Место Ожидания: "За нами придут"

Небольшой коридор, в конце которого огромное окно с бежевыми жалюзи – это всё, что мне больше всего запомнилось. Сквозь жалюзи дневной свет освещал светлые голые стены и гладкий каменный пол. Старая постройка всем его обитателям не совсем нравилась. Во-первых, мрачный вид всех коридоров и помещений, будто кто-то сократил бюджет именно на этом здании. Во-вторых, все обитатели не имели представления где они находятся и зачем они здесь, а гнетущая обстановка и само здание добавляло керосину в огонь страстей и размышлений. К счастью, драк здесь не было. К счастью ли?

Когда я попала сюда? Кто я? Что это за место? Кто все эти дети? Я ничего не помнила, даже своего имени и возраста. Просто однажды я открыла глаза, лёжа на кованной одноместной кровати в каком-то помещении. Всё моё тело болело так, что сначала я подумала, что я попала в жуткую аварию. Меня тошнило, губы обсохли, кружилась голова… Я пощупала пульс… «100…89…» Кажется, приходит в норму. Странно, что я знаю каков нормальный пульс. Наконец в комнату зашла какая-то женщина. Её черные волосы волнами ложились на плечи, а сама она была в белом приталенном платье до колен. Знаете же знаменитое маленькое чёрное платье? Это было оно, но белое-белое… Женщина держала какие-то вещи в руках. Она остановилась на пороге оглядеться в комнате. Я сделала это вместе с ней. В комнате, помимо меня и этой женщины, была девушка лет 13-16, её кровать была у окна слева напротив, через кровать напротив меня ещё девочка лет 10, далее пустая кровать. Слева от меня у окна расположилась ещё одна девочка лет 8, затем была моя кровать и ещё одна пустая. Взгляд женщины остановился на мне. Мне стало как-то радостно от того, что сейчас я могу спросить, что со мной случилось и где я.

– Добро пожаловать в Место Ожидания. Ты – Седьмая. Тебя так зовут. Чтобы избежать дальнейшего вопроса, меня зовут Трина. Весь здешний персонал зовут Тринами. С остальными познакомишься, когда переоденешься, –женщина вручила мне вещи и вышла.

Вот так меня встретили в этом месте. Сказать, что у меня был шок – ничего не сказать! Вопросов стало ещё больше после смены одежды. До этого на мне были темно-синие рваные джинсы с неизвестными каплями крови, белая футболка и красная рубашка в клетку, испачканная все той же неизвестной кровью в районе груди, а ноги были босыми. Новая одежда состояла из футболки и шорт до колен нежно-кремового цвета, на ноги дали что-то типа «лодочек». Переодевшись, я спросила у старшей из девочек куда мне отнести мои вещи, но та промолчала. На помощь пришла девочка восьми лет.

– В коридоре стоит Трина. Обычно она охраняет большие часы у стола, но она и вещи принимает.

– Большие часы? Зачем их охранять?

– Да, больши-и-е такие часы! Но никто не знает, зачем там всегда стоит Трина, – грустно ответила девочка.

– Ясно… Тогда я пойду… Отнесу вещи Трине… И вернусь.

– Ага! – приветливо кивнула новая знакомая.

«Вот ещё! Ты, конечно милая девочка, но я не вернусь. Нужно разузнать где я и как отсюда побыстрее свалить!»

Чтобы не вызвать подозрений у персонала, я отдала свои старые вещи Трине, которая, как и сказала девочка, стояла около больших круглых настенных часов. Трина улыбнулась мне и пожелала хорошего дня. Было чувство, что я нахожусь в психиатрической клинике. Меня пугали эти Трины, которые стояли почти на каждом шагу. Если бы они делали хоть что-то, то не вызвали бы моих подозрений, но они просто стояли в коридорах, как часовые.

После осмотра загадочного места я выделила для себя несколько важных пунктов:

1. Это место не больница.

2. Здесь один основной коридор и шесть комнат с детьми, а меня саму определили в шестую.

3. Раз комнат шесть, то имена даются не по значению комнат, так как я Седьмая.

4. Большие часы служат для отсчёта времени, но пока не ясно для чего именно. Рядом с часами есть календарь, и он показывает, что сейчас июль месяц, а дата не так важна… Всё равно я ничего не помню.

