого преступления. Слишком уж боятся свою властную мамашу. И перед глазами сразу нарисовалась внушительная фигура фрау Майер. (Брр. Изыди, непроизвольно возникло желание осенить себя крестным знамением, но шеф мужественно сдержался ввиду присутствия молодого секретаря).


3. Мэр, как соблазнительно свалить всё на него и наконец отделаться от этого грубияна. Слишком соблазнительно... (Невиновен, и шеф решительно вычеркнул его из списка).


4. Монашка...Подозрительно, Что могла делать монашка в такое время на улице?  Да, очень странно.


5. Трубочист... А что? Вполне возможно. На нем всегда черная одежда, в саквояже можно спрятать не то, что кирпичи, а и поболее... Надо подумать над этой версией.


6. Эмма... Эх, как давно это было, как соблазнительно мелькали её ножки на сцене, сколько оваций и аплодисментов радовалось в её адрес... мечтательно вздохнул шеф, вспоминая бесшабашную юность. Но тут же устыдившись своих фантазий, он мысленно приложился к кругленькой изящной ручке своей маленькой женушки и вычеркнул Эмму из списка.

Ох уж эта старая карга, так и сидит у своего окна, как и 20 лет назад, когда они с Эммой...

И память опять воскресила прекрасные картины буйной молодости.


Время близилось к обеду, а расследование не продвинулось ни на шаг. В это время наверху ратуши в своей каморке сидел бедный часовщик, молодой человек, весьма обыкновенной наружности, с самым обыкновенными волосами, одетый, как и большинство горожан, в тёмно-коричневый сюртук. В жутком смятении он сидел тут с самого утра, терзаемый самыми разнообразными мыслями. Уже давно и безнадежно он влюблен в дочку фрау Марты. Но она его даже не замечала. Иногда часами он простаивал под витриной магазина, в надежде хоть увидеть, как за этими стеклами появится объект его тайных воздыханий. Все соседи настолько привыкли к его виду, что даже перестали замечать сам факт его нахождения под этими окнами. Вот и сегодня утром, возвращаясь домой, чтоб провести эти прекрасные ранние часы в своём убогом жилище, он не удержался и всё же заглянул на знакомую улицу. Он даже отважился зайти, что бывало с ним не часто. И, увидев на подносе это великолепное произведение кулинарного искусства своей воображаемой тещи, он был настолько им зачарован, что даже не заметил, как выронил на поднос кирпичи, подобранные им на улице, дабы быть использованными заместо сломанной ножки у кровати.


В ужасе поняв, что он натворил, осознав всю никчемность своего существования, он ретировался к себе домой. Где так и сидел до сих пор, раздираемый противоречивыми чувствами. Да ещё и эта неприятность с часами. Его точно уволят. И он лишится возможности хоть изредка, хоть издалека созерцать свою возлюбленную.А ведь он только хотел ей помочь.

Вчера, стоя безмолвным истуканом под дверью, он случайно услышал разговор, как его милая Агнет жалуется матери, что не успевает приготовится к рождественской службе. И так её это обстоятельство расстроило, что она сильно сокрушалась по этому поводу. Не в силах вытерпеть горе своей любимой, молодой человек отважился на решительный шаг  и перевел часы немного назад. Этого времени как раз должно было хватить милой Агне, чтоб подготовиться наилучшим образом  и быть самой красивой девушкой их города. Хотя она в любом виде самая красивая девушка.


Ещё повздыхав пару часов над своей грустной судьбой, юноша всё же набрался смелости и явился с повинной в полицейский участок.


На радостях, что виновник происшествия, которое никак не удавалось раскрыть самому лучшему сыщику (между прочим, звание вполне заслужено), шеф не стал применять слишком серьёзных мер к нарушителю порядка (а с часами пусть этот желторотый юнец сам разбирается с мэром, скинул с себя обязанности по этому делу шеф, и перед  его мысленным взором опять пронеслись жаренные колбаски). Заставив юношу пойти с повинной к фрау Марте, шеф полиции поспешил домой.


Рассказывая о вчерашнем недоразумении несчастной женщине, бедный смотритель часов был готов умереть на месте, настолько ему было стыдно за разрушенный замок. Но нет худа без добра, ему наконец пришлось набраться смелости и объясниться со своей возлюбленной, которая вот уже несколько месяцев ждала признания от этого незадачливого и слишком скромного поклонника. У неё уже и приданное было приготовлено и даже придуман фасон свадебного платья. Вот только жених всё стоял и стоял, видимо, ожидая её старости.


Но что ни делается - всё к лучшему. Будущий зять был, конечно же, прощен мужем фрау Марты намного быстрее и искреннее.


А что же теперь с конкурсом? спросите вы. А ничего. Из-за перевода часов Фрау Гретель проспала (она не была на службе, так как переволновалась из-за конкурса и почувствовала себя плохо и была не в курсе о переводе часов)и не успела приготовиться вовремя. ( За это зять был прощен окончательно) . И, с разрешения мэра, конкурс был перенесен не неделю.

Вот тут то хозяйки постараются на славу.


А рождественское преступление на то и рождественское, чтоб закончится хорошо.


P.S. В связи с предстоящими радостными событиями цены на день Святого Валентина было решено не поднимать.


Да будут благословлены молодые!

Версия пятая, потрясающе-психологическая

Автор: Taiklot


Фрау Марта смотрела на пряничный город, выставленный на витрине её магазинчика, и думала о том, что Господь, наверное, ненавидел её. Ненавидел так сильно, что она никогда бы не вымолила и не обрела Его любовь, даже сейчас, в Рождество, когда, казалось, любовь брызгала из всех щелей, как горячее варенье из слойки.


Поэтому и она ненавидела этот сладкий шедевр, который пекла два дня, без устали, не смыкая глаз, утирая пот, изводя себя трудом, а мужа - придирками. Она не хотела проигрывать, она не могла остановиться. Ни сейчас, ни вообще. Иногда казалось, что она сходила с ума. И тогда она начинала печь и взбивать крема часами, днями, неделями. Она запиралась на кухне, доводила себя до изнеможения и почти падала замертво, но… не могла, не могла, не могла позволить себе сделать хоть что-то не идеально.


Со временем муж от досады на её рвение начал пить, а вчера вообще пришёл избитый, потому что наверняка лез к прохожим со своими дурацкими жалобами на жизнь его одинокую. И по обыкновению канючил о том, мол, у всех друзья и любимые. И у всех секс. Или хотя бы поцелуи. А у него что? Только запах проклятой ванили в каждой поре и остервенелая жена! Конечно, ему наваляли, еще бы! Правда, одна парочка всё-таки помогла добраться до дома. Эти студенты частенько покупали здесь сласти.


Но Марта злилась и заявила полным яда голосом, что поднимет цены на шоколад. Когда эти желторотики раскрыли клювики, она расхохоталась. А знают ли они, каково это – вести хозяйство, бизнес, быть первым?! Знают ли они, какое это проклятие - волочить подобное бремя на своих плечах?! Ни черта они не знают!! Только и делают, что просят скидки. И улыбаются, как идиоты!


Как и эта Гретель, из кондитерской с другой улицы! Тоже лыбится всё время! Ну конееечно, ей-то всё легко даётся, хоть никто и не признаётся, но муженёк-то её – в родственниках у мэра. Тот им всегда протекцию обеспечит, подмажет, подмаслит… Ну что за люди, ещё смеют притворяться! Ей-богу, даже смешно! Что значит это их лицемерное – заниматься выпечкой в своё удовольствие? Да-да-дааааа! Лицемерка Гретель, известен твой секрет, уже давно этот жирный прокурор, который постоянно ест здесь ватрушки задарма, всё выболтал. Кой-кого и Марта могла подмаслить…

«Знаю я вас всех! Вот вы где у меня!» - прошипела Марта.


Ладони сжались в кулаки.


Пряничный город расплывался перед взором. В глазах защипало и в груди стало больно-больно. А мысли, прогорклые, как протухший крем, лезли в голову.


А Эмма эта, вечно улыбалась и даже танцевала иногда, хотя из-за травмы так и не смогла стать танцовщицей. Теперь к ней клеился молочник и хотел - ради любви, не иначе - расширять своё дело. Ну, тоже конченный идиот. Думает, это так легко. Хозяйство вести – это вам не хреном трясти!


Посыпанные белой пудрой крыши подрумяненных домиков словно полоснуло ветром, и закружилась над сладкой улицей белая метель, превращаясь в серую пыль. По маленьким переулочкам вдруг побежала чёрная река, она становилась всё темнее и зловоннее, обтекая миленькие пряничные домики. С малюсеньких глазированных подоконников просочились красные капли. Но Марта не помнила, чтобы добавляла туда начинку из клубники. Вообще там не могло быть ничего красного…

Нет! Это наваждение!

Пошатываясь, Марта отступила от витрины к двери. Та была приоткрыта, чтобы пустить в помещение свежий утренний ветерок и намекнуть прохожим, что магазинчик открыт. Часы на городской площади этой ночью, видно, забарахлили и отстали на час пятнадцать…

Пока не пробьёт колокол, едва ли кто-то почешется… Но вдруг, вдруг у неё будут первые гости. Именно у неё…


Под напором новой волны слабости она схватилась за полотно двери, подпёртое тремя кирпичами. Один из них вредная старуха, кинула в мальчуганов, выскочивших спозаранку на улицу и расшумевшихся, как две ясноголосые птички. Не попала. Но мальчишки, не огорчаясь, пристроили кирпич для игры возле двери.


Второй кирпич в раздражении швырнул на дорогу зеленщик - он его подкладывал для лишнего весу в мешок с товаром - но сегодня мужчина матерился на всю улицу, так как перепутал салат с луком, а тяжеленный кирпичи шваркнул о брусчатку с досады - не переть же его обратно.


Третий кирпич в ярости бросил в её стену трубочист. Он проходил мимо окон, злой и недовольный, держась за опухшее лицо. Бог шельму метит. Бывало за ним и такое, пакостил порой, запускал кирпичи в трубы. Но в этот раз что-то пошло не так, видимо.

Теперь эти кирпичи, брошенные в ярости кем-то, лежали между дверью и косяком. Чьё-то проклятие… Чьё-то… благословение…


Марта подняла глаза, их застилала тёмно-бордовая пелена… и вдруг перед внутренним взором предстали часы на башне. Отстали они на 75 минут. 7+5 = 12. 1+2 = 3. Она всегда была дотошной. Пропорции ингредиентов при выпечке надо отмерять со всей тщательностью. И теперь цифры… Нет. Это не случайность.


Чёрное сердце стучало в её пряничном городке. Прямо на месте её дома. Он истекал мерзкой вонючей жижей, которая бежала по улицам, как отравленная кровь.


Марта схватилась за верхний кирпич. Затем за средний. И после – за нижний. ТРИ.

Это дары. Это не проклятие. Это рождественские дары. Для НЕЁ.


Один за другим кирпичи размазывали пряники в пыль, хлюпая в чернильной злобе задыхающегося сердца.

Первый. Второй. Третий.

Во имя Отца. И Сына. И Святого Духа. Аминь!


За окном что-то звякнуло. Словно колокольчик на двери. Марта вздрогнула и очнулась.


Рядом с дверью прошла монашка и брякнула мелочью в жестяной кружке.

Марта, фокусируя взгляд, посмотрела на руки, а затем перевела взгляд на раскуроченный пряничный городок. Такое всё чистенькое, ванильное, красивое. ИДЕАЛЬНОЕ. Всё пропало. Всё кончено. Она проиграла.


Марта завизжала, растопырив пальцы и выпучив глаза. Но затем, когда первый яростный вопль утих, Марта осела на пол и улыбнулась.

