# Белый Ангел

В. Фиери

Воспоминание:"Сайонара"

Была глубокая ночь. Большая спящая деревня была укрыта вуалью бледного лунного света.


Казалось, она окутывала каждый листок в пышных кронах деревьев, и ветер, словно отзываясь на


немую игру света, забавлялся этими листьями, создавая гаммы серебристо-золотых


красок.


Тихий шепот. Шепот листьев, словно пытающийся убаюкать весь мир. Мир вечно


недремлющих шиноби.


Слабый шорох раздался по правую сторону от белокурой девочки, и она слегка


повернула голову в направлении шума. Её тело машинально напряглось, а рука уже


по-свойски потянулась к кунаю в набедренную сумку.


- Тут никого нет, Вильгельмина, - неожиданно послышался из темноты знакомый


низкий баритон небезызвестного ей человека; голос, что заставил сердце налиться


теплом.


- Такое чувство, что мы нарушаем правила, - юная куноичи спокойно вышла из тени


деревьев на аллею, освещённую слабым лунным светом.


- Тебе не нужно сомневаться, просто следуй за мной… - вновь холодный и


безэмоциональный ответ откуда-то со стороны.


- Да, но… - она моментально сморгнула, заметив слабое движение в тени деревьев.


Ещё несколько мгновений, и перед ней возник высокий подросток, спрыгнувший с


ветки ближайшего дерева. Что можно сказать - в свои четырнадцать лет молодой


шиноби совершенно не походил на ребенка.


- Я не знаю, почему, но меня преследует странное чувство, - её голос дрогнул,


но потом девочка покосилась на темноволосого юношу, смущенно и даже как-то


растерянно. - Почему ты попросил меня помочь тебе, а… не Саске?


Глаза её спутника загадочно блеснули в бледном свете, отчего черный омут


показался пугающим. И этот странный взгляд, что был так ловко кинут, заставил


Вильгельму машинально отступить назад. Её сердце тихо шепнуло что-то, но она


просто отогнала наваждение. Ей даже в голову не могла прийти мысль, что Итачи


сделает ей больно. Она была слишком уверена в этом всегда немного отрешенном


юноше, которого так часто и ласково называла «братом».


- Итачи?


Молодой человек тяжело выдохнул, что показалось Вильгельме даже диким.


Неприятное чувство сдавило её грудь. Парень вел себя странно. Слишком странно.


- Зачем ты спрашиваешь это? - неожиданный вопрос, что так легко сорвался с


тонких бескровных губ, заставил девочку встать в ступор.


- Как понять, зачем?


- Хорошо, - Итачи замолчал, повернувшись спиной к немного опешившей подруге его


брата, а она просто стояла. Стояла и прожигала взглядом его широкую спину.


Зачем он делал это сейчас? Зачем так старательно пытался сохранить нить между


его братом и этой девочкой?


Зачем? У него была особая причина на это. Он просто знал. Знал слишком много.


Сделал слишком много для того, чтобы к этому подойти. И сейчас, начиная


собирать пазл, она стала первой частью. Той, что должна была выполнить свою


особую роль в этой игре, но для этого она должна жить.


А ведь как все начиналось. Он до сих пор помнил тот день, когда впервые пришёл


со сложной миссии ранга S, что была ему поручена как члену АНБУ.


Тогда его мать и рассказала, что Саске нашёл себе некую «подружку». Итачи даже


стало немного смешно.


Саске, конечно, был хорошим ребенком, но имел несколько недостатков в виде


немного эгоистичной натуры и комплекса «старшего брата», поэтому осознание


того, что у Учихи-младшего появился ещё кто-то помимо него, просто не


укладывалось в голове.


Вот тогда-то он и познакомился с этой юной восьмилетней девочкой. Она была


странной. Словно раненая птица, она старалась научиться жить. Жить заново после


пережитого шока от потери родителей. Улыбаться, смеяться, даже через силу. И со


временем у нее стало получаться. На глазах Итачи, птица без крыльев научилась


летать и наслаждаться жизнью. Жизнью с новыми лицами. И этими людьми были они.


Его семья приняла этого ребенка. А он? А он смог дать ей цель. И чем же она


отплатила ему за это?