5. Все Трины на одно лицо и только одна отличается русыми волосами. Она сидела на другом конце коридора рядом с неизвестной дверью. Эта Трина что-то писала в красную тетрадь и вычёркивала в чёрной.

Мне стало жутко от собственных мыслей и догадок. Снова закружилась голова и я почувствовала, что теряю сознание.

Когда я снова открыла глаза, надо мной нависала та маленькая девочка.

– О, очнулась! – воскликнула она. – Ты не переживай, – махнула она рукой, –все через это проходят. Тут была одна девушка… Так она вообще начала буянить и кричать, когда ей стало невыносима мысль ожидания вызова.

Голова все ещё гудела и губы были обсохшими. Было трудно, но я нашла в себе силы присесть на кровать.

– Говоришь, ожидание вызова? Что это?

Девочка присела напротив меня и стала болтать свисающими ногами.

– Ну… Все дети здесь не помнят, как попали сюда. Как их зовут, сколько им лет, и кто их родители. Трина приходит к каждому новенькому и даёт имя. Кстати, моё имя – Вторая.

– Приятно познакомится… Значит, ты тоже ничего не помнишь?

– Ага, – тяжко выдохнула девочка. – Сначала здесь тебе будет неуютно, но ты привыкнешь. В местной столовой очень вкусно кормят, а за помощь одной из Трин дают что-нибудь интересное. Например, журнал или плеер. Четвертая скопила целую гору журналов! – Вторая посмотрела на девушку у окна. Рыженькая девчушка вначале мне показалась моей ровесницей, но сейчас я поняла, что все-таки она младше.

– Четвертая, не нужно так смущаться! –парировала Вторая.

– Да заткнись ты!

Вторая в ответ скорчила рожицу и показала язык.

Довольно дерзкая, но милая. Вторая была совершено другой: маленькая девочка с длинными светлыми волосами и голубыми глазами. Она напоминала мне маленького ангела.

– Вторая, ты сказала, что это Место Ожидания и что нужно ждать пока тебя не заберут.

– Так и есть, – кивнула девочка. – За нами придут. По крайней мере до тебя здесь было много детей, но их всех забрали.

– Ты выглядишь грустной. Тебе что, хочется уйти?

– Да. За мной уже долго не приходят, а Четвертая здесь уже больше года…

– Ясно. А кто забирает детей?

Вторая и Четвертая переглянулись друг с другом. Стало ясно, что мой вопрос им не понравился. Неловкость прервала Четвертая:

– Люди приходят. Мужчина и женщина. Всегда разные. Их сопровождает Трина и показывает детей. В день, когда за кем-нибудь приходят часы начинают тикать громче обычного. Мы назвали этот час «Час Сбора».

– Ничего себе! – удивлённо заметила я. – Значит, за нами могут прийти только в определённый день?

– Нет, – устало выдохнула Четвертая. – Приходят каждый день и каждый час. Пока ты спала забрали мальчишку из третьей комнаты.

На этом наш разговор прервался. В комнату зашла Трина и пригласила всех на ужин.

В коридоре, когда мы вышли из комнаты, сквозь жалюзи проскальзывал закат, а в моей душе росла непонятная тяга, будто я забыла кого-то очень важного. Наверно, это мои родители?

Столовая по отделке была точно такой же, как и коридор со всеми комнатами. Я насчитала восемь белых прямоугольных столов, за каждым из которых сидели по четыре или три человека. У всех детей был хороший аппетит и вели они себя вполне обычно. Трина представила меня перед всеми прежде чем усадить за стол.

Так прошёл мой первый день. Особого режима здесь не было, но дети вели себя тихо и после десяти часов вечера Место Ожидания погрузилось в пугающую тишину. Я укуталась в одеяло и стала уже засыпать, как вдруг Вторая тихо попросила меня открыть глаза. Она тоже задрала одеяло до подбородка.

– Седьмая, ты ведь ещё не знаешь, что здесь нет зеркал?

– Меня уже ничем не удивишь, но спасибо, что предупредила.

– Не за что, – улыбнулась девочка. – Поэтому я скажу тебе, что ты выглядишь очень взрослой. Может ты уже не ребёнок?

Такое возможно? Меня посещала мысль, что я здесь лишняя, но после слов этой маленькой девочки подозрений стало больше. Если нас и правда забирают какие-то мужчина с женщиной, то это должен быть приют, но тогда откуда эти Трины? Почему они все на одно лицо? И если нас выбирают, то выберут ли меня когда-нибудь? Зачем кому-то такая большая дочь?