Всё кончено. Она проиграла. Она - СВОБОДНА.

Господь любил её.

На ратуше забили часы, и по улицам поплыл чистый звон колоколов.

Версия шестая, пикантно-лингвистическая

Автор: *Хилер*


Простите за небольшую пошлость в одном моменте, но  без нее трубочист не был бы так сильно шокирован....

Итак-с, пожалуй начнем...


Лейпциг медленно, но верно погружался из дня в сумеречный сочельник.  Двое мальчиков скучающего вида сидели на скамейке в сквере перед площадью. На городской ратуше часы отсчитывали свое время.

- Дитер,  как ты думаешь, в этом году тебе будет подарок на Рождество? - спросил темненький мальчуган своего  светловолосого друга.

- Знаешь, Томас, я бы хотел, но его точно не будет...  скорее Рупрехт отнесет меня в лес... - Дитер постучал палочкой по ботинкам, стряхивая налипший снег, - и оценки у меня не одни пятерки, и мама с папой недовольны моим поведением...

- И у меня так же... - хмуро кивнул Томас, сын мэра.

За спиной мальчиков со стороны густо засыпанного снегом  куста послышались шаги и кто то сел на скамейку... сладосношурщащий  звук разворачиваемой шоколадки заставил сглотнуть слюньки пацанов.

- Это, наверное, последний раз, когда я могу угостить тебя шоколадом, фрау Марта повысила цену...

- Да и еще  грозилась  на день святого Валентина прибавить...Не расстраивайся, майн либер,  шоколад хорош

в меру, а то станем как  штатсанвайлт (прокурор,нем.)... Парочка весело рассмеялась, а затем  звук поцелуя заставил мальчишек вскочить на скамейку и заулюлюкать. Студент с курсисткой, перепуганные, ретировались..."А давай сделаем что нибудь хорошее? И тогда, возможно, и нам посчастливится получить подарки? "-


мальчишки переглянулись и со счастливыми лицами пошли искать "добрые дела".

Ноги их привели на улицу, где была кондитерская фрау Марты. По соседству стоял домик фрау Эммы. Когда-то она была танцовщицей, но годы и соседняя кондитерская сделали свое "черное" дело. Теперь она жила на доходы от молочной фермы недалеко от города, являясь ее владелицей. Местный молочник уж который год  подкатывает к молочной королеве со своим меркантильным интересом: стать обладателем не только заветной молочной фермы за городом, но и другими двумя, большими и мягкими. Каждый раз устраивает сюрпризы с кольцом, символом предложения руки и сердца, но оно, как назло, не доходило до адресата, что-нибудь мешало осчастливить предмет обожания. Зеленщик, которому  фрау Эмма тоже была небезразлична, только посмеивался над ним.

Мальчишки с  интересом наблюдали за трубочистом, который по лестнице забирался на крышу домика фрау Эммы.  Весело мурлыкая песенку, с конфетой за щекой, он шустро забирался все выше и выше...

А в доме фрау Эммы молочник, набравшись храбрости, делал очередное предложение руки сердца, и, неожиданно получив долгожданное "да", решил сразу же воплотить в жизнь и другие свои мечты. Не встретив отказа бывшей тэнцерин (танцовщица,нем.) от столь сверхнаглого решения, приступил к вечерней "дойке". И в этот самый пикантный момент трубочист сравнялся с окном комнаты, где это дело происходило. От  увиденного он пошатнулся и упал бы, но успел вцепится челюстью в  страховочную веревку. От шока он так крепко сцепил зубы, что сладкая тянучка намертво сцепила верхнюю и нижнюю челюсти. Но несмотря ни на что, он сделал свое трубочистное дело и, благополучно спустившись (благо что окно уже было зашторено), отправился к зеленщику.

Как назло, "добрые дела" на дороге не валялись, и поэтому  ребятки решили разойтись по домам.

- Завтра конкурс, - сказал Томас, - интересно, что приготовила фрау Марта? Давай завтра утром рано прибежим и посмотрим?

Договорившись,  Дитер и Томас побежали домой.

Трубочист, по дороге пытавшийся расцепить челюсть и так и сяк, доплелся до зеленщика. У того в гостях был супруг фрау Марты.

- ООО! Вот теперь нас  трое! Доставай шнапс, шнеллер, шнеллер!

Но шнапса не было, и друзьям пришлось довольствоваться  грогом.  С помощью грога у трубочиста наконец-то  произошло растворение сладкой липучки, и он обрел свободно клацающие составные, чему рад был безмерно. Обретя голос , трубочист рассказал  об "интересном" случае в доме фрау Эммы. Зеленщик  от новости впал в ступор. Лишившись собрата по распитию горячительного, трубочист и супружник кондитерши отправились восвояси.

По дороге супружник фрау Марты наткнулся на штудент во множественном числе. Штуденты, принявшие горячительных напитков на последние шиши  и ищущие приключений на пятую точку, почли за вызов столкновение с нашим мужичком. И злые от того, что не могут продолжить свой файертаг (праздник, нем.) ( из-за элементарного отсутствия маммонов  (деньги, нем.)(попросту марок или талеров, как кому нравится), отметелили  его по полной программе, и двинулись шумною толпою куда-нибудь, за чем-нибудь...

Еле встав на ноги, которые никак не хотели идти прямо, а выписывали красивые кренделя (прям как у женушки), траумманн  (мужчина мечты, нем.) поплелся до дому.


В теплой, пахнущей ванилью и шоколадом  кондитерской  фрау Марты городской прокурор лакомился очередными, придуманными хозяйкой,  вкусняшками.  Большой любитель, и соответственно знающий толк в сладостях, он с радостью согласился  быть дегустатором у  фрау Марты. И его ни капли не смущала раздавшаяся от  до неприличия вкуснейших изделий талия. Закончив и пропев всевозможные дифирамбы мастерице, он шумно выкатился на улицу.

На кухне фрау Марта колдовала над своим пряничным городишком. Мысленно представляя шум выигранной в конкурсе механической маслобойки новейшей конструкции, она летала с  противнями от печки до стола и обратно. Шум  ввалившегося муженька перегарным ветерком сдул все мечты.  От отчаяния и досады, вдобавок к уже имеющимся синякам и фингалам, подаренным студентами, доукрашала  его своей волшебной скалкой. Чудом выпрямившиеся ноги супружника шустро довели хозяина до мягкой постельки, куда он свалился и мгновенно погрузился в сон.

Фрау Марта, приготовив все на утро, для окончательных штрихов в архитектурном ансамбле пряничного макета примостилась рядом с муженьком и вскоре уснула.


Ночь окутала сонный Лейпциг своим морозным покрывалом. Лишь одному человеку не спалось...

Фрау Гретель, владелица другой кондитерской, сидела над противнем  и горько плакала. Три бисквитных полуфабриката, слегка пригоревшие и потому негодные на конкурс, напоминали  кирпичи. Она мысленно попрощалась со своей мечтой о той злополучной маслобойке, которая достанется теперь фрау Марте.

"Нет, не бывать этому! Если не мне - то и никому!" Почти до самого рассвета обдумывала свою мстю женщина.  Взвесив все, она разбудила муженька и после долгого разговора отправила его к кузену Гензелю - мэру городка.

Муженек, добравшись до мэрхауса, снежком разбудил мэровского сынишку Томаса. Мальчонка, выслушав просьбу  дядюшки, нагло выторговал пожизненное бесплатное посещение кондитерской на два лица. Ошалевшему родственничку ничего не оставалось, как согласится.  Счастливый Томас побежал к  Дитеру.

- Ура!!! У нас есть подарок на рождество!!!  - Томас  по дороге к городской ратуше с часами рассказал Дитеру, какой замечательный подарок ждет их. Выполнив поручение дяди, а именно переведя часы на 1 час и 15 минут  назад, мальчишки ринулись в сторону кондитерской фрау Марты.

Ранним утром трубочист проснулся от ужасающей боли, добрался до зеркала и до чертиков испугался своего

отражеизя. Огромный флюс украшал трубочистову  мордашку. От шока он потерял сознание..., что было с ним в дальнейшем, история об этом умалчивает.

Зеленщик до сих пор не вышел из ступора, но с немецкой педантичностью приступил к работе. Когда тележка

подкатилась к домику бывшей танцовщицы, дрожащие руки зеленщика протянули навстречу вышедшей фрау Эмме  огромный пучок лука латука. Он смотрелся как красивый летний букет. "Данке шён, но мне нужен лук шалот", - начала было говорить она, но зеленщик  уже катил тележку дальше,  мельком заприметив мэровского сынка с дружком. "Чего это они тут тусуются с утра пораньше?" - очнувшись от удивления, подумал зеленщик, но долго думать не стал, работа ждет, и под стук колес  своей тележки он продолжил путь.  Дождавшись,  когда уйдет фрау Эмма, ребята подбежали к заднему входу домика фрау Марты, где их ждала тетушка фрау Гретель, замаскированная под монашку, с огромной кружкой для пожертвований. Передав пацанятам ее содержимое, она вышла на улицу и отвлекающей походкой от бедра двинулась к дому вдовы-пенсионерки.


Тихо отворив почему-то не запертую  дверь, Дитер и Томас  крадущимися шажками двинулись в сторону зала кондитерской. "Ах, мой милый Августин, Августин, Августин..." - слышалось из кухни, где фрау Марта наводила последние штрихи на своем безумно сладком, великолепном, пряничным произведением кулинарного искусства.  Носы мальчиков, спрятавшихся за портьерой, уловили потрясающий запах сладкого города.


Водрузив сие великолепие на витрину, хозяйка счастливо улыбнулась и вернулась на кухню.

- Пора! - Томас  кивнул другу и они проскользнули в пустой зал кондитерской. Сделав свое дело, вышли через парадную дверь. "Монашка" Гретель и вдова что-то держали в руках и тянули к друг другу. Пацанята весело переглянулись. "Пронесло", -  и довольные, что их не заметила старая подслеповатая пенсионерка, побежали к ратуше.

Фрау Гретель наконец-то вырвала из рук старушки чек , ошибочно заполненный на миллион марок, и рванула до дому, до хауса.

Моя руки, фрау Марта услышала звон колокольчика входной двери. "Кого с утра принесло?" - удивляясь, неторопливо она вошла в зал.  "Никого," - растерянно обвела она взглядом  комнату."О, майн готт!!!" - глаза ее остановились на когда-то


прекрасном пряничном великолепии.  Посреди руин городка лежали три грязных кирпича.

Громко визжа и ругаясь на немецком непереводимом диалекте, фрау Марта рванула к сопернице. Почему-то она не сомневалась, что это ее проделки. Возле церкви прихожане, опоздавшие на рождественскую службу, устроили митинг, обвиняли мэра в растратах  городской казны. "Нет, что бы отреставрировать городские часы, которые перестали показывать правильное время, он их тратит на свои буржуйские потребности". Ну все в таком духе, сами понимаете.  Митинг так бы и продолжался, но народ узрел визжащую хозяйку кондитерской и мигом переключился  на новое событие, строя догадки  и версии, одна невероятнее  другой.

Кондитерская фрау Гретель была закрыта, в окнах не горел свет, и вокруг царило безмолвие.  Кулачки фрау Марты стучали в дверь до тех пор, пока она не открылась, и испуганный муж соперницы не впустил ее. "Где,

где она?" - металась из стороны в сторону сердитая женщина.