...нежностью. И это было странно.


Итачи вновь повернулся к немного растерянной девочке, одаривая равнодушным


взглядом, заставляя себя выполнить то, что задумал. На что белокурая напарница


попятилась, чувствуя странную опасность, что совершенно не укладывалась в её


голове.


«Что-то происходит».


- Итачи, у тебя что-то случило…- она говорила это спокойным, немного нежным


голосом, но потом резко замолчала, ловя испепеляющий взгляд. Просто она вновь


коснулась того, чего не следовало, как когда-то давно. Казалось, так давно,


словно в другой жизни.


«Опять видишь меня изнутри. Как жаль, что я так и не смог привыкнуть к этому,


Вильгельмина. Сейчас я уничтожу все. Я уничтожу связи. Я уничтожу опять твои


крылья.


Прости. Я знаю.


Но, тем не менее, ты еще должна сыграть свою роль в ЕГО жизни.


Можешь ненавидеть меня за мою самонадеянность».


Его красные глаза. Бледные дрогнувшие губы.


Ее страх.


- Сайонара.


Вильгельма - 10 лет.


Примечание к части:


В конце каждой главы я буду делать сноски со специфическими словами из "Мира Наруто":


АНБУ (Ansatsu Senjitsu Tokushubutai) — спецотряд, который действует под


непосредственным влиянием Kаге – главный в стране.


S – Самый высокий ранг миссий, имеющий отношение к политическим делам.


Шиноби (Ниндзя) — это любой боец в мире, использующий какие-либо боевые приемы.


Сайонара (яп.) - "Прощай" употребляется когда встреча больше


невозможна.


Кунай - Метательный нож, может использоваться и при близких атаках.

Часть 1. "Вильгельмина Тайо"

Одинокая фигура шинобистояла в центре поляны, подставляя лицо восходящему солнцу.


Первые лучи плавно скользили по его контурам, даря маленькую и такую непривычную частичку тепла.


Ониксовые глаза тяжело закрылись, а из груди вырвался обреченный вздох.


Буря эмоций в душе девушки стала медленно затихать, оставляя после себя уже


привычную толику пустоты, которая позволяла расслабиться. Хоть на мгновение.


Оставшись совершенно одной. Шиноби позволила себе насладиться тихим шепотом


ветра, что гулял меж высоких деревьев. Мягким касанием его рук до своих волос.


Постараться забыться до тех пор, пока он безжалостно не принесет запах свежей


крови.


Губы куноичи дрогнули в грустной искажающей лицо полуулыбке, а глаза нехотя


открылись, вновь отрешенно смотря на лежащий перед ногами труп.


Вина. Она скручивала сердце, словно зверь, разрывала душу каждый раз, когда руки


рассекали чье-то тело. Девушка чувствовала себя так всегда, когда вот так


нелепо смотрела на уже холодное тело.


«Покойся с миром. И... прости».


Несколько быстрых ручных печатей, и в земле образовалась небольшая


могилка. Вильгельма слегка обернула кровавое тело его же плащом, и, лишь только


мертвая спина коснулась земли на дне, алое небо навсегда простилось с павшим.


Да… это был красивый бой. Столь грозный и кровожадный, жестокий танец смерти, в


котором кровь проигравшего орошает землю багровым дождем, не оставляя после


себя больше ничего. Это танец, в котором участвует весь мир.


«Как же я устала. На сегодня он — последний». Работа. Это ее работа. Вот так


стоять и смотреть на окровавленные лица людей с холодными глазами. Ненавистная


работа, что сделала из нее животное, «устала».


Только сейчас Вильгельма поняла, насколько она устала. Насколько сильно


пострадало в этом бою её тело, покрытое многочисленными порезами и гематомами.


С разбитых костяшек маленькой пунцовой росой капала кровь, что была смешана с


песком и грязью. Огромная и глубокая рана зияла на её левом боку отдавая адской


болью по всему телу. Ноги еле держали и были словно ватные, руки просто


свисали, отказываясь то и дело подчиняться. Любое действие приносило лишь одну


сплошную тупую боль.


Нелепая улыбка: «нужно идти».


