1.

Возвращаясь домой после долгого отсутствия, Ноксис думал, что Земля, должно быть, растянулась. Иначе, от чего он летит и летит, а дом не становится ближе? Он даже сократил путь, но все равно цель была бесконечно далека. Рассвет очень некстати застал его рядом с человеческим поселением, и он решил переждать светлое время суток в густой листве какого-нибудь дерева. Он выбрал старую иву на берегу живописного озера, плавно спланировал вниз и приземлился на ветвь. Под тяжестью веса она прогнулась, но выдержала и не сломалась. Отлично.

Присев на ветвь, он оперся спиной о ствол, расслабил крылья и задремал. Но ненадолго: из сладкого забытья его вырвал плеск воды. От внезапного пробуждения ворон потерял равновесие и чуть было не упал, но удержался, за что мысленно себя похвалил. Листва недовольно зашипела, будто жалуясь на грубое обращение. Зазвучал звонкий девичий голос: - Кто здесь?

Второй голос, более низкий, но тоже женский, отвечал: - Мы одни, Нова. Сюда никто больше не ходит- дно илистое.

Ну вот. Чувствовал Ноксис, что стоило отлететь подальше, но повелся на красивый вид!

- А я что-то слышала, там, в лесу...

- Птичка, или зверек, - отмахнулась вторая, с прохладным голосом, -Нова, Хватит стоять на берегу, вода сегодня - парное молоко!

Раздался плеск, будто обладательница низкого голоса попыталась обрызгать водой свою подругу. Та, в ответ только охала, явно не разделяя мнения приятельницы о воде.

Подглядывать не хорошо, особенно за девушками. Особенно купающимися. Особенно за купающимися обнаженными девушками. Но они сами пришли! И вообще, Ноксис первый сюда прилетел. Короче, сами виноваты. В голове ворона промелькнула мысль, что он тоже не против искупаться, денек- то сегодня погожий... Вот уйдут барышни, и он тоже окунется.

"Нет, не сюда, - подумал юноша, услышав приближающийся плеск воды, только не плыви сюда!" - он сильнее вжался в ствол, хотя понимал, что это не поможет ему стать более незаметным. Девушка приближалась. Вот сейчас она увидит его, закричит, прибегут люди, поймают его. Или он успеет улететь? А девчонке никто не поверит, мало ли что привидится глупой бабе?

Она не плыла - скользила по воде, будто русалка. Сначала возникла ее голова, затем плечи, руки... Лежа на спине, она проплыла прямо под веткой, на которой нашел укрытие ворон, и этого мига хватило, чтобы рассмотреть девушку во всей красе: ослепительной белизны лицо оттеняли черные волосы, шлейфом струившиеся за своей обладательницей. Глаза, опушенные длинными ресницами, закрыты от яркого солнца, густые высокие брови выгибались косой дугой. Красавица плавно покачивала руками и ногами, и слабые волны рябью расходились от ее тела... Крона дерева куполом закрывала ворона с боков, но внизу листьев почти не было, и если бы девушке вдруг заблагорассудилось открыть глаза, она узрела бы странного молодого человека, пялившегося на нее с придурковатым видом. К счастью, солнце палило так ярко, что она держала веки закрытыми.

Из поля зрения давно исчезли маленькие ступни, а ворон все сидел, как оглушенный. Он увидел эталон красоты.

- Карима! В камыши заплывешь! - Предупредила ее спутница.

"Карима... Так, должно быть ее зовут. Необычное имя", - подумал Ноксис.

Девушка сменила курс- выплыла на середину озера, покружила там, к ней подплыла Нова. Они вместе плескались и баловались, как маленькие дети, устали одновременно, и направились к берегу. Девушки не спешили одеваться: они переплетали косы, увлеченно о чем-то болтая. Ворон осмелел и подался вперед, чтобы лучше видеть и слышать.

Та, которая звалась Новой, будто жаловалась:

- Папенька вернулся с ярмарки, а подарки плохие привез.

Карима покачала головой: - Что же тебе не понравилось?

- Я просила его привезти бусы из жемчуга, а он привез из агата! Говорит, жемчуг нынче дорогой. Скряга...

- У меня вообще нет бус, и, наверное, не будет никогда.

- Ты просто не просила, тебе бы купили...

- Сейчас у отца не лучшие времена.

- А кто сказал, что обязательно просить у отца? Мужчин что ли мало?

- Да как-то не красиво...

- Не красиво- ходить без бус.

"Какой глупый разговор" - подумал Ноксис, - "Женские проблемы сильно отличаются от мужских".

Девушки ушли, так и не узнав, что за ними наблюдали. А ворон не дождался заката- презрев все меры безопасности, он покинул укрытие, едва голоса красавиц стихли и продолжил путь. В голове будто что-то переклинило, перед глазами стоял образ девушки-русалки.

Богат и красив дворец вороньего царя, но простому человеку не узреть его прелесть. Стоит он на семи огромных дубах в долине, меж крутых гор, которые зовутся Танаем. Он не похож на сияющие жилища человеческих королей, и не имеет ничего общего с хлипкими домиками, которые дети строят на деревьях. Во дворце был всего один этаж, он располагался на уровне нижних ветвей деревьев, которые служили опорой деревянной платформе, выполняющей роль пола. Попасть в него можно было либо по воздуху, либо по веревочной лестнице. Первое, что видел посетитель- это огромную площадку, сорока шагов в длину и ширину. Это место для посадки воронов, прибывших по воздуху. Через массивную дверь можно попасть в прихожую, совмещенную с тронным залом, в центре которой располагался огромный очаг. Тронным залом очень редко пользовались по назначению. Конечно, трон там имелся, и даже два- для царя и царицы. Но энергичные правители очень редко на них сидели.

С двух сторон от очага стояли обеденные столы колоссальных размеров. Их задача- вместить всех обитателей дворца. Дворец имел удивительно простую планировку и всякий, кто бывал в нем хоть однажды, не мог в нем заблудиться. Из тронного зала вело два коридора: левый в покои господ и казармы, правый на кухню и в комнаты прислуги.

Вокруг дворца селились другие вороны. Свои жилища они строили на высоченных дубах. Нигде, кроме Таная эти деревья не достигали подобных размеров. Но не только размер отличал их от своих собратьев - местные дубы также более прочные и долговечные. Вороны селились в дуплах этих деревьев, которые надежно защищали их от дождей и ветров. Вот как был устроен город, в который так спешил попасть наш молодой герой. Сердце Ноксиса пропустило пару ударов, когда на горизонте он увидел свою Родину, озаренную золотыми лучами солнца. Город ничуть не изменился за пять лет его отсутствия. Жилища воронов скромно прятались в пышной кроне деревьев, но опытный глаз безошибочно отличал заселенный дуб от нежилого.

Он начал снижаться, помня, что где-то неподалеку должен находиться дворец, но память его подвела, и ему пришлось покружить некоторое время, чтобы найти цель. Наконец, он увидел то, что искал и ловко приземлился на площадку. У входа во дворец дежурил страж, который едва завидев пришельца, заголосил:

- Кто ты такой и зачем здесь?

" Не узнал... Видимо, новобранец" - подумал ворон.

- Не кричи так громко, в это время даже прислуга спит.

Он миновал стража и вошел в тронный зал. Там, как и ожидалось, не было ни души.

- Эй! Ты на каких правах смеешь входить во дворец государя? - не унимался страж. Он проследовал в зал вслед за вороном и остановил его, положив руку на плечо.

- На правах хозяина. Думаю, хозяин может заходить в свой дом когда захочет? - он отодвинул приставучего сторожа, будто тот был легкой пушинкой и продолжил путь.

- Дальше не пройдешь!

- Я же сказал не кричать, когда все спят...

Страж достал из-за спины копье и направил его на Нокса. Тот даже не шелохнулся.

- Ноксис? - раздался робкий голос. - Это ты?

Ворон обернулся и его лицо озарила лучезарная улыбка.

- Ирис? - Ноксис двинулся навстречу девушке, стоявшей в дверях.

- Ты сильно изменился с момента нашей последней встречи. Возмужал. Мне нравится, как ты теперь выглядишь.

- Ты тоже изменилась. Стала очень красивой. - он осмотрел девушку со всех сторон. Та была высокой, но не настолько, чтобы это сильно бросалось в глаза. Черные косы спускались ниже пояса, кожа была бела, как мрамор. Девушка застегивала свое строгое, однако не лишенное вкуса платье на все пуговицы, но превосходную фигуру не спрятать под одеждой. На ней бы и мешок смотрелся красиво. Ноксис заметил, что ее синие как озера очи тоже смотрят на него оценивающе:

- Щеки похудели. Но зато ты стал шире в плечах.

- Царевна, ты знаешь этого наглеца? - удивился страж. Ирис оторвалась от созерцания блудного ворона и обратила свой взор на стража, о котором они оба уже успели забыть.

- Знаю ли я его? - она звонко засмеялась. - Еще как. Это твой господин и мой брат, младший сын царя, Ноксис. Ты должен был слышать о нем.

- Прости, братец, не признал. А не признал потому, что никогда раньше не видел, хоть это и не смягчает мою вину...

- Прощаю, прощаю, - махнул рукой Ноксис, - тебя как зовут?

- Я Ярис, брат.

- Сколько тебе лет?

- Двадцать.

- Хм, не удивительно, что ты не узнал меня. Когда ты мог видеть меня в последний раз, я был совсем другим. Интересно, как Ирис поняла что я - это я? - вопрос он адресовал скорее себе, но сестра на него ответила.

- Я узнала бы тебя и через десять лет. Ты же мой брат! Даже не видя твое лицо, есть масса способов тебя распознать: осанка, жесты... ты один такой.

Девушка крепко обняла брата, так, что ребра затрещали: - Ах, я не верю, что ты вернулся! Как же хорошо снова тебя видеть.

- Если ты отпустишь меня, я никуда не исчезну, и мне станет легче дышать.

- Извини, я просто соскучилась... - Нокс готов был поклясться, что ее голос дрогнул, а когда она освободила его из плена своих объятий, он увидел на щеке слезу, которую девушка быстро смахнула рукой. - Пошли на кухню, ты, наверное, голоден. Ярис, возвращайся на пост.

- Да, милая сестрица.

Ирис повела за собой брата, который внезапно вспомнил, что около суток ничего не ел - не до того было. Она открыла незаметную дверь и поманила Нокса за собой.

- Пока тебя не было, мы немного переделали дворец. Теперь очаг есть даже на кухне, ненужно готовить прямо в тронном зале.

- Ну зачем эта роскошь? Людям подражаете? Еда ведь остынет, пока ее перенесут из одной комнаты в другую!

- Матушку всегда раздражало, что по дворцу витают разные запахи. Теперь пахнет только на кухне.

- Ну так пахло едой, а не...

- Ой, что мы о всякой ерунде разговариваем? Лучше расскажи, как ты жил все это время? Дядя не был слишком строг? - перебила Ирис, копаясь на полках в поисках чего-нибудь съедобного.

- Ну, сразу было непривычно...- начал Ноксис, - мне очень не хватало домашней еды. И распорядок дня в храме совсем другой. - Он совсем не хотел жаловаться на трудности, с которыми столкнулся, когда был в отлучке, поэтому рассказал о незначительных мелочах.

- Нашла! - радостно провозгласила Ирис. - Этот квас папа делал сам. По-моему, у него отлично получается.

К квасу девушка подала хлеб и ветчину. Царевич принялся грызть и то и другое прямо с куска, не тратя время на нарезание ломтиков.

- А почему ты так рано встала? Услышала меня?

- Нет. Мне нужно подготовить для отца кое-какие документы, я теперь помогаю ему в качестве секретаря. Но, это не срочно, можно и отложить на потом. Нам с тобой о многом нужно поговорить!

Поговорить им так и не удалось: сначала их прервал слуга, принесший дрова, затем повар, явившийся готовить завтрак, и другие проснувшиеся обитатели дворца. Каждый, кто служил в замке достаточно давно, узнавал Ноксиса, и считал своим долгом сообщить ему, как тот возмужал и приосанился. Все и думать забыли о том, что им дружно нужно готовить завтрак на двадцать пять персон - царевич вернулся, и собравшиеся в зале увлеченно слушали, как он рассказывает о своих приключениях в далеком храме, прерываясь на пережевывание ветчины.

Апогеем действия стало появление самой царицы. Она пришла отдать распоряжения на счет завтрака, и что же она видит? Слуги бьют баклуши на кухне, прямо у нее под носом, даже не замечают, что вошла государыня. Они столпились около главного тунеядца, который что-то вещал из центра толпы. Сейчас она всех разгонит, а зачинщика наградит ночным дежурством. Ох и покажется ему небо с овчинку! Царица растолкала людей, пробралась к центру круга, где сидел: - Ноксис! - юноша обернулся, увидел мать. С момента их последней встречи в уголках ее глаз прибавилось морщинок, но она была по-прежнему хороша. Одета, как всегда, в платье светло-голубого цвета, который отлично сочетался с небесными глазами. Она имела редкие для местного населения золотые волосы, еще не тронутые сединой, и очень ими гордилась.

Царица молча обняла сына, и замерла в таком положении, будто не хотела никогда его отпускать.

- Мама, пусти, - Ноксис робко отстранился от матери. Ему было неловко- взрослый мужчина в объятиях матери- что люди подумают? В прочем, царица не собиралась так просто отпускать свое чадо. - Ну мам, смотрят же...

- Мне все равно, я не видела своего ребенка пять лет, - она нежно погладила сына по голове, - ты подрос. Отец будет рад тебя видеть, идем скорей к нему.

Женщина взяла Нокса за руку и повела за собой.

- Мам, я не маленький! Могу идти сам...

На пороге царицу окликнул повар:

- Так что подавать? Рябчиков? Рыбу? Свинину?

- Заколите быка! Сегодня мы празднуем возвращение моего сына!

Царя застали в кабинете. Он встречал Ноксиса сдержанно, приветствие ограничилось улыбкой и рукопожатием. Но это вовсе не значило, что он не рад видеть сына. Очень даже рад, просто не привык делиться своими чувствами. Позже поприветствовать блудного ворона пришел его старший брат, Терезис, и самая младшая сестра Алис.

В честь возвращения царевича устроили скромный пир, человек на сто. Гуляли всю ночь, а весь следующий за ней день отдыхали от застолья. Царица устроила себе разгрузочный день, Ирис жаловалась, что опять не успеет подать документы на подпись вовремя, а царь советовал всем расслабиться и наслаждаться тем, что вся семья вновь в сборе. И каждый обитатель дворца действительно наслаждался, ведь с тех пор, как вернулся царевич, появилось ощущение, будто он принес на своих крыльях радость и благодать. Дворня ходила в приподнятом настроении, работа спорилась, даже погода стояла отличная.

Ноксис постучался в дверь кабинета и отец пригласил войти. Помимо родителя там была еще и Ирис:

- Добрый день... Я, наверное позже зайду, раз вы заняты.

- Все в порядке, я уже ухожу, - сестра попрощалась и вышла, неся в руках стопку документов. Не женская это работа, но чем бы дитя не тешилось...

Нокс занял табурет напротив рабочего стола, за которым сидел отец. Он осмотрелся- эта комната ничуть не изменилась за время его отсутствия. Стены из деревянных панелей, полки с бумагами и огромный глобус в центре комнаты. Кстати, помимо модели земного шара, этот предмет служил еще и отличным тайником- в него помещалось несколько бутылок красного полусладкого.

Ноксис не умел ходить вокруг да около, поэтому сразу перешел к делу:

- Отец, я решил завести семью. Мне нужно твое благословение...

Вопреки ожиданиям Нокса, царь отреагировал спокойно - то есть никак. Не удивился и не стал отговаривать его.

- Это девушка из наших?

- Нет.

- Ты встретил ее, пока был у дяди?

- Нет, я видел ее мельком, когда возвращался сюда.

- Хм, - царь задумался. -Нокс, я только спрошу: ты уверен? Это ведь навсегда.

Нет, нет, нет! Он не уверен, в том и дело. Вдруг у нее скверный характер? Может она гулящая? Или не захочет жить в доме на дереве? А что если она не сможет иметь детей? Или она сквернословит? Он ничего о ней не знал, кроме имени и того, что она безумно красивая. Как и большинство воронов, по традиции женившихся на украденных невестах, он с ней даже не разговаривал.

- Я уверен.

- Хорошо. В свой дом ты можешь перебраться хоть сейчас - слуги все время поддерживали его в чистоте и порядке. Матери еще не сказал?

- Нет.

- Так иди, сообщи. Уверен, она обрадуется.

Спустя пару минут Ноксис повторил этот разговор, но уже в будуаре царицы. Она хотела знать об избраннице сына все, но он сам едва ли мог что-то рассказать. Он еще даже не представлял, как он ее отыщет. Понятно, что она живет в деревне, возле озера. Но в каком доме? Не заглядывать же ему во все окна!

- Как быстро ты вырос, - мать провела рукой по щеке сына. Он, как ни странно, не отшатнулся, как обычно, а сидел спокойно, позволяя себя гладить. Он понимал, что возможно, для матери это последний шанс проявить таким образом ласку, ведь потом он официально станет взрослым женатым мужчиной, которому ни к чему нежности, - я так мало тебя видела. Терезис только один год провел вне дома, когда ездил с отцом налаживать отношения с орлами. Ирис и Алис вообще не покидали дворец, а вот ты...

Ты очень долго был у людей, потом в монастыре, у дяди... Ты каждый раз возвращался другим, и тебе снова надо было привыкать к местной жизни. Прости, что мы с Аресом так мало внимания уделяли тебе...

- Мама, не извиняйся, - он перехватил ее руку, которую она все еще держала у его лица, и поцеловал, - теперь я всегда буду рядом.

- Ты не забудешь меня после того, как женишься? - с надеждой спросила царица.

- Мам, что за ерунда?

- Извини, просто Тер теперь раз в месяц заходит, хотя совсем близко ко дворцу живет...

Этим же вечером Ноксис отправился проверить, в каком состоянии его дом. Перешагнув порог, он обнаружил внутреннее убранство дома точно таким, как в день, когда он его оставил. Как сказал царь, слуги заходили сюда время от времени и поддерживали порядок. Это было заметно даже в мелочах: окна чисты, на горизонтальных поверхностях- ни пылинки, даже дверные петли не скрипят. Идеально.

Дом Ноксиса немного отличался от классического воронова жилища. Дело в том, что обычно вороны предпочитают селиться в дубах с одним большим дуплом, которое потом делят перегородками на комнаты. Нокс же выбрал для себя дерево с тремя небольшими дуплами, расположенными одно над другим. Он проделал в полу отверстия и соединил получившиеся этажи лестницей, которую пристроил по краю ствола, для экономии пространства. В западной и восточной части ствола на каждом этаже он проделал круглые окошки, чтобы всегда видеть восходящее и заходящее солнце. Затем он выровнял пол и стены и дом стал более менее пригодным для жизни. Мебель Ноксис делал из ореха, сам распиливал, вытачивал, шлифовал детали. Так что и огромная кровать, и сундуки, и полки, и столы, и комоды, и стулья- это все работа Нокса. Он был мастером по дереву, мог не только сделать табуретку, но и превратить ее в настоящее произведение искусства.

Как же случилось, что царевич занялся таким неподобающим его положению ремеслом? Еще в детстве родители заметили, что мальчик удивительно усидчив и терпелив, занимаясь такими скучными делами, которыми дети обычно заниматься не любят. Когда ровесники надували лягушек через соломинку, Нокс раскручивал по винтикам всю попавшуюся на его пути мебель. Однажды он занимался табуретом царя, ему никто не мешал, как говорится, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы молчало... Примерно на полпути ему наскучило, и он бросил это занятие, конструкция держалась на нескольких болтиках, но со стороны не выглядела шаткой. Поэтому царь, ни о чем не подозревая, сел на табурет, который тут же под ним сложился. Потирая ушибленный бок, он провозгласил: "Все, хватит! Если у него так чешутся руки, пусть идет учеником к столяру!" Царица долго упорствовала, дескать, царевич подмастерьем будет, где это видано? Но Арес отвечал ей, что работать не стыдно и этот навык вполне может пригодиться будущему мужчине. Так, в шестилетнем возрасте Ноксис стал подмастерьем лучшего в Танае столяра, только ему быстро надоело дерево, ведь раньше он с ним играл, а теперь это стало работой. Но у него действительно хорошо получалось, и никто не мог это отрицать.

Ворон оглядел свое жилище: какое же оно уютное! Может от того, что почти каждая вещь, на которую падал взгляд, была сделана его собственными руками? Или это от долгой разлуки с домом? Нокс не знал, и не хотел знать, он просто наслаждался местом, которое являлось самой большой в его жизни поделкой.

Из-за малых размеров комнат, Нокс мог позволить себе лишь минимальный набор мебели. В прихожей у него было два мягких кресла, столик между ними и вешалка для верхней одежды. В спальне, которая располагалась этажом выше, большую часть пространства занимала огромная двуспальная кровать, у подножия кровати стоял сундук, еще был шкафчик для одежды, но ворон никогда им не пользовался- у него было мало вещей. Украшала комнату коллекция кинжалов, висевшая над изголовьем кровати. Кухня была самой загроможденной комнатой из всех- около окна располагался огромный каменный очаг от пола до потолка, внизу стояли шкафчики с кухонной утварью, на стенах висели полочки для провизии. В центре кухни был стол со скамьями и табуретами.

Вот и все. Скромно, конечно, но жить можно. Жилище идеально для холостяка, но понравится ли оно его будущей супруге? Ноксис долго об этом думал, и в итоге решил, что будет лучше спросить у нее лично. Если она захочет что то добавить или изменить- то пусть только скажет. А если нет - то и так хорошо. Дом прошел проверку на годность, теперь осталось только сообщить родственникам о пополнении в семье и все, можно лететь за невестой! Эх, опять матушка пир закатит, будто заняться ей нечем... Он был бы рад сделать все по-тихому, только вот нельзя. Традиции здесь укоренились глубоко и нарушать их не принято.

Публично о своей свадьбе Ноксис объявил тем же вечером. Отец и мать уже знали, а вот своих сестер и брата он буквально ошарашил. Ирис была неприятно удивлена и всем своим видом демонстрировала недовольство. Возможно, она восприняла женитьбу брата как предательство, ведь несмотря на то, что он постоянно был вдали от дома, для нее не было никого ближе. Алис будто бы порадовалась за Нокса, но было понятно, что радость эта формальная - она брата почти не знала, и их связывали лишь узы родства. Терезис отреагировал наиболее бурно. По нему было трудно сказать - рад он или опечален, так как он чередовал поздравления с ругательствами. Его супруга каждый раз дергала его за рукав, когда его голос становился неприлично громким, и он переходил с крика на более спокойный тон.

В конце концов, Ноксис попрощался и первый ушел из за стола, сразу за ним последовал Терезис. Остальные остались смаковать свежую новость.

- Какое безобразие, какое безобразие! - покачивая головой, повторяла женщина средних лет, задергивая занавески. Она так внимательно всматривалась в окно, что ее и без того маленькие глаза превратились в узкие щелки. Заправив черную, с проседью прядь волос в чепчик, и подошла к кровати, где ее ждал законный супруг. - Уже давно за полночь, а у них там еще свет горит!

Она так явно выделила слово "У НИХ", что ее муж сразу понял, о ком речь. Ведь самым большим развлечением в этом доме было обсуждение ИХ.

- И Казис еще не вернулся. Наверное, сейчас с ними во дворце.

Женщина так выразительно фыркнула, что не осталось сомнений- бедному Казису влетит по первое число как только он вернется домой.

- Ну и пусть погуляет, парню девятнадцать лет. - Устало отозвался муж. Он лежал на правом боку, пол кровати занимали крылья. При чем, левое имело странный изгиб- давным-давно мужчина получил травму, благодаря которой был навсегда лишен возможности подняться в небо. - Принеси мне попить.

- Лексис, я, конечно, не против этого, но окружение дворца плохо влияет на нашего сына, особенно девчонки Ареса. После общения с ними он становится совершенно неуправляемым. Вот и сейчас, я сказала вернуться в полночь, а он опаздывает. Но меня беспокоит не это, а то, что все большие проступки начинаются с малых, невинных шалостей. Так что сегодня он опоздал домой, а завтра он кого-нибудь убьет. - говорила женщина, наливая в стакан воду. Она подала ее мужу, и он, немного отпив, ответил:

- Я не против, если он убьет кого-нибудь, но только по правилам, на дуэли. Это бы подняло его авторитет. Но он спокойный, как удав, и не стремится в драку. Даже не знаю, хорошо это или плохо.

- Мальчик ни во что не ввязывается, он гораздо лучше, чем этот Ноксис, которым так гордится Ксеномия. Но раз уж она так им гордится, то почему вечно отправляет его, то туда, то сюда, и все подальше от дома? Думаю, это чтобы другие не видели, что он на самом деле большая посредственность, а не такой, каким нам его преподносят. Кстати, он недавно вернулся из храма.

- Говоря о храме... Казису уже достаточно лет, чтобы определить его место в жизни. В будущем ему нужно будет чем-нибудь заниматься, чтобы прокормить себя и обеспечить семью. И храм видится мне неплохой перспективой.

- Ты предлагаешь отправить нашего единственного сына в храм? Что он там будет делать? Питаться похлебкой и спать на циновке? Никогда!

- Ты ничего не знаешь об этом месте! Потомки царей всегда служили в храме смотрителями. Там тоже можно достичь высот, стать уважаемым вороном. К тому же сын нынешнего смотрителя очень слаб здоровьем, навряд ли он сможет принять на себя труд отца. Это делает Казиса первым кандидатом в смотрители.

- Разве мы не можем придумать что-нибудь лучше?

- Гвардия?

- Слишком опасно.

- Ремесло?

- Нет, он же не холоп. Может ему пойти в совет старейшин?

- Валери, Для этого ему надо не меньше двадцати лет прослужить царю. На то он и совет старейшин, что молодых туда не берут.

Женщина хотела еще что-то сказать, но скрипнула дверь, возвестив о возвращении сына.

- Я дома!- возбужденным голосом сообщил блудный сын. Он еще не перестроился с веселой дворцовой обстановки на тихую, домашнюю.

- Ты где был?

- У царя. Он устроил пир. И знаете что? Ноксис объявил о своей свадьбе! Завтра вылетает красть невесту.

- Видишь? - повернулась Валери к мужу, скрестив руки на груди. - А нас не позвали. Это можно расценивать как оскорбление. Арес вообще помнит, что у него есть брат?

- Тише. Там был Казис, как представитель нашей семьи, поэтому все нормально.

- Сынуля, что еще там было интересного? - снова повернулась женщина к ворону.

- Больше ничего. Ноксис ушел почти сразу после объявления.

- Хм. Ну ладно... Тогда умывайся и иди спать.

Когда Казис покинул комнату и закрыл дверь, женщина полушепотом (в доме были тонкие стены) продолжила разговор:

- Теперь и Ноксис женится. Если у него родится мальчик, то наш Казис будет четвертым в очереди на престол. Но это только в случае, если Аглая, которая сейчас беременна, не родит мальчика. Если же это произойдет, то он будет пятым! Нужно что-то предпринять!

- Что ты предлагаешь? Я не могу навредить своим родственникам.

- Ты должен думать о своем сыне. Когда мы умрем, кто его обеспечит? Он даже охотиться не умеет! А вот если бы он стал царем, или наследником, то ему не пришлось бы ничего делать...

- Это все ты! Я говорил, что нужно научить его стрелять из лука. Ты придумала, что он выбьет себе глаз. Я говорил нужно учить его каллиграфии и истории, чтобы он был учеником летописца, ты ответила, что от сидячей работы убавляется мужская сила. И вот что мы сейчас имеем: лодыря, который ничего не умеет, читает по слогам и слоняется по Танаю от одной гулянки к другой. Завтра я берусь за Казиса, а ты, женщина, не мешай и не лезь со своими советами.

- Хорошо, хорошо. Но только без оружия...и колюще-режущих предметов. - После разговора, у Валери осталось ощущение, что муж не совсем понял то, что она пыталась до него донести. Но ничего, позже она вернется к этой теме.

2.

Ноксис продумал свои действия наперед и очень собой гордился- ему казалось что он все предусмотрел. Он захватил с собой длинный плащ с капюшоном, человеческие деньги, что остались у него с того времени, как он служил королю.

Перелет к деревне невесты длился всего день. Ноксис хорошо помнил дорогу- ведь летел напрямик. Когда на горизонте замаячили маленькие домики, ворон приземлился и накинул на спину плащ, стараясь плотно прижимать крылья к спине. Он уже делал так пару раз и знал, что со стороны выглядит как горбатый человек, но не все так просто: плащ должен быть достаточно плотным, чтобы силуэт крыльев сглаживался, а не просвечивался, а походка, как у горбунов, тяжелая, с наклоном торса вперед.

Ноксис вышел на дорогу, которая вывела его к деревне. По пути он думал: как обманчиво зрение. С высоты полета ему казалось, что до цели рукой подать. Может быть, так бы и было, если бы он летел. Но он был вынужден использовать ноги, и ходьба отняла много времени.

На краю деревни он быстро нашел постоялый двор, что не удивительно- все города и деревни строились по стандартной схеме: в центре находились рынки, часовни, ратуши, дома старост и знати, а ближе к краю селились крестьяне. На самом краю населенного пункта строились таверны и постоялые дворы. Это для того, чтобы отделить постоянных жильцов от проходимцев.

Хозяин двора, пухлый старик, сначала разглядывал Ноксиса с откровенным недоверием и нескрываемым любопытством, возможно, решил, что он попрошайка. Но когда Ноксис положил на барную стойку золотую монету, он понял, что не стоит оценивать людей по внешнему виду:

- Сударь, этого хватит, чтобы снимать комнату месяц. - сказал, присвистнув, хозяин. Ноксис обернулся, чтобы осмотреть зал: посетителей не было. Тогда он тихо ответил:

- Я дам тебе столько же, если ты скажешь, как найти даму по имени Карима.

- Это наша барышня. - Нокс кивнул, дав понять, что он слушает внимательно. - Она живет в отцовском тереме посреди деревни. Его легко узнать- он стоит возле почтового столба, ворота во двор красные, крыша тоже. А Вам зачем знать, если не секрет?

У Нокса было только два варианта: заплатить хозяину за то, чтобы не задавал вопросов, или ответить на вопросы, не вызывая подозрений. Он выбрал второй вариант, посчитав, что если придумает удачную ложь, сможет узнать больше.

- Хозяин послал разузнать про нее. Ищет себе невесту. - выдал он вариант, не совсем далекий от правды.

- О! Так вы, поди, не первый. Барышня наша хоть куда, только в девках засиделась. Уже двадцать годочков, а еще не замужем. Вот моя уже в таком возрасте детей нянчила...

- А чего так? Женихов мало?

- Женихов полно, да все не те. - Нокс вопросительно поднял бровь.

- Не обитают в нашей глуши благородные господа. А за простолюдина барин не отдаст. Оно и понятно, барышню крестьянин счастливой не сделает. Вас, поди, приданое интересует? Дают за нее тройку лошадей, дюжину коров и стадо овец. Не много, но вы своему хозяину передайте, что он не пожалеет, если барышню нашу заберет- она и красавица, и хозяйство вести умеет, и поведением своим являет образец благочестия!

Ноксис усмехнулся:

- Обязательно передам.

Хозяин вдруг вспомнил о том, что у него сняли комнату и нащупал в кармане ключ: - Это от ваших покоев. Я провожу. - он поманил постояльца за собой, Нокс поднимался по лестнице, следом за ним и слушал:

- А откуда, говорите ваш хозяин? Богатый ли наследник?

- Ну...- замялся Ноксис. Ему уже надоело держать крылья под плащом, он хотел скорее освободиться от него и расслабиться в одиночестве. - Он издалека, из очень благородной семьи, но не наследник, а всего лишь второй сын. Зато у него есть свой дом и земля.

- Такую барыню отдавать жалко. Но не все ж ей в девках сидеть... Ваша комната.- Ноксис положил в ладонь хозяина честно заработанную монету, тот пожелал ему спокойной ночи и удалился.

Ворон закрыл комнату изнутри на ключ, сбросил плащ и расправил крылья. Хорошо...

Спалось просто ужасно- кровать была одноместная, в самый раз для человека, но никак не для ворона. Из-за того, что во время сна его крылья свисали до пола, утром Нокс чувствовал себя как дряхлый старик. Он встал до рассвета, потому что понял- в таких ужасных условиях ему все равно не выспаться. Ворон надел плащ и тихо покинул постоялый двор. Время, которое ему удалось провести в абсолютном одиночестве, он посвятил изучению деревни. Она была маленькой и спланирована просто - не заблудишься. Ноксис нашел и ратушу, и земскую избу, и рыночную площадь. А вот и приметная изба с красными воротами. Она такая здесь одна- ни с чем не перепутаешь. На краю деревни, словно грибы повырастали ухоженные домики с выбеленными стенами и соломенными крышами. За достаточно короткое время научился ориентироваться в этом месте, но ему пришлось бороться с желанием взлететь и осмотреть все сверху.

Вот, показался красный гребешок утреннего солнца, и петух, дожидавшийся этого момента на крыше своего небольшого курятника, возвестил о начале нового дня. Его коллеги со всей деревни проделали то же самое, а их хозяева, услышав голоса своих будильников, высыпали на улицу. Начался новый трудовой день, каждый работал на благо своей семьи. Никому и дела не было до незнакомца в плаще- так, один из многих странников. Сегодня он здесь - завтра в другом месте. А вот мы завтра известно где будем - тут же.

Ноксис решил вернуться на самое актуальное для него место- дом "нашей барышни"( только такое обращение к Кариме он слышал от хозяина).

"А ведь если ее называют барышней, значит она знатная, - подумал Нокс, - это хорошо. Не придется учить ее читать".

Эта незначительная мысль приподняла ему настроение, и к заветному дому он зашагал более бодрой походкой. И вот, стоя перед красными воротами, он подумал: - "А что дальше? Не звать же мне ее на улицу? Сама она точно не выйдет". И словно в опровержение его мыслей, как по заказу ворота отворились, и со двора вышла девушка-мечта, не нарочно ослепившая ворона своей красотой. Чистым, как река голосом она обратилась к нему: - "Если не собираетесь идти, то и другим не мешайте".

Ноксис на миг растерялся, он не верил своим глазам. Вот она, сама вышла и заговорила. Кстати, что она сказала? Красавица была одета в простой деревенский сарафан и несла в руках коромысло с ведрами. Ее можно было бы принять за простую деревенскую девушку, если бы не царственная осанка и взгляд, которым она смиряла людей. Мгновение Ноксис находился в замешательстве, а она все смотрела на него, ждала, пока он уберется с дороги. И пусть она была ниже ростом, казалось, что это девушка смотрит на него сверху вниз, а не наоборот. Под ее взглядом он ощущал себя маленьким, почти ничтожным. Но еще спустя миг он взял себя в руки и в самом изящном поклоне, который только помнил с тех времен, когда еще был в свите короля, уступил ей дорогу:

- Так Вы к папеньке... - решила она, должно быть из-за поклона. - Боюсь его нет дома, на мельницу поехал. Зайдите в другой раз.

- В другой раз...- пролепетал Нокс, не выходя из поклона, еще и голову склонил. Девушка только улыбнулась в ответ и пошла по своим делам.

"Она улыбнулась мне. Значит ли это, что я ей понравился, или это была просто улыбка из вежливости? Или она улыбнулась не мне? Я сделал столько глупостей, что она теперь считает меня дураком".

- Уже можешь выпрямиться. - сказал Ноксу прохожий, и тот понял, что все еще находится в поклоне.

"Я осел", - вздохнул Ноксис, глядя в сторону, куда ушла его мечта - а ее и след простыл.

Возвращалась она с полными ведрами, под тяжестью которых скрипело расписное коромысло, но девушка несла их так, будто они нисколько не весили, и не проронила ни капли. В этот раз Ноксу хватило ума не стоять под воротами, а наблюдать издалека, осторожно выглядывая из за соседнего дома. Он видел, как люди расступались перед ней и кланялись в пояс. Девушка отвечала милой улыбкой и кивком головы каждому, кто с ней здоровался, некоторых крестьян она знала по именам и обращалась к ним лично, тогда они перекидывались парой слов и расходились.

"Я настоящий баран, - думал про себя огорченный Ноксис, - она улыбнулась мне из вежливости, как и всем тем людям, а я уже размечтался, - и тут он почувствовал маленький, совсем крошечный укол ревности. - И с какой стати она улыбается всем подряд? Ей придется отучиться от этой привычки, когда мы прибудем в Танай".

Она еще несколько раз выходила за водой, пока не вернулась в сопровождении своей подруги, Новы, которую Нокс видел с ней на озере. "Какая удача" - подумал ворон, - "Сегодня все как по заказу". Девушки скрылись во дворе и долго не появлялись. Вышла Нова одна, с корзинкой, полной куриных яиц( наверное за ними и приходила) и уверенно зашагала по улице. Нокс смотрел на нее и не знал, как деликатно ее подозвать, чтобы это ее не насторожило и не напугало. Он сам не заметил, что своим пристальным взглядом привлек ее внимание и она, остановившись посреди улицы, уперев свободную от корзинки руку в бок, спросила: "Тебе чего?"

Нокс просто поманил ее к себе, и она, своим бабьим чутьем поняла, что намечается что-то интересное. Но Нова проявила осторожность и не подошла слишком близко, ведь не видно эту подворотню со стороны, да и нужно быть готовой закричать в любой момент, человек-то подозрительный, в плаще. А что у него под плащом, поди узнай?