В зал зашла фрау Гретель ."Вас ис дас?", - только и успела произнести она, фрау Марта вцепилась в ее  волосы, и началась драка. Тут, конечно  самое интересное, но что то буков стало много, по сему закончу кратко и по существу. Фрау Гретель, хоть и завистливая соперница, но женщина, уважающая чужой труд. Хоть и разрушила красоту, но кирпичами были те самые, слегка подгоревшие  бисквитные полуфабрикаты, искусно отделанные шоколадом, имитирующим грязь, так что переименовав свое мирное творение в  постапокалиптический  шедевр, фрау Марта получила свою заветную маслобойку. Фрау Гретель  торжественно дала обещание победить на следующем конкурсе.

Вот такие интересные события произошли в немецком городе Лейпциге ранним рождественским утром.

Версия авторская, заключительная

Автор: Разлюли_моя_малина


Фрау Эмма подошла к большому зеркалу в резной раме и придирчиво оглядела своё миловидное, но уже слегка тронутое возрастом лицо. Вздохнула, разгладила пальцами морщинку в углу глаза и сделала плавный поворот, вспомнив прошлое ведущей танцовщицы местного театра, с цветами, аплодисментами, восхищением публики... О, как она танцевала Марию Магдалену на Рождественском балу, как смел был её наряд, как талантливо она изображала раскаявшуюся блудницу... Даже слишком талантливо, потому что жена режиссёра театра устроила после этого грандиозный скандал, и Эмме было отказано от места. С тех пор её карьера была окончена. Но - далеко не окончено все остальное, Эмма была борец по жизни и умела ждать. Но с тех пор сильно невзлюбила Рождество.

Но сегодня она проснулась в прекрасном настроении, день обещал быть интересным.

Вчера робкий молочник Ганс наконец дозрел до того, чтобы сделать ей предложение. И хотя умные женщины знают о подобных вещах как минимум за неделю, "фарфоровая статуэтка", как её называли на пике славы, изобразила все полагающиеся в таких случаях эмоции и тут же перешла на материи более приземленные, ласково спросив в жениха о его материальном положении. Бедняга Ганс залепетал что-то о планах, расширении бизнеса, новой маслобойке, и даже предложил поучаствовать в городском конкурсе, чтобы выиграть такую полезную для будущей молодой семьи вещь. Эмма пришла в искреннее недоумение, так как готовить практически не умела. К тому же у неё были свои, гораздо более изящные и грандиозные планы.

- Мой милый друг, на что вы готовы ради меня? - нежным голосом спросила она, проведя ладонью по стриженой макушке молочника.

Конечно же, наивный Ганс пылко и неосмотрительно уверил, что на все.

- И даже... на нечто... непозволительное?

На непозволительное претендент на руку и сердце был готов ещё больше.

- Отлично, - Эмма наклонилась и прошептала ему в ухо, приведя будущего жениха в маловменяемое состояние, - тогда мы с вами украдем Золотого ангела.

Ганс выпрямился и глянул на Эмму, будто увидел её в первый раз.

Знаменитый Золотой ангел был достопримечательностью местной церкви и гордостью горожан. Когда-то, в довольно давние времена, эта небольшая, но очень красивая фигурка была отлита неизвестным скульптором из цельного куска золота, украшена россыпью рубинов и бриллиантов и пожертвована храму каким-то тостосумом ради замаливания неведомых, но, скорее всего, очень основательных грехов. Выставлялся ангел на всеобщее обозрение раз в году, на рождественскую службу, а во все остальное время хранился в местном женском монастыре, славящемся строгими правилами и здоровенным стальным сейфом швейцарской конструкции. Сама мать настоятельница привозила реликвию непосредственно перед службой и забирала по прошествии трёх часов. Горожане благоговейно созерцали гладкие золотые бока ангела, россыпь камней, сверкающих на его крыльях, и суровую физиономию приставленного охранника.

И вот эта-то красота прекрасно подошла бы нашей танцовщице в виде рождественского подарка, а также стала отличным базовым капиталом для молодой семьи.

Ганс, правда, пребывал в некором шоке, но это Эмма быстро поправила. Несколько лёгких вольностей, гораздо больше заманчивых обещаний, и он вновь стал покладист, смел и готов следовать за своим маленьким полководцем куда угодно. Кстати, прекрасное качество для будущего мужа.

- Итак, - расхаживала бывшая танцовщица по мягкому ковру гостиной, объясняя диспозицию, - во время службы сделать задуманное невозможно, там присутствует весь город.Поэтому и охраняется ангел кое-как. Но не беспокойтесь, охрану и все самое сложное я возьму на себя. А ваша работа, мой милый Гензель - сделать так, чтобы в этот час в церкви не было ни души.

- А как же я это сделаю? - несколько испуганно спросил молочник.

- Очень просто, - Эмма наклонилась к его лицу, и ее темные бархатные глаза сверкнули в наступающему сумраке гостиной, - Вы переведете на час назад городские часы.

В нашем благословенном городе все подстроено под часы на ратуше, мало у кого есть свои. Горожане привыкли считать удары, ведь часы не останавливались ни разу, даже когда тридцать лет назад в них ударила молния. В тот день, кстати, там вообще какая-то чертовщина творилась, ну да ладно. Короче, наши добрые жители не сдвинутся с места раньше, чем насчитают девять ударов. А женский монастырь стоит в отдалении от города, и хронометр у них есть свой, так что ангела привезут вовремя. У нас будет куча времени, - и Эмма мечтательно улыбнулась.

В рождественское утро маленькая танцовщица проснулась ни свет ни заря и выскользнула из дома, прижимая к груди свёрток. Кажется, старая грымза из дома напротив ещё не продрала глаза и её никто не видел. Умничка Ганс все сделал в лучшем виде, споил вчера сторожа ратуши, перевёл часы ещё ночью и теперь дожидался её за углом в собственном небольшом экипаже, клюя носом на облучке. Эмма переоделась внутри в платье монахини, глубоко надвинула на глаза белый платок и приготовилась ждать.

Ровно без пяти девять по реальному времени и без пяти восемь - по новому городскому к церкви подъехала скромная карета настоятельницы, и сестра Бенедикта передала с рук на руки пастору завернутого в белое полотнище ангела. Размера он был небольшого, сантиметров тридцать, но весил изрядно. Священник, пребывая в приподнятом по случаю праздника настроении, радостно установил реликвию на историческое место и с удивлением оглядел совершенно пустую церковь.

- Что-то не торопятся сегодня, божьи дети, - недоуменно сказал он и вышел в боковую дверь, приготовиться к службе.

В тот же момент переодетая Эмма вошла в церковь, уверенно взяла ангела и начала заворачивать его в такое же белое полотнище.

- Чего это вы, сестрица? - поинтересовался сторож, дюжий горожанин с добрым, ощутимо похмельным лицом.

- На реставрацию, брат мой, - смиренно ответила наша "монахиня".

- Чего?!

Эмма вздохнула про себя и пояснила:

- Мать настоятельница молитву забыла над ним прочитать, специальную, в убережение от пропажи. Хорошо, вспомнила, пока не отьехали. Сейчас обратно принесу.

- Давайте, помогу, сестрица, - вызвался сторож, с удовольствием вслушиваясь в её голос, - чего ж вам тяжести таскать.

- Вы что, забыли, что его могут касаться только руки слуг божьих? - строго ответила аферистка, - И мне не в тягость, ибо ноша эта благословенна.

И, смиренно потупившись, со свертком в руках покинула церковь, прихватив на входе кружку с пожертвованиями. Она тоже была тяжёлой.

Ганс довез её до угла, чтобы не разбудить соседей стуком копыт, и Эмма двинулась домой, прижимая левой рукой увесистый, но такой лакомый подарок.

Сердце танцовщицы пело. Она снова, как в детстве, полюбила Рождество.

******

Йоган был влюблен и нищ, как церковная крыса. Конечно, тяжело учиться в университете, когда в родном доме одна мать и пять человек младших, но до сих пор Йогану как-то удавалось сводить концы с концами, экономя на еде, одежде и перебиваясь мелкими заработками. Но когда в его жизни появилась Катрина, его устоявшийся бюджет затрещал по всем швам. Девушка - это вам тоже не комар чихнул, и пусть даже она и любит тебя за просто так, за крепкое молодое плечо и пылкое студенческое сердце, но надо ж иногда и в театр контрамарку достать, и на ярмарке купить хоть яблоко на меду, а праздники вообще выбивали в тощем кошельке Йогана огромную, незаживающую брешь. И вот в сочельник, когда все приличные студенты пьют дешевое пиво и закусывают его сосисками с тушеной капустой, наш бедный Йоган батрачил, как проклятый. А все почему? Потому что ясноглазая Катрина сказала, что очень-очень хотела бы проснуться утром, раскрыть глаза и тут же получить в подарок... ну неважно что, пусть даже пирожное или коробку шоколада, лишь бы от своего любимого."Я понял, это намёк, я все ловлю на лету", - грустно бурчал под нос наш студент, обходя все знакомые места в поисках быстрого приработка, но ему не везло. Хорошо, хоть встретил городского трубочиста, у которого адски болел зуб.


- Сделаешь за меня сегодня работенку? - спросил трубочист, страдальчески морщась, - робу и инструмент я тебе дам. Денежку заберешь себе, за вычетом моего процента, разумеется, а я пока зуб тёплым пивом полечу.

- А что, пиво от зуба помогает? - удивился Йоган, скрывая внутреннее ликование.

- А то! - трубочист авторитетно задрал палец вверх, - проверенное средство!

И пошёл лечиться в ближайший кабак.

За день Йоган вычистил шесть труб, увозюкался как проклятый, устал и натерпелся страху. На крышах было красиво, но очень высоко, а на последней вообще вышел казус, чуть не стоивший новоиспеченному трубочисту жизни.

Только он закончил своё общественно полезное дело и уже развернулся, чтобы спускаться вниз, как почувствовал резкую боль, как будто что-то с силой ударило его в бок, замахал руками, потерял равновесие и чуть было не свалился. Благословенны будьте тренировки тяжёлой физической работой на мельнице, которыми он накачал мышцы на руках! Йоган зацепился на водоотлив, повисел, отходя от взрыва адреналина, и начал потихонечку, помаленечку, по зернышку, по семечку выволакивать свою заледеневшую от страха тушку обратно на крышу. Хорошо, дева Мария явила своё чудо, не дала погибнуть перед праздником во цвете лет - вылез. Но к труду на сегодняшний день окончательно охладел и, получив расчёт, решил, что уж на шоколад-то хватит, ещё и на пару кружек пива останется.

Но с пива он начал зря. Потому что, выйдя на темную улицу из кабака, с изумлением обнаружил, что все магазины уже закрыты и купить рождественский презент абсолютно негде."Вот я осел!" - сокрушался Йоган. Весь сюрприз норовил пойти на смарку. Оставалось одно - купить шоколад завтра утром, правда, лавки открываются только в девять... И в девять же просыпается Катрина, она сама говорила, что её будят городские часы.


И тут в затуманеной пивом голове студента родился план. А что, если немножко передвинуть время в этом городке, совсем на чуть-чуть, минут на пятнадцать? У фрау Гретель, он знает, есть свои часы, она откроет лавку вовремя, Йоган успеет купить шоколад, добежать до дома Катрины и вместе с боем городских часов отдать ей нарядную коробку... Катрина откроет ему заспанная, в лёгком белом с ленточками халате, и будет так благодарна за подарок...

Студент шмыгнул носом и решительно направился к ратуше.

Что поразительно, он не встретил на пути ни одного препятствия. Сторож храпел в своём закутке, аж стены тряслись, распространяя густой винный запах, дверь на витой лестнице, ведущей на башню с часами, была открыта, и даже механизм часов как будто кто-то недавно смазал. "Ну и отлично", - решил Йоган, перевёл стрелку на пятнадцать минут и с чувством глубокого удовлетворения за правильно прожитый день отправился спать в свою комнатушку.