Вопросов с каждым днём становилось все больше, а ответы по-прежнему были скрыты за безразличными лицами Трин. Так было пока однажды в нашей комнате не появился новенький: парень примерно моего возраста с тяжёлыми ранениями.

По возможности я старалась не думать о прошлом. Меня пугала сама мысль, что я вспомню что-то и захочу отсюда сбежать. Мне нравилось настоящее, несмотря на жестокость всего происходящего. Это место не пугало, оно и правда ассоциировалось как место ожидания, например, своего рейса на самолёт или поезд. Место Ожидания было гибридом приюта и вокзала. Все дети носили одинаковую одежду и разнообразие цветов можно было увидеть лишь у себя в тарелке за обедом или же в журналах у Четвертой. Я привыкла рано вставать и помогать с бумагами одной из Трин. За выполненную работу мне разрешалось что-нибудь спросить для своего досуга. В первый раз я спросила телефон в надежде, что выйду в интернет и узнаю своё местоположение. Телефон мне дали, но он не выходил на связь с интернетом. Стало немного страшно, но я не сдалась и в следующий раз попросила радиоприёмник. С ним я вышла на какую-то неизвестную волну, но так ничего и не услышала. Все мои последующие попытки были тщетны, и я начала свыкаться с мыслью, что никогда не узнаю где я, пока меня не заберут в Час Сбора.

Шли дни, недели. Я очень привязалась ко Второй, и мы с ней часто кружили в коридоре у окна с жалюзи. Свет нежно переливался на её светлых волосах и мне это нравилось. Она была мне как младшая сестра. Четвертая была хмурой, но иногда она присоединялась к нашим играм. В какой-то момент я заметила, что дети стали чаще веселиться вместе с нами, и коридор постепенно к вечеру оживал и гудел от наших голосов и смеха. Трины тоже это заметили, но предпринимать ничего не стали. Это веселье продолжалось недолго.

Парень с тяжёлыми ранениями заставил нас врасплох после завтрака. Его положили справа от моей кровати.

– О, Господи! – воскликнула Четвертая. Она всегда слишком бурно реагировала на новеньких.

– Без паники, – приказала я. – Кто-нибудь видел, как он здесь появился?

Девчонки отрицательно покачали головами.

– Понятно, – выдохнула я. – Всё, как обычно. Что ж, присмотрим за ним, пока он не очнётся.

– Ура-а-а! Новенький! – Вторая радостно подбежала к парню и дотронулась до его лба. – Он весь горит, но это нормально. Седьмая тоже пришла к нам с температурой, а потом и вовсе грохнулась в обморок!

– Не напоминай…

В этот момент в комнату ворвалась Трина. На её лице читалось беспокойство.  Она посмотрела на нас, а потом на новенького.

– Он сильно ранен, но это не проблема, – Трина присела около парня и стала снимать с него рваную одежду. – Ну, что стоите? Помогайте.

Мы словно очнувшись ринулись на помощь. Когда новенький остался только в нижнем белье, Трина достала бинт из своего платья. Она обмотала всё тело парнишки с головы до пят и ушла, приказав нам следить за его состоянием.

В этот день мы со Второй не водили хоровод в коридоре, в этот день Место Ожидания словно вернулось в прошлое и детский смех не звучал в комнатах и в самом коридоре. Время от времени заходила Трина и проверяла состояние новенького, но он спал. Сначала я наблюдала со стороны, но после ужина, когда он должен был уже прийти в себя, я села напротив него и взяла его за левую перебинтованную руку.

– Это странно, – заметила Вторая. – Почему он до сих пор не просыпается? Почему, Седьмая?

Вторая сильно встревожилась, да и все остальные в комнате тоже. Нам приходилось встречать уже много новеньких, и они так долго не спали после прибытия.

– Я не знаю. Он сильно ранен. Может нужно больше времени, чем обычно.

Приближалась ночь. В комнате уже все улеглись спать, но ко мне сон не шёл. Держась за тёплую руку новенького, мне совсем не хотелось спать. В моем сердце была лишь тревога за него. Парнишка был пока без имени и выглядел он старше, чем подросток. Кажется, Вторая это тоже заметила. Я и этот парень сильно выделялись среди детей. Мы были здесь лишними…

Проснувшись, я увидела в моих ладонях уже совсем обычную руку без ран.