- Ну? Слушаю. - девушка всем своим видом демонстрировала, что делает Ноксу огромное одолжение уже тем, что разговаривает с ним. Да, эта не робкого десятка.

- Ты хорошо знаешь ту барыню, с которой только что говаривала?

- Ну да. А Вам-то какое дело?

- Срочное.

- Так это дело Ваше, меня не касается. - Нова развернулась, чтобы уйти, но тут Нокс немного отодвинул полы своего плаща, продемонстрировал девушке чудесные бусы, точно такие, как она всегда хотела. И как он только узнал?

Нова неаккуратно поставила корзинку на землю, было слышно, как треснули некоторые скорлупки, но это ее не волновало: она жадно протянула свои руки к заветному жемчугу, но полы плаща запахнулись, перламутровые горошины скрылись с глаз, на прощание дразняще звякнув.

- Я не отдам их просто так. Давай заключим сделку. - теперь Нокс пользовался преимуществом в разговоре. В глазах Новы он видел непреодолимое желание получить эти бусы, особенно теперь, когда они так близко!

- Карима ведь доверяет тебе? Вы хорошие подруги, верно?

- Да, мы с детства дружим.

- Тогда тебе не сложно будет пригласить ее сегодня вечером куда-нибудь... Например...- Нокс пытался придумать такой ориентир, который был бы понятен и Нове, и ему, и вспомнил только одно место, которое могло бы подойти,- Например, на берег, куда вы ходили купаться на прошлой неделе.

Девушка молча слушала и кивала головой. Ворон решил, что это хороший знак и продолжил:

- Ты приведешь ее туда, и придумаешь, как незаметно заставить ее принять это. - он протянул девушке пузырек с мутной жидкостью. Она охнула.

- Это яд?

- Нет, дура, какой яд? - Ноксис взялся за голову, он начинал терять терпение. - Она уснет, очень крепко. Но будь изобретательна, разбавь водой или компотом, что хочешь сделай, но заставь ее выпить.

- А что с ней будет?

- Это уже не твоя забота, но если ты действительно хочешь знать, то я скажу - ничего плохого.

Девушка опустила взгляд, в ней боролась мораль и жадность, в глубине своей души она уже знала ответ:

- Нет, я не могу так поступить с подругой, на словах-то вы говорите что все хорошо будет, а на деле загубите девку.

Ноксис был готов к такому ответу: - жаль, что мы не можем договориться с тобой, Нова. Ведь у меня к этим бусам есть изумительные клипсы. Видимо, мне придется отдать их более сговорчивой девушке.- Он мимолетом продемонстрировал вычурные клипсы из огромных перлов, от таких уши отвиснут, но, как известно, чем больше, тем лучше, и Нова, на одном дыхании выпалила: " Договорились".

- Зачем мы туда идем? Прохладно ведь...

- Нигде не могу найти любимый платок, думаю, я могла оставить его на том берегу.

- Одна бы сходила...

- Боязно, тут лес кругом.

- Когда это ты стала такой осторожной? - хихикнула Карима, пробираясь через густые заросли леса.- Тебя, случайно, не подменили?

Нова промолчала. Неужели Карима могла заметить, что она ведет себя не естественно? Нет, она сказала это просто так.

- Кстати, зачем ты несешь с собой кувшин? - полюбопытствовала Рима.

- Какой? Ах, этот... Носила папеньке на базар молока попить, да все никак домой не дойду, чтоб оставить. Там, кстати, еще есть немного, хочешь?

- Козье?

- Коровье. У нас такое молоко жирное, и сливки с него каждый день матушка снимает. Очень вкусная сметана получается.

- Правда? Тогда я попробую.

Нова протянула кувшин подруге, которая выпила его содержимое до дна. - Мм, вкусно!

На самом дела Рима думала, что молоко самое обычное, но раз оно так нравится Нове, то зачем ее огорчать? Карима вернула кувшин.

Нова всегда думала, что от сонных капель мгновенно засыпают, она смотрела на подругу, в ожидании того, что она начнет зевать или потирать глаза, но та была по прежнему бодра.

- У меня что то на лице? Ты так странно на меня смотришь.

- Нет, все нормально... Идем дальше.

И они шли. Некоторое время ничего не происходило, но потом Нова заметила, как Карима начала зевать. Добрались до берега.

- Я нигде не вижу твоего платка.

- И я... Нужно искать лучше, он точно здесь. - Нова очень хорошо изобразила поиски пропавшей вещи, она нагибалась под каждым кустом и краем глаза не забывала следить за Римой. Та уже откровенно пошатывалась:

- Ты, как найдешь свой платок, разбуди меня... - девушка бы упала на землю, если бы не сегодняшний незнакомец в плаще. Он появился из ниоткуда, и задремавшая красавица упала прямо ему на грудь. Он обхватил ее руками и стоял неподвижно, будто боясь разбудить. Это могло продолжаться долго, но Нова напомнила о себе:

- Ну? - Ноксис посмотрел в ее сторону так, будто не заметил, что она с самого начала была на поляне, или будто уже и забыл о ней.

- Вот, как договаривались, - протянул он побрякушки девушке, которая обменяла их на подругу,- уходи той же дорогой, как пришла.

Нова покидала берег медленно, она все думала, правильно ли поступила. Она сделала пару шагов по тропинке из леса, но вдруг, будто одумалась, и резко развернулась. Она решительно мчалась на место, где оставила мужчину и Риму, он не мог далеко уйти с ношей на руках. Сейчас она вернет ему украшения, заберет подругу и дотащит домой.

Было слишком поздно. Нова бегала по лесу, звала напрасно. Они будто испарились.

3.

Утро было просто прекрасным, это Карима поняла, даже еще не открыв глаза. За окном пели птицы, казалось, что совсем близко, может даже прямо на подоконнике. А если птицы поют - то это непременно утро хорошего дня. Это значит, что на небе солнышко и погода обещает быть отличной.

Можно было поваляться в кровати, ведь петух еще не кукарекал, но внутренний будильник девушки говорил ей: "Пора!", и она открыла глаза. Ее удивлению не было предела, когда она обнаружила себя в совершенно незнакомом месте. Она еще никогда, совсем никогда не просыпалась где-то, кроме своей комнаты!

В голове тысяча мыслей: "Что это за место? Почему я не помню почти весь вчерашний день? Что подумают родители? Как я сюда попала? Что скажут люди?- Карима сделала глубокий вдох. - Нужно успокоиться и оглядеться".

Первое, что бросилось ей в глаза, это необычная форма комнаты- она была круглой. В комнате не было дверей - только лестница, которая, прижимаясь к стене, вела наверх и вниз. " Значит, я в башне!" - подумала Карима, но выбираться не спешила. Она хотела осмотреться получше и незаметно сбежать. Оказалось, что она лежит на огромной кровати, куда еще трое таких же девушек поместятся. Ей вполне хватило бы места на том сундуке, что стоял рядышком.

Девушка тихо соскользнула с кровати и подошла к окну. Но она ничего не увидела из за густой листвы, которая закрывала ей обзор. Зато в идеально чистых стеклах она рассмотрела свое помятое отражение, и оно ей очень не понравилось. Рима переплела косу, расправила складки на сарафане и одобрительно кивнула- так лучше.

Она подошла ко второму окну и опять ничего не увидела, кроме зеленой листвы и своего отражения.

" Ну и стены..."- девушка отметила про себя, глядя в окно, что толщина стен была удивительной, около двух локтей. Выяснить о месторасположении башни ничего не удалось, но Карима не собиралась ждать у моря погоды и решила осмотреть другие этажи. Она отвернулась от окна и замерла: в комнате кроме нее был еще один человек.

- Вы! - воскликнула девушка. - Это Вы были у моего дома... Объясните, что это за место? Как я здесь оказалась?

Тогда, в деревне Карима даже толком не рассмотрела этого мужчину, хотя смутно запомнила его. А ведь у него была весьма заметная внешность: волосы, чернее сажи, торчавшие в разные стороны так, будто их обладатель и не слышал о расческе, высокие скулы, глаза-угли, крупный, с горбинкой нос, смуглая кожа. И рост у него был внушительный. Он возвышался над Каримой( которая отнюдь не была Дюймовочкой и имела с себе ровно десять пядей) не меньше, чем на голову.

А одет-то как, мамочки! Черная рубашка с высоким воротником, такого же цвета кожаные штаны и высокие сапоги! Он что, на похороны собрался?

Если бы Карима не была так взволнована, то заметила бы, что мужчина испытывает те же чувства. На лице его была растерянность- он думал, что девушка еще спит, поэтому собирался бесшумно пройти мимо. Но когда увидел, что она пробудилась, обнаружил полную неспособность вымолвить хоть слово, хотя чувствовал необходимость хоть что-то сказать. А она все смотрела своими очами, будто требуя быстрей ответа, и Нокс не мог понять, какого же цвета у нее глаза. Вроде бы карие, но с таким холодным блеском. Ему казалось, что если она продолжит на него смотреть - он замерзнет.

- Доброе утро. Это твой новый дом, я принес тебя сюда сегодня утром, - заговорил, наконец, похититель. Лицо девушки от удивления вытянулось, она не знала даже, что сказать! На языке у нее вертелись только неприличные ругательства, которые порядочной девушке знать не следует. Но она все-таки нашлась с ответом:

- Что за ерунда? Я хочу в свой дом. Верните меня обратно.

- Боюсь, ты больше не вернешься туда.

- Это еще почему? - нахмурилась Карима. Кто дал этому человеку право решать за нее?

- Просто нельзя. Ты уже не можешь вернуться, и отсюда тебя никто не выпустит.

- А вы знаете, что это нарушение прав человека? Мы живем в свободной стране, у нас даже крепостное право отменили! Вы не имеете права меня здесь удерживать!

Вот как получилось- со стороны девушка выглядела доброй, а когда Нокс начал общаться с ней лично, от былой любезности не осталось и следа. Правда он попытался войти в ее положение- должно быть она очень напугана, у нее есть причины так себя вести.

- Карима, все не так просто. Давай пойдем на кухню, я завтрак сделал. Ты поешь, а я объясню тебе все, что захочешь.

- Ладно, - Карима решила подыграть ему. С этого момента она мила и послушна. Она будет изображать интерес и дружелюбие. А то ведь кто знает, чего ожидать от этого похитителя женщин? Вот он даже по имени ее знает, наверняка следил за ней. К тому же ее накрыло понимание того, что она серьезно влипла. Первые подозрения в этом возникли еще тогда, когда она услышала фразы вроде: " Ты больше не вернешься туда" и " Тебя никто не выпустит". Но, пусть она и хотела домой, решила, что сначала лучше удовлетворить базовые потребности. Тем более что голодная она далеко не уйдет. Получив ее согласие, похититель сделал знак рукой, чтобы девушка следовала за ним, и развернулся в сторону лестницы, которая вела наверх. Он уже занес ногу над ступенькой, как вдруг услышал удивленное:

- Господин, эм... Как же Вас звать?

- Ноксис, - подсказал свое имя "господин".

- Господин Ноксис...

- Просто Ноксис, я не господин. - исправил мужчина.

- Да не важно. Дело в том, что у Вас что-то на спине.

Ноксис оглядел спину и через правое плечо, и через левое, но ничего необычного не увидел.

- Ничего необычного не вижу, а что там?

"Может спина грязная? " - подумал Нокс.

- Я полагаю, это крылья. Большие и черные.

- Спасибо, - довольно улыбнулся мужчина. Карима удивилась: "Он думает, что это комплимент?"

- Ты только заметила?

- Разве это нормально? У людей не бывает крыльев.

- У людей не бывает. Но я же ворон.

"Где тогда твой клюв, ворон? У него явно не все дома, - подумала Рима, тяжело вздохнув,- с ним лучше не спорить и не шутить. И не делать резких движений. Нужно побольше узнать об этом типе, вдруг он еще и опасен".

- Извините, я не совсем хорошо понимаю, что это значит. - Ноксис вопросительно приподнял брови. -Ну, то, что Вы ворон.

- Не удивительно. - Ответил он, поднимаясь по ступенькам. Карима поспешила за ним, стараясь не наступать на шлейф крыльев. - Ты не могла слышать о нас раньше...

- О "нас"? Таких как Вы много?

- Не много, всего несколько тысяч.

"Несколько? Да это же целое село и три деревни! Зачем ему понадобилась я? " - тут Кариму посетила мысль, которая показалась ей очень правдоподобной, - "Рабство".

- Присаживайся, - пригласил Ноксис. Он думал, как лучше обслужить даму, чтобы произвести на нее хорошее впечатление. Дама же думала, как слинять через дверь, так удачно находившуюся в двух шагах от стула, на котором она устроилась. Все же ворона очень порадовало, что девушка не спешила кричать и падать в обморок. А то обычно новенькие очень бурно реагируют на крылатых людей.

"Дурак, нужно было отодвинуть для нее стул"- подумал он.

"Нужно было сесть еще ближе к выходу".- подумала она.

Ворон разложил приборы перед девушкой, поставил на стол тарелку полную риса с ароматным мясом и тушеными овощами и уселся напротив Каримы. Он молча рассматривал столешницу, видно, думал о своем:

- Вы сами готовили? - наигранно удивилась Рима. Ноксис не заметил фальши в ее голосе. Она попробовала немного риса и одобрительно кивнула. - У Вас хорошо получилось. А вот там, откуда я родом, мужчины не готовят.

- Здесь тоже, но мне пришлось научиться этому в храме.

" Как будто мне есть до этого какое-то дело".

Неловкое молчание.

Внезапно, в голову девушки пришла идея, простая, как и все гениальное. Она украдкой еще раз глянула на дверь - не заперта на засов. Осмотрела стол- бинго! Банка, полная соли стояла рядом с перечницей.

- А можно мне что-нибудь попить? - Карима мило улыбнулась, а ворон принялся исполнять просьбу дамы. Он был рад оказать ей любую услугу, даже в мелочах, и жалел только, что не мог угадывать ее желания заранее, чтобы ей не приходилось даже слово произносить. Девушка же, пока ворон отвернулся набрала в кулак соли и спрятала его под столом.

- Молоко, подойдет?

- Вполне, - свободной рукой Рима наколола на вилку большой кусок мяса и проглотила, почти не пережевывая.

"Жаль, что не получится еще угоститься, нужно уходить, пока есть шанс".

- Вот, пожалуйста, - ворон поставил на стол крынку, полную свежего молока. Он вернулся на свое место, напротив Каримы.

- Я очень благодарна Вам за угощение, но понимаете, мне нужно домой. Там моя семья, они будут волноваться...

- Я все понимаю, но не могу отпустить тебя теперь...

- Тогда я уйду сама. Всего хорошего, - на последней фразе Рима швырнула в глаза негодяю соль, которую держала в кулаке. Он не успел увернуться, так как совсем не ожидал от девушки таких действий. Ворон прикрыл ладонями лицо, некрасиво выругавшись; Карима знала, что некоторое время он не сможет её преследовать, ослепленный. Она так резко подорвалась с места, что опрокинула стул, на котором сидела. Девушка стремительно, на ходу распахнула дверь и помчалась вперед. К несчастью, она не знала, что находится на третьем этаже дома на дереве, иначе ей бы удалось избежать того, что с ней произошло, а именно: она слишком поздно заметила, что бежит по деревянному настилу, построенному прямо на...дубе? Девушке удалось остановиться у самого края площадки, но она не удержала равновесие и сорвалась вниз, пронзительно крича. Крик резко оборвался, сердце ворона пропустило несколько ударов.

- Из всех девушек ты выбрал самую суицидальную, - услышал Нокс голос брата, приземлившегося на площадку. - Сударыня, ты не пострадала?

- Я в порядке, благодаря Вам, спасибо. - Ноксис понял, что брат подхватил девушку на лету. Какое везение, что он оказался рядом именно сейчас!

- Ну что ты, хватит кланяться, я чувствую себя неловко. - Карима, наконец, выпрямилась и подняла голову. Так она получила возможность получше рассмотреть своего спасителя- вот это да! Если бы его волосы и крылья не были черными, она приняла бы его за ангела. Одежда из кожи на пуговицах- клыках делала его образ немного опасным. Этот ворон воплощал в себе эталон мужской красоты: широкие плечи, большой рост, волевой подбородок, который так любят женщины, прямой нос с горбинкой, смуглая кожа и жгучие глаза... Такой мужчина запросто мог стать причиной женских слез и грез...

- Вы спасли мене жизнь, я не знаю как иначе выразить благодарность.

Кроме благодарности, Карима чувствовала еще и стыд за то, что она такая глупая. Ведь сама же поднялась по лестнице наверх, сама же думала, что находится в башне. Следовательно, она как минимум на втором этаже. А стоило ей увидеть выход, как она тут же обо всем забыла.

- Забудь об этом, как о страшном сне. Кстати, где Нокс?

- Я здесь! - голос из кухни.

- Куда ты смотрел, пока твоя невеста падала?

- Я не смотрел- она мне соль в глаза кинула!

- Соль?

- Невеста? - "То есть рабство пока отменяется. Хотя... между женой и рабыней разница небольшая" - подумала Рима.

-Нокс, идем к умывальнику, тебе надо промыть глаза. - Он повел брата, как поводырь слепого. - Протяни руку. Это умывальник. Справа я положу полотенце.

- Эй! Терезис! Ты о нас забыл? Спусти лестницу - послышался женский голос снизу.

Терезис не стал спускать лестницу, а слетал за каждой пассажиркой лично. Их оказалось трое. Они заходили в дом одна за одной, в том порядке, в котором их доставлял мужчина:

- Здравствуй, - поздоровалась первая с Каримой.- Я Аглая. Ты, должно быть Карима? - Не успела девушка ответить, как Терезис доставил еще одну:

- Доброе утро. Меня зовут Алис. Рада, наконец, тебя встретить, дорогая сестрица.

Какая еще сестрица? У Каримы есть только брат.

- Приветствую, - обратилась последняя к Кариме: - Ты избранница Нокса? Эффектное появление... Меня зовут Ксеномия Морена, но ты можешь звать меня "матушка".

Кариме срочно нужна была пауза. Она ничего не поняла и не запомнила ни чьих имен. А подозрительно дружелюбные женщины смотрели на нее и улыбались, будто ждали, что она что-то ответит.

- Здравствуйте, - смогла выдавить из себя девушка. Про себя она отметила, что все три дамы были весьма хороши собой. Алис и "матушка" были очень похожи светлыми волосами, небесно-голубыми глазами и... всем. Только одна была раза в два моложе. Аглая отличалась от них толстой русой косой и пышными формами. Если блондинки были изящны и стройны, то Аглая имела восхитительную фигуру, местами слишком пышную, которую подчеркивало местное традиционное платье, облегающее грудь и талию. Карима не осмелилась бы надеть такое платье- любая девушка в деревне, подчеркивающая красоту своего тела подверглась бы всеобщему неодобрению.

- Ноксис! - Позвала старшая женщина.

- Что?- отозвался ворон из глубин комнаты.

- Представь меня своей невесте.

- Подожди немного. Сядьте за стол, поговорите, заварите чай.

- Что происходит? С тобой все в порядке?

- Да, я сейчас подойду.

Все принялись рассаживаться по местам, Карима бросила печальный взгляд в сторону выхода. Она заняла то же место, где сидела во время завтрака с Ноксисом.

- Тебе помочь? - спросил Терезис у брата.

- Нет. - Ноксис подошел к столу, он закрывал лицо полотенцем. Девушке стало немного жаль ворона, но с другой стороны - он сам виноват.

- Что с твоим лицом?- забеспокоилась самая старшая дама.

- Ничего, мам.

- Я же вижу, что что-то не так! - не унималась она.

- Да обычное дело, мошка в глаз попала. - Карима хмыкнула.

- Жить будет, - вмешался Терезис.

Ноксис сел во главе стола и нерешительно начал:

- Вы рано пришли, я еще не рассказал ей.

- Э, нет, - ответил Терезис, - судя по всему, мы пришли вовремя.

- Извините пожалуйста, - чтобы привлечь внимание, Карима даже руку подняла, как учили в церковной школе. - может, сейчас самое время все объяснить, а то я ничего не понимаю.

Сидящие за столом переглянулись. Женщина, которая сидела слева от Каримы( кажется, Аглая) обратилась к ним: - Давайте лучше я ей все расскажу, я ведь была на ее месте.

Кажется, никто не возражал против такой инициативы.

- Если в вкратце, то добро пожаловать в Танай, Родину воронов. Это хорошее место, со своими традициями и обычаями. С одной из них ты уже знакома- это кража невесты. Понимаю, сейчас тебе трудно, ты растеряна и у тебя нет друзей, но мы, твоя новая семья, с удовольствием тебя поддержим...

- Тут произошла ошибка, - перебила Карима, - я ничья не невеста, я вообще замуж не хочу, и у меня есть дом, в деревне Озерной, и матушка с батюшкой заждались меня уже, а сегодня моя очередь коров пасти. И что еще за кража невесты? Нужно сначала с батюшкой поговорить, а брак потом, если он разрешит...

- Я тоже так раньше думала, Карима. Я ведь, как и ты жила в деревне с родителями. Потом меня украл Терезис. Но рано или поздно все равно пришлось бы покинуть отчий дом - это удел всех девушек. Так может выйти замуж удачно, а не просто выйти? Именно поэтому подумай, как тебе повезло, что Ноксис выбрал тебя.

Девушка уже поняла, как ей "повезло", но она с радостью уступила бы это везение кому-нибудь другому.

- Так вы ко мне его сватать пришли, что ли? И это после того, как он меня похитил? - как только Карима увидела этих женщин, она думала, что может рассчитывать на помощь с их стороны. Но теперь от этой идеи пришлось отказаться. Эти женщины заранее были на стороне подлого похитителя женщин.

- Да нет же, не сватать. Мы здесь, чтобы познакомиться с тобой, рассказать, как тут все устроено, помочь тебе освоиться. Так положено, иначе ты натворишь глупостей.

- Как здесь все устроено- мне не интересно, осваиваться я не собираюсь. Вот и познакомились. Где, говорите, тут лестница? Я слезу.

Девушка встала с места и уверенно пошла к выходу, она найдет лестницу и спустится вниз, и никто ее не остановит. В конце концов, похищение человека- это преступление, как и насильственное удержание. Она собиралась подать на них всех заявление в верховный королевский суд, как только выберется. Да!

- Матушка, какая она грубая. Я не хочу такую сестру. - должно быть, это Алис высказалась за спиной у "сестрицы".

- Грубая? - развернулась в дверях Карима. - С чего бы мне не быть грубой, когда меня похищают и хотят заставить делать то, чего я делать не хочу? Ну погодите, я на вас всех заявлю!

Карима вышла, громко закрыв за собой дверь, оставив компанию таращиться туда, где только был ее силуэт.

- Вот это характер... - Алис.

- Я ее понимаю, но думаю, что она перегибает палку, - Аглая.

- Зато она не даст себя в обиду, - заключила Ксеномия. За всю беседу она так и не выдала своего отношения к Кариме. - Аглая, было бы не плохо, если бы ты приглядела за нашей невесткой, ты как раз живешь по соседству с ней.

- Поняла. Я помогу ей привыкнуть.

- Матушка, я вас оставлю, Карима может потеряться одна, - опомнился Ноксис. - Приходите в другой раз.

Нокс оставил гостей в доме, а сам отправился за невестой. Ее и искать не нужно было- девушка только спустилась с лестницы, когда он увидел ее.

Ворон решил дать ей возможность побыть в одиночестве, поэтому следовал за ней на расстоянии, достаточном, чтобы Карима его не заметила. Она посмотрела на солнце - пыталась понять, в какую сторону ей идти. Бесполезно. Горы кругом.

Судя по тому, что она пошла по тропе, направление которой никак не могла знать, Ноксис сделал вывод о том, что ей было все равно куда идти - лишь бы подальше от его дома. Она подобрала желудь, который едва помещался в ее белую ладонь( такой мог и убить, если бы свалился на голову), долго вертела в руках, сложила в карман фартука. Не спеша пошла дальше по дороге. Следующее действие девушки все же пробудило в вороне желание вмешаться: она склонилась над сочными, с фиолетовым отливом ягодами, которые росли вдоль дороги. Девушка уже протянула руку, чтобы сорвать плоды, но Ноксис выступил из укрытия и остановил ее:

- Только не ешь. Белладонна очень ядовита.

- Я и не собиралась. Просто хотела рассмотреть - в первый раз такие ягоды вижу. Кстати, Вы что, следили за мной?

- Получается что да. - Решил не врать Нокс и чистосердечно во всем признался.

- Я так и знала, - Карима сделала ему шаг на встречу, - и как давно Вы за мной шли?

- От самого дома. - Опустил голову Нокс.

- Хм, - девушка сделала еще несколько шагов на встречу ворону, теперь ей было достаточно руку протянуть, чтобы дотронуться до него, - И что, теперь Вы меня силой заставите вернуться в Ваш дом?

- Нет. Я не хочу тебя заставлять... - Карима посмотрела в глаза ворону. Она вложила в этот взгляд столько своих чувств: гнев, ненависть, ярость, а он этого даже не заметил, потому что виновато пялился в землю.

" А он, оказывается, совсем бесхарактерный, - сделала вывод девушка, - если подумать, то он все утро так себя ведет и со мной, и с "матушкой". Фу. Тряпка. Из него хоть веревки вей."

- Знаете, Вы мне сначала показались очень опасным мужчиной, но теперь я вижу, что это не так...

- Спасибо, - Нокс, наконец, оторвался от созерцания земли и Карима увидела, что его взгляд загорелся надеждой.

"Даже не дослушал... - вздохнула Карима. - А я ведь только к сути подобралась. Ладно, не буду договаривать - правда огорчит его".

- Ой! - внезапно воскликнула Карима. - Смотрите! Там что-то между деревьями! - Она указывала в пространство между небом и землей, и Нокс никак не мог понять что же такое удивительное она углядела.

- Я ничего необычного не вижу.

- Ну как же не видите, белое, прямо в воздухе висит, - Девушка подобрала подол сарафана и поманила ворона за собой. Она сошла с тропы навстречу своему видению. Ноксис вообще не понимал, почему он за ней идет и что она увидела, но молча следовал за ней, - Странно, мы уже достаточно долго идем, но оно не становится ближе.

И тут его озарило: - Ты это о горах?

- Каких горах? - уставилась на Нокса Рима, глупо моргая.

- Ты видишь белое? - девушка утвердительно кивнула в ответ.- Это горные вершины. А мы в долине.

- Невозможно. Горы очень далеко от моего дома, путь сюда занял бы несколько суток.

- Это если верхом. А я летел с тобой напрямик.

- То есть, хотите сказать, что я тоже летела?

- Конечно.

- Вы меня несли? Было тяжело?

- Ну... не очень. - Еще как тяжело, но того стоило. На самом деле, воронам действительно тяжело приходится по жизни. Человеческие мужчины носят своих невест на руках всего раз в жизни - перед брачной ночью, через порог, как того требуют традиции. А вот вороны практически всегда- ведь они обитают там, где ходить пешком очень трудно, иногда даже опасно.

- С ума сойти! А если бы вы меня уронили?

- Я бы никогда тебя не уронил, - серьезно ответил Ноксис, - и кстати, тебе не нужно называть меня на "Вы". Я знаю, что у людей принято такое обращение, но мы не говорим во множественном числе об одном человеке.

- А как мне тогда высказать свое уважение к старшему?

- Разве это необходимо? Если ты уважаешь старшего, это хорошо. Но если не уважаешь, то от того, что ты обратишься к нему уважительно ничего не изменится. Я это к тому, что главное то, что на уме, а не на языке.

" Ну, в этом есть смысл. Так даже проще."

- А к незнакомым людям мне как обращаться?

- Не разговаривай с незнакомцами, - строго наказал ей Ноксис, - даже если они что-то спросят у тебя. Ты не обязана отвечать.

- Вы напоминаете моего батюшку, когда так говорите. Мне даже боязно стало.

- Я же сказал, никаких "Вы".

- Я так не привыкла. К тому же мы пусть и знакомы, а все равно чужие...

- Это не надолго. Скоро ты станешь моей женой.

- Посмотрим, - злорадно пробормотала девушка. Она уже продумывала, как избежать нежелательной женитьбы, - кстати, чего это мы, как дураки стоим в папоротниках?

- Да ты нас сама сюда привела!

- Но я же тебя не заставляла идти сюда. - Рассмеялась она в ответ.

- Но ты позвала! - Возмутился Нокс.

- И что? Если бы ты не хотел, то не пошел бы.

Ноксис подумал, что с ума сойдет с этой женщиной.

- Теперь выведи меня отсюда.

- Нет. Ты сама сюда зашла, вот и выбирайся.

- Ах так!..- Разозлилась Карима, она сейчас все ему выскажет, видит Бог, она пыталась быть вежливой, но не судьба. Нокс уже расправил крылья, чтобы улететь и тут девушка представила, что осталась совсем одна в незнакомой глуши - Ну пожалуйста! Я не хочу потеряться в лесу!

Ноксис победоносно улыбнулся:

- Следуй за мной, - И Карима покорно пошла за вороном, - Почему ты вообще завела нас сюда?

- Я подумала, что вижу купола. Это бы значило, что мы близко к какому-нибудь городу. - Ноксис обернулся.

- Ничуть не похоже.

- Теперь я бы тоже не перепутала. Но до этого я раньше не видела гор.

- Серьезно? И как ты жила? - удивился Нокс, - Может ты и моря не видела?

- Не видела.

- Я покажу тебе. Не сейчас, но позже, я возьму тебя на побережье. Ветер там порывистый, сильный. Когда вечер ясный, видно, как солнце утопает в воде на закате. - Ворон так глубоко погрузился в мечты, что Карима готова была поклясться, что видит волны в его глазах. - А во время шторма волны вырастают до колоссальных размеров, и когда они разбиваются о скалы, брызги рассеиваются вокруг.

- Похоже, что тебе нравится море...

- Очень. Тот, кто видел море, не останется равнодушным к его жестокой красоте.

"Да ему поэтом нужно быть, уж больно красноречивый. Ишь, разболтался". Карима заметила, что они уже вышли из леса и Нокс вывел ее на тропинку.

- Куда мы идем? - поинтересовалась она.

- Возвращаемся домой.

- Я не хочу. Понимаю, что выбора у меня нет, но мне не хочется опять встречаться с теми людьми.

- Почему? - удивился Ноксис.

- Разве ты не слышал, как я разговаривала с ними?

- Слышал.

- Ты что, ничего не понимаешь?

Ноксис резко остановился. До этого он шел на шаг впереди Каримы, поэтому она чуть не врезалась ему в спину.

- Я поругалась со всеми ими, я теперь им не нравлюсь. И не смотря на то, что меня вовсе не волнует чужое мнение, - она подчеркнула интонацией, что ее не волнует чужое мнение, - я предпочту не общаться с этими людьми, так как это просто не приятно.

- Зря ты так считаешь. - Ответил Ноксис. - Они все понимают тебя, и готовы подружиться с тобой.

-Какой же ты глупый.

- Зачем обзываешься?

- Я не обзываюсь. Ты правда глупый. Женщины не дружат. Даже если они считают свои отношения дружбой, это не так.

- Я надеюсь, что Танай изменит твое мнение о дружбе.

Карима тяжело вздохнула. Похоже, Ноксис из тех людей, которых не переубедить.

- Ты, наверное, болтун, если заранее всем рассказал обо мне. Еще не женился- а уже все знают.

- Вовсе нет, - обиделся Ноксис, - по традиции полагается сообщать родственникам о своем намерении создать семью. Без их одобрения жениться нельзя.

- Глупые у вас традиции.

- У людей еще глупее.

- Не правда, - возразила Карима.

- Тогда почему взрослые люди сами выбирают своим детям супругов?

- Они же старше и мудрее.

-Но не им же жить с мужем или женой. А вот наши традиции позволяют выбирать.

- Вам-то позволяют, но они не учитывают мнения бедных женщин.

- Ты сегодня уже видела трех женщин- ворон. Разве они похожи на бедных?

Карима решила промолчать о том, что они похожи на женщин, которым сильно промыли мозги.

- Когда они приходили сегодня, это тоже была часть ритуала. Женщины моей семьи должны были прийти и рассказать тебе о твоей новой жизни, объяснить местные порядки... Сегодня ты видела мою сестру, Алис.

Алис не понравилась Кариме из за того, что позволила себе критику в ее сторону.

- Ксеномия- моя мать.

- Красивая, - вздохнула девушка.

- Спасибо.

- Чего благодаришь? Ее красота- не твоя заслуга, - рассмеялась Карима, - к тому же, ты совсем на нее не похож, я бы не сказала, что ты ее сын.

- Я больше похож на отца.

- А что на счет той русоволосой женщины? Кто она тебе?

- Это жена Тера. Выходит, она мне невестка? Никогда не разбирался в названиях родственников, - признался Нокс.

- У меня есть еще одна сестра, с которой тебе нужно познакомиться. Но она очень занятой человек, и у нее не получилось прийти сегодня...

Ворон не хотел в первый же день знакомства рассказывать своей невесте о том, что Ирис, его любимая сестра, была чуть ли не единственной, кто восстал против его женитьбы. Он подозревал, что не пришла она скорее из вредности, чем из-за занятости.

- Смотри, отсюда лучше видны горы, - указал Нокс в сторону, когда они поднялись на холм, не заросший деревьями.

Карима охнула. Она испугалась, хотя толком не знала, чего бояться. Она начала вспоминать всякие ужасы, которые слышала от путешественников:

- А на нас не скатится снег?

- Снег? - Нахмурился Нокс. Но когда представил скатывающийся с гор снег, понял, что Карима имела в виду, - Ты хотела сказать, не сойдет ли лавина? - Карима утвердительно кивнула. - Лавины сходят в горах и не достают до долины. Будь спокойна.

- Когда я вижу горы, мне кажется, что они могут на меня упасть. - Поделилась девушка своим страхом.

- Когда я вижу землю без гор, она мне кажется лысой. Чувствую себя незащищенным, как в доме без стен.

Ни Ноксис, ни Карима не заметили, как настал момент, когда они начали идти наравне, бок о бок. Внезапно, а может и постепенно, им стало легче говорить друг с другом. Будто исчезла стена, будто они уже знакомы целую вечность. На самом деле, они просто перестали стесняться друг друга, как это часто бывает с людьми, когда они едва знакомы.

Ноксис рассказывал о своей семье, о быте, а Карима все удивлялась вещам, которые были для него просты и привычны с детства.

Однако, дорога вывела их к дому, и Нокс грустно вздохнул:

- Мы пришли.

- Правда? - удивилась Карима. Для нее пока что все места в Танае выглядели одинаково. - Куда?

- Домой!

- А, в твое "гнездо"?

- Это не гнездо, а дом, - обиделся Нокс.

- Какой же это дом? Находится на дереве - раз. Добраться туда можно только по воздуху или веревочной лестнице- два. Никаких удобств- три. Я чувствую себя как курица на насесте. Мне продолжать?

- Не надо. Кстати, напрасно ты про удобства. Уборная есть на улице, вот она, за домом, - Ноксис указал рукой в сторону маленького аккуратного домика. Со стороны он выглядел мило и аккуратно, даже сказочно, Карима согласилась бы жить в нем, если бы не знала о его назначении.

- А где же баня?

- Бани нет...

- Еще бы, - хмыкнула девушка.

- Зато есть горячий источник.

- Какой еще источник? - удивилась Карима. Она никогда в жизни не слышала об источниках, кроме как об обычных. Интересно, что за он? Может, из криницы струей течет горячая вода, которую можно набрать в ведро и принести домой? Или кипяток бьет фонтаном?

- Идем, я тебе покажу. - поманил за собой Нокс. - Такие источники я видел только в Танае и неподалеку от моего храма.

И Ноксис привел девушку к источнику. Для Каримы он выглядел как большая бурлящая лужа в камнях, но и в этой луже было кое-что особенное- от нее исходил пар. Конечно, последнее, что могло прийти в голову девушки- это искупаться внутри этого маленького озера. О, она бы никогда в жизни не полезла в такую подозрительную воду, но Ноксис присел у самого края воды и даже опустил в нее руку:

- Тут неглубоко, но дно скользкое, так что будь осторожна, когда будешь купаться.

Девушка последовала примеру ворона и окунула в воду пальчик:

- Теплая! - воскликнула она, - Это невероятно! Вода в реках и озерах всегда холодная...Так почему она теплая здесь?

- Мы точно не знаем. Наши ученые полагают, что это от того, что подземные воды нагреваются от горячей породы земли.

- Здорово, конечно, но я понятия не имею, как здесь купаться.

- Мне показать? - приподнял бровь Ноксис.

- Да нет же, я не про то... Я имела в виду, что тут я буду у всех на виду.

- Здесь никто не ходит, дом на самом краю деревни.

- Ну и что, я не могу купаться посреди леса, тут же летают всякие...

- Чего тогда на озеро ходила, раз такая стеснительная, - буркнул себе под нос Ноксис, но Карима его все равно услышала. У нее аж челюсть от удивления отвисла:

- Откуда ты знаешь, что я хожу на озеро купаться?