Встал он вовремя, и у кондитерской был вовремя, но злодейка-судьба приготовила ему жестокий сюрприз - двери фрау Гретель были заперты на лопату и на стук и пламенные воззвания никто не отвечал.

- Да что ж за жизнь собачья! - возопил студент, но рождественское утро все же решило ему явить своё маленькое чудо - его носа достиг чудный, полный неги аромат. Пойдя по следу неземного запаха, Йоган завернули за угол и уткнулся носом в лавку колбасницы Пышки, как её звали в городе. Она уже не спала, и, напевая, выставляла в окно лавки чудесные окорока и только что поджареные, истекающие мясным соком, дивные сосиски, от вида которых Йоган поплыл окончательно. Он решительно рванул дверцу, влетел в лавку и высыпал на прилавок всё, заработанное вчера непосильным трудом:

- На все деньги колбасы!!!

Катрина проснулась, как обычно, с девятым ударом городских часов, улыбнулась новому дню и тут же услышала стук в дверь."Он не забыл!" - она соскочила с кровати, не очень тщательно завернувшись в лёгкий халат, и распахнула дверь. На пороге стоял Йоган со свертком, откуда пахло очень вкусно, но как-то не шоколадно.


- Это тебе, - сказал он, глядя куда-то ниже лица, и вручил Катрине сверток. Она радостно заглянула туда...

Сосиски. Горячие жареные сосиски.

Девушка помолчала, потом подняла на дарителя счастливые глаза.

- Как ты угадал?! - радостно сказала она, - Я просто обожаю сосиски!

******


Прокурор зашёл в трактир "Весёлый гусь" отпраздновать сочельник, а если быть более честным, то попробовать в очередной раз утопить в вине и мясе грусть тоскующего сердца.

Конечно, он ходил в кондитерскую не просто так. И, хотя конфеты и пирожные Марты были чудесны, но с ней самой не шли ни в какое сравнение. Прокурор просиживал за столиком по часу, поедая сладкое и исподтишка следя за любезной хозяйкой, как кот следит за сметаной на столе: видит око, да зуб неймет. Конечно, как человек порядочный, он и подумать не мог покуситься на священный институт брака, но ходить, вздыхать и толстеть имел полное право.

Внезапно его внимание привлек громкий нетрезвый голос. Ах, а вот и он, законный соперник, муж его любимой Марты, пьёт и веселится за соседним столиком, пока эта прекрасная женщина трудится как пчелка, сооружая белыми ручками кулинарные шедевры! Глядя на красную физиономию и мутные глаза счастливого супруга, прокурор вдруг почувствовал, как в его душе, спрятанной за слоями жира, внезапно проснулась ярость.

Но, к счастью, в трактир в этот же миг ввалилась весёлая толпа студентов, в одном из которых прокурор узрел своего племянника. Тут же ему пришла в голову отличная мысль.

Прокурор отозвал веселого студиозуса в сторону и предложил взаимовыгодную сделку: он закрывает дело о хулиганстве, заведенное на племянника неделю назад, а тот со своими друзьями поможет восстановить историческую справедливость. Без членовредительства, чисто в профилактических целях. Племянник благодарно закатил глаза и уверил, что "сделаем усе в лучшем виде! Клиент даже пикнуть не успеет!"." Ну и славно", - удовлетворённо сел за стол прокурор и потянулся за новым куском мясного рулета.


*****


Зеленщик тер ладонью помятую физиономию и никак не мог вспомнить, что ему заказала фрау Эмма - лук шалот или салат латук. Вчера он забыл блокнот для записей, потом ушёл на гулянку, и теперь в его памяти зияла здоровенная чёрная дыра.

- Шалот? Или латук? - вертел он в руках то один, то второй овощ, потом швырнул в корзину первое попавшееся и вышел на улицу.

- Вот чертовы бабы, - бурчал он себе под нос, - нету от них покоя рабочему человеку. За каким дьяволом я в праздник должен тащиться ни свет, ни заря, и волочь ей этот... латук. Или шалот.

И только на подходе к дому клиентки до него дошло, что надо было взять и то, и другое.

*****


Сыновья столяра шли рождественским утром по совершенно пустой улице, шмыгая носами. Вот зачем они подскочили так рано и помчались в комнату родителей за подарками? Отец выскочил какой-то красный, взьерошенный, в комнату не пустил, а дал им несколько монеток и велел погулять на улице полчасика. Сходить конфет себе купить, что ли. А на вопрос: чего же он подарит маме, буркнул под нос: "Надеюсь, сестренку" и быстренько захлопнул за их спинами дверь.

- Пошли в кондитерскую, - предложил Питер, - она рано открывается. И, говорят, там вчера чуть трубочист с крыши не свалился, вдруг сегодня тоже интересно будет.

Мальчишки приободрились и ускорили шаг, предвкушая весёлое Рождество.

****


Фрау Гретель была довольна проделанной работой. Да, Марта всегда её опережала, но не зря же Гретель так долго искала новые вкусы, училась смешивать виды шоколада, даже придумала фирменный способ изготовления фруктового желе, что таяло на языке слоями, раскрывая один за другим новые оттенки. Сегодня состоится ее триумф, и вторая по рангу кондитерская наконец станет первой!

Гретель закончила последнее пирожное для конкурса и устало улыбнулась. На дворе была глубокая ночь, и следовало отдохнуть хоть немного.

Она оставила пирожные в кухне на блюде и поднялась наверх, в жилые комнаты. Там уже громогласно храпел её супруг.

Гретель вздохнула. Зря когда-то она польстилась на звучный голос и родственные связи. Мужик оказался совершенно бестолковым, хорошо прикладывался к бутылке и почти не помогал с магазином. Все сама, все на своих плечах...

Она только сомкнула глаза, как внизу загрохотали в дверь.

- Кого там ещё принесло? - Гретель спустилась вниз, открыла и тут же была засыпана потоком слов:

- Началось! Уже началось, рожает! Что делать?

Гретель остановила Мари, юную служанку, сразу все поняла и начала собираться.

У Гретель была младшая сестра, которая год назад наконец вышла замуж, и теперь была на сносях. Доктор при осмотрах задумчиво качал головой и предупреждал, что роды могут быть непростые. Гретель, у которой своих детей так и не случилось, переживала за сестру больше всех, вместе взятых, и категорически потребовала, чтобы в ответственный момент её позвали в любое время дня и ночи.

Она наскоро оделась, вбежала на второй этаж и растолкала мужа.

- Значит так, я ухожу, - внушала она ему, пытаясь достучаться до заспанного мозга, - а ты останешься на хозяйстве. Утром откроешь кондитерскую, слышал? Только не проспи! К конкурсу я вернусь обязательно, все сама отнесу, так что не переживай! - и убежала, сжимая кулачки в тревоге за сестру.

Муж Гретель сел, помотал головой. Из всего услышанного понял одно: жена куда-то намылилась. А значит, что? А значит, можно немножко выпить.

Он спустился вниз, достал из тайничка под лестницей бутылку и приложился к ней долгим глотком. Потом оглянулся, чем бы закусить, и увидел какие-то женины финтифлюшки на большом подносе в кухне. Съел одну, другую, особо не пережевывая.

- Эх, бросил бы её давно, - сказал он мечтательно, - но готовит вкусно, этого не отнимешь.

Не торопясь, он доел остальные пирожные и направился наверх, в постельку, нежно прижимая бутылку к груди.

******


Вдова-пенсионерка Фрау Берта всегда считала, что, отправив её на пенсию, разведуправление сделало большую ошибку. Ну и пусть возраст, пусть психиатр чего-то там бормочет про шизорг... шизорф...фению, что ли, или маразм, и сует таблетки, старая добрая Берта знает, что глаз её по-прежнему остер, ум быстр, как весенняя анаконда, и никто лучше неё не был способен разглядеть в простых, обыденных вещах происки врагов и спасти родную Фатерлянд, пусть даже и без санкции руководства.

Соседи её веселили. Наивные, глупые люди со своими мелкими страстями, делами и радостями, они и не подозревали, что буквально в шаге от них кипит другая, тайная жизнь.

Вот и вчера, увидев на крыше озорницы Эммы незнакомого трубочиста, Берта сразу поняла - вот оно, началось. Уже шпионов заслали. Не иначе высматривает что-то секретное, или позицию готовит для стрелка, чтобы пристрелить мэра. И если бы бравая пенсионерка не подбила его камешком из рогатки, так бы и торчал, вражина подлая, и доделал своё чёрное дело до конца. А так сорвался, эх, жалко, не упал, но хоть с крыши убрался, шпионская морда.

А фрау Марта давно была у Берты на подозрении. То она пирожные испечет странной формы, то выставит на окно горшок с красным цветком (ведь каждый знает, что это неспроста!), да и народ к ней шастал всякий. Но, взглянув поутру на витрину кондитерской, старая разведчица ахнула. Соседка выставила на всеобщее обозрение план родного города, отметив цветными разводами места высадки десантов, а елочкой - место будущего теракта! Сейчас появится связной, все перерисует, и прости-прощай, родной город!

Решение пришло мгновенно. Берта выскользнула из дома, подобрала у стены три кирпича (на всякий случай, чтоб точно ничего не уцелело) и аккуратно приоткрыла дверь кондитерской, глядя наверх. Колокольчик опасно накренился, но все же не звякнул. "Мастерство не пропьешь," - довольно подумала пенсионерка, подперла дверь тростью (она всегда носила её с собой, там в рукоятке был тонкий стилет на случай, если её попытаются устранить) и проникла в помещение. Там, с праведным гневом вознёсся руки, она тремя точными бомбовыми ударами уничтожила схему вторжения и так же неслышно ретировалась. Колокольчик за спиной звякнул, но это уже не имело особенного значения.

Родной город в очередной раз был спасен скромной неизвестной героиней.

Том 3. Ограбление по-...

Ограбление по-... Завязка

Заголовок утренней газеты:"УЖАСНОЕ ОГРАБЛЕНИЕ ПОЧТОВОГО ПОЕЗДА! УКРАДЕНО 235 ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ И 48 КИЛОГРАММОВ ЗОЛОТА, ПЕРЕВОЗИМЫХ В ЗАПАДНО-АМЕРИКАНСКИЙ БАНК!"


Внизу маленькими буквами: " Жертв нет"."Вчера был ограблен почтовый поезд, следовавший с восточного побережья с различными грузами и крупной суммой денег в купюрах и золоте, которые предназначались Западно-Американскому банку. Ценности охранялись пятью вооружёнными агентами бюро Пинкертона, которых, по трагическому стечению обстоятельств, буквально на предыдущей станции сразил тяжёлый приступ дизентерии. Поэтому они не смогли дать надлежащий отпор банде головорезов, которая напала на поезд вблизи от городка Нью-Париж. По свидетельствам очевидцев (машиниста и кочегара), нападавших было семеро, и все они были в разных масках: Деда, Его пожилой жены, Молодой Мисс (судя по всему, Внучки), Собаки, Кошки, Мыши. Последний, судя по всему, главарь, был в маске непонятного круглого жёлтого овоща с мощной ботвой сверху.


Банда была на лошадях, с ещё одной в запасе для награбленное добычи. Догнав поезд, они вынудили машиниста замедлить ход и ограбили почтовое отделение. По счастью, агенты Пинкертона, почувствовав временное облегчение от своих страданий, смогли захватить шестерых нападающих, но главарь успел ускользнуть вместе со всей добычей.