Постояв ещё немного, куноичи резко рванула с места, запрыгивая на ближайшую


массивную ветку дерева. А после её образ исчез в густых зеленых кронах.-----


Темный тонкий силуэт промелькнул в ближайший закоулок, и, завернув за домом,


направился прямиком к небольшому бару, над которым висела неопрятная табличка с


названием «Дракон». Бежевые длинные кудри слегка выбились из-под капюшона


черного плаща и приятно засветились в слабом свете, что мог пробиться сквозь


тучи. Странная фигура опасливо посмотрела по сторонам и осторожно зашла внутрь.


- Приветствую, - послышался женский голос, лишь только незнакомка подошла к


одному из столиков.


Мужчина, к которому было обращено приветствие, одарил её спокойным взглядом, а


после, слегка качнув головой, предложил сесть рядом.


- Благодарю, Итачи, - она ещё раз осторожно посмотрела по сторонам, и, сбросив


капюшон, открыла свое довольно симпатичное лицо.


- Ты принесла то, что я просил, Кайя?


- Да, - куноичи замолчала, - вот,- тонкая рука протянула свиток с информацией.


– Там есть все, что за последнее время делала Коноха. Надеюсь, вам это


пригодится, - нынешний капитан спецподразделения Конохагакуре-но-сато странно


замолчала, изучая глазами молодое и такое привлекательное лицо бывшего


капитана. Она всегда относилась к нему слишком хорошо, чересчур сильно въелось


это никуда не уходящее в её сердце уважение. И даже после того, что он сделал,


она знала, что Учиха никогда бы не поступил так по собственной воле.


- Она здесь, - спокойно заговорила шиноби, встречая вопросительный взгляд.


Почему она решила сказать ему это, она не могла объяснить, да и не хотела, -


Вильгельмина, в этом городе Аме. Я случайно столкнулась с ней на одной из улиц,


- ревность на мгновение колыхнула в ее взгляде, но она быстро спрятала свои


истинные чувства.


- Вот как... Кайя, ты хорошо поработала, - Итачи не изменился в лице, лишь


многозначительно посмотрел в нежно-зеленые глаза своей собеседницы (что уже на


протяжении нескольких лет доставляла ему нужную информацию), и, накинув черный


капюшон, покинул питейное заведение.


- До свидания... Итачи.


«Прошло почти восемь лет, - пронеслась странная мысль в голове нукенина, когда


он вышел из бара. Перед глазами сразу же встал образ белокурого ребенка, что


неловко сжимал рукоять катаны, искренне надеясь однажды стать достойным шиноби,


- почему ты ушла из деревни? Ты сделала уже слишком много глупостей,


Вильгельмина. - Учиха бросил отстраненный взгляд на свиток в руке, - нужно


возвращаться в штаб,» - постояв ещё немного в темном переулке, носитель


шарингана уверенным шагом двинулся прочь из деревни, направляясь в страну Огня.


Она прошла совсем рядом. Всего в двух метрах от него. Черный, стройный силуэт,


словно тень, медленно брел по грязной дороге в противоположную сторону. Мужчина


остановился. Губы хладнокровного нукенина дрогнули в слабой, еле заметной


усмешке. Он не ожидал такой скорой встречи с прошлым.-----


Вильгельма отрешенно сидела в небольшом пыльном кресле, такого же небольшого


пыльного отеля. Закинув ноги на его ручку, она скучающим взглядом изучала серый


потолок номера. Ни на что другое у нее уже не было сил.


Пробродив по городу несколько часов в тщетных потугах найти более нормальную


гостиницу и окончательно потерявшись, бывшая куноичи Конохи нервно и немного


злобно остановилась возле первой попавшейся.


«Ладно».


Неловко поднявшись с места, она скинула свой черный плащ, что за все это время


уже успел присохнуть. Комнату заполнил легкий стон. Вильгельма сморщилась, и,


подойдя к зеркалу, посмотрела на глубокую рану на левом боку. Кровь уже давно


перестала идти и запеклась неприятной и грязной корочкой, что сейчас была


потревожена сорванной тканью. Болезненно закатив глаза, девушка аккуратно


подцепила край футболки, ну или того, что сейчас это больше всего напоминало, и


начала ее очень медленно снимать. Боль была жуткой. Стиснув зубы, она резко


дернула нерадивую вещь, и в этот же момент запрыгала на месте, морщась и


закусывая болезненный крик. Потревоженная рана сразу же дала отпор, заливая пол


новыми и новыми порциями крови.