- Ну... видел тебя там... - видимо, Нокс решил, что между ним и его будущей супругой не должно быть секретов, иначе, зачем он признался? Однако, лучше для него было бы не говорить о подробностях его первой встречи с невестой, так как это привело ее в бешенство:

- Ах ты... - Покраснев до ушей воскликнула она. Девушка мысленно подбирала ругательства для негодяя, но все они недостаточно точно описывали его подлую натуру. Поэтому, не найдя нужных слов, она просто толкнула его в воду двумя руками и помчалась прочь от него. Судя по громкому всплеску, ворон славно искупался.

Карима сама не знала, почему выбрала именно то направление, куда она побежала, но ноги уже несли ее к дому ворона. Наплевав на все приличия, она заткнула подол сарафана под пояс, тем самым обнажив ноги по колено - так взбираться по веревочной лестнице было гораздо удобнее. Девушка активно перебирала ногами и руками, и, наконец, достигла нужного пролета. Она взобралась на нижнюю площадку и подняла за собой лестницу.

"Ах, бесполезно! Он же прилететь может," - осознала Карима. Она забежала в дом и закрыла дверь на засов. - "Ему меня не достать! - девушка гордилась собой, как ловко она отделалась от ворона! - Ой, а где это я?"

Карима обнаружила себя в комнате, которая была не знакома ей: два кресла, столик, книжные полки... Она в прихожей, на нижнем этаже.

"И что же он читает?"- девушка подошла ближе. "Тактика конных отрядов", "Необходимость прогрессивного налогообложения в современных условиях", "О применении кавалерии в условиях ограниченного маневрирования ". Скучные мальчишеские книжки, такие Карима читать не будет. Она бы и не стала- с тех пор, как она выучилась грамоте, читала она разве что вывески на прилавках да редкие письма.

Девушка вспомнила, что в дом можно попасть еще и через дверь в кухне и поспешила закрыть ее. Потом она исследовала дом на наличие других выходов - чтобы в случае обнаружения таковых немедленно перекрыть их. Теперь, когда уверенность в том, что хозяин в дом не проникнет была абсолютной, Карима могла позволить себе расслабиться. Она изучила каждый уголок дома, который, как она планировала, будет ей приютом ненадолго, и, как планировал Ноксис, станет ей новым домом навсегда.

Снаружи безуспешно дернули ручку двери:

- Карима, открой! - Кричал Ноксис.

- И не подумаю!

Ноксис уже пытался открыть другую дверь, и снова безуспешно.

- Что за девица! - с досады он пнул дверь ногой, но только пальцы ушиб. И ведь сам делал эту дверь- на совесть. Он уселся на краю верхней площадки и свесил ноги, задумавшись.

Сквозь маленькое окошко сбоку от двери девушка наблюдала за негодяем. Похоже, что он сдался.

" Хорошо бы на эти окна поставить цветы" - подумала Карима.

- Карима!- крикнул Ноксис, вскочив на ноги.

- Чего тебе?

- Я совсем ненадолго отлучусь, только пожалуйста, пока меня не будет, никуда не выходи и дверь никому не открывай, разве что тем, кого сегодня уже видела, но они навряд ли придут.

- Вот этим я тем более не открою!

" Славно, - подумал Нокс, - за нее можно не волноваться".

Он взмахнул крыльями и скрылся с глаз.

"Вот это да! Судьба дает мне шанс, нужно его использовать! - обрадовалась девушка. - Но просто так я уйти не могу, нужно запастись провизией. Кто знает, что съедобное в этом Танае можно найти?".

Карима начала выгребать с полок все, что можно съесть в дороге: хлеб, сало, сыр...

"Наверное, ночью в лесу будет холодно - осень скоро. Где тут есть теплые вещи? - девушка метнулась в спальню, где она видела шкаф, в котором по идее должны храниться вещи. - Ах, и как же я это понесу? - задумалась Карима, - Узелок соберу!"

Вот, она уже готова к побегу. Девушка аккуратно приоткрыла дверь - никого. Она закинула узелок за плечо и перешагнула порог, тихо закрыв дверь, будто там, далеко, Ноксис мог услышать ее. Правда, и в этот раз Карима далеко не ушла - неизвестно откуда раздался незнакомый голос:

- Красавица, далеко собралась?

Карима принялась огладываться по сторонам - никого. Спрятался в листве и не видно его.

- Не твое дело!

- А разве жених не говорил тебе, чтобы ты не ходила одна? - незнакомец покинул укрытие - ветку соседнего дерева. И как Карима могла не заметить его? Он , поджарый и стройный, одним взмахом крыла преодолел расстояние между ними и приземлился прямо перед девушкой. Лихим движением головы он откинул кудрявый чуб, прикрывавший пол-лица и Карима получила возможность рассмотреть его получше - темные глаза... хитрющие, с огоньком. Курносый нос придавал своему обладателю озорной вид - шевелюра у него была забавная - каштановые кудри подпрыгивали от каждого движения головы. Одет незнакомец был по местным канонам - в черный дублет с высоким воротником, который застегивался сзади и кожаные бриджи. Обуви этот ворон не носил.

- Тебя не касается, прочь с дороги! - какие же все кругом мастера в чужие дела лезть! Обычно добрая и отзывчивая Карима сама удивлялась, откуда у нее столько дерзости.

- Эх, я бы на месте Нокса тебя одну не оставлял, - улыбнулся гость. И от улыбки на его щеках появились ямочки, которые так нравятся девушкам...

Кариме в этом вороне не нравилось ничего, он вызывал слишком много подозрений, был слишком дружелюбен, слишком не вовремя появился, слишком явно сует нос в ее дела, хотя они даже не знакомы. Всего слишком!

- Ты хоть знаешь, как опасно незамужней девушке находиться одной?

- Раз в сто безопаснее, чем с такими как ты! - огрызнулась Карима.

- А вот и хозяин... - Ноксис стремительно приближался, а когда достиг места событий, приземлился прямо между гостем и Каримой, которая поняла, что побег снова откладывается на неопределенный срок.

- Что тебе здесь нужно? - Нокс заслонил девушку спиной, будто пряча от гостя.

- Да так, мимо пролетал, увидел как твоя невеста беспечно уходит из дома и решил ее остановить.

- Я же сказал тебе не выходить! - повернулся Нокс к невесте. Она промолчала, кротко глядя в пол. Не придумала оправдания.

- Подозреваешь меня? - продолжил ворон.

Ноксис смутился, и, глядя в пол, ответил:

- Да.

- Ай-яй-яй. Я, как твой друг, оберегаю твою невесту. Как только ты улетел тут объявился Закр. Не знаю, из любопытства, или чтобы тебе навредить, но он караулил у дерева. А когда меня увидел - улетел. И надо было тебе отлучаться в такой день...

- Я к мастеру по делам летал...

- А я хотел посмотреть, так ли красива твоя невеста, как говорят...

Бор ожидал, что Нокс разозлится на него за эти слова, но никак не рассчитывал на то, что ворон гордо поднимет голову и с вызовом спросит:

- И как тебе?

- Как полная луна морозной темной ночью, как одинокий цветок, выросший на скалах, как оазис в пустыне...

Карима спокойно выслушивала, как Бор соловьем заливался. Она не смущалась, как робкие девицы - она всегда знала, что красива. И все, что говорил Бор было чистой правдой: как луна, как цветок, как оазис и даже лучше. Очевидный факт. Поэтому слова мужчин не трогали ее сердце - она достаточно наслушалась за свою жизнь.

- Могу я подойти поближе? - поинтересовался Бор у друга.

- Не сегодня.

- Я только посмотреть, трогать не буду!

- Лети лесом, или я помогу. - Ноксис развернул приятеля и столкнул его с площадки. Улетая, Бор бросил на прощание Кариме:

- Не впускай его в дом, а то потом не выгонишь!

- Что это значит? - спросила Карима у Ноксиса, подбоченившись, - Это тоже как-то связано с местными традициями?

- Не волнуйся об этом, у меня даже в мыслях не было...

- Нет уж, объясни нормально!

- Ты имеешь право не впускать меня в дом после захода солнца, а я не могу пытаться туда войти, пока мы не женаты...

- Вот и славно, пока! - Карима перешагнула порог и собралась закрыть за собой дверь, но Нокс перехватил ее.

- Солнце еще не село.

Он вошел в дверь и спустился в низ по лестнице. Он взял с собой копье, которое неизвестно где до этого хранил. Уходя он повторил предупреждение, которое уже говорил в прошлый раз:

- Не открывай никому, кроме меня.

Девушка даже удивилась, что ворон так спокойно ушел, но раз таковы традиции... Это ей на руку. Она закрылась изнутри.

К вечеру ей стало очень скучно. Она еще раз прошлась по дому, достала-таки "прогрессивное налогообложение"и углубилось в чтение. Стало еще скучнее чем было, к тому же солнце клонилось все ближе к закату, и в комнате потемнело. Карима отложила книгу и поднялась на кухню, чтобы посмотреть в окошко, далеко ли Ноксис. Вот он, сидит, окаянный под дверью, и копье в руках держит. Неужели он собирается заколоть ее этим копьем, если поймает при побеге? Но она не так глупа, чтобы попасться. Она пойдет спать - утро вечера мудренее.

Зная, что ее не побеспокоят, Карима улеглась на хозяйской кровати и приготовилась ко сну. Но заснуть не получалось- в голову лезли всякие навязчивые мысли. Одна из них была самой навязчивой из всех навязчивых. Девушка ворочалась на кровати в отчаянных попытках уснуть (это было важно, она ведь знала, что от недосыпа появляются круги под глазами), но обеспокоенность все нарастала, и она пошла за успокоением к единственному живому существу со всей округи:

- Нокс, - позвала она ворона, приоткрыв дверь кухни. Ворон задремал в той позе, в которой его оставила девушка, но от звука своего имени пробудился, встрепенувшись. Приподнял голову, ото сна не совсем хорошо понимая происходящее:

-М?

- Ноксис, а горы точно не упадут?

- Точно.

Только после такого заверения Карима смогла спокойно уснуть. И снился ей не кто иной, как главный негодяй дня - Ноксис. Во сне он все говорил ей, что нельзя возвращаться домой, нельзя оставаться без присмотра взрослых, нельзя есть черный хлеб, нельзя вышивать крестиком... Возможно из-за этого, а возможно и из-за глухих прерывистых звуков Карима проснулась.

Светло. Птицы не поют. Слышно только, как какой-то дятел долбит по дереву. Ненадолго перестает. И снова долбит. Будто вдалеке, но прямо на ухо!

Девушка встала с кровати и пошла в сторону источника звука. Лучше всего было слышно около двери - ага, значит, снаружи. Она открыла дверь и вышла на площадку, тут стало понятно, что стучат снизу. И кто бы вы думали?

- Ноксис, что ты делаешь? - ворон сидел весь в опилках среди досок и столярных инструментов, перед ним стояла непонятная конструкция, к которую Ноксис забивал гвозди. Пока еще было непонятно, чем это должно стать, поэтому она начала потихоньку спускаться вниз, чтобы рассмотреть.

- Это будет лестница.

- Но ведь у тебя уже есть одна. Зачем еще?- не поняла Карима.

- Ну, ты вчера так выразилась, что я понял, что тебе не нравится веревочная. Я подумал, что хоть это и против правил, но нет ничего плохого в том, что ты будешь чуть быстрее и безопаснее спускаться.

"Ишь, какой исполнительный. Это он подлизывается"- подумала девушка..

- А почему это против правил? - удивилась Карима. Она уже закончила спуск и присела на траву рядом с Ноксом.

- Ну, - почесал ворон затылок, - так повелось с давних пор, когда наш народ еще не жил в Танае. Сначала вороны, как и все, селились на земле. Но это оказалось небезопасно- дикие звери нападали на наши семьи, а люди приходили и заявляли свои права на имущество и земли. И тогда мы просто перебрались на деревья. А чтобы женщины и дети могли спускаться с них в любое время, смастерили веревочные лестницы. Вот нет мужа дома, а жене нужно спуститься. Она посмотрит вниз- никого, безопасно, и только тогда спускается. Понимаешь? А когда рядом люди- просто забралась на верх и лестницу за собой подняла...

- А что они не могли залететь на дерево, как ты? Они же вороны...

- У женщин и детей нет крыльев. У мальчиков они вырастают в юношеском возрасте. У девочек крыльев не бывает, - пояснил Ноксис.

- Ого, а почему?

- Не знаю, - пожал плечами Нокс. Карима подумала, какая же это несправедливость. Хотелось бы ей иметь крылья...

- Мне вот что интересно. Ты говоришь, что люди вам докучали. Но я никогда о таком не слышала. Даже если и было бы такое очень давно, люди бы помнили. Были бы слухи, сказки, легенды. Но ничего нет... Как ты можешь утверждать, что это правда?

- Это действительно было очень давно, но есть свидетельства случившегося.

- И какие же?

- Летописи, - вмешалась Аглая, которая незаметно подошла сзади, - Вороны придумали письменность гораздо раньше людей.

Карима мысленно восхитилась. Письменность - это вам не хухры-мухры.

- Доброе утро, - поздоровался Ноксис. - Хорошо что ты пришла.

- Я за Каримой.

- Не хочу ее отпускать. Ты отвернешься- ее украдут...

- Мы будем у меня дома, с нами дети и Терезис, ему не нужно сегодня на службу. Не можешь же ты все время держать такую красавицу дома, она зачахнет!

Карима сообразила, что это ее реальный шанс выбраться на свободу:

- Ну пожалуйста! - она сама не поняла, с какой это стати просила разрешения у этого негодяя, но судя по обстановке- на Танае он хозяин ее судьбы.

- Идите, - отмахнулся Ноксис,- только глаз с нее не спускай.

- Хорошо, - отмахнулась Аглая и подхватила подопечную под руку.

- Быстрее, пока он не передумал,- шепнула она Кариме, и девушек как ветром сдуло.

- Ой, - опомнилась Карима. - я не позавтракала и не умылась.

- Не переживай, я тоже. Вместе поедим- Терезис сейчас готовит кролика, у него отлично получается мясо! Я покажу тебе свой дом! А потом ты примеришь несколько платьев, которые я отложила для тебя, ты же не можешь все время ходить в своем сарафане. А еще я познакомлю тебя с девушками. Я свои подругам рассказала, что у нас новенькая и им так интересно стало! Мы тебе все расскажем и покажем. Нам еще столько нужно успеть!

Со слов Аглаи Карима поняла, что их ждет насыщенный день. Но вдруг ее опекунша замотается и у девушки появится шанс незаметно улизнуть? Чем черт не шутит?

Это все мечты, а на самом деле Карима была так занята весь день, что с тех пор, как перешагнула порог дома Аглаи, даже думать забыла о побеге.

Началось все с того, что среди похожих деревьев Аглая без труда отыскала то, на котором находилось ее жилище. По традиционной для Таная веревочной лестнице девушки взобрались на дерево, где их встретил Терезис, вчерашний знакомый. Вместе с Аглаей он показал гостье дом, в котором жил. Помимо основного помещения, которое располагалось в дупле дуба, в доме Терезиса была масса надстроек разного назначения. Надстройки эти представляли собой площадки, прикрепленные к ветвям. На одной располагалась столовая, на другой играли дети. Кстати о детях - их было двое. Чудесные близняшки, Дарис и Джанис в самое сердце поразили Кариму. Они были копией мамы, только косички темные. Девочки воплощали в себе нежность и доброту, ничуть не стеснялись маминой новой подруги и предложили ей поиграть. Карима не смогла отказаться.

Позвали к столу. Завтракали на площадке, что выше всех остальных. Между прочим, площадки эти связывал один узкий мост, который, не смотря на то, что имел перила, не выглядел в глазах Каримы безопасным. Девушка поинтересовалась у родителей близняшек- не боятся ли они, что девочки могут упасть. На что получила престранный ответ: "Они же дочери ворона, высота для них не опасна".

Терезис действительно очень вкусно сделал кролика. Помимо основного блюда он подал к столу еще плов, солянку, салаты и пюре. "Неужели здесь все мужчины умеют готовить?" - удивлению Каримы не было предела. Терезис только отмахнулся. Он объяснил, что в храме, где одни мужчины, волей-неволей приходится учиться женским обязанностям. Тем более, что ничего сложного в этом нет.

После завтрака вся женская половина отправилась на примерку. Оказывается, Аглая была в интересном положении, и многие платья уже не подходили ей, поэтому она решила пожертвовать их в пользу будущей невестки, которая с благодарностью их приняла.

С помощью примерки удалось выявить, что платья Аглаи очень велики для Каримы, и пришлось их ушивать. Еще пол дня девушки снимали мерки, распарывали, обрезали и ушивали. За делом Рима думать забыла о побеге. Им помогали Дарис и Джанис. Когда гардероб для Каримы был готов, дамы вздохнули с облегчением. Одно из новых платьев Карима сразу же надела- до того ей оно полюбилось. Да и в целом местный национальный костюм нравился девушке гораздо больше, чем привычные ей сарафаны и фартуки.

Карима пребывала в Танае второй день, и видела всего несколько его обитателей, но уже заметила некоторые особенности местной одежды. А про некоторые элементы здешнего национального костюма ей рассказала Аглая, которой было в радость делиться опытом с новенькой девушкой. Например, главным элементом женского гардероба было платье. Лиф платья плотно облегал фигуру женщины. Платье зашнуровывалось спереди от груди до пояса, как корсет. Оно могло иметь высокий воротник- стоечку( такой могли себе позволить только девушки с лебединой шеей), или быть вовсе без воротника, с вырезом, щедро открывающим грудь и плечи.

Свободные юбки расширялись от талии к подолу за счет вшитых клиньев. Очень много ткани уходило именно на юбку, благодаря чему она получалась тяжелая, как броня! Иногда юбка спереди была короче, чем сзади и немного открывала ноги. Какой срам! Карима спросила у Аглаи: " Может это брак? Или ткани не хватило?"

Ответ был таков: "Так удобнее залазить на дерево. А если юбка спереди такая же длинная, как и сзади, то перед тем, как подниматься, нужно ее заправлять за пояс".

Руки местные женщины всегда прятали, и даже в жару носили рукав хотя бы до локтя. Видимо, это местная особенность- хотите посмотреть на грудь и ноги? Сколько угодно! Но на руки -ни-ни. Такая необходимость носить рукава обуславливала их разнообразие: на любой вкус и цвет. И чем проще платье, тем мудреней рукава. Но Кариме больше всего нравились рукава, которые здесь называли "лебединые крылья". К простому узкому рукаву пришивался отрез ткани, напоминающий по форме крыло лебедя. Отрез пришивался на уровне локтя или плеча. Такие рукава выглядели гораздо красивее расклешенных и визуально удлиняли силуэт обладательницы.

Иногда местные женщины надевали маленькие высокие шапочки. Тогда они заплетали косы и поверх шапочек завязывали тончайшие платки. Обувь делалась из войлока или мягкой кожи.

Мужской костюм отличался простотой и скромностью, к его особенностям можно отнести обилие шнурков и пуговиц из клыков зверей. Верхняя часть обычно представляла собой дублет, застегивающийся сзади на два вертикальных ряда пуговиц, вдоль роста крыльев. Только таким образом можно было застегнуть его так, чтобы оставить крылья свободными. Да и не только дублеты: камзолы, рубахи, жилеты - все застегивалось со спины.

Нижняя часть костюма была совсем заурядной: кожаные или суконные штаны мужчины носили зимой, в особо жаркую летнюю погоду надевали бриджи. Из обуви вороны предпочитали удобные башмаки или сапоги с голенищем чуть ниже колена на плоском каблуке. Сапоги чудо как шли высоким воронам, но носить их могли не все, а только члены знатных семей и гвардейцы. Бедняки вообще ходили босиком. Словом, по обуви легко можно было определить статус мужчины.

Покончив с одеждой дамы заметили, что уже давно за полдень. Благо, что Терезис времени зря не терял, и уже накрывал на стол. А после обеда Карима и Аглая пошли знакомиться с другими обитательницами Таная. Карима не чувствовала в этом необходимости, поскольку планировала побег так скоро, как только это возможно, но все равно пошла на встречу с другими женщинами, чтобы убить время. Общее впечатление обо всех у нее сложилось такое, будто они специально сговорились о том, чтобы нахваливать местную жизнь, дабы убедить Кариму, как здесь хорошо! И люди здесь добрые, и земли плодородные, и налоги не обременительные, и мужчины обходительные! Благодать. Но ее не проведешь. В существование такого райского места девушка едва могла поверить, опыт говорил ей: "Если тебя настойчиво пытаются в чем-то убедить это повод задуматься- не врут ли тебе?"

Пустая болтовня. Кумушки ни на минуту не умолкали. А ведь и правда, хорошо им живется, если работать не спешат! Они спешили поведать то очень важные и серьезные вещи, то забавные и курьезные истории. Карима не слушала, но хорошо видела по общему настроению, когда нужно сочувственно кивать, а когда смеяться. Правда, все это она делала с небольшим опозданием, поэтому, возможно, кумушки решили, что она заторможенная или глупая. Пусть себе что угодно думают. Ей все равно.

Аглая, наконец, заканчивает весь этот балаган и уводит Кариму за собой. Она с самого начала поняла что девушке не нравится ситуация- но что поделать, так положено. И смотрит как бы извиняясь, и доверительно шепчет: "Я тоже не любила все эти встречи с незнакомыми людьми сначала, но ничего, ведь у меня был Терезис".

"А у меня нет! - подумала Карима. - Ноксис мне даже не нравится, так чего ради терпеть эту скуку? Все, что мне надо, это обманывать всех до тех пор, пока не удастся бежать из этого странного места!" - Она никак не могла понять, как те женщины, которых она сегодня видела могут восторженно отзываться о мужьях, которые выкрали их из семей и заставили поселиться в ужасно неудобных домах, терпеть всякие лишения, например, например... Девушка не могла придумать например что, но была уверена, что это например существует.

Под вечер всем как-то одновременно пришла мысль- Нокс сутра ничегошеньки не ел. Поэтому Аглая нагрузила в кастрюльки еды, прихватила напитки. И с этим добром все вместе отправились в дом Ноксиса. Глаза Каримы его б не видали, но не объяснишь же кому, нужно притворяться. Глядишь, и поверят, что бедняжка привыкла к жениху, и станут больше доверять и оставлять ее одну. А она-то момент не упустит! Ноги в руки- и вперед!

Трудно сказать, обрадовался ли Ноксис гостям, но удивлен был несказанно- это читалось по его лицу. Лестницу он сделал примерно на треть, то есть мучиться ему еще долго.

- Чего ты не сказал, что будешь что-то строить, я бы пришел помочь- у меня выходной.

В ответ брат только пожал плечами.

- Терезис, я тоже такую хочу,- потребовала Аглая, указав на лестницу.

- Может, мне еще дом на земле построить? - возмущенно воскликнул Терезис. - Может, мне сделать дом с фундаментом, как у людей?

- Тер, оставь предрассудки, уже многие вороны сделали ступени к своим домам. Теперь и Ноксис тоже. А как я в старости буду домой залазить?

- В старости и поговорим на эту тему.

Аглая, как и любая умная женщина знала, что лестница у нее будет не в старости, а не позже, чем через неделю. Просто нужно правильно попросить мужа. Конечно, не публично, а наедине. Тогда она сможет привести ему разумные доводы, предложить что-нибудь. В конце концов, как любая умная женщина, заставить его поверить в то, что лестница ему просто необходима. При этом он должен верить, что пришел к этому решению сам. Иначе не получится.

- Мы принесли ужин. Ты, наверное, весь день не ел,- обратилась Карима к жениху.

- Спасибо, не стоило волноваться - я сыт.

Наверное именно поэтому он так принюхивается к ароматам, доносящимся из корзинки.

- Нокс, а где ты ночевал?- поинтересовался Терезис. - Дома или на улице?

- На улице, - ответил Ноксис, не устоявший перед корзинкой. Он нетерпеливо вынимал все ее содержимое, открывая крышки и проверяя, что внутри. О! Котлетки. Ворон принялся за еду устроившись прямо на ступеньках полуготовой лестницы, не дождавшись, пока девушки расстелют покрывало.

- Не впустила? - с издевкой добавил брат.

- Не твое дело! - парировал Ноксис. Терезис же продолжил хвастливо:

- А вот меня Аглая впустила!

- На третью ночь, - поправила супруга, - и то, потому что ты сказал, что на улице замерзаешь. Я его пожалела...

Последнюю фразу она сказала как бы оправдываясь, но было видно, что о содеянном женщина не жалеет.

Отужинали. Аглая пообещала, что заглянет завтра, Терезис еще провозился с Ноксом, помогая ему делать лестницу. Вдвоем получалось быстрее, но Нокс ценил одиночество за возможность сосредоточиться. А брат постоянно отвлекал, хотя, конечно, это было приятно.

Карима сделала вывод о том, что наверное первый день в своей жизни она прожила так бесполезно- она была злая, уставшая, и при этом совершенно ничего не сделала.

Другие дни проходили так же непродуктивно. Девушка страдала от скуки, и ежедневные визиты Аглаи либо матушки не могли от нее избавить. С женщинами она вела себя естественно, наедине с Ноксом продолжала капризничать и дуться. Чай, провинился. Она демонстративно не здоровалась с ним, разговаривала холодно, на любую просьбу отвечала отказом. Она вспоминала о том, что решила притворяться послушной, и эти редкие моменты очень радовали жениха. Только он не понимал, почему настроение Каримы так непредсказуемо меняется.

4.

У нее получилось! Она сбежала! Звуков погони не было, никто не кричал "Ау!", а значит, Карима ушла достаточно далеко. Настолько далеко, что теперь, чтобы увидеть вершины гор нужно было очень высоко запрокинуть голову. Еще чуть-чуть, и она покинет этот растреклятый Танай вместе с его воронами навсегда! Конечно, она признает, что бежать сейчас было немного опрометчиво, ведь прошла только неделя, но казалось, этого хватило, чтобы изучить долину настолько, чтобы не заблудиться. Если долго оттягивать побег- можно и замуж выйти! А это точно не в ее интересах. Карима не совсем хорошо представляла, как она перейдет через горы, но об этом она подумает потом, когда окажется непосредственно перед препятствием.

Неизвестно, сколько она уже бежит. Вероятно очень долго- даже солнце перекочевало в другой сектор небосвода а тени стали длиннее.

Она слишком устала и у нее нет сил бежать, она просто переставляет ноги, попутно следя за тем, чтобы оставаться в укрытии густой листвы деревьев или кустов. И все-таки попадались места совсем лысые, не прикрытые даже кустиком черники. Такие девушка пересекала бегом, нервно поднимая глаза к небу.

Ее ноги утопали в сыром мху, и бархатные туфельки, явно не предназначенные для подобных прогулок, промокли насквозь. Платье цеплялось за мелкие сучки и Карима взяла в руки подол, чтобы не мешал. Деревья ставили ей подножки своими корнями, а коварные пауки будто специально расставляли сети так, чтобы поймать несчастную девушку. Казалось, сам лес не хотел отпускать беглянку. Но она мужественно все терпела, и хлюпая водой, с фатой из паутины продолжала путь прочь из долины.

Она добралась до гор. Они оказались не такими далекими, как виделось раньше. Но их крутизна повергла девушку в кратковременный шок- как же через них перебраться? Они почти перпендикулярны земле!

"Да, горы действительно круты, но я круче", - подумала Карима и начала восхождение, которое было прервано в тот же миг: когда желанная свобода была почти у нее в руках, девушка увидела огромную тень перед собой. Она подняла голову, ожидая увидеть жениха. Но вместо Нокса перед ней приземлился совершенно незнакомый ворон. Прохладным баритоном он спросил:

- Что ты делаешь так близко к границе?

К счастью, девушка нашлась с ответом, и уверенно соврала:

- Заблудилась...- она украдкой рассматривала ворона. Он, в принципе, ни чем не отличался от прочих местных мужчин- темноволос, кареглаз и высок. Единственная его особенность- скучающее лицо. Кажется, вот-вот уснет. Он был одет как элитный солдат, кажется, гвардейцы такое носят. Карима уже видела таких пару раз- их форма, как у Терезиса, черные шерстяные брюки, заправленные в высокие сапоги до колена и черный дублет. Пуговицы- два ряда клыков. И длинное копье с острым железным наконечником- главный атрибут любого взрослого ворона, особенно военного. Просто и со вкусом, не сравнить с гусарами, которые пестрят, как рябина на снегу.

- Я провожу.

- Не стоит, мужу это не понравится... - начала увиливать Карима. Еще чего ей не хватало, во второй раз она навряд ли уловит удачный момент для побега, да и прежнего доверия к ней не будет.

- Как не понравится и то, что ты потерялась. Кстати, как зовут мужа?

- Я, вообще-то, имею полное право не разговаривать с незнакомцами! Сам супруг мне велел, так что летите лесом!

- Значит, дерзкая. Иди-ка сюда...

Вот что имел в виду Ноксис, когда говорил, как опасно молодой девушке оставаться одной.

Поздно Карима бросилась бежать, гвардеец тут же настиг ее и схватил. Она изо всех сил пыталась отбиваться, даже прикрикнула пару раз, но толку не было- ворон уже закрутил ей руки назад и расстегнул воротник, обнажив шею и плечи.

- Так и знал. Ты не замужем. От кого сбежала? - ворон отпустил девушку, она поправила платье, и в шоке от того, что с ней не сделали ничего "плохого" даже разозлиться забыла.

- Как ты догадался? - только и смогла выдавить из себя Рима.

- Ты сказала, что потерялась и я понял- новенькая. Те, кто достаточно долго живут в Танае хорошо ориентируются и уж тем более никогда не потеряются. Плюс, женщины не ходят вблизи гор по одиночке, здесь, между прочим, обитают медведи, а иногда можно встретить барсов.

Тут Карима поняла, что ей крупно повезло. Ладно, она наплевала на знание местности и пренебрегла запасами, отправившись налегке. Но вот хищных котиков не учла- это могло стоить ей жизни.

- Ты не назвала мне имя мужа и я решил сам его посмотреть.

И тут Кариму озарило.

- Вот зачем ты...- девушка ощупала шею в том месте, где до нее только что прикасался незнакомец. А она-то думала, что ее домогаются.

- Да, правильно думаешь, - подтвердил ворон не озвученную догадку,- у замужних женщин сзади вечными буквами написано имя мужа. А ты не замужем - имени нет.

Надо же. Еще один зверский обычай. Хорошо хоть инвентарный номер на жену не ставят, а то ведь и так как вещь!

- Так как зовут твоего жениха?

- Ноксис, - буркнула Карима. Гвардеец кивнул, должно быть, был знаком с ее будущим мужем.

- Я должен доставить тебя во дворец.

- А я не хочу.

- Придется, царевна. Мой долг докладывать о нарушителях границы. Составим протокол, ты напишешь объяснительное письмо.

Это кого он там царевной назвал? Ладно, пусть хоть горшком величает, только в печь не ставит. Низко поклонившись, ворон извинился за неудобство и взял на руки Кариму, которая брыкалась, что молодая коза.

- Царевна, если ты перестанешь махать ногами, мне будет легче лететь.

- Ты меня уронишь! Я боюсь! И вообще, не хочу туда!

- Придется, - поставил ее перед фактом гвардеец.

- А может, договоримся?

- Увы, ты не можешь дать мне то, что могло бы заставить меня передумать.

- Мой отец дворянин. Он, конечно не богач, но выложит любую сумму за меня. Сколько надо денег?

- Деньги- пыль.

Как только ворон оторвался от земли, Карима зажмурилась от страха. И даже при том, что ее надежно держали в могучих руках, она боялась то ли ветра, который свистел в ушах, то ли того, что гвардеец устанет и разожмет руки, а она, молодая и красивая, полетит камнем вниз.

Но ветер внезапно стих и Карима почувствовала, как ворон мягко приземлился на ноги. Он и ее пытался поставить, но девушка мертвой хваткой вцепилась в шею гвардейца.

- Прилетели уже. Можешь уже отпустить меня.

- Вижу. Отпустить не могу. Руки сами держат.

- Страшно?

Девушка кивнула. Ворон поставил ее на пол, но ноги подкашивались. Тогда он предложил ей руку- и она, перенеся вес тела на мужчину, заковыляла, куда он ее направлял.

- Никогда не понимал, как полеты могут пугать.

- Помолчи, мне дурно, - голова кружилась, в глазах темнело, но девушка держалась изо всех сил.

Ее сопровождающий попросил кого-то, чтоб вызвали царя. Слуга мгновенно ринулся исполнять.

Ворон усадил девушку на скамью:

- Ты же не собираешься падать в обморок?

- Размечтался. Мне уже лучше, - темнота отступала, а голова возвращалась в норму.

Карима огляделась- ее доставили в огромную комнату, которая, практически пустовала. В центре комнаты тлел очаг, за очагом стоял резной стул и мягкое кресло. Плюс несколько одинаковых лавочек вдоль стен - вот и вся мебель.

- Я думала, мы во дворец летим, - заметила Рима.

- Мы уже во дворце.

- Это дворец? - удивилась девушка. Не такими она представляла себе хоромы вороньего царя.

- Ну конечно,- пожал плечами спутник. Для него это было очевидно, - тронный зал.

Карима оглядела всю комнату.

- А где же трон?

- Вот, конечно, - указал ворон на стул в центре зала.

Вот дела. Уже и трон от обычного стула отличить не могут. Хотя, если задуматься, то на обычном воронам было бы неудобно сидеть- спинка мешала бы крыльям.

Еще некоторое время прождали в холле, а потом двери распахнулись, и раскатистый бас зазвучал, казалось, на весь Танай:

- Зенос, мне доложили, что ты пришел с докладом.

В вошедшем вороне не было ничего особенного, он не носил каких-либо знаков отличия не выделялся красотой или суровостью, но с первого взгляда на него Карима поняла- царь. Настоящий.

- Мой государь! Патрулируя границы, я наткнулся на нарушителя. Однако, мне удалось пресечь попытку побега.

Царь перевел взгляд на девушку. Она от страха сжалась - что же здесь делают с нарушителями границы? Наверное, ничего хорошего. И оправдаться не выйдет, ее ведь поймали на месте преступления.

- Ты беглянка? - спросил царь у девушки, грозно сверкая черными очами.

Она в ответ слабо кивнула. Кажется, сердце замерло от страха перед государем. Что же теперь будет? А еще пальцы задрожали. Какая же она трусиха!

- А ты знаешь, что бывает за побег? - голос царя как раскаты грома разносился по тронному залу, и стены, казалось, дрожали от каждого слова.

- Нет,- робко, как овечка, проблеяла Карима. В этот момент она искренне жалела, что не может провалиться под землю.

- А я знаю!- государь так нахмурился, что брови слились в одну прямую линию, а лицо перекосилось.

Тут Зенос не выдержал и сложился пополам от смеха. Вслед за ним засмеялся и царь.

- Ты все испортил! - развел он руками.

- Прости, государь! - извинился Зенос, давясь смехом. - Просто сегодня ты переиграл.

Карима поняла, что ее жестоко обманули, или пытались обмануть, но на всякий случай продолжала бояться- из вежливости.

- Чья?

- Ноксиса.

- Вот балбес! Боялся что украдут, а она сама сбежала. Проворная. Спасибо что вернул - ты ворон холостой, а таких красавиц- одна на сто тысяч

- Мне чужого не надо.

Царь одобрительно кивнул. Но тут вмешалась Карима:

- Может хватит говорить обо мне так, будто меня здесь нет?

Царь опять засмеялся:

- Зенос, можешь идти. И передай Ноксу, что мы нашли его невесту. А если еще раз проворонит- не отдадим.

Гвардеец поклонился и оставил беглянку наедине с царем. Тот совсем не по-царски почесал репу, а потом протянул девушке руку, предлагая:

- Давай чайку выпьем, ужин у меня сегодня совсем не сытный был.

Карима охотно согласилась. У нее ужина вообще не было. Царь под руку отвел ее на кухню, сам распалил самовар гигантскими шишками и завел беседу:

- И почему убежала?

Карима пожала плечами.

- Ты ведь здесь уже неделю, верно? - девушка утвердительно кивнула. Интересно, откуда ему это известно? - И что, до сих пор не привыкла?

Снова пожала плечами. Говорить разучилась? Или слов не находит?

- Муж тебя обижает?

- Нет, конечно. Да и не муж он мне. - наконец заговорила.

- Пока не муж, - поправил царь. -Может, он бьет тебя или сквернословит в твоем присутствии?

- Нет.

- Может он пьет?

- Только воду и молоко. А это вообще существенно? - нахмурилась Карима. Странно вообще, что царь проявляет интерес к ее жениху.

- Существенно. Я пытаюсь определить, в чем твоя проблема. Отыскать корень зла, так сказать.

- Нет у меня никаких проблем.

- Тогда почему сбежать хотела?

- А потому, что меня наглым образом выкрали из отчего дома, а я по родителям скучаю. Они, наверное, места себе не находят, а мой жених даже не разрешает им весточку отправить, что я жива и здорова. И вообще, он поступил как злодей, так же нельзя! Мамочка моя, как ты там без меня?- Карима сама себя разжалобила до того, что расплакалась. Какая же она несчастная!

- Ну, дитя, тише. - царь не умел утешать женщин. Наверное потому, что в его присутствии женщины плакали редко. Так редко, что никогда. Однако, в теории он знал, что нужно делать и поспешил применить знания на практике: пункт первый- утешительно похлопать по плечу. Впрочем, мужчина он был сдержанный, поэтому решил ограничиться всего одним похлопыванием, и замахнувшись, опустил руку на плечо девушки. Чуть-чуть не рассчитал силу и вдавил ее в стол. Ну ничего, сильней утешится.