При дальнейшем допросе бандиты признались, что никогда не видели лица своего главаря и были наняты в соседнем штате. Ни голоса, ни примет, ни даже роста они не смогли описать более-менее конкретно. В одном они были уверены: идейный вдохновитель ограбления проживает в том самом небольшом городке, Нью-Париже, возле которого все произошло, и, скорее всего, затерялся среди мирного населения.

Доколе же, я вас спрашиваю, будет продолжаться подобный беспредел на железной дороге, где в это время был шериф и прочие представители власти..." и т.д.


Агенты бюро Пинкертона отправились в местную больницу, и только один из них, Джек Нортон, пострадавший меньше остальных, принялся за расследование. Он расспросил жителей городка и выяснил следующее:

1). Мэр города взяточник и имеет свою лошадиную ферму. Лошадки у него славные (сведения получены от аптекаря).

2) В городе опять видели индейца Джо. Он играл в салуне в карты, спровоцировал массовую драку и украл курицу (сведения получены от шерифа).

3) Шериф - обходительный мужчина, и все, что на него наговаривают - ложь и провокации (сведения получены от местной учительницы).

4) Певица в местном салуне красотка мисс Диана неприступна, как Форт Нокс (сведения получены от 25 разных человек).

5) Да не так уж она и неприступна! (Сведения получены от пьяницы, валяющегося возле салуна, нуждаются в тщательной проверке).

6) Кузнец вчера повредил руку и приходил за бинтом (сведения получены от аптекаря).

7) Жизнь - это всего лишь миг страдания от рождения до смерти, и нас ждёт апокалипсис в ближайшее время (сведения получены от гробовщика).

8 ) Мэр в последнее время сильно пьёт. Кажется, какие-то проблемы с женой (сведения получены от владельца салуна).

9) По ночам со стороны прерии доносятся странные звуки, как будто что-то бахает (сведения получены от миссис Морган).

10) Вчера к салуну прибежала чья-то взмыленная лошадь без седла и седока (сведения получены от мальчишек).

11) С веревки пропала белая простыня, кажется, единственная в городе (сведения получены от миссис Морган).

12) Священник на осенней ярмарке взял первый приз за меткую стрельбу (сведения получены от шерифа. Сказано с завистью).

13) Жена мэра, юная миссис Маргарет, сегодня не была на утренней службе (сведения получены от кузнеца).

14) Аптекарь на днях продулся в карты в пух и прах (сведения получены от владельца салуна).

15) В салуне отвратительное виски. И вообще вчера днём салун был закрыт (сведения получены от мэра).

16) Шериф - ирландец по национальности. Говорят, он убил пятерых индейцев, и никто ничего не доказал (сведения получены от мисс Дианы).

17) Кажется, возле нашего города кто-то тайно добывает золото (сведения получены от аптекаря).


Вопрос: кто из жителей городка ограбил почтовый поезд?

Версия первая, коллективно-кинематографическая

Автор: Smailyk


У меня мега-версия "Я знаю, кто виноват, или 6 друзей Репки!"

Как-то раз 6 жителей г. Нью-Париж с утренней почтой получили анонимные письма с инструкциями:

1. Аптекарь - украсть лошадь у мэра;

2. Священник - вспомнить старые заслуги в стрельбе;

3. Владелец салуна - устроить драку в городе, тем самым замаскировать кражу лошади. Для этого он нанял индейца Джо;

4. Жена мэра - найти простыню, чтобы перевезти золото. В этот вечер население города осталось без кина)))

5. Певица мисс Диана - найти 6 бандитов из соседнего штата. Ее видели с главарем банды, когда он приходил за оплатой;

6. Кузнец - заблаговременно сделать в прерии несколько глубоких ям (он их взрывал). После ограбления ему следует забрать золото, отвезти его и закопать в ямах.

Кроме этого, во всех письмах были такие пункты:

1. Никому не говорить о письмах;

2. Быть в масках в указанное время в указанном месте.

3. Дележ награбленного на следующий день.

Итак, день Х настал.

Индеец Джо пришел в город, спровоцировал драку, заодно украл курицу. Шериф спустил с рук это индейцу из-за схожести судеб. По той же причине не убивал 5 индейцев, которые ему приписывают.

Аптекарь в это время увел любимую лошадь мэра. А накануне решил поиграть в карты и продул, чему не расстроился, ибо у него скоро будет гораздо больше.

Кузнец, отправляясь на дело, видел, как жена мэра прошла в противоположном направлении от церкви.

Все собрались в назначенное время в назначенном месте и пошли на ограбление поезда. После чего они успешно добрались до места встречи с бандитами, где последних поймали агенты Пинкертона. Репка в это время скрылся в неизвестном направлении. Кузнец отправился к ямам, все остальные по домам. Закопав золото и деньги, кузнец отпустил лошадь (она побежала к салуну, куда часто возила мэра), обнаружил, что поранился, и отправился в аптеку.

Мэр, проснувшись поутру, не обнаружил жену рядом, чем был очень опечален. В последнее время у нее появились секреты. Решил отправиться в салун позавтракать на своей любимой лошади, которой тоже не нашел в стойле. Пошел пешком... Салун закрыт... В общем, не его день..."Кто же скрывается под маской Репки?" - спросите вы.


Под маской Репки скрывается беглый японский якудза Гроби, он же гробовщик. Что-то заскучал он на Диком Западе и решил развлечься. Задумал ограбление века! Разослал 6 жителям анонимные письма с инструкциями и стал ждать день Х. После того, как он покинул своих подельников, отправился к ямам. Подождал, пока кузнец сделает свое дело, выкопал золото и деньги, оставил записку "Бывайте, друзьяшки!" и отправился в путь. Это и видел аптекарь. Долго же смеялся Гроби, читая утреннюю газету.

Версия вторая, потрясающе-загадочная

Автор: Taiklot


Меня зовут Джон Моаси. И в моих жилах течёт четверть индейской крови. Иногда мне доказывают, что эта четверть изрядно портит всю остальную кровь, и что ж… готов согласиться, что всем подряд мил не будешь, поэтому и не жалуюсь. Мне на самом деле повезло. У меня есть любимая девушка, которая, даже несмотря на моё сомнительное происхождение, ответила на мои чувства. И повезло, что она живёт не в другом штате, а работает певицей в ближайшем городке Нью-Париже. Мы решили пожениться к следующему осеннему фестивалю, и для этого я тружусь не покладая рук, чтобы что-то собой представлять, как состоявшийся мужчина.


Я же говорю, я везунчик, слава Иисусу, у меня имеется своя земля. На участке стоит не очень большая, но крепкая, ферма, и еще есть река, а почва рыхлая и плодородная. Моя земля растит меня с детства и щедра, как мать. Я люблю её, а она, я знаю, дарит мне так много, потому что тоже любит меня.

Но однажды земля дала даже больше, чем я просил. Я знаю, это было частью любви ко мне, но с этого-то всё и началось…


Лошадки у мэра из Нью-Парижа, действительно, славные. Не очень хорошо вышло только с тем, что мэр надумал пасти табун на моей земле. Да еще взялся что-то проверять, разнюхивать, а потом торговаться и сутяжничать. Работы у меня много, некогда заниматься чужими интересами. Но однажды, делая запруду на реке, я заметил в расколотой скале золотую жилу. Сначала подумал, что это пирит, ну знаете, еще «золотом дураков» называют. Но нет… На скромном клочке земли каким-то немыслимым образом обнаружилось золотое месторождение. Вот это была новость!


К сожалению, новость была не только для меня одного.


Теперь, когда последние несколько недель я приходил в город, многое из того, что случилось дальше с найденным богатством, открывалось мне, как на ладони. И хотя, видит бог, я ничего этого не хотел знать, но пропустить не мог. Чужая алчность заставила меня вынырнуть из тихого мира, полного спокойствия и умиротворения и попробовать защитить свою честь.


Ясно, конечно, что в итоге, не мытьём, так катаньем, мэр добрался до золотой жилы - со мной, как с конкурентом, было справиться несложно. Через подставных лиц он переправил слитки в хранилища, а оттуда – официально их повезли в банк. Ничего сложного, если вы не такой профан, как я.


Только вот после того, как он украл золото с моей земли, не стало ему покоя. Частенько видел его в салуне за бутылкой. Его молодая жена почувствовала гнилую труху, которая сыпалась из души мужа, как с гнилушки, что точили жуки. Отдалилась и сторонилась его, словно прокажённого. В конце концов, эти жуки полезли у него изо рта - и по пьяни-то он и выболтал о перевозимом золоте. Аптекарь-то – тот еще хитрый уж - несостоявшийся фермер, завидовал мэру, жене его, лошадкам добрым. Так он специально проигрался мэру в пух и прах, чтобы выудить информации побольше. С хозяином салуна, который тоже тёрся рядом, и задумали они тогда ограбление поезда. Аптекарь-то, зная в снадобьях толк, подсыпал слабительное охране, а владелец салуна нанял головорезов для грабежа.


Только ведь и я знал о золоте, так уж получилось. Слышал и о плане, и о подкупленных людях. Видит бог, я ничего не хотел этого знать, но ночь полна голосов. Они шепчут страшные тайны. И уводят по дорогам, которые проявляются только во мраке. Я пошёл одной из этих дорог, и она привела меня к поезду в нужный момент. Я был там. Взял золото и ушёл дорогой, которая открылась только мне. Ночь отомкнула двери, земля расстелила путь под ногами лошади. Голоса мрака звали меня и позволили уйти незамеченным, хотя все нанятые головорезы и машинист видели меня. Но я остался тенью чьих-то искажённых воспоминаний, кем-то, кто был в маске рядом с ними. Тьма превратила меня в маску.


Прибыв на место, я отпустил свою лошадь. Теперь уже навсегда. Она до пены возле узды бегала по прерии и звала меня ржанием, но я попросил её возвратиться в город. Там она могла найти приют, пусть бы даже у мэра. Да будет так. Как оказалось, мэр, и правда, присвоил мою лошадь, прибежавшую вскоре к салуну, а затем отдал кузнецу на перековку.

Кузнец, человек неплохой, но даже он решил помалкивать, когда увидел под подковами кровь. Она просочилась так внезапно, что он, от неожиданности, поранил руку. И никакие уверения, что это-де его кровь, не убедили молодую миссис, жену мэра, вошедшую посмотреть на лошадь, в правдивости слов кузнеца. Уж ей ли не знать о земле, за которую боролся муж. Жирной, плодородной земле, налипшей на ноги моей лошади. Больше миссис не ходила в церковь. Бедное, нежное создание, эта миссис, она не хотела больше исповедоваться, ведь в отчаявшемся сердце не только муж, но и Бог предал её.


Ведь она знала, как мэр добыл золото.


Он убил меня.


Убил руками шерифа. Ирландец ненавидел индейцев лютой ненавистью. Ходили слухи, что он стрелял по людям моей крови без промаха. Только вот, когда ему напоминали о проигрыше на прошлой осенней ярмарке, он только хмуро сплёвывал под ноги. Очень сдержано, ведь он – приличный человек, умеющий держать себя в руках. Однако ему было мало подстрелить меня на лошади, когда я возвращался к дому от реки. Он сгрёб меня, раненного, с лошади, привязал лассо к луке седла моей же кобылы, вторым концом связал мне ноги и таскал по земле несколько бесконечно долгих часов. По кругу. Снова и снова. Сплёвывая и матеря тех, кто посмел ему тыкать проигрышем в стрельбе. Камни, песок и ветки сдирали с меня одежду и кожу. Моя земля любила меня, она отчаянно любила меня, поэтому старалась быть мягче со мной, но она не могла сделать больше. Поэтому она плакала моей кровью. И вбивала эти материнские слёзы под подковы моей лошади. Но когда я не умер даже после нескончаемой «езды», меня - полумёртвого, замученного, истекающего кровью - шериф привязал к дереву. Он не хотел видеть моё лицо. Плюнул в него, обозвал мерзостью. Потом он принёс с огорода тыкву, вычистил её и нацепил мне на голову. А после практиковался в стрельбе.