– Доброе утро, Седьмая! – поцеловала меня в щеку Вторая.

– Доброе, милая! – улыбнулась я. – Он не просыпался?

Вторая покачала головой. Это было довольно странно. Бинт уже сняли и его раны прошли. Парень просто спал. Вдруг в комнату вошла Трина. Она оглядела комнату и позвала всех на завтрак.

Всё было как обычно, но что-то явно изменилось после прибытия того парня. Особенно меня повергло в шок, что русая Трина не сидела на обычном месте у двери. Её не было! Пустой стол. Не было ни чёрной тетради, ни красной. Позади её стола была дверь, которая сейчас могла поддаться мне и открыться! В голове сразу возникли сотни идей для побега. Я могла хоть сейчас побежать и попытаться открыть эту дверь! Могла и хотела, но рядом шла улыбчивая Вторая, не выспавшаяся Четвертая и другие дети от пяти до шестнадцати лет. Если я сбегу, то что с ними будет? И куда я побегу? В моей голове пустота и я помню лишь это место. Мне некуда бежать, и я не брошу так полюбившихся мне Вторую и Четвертую.

С этими мыслями я вошла в столовую, и оставила в своей голове все попытки побега. После завтрака я попросила стакан воды для новенького и начала смачивать его губы водой.

Прошёл день, а парень все спал. Вечером я вышла в коридор чтобы проветриться. Трины стояли на своих местах, но русой Трины до сих пор не было. Тогда я решилась расспросить Трину, стоявшую у часов

– Эм-м… Трина, а ты не в курсе где Трина с русыми волосами? Она обычно сидела за тем столом у двери и что-то всегда писала.

– Нет, мне это знать не положено.

– Если её нет, значит Часа Сбора пока тоже не будет? Ведь именно она приводила тех, кто забирает нас.

– Ты хорошо мыслишь, но твои сомнения беспочвенны. Час Сбора состоится тогда, когда придёт его время. Продолжай ухаживать за новеньким, и он в скором времени проснётся.

Ответила, как по заготовленному тексту! Все-таки эти Трины жуткие. Я вернулась в свою комнату и снова смочила губы парня прохладной водой. Вторая и Четвертая раскрашивали раскраску цветными фломастерами. Им это очень нравилось. Они сидели за столиком и весело проводили время. Через несколько минут в коридоре громко заходили часы. Все в комнате посмотрели друг на друга, и Вторая прошептала:

– Час Сбора…

Нам ничего не нужно было делать. За нужным ребёнком приходили только в одну из комнат. Бывало, что забирали сразу двоих или троих. Мы просто ждали того момента, когда в нашу комнату зайдут мужчина и женщина в сопровождении Трины.В этот Час Сбора в нашу комнату вошла только Трина:

– Четвертая, за тобой пришли.

От неожиданности мы несколько секунд молчали, а Четвертая и вовсе заревела. Ей было сказано оставить все свои вещи и выйти в коридор через три минуты. Четвертая стала вытирать слезы, а Вторая радостно прыгала около неё.

– Тебя забирают! Это так здорово! Ты наконец-то покинешь это место! Ура-а-а! – громко визжала Вторая.

Мне нечего было добавить к словам Второй, и я просто обняла Четвертую.

– Хорошей тебе дороги и удачи!

– Угу! – кивнула Четвертая в ответ и закрыла за собой дверь. В комнате стало тихо, но часы продолжали свой громкий ход. Я обняла Вторую и мы вместе сели на мою кровать около лежачего новенького.

Не успели мы прийти в себя после ухода Четвертой как в комнату вошли мужчина и женщина в сопровождении Трины.

– Вторая, это за тобой.

Лицо женщины и мужчины я помню смутно, но они были очень счастливы, как и Вторая. Я обняла моего маленького ангела в последний раз и нехотя отпустила её к новой семье. Комната, когда-то казавшейся мне такой тесной и душной, теперь стала пустой и холодной. Не владея своими эмоциями, я вышла в коридор и подбежала к одной из Трин.

– Где Трина с русыми волосами? Почему она сегодня не провожает детей? Сегодня ушли аж двое детей, которых долгое время не забирали! Объясните мне какова здешняя политика отбора?! – Я трясла за плечи Трину, но она лишь недовольно убрала мои руки.