Пункт второй- протянуть девушке носовой платочек. Платочка у государя не было, поэтому он дал то, что попалось под руку, а именно кухонное полотенце.

Пункт третий- сказать что-нибудь утешительное. Это вообще легко:

- Ну все, хватит сопли жевать.

А это и правда работает! Девушка вытерла полотенцем слезы, в последний раз всхлипнула и успокоилась. Самовар запел, подавая сигналы к тому, что пора заваривать чай.

- Я сам отец двоих дочерей, и не могу представить тот день, когда мне придется расстаться с ними(хотя, старшей, безусловно, давно пора замуж, но я не стану ее торопить). Тем не менее, я понимаю необходимость этого расставания. Юноши и девушки покидают родительские гнезда, чтобы построить собственную семью. Да, уходить от родителей грустно, но не пройдя через это ты сама не станешь родительницей.

- А я и не хочу. Я хочу всегда жить с матушкой и батюшкой, и муж мне не нужен!

- Но ведь родители не вечные, - царь пододвинул к Кариме чашку чая, - сахар?

- Нет, спасибо.

- Тогда возьми сушки. Или яблочки. Мой любимый сорт.

Яблоки девушку не прельщали, у нее дома их полный сад был, поэтому она взяла в руку сдобное колечко и попыталась укусить- твердое, как сталь!

- Так вот, не вечные мы, - продолжил царь, грустно вздохнув, - и когда те, кто подарил тебе жизнь отправятся в лучший мир (надеюсь, это произойдет не скоро), единственным утешением тебе будут твои дети. Если они конечно будут.

- Мне некуда спешить, мне только двадцать лет.

- Я тоже так думал, - царь заметил, что беглянка никак не может справиться со стойкой сушкой и предложил свою помощь. Он сжал мучное кольцо в своей ладони и оно распалось на четыре части, которые теперь было очень класть в рот. Царь не остановился и наломал сушек с запасом - теперь перед Каримой возвышалась горка из сломанных колечек, - но всем отведено свое время. И не всегда его так много, как кажется.

"Все взрослые считают себя умнее меня. Вот и царь такой же. Неужели он думает, что рассказал мне что-то новое?".

- Ты об этом подумай на досуге. Одно дело, когда я тебе буду объяснять, и совсем другое, если ты сама все поймешь.

А вот с этим Карима согласна и возражать не станет. И обещает подумать.

Она еще долго говорила с царем, так долго, что успела выпить две чашки чая и съесть горку сушек. Царь ей понравился, он излучал спокойствие и уверенность, вместе с тем был очень добр, общался с ней на равных, чего не всегда дождешься от какого-нибудь обнищавшего барона, не говоря уже об особах исключительного благородства.

Так увлекательна была беседа, что девушка совсем забыла, что вот-вот должен нагрянуть Ноксис. И когда дверь распахнулась, впуская сквозняк и нежеланного жениха, Карима вздрогнула. Она встретилась с ним взглядом и тут же опустила глаза. Ей вдруг стало стыдно перед ним за побег. Или за то, что ее поймали.

- Ба! - радостно воскликнул царь своим густым басом, словно не замечая в каком настроении находится Нокс. - Где ты был? Я два часа назад Зена к тебе послал.

- Я искал её. Как только Зенос мне все рассказал, я отправился сюда.

Так вот почему жених еще более взъерошенный, чем обычно. На щеках румянец, на голове вихор, и дышит тяжело. Налетался поди.

- А незачем искать было, мы тут чаек пьем, за жизнь говорим.

- Чаек? - дрогнувшим голосом переспросил Нокс. Он подошел к Кариме и занес руку у нее над головой. Девушка была уверена, что он ее сейчас ударит, ох, она сама бы себя ударила на его месте, но ворон только достал сухой листочек из ее косы, придирчиво ее осмотрев, продолжил. - Она сбежала, когда собирала травы с Аглаей и матушкой. Мне бы очень хотелось верить, что она потерялась, но когда ее стали звать- не откликалась.

Ворон строго смотрел в глаза Кариме, но обращался не к ней, а к царю, будто девушки здесь вовсе нет.

- Не она первая, не она последняя, - пытался оправдать беглянку царь. Что ж, хорошо хоть, что у нее есть защитник.

- Но она дошла до гор, до самой границы. Там звери, обвалы. И повезло, что ее нашел Зенос, а не кто-то другой.

Таким злым Нокса невеста еще не видела. Обычно он просто был спокоен, как удав, и казалось, что бы девушка ни учудила, ворон все стерпит и все перенесет. Кажется, он просто копил злость в себе. И она уже готова была выплеснуться. Ноксис не кричал, он просто делал глубокий вдох после каждой фразы, но пятой точкой Карима чувствовала- стоит ей сказать или сделать что-нибудь не так - наступит конец света, не иначе! И девушка молчала, хотя ей хотелось высказать все, что она о нем думает.

- А ты внимательней следи в следующий раз, сам виноват. Если мне еще раз приведут твою жену- оставлю себе.

Царь хитро подмигнул Кариме, на этот раз она была уверена на все сто- шутит.

- Отец!

- Что отец? Раз жениться собрался значит взрослый, сам разбирайся.

Значит, отец. А вот это интересненько. А она, стало быть невеста царевича? Вот отчего тот гвардеец ее царевной звал.

- Мы идем домой. Передай матушке мои извинения за то, что не зашел к ней.

Ноксис, совсем не аккуратно взял Кариму за руку и повел за собой. Вернее потащил. А идет он- что летит, быстро и стремительно, аж ветер в волосах играет. Карима не успевает за ним, бежит, спотыкается. И когда они, наконец, выходят из тронного зала, Ноксис на ходу хватает девушку, закидывает ее к себе на плечо и взлетает. А та висит мешком, молчаливая, безвольная, глаза зажмурила и боится- то ли высоты, то ли праведного гнева жениха. Что он с ней сделает? Побьет? Станет голодом морить?

На ветру растрепалась девичья коса, расплелась лента и улетела по воздуху атласной змейкой. Красивая лента, жалко, но Карима не станет простить Нокса остановиться- она чувствовала, что лучше сейчас молчать. Стремительно удаляются огни дворца, пока, наконец не исчезают из поля зрения. Мимо проносится тень, чернее темноты, которая пала на долину, и Карима понимает - это пролетел мимо какой-то ворон. Может позвать на помощь? А то ведь пристукнет ее женишок, или чего похуже утворит.

Ноксис резко приземлился на площадку, Рима почувствовала, как под их весом прогнулся сук, на котором держался настил. Жених одной рукой придерживал ношу, второй рванул на себя дверь. Она громко захлопнулась за ними. А теперь, судя по прерывистым шагам, ворон спускался вниз.

Карима ощутила, что летит, причем самостоятельно, без чьей-либо помощи. Не надо было ее бросать, лучше бы побил! А так можно и шею свернуть! Так и знала, что без домашнего насилия не обойдется! Скрипнули пружины, смялись перины, девушке не было больно- она приземлилась на кровать.

Чиркнула спичка, послышался запах гари- Ноксис зажег свечу.

Карима откинула волосы назад. Жених сидел на табурете и сверлил взглядом беглянку. Она осмотрела себя: мало того, что в присутствии мужчины она разлеглась на кровати самым неприличным образом, так еще и платье задралось, обнажая ноги. И волосы рассыпались по постели. Какое непотребство. Девушка лихорадочно поправила подол, встала с кровати и расчесала волосы рукой, как гребнем. Она отошла к окну, и кровать была единственной преградой между ней и вороном. Хороша преграда, нечего сказать, но с ней Карима чувствовала себя более защищенной.

- Ну давай, рассказывай, - нарушил тишину Нокс. Его голос был спокоен, Но Карима знала, что спокойствие это обманчивое и возможно, внутри он уже весь закипел.

- Что рассказывать? - наивно спросила девушка, будто надеясь, что его интересует вовсе не побег.

- Начни с того, почему убежала.

Она пожимает плечами, мол, просто так, а что, есть претензии?

- Ты не молчи, скажи что-нибудь,- Карима только виновато посмотрела в пол, - если бы ты мне говорила, что тебе не нравится, то я смог бы это исправить. А когда молчишь я просто не могу понять- что я делаю не так?

Его голос дрогнул, и девушка, заранее готовая к крику, вжалась в стену. Однако, ворон хорошо себя контролировал и кричать на нее не стал, он рывком вскочил со стула и принялся мерить комнату шагами. Крыльями он задел свечу, которая и так уже почти догорела.

- Вот скажи, разве ты хуже всех живешь? Разве нет у тебя шелковых платьев и ажурных кружев?- Карима молчит, боится прервать монолог. - Разве ты доедаешь последний хрен без масла?

Нет, не доедает, но хотелось бы гусиного паштета и черной икры.

- Разве не создал я для тебя те удобства, о которых ты просила, чтобы тебе было привычнее жить в моем доме?

Еще как создал, но не носить же его на руках после этого. И вообще, каждый так может.

- И в конце концов, разве я плохо к тебе отношусь? - последнюю фразу Нокс произнес подойдя очень близко к Кариме, глядя ей в глаза. Она взгляд не выдержала и опустила очи долу.

- Не плохо,- пробормотала девушка под нос. Она задумалась: у нее действительно было все, чего душа пожелает и даже с избытком. Конечно, для полного счастья не хватало пары служанок и золота с самоцветами, но в таком доме они бы только место лишнее занимали.

- Тогда что, мать твою, тебя не устраивает? Почему ты, убегаешь, подвергая себя опасности и позоришь меня?

Кариме снова показалось, что ее ударят. Или схватят за волосы, и будут тягать по полу как мешок. Она видела такое пару раз- пьяный сосед любил учить жену уму-разуму, иногда даже за пределами дома. Страшное зрелище, но в дела чужой семьи не принято вмешиваться.

Загнанная в угол, она, как испуганный заяц начала яростное наступление:

- Меня все не устраивает! Ты не устраиваешь, традиции твои глупые, Танай этот распроклятый! Думаешь, понравилась девушка- закинул на плечо и унес, и все, проблема решена! А вот хрен! У меня тоже голова на плечах есть, и я могу думать. И мне не нравится, что мое мнение никого не интересует! Здесь все твердят: стерпится, слюбится, но это полная ерунда! Стерпелось бы, если бы меня жених в соседнюю деревню унес, тогда я могла бы к родителям хотя бы в гости ходить! А так я считай умерла! Ваши традиции знаешь себе куда засунь? У меня и своих хватает, и они у меня поперек горла сидят! И не нужны мне твои тряпки, сам их носи!

- Карима, послушай, - попытался успокоить ее Нокс. Он взял ее за плечи, попытался легонько встряхнуть, это будто ее только раззадорило. Девушку понесло, и она уже не могла остановиться. А самые ядовитые слова она приберегла на потом.

- А больше всего мне не нравится этот дом. О, меня от него тошнит. Говоришь, удобства для меня создал? От того что ты мне заборчик и лестницу с перилами пристроил этот дом не стал лучше, такое же убожество, как и раньше!

- Рима, - встряхнул ее жених, - я понимаю, что ты сейчас зла на меня. Извини, я вспылил. Просто представил, что ты могла пострадать, или тебя бы украл другой ворон...

- Какая разница- один, другой, третий. Я одинаково ненавижу вас всех. Мне вообще безразлично, в чьи я руки попаду, главное- подальше от тебя!

Ноксис мгновенно изменился в лице. Его губы побелели, руки задрожали, он отпустил девушку. В этот раз она вообще не сомневалась, что вывела его из себя и была готова к самым жестоким побоям. Ну и хорошо- ведь если бы он поднял на нее руку, это значило бы, что она права и ее слова уязвили его. Но они произвели другой эффект. Ворон отступил на шаг назад, потом еще. Он набрал воздух в легкие, чтобы что-то сказать, но передумал и махнул рукой. Потом он просто развернулся и ушел, оставив Кариму одну в кромешной тьме. За Ноксом захлопнулась дверь, стихли его шаги.

И все? Не будет криков, скандалов? Ее просто проигнорируют, а ведь она так старалась! Осознание реальности пришло вместе с темнотой, и Кариме стало действительно страшно и как-то гадко. Лучше бы ударил, лучше бы унизил. Но только не оставил так, махнув на нее рукой. Девушка поняла- то, что Ноксис говорил, было правдой: у нее было все. Но она все равно хотела больше. Только сама не знала- чего же.

Она поняла, что играла с ним, и ей нравилось играть. Как кошке с мышкой. Этакая извращенная форма флирта. А ведь кошке интересно ровно до тех пор, пока мышка пытается убегать. Мышь замирает- коту становится не скучно и он отпускает добычу. Только кажется, в этой игре было два кота, которые считали друг друга мышами. Ведь в итоге получилось так, что одна доигралась, а второй- переиграл. Только грустно, что все закончилось и что это конец девушка не сомневалась. Карима думала, она всегда сможет дразнить жениха, как хитрая лиса, вилять хвостом и исчезать перед самым носом. А выходит, что у него, такого спокойного и предсказуемого, есть предел.

Она обидела человека, который к ней хорошо относился, причем обидела специально, как настоящая свинья. Блеск! Вечер самокритики продолжается.

Но она вовсе не собиралась его обижать! Девушка хотела позлить, подразнить, как обычно. И сама не заметила, как пересекла черту. Столько всего наговорила, что он в жизни не забудет. зато она говорила от души, и это полностью ее оправдывает. Или нет. Ну вот, сама запуталась.

Карима проснулась от стука звонких каблучков, ударяющихся о ступени. Аглая пришла. Девушка открыла глаза. Она уснула не раздеваясь, даже обувь не сняла. Приятельница подошла и села на край кровати, и, за что Карима была ей благодарна, не стала выговаривать и ругать за вчерашнее.

- Я, кажется, очень Нокса обидела. - начала девушка, не выдержав.

- Ничего, переживет, - Аглая нежно провела рукой по черной макушке. - И до тебя девушки убегали, и после тебя будут. Вы ведь, молодые, думаете, что самые-самые. Главное, что ты ни во что не вляпалась...

- Это еще ерунда, - Карима перевернулась на спину, и глядя в потолок, продолжила, - я ему вчера такого наговорила, что он меня видеть теперь не захочет.

- Расскажи мне.

И она рассказала. Все рассказала, без утайки. А Аглая внимательно слушала, кивала, хмурилась. И хоть рассказ вышел нескладный, кажется она поняла, что до нее хотели донести.

- Видишь ли, Нокса обидели не твои слова. Его обидело, твое отношение к нему. И то, что ты не ценишь его усилий. Он ведь понимает, что тебе трудно и непривычно, но поделать ничего не может. Ему жаль так с тобой поступать, ты ведь нравишься ему, - нравится, это Карима знала. Ведь если бы не нравилась, разве стал бы он ее воровать? Поэтому и позволяла себе всякие выходки- думала, будет все сходить с рук, - но он не может тебя отпустить, ты ведь расскажешь людям.

Верно, расскажет. Не сегодня и не завтра, но при любом удобном случае. Это ведь в женской природе.

- Зачем вороны вообще крадут девушек? Ведь у них и свои есть. Вот как у вас с Тером, Дарис и Джанис подрастут и станут невестами.

- Своих девушек мало. Да к тому же, многие вороны родственники между собой, а близкое родство супругов плохо сказывается на здоровье детей.

- Вот оно как... - Рима поняла, что по сути у воронов выбора нет. Или умереть в одиночестве, или схватить понравившуюся девушку и...жениться.

- А если все-таки ворон решает жениться на местной? Тоже крадет?

- Конечно нет! Тогда бы к этому ворону нагрянули ее братья и научили уму-разуму. Для того, чтобы жениться на местной уроженке, нужно спросить разрешения отца.

Эх, своих, они, значит, уважают.

- Что-то мы отклонились от темы, - заметила Аглая, - так вот, Нокс старался для тебя, делал всякие ненужные вещи, которые тут, между прочим, не поощряются. К тому же, ты в пух и прах раскритиковала его дом, который он, между прочим, делал своими руками. Тут все от пола до мебели- его работа.

- Не может быть, - не поверила Карима, косясь на фигуристый шкафчик, - слишком искусная резьба, у нас в деревне даже самые опытные мастера так не могут.

- Вот так ему и скажи при следующей встрече.

- Нет, - решительно заявила Карима, - Я хотела его позлить и добилась желаемого.

Аглая в ответ только тяжело вздохнула.

- Кстати, где он сейчас? Все под дверью караулит?- соизволила, наконец, поинтересоваться девушка.

- Нет. Он улетел когда увидел, что я пришла. Сказал что в мастерскую- заказов накопилось.

- Ого, выходит, он тоже чем-то занимается. - удивилась Карима. Но женское самолюбие кольнуло ее булавкой: "он предпочел работу мне".

- Конечно, ему же надо на жизнь зарабатывать. У нас каждый занят нужным делом, все работники очень важны, а ремесла обычно передаются по наследству. Ноксис исключение. Но учитывая его талант, со стороны мастера было бы глупо не взять его в ученики.

- Он плотник или столяр?

- Что? - возмутилась Аглая. По ее виду Карима поняла, что, похоже, нанесла Ноксу серьезное оскорбление. Жаль, что он этого не слышал. - Какой плотник? Какой столяр? Он мастер по дереву и ему нет равных! И да простит меня его учитель, старый Карас, но Нокс его превзошел еще будучи учеником. Я, конечно, не помню то время, тогда я еще жила в своей деревне и про воронов не знала. Но все кругом так говорят, а как с людьми спорить?

Так вот какой ее жених. Талантливый мастер по дереву голубых кровей. Интересное сочетание.

- Может мне следует к нему сейчас сходить? Где его мастерская?

- Не стоит. Небось, всю ночь думал, переживал. А за делом он отвлечется. Глядишь и забудет.

И то верно. А все-таки, Карима приревновала его к работе. И гордилась им. Девушка удивилась- как это раньше она не догадалась, что он всем мастерам мастер. В его доме все, что было выполнено из дерева имело необычайной красоты резьбу. Каждая табуретка имела причудливой формы ножки и мягкое сиденье. А сколько радости глазу дарила изумительная по красоте отделка карнизов! На верхней входной двери наличествовал сложный узор с переплетениями из растительного орнамента. Нижнюю дверь украшали образы животных и птиц. Как же Карима могла проходить мимо такой красоты и не замечать ее?

- Вижу, о плохом думаешь, - отвлекла Аглая, - забудь, тебе тоже надо отвлечься. Пошли лучше поедим, к матушке сходим, она внучек хотела видеть. А вечером у моего соседа свадьба, посмотрим на новенькую.

Почему бы и нет, в конце концов, Кариме самой предстояло выйти замуж. Так лучше пусть она посмотрит в глаза своему страху, пусть узнает, с чем ей предстоит столкнуться.

Свадьба оказалась не такой уж страшной, как представлялось. Она напоминала обычный человеческий обряд бракосочетания, разница только в том, что здесь были рады абсолютно всем гостям. И не важно- знаком ты с новобрачными или нет- любой может прийти и поздравить, ведь свадьба- это повод представить невесту всему племени. На улице стояли столы с угощениями для гостей, играла музыка, дети плясали, молодые принимали поздравления и подарки. Карима даже познакомилась с новобрачной и смогла кое-что о ней узнать. Милая девушка с синими глазами и длиннющей русой косой с удовольствием рассказывала о себе новым знакомым и похоже, была без ума от счастья, что ее похитил ворон. Сначала Кариме было невдомек, как такому можно радоваться? Ведь ее наглым образом выкрали из отчего дома, разлучили с семьей! Но оказывается, не все случаи похожи на ее опыт. Молодая- Василика, или Лика, как она попросила себя называть, не знала жениха до свадьбы. Она росла в семье богатого купца и была помолвлена со знатным дворянином. Только вот беда- стар он был и совсем не мил юной красавице. И вот, как по заказу, ее похитил ворон да еще и за день до свадьбы! Новый жених, молодой сильный гвардеец до того понравился Лике, что она тут же согласилась на обряд. Свадьбу сыграли на следующий день.

Удивившись везению девушки, Карима порадовалась за нее- как здорово, что есть невесты, довольные своими женихами. " Поняла! - вдруг озарило девушку. - Ирис специально привела меня сюда. Что она хотела этим сказать?".

Василика еще что-то увлеченно рассказывала кучке женщин, которые пришли с ней познакомиться, а Карима поймала себя на мысли, что думает о Ноксе. Она анализировала то время, которое провела в Танае и ловила себя на мысли, что улыбается, вспоминая жениха. А ведь и правда, любой каприз- и вот уже он стремиться его выполнить. Неужели заняться больше нечем? С лестницей действительно гораздо удобнее, благодаря ей Карима почти чувствует себя как дома, а подъемы и спуски не занимают много времени. А забор! Ни у кого в Танае нет забора. Его Ноксис сделал после того, как Карима отказалась купаться в горячем источнике- стеснялась. Чудилось ей, что за ней подглядывают. И в тот же день возле дома возникла гора досок, которые мастер умелыми руками в кратчайшие сроки превратил в высокую стену без единой щели. Нокс постоянно был занят, пытаясь угодить невесте, может поэтому они ничего друг о друге почти не знали. И Карима, доверенная Аглае, которая стала ей как мать, проводила время исключительно в узком женском кругу, который уже набил оскомину.

Вспомнился момент, когда Нокс заметил на невесте платье, которое перешили специально для нее. Карима была уверена, что Ноксу понравится, ведь наряд был очень красивый, но тот нахмурил брови и спросил: " Откуда это у тебя?" она ответила, что это подарок его невестки, которая уж не может влезть в сию прелесть. Тогда Нокс разозлился, но не на Кариму, а на себя. Как же раньше он не догадался, что его избраннице может понадобиться сменная одежда?

" Больше не принимай чужих вещей, я в состоянии сам тебя обеспечить" - И на следующий день в доме появилась портниха, которая сняла с Каримы мерки и обсудила фасоны платьев. Девушка даже отложила свой побег только для того, чтобы примерить обновки, а может и прихватить их с собой.

В общем, к ней хорошо относились, а она повела себя по-свински. И похоже, придется смириться с тем, что ей не убежать. Ведь и правда, сколько девушек до нее пытались? Не может же быть она первой, у кого получится.

Карима поправила складки платья, сделала глубокий вдох и решилась. Шепотом, чтобы не мешать разговору, она обратилась к Аглае:

- Ты же знаешь где мастерская Нокса? Сможешь проводить?

По глазам спутницы Рима поняла- та не хочет уходить. Ей явно нравилось торжество.

- Знаю, - на второй вопрос Аглая не спешила отвечать. На ее лице отразились следы внутренней борьбы: ей хотелось остаться на празднике, но она должны была опекать подопечную.

- Можешь не провожать, просто объясни как дойти. Если что я у прохожих спрошу.

Такому предложению Аглая не могла не обрадоваться.

- Иди вон по той тропинке все время прямо, пока не упрешься в реку. Возле реки, там еще будет мост, повернешь на право. Там будет дерево такое интересное, с пристройкой, на земле. Ты не пропустишь, оно такое одно на весь Танай. Поняла?

Рима кивнула. Все очень просто, до реки и направо. Девушка вынырнула из толпы и ушла в направлении, указанном подругой. Краем глаза она заметила, как черная тень отделилась от общей массы гостей и направилась вслед за ней. Обернулась - никого. Показалось? Возможно, но не нужно терять бдительность.

Всю дорогу Кариму преследовало чувство, что за ней следят, вскоре она поняла, что это вовсе не чувство, а так и есть. Сначала девушка думала, что кому-то просто по пути с ней, но когда она останавливалась, чтобы прислушаться, чужие шаги замирали. К счастью, она уже добралась до описанной реки с мостом, а значит, не так долго идти осталось, да и кто ее будет преследовать? Какая-нибудь женщина, молодая или старая, не важно. Мужчине-то зачем пешком ходить, если он летать может?

Шаги приближались, становились громче и настойчивее, девушка снова оглянулась, но не увидела никого. Только полная луна выглянула из за облаков, изо всех сил стараясь осветить дорогу ночным путникам. Луна все видела, и будто хотела, чтобы Карима тоже могла увидеть то же, что и она. Однако, луна не напрасно старалась раздарить свой бледный свет этой ночью, она очень помогла внимательной Кариме.

Тропинка вывела девушку на поляну, не прикрытую высокими деревьями. Эдакая проплешина среди леса. Путница не сделала и десяти шагов, как услышала( а скорее почувствовала) короткий шорох, будто кто-то отталкивался от земли, затем взмах крыльев, порыв ветра. Она поняла- кто бы это ни был, он не летел за ней только потому, что в густом лесу не хватало места для размаха крыльев. В следующее мгновение Карима увидела перед собой тень от огромного ворона, летящего вслед за ней. Ворон уже раскинул руки, чтобы схватить ее сзади, и ведь схватил бы, но Карима была непредсказуема даже для себя. Она, сама не понимая что делает и зачем, в последний момент развернулась и ударила кулаком своего преследователя. Он не успел уклониться и, пораженный ударом( кажется, девушка попала в нос), полетел вниз и сбил строптивую путницу с ног. Пока он кувыркался в падении, девушка уже вскочила на ноги и ринулась на всех парусах к мастерской. Ох и больно же драться! Рука так болит, будто били ее, а не она!

"Как же тяжело приходится мужчинам! - думала Карима. - Если драки всегда такие болезненные, то я вполне понимаю дезертиров и трусов. Бедные мои пальчики!". Пальцы болели, но гнулись, и девушка пообещала, что еще пожалеет себя, когда будет в безопасности, а пока надо добраться до жениха. Наконец, вот оно, дерево с нелепой пристройкой, похожей на обычный человеческий дом. Это мастерская. В окошке горел слабый желтый свет, пламя свечи колыхалось, от этого свет в окнах играл, подмигивая желтым кошачьим глазом. Карима оглянулась на всякий случай- и вовремя. Ее преследователь оклемался и зловещей тенью приближался к ней. Не время стоять, шевели ногами! Рима подхватила юбки и помчалась во весь опор. Преследователь уже приближался, она уже слышала взмахи его крыльев. Быстрее, еще быстрее!

Но казалось, что Рима попала в один из таких страшных снов, где пытаешься бежать от опасности изо всех сил, а ползешь медленнее улитки. И закричать хотелось, да не получалось, голос сорвался на хриплый стон.

Скорее, еще чуть-чуть!

5.

Карас был рад, что теперь ему будет помогать равный по мастерству. А то станется с его учеников шканты не того размера вбить или угол не так замерить. Нокс работал усердно, к заказам подходил добросовестно, делал всегда как для себя. Даже сейчас, когда он явно в мыслях витал где-то далеко, его руки сами выполняли нужную работу.

- О чем думаешь? - поинтересовался старый мастер у Нокса. Он видел ученика на сквозь. Того выдавало излишнее усердие, с которым он вытачивал ножку для стола.

Ворон не ответил, видно, глубоко ушел в свои мысли.

- Ты бы домой шел, уже почти полночь.

Домой... Дома Карима, красивая и ядовитая. А ведь и правда, что он делает здесь, когда ему надобно сидеть на пороге, оберегать невесту от других воронов? Аглая навряд ли справится, учитывая тот факт, что подопечная уже сбежала от нее однажды. Верно! Он должен защищать невесту, ведь сам видел, как завистливый Закр смотрит на нее, когда думает, что Нокс не видит.

С другой стороны, зачем ее защищать? Он не нравится ей как жених, это она ясно дала ему понять, и лучше было бы, если бы место Нокса занял другой ворон. Тогда он смог бы отойти на второй план, не стал бы мешать... Правду говорят, что красота- страшная сила. Если бы не она- Нокс никогда не заметил бы Кариму, жил бы себе спокойно. Но не судьба- он польстился на красоту, а она оказалась такой жестокой! Он все делал, что было в его силах, а она всегда хотела больше! И ведь видела, бездушная женщина, что он старается, от души, для нее. А все равно посмеялась над его попытками. Как она могла? Хотя бы из вежливости сделала бы вид, что ценит. Злая женщина.

Но иногда, совсем иногда, она будто забывает о том что выбрала себе эту коварную роль и становится невообразимо очаровательной.

Ноксис отложил ножку стола, которую до этого остервенело шлифовал. Он потер глаза, разболевшиеся от слабого света камина. Он таращился на огонь, пылающий в камине и не мог отвести взгляд. Может проблема не в невесте, а в нем? Ведь она груба только по отношению к нему, с Аглаей вот отлично ладит, да и с Тером весьма любезна.

Пока ворон смотрел на пламя, в его голове родилась идея, он сам не заметил, как руки начали воплощать в жизнь его задумку. Нокс нашел в ящике мастера маленький гвоздик и зажал его клещами. Из груды отходов достал ладную деревянную доску, которой суждено было стать сиденьем для табуретки, но судьба распорядилась иначе, и в руках неумелого ученика она треснула. Лишенная права стать мебелью, в руках Нокса она обрела новый шанс на счастливое будущее. Придерживая гвоздь клещами, ворон занес его над жарким пламенем камина. Раскалив его до красна, Нокс принялся наносить на дерево контуры.

Да, может это и Нокс виноват в том, что его невеста себя так ведет. Хотя разве он не делает все, что от него зависит? А она даже не пытается! Всю неделю он строгал, точил, забивал, зарабатывал, а она носом воротит. Вот связалась бы с ловеласом, которые только и умеют, что стихи читать, тогда бы вспомнила про своего жениха, да стало б поздно.

"Точно! - озарило Нокса. - Вот что я делаю не так! Как же я собирался завоевать женщину, если не читал ей стихи, не пел серенады, не дарил цветы? Она ведь человек, у них так принято". Ворон представил себя за таким глупым занятием, как распевание песен о неземной любви к предмету своего обожания.

Он преклоняет колени, и у подножия дуба, на вершине которого восседает прекрасная дама, начинает куплет лирическим тенором. В конце он блестяще берет соль второй октавы, а пораженная в самое сердце девушка падает прямо ему в руки. Бред. Неужели такая открытая демонстрация чувств нравится женщинам? Какой смысл преклонять колени, она и так высоко на дереве, ну, или в башне, как у людей. Да и голос у Нокса совсем не певчий, это ему еще королевский менестрель сказал. Славный малый был, пробовал научить Нокса петь баллады, но после нескольких попыток сдался: " Нужно петь как соловей, а ты каркаешь, как ворон". Он и не подозревал, как близок к истине.

Контуры постепенно обрастали новыми деталями, мастер Карас наблюдал за занятием Нокса, заглядывая ему через плечо.

- Это невеста твоя? - полюбопытствовал он. Нокс утвердительно кивнул.- Или ты не умеешь рисовать, или она действительно такая чахлая.

- Я еще не закончил, - отмахнулся Нокс, - когда доделаю будет лучше, а пока не готово.

Ему всегда казалось, что рисует он отменно. Гвоздь быстро остывал, и нужно было поддерживать его температуру, время от времени погружая его в огонь.

- Я домой, будешь уходить- погаси огонь и убери все на места.

Карас далеко не ушел. Едва он взялся за ручку двери, та сама отворилась и в мастерскую молнией влетела девушка, чуть не сбив его с ног. Ее черная коса растрепалась а на щеках полыхал румянец. Выглядела она так, будто марафон пробежала.

Девушка захлопнула за собой дверь.

- Здесь не достанет, окаянный, - буркнула она сама себе тихо, но мастер услышал.

-Добрый вечер, - начала она отдышавшись, - подскажите, где я могу найти Ноксиса?

Ошарашенный ворон только и смог, что указать в сторону своего ученика. Девушка, полная решимости вдруг замялась, когда увидела того, кого искала. Она робко шагнула на встречу жениху, он же сидел у камина, явно не слитая нужным сократить расстояние. В присутствии постороннего человека она не хотела говорить то, что предназначалось только для Нокса. Зачем выносить сор из избы?

- Здравствуй, - Карима сделала еще один шаг на встречу.

- Значит, все-таки ты плохо рисуешь, - сказал Карас и оставил парочку наедине. Карима не поняла, к чему эта реплика, да и особо не пыталась- у нее сейчас другое занятие имеется.

- Пошли домой, - это совсем не то, что она собиралась сказать, но почему то извинения, которые она придумала заранее, сейчас казались такими фальшивыми, что она не решилась их озвучить.

- Угу, - промычал Нокс, совсем не ожидавший появления невесты в мастерской, да еще и в такой час. Вдруг, его рука дрогнула и клещи разжались, упустив гвоздик. Он со звоном коснулся каменного пола мастерской, и Карима вдруг обратила внимание на то, что Ноксис держал в руках.

- А что это? - поинтересовалась она.

- Да так, - уклончиво ответил ворон, пряча ее портрет за спиной. Ведь и правда плохо рисует, так пусть Карима не узнает об этом, засмеет еще.

- Кто это? - кажется, заметила. И в этом ее любопытном тоне ему послышались нотки ревности. Какая тут ревность, девушка его знать не желает!- Твоя подруга? Я ее знаю?

- Ты, - Ноксис достал из за пазухи свое творение, Карима подошла и взяла в руки, чтобы поближе рассмотреть.

- Не похожа, - заключила она, а потом добавила,- трудно, наверное, выжигать на доске...

- Почему у тебя на руках кровь? - жених перехватил маленькую ладошку девушки, а она верно сама не заметила что поранилась, удивленно охнула.

- Ничего себе я его! - кажется, это было не удивление, а восхищение.

- Карима, я должен знать что произошло. - Ноксис достал из кармана какую-то тряпку, явно не стерильную и стер алый цвет с белой руки. И ведь чувствовал, что нельзя ее оставлять одну, но разозлился, вспылил!

- Я не специально, он сам за мной летел! - девушка в красках рассказала о своем маленьком приключении, добавив в конце: -Руками бить больно, буду нож теперь носить.

Ноксис рассмеялся. В самой ситуации не было ничего смешного, его женщину пытались похитить, а его даже рядом не было, чтобы ее отстоять. Но похоже, он ей и не нужен, раз она сама справилась.

- Ты не правильно била. Могла так пальцы сломать.

- А как правильно?

Она что, серьезно собирается драться?

- Сложи руку в кулак.

Девушка незамедлительно выполнила требование.

- Вот видишь, ты прячешь большой палец под другими, это опасно. Сложи ладонь колодцем, а большой палец прижми к остальным четырем. Да нет же, он не должен торчать, - Карима пыталась изо всех сил, но непослушные пальцы загибались совсем не туда, куда надо. Ноксис сам переместил ее персты в нужное положение. И кого она собралась таким кулаком напугать?

- А теперь бей.

- Что бить?

- Например, меня.

- Ну нет, тебе будет больно. - она не переживает за него, а скорее всего, говорит эти слова из вежливости.

- Не будет, ты мне не навредишь, - Карима явно не верила и слабо ударила его в живот.

- Сильнее бей, - девушка уже во всю молотила кулаками, а ворон только смеялся.

- Я стараюсь, но ты слишком твердый, - оправдывалась она, а ворон приобрел довольный вид- будто услышал что то приятное, - тебе что, совсем не больно?

-Почти не чувствую, -конечно, он преувеличил, удары были очень даже ощутимые, но разве он не имел права немного покрасоваться перед девушкой? - Попробуй бить не только рукой, работай корпусом.

Легко ему говорить, он же мужчина! Небось, с самого рождения кулаками махал, вот и стал специалистом в рукопашном бою.

- Не используй костяшки. Лучше будет, если удар придется на плоскую поверхность, которую образовывают сомкнутые фаланги пальцев.

Нокс перехватил удар на лету: маленький кулачок встретился с широкой ладонью. Он сжал запястье девушки одной рукой, пальцами второй он указал, на какую область должен приходиться удар. От этого прикосновения пальцы девушки дрогнули.

- Прости, - Ноксис виновато опустил голову, - из за меня тебе пришлось самой драться. Ты, должно быть испугалось.

- Вовсе не испугалась, - опровергла Карима предположение ворона. Конечно, это не от страха она летела быстрее ветра, а исключительно из экономии времени! - И тебе незачем извиняться.

- Я виноват...

- Тсс, - перебила Карима, пальцами коснувшись его губ, будто умоляя молчать. И вдруг, словно испугавшись этого прикосновения, сама отступила на шаг. Она отвела глаза, не в силах выдержать взгляд Нокса и нерешительно заговорила, - на самом деле я пришла сюда, чтобы извиниться перед тобой, а получается, что извиняешься ты.

Она собрала руки в замок, сделала глубокий вдох и продолжила, по прежнему не глядя в глаза собеседнику:

- Я так обругала тебя вчера, хотя ты этого не заслужил. Поэтому я пришла -чтобы ты узнал, что я тогда говорила, это не правда. Мне нравится твой дом, он на самом деле очень уютный, хотя я к нему еще не привыкла. И все, что ты делаешь для меня очень важно и полезно. И вообще, никто для меня так не старался, как ты, поэтому я готова закрыть глаза на тот факт, что ты бессовестно украл меня, даже у родителей не спросив разрешения! Просто мне хотелось разозлить тебя и обидеть, потому что я сама обижалась, понимаешь?

Закончив тираду, девушка- таки решилась поднять глаза на Нокса. Он хмурился, было трудно понять, о чем он думает. Простил ли, не простил? Карима не торопила, пусть подберет слова. Если бы она знала, что происходит в его голове, то конечно не переживала бы напрасно.

- Карима, я не злюсь на тебя,- сказал Ноксис и мысленно добавил: " Я злюсь на себя", а затем, предложил лучшее, что могло прийти в его голову, - давай просто забудем об этом.