Но в голову, укрытую тыквой, попал, и правда, не с первого раза. Хреновый он всё-таки стрелок.

Мэр был там, но не влезал. Только смотрел и пил. Ему нужна была помощь законной власти, поэтому он не пикнул даже. Вытирал пот со лба и иногда трясущимся голосом напоминал о шуме выстрелов и уходящем времени.


Последняя пуля попала в тыкву. Но не попала мне в голову, просто в шею. Я истекал кровью еще несколько долгих минут, но уже почти ничего не чувствовал. Моя земля нежно показала дорогу, тьма сделала мой путь невидимым.


Тело же моё сбросили в яму и закопали в скрюченной, нелепой позе, но глубоко, чтобы шакалы не добрались. Тыква так и не разбилась на голове.


Когда я вышел по тёмной дороге впервые, меня никто не видел. Ночь темна. Город полон незаметных троп. Голоса земли шептали мне о безопасных местах. Но в один из дней меня заметил индеец Джо. Славный малый. Он пытался рассказать в салуне о том, кого встретил в тёмном переулке, но его осмеяли и избили. К тому же до этого, в панике, он не придумал ничего лучше, как украсть курицу – видать, для колдовского охранного обряда от гостя из прерий. В итоге мешок с курицей скакал по измятому Джо, а тот, в крови и перьях, сидел в пыли перед салуном. То еще было зрелище.


Конечно, он не узнал меня, но даже если бы на моей голове не было тыквы, он бы всё равно не узнал меня, потому что кожи на моём лице тоже почти не было. Но зачем мне тревожить тебя… Эх, Джо, ты добрый парень!


После ограбления, когда золото вернулось на мою землю, я пришёл в город последний раз. Просто стоял и смотрел в темноте на ЕЁ окна. На окна моей Дианы. Она так и не увидела меня. Заметил только пьяница, валявшийся возле порога. Он сивушно рыгнул и, выплюнув табачную жвачку, сально усмехнулся: - А я знаааал, что эта неприступная штучка Форт Нокс – та ещё шлюшка. Знаааал!


Я медленно побрёл прочь.


Как с ней попрощаться? Невозможно. Она так ничего и не узнает…


Я прошёл мимо двора, где на веревке сушилась простыня. Бледной, окостеневшей рукой сгрёб белоснежное полотнище и потащил его за собой.

Кто попрощается со мной?

Некому.

Кто простит меня?

Некому…

Кто похоронит меня?

Некому…


Нет сил лежать скрюченным в земле, так позорно униженным. Я не смог спасти свою жизнь. Спасу хотя бы честь. Белая простыня будет моим саваном. А земля останется домом и матерью. Матерью, которая дала мне так много. И даже больше, чем я ожидал. Я усну в ней, и она обнимет меня. Потому что любит. И потому что я одинок, но всё-таки счастлив, что любим ею.


Я врасту в схороненное золото, оставлю земле и посмотрю на того, кто посмеет забрать его у нас. Я буду частью мира, что прорастёт здесь травой, побежит рекой. Этот мир будет прекрасен, и я хочу стать частью его справедливости.

Версия третья, художественно-остросюжетная

Автор: Cantabile


На окраине небольшого городка Нью-Париж, в окружении могильных плит и крестов, копошились в земле два человека. Один явно был главным: он постоянно что-то поцокивал себе под нос и недовольно поглядывал на второго, тот же, в свою очередь, с совершенно безразличным видом, будто ничего и не слышит, копал без особой прилежности.


- Ну и толку от тебя? Все самому делать приходится! Вот скажи-ка мне, что ты от этого имеешь? Ха, работать за право пить! Где это такое видано? Даже не знаю, кто из вас двоих более безумен – ты или наш шериф. И что он с вами, индейцами, носится, как ученые с вымирающим видом? Подумаешь, велика потеря!


И так без конца-края кладбище наполнялось рассуждениями местного гробовщика, пока воздух не пронзил длинный высокий свист. Гроби замер от неожиданности и побледнел. На удивление, он был неимоверно религиозен, именно поэтому в последнее время ему стало казаться, что мир сходит с ума – не зря ведь ямы все чаще предназначаются молодым, причем, почему-то с желтыми зубами… если это не знаменье, то что?


«Первый Ангел вострубил, и сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю; и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела…»


Гроби окинул взором поверхность и осознал, что кругом лишь сплошная пустыня, раскаленная солнцем до предела, и вместо деревьев - кресты, что вот-вот начнут плавиться… и стало ему дурно…


«И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырёх животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить»


…на горизонте виднелся всадник, у которого вместо головы было Нечто. Аморфное, огромное и совершенно безликое.


В тот момент Гроби готов был поклясться, что слышал глас с неба:


«Горе, горе, горе живущим на земле от остальных трубных голосов трех Ангелов, которые будут трубить!»


Гроби понял:


Он грядет.


АПОКАЛИПСИС.


***

Сегодня был день ее триумфа! Она весь день могла повторять свое коронное «Я ж говорила!», а в ответ слышать лишь «миссис Морган, вы наша Спасительница!» или «что бы мы без вас делали?!». Впрочем, то, что она умнее большинства врачей, и даже медсестер, она знала еще с тех времен, когда полгорода скосила диарея, а эти бездари поставили диагноз «Амебиаз», вместо «Сальмонеллёз». Но, как говорится, дуракам везет: они не только диагноз перепутали, так еще и лечение! Минус на минус дало плюс, и никто ничего не заподозрил, но она-то, главная сестра-хозяйка, все точно знает, ее не провести!!!


В связи со вспышкой инфекции, тогда все мясо пустили на утилизацию, но зачем добру пропадать-то? Она отправила его своей куме в Нью-Москву, ахахах, вот так сразу двух зайцев и убила – и вроде гостинец, и за новое платье от Шанель отплатила! Правда, кто ж знал, что она им туристов кормить будет, да еще и таких важных?


В общем, спасительница-то спасительница, а белую простыню достать где-то нужно: на палату-то она припасла, а вот на 5-го больного ну никак не рассчитывала! Говорила ведь директору, что все эти новые веянья – ерунда, как красный для больных может быть лучше белого? Но уж больно ему на Мальдивы хотелось, а тут халявная партия краски подвернулась, не устоял… но как же все умно провернул! Еще и весь город потом сбежался за этой краской - повышать «либидо» и «внутренние чи»…


Вот так вся в заботах миссис Морган заправляла постель и меняла шторы, как вдруг увидела за окном простынь, и не какую-нибудь, а… Белую!


***


На улицах было необычайно тихо и безлюдно, и лишь индеец Джон, шатаясь, брел по дороге. Он твердо решил: раз уж, все равно суждено умереть, то хоть оторвется, как следует, напоследок... и шериф ему не указ! Впрочем, в апокалипсис он не особо верил, ведь он точно знал, что его предки предсказали конец света в 2012, а до него еще дожить нужно… и уж точно не ему с его циррозом… зато отмазка железная! Кто ж перед концом работает-то?


Вот так в раздумьях он бы дошел до самого «Теленка» - местного кабака, но путь ему преградило нечто белое. Оно развивалось на ветру, не имея ни какой опоры... и все бы ничего, если бы ЭТО не двигалось по направлению к больнице! Он ущипнул себя… и уверовал! Теперь оставалось лишь одно: приобрести дух орла…ну, или на худой конец, петуха Карла….


***


В небольшой комнатке перед зеркалом сидела невиданной красоты девушка, казалось, все в ней говорило «я не такая - я другая: я вся из блеска и огня!».


Вот тебе и идейная… это было слишком просто. Что ж, раз эта «овечка» пала перед ее шармом, падет и пастырь: разминка прошла на славу. Бедный мэр... иметь жену - саму невинность, должно быть, сложно, не мудрено, что спился... Как бы там ни было, аптекарь проспорил свои 5% от прибыли - день обещает быть удачным. Лишь одно ее тревожило – весть об ограблении: кто-то явно подставляет Падрэ… Все в городе знают, что он ее называет «своей мышкой», которая добывает ему «репку». Она всегда говорила, что его одержимость русскими сказками не пойдет на пользу, эх, сильная будет потеря – он был просто идеальным прикрытием, и способом отмывания денег. Впрочем, с ее навыками владения человеческими слабостями, найти нового – не проблема, ведь этот город – ее обитель, где она – ГОСПОЖА.


***


Все шло как по маслу: даже диарея пошла им на руку, теперь объяснить народу факт упущения золота не составит никаких трудов. Главное, что бы арест владельца салуна прошел без накладок, все же, год работы: изучение местности, сбор информации, вербовка агента, подделка доказательств, то же обучение лошади чего стоит. Впрочем, трудностей с арестом не предвидится, а вот найти связного и место производства, тайные счета, уничтожение концерна… это будет гораздо трудней, даже если хозяин будет отсутствовать, а внимание жителей будет отвлечено. Сколько бы он не изучал этот город, он не мог понять лишь одно – как? Как в таком маленьком городке можно производить такое количество наркотиков?


Опрос жителей уже окончен. Из всех показаний его внимание привлекло лишь замечание миссис Морган о шуме за городом… Там одна пустыня и скалы, они много раз проверяли, но…а вдруг? Неужели они что-то упускают?


Остался последний, но самый сложный рывок, и пока агент Джек поднимался по темной крученой лестнице, в его голове, раз за разом, всплывали часы пьяницы лежащего у входа в салун. «Дорогому мэру на День Рождения» - он уверен, что четко видел эту надпись. Что бы это могло значить?


Черная дверь. Он почувствовал, как от нее разит чем-то зловещим. Что ж, теперь самое время использовать все свои таланты. В конце концов, это его шанс на повышение. Он толкнул ручку.

Посреди комнаты стояла ОНА. Снежная королева. В синем платье, с пронзительно холодными, как лед, глазами. От одного этого взгляда бросало в дрожь.

- Вы, должно быть, Мистер…

- Джек Нортон, мисс, вам можно просто Джек.

- Точно, мистер Нортон – агент из Пинкертона. Ваша слава идет впереди вас. Чем могу быть полезной?

- Скажите, что вы…

- …делали этим утром, верно? Молилась вместе с миссис Маргарет – женой нашего мера. Думаю, вам не составит труда подтвердить мое алиби, – она улыбнулась, - что нибудь еще?

- У вас очень красивая ваза, - он кивнул в сторону сосуда с конфетами, стоявшего на столике подле зеркала.

- Только ваза?

- Что вы, вы сами как произведение искусства.

- Это конфеты из магазина «Монпасье» - гордость нашего города, хотите?

- Нет, спасибо, пока врачи запретили…ну, вы понимаете. Магазин «Монпасье» говорите… действительно, как в Париже.


Он окинул комнату взглядом - ничего подозрительного, или того, что могло сойти за сигнал, разве что, конфеты. Он был уверен, что девушка – связной, но теперь он начал сомневаться – уж слишком самоуверенной и умной она была для простого связного.


- Я могу пригласить вас на ужин, мистер Нортон? У нас подают превосходное виски и лазанью.

- Боюсь, для того что бы со мной встретиться, вам придется совершить преступление, мисс

- Похищение – достаточно веская причина?

- Смотря, что вы похитите…мисс.