«Дерьмо».


Прижимая руку к боку, Вильгельма вновь кинула неловкий взгляд в зеркало.


Серо-коричневые сосульки вместо волос, худая, уставшая, изможденная своим


образом жизни. Словно живой труп.


«Я знала, что приду к этому».


Куноичи еще немного постояла, смотря в отражение своих глаз. Она уже давно не


видела в них ничего, кроме лиц убитых когда-то людей. Одна сплошная тьма.


Добравшись до ванны, девушка лениво сняла остальные вещи и так же лениво села в


воду. Боль. Тупая боль мгновенно обрушилась на нее новой волной, заставляя


шиноби вновь прикусить и так растерзанные губы.


- Ещё чуть-чуть…


Руки быстро стали перебирать привычные знаки. На мгновение Тайо закрыла глаза,


собирая остатки чакры внутри себя.


- «Суитон: Техника водной целительницы», - тихо прошептали её губы. И лишь


только руки покрылись водяным коконом, Вильгельма опустила их на раненый бок.


Несколько минут неприятного жжения (что казался просто ерундой по сравнению с


той болью, что принесла эта рана), и ткани медленно начали затягиваться. Сначала


порванные мышцы, после сама кожа. Ещё каких-то несколько секунд, и на месте


глубокого пореза не осталось ничего, кроме неприятных воспоминаний. С


остальными ранами девушка справилась так же.


Тяжело выдохнув, Вильгельма облокотилась на стенку деревянной ванны. Сил у неё


уже не осталось. Сейчас ей хотелось лишь одного - крепко заснуть в теплой


кровати на несколько часов. Просто забыться...


Примечание к части


Куноичи (Ниндзя) — это любой боец женского пола, использующий какие-либо техники - боевые приемы.


Шаринган ("Копирующий вертящийся глаз") - особенная способность,


заключающаяся в глазах, которой обладает только клан Учиха.


Ручные печати - различные позиции и положения пальцем и рук, которые нужны


шиноби для того, чтобы регулировать Чакру и применять техники.


Чакра (Chakura) — энергия, которую фокусирует Шиноби, что бы применять свои


техники.


Конохагакуре-но-сато или "Деревня скрытая в листве" – скрытая деревня


шиноби страны Огня.


Деревни Шиноби, составляющие военную мощь своих стран. Такие деревни


продолжают традицию, обучая жителей искусству Ниндзя.


Нукенин или"Беглый ниндзя" или отступники, изгнанные шиноби - шиноби,


которые предали свои деревни и находятся во всемирном розыске.


Санин - «Три легендарных Ниндзя»— титул, которые носят единственные трое


выживших в битве Конохагакуре против Амегакуре - «Деревня скрытая в дожде».


Суитон - "Высвобождение воды" Шиноби базирующиеся на техниках суитона


могут использовать силу и мощь воды в своих техниках.


Техники шиноби или «Дзюцу» (общее название всех техник шиноби, которые не


могут использовать обычные люди) — это боевые приемы ниндзя.


Акацки или «Рассвет» - преступная организация. Все члены этой организации -


преступники, которые покинули свои деревни и объединились. Цель Организации -


мировое господство.

Часть 2. "Орочимару"

Тяжелые размеренные шагиэхом раздавались в пустом и холодном коридоре организации «Акацки».


Пепельноволосый нукенин, резко свернув, направился дальше по коридору.


Остановившись у одной из дверей, он троекратно постучал и, получив приглашение,


тихо открыл её.


- Лидер, вызывали?


Рыжеволосый мужчина холодно посмотрел на вошедшего подчиненного и жестом головы


приказал сесть рядом с другим молодым человеком, пришедшим ранее.


- Тсукури Дейдара, Хидан, мне нужно, чтобы вы привели сюда одного шиноби, -


сразу начал он без вступления, окатывая подчиненных ледяным голосом, - эта


женщина должна быть здесь через четыре дня. Вы сможете столкнуться с ней в


стране Снега, вблизи границы с Водопадом, в деревне Кийто. Там она должна быть


через два дня, - мужчина закончил, бросая на край своего стола небольшую темную


папку. – Здесь её данные.