Она в ответ кивнула и в глазах засветилась надежда.

Карима сама пришла и попросила прощения. Это значит, что у них есть шанс. Это значит, что у красоты есть сердце.

- Эй! - воскликнула Карима, пытаясь вытолкнуть Нокса из дома. Они только вернулись, всю дорогу шли пешком и болтали о мелочах, а теперь ворон бесцеремонно вошел с дом вслед за девушкой, а та силилась его выпроводить. - То, что я подобрела вовсе не значит, что нужно наглеть.

Жених считал иначе.

- Ну пожалуйста, впусти, - хитро прищурился он, - на улице сквозняки, разве тебя не волнует, что меня может продуть?

- Ни чуть.

- Тогда хоть поцелуй на прощание.

- Размечтался.

- Или обними.

- Не торгуйся и проваливай, - Рима указала на дверь.

- Не надо так грубо, я все понял, - Нокс развернулся и направился к выходу. Его остановила Карима, которая так до этого пыталась его выпроводить.

- Нокс, ты копье где-то оставил! - она заметила это, когда ворон повернулся к ней спиной. А Карима усвоила- здесь без копья ходят только совсем уж неудачники или женщины.

- В мастерской, наверное, - удивительно, но с копьем он расставался только во сне и теперь сам удивлялся- до чего он был увлечен беседой, что даже оружие, без которого чувствовал себя неуютно, было благополучно забыто на стойке в мастерской,- У меня есть все основания полагать, что сегодня тот, кто заинтересован в тебе, не прилетит.

Да, наверняка Закр будет зализывать раны, нанесенные прекрасными кулачками. Ноксис не сомневался- даже если Закру не нужна Карима, он мог попытаться украсть ее просто для того, чтобы позлить законного жениха. Вражда как никак. Или соперничество. Глупое закоренелое мальчишеское соперничество, которое длилось на протяжении всего их знакомства.

И все-таки, как же ей повезло сразить горе-похитителя, наверное в место удачное попала. Ведь и силы в ее ударе нет, и кулаки складывать не умеет правильно. И Ноксу повезло. Больше всех на свете повезло.

Так... А куда в это время смотрела Аглая? Неужели она оставила подопечную одну? Если бы она как следует приглядывала за Каримой, ничего бы не случилось. Знает ведь, что за незамужними нужен глаз да глаз!

- Спокойной ночи.

Он привычно устроился на верхней площадке. Близился рассвет, а ему все не хотелось спать. И не сиделось на месте. До чего ж хорошо все складывается! Правду говорят люди: что не делается, все к лучшему. Если бы Карима не поругалась с Ноксом, разве перешли бы они сейчас на новый уровень отношений? Может и перешли, но Ноксу было все равно, он просто радовался тому, как все в итоге получилось. Какая же она хорошая, его невеста! Нужно сделать для нее что-нибудь приятное, наподобие стихотворения или серенады, только оригинальное и не глупое. Что-то, что привело бы ее в неописуемый восторг и вызвало бурю эмоций.

Ворон задумался. Он не знал, что могло бы ей понравиться. И она никогда не говорила, чего хочет. Хотя... кое о чем она говорила, к тому же достаточно часто..... глупости, не позволят. Хотя... попытка не пытка.

- Нет, - категорично отверг просьбу сына царь. Для убедительности он стукнул кулаком по столу, но Ноксис даже бровью не повел, - если все девушки будут летать к родне, то наше существование перестанет быть секретом для людей.

- Но ведь речь идет только об одной, - возразил Ноксис.

- Где одна, там десять. Ты знаешь, как это работает. Кто-нибудь прознает, скажет, ах, чем я хуже и придет с такой же просьбой. И я не смогу отказать, потому что однажды подобное обстоятельство уже имело место быть.

Царь отвернулся к окну и сквозь густую листву силился разглядеть- какая же на улице погода.

- Ты откажешь.

- На каких основаниях? Ты ведь знаешь, следующим аргументом будет: " Жена Нокса летала домой, потому что он сын царя". А я никогда не давал подданным повода думать, что родственные связи способны повлиять на мое решение.

- А если никто не узнает?

- Кхе-кхе, - отце и сын резко обернулись. У них и в мыслях не было, что в комнате мог находиться кто-то кроме них. Вошедший ворон стоял в дверях, не известно, как много он слышал, но судя по прищуренным глазам, достаточно, чтобы понять ситуацию. И если бы своим кашлем не возвестил о своем присутствии, кто знает, сколько еще он мог бы услышать?

- Так получилось, что я стал невольным свидетелем вашей беседы.

- Доброе утро, Лексис, - приветствовал брата царь.

- Здравствуй, дядя. - без радости в голосе поздоровался Нокс. В отличие от отца, он насквозь видел Лексиса и не испытывал к нему симпатии. Как только случалось ему завидеть кривой силуэт дяди, он тут же сворачивал в другую сторону, если имелась такая возможность. Левое крыло Лексиса волочилось по земле, Нокс знал, что его родич когда-то давно получил травму, только вот не сочувствовал ему. Бог шельму метит. Так говорили люди, и в этом случае Нокс был с ними согласен.

Отец часто говорил, что у дяди тяжелая судьба и трудная жизнь, возможно, именно поэтому у него появилась ранняя седина и глубокие морщины. Только вот не судьба делала Лексиса сволочью, а гадкий характер и хитрая жена.

- Похоже, я пришел вовремя. Арес, неужели ты за столько лет не удосужился объяснить сыну, где место женщины?

- Не учи меня детей воспитывать, - парировал царь, - этот разговор тебя не касается.

- О, - ответствовал Лексис, - еще как касается. Он касается всего вороньего племени, и по этой причине будет донесен до сведения совета.

В этом Ноксис не сомневался. Кажется, дядюшка жил только для того, чтобы портить жизнь другим своим родственникам. Как же повезло Даксису, младшему брату царя. Он заведовал храмом далеко в горах, и если случалось Лексису осчастливить его своими визитами, то крайне редко.

Дядя вышел, закрыв дверь, которая на этот раз изволила скрипнуть. Ноксис закипал, слушая удаляющиеся шаркающие шаги.

- Я говорил тебе, что он сволочь?

Царь промолчал, видно в душе соглашался с сыном.

Покидая кабинет отца, Ноксис думал: "Следовало сделать все по-тихому. Сам отнес бы Кариму на денек в деревню, никто бы и не заметил".

Поздно. Дядя позаботится о том, чтобы это никогда не случилось.

6.

- Вот это наглость! - воскликнула Валери, дослушав рассказ мужа, который осчастливил ее свежей историей. - Как будто правила для всех писаны, а он исключение!

- Вот и я о чем говорю, - поддакивал Лексис своей супруге. Он уже успел донести информацию до старейшин. Где-то приукрасил, где-то недоговорил. Он от души надеялся, что это обстоятельство усложнит жизнь Ноксису, - парень забыл, где его место.

Валери проворно чистила каштаны, стоя над столом. Конечно, присесть было бы удобней, да вот как потом вставать- не молодая уже. В ее возрасте женщины чувствовали себя гораздо более бодрыми, но именно она имела рост столь высокий, что уже страдала от болей в спине. Лексис достал с полки нож и присоединился к занятию. У него выходило не так чисто и быстро, но сам факт помощи , какая бы она ни была, радовал супругу.

- Это все потому, что он рос за горами. То у орлов гостил, то в храме. Про людей я вообще молчу. Сколько лет он провел с ними? Три? Пять?

- Не помню, - честно признался супруг, - помню только, что он вернулся, когда крылья прорезались.

- Упустили парня, - вздохнула Валери. Грустно так вздохнула... Со стороны могло показаться, что ей жаль племянника.

- В любом случае, совет научит его чтить традиции. Не могу дождаться момента, когда он, пристыженный, выйдет из зала. Как думаешь, он поругается с невестой после этого?

- Ты что, не знаешь? - удивилась супруга, - Ноксис и его эта, не ладят. Да так, что хуже разругаться уже невозможно.

- Да ну, это слухи.

- Никакие не слухи. Иначе, чего по твоему они целую неделю уже живут, а еще не поженились, - Лексис задумался. А ведь в словах супруги имелся резон, - недавно она и вовсе убежать от него намылилась. Поймали гвардейцы в горах. Это ж до чего досужая девка, что заставила целую гвардию за собой гоняться! Ареса вон, из себя вывела, весь Танай ругала, на чем свет стоит. И теперь они после таких страстей не разговаривают друг с другом.

- Может это слухи?

- Никакие не слухи! - Валери возмутилась от того, что муж не считает информацию надежной. - Это мне рассказала Мерис, которой рассказала дочь, которая дружит с посудомойкой из дворца. Вот та посудомойка все видела, слышала и хорошо запомнила!

- Допустим, это правда и отношения племянника с его невестой не очень теплые... Зачем тогда Ноксу просить о ее встрече с родителями?

- Может подмазаться к ней хочет, а может и оставить там насовсем.

- Помилуй, это против правил!

- Вот именно! - согласилась Валери.

Интересная особенность этой супружеской пары- кто-то всегда поддакивал партнеру.

- Нельзя допустить, чтобы его женщина покинула Танай. Последствия могут быть ужасны. Может произойти...- Лексис очень долго пытался придумать, что же может произойти и в итоге сдался. Он не смог сходу достойно завершить реплику, но это ему и не надо- жена и так прекрасно все поняла.- Да что угодно может произойти! Не зря же мы прячемся от людей.

Валери закивала. Она подписывалась обеими руками за. Как вдруг, ее глаза засияли подобно звездам- она придумала новую гадость.

- Именно поэтому мы должны позволить ей уйти.

Лексис вопросительно поднял бровь. И жена растолковала ему свой план.

Уже битый час Ноксис торчал в этом коридоре, сидя на лавке. В ожидании решения совета он так долго таращился в противоположную стену, что закрывая глаза видел сучки и трещинки старого ясеня, панели из которого служили обшивкой коридора. На полу длинный узкий ковер, как река разделяющий комнату на два берега. Берега одинаковые- что на этом, что на противоположном симметрично располагались старые лавки. Скучный интерьер.

Любой посетитель мог пройти прямо по коридору и увидеть массивные деревянные двери, которые тоже размещались попарно: в архив и в царский кабинет, в библиотеку и в комнату для отдыха, в приемную и зал советов... Зал советов, туда-то Ноксу и нужно. Распахнуть бы массивные двери, заглянуть бы в глаза каждому, кто сидит за продолговатым овальным столом и сказать все, что он думает. Но нельзя- пока не звали. Ему не дозволено знать, что происходит за этими дверями, однако, обсуждение проходит аномально бурно и громко, что даже толстые створки не перекрывают звук.

"Не стоит вмешиваться в личные дела семьи" - отец.

"Дела семьи перерастут в проблему нашего народа" - генерал.

"Мы же не в прошлой эпохе живем, - мастер, - один раз можно сделать исключение".

"Одним разом это не ограничится!" - юстициар.

"Вы это серьезно? - обычно спокойная Ирис срывается на крик, поддаваясь общему настроению, - Неужели нам больше нечего обсудить, кроме этого? Через две недели мы ждем послов от чаек, а ничего не готово..." - Пожалуй, Ирис единственная, кто заслужил свое место в совете. Она еще так молода, но в усердии не уступит никому.

"Позвольте, от этого зависит секретность нашего существования, - снова генерал, - предлагаю вспомнить нашу богатую историю. Все беды воронов были прямо или косвенно вызваны женщинами".

Одни и те же реплики. А что самое интересное - Ноксис ждал этих слов, он все предвидел, и не было для него чего-то, что он бы не проигрывал в своей фантазии, представляя, как пройдет этот совет. Однако, случилось кое-что абсолютно необычное. Отчасти непредвиденное, отчасти предсказуемое.

По коридору, тихо скользя, как ладья по реке, проплыл дядя Лексис. Он не удостоил племянника взглядом, лишь постоял под дверью и послушал, о чем спорят старейшины. По обрывкам фраз он сделал какие-то выводы, кивнул сам себе, и широко распахнув дверь, вошел, нарочито громко шагая и шаркая больным крылом. "Надо же, - подумал Ноксис, - только что тихо шел, а теперь хромает и шуршит. Значит ли это, что он всего лишь прикидывается?".

В зале замолчали. Нокс не видел происходящего, но знал, что все взгляды сейчас устремлены на Лексиса. Он же, прикрыл за собой дверь и спокойным тоном начал свою речь. Дядя никогда не повышал голос, всегда говорил тихо и размеренно, даже во время напряженных споров, чем несказанно злил оппонентов. И сейчас эту его тихую речь Ноксис ненавидел как нельзя яростно, потому что из за толщины двери он мог расслышать разве что отдельные слова.

Недопустимо... в порядке исключения... гарантии... если Ноксис готов их дать... мы уже практиковали подобное...

- Что ты себе позволяешь? - это вмешалась Ирис. Что же нужно было сказать, чтобы вывести ее из себя? - Ты говоришь о родовитом вороне, чье слово само по себе является гарантией, не сравнивай его с мелкими жуликами!

Не вызывает сомнений... однако... так молод и неопытен...

Ноксис до последнего не мог понять, выступает дядя за или против, но был убежден- лучше бы он вообще не являлся.

После долгого ожидания, он, наконец, был вызван в зал. Решение объявил отец. Он говорил глядя в стол, будто приговор зачитывал. И Ноксис понял, почему:

- Совет принял решение. Кариме будет разрешено покинуть Танай на две недели. Но на определенных условиях...

Старейшины смотрели на него как на прокаженного, и Ноксис чувствовал себя без вины виноватым. Он стоял, слушал решение и краска сходила с его лица. Теперь, наконец, ему удалось собрать обрывки фраз, которые он слышал в коридоре, воедино. Вот почему дядя поддержал идею Нокса, вот почему разозлилась Ирис. Он бы и сам хотел разозлиться, но понимал, что за все нужно платить. И раз уж это условие- цена за улыбку его невесты, то Ноксис заплатит ее.

- Хорошо, я согласен, - он старался говорить как дядя- чтоб ни один мускул не дрогнул на его лице.

- Нокс, подумай, доверяешь ли ты ей настолько, чтобы согласиться на такие условия? - в голосе мастера искреннее беспокойство.

- Доверяю. Как самому себе.

Нет, не правда. Он и сам прекрасно понимает- девушка уже пыталась сбежать, где гарантия, что это не повториться? Но как другие смогут ее принять, если даже жених ей не доверяет?

Стоит рискнуть. Она стоит того, чтобы рискнуть.

И Ноксис рискует. Он согласен на все условия. Все присутствующие члены совета и царь засвидетельствовали клятву ворона и отпустили его восвояси. Ирис же, не дождавшись окончания собрания сорвалась с места и погналась за братом. Она настигла его в коридоре, схватила за локоть и развернула лицом к себе:

- Ты в своем уме? Совсем голову потерял?

- Ирис, милая, в чем дело? - притворно спокойный голос Ноксиса.

- Лексис тебя провоцирует. Сам жить нормально не может и другим не дает. А ты как дурак, ведешься...

- Я все хорошо обдумал. Чего ты волнуешься, если все пойдет не так, не тебе же отвечать.

- Вот именно! - отчаянно воскликнула Ирис. - Ты мой брат, и отвечать придется тебе! Не делай этого, пожалуйста...

- Ирис, - Ноксис положил руку ей на плечо, - я уже взрослый и сам могу решать.

- Еще не поздно отказаться.

- Прости, мне нужно сообщить Кариме эту новость. Она обрадуется,- он поклонился сестре и оставил ее одну в коридоре. Она видела, как силуэт ее самого близкого друга и родственника исчезает в проеме, и когда Ноксис окончательно скрылся за поворотом, ощутила себя самой одинокой в мире.

Когда все успело измениться? Ведь еще вчера стоило Ирис сказать хоть одно слово- и он бы прислушался. А теперь он спешит прочь, к другой женщине, и делает для нее то, чего она явно не заслужила, рискуя своей жизнью и здоровьем.

Почему, почему мужчины такие глупые? Ирис видела невесту Нокса всего один раз и то мельком. Но этого хватило чтобы понять, чем та дышит. Тогда Карима пыталась сбежать, а Зенос поймал ее и притащил во дворец. Царевна несла бумаги из кабинета в библиотеку, и обратила внимание на девушку, которая в компании отца направлялась в крыло прислуги. Она еще тогда ей не понравилась. Слишком дерзкая, капризная, хитрая и непозволительно красивая. Да, мимо такой крали мужчина просто не может пройти. У нее на лбу написано- обманщица. Пару раз Ирис наводила справки о невестке и полученные сведения только подтверждали ее опасения. Судя по всему, девушка явно не знает меры и бессовестно использует жениха в своих корыстных целях. Ноксис крутится как белка в колесе, исполняя бесконечные ее желания, а она даже спасибо не скажет. И что мужчины находят в таких барышнях?

Бедный, бедный Ноксис! Разве он не видит, что его любит только Ирис, а подлой Кариме до него дела нет. И обида все сильнее разгоралась в сердце девушки. К ней добавлялась злоба и ревность. Неужели он не помнит все, что их связывает? Неужели их прошлое ничего не значит? Неужели он забыл, как они вместе пакостничали, баловались, а потом получали нагоняй? Неужели не помнит, как младшая на четыре года сестра делала за него домашние задания, потому что он, хоть и старший, но не имел склонности к учебе? Неужели не помнит, как приносил ей букеты из эдельвейсов? И когда он находился во дворце людей, и в далеком храме, она находила способ отправить весточку, хотя это было строго запрещено.

Их столько связывает, а он так легко от нее отказывается. Это предательство, вероломство, обман, нож в спину! Скупая слеза покатилась по щеке девушки и растаяла. Никто не полюбит его, как она, но ему нужна не любовь сестры, а любовь женщины. Это две разные категории, которые нельзя даже сравнивать, но все равно Ирис ревновала и завидовала.

Чем же эта особа заинтересовала ее брата? Чем эта Карима лучше ее, Ирис? Похоже, пришло время лично это узнать. И царевна решилась на встречу, которую долго откладывала.

Ноксис не спешил зайти в дом, он размышлял над словами сестры. Может и правда отступить, сделать вид, что не просил об отпуске для невесты. И каждый останется при своем, и ничего не изменится, и она не узнает, что у нее была возможность повидаться с родными. Нет, узнает ведь. И почему-то ему стало стыдно за то, что сомневается в ней, за свои малодушные мысли, за страх ответственности. Он ведь сам придумал это, а теперь хочет отступить?

Он постоял некоторое время на верхней площадке, наслаждался звоном посуды и щебетом невесты, доносившимися с кухни. Похоже она не одна. Ворон заглянул в окошко- девушка готовила обед, попутно беседуя со своей гостьей. Ноксис не видел прежде эту особу, должно быть новенькая. Ну вот, теперь ему не комфортно заходить в собственный дом- его появление прервет разговор, что было бы очень неловко. Но с другой стороны, он что, не хозяин?

Карима сама заметила его в окошке и помахала:

- Заходи, открыто.

Ноксис еще немного постоял у порога и вошел в дом, оставив нерешительность позади. Но все равно от взгляда невесты растерял все слова, которые заготовил заранее.

- Я, пожалуй пойду, - хитро прищурилась гостья, верно, решив оставить хозяев наедине.

- Так скоро?- удивилась Рима. - Ты ведь только зашла.

- Да я тут вспомнила, что воду поставила кипятиться...

- Тогда пока. Заходи еще.

Когда девушка покинула дом, Карима обратилась к ворону:

- Василика только позавчера появилась в Танае, но уже, кажется, освоилась.

- Я разве не говорил закрываться, когда ты одна?

Хмурится. И что может случиться среди бела дня? Вот ночь- дело другое, но Карима уже доказала, что может постоять за себя в любое время суток.

- Я забыла, - оправдывалась она, - то за водой бегала, то за пряностями. Не буду же я каждый раз на засов закрываться? А еще Лика пришла, вдвоем не страшно.

Жених тяжело вздохнул- ничему ее жизнь не учит.

- А это?- он взглядом указал на котелки и сковородки, громоздившиеся возле очага.

- Мне просто было скучно. Ты ушел, ничего не сказав, поэтому я развлекала себя сама. Вот ужин приготовила. На самом деле я готовила еще завтрак и обед, но ты не пришел...

Она говорила и попутно сервировала стол. У нее получалось удивительно красиво. Даже дворцовая прислуга ограничивалась тем, что просто накладывала еду в тарелки, а Карима задавала настроение, украшая стол салфетками, сложенными в причудливые фигуры и тарелочками, подобранными по размеру и цвету.

- Если подумать, это в первый раз, когда ты мне готовишь.

- Все бывает в первые...

- Мне нравится, как ты раскладываешь тарелки и приборы на столе. Как лежит хлеб, масло, салфетки...- ворон попытался сказать комплимент, только у него вышло так неуклюже, будто он и правда оценивал обстановку на кухне.

- Ты про сервировку? Видимо, я не зря училась этому у маменьки.

- Получается очень красиво.

- Главное, чтобы съедобно. Кстати не подумай, что я старалась тебе угодить. Просто вдруг ты бы вернулся из мастерской голодный и злой, а мне надо с тобой контакт налаживать.

Ноксис улыбнулся. Она беспокоилась о нем. Может даже сама этого не понимала, но беспокоилась. Или всего лишь пыталась загладить вину за побег.

- Карима, я был не в мастерской.

- Попробуй борщ, - девушка наливала черпаком ароматный суп, и Ноксис не удержался, наклонился к тарелке, почувствовал лицом тепло от пара, - сметаны?

- Да, - ворон схватился за ложку, и не дождавшись, пока Карима добавит сметаны, опустошил тарелку.

- Видно и правда голодный, - девушка поцокала языком, но ругаться на плохое поведение за столом не стала. Всем известно- голодный мужчина за себя не отвечает.

- Карима, я был не в мастерской, - возобновил разговор ворон.

- Да, я уже слышала.

- Я провел это время во дворце. Не знаю как сказать, - он почесал затылок, - в общем, я просил, чтобы тебя отпустили повидаться с семьей... Я вижу, как ты скучаешь. Совет согласился.

Карима вовсе не выглядела как человек, получивший желаемое. Она нахмурилась и присела возле Нокса.

- Но ведь женщинам нельзя покидать Танай.

- Нельзя, но для тебя сделают исключение, - девушка явно не верила своим ушам, - только один раз. Я провожу тебя туда, и заберу обратно. Всего у тебя будет две недели, это с учетом дороги.

Карима зажала рот, чтоб не закричать от радости, но восторженный стон все же сорвался с ее губ.

- Это правда? Ты сделал это для меня?

- Ну да.

- Ах, - девушка не удержалась и обняла жениха, - спасибо огромное! Как тебе удалось уговорить этих, чтобы пошли против правил?

- Ну я же царевич, мне просто не могли отказать, - о трудностях, сопряженных с отпуском Ноксис умолчал.

- Только не думай, что стану к тебе лучше относиться из-за этого.

Ноксис улыбнулся и Карима не смогла удержать ответную улыбку. И тут в ней проснулась женщина:

- Ой, а чего ты не ешь? Рагу, отбивные, борщ... И хлебушек, вот, какая же еда без хлебушка? - она спешила угодить и это развеселило Нокса еще сильней.

Надо же создать видимость доброй невесты, а то вдруг он возьмет да передумает?

- Ты теперь всегда будешь такая добрая?

- Не нравится- не буду. Сам себе готовь и стол сервируй, - девушка демонстративно отвернулась и скрестила руки на груди. И губы надула, всем своим видом демонстрируя, что обижена.

- Нравится, просто я не успеваю за переменами твоего настроения...

Карима повернулась, пристально глядя в глаза жениху. Простить или нет? Ладно, она все равно сейчас не настроена обижаться.

И все-таки хорошо он поступил, что договорился насчет отпуска. Счастливая невеста- отрада его сердца. Она от счастья усидеть на месте не могла, то увивалась вокруг Нокса, то хватала его за руку и что-то страстно рассказывала, то подкладывала добавки в и без того богатырскую порцию. Такой возбужденной он ее еще не видел. Она даже...улыбалась. И глядя на ее улыбку он уже не сомневался в правильности своего решения.

Но когда ночью Карима осталась одна, в ее голову закралась мысль- раз уж она добилась желаемого и ее отпустят домой, может у нее выйдет навсегда там остаться? Спрятаться в доме и никогда не выходить на улицу- там ее ворон точно не достанет. Хорошая мысль, нужно вернуться к ней на досуге.

На следующий день девушку разбудил стук, и она, накинув кружевной халат(недавно пошитый специально для нее), поспешила к двери. В окошко она увидела, что на пороге кучей стоят незнакомые ей вороны и испугалась. А ну как пришли дружки того, которому она нос разбила и принесли с собой возмездие? Она не станет открывать. Стук повторился:

- Хозяйка, отвори! - э, нет. Ей еще жить охота.

Она отсидится, подождет пока Нокс придет. И где его черти носят? Жених, однако, выступил из толпы и крикнул:

- Карима, можешь открыть, это свои.

Девушка отодвинула засов и в кухня наполнилась воронами, которые несли с своих руках сундуки и коробы.

- Куда ставить?

- На стол, я потом сам разберу, - Ноксис вошел последним, он тоже нес в руках сундук, который поставил поверх других,- спасибо за помощь, можете идти.

- Если еще что-то понадобится, дай знать, мастер.

Вороны ушли, оставив Кариму и Нокса одних. Некоторые вещи не поместились на стол и вороны поставили их на пол. В комнате стало как то тесно.

- Кто это был? - полюбопытствовала девушка.

- Подмастерья, - и, предупреждая следующий вопрос, добавил, - принесли подарки.

- А кому столько подарков? - Карима немножко позавидовала. С какой это стати ее жених будет одаривать кого-то таким количеством добра?

- Это гостинцы твоим родителям. Ты же не можешь вернуться с пустыми руками.

Карима открыла один из сундуков и ахнула: он был полон самоцветами разной формы и размеров, как только ворону сил хватило его донести? И если в этом сундуке такие богатство, то что же в других? Девушка принялась жадно открывать ларцы один за другим и их содержимое поражало богатством и разнообразием. Мягкий бархат, текучие шелка, узорчатые платки, изящные украшения. Поистине, царский дар!

В одной коробке оказался великолепный набор посуды, вырезанный из дерева. Маленькие ковши для питья полностью копировали один большой, в форме плывущей птицы, который предназначался для хранения напитков. Ложки и тарелки- расписные произведения искусства, такими есть жалко- поставить на полочку, пусть красуются.

- Ноксис, это не ты случайно сделал? - спросила Карима, аккуратно вращая в руках солоницу- уточку.

- Я, а как ты догадалась?

- Не уверена, но мне кажется, что я в каждом твоем изделии вижу твой след. Что-то неуловимое, но свидетельствующее о том, что именно ты приложил к нему руку. Это как почерк, понимаешь?

- Наверное, - мастер говорил, что когда у Нокса появится свой стиль работы с деревом, он сможет с гордостью назвать себя состоявшимся специалистом по дереву. Но главное, чтобы этот стиль не захватил его труды, сделав однообразными и похожими друг на друга, - ты видела не так много моих работ, но уже можешь сказать, к чему конкретно приложил руку я? Это потому, что они похожи друг на друга?

Ноксис опасался, что случится то, о чем мастер пытался его предостеречь. Боялся стать предсказуемым, скучным и однообразным в работе с деревом.

- Нет. Я не так определяю. Я научилась отличать твою работу от других, когда Аглая сказала мне, что ты лучший мастер своего дела. Я не знала, что все в этом доме- твоя работа. А потом я пришла в мастерскую и увидела...

- И все же?

- Я просто вижу, если изделие лучшее, почти совершенное, а значит, оно твое.

И Ноксу приятно это слышать. Он и так знал, что весьма хорош, но слышать похвалу от Каримы в тысячи раз приятнее, чем от остальных.

- Но как бы велико ни было твое мастерство, ты не мог сделать это за ночь.

- Я давно вырезал эту посуду. Просто стояла в мастерской. Мне она нравилась и жалко было кому попало отдавать.

- Кстати, почему у нас нету такой красоты? - возмутилась Карима. - Ты мастер по дереву, а в твоем доме вся посуда старая и не красивая.

- Ну, - пожал плечами Ноксис, - времени не было.

- Понятно, - вздохнула невеста, - сапожник без сапог.

И ведь она права- мог бы себе сделать, да все никак руки не доходили. Да и нужно ли было это ему одному? Теперь, когда у него появится жена будет нужно. Нокса с детства учили- женщин нужно любить и их желания выполнять, в пределах разумного, конечно. У них ведь нет крыльев, поэтому они слабы, беспомощны и несчастны. задача воронов- внести немного красок в их скучную жизнь.

Карима продолжила рассматривать подарки, она так увлеклась, что не заметила, как халат соскользнул, открыв взору легкое как облако ночное платье. Платье щедро открывало взору плечи и грудь, но и то что было прикрыто тканью не оставалось загадкой благодаря облегающему силуэту. Ноксис отвел взгляд, галантно делая вид, что ничего не замечает, но и не сказал девушке о небрежности в ее одежде. Может, из вежливости?

- Ноксис, получается, что ты меня выкупаешь?

- Выходит что да.

Это обстоятельство так обрадовало Кариму, что она закружилась как юла. От подобного движения халат совсем сполз и девушка почувствовала свою наготу.

- Ой, - она смутившись поправила халат, - я на минутку отойду.

Вернулась она быстро и уже в дневном платье.

- Тебе к лицу синий.

- Только заметил? Я его уже третий раз надеваю.

- Заметил давно, сказал сейчас. - Карима хмыкнула.

- А можно мне что-нибудь из этого брату подарить? Ему будет приятно.

- У тебя есть брат? Можно, конечно.

- Да, он уже женат, поэтому мы не живем вместе. Мы близнецы... А я что, не рассказывала о нем?

- Не рассказывала.

Карима достала отрез гладкого шелка и развернула его на столе. Он заструился мягкими складками, повторяя рельеф сундуков и ларцов:

- Очень красивый.

- Хочешь я тебе такой принесу? И камни принесу, и украшения...

Девушка нежно провела рукой по ткани и скатала ее в рулон.

- Хочу, но что мне с этим добром делать? - она грустно вздохнула, убирая драгоценный шелк в сундук. - Ноксис, а когда мне можно будет уехать?

- Когда закончатся приготовления. Подожди неделю, может меньше.

- К чему приготовления? Я могу ехать хоть сейчас, - по ее глазам было видно, что она сгорает от нетерпения, и неделя- уж слишком долгий срок.

- Мы не сможем унести это на руках. - Ноксис указал на горы вещей. - А если дождешься, то подготовят повозку. Я, конечно, могу нести тебя сам, но дополнительный груз навряд ли. К тому же матушка тоже готовит кое-что...

- Но в упряжке получится слишком долго. У меня есть всего две недели, и я не собираюсь тратить их на дорогу.

- Ты поедешь в упряжке только в одну сторону. А обратно я сам тебя отнесу.

- А лошади и повозка останутся в деревне?

- Да. Я, на самом деле хотел подарить их твоему отцу, так и родилась идея добираться верхом.

- Я думала, что вороны не ездят на лошадях. Они все равно медленнее, чем крылья.

- Лошади для женщин и для перевозки тяжелых грузов, - пояснил Нокс, - нам же они ни к чему. Матушка жалует тебе свою лучшую тройку.

Надо же, какая честь.

Карима примерила серебряную диадему, которая чудо как ей шла. Достала из ларца перстень и надела его на длинный пальчик. Камень переливался всеми цветами радуги, и девушка подставила руку солнечным лучам, пробивавшимся из окна. Она любовалась украшением и не замечала, что и ею любуются, как прекраснейшей драгоценностью.

- А как мы на конях через горы переберемся?

- Из Таная есть один выход, искусственная тропа, давным-давно проложенная воронами.

- О, секретный ход?

- Он не секретный, о нем знают все вороны. Женщины тоже знают, но им не сразу говорят. Новеньким мужья потом рассказывают, по мере необходимости, а местные знают о нем с рождения.

- И ты мне только сейчас о нем говоришь?

- А что бы ты сделала, если бы я сказал раньше?

- Думаю, я бы убежала, воспользовавшись этой тропой.

- Вот видишь! А ее вырубали в скале не для того, чтобы глупые девушки сбегали. Она для отступления. Все-таки не разумно загонять себя в угол и запасной выход должен быть всегда.

С этим утверждением не поспоришь, и все-таки Карима усомнилась в надежности этой тропы. Неужели никто из людей так и не нашел ее?

Карима выгребла из ларца с драгоценностями карманные часы на цепочке. Какие красивые фигурные стрелки. Такая тонкая работа! Нокса Вид часов заставил вспомнить о времени:

- Прости, мне нужно во дворец. Представляешь, чайки прилетят раньше срока, хорошо хоть предупредили, - и ворон направился на выход. Шагая за порог он бросил прощальное: - не забудь закрыться.

Карима осталась наедине с горой подарков. Жалко ей будет расставаться с такой прелестью, но мысль о том, что царевич ей может еще обоз и маленькую тачку такого добра подарить, заглушила жадность. У нее еще такого хлама будет пруд пруди, стоит только попросить. Или не будет? Что если добраться до деревни, а обратно не полететь? Нет, он заставит и силой утащит. К слову, как он похитил ее в прошлый раз? Девушка не помнила. Надо расспросить.

А может коварно сделать вид, что собирается вернуться назад, а самой рассказать родителям о крылатом похитителе? Не поверят... Подумают, что спятила. И верят ведь в русалок и водяных, а в ворона не поверят. Подумают, что она обманывает. Тогда отец запрет ее в светлице. Или замуж выдаст, что вовсе не желательно. Не стоит менять шило на мыло - это и ослу понятно.

" Как же тяжела женская доля, - подумала Карима, примеряя жемчужные бусы. Она поймала себя на том, что ларец с украшениями осматривала дольше других. На дне ларчика отыскалось усыпанное самоцветами зеркало, и девушка нашла в нем свое отражение, - а жемчуг мне не идет. Лучше малахит или агат".

Девушка примерила все содержимое чудесного ларца: и броши, и браслеты, и клипсы. Не обделила вниманием и височные кольца, которые явно диссонировали с остальными украшениями. А все-таки щедр ворон, может остаться с ним?

Карима была так сосредоточена на своем убранстве, что не сразу услышала, что в дверь постучали. Когда она очнулась, стук повторился, а затем отворилась дверь. Через порог перешагнула прелестная ножка, аккуратно ступая на пол, будто проверяя его на прочность. За ней последовала вторая, и вот уже целая пара ног стояла на кухне, а их обладательница осматривала помещение с хозяйским видом. Заметив Кариму, она холодно представилась:

- Ирис, сестра Нокса.

В голове Каримы сразу родилась следующая мысль: от утонченных городских барышень в заморских платьях она слышала, что нынче модно определять свой тип внешности. Всего их четыре и соответствуют эти типы сезонам. Для девушки до сих пор осталось загадкой: зима она, весна, лето или осень, но вот от вошедшей гостьи веяло стужей, хотя на дворе был август. Яркая зима.

- Карима, - представилась в ответ хозяйка. Ей стало неловко от того, что ее застали обвешанную украшениями, что елку гирляндами, да еще и с зеркалом в руке. Небось гостья думает, что Рима страдает от нарциссизма.

- Я в курсе, - холодно ответила Ирис. Она осмотрела Кариму с головы до ног и поджала губы. Еще бы, девушка и сама понимала, как глупо выглядит!

Взгляд небесных глаз гостьи прошелся по обстановке комнаты, задержался на открытых сундуках, вернулся к хозяйке. Удивительно, как это она могла смотреть по сторонам не двигая головой, а только одними глазами? Карима с неудовольствием отметила, что Ирис обладает внешностью необычайной красоты... волосы собраны в русалочий хвост, лоб высокий, глаза удивительно чистой голубизны, кожа слишком бледна и изумрудный цвет платья это подчеркивает. Само платье строгого кроя закрывало даже шею и туфли. Гостья являла собой полную противоположность хозяйки, облаченной в роскошное шелковое одеяние, щедро открывающее грудь и плечи. На Ирис не было никаких украшений, а вот Карима от души увешала себя побрякушками. Под взглядом будущей свояченицы она вдруг ощутила всю тяжесть этих прикрас, они будто пресс давили на нее, стремясь пригвоздить к земле. Рука девушки сама потянулась к клипсам чтобы избавиться от них, а те как на зло не хотели сниматься. Застежку заклинило и Рима оставила эту затею.

- Ты, как я вижу, купаешься в достатке?

Карима промолчала. Упрек заслужен. Она понимала, что предстала пред свояченицей не в лучшем свете, но и оправдываться не собиралась, только вопросительно подняла бровь.

- Ты, - продолжила наступление она, - даже не представляешь, с каким трудом добывается все то, что у тебя сейчас есть.

Не представляет. А действительно, как добывается? Навряд ли вороны батрачат день и ночь, к тому же Карима готова была поклясться, что они не перетруждаются. Ведь все чем заняты вороны, это патрулирование границ и резьба по дереву, верно?

Ирис подошла к столу и провела пальцем по шелку, торчащему из сундука, будто проверяя есть ли на нем пыль. Она вытерла руку о подол платья, точно ткань действительно была пыльной и сморщила носик:

- Непозволительное расточительство.

- Я не просила, он сам, - попыталась очистить себя Карима, но Ирис пресекла эту ее попытку.