– Ты должна радоваться за них. За ними пришли и теперь с ними всё будет хорошо.

– Я рада! Я рада… но… Это всё странно. Скажи мне, что у вас здесь происходит?!

Трина спокойно взглянула на меня и указала пальцем на мою комнату.

– Парень очнулся. Мне нужно дать ему имя. Отойди, пожалуйста.

Мой взгляд устремился в дверной проем где стоял новенький. Его блуждающий взгляд был до боли знакомым. Карие глаза прожигали всё пространство несколькими главными вопросами: «Кто я? Где я? Как я сюда попал?»Трина вырвалась от меня и зашла в мою комнату. И буквально через минуту вышла оттуда. Честно сказать мне было стыдно за такое поведение, но Час Сбора ещё не закончился и эти огромные часы слишком громко отсчитывали секунду. Это било по нервам, и я забежала в комнату, захлопнув дверь.

Парень сидел на кровати и был очень удивлён моей выходке.

– Какое имя тебе дали? – спросила я.

– Ты про что? У меня своё имя есть. Меня Раз зовут.

Как такое возможно? Почему у него другое имя?

– Ты… помнишь кто ты?– В общем, да, но воспоминания обрывочны. Я не помню, как сюда попал.

– Этого не может быть! Ты должен был всё забыть! – я схватила сидячего парня за плечи и присмотрелась к нему. Обычный парень. Тёмные волосы и глаза, стройного телосложения… Это всё неправильно! Так не должно быть!

– Седьмая - это имя дали мне здесь. Настоящего я не помню. Я не помню сколько мне лет и откуда я. Кто мои родители, друзья - всё забыто. Я здесь почти три месяца, но так и не вспомнила ничего. Здесь очень много детей и им всем дают имена от Одного до Десяти. Вчера утром тебя поселили здесь. Ты был в очень плачевном состоянии и долго не просыпался. Я, Вторая и Четвертая ухаживали за тобой. Сегодня с утра мы заметили, что одной из Трин, которая отличалась от всех, нет на прежнем месте. Затем пришёл Час Сбора и Четвертую вместе со Второй забрали. Они пробыли здесь очень долго и немного странно, что их обеих забрали именно сегодня. Я хотела спросить у Трины как такое возможно, но тут очнулся ты и заявляешь мне, что помнишь кто ты есть на самом деле! Ты… Издеваешься?!

– П-постой! Я всё объясню!

– Объяснишь? Ну, вперёд!

Раз улыбнулся и тихонько взял меня за руки. Затем правой рукой убрал локон моих волос мне за ухо.

– Место Ожидания. Сюда приходят из ниоткуда и уходят в никуда. За детьми следят Трины, а дети покорно ждут тех, кто их заберёт. Это место похоже на вокзал. Здесь время тычет по-другому и эмоции так ярко не выражаются. В таком питомнике давно бы произошла революция с помощью подростков, но здесь всё тихо. Не странно ли? Лишь ты одна так яро выражала своё недовольство. С твоим приходом здесь всё изменилось: дети стали чаще улыбаться, веселиться и немного грустить по ночам. Не удивляйся моим словам. Я много знаю о тебе и об этом месте. Моя память скоро полностью вернётся, а твоя уже никогда, по крайней мере здесь. Всё это время ты жила по местным правилам, хотя, возможно, иногда хотела сбежать. И я тебя даже понимаю… На все твои вопросы я не смогу ответить, но хотел бы спросить…

В этот момент в комнату вошла Трина и словно ожидая команды застыла на месте.

– Так вот, хотел бы спросить… Ты пойдёшь со мной?

Команда для Трины прозвучала, и она коротко объявила мне:

– Седьмая, за тобой пришли.

Улыбка маленького ангела, дерзость одной девчонки, цветные фломастеры, детский смех – это всё, что мне больше всего запомнилось, а ещё небольшой коридор, в конце которого огромное окно с бежевыми жалюзи.

____

Когда я вновь открыла глаза, аппарат искусственного дыхания отдался болью в районе груди. Послышался звук тревоги для медперсонала, а мою левую руку сильно сжала другая. Надо мной навис знакомый мужской силуэт.

– О-очнулась!..

Конец.

*Трина - чистая

*Раз – тайна

Страница книги Место Ожидания: "За нами придут" в интернете

Table of Contents

Место Ожидания: &quot;За нами придут&quot;

О книге