- Хорошо,- проговорил Тсукури, раскрывая папку и заглядывая в документы. Ему


было безумно интересно, что же это было за задание, из-за которого Лидер вызвал


подчиненных в штаб да еще и поменял состав.


«Женщина, значит», - он украдкой многозначительно посмотрел на Пейна.


- В каком состоянии нам привести её? - произнес Хидан, лениво крутя в руке


фотографию.


- Она нужна мне живая, - это последнее, что Лидер сказал им прежде, чем дверь


закрылась.


«Значит, женщина, хм».


-----


Неприятный прохладный ветер раздувал белоснежные волосы девушки, лишь только


она вновь и вновь отталкивалась от очередной ветки дерева. Солнце было уже


почти в зените, но это совершенно не сказывалось на погоде. Чем ближе


Вильгельма продвигалась на север, тем холодней становилось вокруг. Из


надоедливой сырости страны Дождя, а если быть точнее, из города Аме, девушка


ушла уже два дня назад. И сейчас, закутавшись в зимний плащ, она держала путь в


страну Снега, приграничный город Кийто. Там её должен был ждать новый заказчик.


Неожиданно к горлу подкатила странная тошнота, а сердце бешено забилось, словно


пытаясь убежать. Волнение и страх окатили девушку. Вильгельма резко


остановилась, замерев на месте, вслушиваясь в окружающие её звуки.


«Здесь кто-то есть?»


Она напряженно повела взглядом по сторонам, осматриваясь, а правая рука уже


машинально потянулась к набедренной кожаной сумке.


- Дерьмо, - по правую сторону что-то непонятно зашуршало, но этого было


достаточно для того, чтобы куноичи в один резкий рывок развернулась на 180


градусов и преодолела за считанные секунды расстояние в несколько метров. Звук


металла на мгновение наполнил пространство. Послышался легкий смешок, и цепкие


длинные пальцы незнакомца выбили оружие из рук куноичи, хватая за кисти.


Девушка дернулась, тихо пискнув. Спина больно ударилась о кору дерева, в


которую впечатали саму шиноби. Черные глаза напротив янтарных. И змеиная


ухмылка рассекающая лицо.


Ту-дум. Сердце отбило удар и остановилось.


- Какие люди, сам Орочимару Кусанаги, - Тайо многозначительно улыбнулась,


обнажая слегка заостренные клыки, пряча страх и отчаянье за маской равнодушной


дерзости. - Какими судьбами? - она не двигалась с места, чувствуя, как ледяные


пальцы мужчины все сильней сжимают ее кисти. Этот садист был очень хорошо


знаком ей в прошлом и представлял собой огромную опасность.


- Ребенок вырос, - колкий янтарный взгляд, словно вязкая жидкость, медленно


стекал по телу девушки. Вильгельма попыталась дернуться, на что мужчина лишь


сильней сжал руки. Словно медленно душил ее веру в себя, вселяя ужас.


- Что тебе нужно? - паника. Паника начинала сковывать ее тело. Она не могла


вернуться. Не сейчас.


«Он же обещал, что это будет еще нескоро», - страх. Страх паутиной обвил ее


ноги. «Нет... пожалуйста. Ты же говорил, что заранее предупредишь. Соврал? Я не


могу сейчас. Не хочу. Я...»


- Ничего, - мужчина отпустил руки куноичи, и, отойдя от нее, вызывающе


усмехнулся. - Я лишь покажу тебе кое-что, - ноги слегка подкосились. Девушка


подтянула свои руки к груди, аккуратно касаясь пальцами синяков на кистях. Она


давно поняла, что с ним нужно быть дерзкой, наглой, какой угодно, только не


слабой. Ведь именно его глаза она так часто видит в своих кошмарах, хватаясь за


подушку и, словно в агонии, тихо умоляя прекратить...


- Ты меня сейчас съешь, - мужчина небрежно откинул прядь черных длинных волос с


лица, фривольно поднимая пиалу с сакэ. Его цепкий взгляд бродил по


встревоженному и напуганному лицу куноичи. Мужчина смаковал ее страх. Ее


отчаянье и бессилие перед ним.