- Говорить буду я, а ты слушай, - она говорила, и ходила из стороны в сторону. Совсем как Ноксис, только более плавно, будто лебедь, - мне все равно, если брат станет спускать на тебя тучу золота и каменьев. Я даже готова терпеть тебя, пока ты не будешь лезть в дела семьи. Но если ты со своими капризами подвергнешь жизнь и здоровье моего брата риску- не сносить тебе головы.

Ирис подошла к подоконнику, по которому провела пальцем так же, как и по шелку: - Здесь грязь, - как бы между прочим указала она и продолжила, - О чем это я... ах да. Небось, рада, что тебя отпускают домой? Слинять надумала, а заодно и обогатиться? Молчи, я тебя насквозь вижу. Если из-за тебя у Нокса отнимут крылья, я тебя из под земли достану!

- Как отнимут?- Карима стояла, как громом пораженная. Что за странные вещи говорит эта девушка?

- Что, правда не знала? Нокс не сказал? Ну так послушай. Он упросил совет отпустить тебя под залог своих крыльев. И если ты не вернешься, крылья отрежут. Но ты вернешься, я лично прослежу за этим.

- Я правда не знала!

- Запомни: ворон не может жить отдельно от неба. Он неразлучен с ветром, он сам - ветер! Его крылья рождают ураганы. Он сможет существовать без крыльев, но живым уже не будет. В конце концов, тоска по небу погубит его, - Кариме показалось, что Ирис говорила это так, будто сама пережила потерю крыльев. Конечно, это не могло быть так- у женских особей крыльев не было. Карима не знала, что "обескрыливание" - популярный вид казни у птичьих народов. И Ирис была знакома с несчастными, лишенными возможности вернуться в небо.

- Если предашь моего брата- подпишешь себе смертный приговор.

Гостья оставила хозяйку в одиночестве размышлять над услышанным. После такого прощания у Каримы возникло ощущение, будто ее ледяной водой окатили. Какая неприятная особа! Хотя... какое дело Кариме до той, кого она больше не увидит?

И забыв о неприятном знакомстве, девушка примерила еще одни клипсы.

7.

Если бы нетерпение не подгоняло Кариму, то она могла бы с уверенностью сказать, что не хочет, чтобы дорога домой заканчивалась. Она никогда еще не путешествовала дальше, чем в соседнюю деревню и все в пути удивляло ее: от невероятных пейзажей до ночевок в повозке. Путь в родную деревню начался так: пассажирская повозка подъехала к дому, там Ноксис нагрузил ее дарами, и провиантом, не забыл усадить и саму Кариму. Отбыли. По Танаю ехали неторопливо, размеренно, да и не разгонишься в этих горах. Мимо мелькали чужие дома, девушка уже научилась отличать их от нежилых деревьев.

Карима хотела бы навсегда вычеркнуть из памяти, как она преодолевала узкую горную тропу, в далекой древности высеченную воронами в скале, но каждое мгновение этого подъема и спуска прочно отпечаталось в памяти девушки. Она не заметила, когда началось восхождение( настолько плавно тропа поднималась вверх), лишь находясь на порядочной высоте девушка обнаружила, что по левую руку у нее скала, а по правую пустота. Из страха провалиться в эту самую пустоту, она сильнее ухватилась за края повозки. Такая сомнительная страховка придала девушке уверенности и она решилась немного выглянуть из своего убежища дабы оценить высоту, на которой она находится. Ох и зря она это затеяла! Увидев, что люди в низу по размеру ни дать ни взять муравьи, а вороны в небе так же близки, как облака, она вцепилась уже не в повозку, но в Нокса- он-то точно не упадет.

- Карима, не дури, мне неудобно править.

- Мы упадем!

- Не упадем, если ты успокоишься и отпустишь меня.

Чтобы отвлечься, Карима взялась рассматривать опасную тропу. Что ж, не такая уж она и крутая, как показалось на первый взгляд, да и чем выше- тем гуще растут деревья вперемежку с кустами. Девушка проигрывала в голове разные сцены, например, как она падает и цепляется за спасительные ветки... И все-таки, как хорошо, что вдоль тропы растут сосны! Да и не тропа это, если разобраться, а целый тракт! Ведь проходит тройка свободно, и даже место еще остается, да вот все равно неспокойно....

- Рима, расслабься, - Ноксис чувствует ее беспокойство, хоть и сидит спиной к ней и не видит, что она так ухватилась за края телеги, так что аж пальцы побелели, - если тебе будет спокойнее, сядь ко мне.

Следуя совету жениха, девушка перелазит к нему на козлы, и вот чудо - становится действительно спокойно и даже уютно. Этому Карима нашла свое объяснение- Ноксис еще ближе чем кусты, далеко тянуться не придется, а скорее всего, он сам ее схватит в случае падения.

Самая высокая точка, на которую поднималась тропа, проходила между двумя пиками. Открывшийся вид так захватил Кариму, что она разом забыла про страхи и опасения и привстала, чтобы лучше рассмотреть область, попавшую в поле зрения. Ей казалось, что она видит всю страну! Нет, это, конечно, не может быть страной, потому как был виден только лес, но он был огромен и покрывал площадь от гор и до самого горизонта. Лес спешил сменить убранство- календарная осень еще не наступила, но некоторые деревья уже окрасились в желтый или красный. В прочем, таких было меньшинство. В воздухе витали былинки, слабый ветер колыхал редкую траву, а солнце было так же далеко, как до подъема. Ноксис советует накинуть шаль на плечи и прикрыть голову- тепло обманчиво, а солнце здесь не греет, но палит нещадно, и к вечеру Карима рискует обзавестись загорелой кожей. Девушка долго спорит, но в итоге соглашается. А вот Ноксу палящее солнце не страшно- он и так смуглый, от того, что часто летает.

Повозка катится дальше и Карима замечает пучок белых цветов, проросших между камней. Она удивляется, что подснежники растут в горах и летом, а Ноксис объясняет, что это не подснежники, а эдельвейсы. Он, не останавливая тележки, на ходу срывает цветок и протягивает его Кариме. Девушка рассматривает цветок и выносит вердикт:

- Фу, - она пробует понюхать его. Запах едва уловимый, ничем не примечательный, - он даже не красивый.

- Ну, это символ счастья и любви. Для ворона достать этот цветок не составит труда, но если человек лезет в горы для того, чтобы раздобыть его своей даме сердца, это говорит о храбрости и самоотверженности...

- Это говорит о глупости. В горы за цветами... что за бред? Лепестки у этого эдельвейса кривые, а серединка похожа на кладку яиц, которую отложило какое-то мерзкое насекомое. Или на желток. И что в нем особенного?

- А ты приглядись. Видишь ворс на цветке? Это отличает его от других растений.

Девушка пригляделась- и правда, лепестки цветка обрамляла войлочная опушка, будто шуба красну девицу. Карима подумала, что может так цветок спасается от холода.

Когда спуск закончился, солнце уже было совершенно в другой стороне небосвода, хоть и до заката оставалось далеко. Карима прикинула, что спуск и подъем заняли около пяти часов. Она обернулась, чтобы посмотреть на тропу со стороны, и не увидела ее - лишь горы. Ноксис пояснил, что тропа сделана так, что со стороны даже пройдя очень близко невозможно было ее заметить. Нужно знать особые приметы, чтобы по ним отыскать заветную дорожку, и Нокс охотно их называет Кариме, но она все равно не запоминает, да и надо ли ей? Она не уверена, хочет ли вернуться в Танай. Правда теперь, когда она знает о том, что Нокса накажут, если тот вернется без нее, ей становится совестно думать о побеге. А ведь он так и не сказал об условиях, на которые согласился. Что бы это могло значить? Может, Ирис все выдумала чтобы Карима почувствовала вину и уж точно не вздумала подставлять наивного парня? Или же он не хотел, чтобы бремя чужой ответственности давило на нее? Остаться или уйти? Ноксис, конечно, хороший, но не о таком муже Карима мечтала... А о каком мечтала? И осуществима ли мечта?

- Нокс...- тихо зовет Карима.

- Что?

- Нооокс, - ей скучно молчать, но она не знает, о чем бы еще поговорить, - а как я попала в Танай? Я совсем не помню, как ты меня украл.

Ворон рассказывает все в красках. Рима удивлена, возмущена и поражена простотой плана. Но больше всего ее разозлило предательство подруги.

- Вот же стерва! - совершенно неприлично ругается она. - Меня... за какие-то бусики...

- И клипсы, - подливает масла в огонь Нокс. Кажется, ему весело наблюдать за этой стороной невесты.

Едут сквозь заросли, дороги нет и в помине, что не удивительно, ведь и протоптать эту дорогу некому, однако ж, Ноксис опускает поводья и предоставляет тройке полную свободу действия. И вот чудо, кони сами выбирают куда идти, действуют слаженно, как команда, воз тянется следом мягко, почти без тряски. Темнеет, а они все продолжают путь, чтобы быстрее добраться до пункта назначения. Карима не замечает, как проваливается в сон и голова ее падает на плечо Нокса. Он не против, но она быстро просыпается и снова садится прямо. Она благодарна жениху за то, что он не предлагает остановиться на ночлег и продолжает путь. И все же, за пару часов до рассвета они вынуждены остановиться, чтобы дать лошадям отдохнуть и поесть. Карима дремлет, а когда просыпается, обнаруживает, что тройка уже вынесла их на хорошую объезженную дорогу, а Ноксис накинул плотный плащ, несмотря на жару. Именно таким девушка его запомнила в первую их встречу. Она не стала спрашивать, зачем ему плащ, так как сама поняла- теперь, когда они выехали на дорогу, риск встретить людей вырос в разы. Горы все маячили позади... Какие же они высокие, если до сих пор не исчезли из вида?

А цветок она не выкинула. Почему-то стало жалко белый волосатый безобразный подснежник.

К полудню снова останавливаются, и пока Нокс распрягает лошадей, Карима бродит по поляне, собирает цикламены и маки для венка. Венок получается ярким и очень ей к лицу, она вплетает в него эдельвейс, и он своей скромной простотой только дополняет украшение. Девушка спускается к узкому ручейку, ниже по течению Нокс умывается, наслаждаясь журчащей водицей.

Карима кладет венок на воду, течение подхватывает его и увлекает за собой, но не далеко- Нокс, замечает его и протягивает руку, ловит. Он подходит к девушке и возвращает венок:

- Ты обронила, - по его мокрым прядям на лицо стекают капельки воды, и он откидывает волосы назад, обнажая высокий задумчивый лоб. Лоб хмурится, и хочется провести по нему пальцами, разгладить морщинки, но Карима думает, что с ума сошла, раз в ее голове зародились такие мысли. Она забирает венок со словами:

- Нокс, ну кто тебя просил? Я вот его специально в воду кинула.

- Ну тогда ладно, - ворон пожал плечами. Чем бы женщина ни тешилась, лишь бы молчала.

Продолжили путь. Ноксис прекрасно понимал желание Каримы побыстрее оказаться дома, поэтому не делал остановок более длительных, чем требовалось для отдыха лошадей. За что она ему была безмерно благодарна. В пути провели еще два дня. Пара уже устала питаться вяленым мясом и черствым хлебом, да и лошадям явно было не достаточно тех считанных часов отдыха, чтобы поесть и поспать. К счастью, кони не могли пожаловаться.

Парочка развлекала друг друга беседой, говорили о мелочах, но почему-то становилось радостно, когда их взгляды на эти мелочи совпадали: - "Я тоже не люблю шпинат", или " Ой, и мне не нравилась арифметика!"

А иногда ехали в молчании, но оно не казалось неловким. Скорее уж, каждый думал о своем и казалось, что собеседник размышляет о том же.

Нетерпение девушки усилилось, когда она начала примечать знакомые места. Мелкий безымянный ручеек, три сосны, сросшиеся в одну, наконец, такое родное озеро, куда девки ходили купаться и белье полоскать. Осталось совсем немного...

- Ноксис, а куда ты пойдешь, когда меня в деревне оставишь?

- Думаю вернуться домой. Через десять дней вылечу за тобой.

- А ты не хочешь у меня погостить? - Неожиданно предложила девушка.

- Что? - Ноксис выронил поводья, - Карима, разве ты не поняла, что люди не должны меня видеть?

- Поняла. Только вот знаешь, меня так просто родители не отпустят обратно. А если я убегу- снова будут волноваться, я этого не могу допустить.

Ноксис вздохнул. Это явно стоило обсудить раньше.

- Я без папенькиного благословения под венец не пойду! - Карима прикинула, что ворон точно не согласится на такое и она со спокойной душой сможет остаться дома. - Так что если хочешь на мне жениться- таково мое условие. Родители должны знать, с кем я и где.

- Хорошо, я согласен на это.

Что? Он в самом деле покажется людям, чтобы жениться на ней? Нарушит правила? Но Карима была уверена, что он откажется!

- И что мне теперь делать? - Нокс подобрал поводья.

- Можешь хоть так, в плаще прийти. Только покажись.

- Если я не понравлюсь твоим родителям- опять украду.

- Не опять, а снова, - поправила Карима. Ну вот, теперь не отвертеться.

- В любом случае украду.

Порешили на том, что сегодня девушка возвращается домой и морально подготавливает родителей к приходу "зятя", а завтра, после заката Ноксис заглянет совсем на чуть-чуть.

В деревню девушка ворвалась после заката. Она подгоняла лошадей стоя на козлах, не страшась упасть. Редкие прохожие расступались перед лихой тройкой и Карима беспрепятственно подъехала к дому. Залаяли псы- они не узнали хозяйку. От лая собак всполошился старый привратник, он же дворецкий, он же конюх, он же дворник в одном лице. Семья Каримы пусть была знатна, но не богата и обходилась минимальным штатом прислуги. Из одного человека.

- Кого там принесла нелегкая? - собаки, ободренные появлением сторожа, залаяли еще яростнее.

- Лука, это я, открывай ворота! - крикнула Карима. Псы узнали ее голос, и залаяли более звонко, заскулили, заплакали своими собачьими голосами. Скучали.

Лука вышел со двора в одной рубахе, простоволосый, держа перед собой керосиновую лампу. Как увидел Кариму- глаза на лоб полезли.

- Барышня... - привратник перекрестился и подошел к девушке. - Вы ли это?

- Я, я, - заверила Карима, - кто же еще?

- Барышня, - на глазах у Луки выступили слезы. Хороший он, добрый. Вырастил Кариму вместо няньки. Она и ему подарок привезла, не забыла,- живехонькая!

Лука не справился с порывом и обнял воспитанницу.

- Туалет у вас какой чудной...- отозвался он об ее наряде.

- Не держи на улице, пусти во двор.

Слуга поспешно распахнул ворота, пропуская Кариму с обозом.

- А вещички ваши куда снести?

- Погоди, сундуки тяжелые, сейчас батюшка выйдет помочь, - девушка приласкала кобелей, которые радостно скакали вокруг нее,- Барон, хороший... Фу. Платье мне порвешь. Сидеть, Гром.

Карима достала из телеги остатки мяса и кинула псам. Они с проглотили угощение не жуя.

Девушка вошла в дом и в нос ударил запах, такой родной, такой знакомый... Каждый дом пахнет по-особому. Но для любого человека милей всего свой, родной.

- Лука, кто это был? - усталый голос матушки. Карима теперь не знает, что сказать. Все приветствия, которые она продумала заранее забылись. И вместо ответа, непутевая дочь просто идет на голос матери(он звучит из спальни). Матушка сидит за туалетным столиком спиной к двери и расчесывает волосы гребнем- ко сну готовится. Карима замирает на пороге, и ее отражение застывает в зеркале. Гребень выпадает из ослабевших пальцев и звонко ударяется о стол. Женщина осторожно прикасается к отражению, словно боится что видение исчезнет. Видение же заговорило голосом блудной дочери:

- Здравствуй.

Уставшее и какое-то постаревшее лицо матери в миг преобразилось. Она обернулась и ответила:

- Здравствуй.

Не будет слез, как и не будет восторга. Что пережила семья Дубовых за то время, что отсутствовала их дочь, трудно передать словами, и понять их смогли бы лишь те, кто сам побывал в подобной ситуации. Чувства в груди матери не поддавались описанию, от того все слова казались лживыми, не достаточно точными. В день, когда дочь не вернулась домой они думали, что она загулялась - с кем не бывает. Затем решили, что она обнаглела, и отправились на поиски. Тут началось самое интересное- последней Кариму видела Нова, которая утверждает, что рассталась с ней аккурат тем же вечером. Нет, ничего подозрительного, да, сразу ушла домой и больше ее не видела

После разговора с Новой за поиски девушки взялись всерьез, искали все знакомые и крестьяне. Выяснилось что хозяин постоялого двора видел человека, который расспрашивал про барышню и даже щедро заплатил за информацию. Как не запомнить такого странного посетителя? На лицо очень приятный юноша, но примечательным в его внешности был выдающийся горб. На утро пошли к озеру- думали, всплывет тело. Не всплыло. А потом какой-то клеветник высказал свое предположение: "Так она с гусаром сбегла".

За безосновательное оскорбление сестры Карим долго бил наговорщика, но в сердца родителей закралось подозрение- а ну как и вправду влюбилась да сбежала? А гусар, или так мужчина какой, наиграется и оставит одну, да и не дай Бог обрюхатит. А она принесет в подоле ляльку и жизнь свою порушит. После такого, чай замуж не выйдешь. Но она ничего с собой не прихватила, да и записки не оставила... Может в лесу потерялась, или душегуб в деревне объявился?

Пропала девка, а ведь хорошая была. Кроткого нрава и неземного обаяния. Непосредственна и честна. Иногда даже слишком честна. Пропала без следа.

И вот, стоит на пороге, смотрит карими глазищами, пропажа. И не похожа она ни на утопленницу, на жертву насилия.

Хлопнула входная дверь, потянуло сквозняком. По тяжелым шагам женщины узнали отца семейства.

- Андрей, - обратилась мать к супругу, который уже стоял за спиной у Каримы, - Карима вернулась.

- Слышал, Лука сказал, - Андрей смерил дочь строгим взглядом, - где была?

Он поглаживал бороду, что делал, когда пребывал в прескверном настроении. По его виду вообще нельзя было сказать, рад ли он. Это так расстроило Кариму, что она расплакалась и кинулась обнимать отца.

- Папенька, что ж ты, не рад видеть меня? - девушка ожидала, что ей обрадуются, а на деле ее ожидал холодный прием. - Что же я, зря так спешила?

- Ну, полноте, - родительское сердце оттаяло, и Андрей погладил дочь по голове. Конечно, выглядело так, будто он не так уж и рад ее видеть, но на самом деле он был очень сдержанным человеком, и близкие люди знали об этом.

В этот момент до матери будто только дошла суть происходящего, и она разразилось слезами и крепко обняла обоих: мужа и дочь.

- Ну все, бабы, хватит сырость разводить. Живая и ладно.

- Где ты, голубка моя, пропадала? Не обидел ли тебя кто? - вопрошала мать.

- И за чем заслужила таких добрых коней и упряжку? Честно отвечай, я же вижу что вещи дорогие, - посуровел отец.

- Давайте присядем, поговорим. Я все по порядку расскажу.

Устроились с матерью на кровати, Карима положила ей голову на колени, а отец занял место возле туалетного столика. Он нелепо смотрелся в этом уголке женской красоты, такой матерый и сильный. Казалось, изящный белый стул не выдержит тяжесть его тела.

Девушка думала, как бы рассказать свою историю таким образом, чтобы не сильно шокировать родителей.

- Сразу скажу что все у меня хорошо и никто меня не обижал. И хотя произошедшее со мной имело место быть без моего согласия, я не стану отрицать...

- По делу говори, - вот так всегда, отца интересовали исключительно факты, а чье-то субъективное мнение не в счет.

- Знаете, я замуж выхожу, и этот мой визит к вам- не навсегда, а где-то на неделю. Это как бы подарок мне от жениха. Вот.

Матушка всхлипнула. Ее рука, до этого гладившая дочь по голове, замерла. Кариме показалось, что сейчас отец отстегнет ремень и начнет ее лупить, но он только кивнул, мол, продолжай. Похоже, он решил сначала выслушать историю до конца, а потом делать выводы.

- Я не знаю, как объяснить...- Карима застопорилась на месте, где должна была рассказать о Ноксе.

- Объясни как есть, - отец снова поглаживает бороду.

- Знаете, есть такие народы, которые живут далеко-далеко. Обычаи у них престранные, сама все никак не свыкнусь. У них принято девушек воровать, вот. Я, конечно, против, и даже жениха до этого не знала. Только разве он озаботился моего мнения испросить? Не помню как он меня выкрал, проснулась я уже в его доме.

- Кошмар! - воскликнула мать, - Это у кого ж так принято?

- Варварство.

- Там уже собралась родня. Знакомство и все дела... Я убежать пробовала, вот только далеко это, аж за горами...

Дубовы разом принялись представлять, где могут находиться ближайшие горы... Через пол страны.

- И то, что я здесь, с вами разговариваю это большая удача- девушки, которые попадают в Танай больше не возвращаются.

"Что я несу? - запоздало подумала Карима, - Эдак они подумают, что я попала в страшную переделку".

Так и случилось. Мать ужаснулась, заохала, сказала, что больше дочь из дома не выпустит. Отец же попросил продолжать.

- Мой жених, пусть и дурак знатный, но очень добрый. Он пошел против всех, чтобы добиться для меня отпуска. Это не по правилам, но он вошел в мое положение, понимаете?

- А чего твой жених сам не явился?

- Понимаешь, - начала издалека девушка, - он слишком отличается... Не такой как мы.

- Другой расы? - предположила мать. Красивое платье незнакомого кроя только подтвердило догадки женщины, что ее дочь связалась с представителем чужого народа.

- Да, - матушкино предположение было близко к истине, поэтому Карима решила согласиться.

- Тогда я не стану возражать против брака. У меня нет предубеждений к другим людям из за их родины или цвета кожи. Главное, чтобы человечину не ели... - матушка сама была чужестранкой, поэтому и звали ее странно, не по- нашенски. Зарьяна.

Девушка рассмеялась. Едва ли можно представить ворона, уплетающего человека за обе щеки.

- Не гони коней, - сурово возразил батюшка, - столько лет берегли, и отдать за кого попало? Лучше в монастырь.

По лицам женщин читалось - уж лучше за кого попало. Зачем лишать бедняжку женского счастья? Все замуж выходят, и богатые, и страшненькие. А чем Карима хуже?

- Матушка, батенька, - Карима приподнялась и взяла мать за руки, - может статься, что он завтра после заката наведается к нам. Я просила его, чтобы пришел, но он очень... стеснительный.

Это послужит хорошим объяснением, если Ноксис не явится.

- Нам робких не надобно, - снова принялся поглаживать бороду Андрей.

- Отец! Сначала посмотришь на него, а потом будешь решать. У них вообще не принято с семьей невесты знакомиться, но я так и знала, что ты будешь против... И вообще, - девушка перекинула смоляную косу через плечо, сама не понимая, чего это вдруг она стала заступаться за ворона, - он вам подарки передал. Идем смотреть.

Дочка бодро вскочила с кровати и поманила за собой родителей. Отец, явившийся с улицы уже видел тройку с грузом, а вот матушка охала и ахала, не зная с какой стороны подойти к гордым скакунам. Кони были чернее ночи, били копытами, фыркали и махали хвостами. Столько дней провели в пути, а теперь снова готовы сорваться с места. Невероятная выносливость!

- Таких жеребцов я в последний раз видела только у султана! У этих, правда, не такие тонкие ноги, но чувствуется порода, кровь!

Андрею тоже жеребцы понравились, он по достоинству оценил их красоту и норов, но не высказал своего восторга вслух. Только подумал, что за таких коней дадут несколько тысяч золотых, да и повозка не простая, резная, с крытым кузовом. Видать, не простолюдин этот жених.

Отец с Лукой перенесли сундуки в дом, при чем привратник, он же дворецкий, он же конюх, он же дворник в одном лице с неудовольствием заметил, что внутри, верно, кирпичи. На подарки реагировали по разному- матушка захлебывалась от восторга, батюшка придирчиво оглядывал, будто оценивая щедрость будущего зятя, а Лука стеснительно мялся в стороне.

- Маменька, смотри какой платок, это тебе, - Карима достала пуховый платок-паутинку из ларца, и накинула матери на плечи,- почти невесомый. А мягкий какой, потрогай! Такие умеют делать только танайские мастерицы.

Карима открыла следующий ларец и вручила матушке шелка и золоченые нити. А еще набор серебряных игл и серебряный же наперсток, ароматные масла и нефритовый гребень. Девушка опустошала сундук за сундуком, наконец, добралась до драгоценностей. Она откинула крышку очередного ларчика и Зарьяна, пораженная блеском камней охнула. Таких украшений ей не доводилось видеть, даже, когда она жила на своей богатой Родине.

- Вот это красота! - воскликнула матушка и принялась примерять безделушки.

- Ерунда, - махнула рукой Карима, как на какой-нибудь пустяк. Не то чтобы она утратила интерес к побрякушкам, скорее, она с ними наигралась уже. К тому же Ноксис заверил, что для него не составит труда принести еще. В следствие чего, девушка охладела к драгоценным металлам. Так уж устроен человек- он не хочет то, что может заполучить без труда, - лучше глянь, какая посуда. Это Ноксис делал.

Девушка открыла сундук ковшами для вина. Она достала один, самый большой и подала отцу.

- Ноксис, это твой жених? - Рима утвердительно кивнула. - Чудаковатое имя, не нашенское.

Карима насупилась. Она и сама знает, что имя у него не фонтан, вот только человек, назвавший детей Карима и Карим не имеет права порицать другие имена. Ведь в деревне Рима была что белая ворона среди всяких Марусь и Дуняш. Да и Ноксу ее имя не нравится. Говорит- смешное, не подходит такой девушке. Конечно, куда ей до всяких Марис, Ирис и Ларис!

- Недурно, весьма недурно, - батюшка вертел ковш и так, и эдак, но его придирчивый глаз не находил изъянов. Он рассмотрел и другие ковши, поменьше. Внешне они повторяли форму своего большего собрата, и были так же совершенно исполнены в форме лебедя. Казалось, поставь на воду- поплывет.

- Что ж, - заключил отец, - руки у него растут из нужного места.

Можно было считать, что отец, скупой на похвалы, отвесил Ноксу самый богатый комплимент, который только можно было от него заслужить. Карима засияла. Она всегда любила, когда одобряют то, что нравится ей. Девушка показала еще тарелки, ложки, вилки, кубки работы Нокса.

- А он, - поинтересовалась матушка, - резчик по дереву?

- Ты что, - возмутилась Карима, - сплюнь. Он самый талантливый мастер, и не надо его так унижать! Резчик, тьфу.

Зарьяна ничегошеньки не поняла, но спорить не стала. Какая разница, как величать зятя, коль он дорогие подарки присылает?

Девушка отворила самый большой сундук, откуда извлекла тяжелую соболиную шубу и щегольские сапоги, натертые до блеска.

- Не думай, мой дорогой Лука, что я забыла о тебе, - привратник, он же дворецкий, он же конюх, он же дворник в одном лице незаметно стоял в углу и наблюдал за семейной идиллией. Он даже не надеялся, что найдется и для него гостинец, но страдал от любопытства- что же такого привезла барышня из далеких далей.

- Ты до самой зимы в лаптях ходишь, валенки свои бережешь. Вот, будут тебе сапоги, а вот- шуба.

Лука недоверчиво переспросил:

- Мне?

- Тебе, тебе. -заверила Рима.

И привратник, он же дворецкий, он же конюх, он же дворник в одном лице робко принял дары и тут же стал примерять их.

- Эдак я буду совсем как барин, - обратился он к своему отражению, которое глядело на него с новых сапог. И до земли раскланявшись, отблагодарил Кариму. Шубы у него отродясь не было.

Когда пришел черед батюшки, Карима одарила его самоцветами. Он, пусть и не питал слабость к камням, все-таки понимал, что это актив постоянно растущий в цене, а посему в хозяйстве нужный. А еще отцу досталась красивая шелковая рубаха, расшитая узором, изображающим виноградную лозу. Она была черного цвета, но золотая вышивка у воротника придавала ей вид нарядный, если не торжественный.

- Матушка Нокса вышивала...

Умение вышивать вызывало у Каримы искреннее восхищение. Ее мать не занималась рукоделием, у нее на Родине женщины четко разделяли между собой обязанности. Кто стряпает, кто рукоделием занимается, а кто просто красавица. Повезло Зарьяне с внешностью. Ее, дочь небогатого наиба с детства обучали музыке и пению, стихосложению и наукам, хотели подарить или продать великому человеку, а вышло, что она стала женой мелкопоместного иноземного дворянина.

- Не дурно, - отец поцокал языком, - такое только по большим праздникам в церковь надевать.

- Те кони, на которых я приехала, тоже для тебя, папа. Только я тебе двух оставлю, а одного Кариму подарю, ему всегда такого хотелось.

Подарки для семьи закончились, и ларцы отложили за печь, но вечер продолжался, и воссоединенные родственники еще долго болтали о том о сем. Отправились спать далеко за полночь. Карима, понимая, что это ее последняя неделя дома, не пожелала оставаться одна и уснула в одной постели с матерью.

На следующее утро пришел Карим. От Луки он узнал, что сестра благополучно вернулась домой, но увы не надолго. Он не стал дожидаться, пока она проснется, и ворвался в комнату. И правда, вот она, жива- здорова, спит сном младенца и не шелохнется. Старший брат подошел к окну и раскрыл шторы, солнечные лучи падали как раз на лицо девушки, а она только перевернулась на другой бок и дальше сопит. Тогда он подошел к Кариме и потряс ее за плечи, мол, хватит спать, солнце уже в зените. Девушка открыла заспанные глаза, непонимание в ее взгляде сменилось радостью:

- Карим! - она заключила брата в крепкие объятия. - Я так скучала!

- И я, - он насилу выбрался из цепких лапок сестрицы, - рассказывай, куда угодила и что с тобой приключилось.

И Карима рассказала все, без утайки. Почти все. Она прекрасно понимала, что есть вещи, которые брату знать не обязательно.

- Мне многое не понятно, - заключил Карим после того, как выслушал сестру, - но я готов это принять. Потому что кажется, твой жених не плохой человек. Но я не уверен, смогу ли отпустить тебя, зная, что ты больше не вернешься. Да и честно, ситуация мне кажется подозрительной... Ты точно этого хочешь?

В том-то и дело, что нет. Но придется.

А потом Карима передала брату подарки от Нокса, и тот немного засомневался: может, зря подозревал порядочного человека. Вон и выкуп прислал, все как положено. Самоцветы были очень кстати молодому семьянину, а гладкий шелк порадует сердце молодой супруги. А когда Карим увидел жеребца, ему показалось, что у него появился новый друг, не иначе. Конь будто тоже почувствовал, что перед ним хозяин и спешил понравиться ему: фыркал, бил копытом, нетерпеливо переминался с ноги на ногу. В общем, всем своим поведением давал понять, что хоть сейчас готов к скачке.

Тут Карима заметила, что во дворе никого нету, и немедля поинтересовалась у брата, куда все подевались. Брат отвечал, что уже во всю хлеб убирают, и родители давно в поле. Девушка поспешила к ним присоединиться. Ей с детства нравилась жатва, тогда она сидела в люльке и наблюдала за взрослыми в поле, а потом ей разрешили присоединиться, дали серп, показали, что надо делать. Не тяжелая работа, но монотонная. Благо, крестьяне помогали, вот и получалось весь хлеб за день-другой убрать.

Когда Карима пришла на поле, сельчане кинулись радостно ее привечать. Как же хорошо, что барышня вернулась! Были и злые языки, которые стояли себе в сторонке и поговаривали, что мол, нашла девка себе приключение, а теперь с позором домой воротилась. Вот будет стыд, коли незамужняя родит! Все эти шепотки за спиной девушка слышала, но не спешила обращать на них внимание. Ведь известно - каждый озабочен тем, что ему ближе по духу.

Работа спорилась, за увлекательным разговором время шло быстрее обычного, и вот уж вечер. Когда последний сноп был собран, Карима взглянула на небо- солнце клонилось к закату, а значит, близилось время, когда жених должен был почтить ее своим визитом. Девушка подошла к матери, которая уже складывала свой инвентарь и многозначительно сказала:

- Ты же помнишь, о чем я вчера говорила? - мать кивнула в ответ. Она помнила, как же не помнить?

К приходу жениха готовились основательно, прибрали в доме, приготовили знатный ужин. Матушка надела свое самое красивое убранство, украсила себя височными кольцами, дарованными зятем. Батюшка тоже приоделся, а еще дубину достал. Мало ли...

Карима же просто достала из сундука первый попавшийся сарафан, переплела косу, уложила ее короной и вышла навстречу жениху. Он ждал ее в условленном месте. В этом нелепом плаще он и правда был похож на ужасного горбуна, и пусть среди людей в таком виде он привлекал внимание, зато казался человеком. А это уже не подозрительно.

- Я боялась, что ты не придешь, - она взяла жениха за руку и потянула за собой, будто боясь, что он развернется и уйдет.

- Пусть я здесь, но до сих пор сомневаюсь, стоит ли...

- Поздно - воскликнула Карима, - родители мои ждут уже. И если ты хочешь знать, батюшка и так от тебя не в восторге, после того как ты меня украл, а если ты еще и не явишься меня выпорют и отправят в монастырь. Знаешь, как ты мне репутацию попортил?

Как хорошо что стемнело, иначе увидели бы Кариму в компании мужчины в такой час, и точно ославили бы на всю деревню.

- Почему ты заботишься о своей репутации, если тебя здесь уже через неделю не будет.

- Меня не будет, зато будут мама, папа и Карим. Не хочу, чтобы моя "слава" бросала тень на доброе имя семьи.

Ноксис задумался, а потом как можно более доходчиво аргументировал свою точку зрения:

- Ты ведь понимаешь, что вороны не просто так прячутся? Если бы все стучали в дверь к родителям невесты и спрашивали их благословения, то о нас бы уже вся планета знала!

- Нокс, - Карима уперла руки в боки, - тогда почему ты еще не улетел?

Действительно, если бы он был настроен решительно и сразу сказал " нет", то не шел бы сейчас в дом Дубовых.

- Почему мы не можем просто пожениться, и все?

- Потому что я не люблю тебя, - честно ответила девушка, но Нокс и до этого знал, что она не испытывает к нему ничего. Вот если бы она была влюблена без памяти, то конечно, могла потерять голову и согласиться на все... Но нет, она порядочная и родительское слово для нее- закон.

- Я тоже тебя не люблю, - признался Нокс.

- Не поняла, - разочаровалась Карима. Даже не разочаровалась - возмутилась! Мужчины всех мастей боролись за одну ее улыбку, а этот заявляет, что не любит, - а почему тогда ты меня украл?

- То что я чувствую - не любовь, а скорее, влечение, - ну что ж, зато честно, - пойми, что характер у тебя не сахар, и если бы не твое тело и лицо, я не стал бы терпеть твои выходки. Но имей в виду, что и у моего терпения есть конец.

Смотрите, как он заговорил! Вот это уже повод обидеться. Обычно неразговорчивый и деликатный Ноксис вдруг решил выложить все на чистоту. И это похвально, Карима очень ценила прямоту в людях, но почему- то ей хотелось сейчас, чтоб именно Ноксис был в нее влюблен, ей ведь с ним еще жить. Девушка хотела ему возразить, или высмеять его, но он так спокойно произнес те слова, и в них она услышала скрытую силу. Она закусила губу от обиды и подумала: " Я еще покажу тебе свой характер!"

- Тем более мне нужно батюшкино одобрение. Не только у воронов есть традиции.

И ведь пошел за ней, и вошел в ее двор, хоть и знал, что если об этом на Танае кто прознает, его объявят преступником, не иначе. "Возможно, эта женщина уже имеет надо мной власть, раз я делаю все, что она велит". - подумал ворон.

- Смелее, прислуга спит, тебя не увидят!

Залаяли собаки, учуяв чужого. Действительно, чего это Лука спит, когда на их территорию вторгаются всякие проходимцы? Подъем!

- Барон, Гром, фу! - Карима попыталась успокоить собак. - Свои!

И вот что удивительно, псы, которые терпеть не могут посторонних вдруг успокоились, завиляли хвостами. Неужели признали Нокса? А он подошел к песикам и погладил каждого по голове:

- Хороший, и ты хороший. Я люблю собак, - объяснил жених, - и они отвечают мне взаимностью.

- Я вижу, - покосилась Карима на Нокса. Псы уже вовсю ластились к нему, как милые щенки.

- Пошли в дом, вон матушка в окно уж выглядывает...

Карима перекрестилась и перешагнула порог. Родители уже стояли в холе с хлебом и солью. Девушка поманила Нокса подбадривая, а он зашел уверенно, будто минуту назад не сомневался, поклонился до земли, совсем как у людей принято. Копье оставил у порога, в знак своих добрых намерений. Отец хмурился, и неудивительно. Он-то видел не крылья, а огромный горб, сокрытый плащом. Гнать его, пока не поздно. А если обесчестил уже? Прибить? Дубина готова, только руку протяни... И ведь сватались за дочь здоровые мужчины, даром что не знатные, да где сейчас благородных сыщешь? Нужно было отдавать за купца, пока просил. Он, пусть и не дворянин, зато всяко здоровее был... Матушка, если и испытывала неприязнь, то умело скрывала ее за маской гостеприимства. Пока родители рассматривали жениха, Рима закрыла дверь на засов, затем задернула шторы. И Ноксис ничего не говоря, скинул плащ. Зарьяна так и замерла с подносом, открыв рот от удивления, а батюшка вздохнул с облегчением.