- Сердце, мистер Нортон, сердце…


***


Опасения мистера Нортона подтвердились: мисс Диана была во главе организации. Время обозначали конфеты, а место встречи – песни, которые она пела каждый вечер в салуне ровно в десять. Местом производства была лаборатория, организованная под землей, вход в которую был замаскирован среди скал, и лишь пара заброшенных, на первый взгляд, рельсов вели к ней. Следствие затянулось, потому что их тайный агент – аптекарь, оказался предателем.

Но Джек Нортон понял все это слишком поздно: она, как и обещала, успела похитить его сердце…

Версия авторская, заключительная

Автор: Разлюли_моя_малина


Кузнец, добродушный здоровяк Бен, подковал последнюю ногу у лошади мэра и весело сверкнул зубами:

- Принимайте работу, мистер Абнер!

Мэр повёл на него мутным взглядом, с кряхтением обошел вокруг лошади и присел у копыта, чтобы проверить работу.

- Что-то скверно ты работаешь, Бен, - проворчал он, - куда хуже, чем твой отец, прими, Господь, его душу. Небось и недели подкова не продержится! Короче, за всю работу я не дам и пятидесяти центов!

Мэр пребывал в мерзопакостном настроении и ему хотелось скандала и экшена. Но чертов кузнец, вытирая старой рубахой молодое загорелое лицо, только пожал плечами:

- Да ладно, мистер Абнер, сочтемся как-нибудь. Вы сегодня уезжаете?

- Не твое дело, - буркнул мэр, - сегодня салун закрыт, а мне срочно надо... за покупками, короче, мне надо. Сьезжу-ка я в соседний городишко. К вечеру обернусь, если, конечно, подковы не поотлетают.

И, оседлав лошадь, направил своё похмельное тело по пыльной дороге, которая вела в соседний городок Нью-Вавилон.

Кузнец, проследив за неровной иноходью гнедой лошади мэра, пробормотал под нос:

- Ну как не поотлетают, непременно отлетят... Не сразу, конечно. До Вавилона ты доедешь, а вот назад тебя до завтрашнего утра точно ждать не стоит.

И, мечтательно улыбнувшись, начал с шумом плескаться в нагретой на солнце бочке с водой, разбрызгивая во все стороны сверкающие капли. На сегодняшний вечер у кузнеца были просто замечательные планы.


Индеец Джо доволок своего брата до родного племени, когда тот уже практически обессилел от боли и потери крови. Ну надо же было так неудачно сорваться с камней! Ногу разодрало будь здоров, к тому же он ещё и сам себе охотничьим ножом умудрился раскроить бок при падении, в общем, к тому времени, когда грязный и красный от пыли Джо ввалился к шаману, брат уже только часто и прерывистой дышал, закатив глаза и не интересуясь окружающим миром.

Шаман опытный, шаман быстро зашил младшему брату раны, напоил какой-то шаманской травой, помолился всем богам, ответственным за это безобразие, а ещё дал Джо рецепт и отправил в аптеку в ближайшем городишке. Сказал - иди купи лекарство, а ещё нужно отпаивать больного куриным бульоном, тогда выздоровеет.

И вот тут Джо крепко призадумался. Дело в том, что всех кур в племени совсем недавно покосила какая-то загадочная болезнь, от которой они сначала чихали, потом дохли (шаман сказал, что у них внутри вырос какой-то птичий гриб, и их нельзя есть, а нужно сжечь, принеся в жертву богам, а потом хорошо помыть руки), так что кур поблизости не было.

Джо полез в тайник за притолокой в вигваме, достал тощий кошель и со вздохом пересчитал наличность. С учётом того, что он сдал все добытое мясо и купил себе новое ружьё, денег на лекарство хватало в обрез. А вот на курицу, если покупать её в городе, уже не хватало.

Да, денег не было. Но была идея.

Через час, когда на Нью-Париж уже опустились сумерки, Джо, переплетя косу и нацепив приличную рубашку с орнаментом (Серая Сойка вышивала, наверное, все же стоит наконец взять её в жены), зашёл к аптекарю и вынес оттуда маленькую бутылочку, трепетно прижимая её к груди. У него оставался всего один доллар, и широкой поступью Джо направился в салун.

Он знал, что курицу можно купить у миссис Морган, но вредная тётка не отдавала её дешевле чем за два пятьдесят, крича на всю улицу, что у неё редкая хохлатая порода, и таких больше не достанешь, и наседки у неё все отличные, и петух зверь. На замечания Джо, что ему не на развод курятина нужна, а на бульон, а хохлатость она может оставить себе, мисс Морган взбеленилась и попробовала поднять цену до трёх долларов, но тут Джо начал умолять, мол, "не по своему хотению, а токмо волею пославшего мя шамана, и брат Белое Перо помирает, супу просит", и цена остановилась на двух сорока пяти.

В салуне Джо и планировал выиграть недостающие деньги.

Вечер выглядел многообещающе, внутри уже собрались завсегдатаи: чем-то крепко загруженный аптекарь, чем-то очень довольный шериф и чем-то сильно озадаченный владелец. Все было хорошо, и карта шла отличная, и по всем приметам должен был быть у Джо выигрыш долларов на пять, не меньше, но тут этот чертов ирландец, шерифская морда, вскочил, взревел, как бизон: " Да эта индейская обезьяна мухлюет!" и швырнул карты в лицо. Это потом уже до Джо дошло, что сделано так было специально, чтобы деньги не отдавать, а в тот момент красная пелена закрыла глаза, и все оскорблённые духи предков хором взвыли в сознании, и очнулся он уже на улице, с синяком на челюсти и разбитыми костяшками, и без копейки денег. Хорошо хоть бутылочка с лекарством в сумке сохранилась.

И вот что было делать?!

Попросил Джо у предков быстренько прощения, подняв глаза к небу, да и прокрался мягким охотничьим шагом на двор тетки Морган. Потому что у неё кур много, ещё и петух зверь, а у него брат один, и тот еле живой.

Курица - птица глупая! Ну сиди себе на насесте, спи, ночь на дворе! Нет, надо орать всем курятником, заполошно метаться под ногами, ещё и петух этот гадский напал сверху, вцепившись в волосы, как пума, и горланя во всю мочь! Джо, оглохший и ослепший, поймал-таки одну курицу, профессиональным наемническим жестом свернул ей голову и кубарем выкатился из беснующегося курятника, надеясь, что на этом приключения окончились.

Ага, как же! С шумом распахнулось окно, и в неверном свете молодой луны там проявилось нечто ужасное, в белом чепце, необъятной ночной рубашке и с дробовиком на плече.

- Чего там? - грозно крикнула миссис Морган, целясь в темноту, - Никак насильники решили напасть на бедную вдову?!

- Да даже в мыслях не было! - с ужасом открестился Джо и тут же понял, что совершил роковую ошибку.

- Ах ты гад! - до глубины души оскорбилась тётка, прицелилась на голос и шандарахнула зарядом дроби, попав в уже мертвую курицу и чудом не задев самого Джо.

Тот шарахнулся в сторону, споткнулся обо что-то и с оглушительным плеском свалился в огромную бочку с какой-то тёмной жидкостью, стоящую на краю двора. Отплевываясь, вынырнул... и с удивлением уставился на свои руки и курицу, которые почему-то обрели насыщенный синий цвет.

Ах вот в чем дело, осенило Джо. Тётка Морган решила открыть своё маленькое дело по пошиву особо прочных штанов для погонщиков скота и других рабочих, почему-то решив красить их в цвет индиго и назвать как-то смешно: дэнсы...жинсы...джинсы, что ли, и для этого соорудила целую бочку натуральной синей краски. Все в городе над ней смеялись, потому что ни один нормальный человек такие штаны носить не будет, но тётка была упрямая. И вот в эту бочку и свалился Джо.

Расплескивая краску, он заполошно заметался, потом все же вылез, увернулся от новой порции дроби и рванул через забор, зацепившись напоследок об какую-то веревку.

И помчался мимо спящих домов, весь синий, с такой же синей косой и синей дохлой курицей, и зацепившаяся за штаны синяя веревка волоклась за ним по дороге, как хвост.


Юная Маргарет, жена мэра, стояла на коленях перед распятием и молилась. Молилась, потому что сегодня она совершит страшный грех, и отправит свою до сей поры чистую душу в ад.

Конечно, родители были не правы, когда отдали её в жены такому пожилому, хоть и уважаемому человеку. И ведь плакала же перед свадьбой, говорила матери: "Мама, ну он же старый!" А та лишь дернула плечом: "Ну тебе же не варить его. Зато богатый человек, и лошадки у него славные!"

И с той ночи после свадьбы Маргарет все время плакала. А потом на воскресной службе увидела кузнеца Бена и плакать перестала. Совсем.

И потом специально проходила мимо кузницы, заглядывая украдкой, и видела, как пылает огонь, как сыпятся искры, и как кузнец, голый по пояс, блестящий от пота, со звоном бахает молотом по наковальней, а потом оборачивается, и белые зубы блестят на загорелом лице, и волосы падают на глаза. И Маргарет ускоряла шаг, потому что и смотреть на это было нельзя, и не смотреть невозможно.

А потом он подходил после воскресной службы, мял в руках шляпу и краснел. А потом вызвался проводить в соседний город за покупками. Они тогда застряли где-то на полпути, и Маргарет чуть не свернула с пути истинного. Сильно жалела потом, что не свернула-таки.

А сегодня сказал, что придёт, как стемнеет. Сказал, что ее мужа точно не будет дома.

Маргарет домолилась, поправила низкую шнуровку на груди и открыла окно, которое выходило на задний двор.

Но когда Бен одним движением перемахнул через подоконник, все же дрогнула.

- Бог меня накажет... - прошептал она.

- Не накажет, - ответил кузнец с глубоким убеждением, - это абсолютно богоугодное дело.

Сделал два шага вперёд, подхватил Маргарет на руки и отнес в спальню, открыв дверь с ноги.

Через два часа, когда она ещё плавала между сном и явью, Бен вдруг приподнялся на локте и вслушался в какой-то звук.

- Чёрт, - сказал он, - кажется, там стучат знакомые подковы.

Его дама ахнула, вскочила, выглянула в окно и увидела в конце улицы неспешно возвращающуюся лошадь, на которой полувисел её несчастный супруг.

Маргарет окаменела от ужаса, но кузнец не потерял хладнокровия. Одежду собирать было некогда, поэтому, на прощание чмокнув любовницу, он лихо вылетел в окно второго этажа, ухватившись за бельевую веревку, которая вела на задний двор, и скатился вниз, ещё раз сверкнув фигурой и растворившись в ночи.

Маргарет спешно запихнула все его вещи под кровать, путаясь в рукавах, нацепила ночную рубашку и нырнула в постель.

Мэр, бормоча про себя "Опять небось плачет. Даже заходить к этой святоше не хочу", все же заглянул в спальню жены, прежде чем уйти к себе.

Она спала, разметав по подушке золотые волосы, обняв одеяло и улыбаясь во сне такой детской, невинной улыбкой, что что-то в сердце её мужа дрогнуло, и несколько минут он стоял в дверях, смотря на нее с тоской, после чего бессильно застонал и опять приложился к бутылке, прежде чем уйти к себе.

На следующий день Маргарет проспала на службу, чего с ней ещё никогда не случалось.


Кузнец Бен, шипя, потер разодранные об жесткую веревку ладони и подумал, что придётся поклянчить у аптекаря какую-нибудь мазь. Правда, сначала надо добраться до дома, а то прогулки по городу в костюме Адама могли плохо закончиться.

Подпрыгнув, Бен сорвал с первой попавшейся веревки какую-то тряпку (это оказалась простыня) и задрапировался в неё на манер римской тоги. Ничего, до дома недалеко.

И тут же из-за угла на него выскочила какая-то синяя образина с желтыми, отсвечивающими под луной глазами, с развевающейся косой и лохматым свертком в руках.