- Боюсь, если я тебя съем, то отравлюсь, - девушка нервно дернула плечом,


скрывая свои переживания. Сидеть в питейном заведении с нукенином, который


измывался над тобой целый год, было сумасшествием.


- У меня для тебя есть кое-что, - интригующе произнес санин. Он


многозначительно посмотрел на свою белокурую собеседницу и, важно отпив,


опустил аккуратно сложенный листок на деревянный стол. Вильгельма помедлила, но


уже через секунду посмотрела на мужчину. Удивление. Тревога. Страх. Страдание.


А потом... обида. Такая пустая и глухая обида, что стало мерзко.


Рука смяла листок.


«Значит, теперь я официальный нукенин в своей деревне. Теперь я предатель?


Теперь и я... Хех. Если подумать, деревня никогда не принимала меня».


Улыбка. Улыбка, что рассекла ее лицо. Странная пугающая, скрывающая за собой


жажду крови. И она вызвала такую же. Бескровные губы мужчины удовлетворенно


исказились, наблюдая за тем, как ребенок приникает губами к горлышку бутылки.


Как капли падают из уголков и стекают по шее.


Мгновение, и треск наполняет пространство. Бутылка лопается в руках девушки,


осыпая ее кучей керамических осколков, разбрызгивая горячительную жидкость.


«Отлично. Пусть будет так».


Девушка резко встала, оросив стол кровью. Она хотела уйти. Уйти от этих


ядовитых янтарных глаз, в глубинах которых была лишь смерть. Уйти от него,


чтобы, наконец, спокойно подумать. Ведь сегодня деревня предала ее, даже не


выслушав. Но этот человек не узнает ее мыслей, поэтому, накидывая капюшон, она


стремилась возвести преграду, избавиться хоть как-то от своего страха перед


ним, от своих чувств. Она могла лгать ему, лгать всем о том, что ничего не


боится, но в глубине своего сердца она осталась тем ребенком, над которым он


измывался. Тем подопытным кроликом, что бился в конвульсиях агонии у него в


лаборатории.


- Вильгельмина, помни… о нашей договоренности.


Она не стала отвечать, растворившись в толпе. Растворившись в собственном


страхе и отчаянии перед ним.


Улыбка. Улыбка, которая могла появиться только у него на лице. Она ушла, но они


снова встретятся. Хоть и сейчас от нее остался лишь запах крови.


«Значит, она не знает о нем».


Из мыслей санина вырвала чакра ученика, что зашел в заведение.


- Я здесь, - холодно и отрешённо произнес шиноби, фривольно усаживаясь за стол.


Он одарил своего учителя испытующим взглядом, словно тот мог объяснить то


странное волнение, что захватывало его сердце, пока он двигался сюда.


- Тебя что-то беспокоит, Саске? - подал хрипловатый голос змеиный предатель,


расплываясь в ехидной улыбке.


- Нет, - отрезал молодой человек, озадаченно опуская взгляд на стол, где лежали


мелкие осколки разбитой бутылки и капли крови. - Здесь кто-то был? - он поднял


красные глаза на своего собеседника, ожидая четкого и прямого ответа.


- Да, моя знакомая.


Саске промолчал, оставив все сомнения внутри себя. На что Орочимару лишь


демонстративно усмехнулся, облизывая губы:


«Интересно».


-----


Хрупкая фигура. Опущенный взор. Обида, что выплескивалась из краев ее глаз. Она


больше никто для них.


«Убийца?»


Да. Она была ей. Она — наемница, а значит - нукенин. Больше не было надежд.


Даже мечты. Они растворились вместе с помятой бумагой на том столе, утопая в


дурманящей жидкости.


Секунды, что длятся вечность. Вздох. Последний взгляд. Тишина. Кровь, что капает


на землю от порезанной руки. Вновь вздох.


- Хорошо, - Вильгельма подняла глаза, небрежно вытирая руку о плащ. - Поиграем


в новую игру.


Поэтому бросив последний взгляд на деревню страны Водопада и резко


развернувшись, она растворилась в пышных зеленых кронах.

Страница книги Белый Ангел в интернете