Этим жестом Ноксис наиболее красноречиво ответил на все вопросы, мучавшие родителей невесты. А они и правда все поняли, и даже не стали спрашивать: почему сам не явился с выкупом, почему украл? Просто все сразу стало понятно, только непривычно слегка, чай, не каждый день крылатых людей видят.

Матушка опомнилась, поднесла хлеб с солью, Ноксис с благодарностью принял. Представился, и родители представились в ответ.

Затем мужчины прошли в отдельную комнату- так было положено. Считалось, что женщины мало что понимают в серьезных делах и в мужские разговоры им лучше не лезть. А в это время матушка с Каримой перешептывались на кухне:

- Ты чего сразу не сказала, что у тебя жених нелюдь?

- А разве ты бы поверила?

- Ну верят же люди в женщину, которая понесла от духа, будучи невинной! Вот только ее никто не видел. А мальчик этот настоящий, прямо в той комнате. Хочешь- смотри, хочешь трогай.

- Матушка, не богохульствуй! - все-таки Зарьяна была по-восточному честна. Она всегда говорила что думает, а ее радость или печаль отражались в ее лице как в зеркале. И страстям она отдавалась всецело: в гневе она метала ножи и била посуду, в радости она заражала своим весельем других. Может, она была излишне эмоциональна, но никто не мог упрекнуть ее в лукавстве или лицемерии. А сейчас она просто светилась от восторга- зять ей явно нравился, хотя буквально пару мгновений назад она относилась к нему настороженно.

Ноксис с батюшкой уж больно задерживались, и женщины начали опасаться: уж не пришибли ли они друг друга? О чем они говорили осталось загадкой для Каримы и Зарьяны, вот только когда мужчины вышли из кабинета по их лицам стало понятно- договорились.

Родители дали благословение на брак. А потом было застолье, и длилось оно всю ночь. Спать не спешили, знали- что это в первый и последний раз, когда они видят зятя. Нокс узнал много нового из детства нареченной, причем сама она была против этого, но матушка и батюшка продолжали сыпать подробностями, которые Карима предпочла бы забыть.

Когда тусклый свет стал пробиваться сквозь занавески, Нокс покинул невестин дом. Она проводила его до границы деревни. В общем- то девушка не собиралась так далеко провожать, но сама не заметила, как ноги понесли ее вслед за ним.

- О чем вы говорили с батюшкой? - поинтересовалась она.

- Обо мне и тебе, - туманно ответил Нокс.

- А по конкретнее?

- Женщине не зачем лезть в мужские дела.

- И ты туда же! - топнула ногой девушка. Все-таки мужчины недооценивают женщин.

- Кстати, - добавила она, - ты чувствовал себя достаточно уверенно. Я думала ,что растеряешься при людях, а ты как рыба в воде. Даже понимал, что делать и когда, и говорил то, что нужно.

- Я уже жил с людьми и знаю, как у них все заведено.

- Правда? - удивилась девушка, - ты никогда не рассказывал... Мне казалось, вороны не показываются людям.

- У меня тогда не было крыльев и я долгое время гостил у дяди. Он взял меня к себе пажем.

- Хм, - погладила подбородок Карима, совсем как ее отец, - если ты гостил у дяди, и служил ему, то он безусловно, знал о твоем происхождении. А значит вся эта секретность- настоящий фарс.

- Все совсем не так. Ты правильно поняла, что есть персоны, которые знают о нашем существовании, но это необходимость, а не блажь. Есть узкий круг высокопоставленных лиц, с которыми мы сотрудничаем, предоставляем им некоторые...услуги, а они взамен информацию и технологии. Или ты думаешь, что можно выжить, находясь в полной изоляции?

- Да, в этом есть резон. А твой дядя, наверное знатный человек, раз ты у него служил пажем.

- И оруженосцем. А потом меня посвятили в рыцари.

- Святые небеса, кто ж твой дядя?

- Эвен Морена, король этой благодатной страны.

И тут в Карима вспомнила первый день в доме Нокса, вереницу лиц, и, наконец, его мать. Ксеномия Морена. Почему она сразу не обратила внимание? Подумала, что однофамилица. Мало таких, что ли...

- Карима, радость моя, - обратился Нокс к невесте, - у нас еще будет время об этом поговорить, но мне нужно вылетать - скоро рассветет.

- Почему бы тебе не остаться у нас? Мама не против, ты мог бы на правах жениха...

Девушке, конечно, не нравилось, что теперь отступать некуда, но хотя бы то, что Ноксис умудрился понравиться родителям говорило о многом.

- Твой отец уже предлагал мне, но я не хочу сидеть взаперти.

- А ты выходи на улицу в плаще. У тебя хорошо получается прикидываться...

- Я и так привлек слишком много внимания и не хочу больше рисковать. В большом городе на горбуна никто не обращает внимания, но здесь, в деревне, где все свои, это слишком опасно.

Карима все поняла- нельзя запереть его в доме, как пленника, и отпускать рисково. Так что пущай летит себе на все четыре стороны... а потом за ней воротится.

- У тебя замечательные родители, передай им мое нижайшее почтение. Я приду. Буду ждать тебя после заката на девятый день там же, где впервые повстречал тебя.

И после этих слов он сделал жест, которого Карима, при всей своей красоте никогда не удостаивалась - поцеловал ей руку. Она едва успела осмыслить происходящее, как он уже отпустил дрожащие пальчики и взмыл в небо. Значит, всего лишь вежливость по-человечески.

8.

Девушка воротилась домой и еще долго не могла уснуть, а когда сон, наконец, сморил ее, солнце уже встало. Как и вчера, никто не спешил ее будить.

Карима уже будто чувствовала, что в родном доме она скорее гость, чем хозяйка. И это жилище, знавшее ее с самого рождения, будто намекало- ты здесь больше не своя. Намекало ложками, которые лежат более не в привычном для нее месте, а в комоде, куда матушке вздумалось их переложить. Намекало новыми занавесками на кухне, которые страсть как не нравились девушке. Старые, хоть и были в ужасном состоянии, а все ж привычнее. Намекало часами, которые, наконец, отремонтировал часовщик, и теперь они даже раздражали тиканьем своих стрелок. Карима слышала их даже за закрытой дверью самой дальней комнаты, что очень мешало сосредоточиться. Эти и другие мелочи в совокупности произвели на нее такой эффект, что чем больше она замечала изменений, тем более чужим казался дом.

Нет, это не дом становился чужим. Это она теперь чужая для него. Наверное, это именно то, что называют взрослением. Пора уходить, но не хочется прощаться.

- Рима, ты уже встала? - голос матери.

- Почти, - девушка потянулась. Подниматься с кровати не хотелось. Сейчас ее тюфяк, набитый соломой был милее всех пуховых перин.

- Завтрак на столе, - сообщила Зарьяна, - идешь на ярмарку?

- Ярмарку? - переспросила дочь.

- Ну да. Хлеб давно убрали, мы были последними. Ты как раз на обжинки приехала!

Вот здорово... Только она совсем потеряла счет времени, и как-то не думала, что ее возвращение придется на уборку хлеба.

- Если успеешь к полудню, то пойдешь с братом- он обещал зайти.

С братом она ходить любила. Когда они были детьми, отец давал по медяку каждому из своих детей. Тогда Карима тратилась на какую-то безделицу и расстраивалась, что ей не хватило на пряник или баранку. А Карим делился- покупал ей заветное угощение, а сам оставался ни с чем. Он и сейчас такой- способен отдать последнее себе в убыток.

- А который сейчас час? - лениво поинтересовалась девушка.

- Одиннадцать, - ответила мать. Девушка резко вскочила. Если она хочет успеть, то придется начать собираться уже сейчас. Она позавтракала, умылась и заплела косу. С удовольствием отметила, что волосы стали еще длиннее, чем когда она замеряла их в прошлый раз. А какие гладкие, блестящие! Коса как у Каримы не нуждалась в лентах и заколках, она сама по себе была украшением.

Что же надеть? Девушка доставала из сундука сарафаны, один за другим, но они не казались достаточно праздничными для ярмарки. Более того, она удивилась - как она могла такое в люди надевать? В поле еще ладно, но не на ожинки!

" К хорошему быстро привыкаешь, - подумала Карима, - мне бы одно из моих танайских платьев..." И ее взгляд упал на то, в котором девушка прибыла домой. Не самое красивое из тех, что у нее были, изрядно помятое от дороги, оно было всяко лучше ее девичьих сарафанов. Девушка очистила его от дорожной пыли и выгладила. Примерила- хороша. Гораздо красивее, чем в этих нелепых сарафанах, которые пузырятся, делая фигуру похожей на снеговика.

В комнату зашла матушка, она восхитилась дочерью и посоветовала ей надеть какое-нибудь украшение.

- Это красиво, но неудобно, - возразила Карима.

- Не в этом дело, - ответила мать, - на ярмарке будут люди, которые успели и похоронить тебя, и оженить с проезжим офицером... Злые языки. Так пусть же видят, что у тебя все идет хорошо. Пусть завидуют.

Карима хотела не согласиться, но матушка уже протянула ей тонкий ободок с жемчужными слезинками. Пришлось надеть. А ведь хороша, чертовка.

- И эту брошь... - не смотря на изящество форм, украшение показалось девушке слишком уж вычурным. Да и что оно изображало? Виноградную лозу? Как неинтересно. Молодой девушке нужно что-то более утонченное.

- Матушка, я буду слишком выделяться.

- Ты и так выделяешься, слушайся мать.

И вправду, что ей с того? Она не виновата, что родилась красивой, а злые люди пусть завидуют - что им еще остается? В прочем, Карима не была единственной, кто нарядился: Карим и его жена Юлия тоже приоделись к этому случаю.

- Спасибо за подарки, - поблагодарила невестка.

- Не за что, это от Нокса, - отмахнулась Карима.

- Очень любезно с его стороны.

Юлия пришла на ярмарку в украшениях, подаренных свояком. Она, в отличие от Каримы, не воздерживалась от обилия побрякушек и надела их по штуке на каждую конечность, для этого подходящую. Она, простая девушка из мещанской семьи, имела до свадьбы из украшений только атласную ленту, поэтому не знала меры в украшениях. Карим же небрежно натянул на себя свою лучшую рубашку и начистил до блеска сапоги- мужская красота в простоте.

Все вместе они вышли в отличном настроении. Карим под левую руку вел жену, под правую сестру. Рима вдруг пожалела о тех днях, когда ей принадлежал целый брат, а не его половина. И она снова почувствовала себя лишней. Отогнав плохие мысли, она подняла подбородок в верх- все верно, люди устраивают свои жизни и им нет дела до других, пусть бы и до родственников. Через пару лет может и забудут, что была такая Карима Дубова. Но и у нее будет своя жизнь, счастливая, крылатая...

Пришли. Шумная музыка, гадалки, танцовщицы, шатры, скоморохи, коробейники, трубадуры... были даже купцы из других городов. Стон шарманки тонет в шуме толпы, и брат говорит что-то на ухо, не разобрать...

Он покупает спутницам сахарных петушков и они идут дальше. Юлия видит столб и вздыхает: обман, никому не достать приз, который висит слишком высоко...

- Карим достанет, - уверяет Рима. Она уверена в своем брате.

- Да ну, - отмахивается Юлия.

- Он каждый год выигрывает.

В подтверждение слов сестры, он играючи взбирается на столб и сбивает новехонькие сапоги.

- Я же говорила, - Карима торжествует. Гордость переполняет ее. Да, этот удалец- ее брат.

Почудилось, будто на нее кто-то смотрит. Такое липкое, неприятное ощущение... Да мало ли в толпе зевак? Она оглянулась, но среди вереницы лиц не заметила ничего примечательного. Люди как люди и каждый занят собой. Девушка почувствовала толчок в плечо- ну вот, нечего ворон считать, уже и люди толкаются. Она обернулась чтобы попросить прощения, и мужчина, который задел ее, одновременно с ней извинился.

Еще были аттракционы, игры, и конечно, пляски. Кариму не раз приглашали на кадриль молодые люди, и она никому не отказывала - танцевала до упаду. Она хотела нагуляться в волю, но игрища не приносили ей радости, даже утомляли. Она впервые за двадцать лет заметила, какая же пустая это трата времени.

- Карим, я хочу домой...

- Уже? - удивился брат. Ему было явно весело и покидать ярмарку он не хотел. Но все же он отвел девушку домой и вручил родителям.

Мысленно Рима побранила себя за капризность.

Предчувствие не обмануло Кариму, и помимо взглядов уличных зевак и завистников, она привлекла к себе внимание настолько выдающегося человека, что его появление в этой истории значительно повлияло на развитие событий. Речь идет о Булате Благочинном, сиятельном князе и очень важном человеке при дворе.

Так уж совпало, что через деревню Озерную, где проживала наша героиня, пролегал маршрут их сиятельства от столицы к замку. И случилось князю оказаться в этой деревне аккурат во время ожинок. И увидеть там Кариму.

С ее необычным, но безусловно красивым платьем, с сияющими глазами на прекрасном лице, с плавной походкой и сдержанными движениями у нее не было никаких шансов остаться незамеченной. Булат долго смотрел на девушку, словно завороженный. Он был одет по-походному, поэтому среди селян не выделялся, выглядел, разве что чище чем они. Знаком князь дал понять своим спутникам, чтобы остались позади, а сам направился вперед- прямиком на девушку. Она озиралась по сторонам, когда он специально задел ее плечом:

- Извините, - ее голос низкий, похожий на осенний ветер. Булат вдохнул аромат ее волос... орехи или мед? Возможно молоко... Сама девушка не обратила внимание на более чем посредственного человека, пусть и весьма привлекательного.

Князь извинился одновременно с девушкой. Со стороны было похоже, что он задел ее не преднамеренно. Сам он понятия не имел, зачем он это сделал, вот захотел и сделал- почему нельзя?

Он вернулся ко своим спутникам, которые со стороны выглядели как группа сельских удальцов и взглядом указал на девушку. Они поняли его без слов- в том и заключалась их работа. Этим же вечером один из них( тот, кто раньше другого успел выполнить поручение их сиятельства) уже докладывал своему господину:

- Карима, двадцать лет, дочь Андрея Дубова и Зарьяны... - буквально через пол часа князь был в курсе всех подробностей из жизни девушки.

- Передай ей мое приглашение, - распорядился Булат.

Он знал, что девушку приведут не ранее, чем через час, но уже распорядился, чтобы в шатер принесли свежие фрукты и вино. Мысль о том, что приглашение Карима могла не принять не посетила его- от такой высокой чести не отказывались.

В деревне он остановился потому, что его любимый конь стал прихрамывать, а тут как раз кузнец рядом проживает... Свита прознала про ярмарку и пожелала остаться на день-другой. Сам-то князь парень простой, в деревне вырос и ему не чужды крестьянские забавы. Да и домой его не тянуло.

Особых причин торопиться в замок не было, и князь пошел на уступки своим спутникам. Почему бы и нет? Он слыл добрым и великодушным хозяином и старательно поддерживал эту репутацию. И дернуло же его пойти на эту ярмарку со всеми... А там она, просто красивая женщина, коих великое множество. Не стоило ей попадаться ему на глаза...

И не стоило танцевать. Князь мог забыть лицо, но движения молодого гибкого тела- нет. Тем же вечером, ожидая ее в шатре он понимал, что уже не помнит цвет ее глаз или платья, в котором она была. Очертания лица так же смутно всплывали в памяти- помнилось только общее впечатление. Но каждый раз закрывая глаза Булат отчетливо видел стройный стан, поглощенный огнем танца. Князь плеснул себе в лицо холодной воды, но видение не исчезло.

Зачем ему все это понадобилось? Отменить все, пока не поздно, пока не зашло слишком далеко и не узнала жена. Да, князь, пусть и заслужил благосклонность короля и немалый заработок, все-таки зависел от денег супруги. Согласно брачному договору, она сама распоряжалась приданым и если муж впадет в немилость- потребует возвращения денег.

С другой стороны, разве он не мужчина? Князь плеснул себе вина и осушил бокал до дна.

Объявили о приходе девушки, их сиятельство мельком оценили свой внешний облик, бросив беглый взгляд в зеркало: на него сурово, будто с неодобрением глядело собственное отражение. Он попытался пригладить водой непослушный курчавые волосы, но как всегда ничего не вышло. Князю нравилось, что он родился именно таким, какой он есть- высоким, широкоплечим, с волевым подбородком и массивной челюстью-наковальней.

Раздвинулся полог шатра, пропуская величавую красавицу. Она выглядела, как заморская королевна и совсем не вписывалась в местный антураж.

Девушка посмотрела на князя так, будто своим появлением она уже оказывала ему величайшую милость, а не наоборот. Ей не нравилось, что Луку, которого снарядили ее сопровождать, не впустили в княжеский шатер и она не ждала ничего хорошего от этого визита. Она кивнула головой в знак приветствия, хотя при встрече с князем полагалось делать реверанс. Но он охотно закрыл на это глаза - откуда провинциалке знать тонкости этикета?

Князь подошел к ручке, которую девушка поспешила одернуть, она заговорила первая, что было неслыханной дерзостью:

- Что за дело у Вас ко мне?

Булат не разозлился, но поцокал языком, будто критикуя этим жестом невежество собеседницы:

- Негоже так к князю обращаться.

- Негоже людей из дома насильно уводить под конвоем, - поправила Карима.

- Это мое упущение, прошу меня простить. Я всего лишь просил передать Вам свое приглашение, и ни в коем случае не имел намерения Вас принуждать.

Девушка только хмыкнула- что она этим хотела сказать, оставалось для князя загадкой. Какая же холодная, грубая, провинциальная... и живая. С леди куда проще- они не указывают на ошибки мужчин, даже если те слишком очевидны. Леди воспитаны, леди добры и вежливы. И леди ни за что не выразят свое недовольство. Но догадаться, что на сердце у этой вот леди не дано даже самому искушенному мужчине, ибо свои чувства она прячет за маской. Деревенские же девушки подкупали своей честностью, но они требовали ответной честности и не понимали всяких этикетов.

- Какой же я скверный хозяин, даже не предложил даме сесть... - Булат подвинул стул, жестом предлагая Кариме его занять. Она уселась на самый краюшек, будто готовая в любой момент вскочить.

- Желаете вина? - он обошел девушку, и не спуская с нее глаз, наполнил кубок.

- Воздержусь, - отказалась Карима, но князь уже протянул ей бокал. Он и себя не обделил. Пил, оценивающе разглядывая девушку. Она заметила это и с вызовом глянула на него.

- Чего Вы хотите? - поинтересовалась она. Князь же еще сам не решил, чего он хотел. Чего-то да хотел, вот только разобраться бы в желаниях. - Если есть дело- говорите прямо.

- Хочу я самую малость... Иметь возможность видеть Вас.

- Вы уже видите меня. Теперь все?

Ну вот и как с ней разговаривать? Жалит языком, что змея, и на уговоры поддаваться не хочет. Ей бы разомлеть от счастья, что сам князь внимание обратил, так нет, характер показывает.

- Почему Вы так грубы со мной? Я не сделал ничего предосудительного.

- Уж простите, Вы просто не нравитесь мне. Ваш вид, слова, действия- все меня раздражает и я не могу сдерживаться.

- Вы преступно честны.

- Какая есть.

Булат уже совсем бесстыдно разглядывал гостью. Какие любопытные у нее украшения, слишком роскошные для деревенской жительницы, пусть и дворянки. Обруч, клипсы - очень богато. Тут его взгляд совершенно случайно упал на брошь. Украшение было выполнено в форме виноградной лозы, которая образовывала буквы К и М. У князя возникло ощущение, что он уже видел эту безделушку раньше.

- Скажите, милая дама, откуда у Вас эта брошь?

- Что, глянулась? Это мне жених подарил, - как она здорово выкрутилась. И на вопрос ответила, и ненавязчиво дала понять, что уже не свободна.

- Жених, - повторил про себя князь. Досадно, что у такой очаровательной девушки уже есть жених, - ему несказанно повезло.

- Неоспоримый факт, - она явно не умела принимать комплименты.

- Вы так красивы, что принимаете это как должное.

Девушка не ответила. По ее глазам было видно, что она заскучала и хочет домой.

- Будет очень жаль, если такая красота достанется всего одному мужчине. Мне кажется, Ваш жених мог бы и поделиться...

- Это Вы о чем? - в миг посуровела Карима.

- Я мужчина, а Вы- прекрасная девушка. У нас обоих найдется то, что нужно друг другу.

- Я не понимаю. Простите, - девушка решила, что ей пора уходить. Она подорвалась с места и стрелой вылетела из шатра.

Все она поняла, иначе зачем так стремительно умчалась? Уходи, уходи. Но ты вернешься. По хорошему или по плохому... Князь всегда получает, что хочет.

"У нее есть жених, - думал Булат оставшись наедине с вином, - Но сегодня он есть, а завтра- нет. Убрать деревенщину с дороги не проблема".

Но тут князь вспомнил о броши, якобы, подарке от жениха.

"Такие дары не по карману простолюдину. Значит, он дворянин... - продолжил думать он, потягивая красное полусладкое из кубка. - Или нет". Внезапно он вспомнил то, что вертелось у него в голове но ускользало в последний момент. Но что же будет, если догадка подтвердится?

Булат позвонил в колокольчик и явился его то ли секретарь, то ли шестерка:

- Ваше сиятельство нуждается в моих услугах? - князь и сам не знал, что за должность у этого человека. Лично он никогда его не нанимал. Просто тот был в каждой бочке затычкой. Но до тех пор, пока он действовал в интересах князя, все было в порядке.

Как же его зовут? Йохан, Ерик... Юзеф! Точно, именно так!

- Юзеф, принеси мне объявление о поиске принцессы Ксеномии.

- Но Ваше сиятельство, эти объявления уже давно сняты, даже король больше не ищет сестру. Сейчас такое старое объявление достать невозможно!

- Тогда найди того, кто сделает это для меня. И не затягивай.

Ровно через час князь уже держал в руках заветное объявление о розыске.

"Пропала без вести!

Ксеномия Морена, (далее следует перечисление многочисленных титулов), в ночь (дата исчезновения), пропала из летней резиденции. Приметы: (далее следует точное описание внешности, как будто кто-то не знает, как выглядит принцесса!). Была одета в (описание туалета), из украшений имела бархатную ленту на шее, бриллиантовые шпильки в волосах( да кто из нормальных людей обращает внимание на такие мелочи?) и золотую брошь(а вот это уже интересно) с инициалами К.М. в форме виноградной лозы..." - князь дочитал объявление до конца, но больше не нашел ничего интересного.

- Я ходил в жандармерию, чтобы его раздобыть, - как бы между прочим сказал Юзеф. Эх, тяжело ему приходится- пока себя не похвалишь, никто не похвалит, - тут, между прочим, и портретик принцессы прилагается, и даже, зарисовки вещичек, сделанные со слов короля...

Шестерка протянул бумагу с портретом.

По огню, который зажегся в глазах у господина, Юзеф понял, что он принес нечто стоящее.

" Она!- не верил своим глазам Булат, рассматривая эскиз броши. Совсем как та, что он видел сегодня на Кариме! - Это не может быть дубликат, здесь и инициалы есть. И знак королевского ювелира. Но как она попала к провинциальной девушке?".

Интересно.

Он тут же нашел ответ на свой вопрос. Вспомнил, как она говорила о том, что это подарок от жениха. Значит ли это, что этот неизвестный жених замешан в похищении принцессы?

" Черт! Вопросов больше, чем ответов" - нахмурился Булат.

- Ваше сиятельство еще нуждается в моих услугах? - прервал Юзеф череду мыслей.

- Нет, оставь меня, - отмахнулся князь. Ему нужно было подумать.

"У девушки есть брошь. Она досталась в подарок. Брошь пропала двадцать девять лет назад... Или меньше? Не важно, вернемся к жениху... Если именно он похитил принцессу, то должно быть он уже достаточно зрелый, возможно старый. Навряд ли он стал бы хранить у себя украшения принцессы. - оборвал сам себя князь. -Это послужило бы доказательством его вины. Использовать по прямому назначению он их тоже не мог- всюду висели объявления, кто-то бы непременно узнал. А как на счет продать? Ни один ювелир не принял бы вещь без документов, ломбарды тоже не принимают краденое. А как же черный рынок? Или скупщики краденного? Конечно, нельзя забывать о них".

Казалось бы, вопрос решенный, но Булату не давала покоя мысль о том, что эта вещь всплыла у него под носом спустя столько лет. Он в шаге от разгадки исчезновения принцессы! И если он преуспеет, то его ждет награда.

- Хватит! - остановил он сам себя в миг, когда ему показалось, что еще чуть-чуть, и его голова вскипит. Он задумался- когда это увлечение женщиной успело перерасти в детективное расследование?

Ясно одно- Карима или случайная фигура, или соучастница.

Спать, спать, спать. Утро вечера мудренее.

На следующий день Князь прискакал к дому Дубовых. В парадном мундире, причесан по последней моде и гладко выбрит, он был уверен в себе. Он свистнул Луку, спросил Кариму.

- Господ дома нет, а барышне нездоровится, - ответил он именно так, как наказала ему хозяйка.

- Передай хозяйке, чтоб вышла.

- Даже на завтрак не поднялась, а к гостям тем паче не выйдет.

- Ну что ж, - спешился князь, - пусти хоть воды попить, не откажи гостю.

Отказать в такой малости действительно было жестом очень грубым и Лука не рискнул разгневать благородного господина. К счастью, он не знал, что перед ним сиятельный князь, а не то мигом раскрыл бы ему, что Карима вовсе не больна.

Дом произвел на князя сильное впечатление- он был построен, как богатые избы старого образца, из толстых обтесанных бревен. Массивный и величественный, он все же прекрасно вписывался в местный антураж. И выглядел гораздо уместнее, чем белоснежная усадьба мэра. Внутри он тоже был велик, но захламлен многочисленными вещами, вероятно, доставшимися в наследство от прежних поколений.

Князь отметил, что в доме есть и вещи, которые не соответствовали достатку нетитулованного дворянина. Они очень выделялись на общем фоне и князь без труда различал их: серебряное зеркало, горсти самоцветов, небрежно оставленная на серванте, посуда, пусть выполненная из дерева, но точно дорогим иноземным мастером, и конечно, богато украшенные сундуки, громоздящиеся друг на друге, потому как ставить их уже некуда. Князь подумал, что сундуки те, верно, хранят в себе еще большие богатства, и что если хозяева так беспечно оставляют камни на виду, то от них точно не убудет. Лука подал их сиятельству чашу- лебедя, и они осушили ее до дна. Из такого кубка и вода- мед.

Выйдя из дома, князь как бы невзначай спросил, откуда в доме такие красивые вещи. Лука охотно отвечал( потому как не видел ничего плохого в том, чтобы рассказать о счастье, которое произошло в семье), что это барышня подарки привезла. Откуда привезла? Этого он знать не знает, ведать не ведает. Господа говорят, что это подарки от жениха. Он и Луке подарок передал- шубу с сапогами. Что за жених? Лука его не видел, с него спрашивать бесполезно.

Послышался стук копыт и звон бубенцов- на двор возвратился хозяин. В его упряжке были несравненные жеребцы, их глаза горели а тела лоснились и блестели. Они играли мускулами и били копытами, готовые мчаться вперед. Таких коней не было даже в королевской конюшне! Лука с гордостью заметил, что этих жеребцов Карима тоже привела с собой. Да они же стоят целое состояние!

Князь оседлал своего скакуна, казавшегося теперь совсем убогой клячей и ускакал раньше, чем хозяин заметил его. Теперь Булат сопоставил всю информацию, которую имел, и сделал вывод, что жених Каримы... разбойник. Это объясняло его таинственную личность( ведь его никто не видел). Понятно тогда, откуда западное одеяние девушки и породистые кони. А брошь- это вообще отдельный аргумент. Интересно, если Булат раскроет тайну исчезновения принцессы, как его вознаградит король?

Так или иначе, та девушка, Карима- единственная нить, которая ведет к разгадке. И только она может вывести на разбойника... Но как заставить ее это сделать? Такую прелестницу не хотелось бы допрашивать как преступницу- зачем пытками портить несравненную красоту? Нужно найти способ разговорить ее. Но как? Навряд ли девушка предпочтет князя разбойнику- она ведь была так холодна. Конечно, если он брошки золотые дарит да могучих коней, то куда до него Булату, князь едва находит средства для содержания армии. А супруга( будь она неладна), даже не думает делиться. По брачному договору всеми ее деньгами распоряжается она сама. И зачем, спрашивается, женился?

Но если сделать так, чтобы девушка сама поменяла свои предпочтения? Если убедить ее, что Булат- лучший для нее мужчина? Тогда она сама предпочтет его и оставит своего бандита. И все о нем расскажет- ведь женщина не может хранить секреты. И тогда получится, что князь убьет двух зайцев одним выстрелом- и девушку получит, и награду за поимку похитителя принцессы.

Какой коварный план... Неужели он сам его придумал? Булат похвалил сам себя за изобретательность. Этим же вечером он прислал девушке букет из ста одной розы( где он их раздобыл?), а еще пажа, который прочел ей стихи, написанные "самолично их сиятельством".

Пажа выслушали, букет приняли, но должного эффекта сей поступок не возымел, посему князь лично отправился покорять юное сердце. Ох, не так он себе представлял романтические ухаживания, о которых мечтают все девушки! Он очень долго не знал, с какой стороны подступиться к высокому забору, еще дольше он пытался его преодолеть. Но как только ему это все же удалось( ценой порванного мундира, между прочим), как на него с лаем набросились огромные сторожевые псы. И Булат внезапно обнаружил в себе силы перемахнуть через ограду всего одним прыжком в мгновение ока!

В другой раз он подкараулил девушку у реки, когда она набирала воду. Что очень удивило князя, так это то, что она позволила себе помочь и всю дорогу домой очень приветливо с ним говорила, однако, когда князь забылся и сделал ей заслуженный комплимент, она напомнила ему, что у нее есть жених, а у него жена.

- Вы знаете о моей жизни такие подробности? Мне, право, лестно, что вы интересовались моей персоной. - ему было приятно, что девушка осведомлена о его семейном положении. Это даже ничуть не смутило - не придется обманывать хотя бы одну женщину!

А когда он донес ведра до ее дома, она от души поблагодарила его и сказала:

- Ах, милый князь, - и тут он решил, что все-таки смог завоевать ее симпатию, - раз уж Вы здесь, может и за хворостом сгоняете?

" Что за женщина! - думал он, шатаясь по лесу, послушно собирая ветки. - Огонь! А какой сильный темперамент!" Он надеялся, что она стоит того, чтобы за ней бегать. А темперамент у Каримы действительно хоть куда. И когда случалось ей встретиться с мужчиной, более слабым духом, он спустя время замечал, что служит ей, аки королеве, а она воспринимает это как должное.

Булат принес хворост на двор, а капризная барышня его даже не поблагодарила, указала пальчиком в угол:

- Сюда кладите, - и даже в этом он находил особое очарование. Карима так не походила на дам из его привычного окружения, что он окончательно увлекся ухаживаниями, - ох, может Вы еще водички принесете? Мне еще надо свиней напоить.

Девушка указала перстом, где найти ведра и исчезла в доме. Князь заподозрил ее в том, что она его просто использует. А между тем, даже самые непрозорливые спутники князя стали замечать, что слишком уж они задержались в деревне. Шепотки за спиной не волновали Булата до тех пор, пока он не услышал, как его люди в тайне посмеивались над ним: мол, попал под каблук хорошенькой провинциалки и не замечает, как она его унижает.

Тут в нем заговорила гордость на пару с мужским достоинством и он вдруг заметил то, что и так было очевидно- Карима Дубова смеялась над ним.

Он распорядился, чтоб девушку немедля доставили в его шатер.

Когда она приходит, он без обиняков спрашивает, симпатичен ли ей. Она честно отвечает, что нет. Это бьет по самолюбию князя, как хлыст по голой спине.

- Вы, сударыня, все это время были преступно честны со мной, а теперь и я буду честен. Посмотрим, как Вам это понравится.

- Так приступайте, - она и сейчас не переставала насмехаться над ним, хотя он явно был хозяином положения. Девушка развалилась в мягком кресле и сама, без спроса угостилась виноградом, который лежал на столе.

- Мне все о Вас известно, - многозначительно шепнул князь прелестнице на ухо.

- Так уж все? - засомневалась она, выплевывая виноградные косточки прямо на пол. - И что же я ела на завтрак?

Этот вопрос князь предпочел не услышать.

- Я знаю, кто Ваш жених.

Этой фразой Булат стер самодовольное выражение с лица Каримы, что окончательно подтвердило его догадки. Она попыталась взять себя в руки и изобразила невинность:

- Он обычный человек, ничего особенного...

- Он разбойник!

- Еще какой! - с облегчением подтвердила Карима. Она-то думала, что Булат правда все узнал, - Я так ему и сказала при нашей первой встрече: разбойник и душегуб! Или не сказала, а подумала, не помню уже...

- Даже не отрицаете, - удивился князь, - если Вы скажете, где он укрывается, вас не накажут как соучастницу.

- Постойте, я пошутила, - девушка посерьезнела, ей стало понятно, что Булат не понял шутки, и вообще они говорят о разных вещах, - он не разбойник, а просто из соседней деревни...

- Во первых: у меня уже есть Ваше признание. Во вторых: если он из деревни, то откуда у него столько денег? Эти подарки? Кони? А главное- брошь.

- Погодите, при чем здесь брошь? - какая такая брошь? О чем он вообще говорит?

- Та брошь, которую вы носили в день нашей первой встречи. Что, милая моя, запамятовали? Она, между прочим, принадлежала пропавшей принцессе Ксеномии.

Так вот в чем дело... Брошь. Богатый подарок от матушки Нокса. У нее их, должно быть полно, вот и не придала значения... А вот как все обернулось.

- Да мало ли таких брошек!

- Такая- одна!

Карима замолчала. В ее планы не входило давать показания против себя.

- По закону я могу сейчас же судить вас или заключить под стражу. Но мы можем договориться...- последнюю фразу князь произнес, низко склонившись над девушкой. Он взял смоляной локон, выбившийся из косы и заправил его за ушко.

- Вот еще. - она резко отвернулась от собеседника, демонстрируя свою неприязнь.

- Ну что ж, - отстранился князь, - темница и не таких ломала.

В полевых условиях темницы не было, поэтому Кариме предоставили отдельный шатер и приставили к ней охрану. В шатре не было ничего, кроме пустых ящиков.

Князь спокойно отправился почивать. Теперь ему осталось дождаться, пока девушка сама заговорит. Может, чтобы ускорить процесс поморить ее голодом?

Он и правда посмел ее заключить! Конечно, тюрьмой девушке стали не сырые стены со стальными дверями, а всего лишь пыльный шатер, но из него было выбраться не легче, чем из крепости. Часовые ходили по кругу, и незаметно улизнуть не получилось бы - она пробовала, ее тут же поймали и вернули. Ей быстро надоело просиживать юбки на ящиках, и она страдала от скуки. Она провела бессонную ночь на жестких ящиках чувствовала себя ужасно: болела спина, щемило плечо. Неужели это близится старость? Нет, просто условия такие...

К счастью, ее отсутствие не осталось незамеченным дома, и уже на следующее утро ее отыскали и поспешили на помощь. Освободить девушку отказались, объяснили тем, что она важный свидетель и может рассказать что-то об опасном преступнике. Понятное дело, родителей такие аргументы не устроили, и они сделали все, чтобы встретиться с дочерью.

Чтобы не производить впечатление совсем уж жестокого деспота, Булат разрешил родственникам по одному навещать девушку. Она была почти благодарна. Первым посетил ее брат:

- Карим! - она кинулась ему на шею, едва он вошел в шатер.- Ты пришел забрать меня?

- Князь не позволит тебе уйти,- он сказал это извиняясь, будто чувствовал вину за происходящее, - он говорит о том, что ты покрываешь разбойника. Матушка с отцом пытаются доказать твою непричастность. Ты и разбойник, что за чушь? Кому это в голову придет?

- Карим, послушай меня. Он знает о Ноксе, и думает, что он разбойник.

- Но это же не так.

- Не так, но сам посуди: его никто не видел, я не могу назвать его личность, он дарит щедрые подарки, источник происхождения которых не известен... Можно было бы оправдаться, сказать, что все эти подарки наше наследие, но брошь принцессы...

- Я все-таки думаю, - вздохнул брат, - что это не серьезное дело. Если бы тебя обвиняли в связи с опасным преступником, то посадили бы в темницу.

- Князь не станет этого делать... Могу я быть с тобой откровенна? Думаю, он специально делает из мухи слона, чтобы привлечь меня к делу.

- В смысле? - не понял Карим.

- Сначала он угрожает мне судом и следствием, потом предлагает " договориться". Я отказалась, и поэтому сейчас здесь.

- Мерзавец! - горячая кровь мигом вскипела в жилах брата, - Я вызову его на дуэль!

- Стой, нельзя! Так будет только хуже, и я не хочу, чтобы ты пострадал... Пожалуйста, сделай для меня вид, будто ни о чем не знаешь.

Карим не хотел делать вид. Он хотел делать переломы и глубокие раны этому коварному человеку.

- Карим, сколько дней я уже в деревне? - с ужасом спросила девушка. Она внезапно вспомнила о сроках.

- Вроде семь или восемь...

- Позови матушку или отца!