Оба шарахнулись друг от друга, как два кота, но уже через миг узнали друг друга. Бен и Джо приятельствовали, кузнец часто подковывал индейских лошадей, иногда они попивали вместе виски, поэтому сейчас индеец лишь приложил палец к губам и внушительно сказал:

- Короче. Ты меня не видел.

- Ты меня тоже, - ответил Бен и вгляделся в конец улицы, где кое-как слезал с лошади пьяный мэр.

Джо тоже туда глянул, с усмешкой кивнул и исчез в темноте, вполголоса напевая первые строчки старинной индейской баллады: "Осенью в дождливый серый день Проскакал по городу олень..."

Ночь у обоих друзей явно удалась.


Аптекарь был человек азартный и предприимчивый, и часто от этой самой предприимчивости жестоко страдал. Он прогорел в своё время на акциях воздухоплавательной кампании, поисках серебряных рудников в Техасе, разведении кроликов и даже брак по расчету оказался неудачным, потому что расчёт подвел. Но Томас не расстраивался, потому что верил в свою счастливую звезду, хотя она и поворачивалась к нему неизменным тылом. Поэтому раз в несколько лет приходилось менять место жительства, спасаясь от вездесущих кредиторов.

Нью-Париж ему нравился. Тихое место, простые люди, жить бы и радоваться, но неугомонная предпринимательская жилка Томаса не могла молча сидеть в его душе и нашептала прекрасную, просто гениальную, чтоб его, идею - финансовое сообщество. Идея - блеск: вкладчики вносят некоторую сумму денег, Томас их вкладывает в абсолютно верные, проверенные проекты, и через пару месяцев получает почти стопроцентную прибыль. Называлась организация красиво: "Management, Maintenance, Maximum" (Управление, Поддержка, Максимум), сокращенно "МММ", и судила дивные барыши и обеспеченную старость. И надо ж было золотодобывающей компании, в акции которой Томас вложил деньги почти всех жителей городка, с треском разориться! Теперь перед Томасом стоял сложный выбор: или раздобыть где-то две с половиной тысячи долларов (и это ещё без процентов!), или опять подаваться в бега.

Том решил сначала попробовать первый вариант, собрал оставшуюся наличность и пошёл в салун играть. Там уже торчал довольный шериф (видимо, его учительница все же открыла ему двери и сердце) и озадаченный хозяин распивочной (заказанная им партия виски застряла где-то по дороге, и он зря скатался в соседний посёлок. Видно снова придётся расчехлять самогонный аппарат, а сивуха из кукурузы выходила просто омерзительная). Но фортуна не была благосклонна к Томасу, и он продул и все те остатки, что завалялись в его фонде. Деваться было вообще некуда.

В самом отвратительном настроении Том пил дома, в компании гробовщика Эда, и громко жаловался на судьбу.

- Жизнь моя жестянка! - пафосно восклицал он, тряся стаканом, - Все. Сил моих нет. Вот допью и отравлюсь к чертовой матери, вон и яд на полке стоит в коричневой банке. Замучился я бегать по всем штатам, как заяц!

Гробовщик сочувственно покивал, а потом подошёл к шкафу и внимательно изучил вышеуказанную  банку.

- И что, правда яд? - спросил он.

- А то! - подтвердил аптекарь, - страшная вещь! Одна капля, и все,ты труп!

И тут же захрапел в подтверждении своих слов.

Гробовщик спокойно вынул здоровенную банку из шкафчика и вышел в ночь.

Гробовщик ненавидел все человечество и аптекаря в частности. Человечество- за то, что является вместилищем пороков  и не чувствует приближения последних времён. Аптекаря - за то, что лечит жителей города, причём вполне успешно, и они почти совсем перестали умирать, так что бизнес гробовщика переживал паршивые времена. Но волшебная банка должна была в корне поправить дела: во-первых, обеспечить Эда работой, во-вторых, посеять тьму и хаос, столь милые и желанные его сердцу. Оседлав лошадь, Эд проскакал много миль за ночь, добравшись до соседней станции и вылив содержимое бутылки в огромную бочку, которая снабжала питьевой водой городок. Теперь оставалось только ждать.

С чувством глубокого удовлетворения гробовщик завалился спать лишь под утро, едва остудив взмыленную лошадь. Он не знал, что аптекарь Том соврал и в бутылке было всего лишь сильное слабительное для крупного рогатого скота.


Айвену все ещё иногда снились кошмары. Снились снега Аляски, отмороженные руки напарника по золотодобыче, снился момент, когда к ним наконец пришло золото. И ушло, отобранное крючкотворами из Западно-Американского банка. А бумаги надо правильно оформлять на участок, вот что. Снилась иногда его русская бабушка, но редко. Чаще вспоминался момент, когда Айвен, наткнувшись в одном из северных штатов на юриста из банка, который хвастался в салуне своими успехами на почве "отметания земли у лохов", подстрелил его там же, у стойки. Снилась тюрьма иногда, из которой он бежал. Снилась поездка на запад в собачьем ящике дилижанса, на который напали бандиты. Снилось мертвое лицо молодого священника, который направлялся в Нью-Париж, но словил пулю, защищая какую-то девушку.

Девица, правда, тогда не растерялась. Она скинула с себя тело мертвого священника, быстрым движением задрала юбку, обнажив подвязку полосатого чулка, выхватила оттуда браунинг и начала палить по бандитам довольно точно. Айвен тогда специально вылез из  ящика, чтобы посмотреть, кто там отстреливается, и в тот момент и увидел Диану в первый раз: стоящую в дверях дилижанса во весь рост, юбка задрана, нога в чулке и высоком ботинке со шнуровкой во всей красе, от резкого движения из прически полетели шпильки, и ветер тут же радостно подхватил и разметал рыже-золотистые локоны, в её глазах плясали черти, а ещё...она улыбалась. Ей не было страшно.

Они тогда вдвоём отбились от целой банды, и, собственно, остались единственными выжившими. Уже потом, когда грязный, небритый Айвен натягивал шмутки священника и искал среди вещей его бумаги, Диана подошла и протянула ему руку, как равному.

Но он не был готов относиться к ней как к боевому товарищу. Он слишком долго сидел в тюрьме, а у неё были слишком сияющие глаза и белая кожа. И решил, что если она будет против того, что он хотел с ней сделать, то одним застреленным телом в прерии станет больше, всего-то.

Какой же он был тогда дурак.

Через пару часов они ехали вдвоём на раздолбанном дилижансе в сторону Нью-Парижа, и она, жмурясь, как кошка под солнцем, рассказывала, что сбежала от родителей из Техаса и собирается петь в салуне, говорят, там хорошие заработки. И что она заработает немного денег и непременно станет актрисой в Нью-Йорке. А Айвен правил лошадьми и постепенно понимал, что ему придётся остаться в этом городе надолго. Потому что если её там кто-нибудь коснется, Айвен его пристрелит, как бешеного койота.

Так все и пошло дальше. Он стал вполне пристойным священником, Диана пела и танцевала, дразня посетителей взмахами юбки и открывая матовые, сияющие коленки, а по ночам он приходил к ней, собирал в кулак её рыжие волосы, обнажая тонкую шею с трепещущей жилкой, и понимал, что никуда больше от этой женщины не уйдёт.

И вдруг эта жизнь качнулась.

Случайно Айвен узнал, что следующий почтовый поезд будет везти в Западно-Американский банк деньги и золото из северных штатов. Может быть, и его золото едет там же... На эти деньги они с Дианой могли бы уехать в Нью-Йорк, и пусть она там играет в приличном театре, перед приличной публикой, которая не будет пытаться хватать её за ноги, а Айвен в дорогом костюме будет сидеть в первом ряду с сигарой в зубах.

План созрел быстро. Правда, подельников пришлось набрать в соседнем штате наобум, но Айвен не показывал им своего лица. И место под добычу было приготовлено, и план разработан на случай, если эти оборванцы попытаются его прикончить, чтобы не делиться, и даже маски он приготовил (по поводу масок он удивился сам себе - ну вот вылезло что-то такое из детства, из подсознания, просто он помнил, что в этой сказке все хором пытались что-то стащить и им это удалось).

Оставался один момент - как быть с Дианой. Он не хотел ей ничего говорить и не сказал бы, но она, как кошка, почуяла что-то, и, то ласкаясь, то кусая, выпотрошила из него все планы.

И тут же заявила, что пойдёт с ним.

Айвен сначала пытался ей что-то втолковать, а потом просто вышел и запер дверь снаружи. Ничего, посидит немножко под замком,поточит коготки об дубовую дверь. Нечего ей рядом с поездом делать.

Неполадки начались сразу же, в самом начале. Мало того, что в поезде оказалась целая толпа пинкертонов, хоть и не вполне здоровых. Но и одного более-менее бодрого агента хватило, чтобы он смог нейтрализовать все бестолковое воинство Айвена, которое, как оказалось, могло только языком по кабакам трепать.

Айвен понял, что потерпел неудачу, а значит, смысла жить дальше нет. Скорее всего, его повесят, а если и нет, тоДиана не будет его дожидаться из тюрьмы, такие женщины слишком хороши, чтобы быть одним.

Но он все же из чистого упрямства дотащил три тяжеленных мешка до последнего вагона (чертов пинк шёл за ним по пятам) и приготовился прыгать, хоть и знал, что лошади остались где-то возле паровоза, а пешком он от пули не убежит.

Прыгать не пришлось. Его ждали.

За еле ползущим поездом скакало три лошади, и на одной из них, по-мальчишечьи свистя, мчалась Диана. "Я её придушу", - понял Айвен, прикрыв глаза от облегчения.


Они успели перегрузить мешки и скрыться с глаз прежде, чем сзади раздались выстрелы бешено матерящегося пинка. Азартный попался парень, но премии от начальства ему явно было не видать.

Остановились они где-то далеко в степи, где не было слышно ни шума железной дороги, ни выстрелов. Диана повернула к нему своё разгоряченное лицо и пропела на мотив какой-то шансонетки:

- Мы богаты, мы теперь богаааатыыы! Ты рад? Ты ведь рад, правда? - тормошила она Айвена, смеялась, что-то болтала про большой город и новую жизнь, - Ты на что потратишь деньги? Слушай, а давай купим ферму! Ой, нет, коровам не хочу хвосты крутить. О, точно! Нам нужно купить золотой прииск! Нет, пять золотых приисков! Я буду Золотой королевой всего Запада!

Айвен смотрел на неё и чувствовал, как его губы помимо воли расплываются в улыбке.

- Ты знаешь, - решился он поделиться с ней своими давно вынашиваемыми планами, - я тут нашёл кое-что неподалёку от нашего городка. Нет, это не золото. Это такая... чёрная маслянистая жидкость. Она залегает неподалёку от поверхности. И мой приятель, химик, сказал, что из неё можно добывать горючее, для ламп. А может, и для других целей. Может быть, когда-нибудь на этой жидкости будут ездить паровозы, летать дирижабли... Я хочу заняться этим. Например, построить какой-нибудь завод...

Диана, которая уже прильнула к нему, подставляя губы, отодвинулась и взглянула на Айвена с удивлением и жалостью.

- Я даже не думала, что ты такой фантазер, - проговорила она, - надо же - чёрная жидкость из земли. Уж поверь мне, умной женщине, - и она гордо выпятила грудь, на которую Айвен тут же и уставился, - у этой затеи нет и не может быть будущего.

Он улыбнулся и согласно склонил голову, подумав, что женщинам вовсе не обязательно всего знать о мужских делах. Иногда им просто достаточно быть красивыми.

Страница книги Игра в детектив в интернете