- Что случилось? - брата обеспокоили резкие изменения в настроении Каримы.

- У меня осталось мало времени...

Явился отец. Он выглядел еще более суровым, чем обычно. Сказал ли Карим отцу о домогательствах князя? Наверняка.

- Батюшка, мне нужно выбраться отсюда.

- Это я и так понимаю, - отец поджал губы.

- Не понимаешь!- девушка была близка к истерике. - Завтра после заката Ноксис будет ждать меня у озера, а если я не приду...

- Тс! - Андрей приложил палец к губам, как бы приказывая- замолчи. В отличие от нее он понимал, что их, скорее всего не оставили наедине. - Думай головой, прежде чем говорить.

Карима продолжила возбужденным шепотом:

- Если я не встречу его, он вернется в Танай один, а этого нельзя допустить! Ты, наверное, не знаешь, что он наобещал своим старейшинам, чтобы добиться моего освобождения всего на две недели...

Видя, что полностью завладела вниманием отца, Карима продолжила:

- В Танае очень строгие порядки, женщинам не принято его покидать. Но Нокс сумел договориться. Он пообещал, что я вернусь под залог его крыльев. Ты все еще не понимаешь?

Отец видно думал о чем-то, но Карима была слишком взволнована, чтобы это заметить:

- У него заберут крылья! Это казнь! Он останется все равно что инвалидом. Вороны не могут жить отдельно от неба, - последнюю фразу Карима услышала от Аглаи и теперь ее смысл открылся перед девушкой. Она представила себя, как будто бы ей ампутировали ноги или руки. Жизнь бы гораздо усложнилась и привычные дела стали бы для нее невыполнимыми.

- Успокойся, - отец положил руку на ее плечо, - если тебя не отпустят до завтра, я лично встречусь с Ноксисом и скажу ему, во что ты вляпалась. Вместе мы решим что делать. Только опиши, где ты должна с ним встретиться.

Карима в подробностях описала место встречи.

О чем разговаривала Карима с родителями и братом Булат узнал не позже, чем гости покинули лагерь. Он был весьма благодарен длинноухому Юзефу, который "запомнил разговор в мельчайших подробностях единственно для того, чтобы услужить их сиятельству".

Все-таки хорошо, что есть слуги, которые угадывают желания господ. Булат даже не приказал подслушивать разговор девушки с семьей, а Юзеф уже на шаг впереди. Конечно, хорошо что он так подсуетился, но глупо было полагать, что это произошло исключительно из желания услужить. Сердце человека жаждет награды, и князь щедро осыпает наушника монетами.

Благодаря ему он знает, где прячется разбойник и сможет поймать его! Он лично возглавит отряд солдат, которые отправятся на поимку этого Ноксиса. Что за имя такое? Иноверец что ли?

Булат хорошо подготовил операцию. Еще до заката он выступил со своими лучшими людьми и укрылся в лесу, а когда тени стали сгущаться, осторожно окружили предполагаемое место встречи. Скрипнули ветви, мелькнула в небе черная тень и исчезла.

- Что это?- один из солдат трусливо попятился.

- Птица.

- Слишком большая...

- Это бес.

- Молчать! - еще не хватало, чтобы эти мужики с бабьими душонками сорвали план. На кону поимка преступника и соперника.

Поимка, не удалась. Князь прождал до утра, но на поляну вышел только Андрей Дубов. Он не заметил воинов, схоронившихся в кустах и терпеливо ожидал появления преступника. Он, однако, так и не появился и Андрей ушел. Разочарованный Булат скомандовал возвращаться в лагерь.

В тот же день Андрей снова навещал дочь, и Булат был настолько хорошо осведомлен, о чем они разговаривали, будто лично присутствовал. Этот Юзеф определенно полезный человек - умеет слышать именно то, что интересно их сиятельству: "Он, должно быть увидел тебя и решил, что я передумала возвращаться! - в голосе девушки слышалось отчаяние, - Я должна любой ценой вернуться в Танай раньше, чем он потеряет самое дорогое!"

Фантазия князя быстро подкинула ему миниатюры на тему " потерять самое дорогое". На первом месте было мужское достоинство, на втором, конечно, золото.

Он думал о том, что скорее всего разбойника спугнул не Дубов, а он сам со своими людьми. И теперь, когда пропала надежда его поймать, он не знал что делать дальше. Соперник упущен, девушка в взаперти, к тому же теперь она точно не станет сотрудничать. Эх, а Булат уже представлял себе, как помимо разбойничьего клада получает орден из рук короля, за поимку особо опасного преступника...

- Ваше Сиятельство опечалены чем-то? Возможно Ваш скромный слуга сможет помочь...

Булат уже был готов выпроводить Юзефа за дверь, он прекрасно видел лесть и подхалимаж через маску раболепства, но неожиданно для самого себя открыл свои мысли этому человеку:

- Этот разбойник ускользнул. Теперь я не знаю, как напасть на его след.

Прихвостень, однако, выдал весьма умную мысль:

- Если я правильно сложил кусочки мозаики, то ваша пленница близка к подозреваемому... Отпустите ее- тогда она сама приведет Вас к нему.

Девушку незамедлительно освободили, объяснив это тем, что больше не имеют причин ее удерживать. Она направилась в дом отца, совсем не подозревая, что за ней по пятам идет следопыт. Он, конечно не стал пробираться в дом, и происходившее внутри осталось для него загадкой. В отличие от следопыта, читатель может спокойно проследовать за героиней и узнать, что происходило внутри:

- Карима, наконец-то! - мать приветствовала девушку бурными восклицаниями. - Отец места себе не находил!

- Матушка, собери мне в дорогу провизии, я уезжаю!

- Ты же только вернулась!

- И у меня нет времени, ни минуты! Я должна была улететь с Ноксом еще вчера.

- К чему такая спешка? Не страшно, если ты немного задержишься...

- Его накажут, мама. Очень строго накажут. Я ему в глаза смотреть не смогу после этого.

- Карима, тебя отпустили? - отец.

- Они сказали, что не имеют оснований меня задерживать. Что раз нет доказательств- то нельзя меня обвинить ни в чем. А князь хотел повесить на меня какую то бессмыслицу совершенно безосновательно. И с чего он вообще взял, что мой жених разбойник? И при чем тут я? А! Я запуталась! Мне просто нужно к Ноксу!

Андрей чуял, что что-то тут не так: под несерьезным предлогом его дочь сажают под арест и так же освобождают. Он не хотел отпускать ее сейчас, но и удерживать ее было бы не правильно. В его силах было принудить дочь остаться- и она бы подчинилась, но он не стал бы этого делать потому что знал, какие могут быть последствия для зятя. Нет, ему было не жаль его, хотя он и проникся к ворону симпатией. Ему бы не хотелось, чтобы Карима остаток жизни винила себя в том, что не успела...

Он приказал Луке седлать коней.

- Я поеду одна.

- И далеко ты уедешь?

- Кто знает? В любом случае, я не могу поехать с тобой- людям нельзя появляться на Родине воронов.

Матушка собрала в узелок все, что могло подойти для поездки, не забыла вручить и теплые вещи- мало ли.

- Ты знаешь дорогу?

- В пути вспомню. Дайте же вас поцеловать, - голос девушки дрогнул и она прослезилась. Не таким она видела расставание с родителями,- когда все закончится, я найду способ связаться с вами. Никакие законы Таная не заставят меня забыть о вас.

- У тебя все будет хорошо, - убеждала мать, целуя ее в щеку.

- Не подведи его, - напутствовал отец, - но если не успеешь- мы ему и без крыльев рады.

- Я не прощаюсь- мы ведь еще обязательно увидимся...

Карима покинула деревню так же стремительно, как и ворвалась в нее. Черный жеребец поднял такие клубы пыли, что за ними было невозможно различить силуэт всадницы. Ему не было равных. Он одинаково хорошо проявил себя как в упряжке, так и в одинокой скачке. По ровной деревенской дороге он мчал быстро и мягко, в лесу будто специально выбирал такую дорогу, чтобы ветки не били всадницу по лицу и ей не пришлось уклоняться от них. А может, он просто чуял следопыта, который не отставал, лишь держался чуть поодаль, чтобы остаться незамеченным.

На более-менее ровных участках Карима гнала, что есть силы, не жалея ни себя, ни скакуна, но все равно чувствовала, что опаздывает. Допустим, в упряжке кони скакали не полных три дня. Допустим, что один черногривый, не обремененный повозкой, домчит быстрее. Но крылья быстрее копыт. Если Нокс вылетел еще вчера, то он наверняка уже в Танае. Его сразу казнят или нет? Карима не сомневалась, что уже опоздала, но не могла остановить бешеную скачку: если она не успела к казни, то успеет хотя бы попросить прощения...

9.

Ноксис отказывался разговаривать. Он не объяснил, почему вернулся без невесты. Он был против помощи юстициара. Он просто обреченно ждал суда и это убивало Ирис- он ведет себя так, будто его уже казнили.

- Я предупреждала тебя! - ругалась на него сестра. Ее глаза увлажнились, она переживала за брата, как за саму себя. - Знала, что так и будет.

Ноксис молчал в ответ. Ирис имела право упрекать его- она и правда предусмотрела такой вариант развития событий. И она пыталась предостеречь, дальновидная.

- Беги, - предложила она. Идея возникла у нее в голове внезапно и казалась ей гениальной- это понятно по особому блеску в глазах, - пока никто тебя не видел- улетай. В любую сторону! Мир большой, тебя не найдут.

- Нельзя убегать, - вяло ответил брат, глядя в пол,- бегут трусы, а я не опозорю семью.

- Ты уже это сделал! - вспылила Ирис. - Убедил совет поступиться с правилами, заверил в том, что девушка вернется, а сам упустил ее. Просто беги- хоть сейчас сделай так, как я говорю.

- Я не могу. В договоре прописано, что если я решу уклониться от наказания, то его понесет Терезис.

Сестричка неприлично выругалась.

- Ноксис, родной, расскажи хоть, что произошло. Мы сможем что-нибудь сделать.

- Нет, -в очередной раз возразил он, - просто отпилите мне уже крылья по-тихому и забудьте об этом.

Но по тихому не получилось. Ирис использовала все свое влияние, чтобы оттянуть время казни. Зачем откладывать неизбежное? Очень просто- она надеялась, что это никогда не произойдет. Нужно было что-то предпринять. Ежу понятно- любое действие лучше бездействия.

Расхаживая из угла в угол, царевна искала выход из ситуации. Что делать, что делать, что делать? Вдруг ее озарило:

- Ты помнишь как выглядит женщина, которую ты поймал возле гор? - Ирис не обернулась, когда обращалась к Зеносу. Она знала- даже когда она его не видит, он стоит у нее за спиной и ждет приказа.

Ворон выступил из тени:

- Да.

- Верни ее сюда, как можно скорее - от воспоминаний о невестке Ирис передернуло, она сама не заметила, как сломала надвое гусиное перо, так неудачно попавшееся ей под руку, - ты найдешь девчонку в деревне Озерной, Нокс говорил, что это на Северо-востоке от Таная.

Зенос поклонился и вышел, Ирис не сомневалась, что он не сомкнет глаз до тех пор, пока не выполнит ее поручение.

Старшая царевна боялась оставлять Нокса одного. Боялась, что если она отлучится, покинет его на минутку- на него тут же накинутся стервятники. Она оставляла брата только тогда, когда на смену ей приходил кто-то из семьи: мать, отец, Тер. Иногда Нокс снисходил до того, чтобы поговорить с ними, но чаще молчал. О том, чтобы выведать у царевича, что произошло в деревне не могло быть и речи- он опускал голову и уходил в себя. Почему он не рассказывает? Вместе можно было бы найти решение!

"Нокс, расскажи, что с тобой случилось! Мы сможем помочь!" - снова и снова настаивала мать. А о чем рассказывать? О том, как он поддался на уговоры и показался людям? О том, как вместо Каримы в лесу его ожидала засада? Коварная, злая, подлая женщина! Это она устроила, как пить дать! Она так настойчиво пыталась познакомить жениха с родителями, будто и правда хотела получить их благословение. Она наверняка продумала это заранее: в историю о крылатых людях не поверил бы даже простофиля, а тут живое доказательство. А потом, после того как она убедила семью в том, что ворон- не выдумка, подговорила и других людей. Вместе они устроили облаву.

Кроме родни к Ноксу заглядывал мастер Карас, Бор и( кого уж точно царевич не ожидал) Закр. Соперник, кажется, более других был возмущен известием о казни Нокса:

- Так опростоволоситься- как раз в твоем стиле.

Царевич не ответил ему, он продолжал сидеть и с придурковатым видом пялиться в пол. Гостя обидело такое равнодушие и он взял Нокса за грудки, с легкостью поставил на ноги и как следует встряхнул. Ноксис был вынужден поднять глаза на соперника. Он заглянул в его лицо: припухший нос, старые, но все еще темные синяки под глазами, отеки... он вспомнил рассказ Каримы о вороне, который гнался за ней среди ночи и получил по щам.

- Это она тебя так, - злорадно усмехаясь произнес Нокс, - тебе не стыдно быть побитым женщиной?

Закр разжал кулаки и Ноксис, не имея больше опоры, осел на стул.

- Посмотри, какой ты жалкий. Не могу поверить, что считал тебя достойным соперником. Это тебе должно быть стыдно за то, что позволил женщине обвести себя вокруг пальца.

- Беспокоишься обо мне? -прыснул Нокс.

- Мечтай, - огрызнулся Закр,- я беспокоюсь о себе. Если тебя обескрылят, я стану самым быстрым в Танае.

- Именно этого ты всегда хотел.

- Но не таким образом! Я хотел победить тебя в честной гонке, тогда все признали бы силу моих крыльев. А если тебя казнят, ты навсегда останешься победителем. Нокс, не сдавайся, дай мне возможность одолеть тебя.

Удивительно, но раньше Ирис привыкла считать членов совета своими единомышленниками. Конечно, абсолютного согласия никогда не удавалось достичь, но именно ситуация с Ноксом расколола совет на два больших лагеря. С дядюшкой были солидарны генерал, летописец, казначей и инженер. С их точки зрения все было правильно- хоть ты властелин, хоть пластилин- отвечай по закону. Сторону Ирис приняли мастер по дереву, доктор Авенас, кузнец и скотовод. Дядя Даксис как всегда отсутствовал, потому как летать на совет из другой страны было ему не с руки. Юстициар занял нейтральную позицию, не принимая ничьей стороны.

Но текущая ситуация не была рядовой и требовала более тщательного рассмотрения.

- Это все козни, чтобы ослабить нашу семью! - вспылила Ирис.

- Дорогая сестра, - отвечал казначей, - никто не пытается ничего ослабить- Ноксис сам подписал договор, а значит, был готов отвечать за последствия.

Ирис злило, когда к ней обращались "сестра" люди, не состоящие с ней в родстве. Из их уст это слово звучало то насмешливо, то льстиво. Но раз царь- батюшка, то царевна- сестрица. Это как титул, как имя. Приходилось мириться с таким обращением.

Нокса держали под строжайшим надзором. Ему бы налетаться в волю, но нет- посадили под замок, боятся что уйдет. Самым обидным для девушки виделось то, что Ноксу придется отвечать не за себя, а за какую-то там невесту. Ну не захотела вернуться в Танай, а что еще хуже- разболтала всем о воронах, так не беда- найти и вернуть. И наказать в обязательном порядке. Ирис бы лично занялась пытками- ей не трудно сделать это для дорогой невестки. Вот было бы здорово! Так бы и поступили, если б не дядюшка. Старый проходимец завидовал отцу, постоянно вставлял палки в колеса. Вот и подговорил совет.

Теперь Ирис понимала- Лексис с самого начала знал, что Карима не вернется. Поэтому и убедил совет отпустить ее, но назначить ответственным бедного брата. Дядюшка был неспособен летать, но это не вызывало ни у кого сочувствия- он, будучи неполноценным завидовал всем и даже не пытался это скрывать.

А теперь и Ноксис не сможет... Разлука с небом убьет его. Всех убивает и он не станет исключением. Ирис вспоминала воронов, которых на ее памяти подвергли такому наказанию. Мерсис воровал у своих. Он регулярно повторял кражи, а работать не хотел. Попался один раз, второй, третий...угрожал, пытался сбежать...поймали и судили. Бедный Ифрис упустил красавицу жену. Ее украли прямо у него из под носа. Все было по правилам, но он решил оспорить это и заявился в дом соперника с ножом. Покромсал и его, и красавицу. Ирис вспоминала, с каким ужасом он рассказывал о содеянном, говорил, что не контролировал себя. Люди в своих книгах называют это состоянием аффекта, Ирис знает, читала. Но вороны не признают смягчающих обстоятельств. Сделал- отвечай. Вот такое у них правосудие.

Царевна наблюдала за казненными. Они становились похожи на мертвецов. Меньше ели, не выходили на улицу, замыкались в себе но никогда больше не возвращались к своим "злодеяниям". Мерсиса забрал дядюшка Даксис в храм. Там он начал новую жизнь. Нокс рассказывал, что видел его- жизнь ворона налаживалась, но уже никогда не стала бы прежней. Он с тоской смотрел на крылатых собратьев и, конечно, завидовал им. Но утверждал, что в жизни без крыльев есть свои преимущества- ему стало легче ходить, да и вообще, он чувствует себя пушинкой, хоть и не имеет сил оторваться от земли.

Ифрис заперся в доме, сначала голодал, соседи приносили ему еду, но он отказывался от нее. Спустя время он начал выходить на улицу. Он пропадал в горах. Каждый раз забирался все выше. Добрался до плоской скалы, она находилась между двух высоких пиков и соответствовала своему названию- была плоской, как пол. Юные вороны делали первые взмахи своими крыльями, когда отцы приводили их сюда. Он пытался залезть еще выше, но не получалось- горы были слишком круты. В очередной раз придя на плоскую скалу, он разбежался и прыгнул с нее. Тело- всмятку, но когда отмыли, чтобы похоронить, казалось, что он улыбается. Женщинам становилось дурно, пока кто-то не додумался закрыть покойника покрывалом. Ирис же подошла поближе, отодвинула уголок ткани, всмотрелась в лицо. Она не видела прежде мертвецов, а этот был еще и уродливым, но не могла отвести глаз- ее будто загипнотизировали.

- Царевна, не смотри,- Зенос попытался заслонить собой тело.

- Я его знала, - ответила она, - мы не были близки, но я хочу попрощаться.

Мертвец улыбался. И Ирис поняла то, что не понял никто другой- покойник был раб умереть в полете.

Она не допустит, чтобы это повторилось с Ноксом. Он, конечно, никогда не был склонен к глупым поступкам и жизнь любил, но вдруг он просто забудет, что крыльев больше нет и захочет полетать?

В зал совета вошел отец. Дядюшка увивался вокруг него, с притворным сочувствием:

- Как же так, как же так!- не уставал повторять он, - Юноша ведь нисколько не сомневался в избраннице, а она... Но что поделать, что поделать... Документик- то подписан.

Батюшка был мрачнее тучи, он обвел взглядом зал: все собрались. За столом не хватало как раз его и Лексиса, но они сию минуту заняли свои места. Ноксис сидел скамье подсудимых. Царь старался не смотреть на сына- ему было больно и горько видеть его таким.

Начинать разбирательство не спешили- все понимали, что судить будут не кого-нибудь, а царевича. В конце концов, нарушить тишину отважился летописец:

- Если мы хотим когда-нибудь покинуть этот кабинет, придется заговорить...

- Ну что ж, - подхватил юстициар, - тогда я начну.

Он прочистил горло, откашлявшись, и продолжил:

- Состав преступления...- и замялся. Как такового преступления не было. Ноксис никого не убил, не обворовал и даже не оклеветал. Юстициар пересмотрел свои бумаги и констатировал: - Состав преступления отсутствует. Зато налицо нарушение договора, в котором прописано, что Карима Дубова должна была вернуться еще позавчера. Этим же договором, однако, предусмотрено, что если девушка не вернется, царевич будет подвергнут наказанию.

- Так чего мы ждем? - подал голос дядюшка. - Раз черным по белому написано, то и поделать ничего нельзя...

- Может, дадим молодому человеку шанс оправдаться? - юстициар честно попытался выполнить свою работу, - Ноксис, можешь привести аргументы, способные очистить твое имя?

Никакого внимания со стороны подсудимого. Сидит и в пол смотрит. Будто не о нем разговор.

- Почему ты ничего не говоришь? - удивился мастер. Нокс все так же продолжал сверлить взглядом паркет, игнорируя присутствующих.

- Потому что он пользуется правом хранить молчание, - заключил юстициар.

- Любезные вороны, - вмешалась Ирис, - может просто сделать вид, что никакого договора не было? В конце концов, тут все свои...

- Что ты говоришь, сестрица! - летописец был так возмущен предложением царевны, что аж за сердце схватился.

- Перед нами царевич, мы не можем судить его так же, как простолюдинов, - вмешался скотовод, который вообще редко подавал голос на этих собраниях.

- Закон един для всех, - продолжал возмущаться летописец, - если мы спустим с рук такое царевичу, то простой люд скажет: "А чем мы хуже?". Царская семья должна служить примером.

- Но это всего лишь бумажка! Можно подумать, ты, Витек, никогда не нарушал договоров.

- Милая сестра, одно дело когда скромный ворон, вроде меня становится жертвой обстоятельств, и совсем другое- когда царевич использует свое положение, чтобы отпустить на волю женщину. Да чем мы вообще думали, когда соглашались на это! Она, должно быть, всем рассказала о нас!

Ирис чуть было не ляпнула, что пусть бы и рассказала, может сотрудничество с людьми на пользу бы пошло. Но к счастью, от глупости ее уберег шум, доносившийся из коридора. Казалось, кто-то борется со стражниками, поставленными охранять зал совета от того, чтобы в него не проникли посторонние.

Громкий звук, будто кто-то бросил тяжелый предмет, удары кулаками. В коридоре начиналась драка: " Пустите! Это срочно!" - донеслось из-за двери. Ирис узнала этот голос. Вернулся.

- Зенос! - царевна вскочила с места и рванула к двери. Она распахнула тяжелые створки и увидела, как Зенос один на один сражается со стражей, вороны уже и копьями махали. - Прекратить! Почему не впустили сразу?

- Так не велено пускать...

- Ярис, ты во второй раз наступаешь на те же грабли. Сегодня ты не впустил в зал совета моего служащего, а завтра и меня не пропустишь?

Она перевела взгляд на Зеноса. Он сплюнул кровь прямо на ковер, но сам факт драки во дворце был таким ошеломляющим, что этот жест почти никто не заметил.

- Я не опоздал? - коротко спросил почетный гвардеец на службе у царевны.

- Ты вовремя. Но я не вижу... - Зенос знаком приказал Ирис молчать. У тех членов совета, кто увидел этот жест возмущение достигло пика. Кто-то даже прошептал: " Да что он себе позволяет?". Действительно, для простого гвардейца было неслыханной дерзостью указывать царевне что делать, а он еще и поманил ее за собой, а совету бросил:

- Я приношу свои глубочайшие извинения, но у меня есть дело к пресветлой Ирис, напрямую связанное с этим разбирательством.

- Так милости просим, - царь пригласил Зеноса в зал.

- Прости, батюшка, но сперва я доложу царевне.

Вот это уже не дерзость, а наглость! Все, от мастера до казначея онемели: что же сейчас будет? Увольнение или коллективная казнь? Но, кажется царь вовсе не заметил оскорбления, нанесенного ему. А что еще более удивительное, отпустил дочь с этим грубым солдафоном, и пообещал:

- Мы продолжим заседание, когда вы вернетесь, - а потом царь подмигнул Зеносу, чего никогда не делал раньше. Ему стало понятно- батюшка обо всем догадался.

После того, как двери в зал закрылись, Ирис спросила:

- Ты привел ее?

- Да.

- Где?

- В кабинете царя.

Ирис рванула в сторону кабинета, будто у нее были крылья, но Зенос схватил ее за плечо( видел бы совет- точно казнил бы), и развернул лицом к себе:

-Постой, царевна, я знаю о чем ты думаешь, но не спеши...

- Решается судьба моего брата...

- Я знаю, - спокойно прервал он готовую сорваться на крик Ирис,- но царь обещал подождать, так что выслушай меня.

Ирис кивком разрешила гвардейцу говорить.

- Я не мог сказать это при всех, потому что мне кажется, возникли бы проблемы...

- Продолжай, - ему удалось заинтересовать Ирис, что уже хорошо.

- Девушка не собиралась подставлять царевича, ее против воли удерживали взаперти. Когда выпустили- было уже поздно, он покинул место встречи. Я нашел ее на пути к деревне. Она сама скакала в Танай. Так что на твоем месте я бы не был слишком суров.

- Что за ерунда? Кому надо удерживать взаперти какую-то деревенщину?

- С моих слов звучит неубедительно, так что пусть она сама расскажет то, что слышал я.

- Ладно, я дам ей шанс.

Зенос пропустил царевну в кабинет, где ее ожидала Карима. Вид у нее был, мягко говоря, не очень: мятый грязный сарафан, чумазое лицо, растрепанные волосы. Увидев невестку, Ирис тут же поверила, что до этого она провела день в седле. Но ей нужны были подробности.

- Рассказывай. Только не ври,- велела она и Карима подчинилась. Она выложила все, как на духу. После чего Ирис похвалила своего гвардейца:

- Хорошо, что ты додумался сначала привести ее ко мне. Если бы она рассказала это на совете, при дядюшке, то он раздул бы такой скандал...

Ирис задумалась, видимо, представляла масштабность скандала, который мог учинить Лексис.

- Карима, - впервые обратилась она к невестке по имени, - забудь все, что говорила здесь. Тебя никогда не удерживал князь, а твои родители не знают о воронах. Вы просто разминулись с Ноксом. Ты перепутала поляну, на которой должна была встретиться с ним.

- Но я лично просидела в этой вонючей палатке больше суток!

- Ах, какая же ты глупая! - воскликнула Ирис. - Я не отрицаю, что это так, но ради себя и моего брата соври!

- Ааа, - дошло, наконец, до девушки.

Когда Карима в зале совета вовсю корчила из себя забывчивую дурочку, Ирис убедилась, что она, все-таки, не глупа. Так уверенно отвечать на вопросы мог только человек с чистейшей совестью( а чистота совести Каримы не вызывала у совета никаких сомнений). Даже юстициар не заметил того, что девушка путалась в показаниях, а может заметил, но не придал значения- она ведь такая глупенькая, таким как она и разговаривать тяжело!

Ноксис не сразу узнал Кариму. Он глянул на нее, когда она вошла в зал и тут же опустил взгляд. Грязная и не причесанная, она была на себя не похожа. Но когда ей дали слово, он потрясенно уставился на девушку- звук ее голоса казался таким нереальным в этом зале. И с того момента, как она заговорила, он выпал из реальности вплоть до возвращения домой. Он обнаружил себя на кухне сидящем на стуле.

- Как я сюда попал?

- Зенос привел, - отвечала Карима.

- И давно?

- Около часа назад.

- Понятно...- Ноксис попытался встать, но его ноги дрожали. - Воды.

Карима налила воду и подала ворону. Его руки были не способны удержать чашку. Она выпала и разбилась, оставив на полу мокрое пятно. Карима вытерла воду и собрала осколки.

- Что ты здесь делаешь?

- А ты не рад мне?- удивилась девушка. Она ожидала более теплый прием.

- Еще не знаю, - честно ответил Ноксис, - я все еще убежден, что ты устроила на меня облаву, и в твоих интересах будет убедительно и правдоподобно объяснить, почему ты не пришла.

Карима была оскорблена в лучших чувствах, и силу своей обиды попыталась передать словами:

- То есть я, сломя голову мчусь в этот Танай, без перерывов на сон и обед, а ты меня подозреваешь в чем-то?

Она повторила все то, что рассказала Ирис, только в более грубой форме. Похоже, Нокса ее рассказ впечатлил.

- Извини, я думал, что ты специально.

- Если бы я знала, что ты так подумаешь, то точно не вернулась бы.

- А что я мог предполагать, когда вместо тебя пришел отряд вооруженных мужиков? Я насилу ушел.

- Забудь, я бы, наверное, тоже так подумала на твоем месте, - девушка спустилась с спальню и посмотрела в зеркало. Ужас! И такой ее видел совет и собственный жених.

Карима пригладила волосы, но этого было явно не достаточно, чтобы привести себя в порядок. Она будто в грязи повалялась и напоминала себе кикимору болотную. К счастью, горячий источник- это не баня, топить не надо. Девушка достала со шкафа полотенце и мочалку- готовилась купаться. Она направилась на выход и увидела, что Ноксис уже успел задремать.

"Не выгонять же его теперь, бедный, столько сегодня перенес", - подумала она и тихо сказала:

- Нокс, ляг на кровать, здесь спать нельзя.

Ноксис ответил невнятным мычанием, видно так испереживался, что ему было все равно, где спать.

"Мое дело предложить"- Карима с чистой совестью пошла наслаждаться горячей водой. Она не поняла, какой была грязной, пока не окунулась в источник. Девушка до скрипа отмыла белую кожу, искупала волосы, отпарила пяточки. Спа процедуры во все времена радовали женщин.

Натянув на себя чистенькую сорочку, она вернулась в дом. Нокс спал там же, где она его оставила, только немного съехал на бок. Мог упасть в любой момент.

- Так не пойдет, милый друг, - сказала она, подставляя свое хрупкое плечо ворону, - еще свалишься со стула.

Девушка, надрываясь, притащила на себе это "тело" в спальню, свалила на кровать и попыталась укрыть одеялом. Ноксис занял всю кровать, но что удивительно- даже не проснулся.

"Блеск! Теперь мне негде спать!" - И только она успела это подумать, как Нокс взял ее за руку и увлек за собой на кровать. Она пыталась вырваться, но он притянул ее к себе и прижал рукой.

- Пусти меня,- пробовала возмущаться Карима.

- Тсс, спи.

И как с ним спорить?

Девушка честно хотела вырваться из плена сильных рук. И возможно, у нее это получилось бы, поскольку буквально спустя мгновение ворон ослабил хватку. Его руки расслабились а дыхание выровнялось. Она поняла- уснул. Можно было воспользоваться случаем и улизнуть, но ей не хотелось тревожить сон жениха. Он дернулся во сне, пробормотал что-то и снова затих. Ну и день был у него! Карима искренне посочувствовала своему ворону. Из за нее он столько пережил! Конечно, его не казнили, но непременно сделали бы это, если бы ей не повезло встретить Зеноса. Однако, даже ожидание казни было само по себе наказанием. Карима думала о том, в каком состоянии находился ее жених, когда она только вернулась- между тем полуживым вороном и прежним Ноксом не было ничего общего! Девушка решила, что лично проследит за тем, чтобы жених никогда больше не подвергался таким трудностям- уж лучше вредный и бодрый муж, чем спокойный и унылый. Она погладила руку, которой он удерживал ее. Его ладонь большая, грубая. Ноксис будто сквозь сон почувствовал ее прикосновение и сжал девичьи пальчики своей рукой. Его теплое дыхание обожгло шею. Хм, если это именно та часть супружеской жизни, о которой незамужним девушкам не рассказывали, то Кариме нравится. Но неужели это все?

После долгих размышлений девушка уснула. Пробудившись, она обнаружила, что Ноксис не спит, а изучает ее с неподдельным интересом.

- Чего пялишься?

- И тебе доброе утро, - похоже, жених пребывал в отличном настроении. Отжил.

Девушка смущенно натянула повыше сорочку, которая во сне сползла и обнажила плечи.

- Я смотрю, ты уже отошел после вчерашнего, - Карима пыталась спрятать смущение за агрессией, но Нокс уже давно раскусил этот приемчик и не обижался.

Его голос стал серьезным а улыбка сползла с лица:

- Кстати о вчерашнем... Спасибо тебе.

- Не благодари, ты бы сделал то же самое.

- Но тебе было сложнее на это пойти, ты ведь не хотела возвращаться. Ты могла остаться дома, и то что князь удерживал тебя силой, послужило бы хорошим оправданием.

- Просто я подумала- кому ты тут нужен кроме меня? Да к тому же, если бы я сама не прискакала- меня твоя дражайшая сестрица за косы б притащила.

Она неисправимо честна. И честность эта почти обидная. Он тоже будет честен с ней.

- Все же, я тебе обязан. Для такой как ты будет тяжело жить с нелюбимым мужчиной. Ты, можно сказать, пожертвовала своим счастьем ради меня, - Ноксис горько усмехнулся.

- Мне будет греть душу осознание того факта, что ты тоже живешь с нелюбимой женщиной, - Карима даже руку на сердце положила.

- А с чего ты взяла, что с нелюбимой?

- Ты сам сказал это не так давно.

- Теперь все изменилось, - улыбнулся Ноксис. Он намотал прядь ее волос на палец и любовался их зеркальным блеском, - я тебя люблю и с тобой хочу жить.

На Кариму эти слова произвели впечатление совершенно противоположное тому, которое должны были произвести. Девушка резко села на кровати и выхватила свой локон:

- Думай что говоришь! - она не на шутку рассердилась. Ноксис не понимал, чем мог обидеть ее. Конечно, он не мог знать, что творится в ее голове. А она, между тем, думала, что он с ней играет. Не верила в его искренность.

- Что тебя разозлило?

- Не бросайся такими словами, - поучала она жениха, - знаем вас, таких удальцов: кто громче о любви вещает, тот скорее остывает! Любовь не возникает на пустом месте.

- Рима, - Ноксис снисходительно на нее посмотрел, а потом потянул за руку, силой вернув девушку в горизонтальное положение. Сам он сел у изголовья кровати и получил возможность смотреть на невесту сверху вниз. Не без иронии он продолжил, - ты, конечно, хороша в теории, но лучше тебе забыть все, что ты читала или слышала от подруг.

Карима обтянула подол сорочки, который предательски обнажил стройные ноги.

- Ты пытаешься задурить мне голову, - девушка сердито поджала губы, - я никого не люблю, поэтому никто не может любить меня.

- Именно поэтому ты такая злая.

- Я злая от природы.

- Нет, ты злая, потому что хочешь...любви, но сама не знаешь этого.

- Ха, еще чего!

- Можешь сколько угодно это отрицать, - Ноксис снова завладел смоляным локоном, - но придет время, и ты поймешь, что я был прав.

- И когда же это время настанет? - съехидничала Карима.

- После свадьбы, - отвечал ворон,- после свадьбы ты полюбишь меня.

- А почему именно после свадьбы?

- Много будешь знать- рано состаришься.

- А когда свадьба?

- Дату еще не назначили.

- Хорошо бы пораньше... - Карима села напротив Нокса в позу Аленушки и мечтательно обняла колено.

- Это еще почему? - жених не успевал за переменами в настроении девушки.

- Если твои слова правда, то я полюблю тебя. Мне очень хочется узнать- каково это? Я раньше не любила мужчин.

- Интересно, почему? - Ноксис приготовился выслушать излияние наподобие "я к нему со всей душой, а он такой плохой, с тех пор к мужчинам- ни ногой", но вместо этого последовало откровение другого рода.

- А что в них хорошего? Они большие и широкие, сквернословят, всегда считают себя правыми и ужасно некрасивые. Плечи у них слишком широкие, ноги короткие. Другое дело женщины! Фигура- песочные часы, стройные тела и приятные голоса.

Ноксис бы поспорил. Карима явно судила всех женщин по себе и не догадывалась, что среди них тоже есть не привлекательные.

- Так вот представляешь, - продолжала девушка, - между собой мужчины выпендриваются кто во что горазд, а стоит мне подойти - двух слов связать не могут. Это говорит еще и о их скудном уме!

Ноксис охотно верил, что в ее присутствии мужчины теряли дар речи.

- А еще, - Карима понизила голос до шепота и доверительно добавила, - у некоторых мужчин тела волосатые. Я недавно видела как дядюшка без рубахи косил, так у него волосы на всю спину! Фу.

Так вот в чем дело. Все-таки не только мужчины падкие на красоту. Женщины тоже оценивают визуальную составляющую партнеров.

- Карима, - Ноксис прикрыл глаза рукой, - все мужчины разные. И это не так плохо, как ты видишь. У меня вот нет волос на спине. Хочешь посмотреть?

Девушка отрицательно помахала головой.

- А потрогать? - он в шутку начал расстегивать рубашку, но девушка юмор не оценила.

- И за это тоже не люблю мужиков. Грубые какие.

Она поднялась с кровати и направилась к шкафу, чтобы наконец, одеться. Она долго думала над тем, какое платье больше соответствует ее настроению, но когда Ноксис попросил надеть синее, решительно сделала выбор в пользу красного. Потому что она бунтарка!

В дверь постучали и Карима, наперегонки с Ноксом поспешила открыть. Он успел первый. Отодвинул засов, распахнул дверь, пропуская гостей.

- Как же хорошо, что все обошлось! - с порога воскликнула Аглая. - Мы так переживали за вас.

- Я слышал от Ирис, как мастерски ты сыграла на суде дурочку.

- Мне почти не пришлось притворяться, - отмахнулась Карима.

- Эй, она впустила тебя в дом, - заметил Терезис, - я могу тебя поздравить, дружище?

Тут Кариму озарило: она ночевала с мужчиной. Что же люди подумают?

Терезис глуповато посмеивался, смех этот совсем не шел мужчине, которому уже под тридцать. Аглая ткнула супруга локтем в живот, призывая замолчать, и как бы извиняясь, вымолвила: "Мужчины..."