# Свечи

Гения Ыхо

Каждая человеческая жизнь - это свеча. Когда человек умирает, его свеча тухнет. Маленькая история о человеке, который воспротивился такому укладу.

Свечка догорела до половины. Внезапно я представил, что моя жизнь - это та же самая свечка. Да не только моя - жизнь любого человека. Всё, что нам отведено свыше, - это её полная длина. Но ведь всякое может случиться - подует ветер, дёрнется рука, кончится фитиль... И жизнь оборвётся раньше срока. А ведь и свечки бывают разные!

Everlasting Summer


- Каждая человеческая жизнь - это свеча. Когда зачат новый человек, его свеча начинает расти. При рождении она зажигается, а при смерти тухнет. В течении следующих 40 дней она рассыпается и от неё ничего не остаётся. На её месте начинает расти другая. Сгоревшая полностью свеча означает, что человек умер от старости. Не догоревшая - по иным причинам. Свечи бывают разной длины и толщины. Длина зависит от отмеренного срока, а толщина от силы и воли. Толстые горят сильнее и затушить их сложнее, а тонкие еле-еле теплятся и затушить их может слабый порыв ветра. Любые негативные эмоции человека формирует над свечой ветер. От их силы зависит сила ветра. Сильный ветер может затушить свечу, а буря в душе может задуть и другие свечи...

Большая часть из этого доклада была знакома слушателям, все они знали о легенде о свечах жизни. Но сегодня они узнают кое-что новое об этом - реальное расположение Пещеры свечей. Самуил долго готовился, чтобы успешно выступить на этой конференции по мифологии. Он гордился собой, что смог вычислить точное место. Это не какой-нибудь остров Буян!

О существовании большой пещеры со свечами под землей в пустыне говорилось во всех источниках. Но вот в какой именно пустыне и где - не уточнялось. Но недавно в руки попало изображение звездного неба того времени из той местности. С поправкой на время удалось точно определить пустыню - Такла-Макан. Удалось определить не только пустыню, но и с малой погрешностью местоположение пещеры.

Конференция закончилась довольно поздно, в больницу в приёмные часы Самуил не успел. Решил, что завтра расскажет Соне обо всем. Его жена уже месяц лежала в больнице в коме. Врачи давали не утешительные прогнозы, но Самуил упорно ходил к ней почти каждый день, разговаривал с ней, рассказывая как прошел день, в основном о работе, о детях, что сейчас находились у его родителей, о погоде, о разном.

Звонок застал его около дома, во дворе, он как раз подходил к подъезду.

- Самуил Витальевич, это врач из 3й городской больницы. Ваша жена только что умерла. Примите мои соболезнования.

"Что он только что сказал?" - подумал Самуил, до него не сразу дошло о чём ему только что сообщили.

Врач продолжал что-то говорить, но его не слушали. Телефон выскользнул из ослабевших пальцев и ноги перестали держать ставшее таким тяжелым тело. Сердце как будто сдавила невидимая рука и оно отчаяннее забилось в её тисках.

- Она... у... ум...? - Самуил не мог сказать такое простое слово, словно появился ком в горле.

Сидя на земле он немного удивленно и отрешенно смотрел вперед собой и ничего не видел. Несмотря на то, что был май, стало холодно, тело начала бить мелкая дрожь и Самуил обхватил себя за плечи. Перед глазами появилась какая-то пелена, всё стало смазанным, как в тумане.

- Нет... Нет... - бессвязно бормотал парень. - Она не могла... Не могла... ты же не могла?! - голос сорвался на крик и закончился всхлипом.

Нет! Не могла. Он не мог поверить. Принять её смерть. Он не хотел верить, что всё закончилось вот так, что врачи оказались правы.

Хотелось кричать, но из горла вырывались какие-то хрипы, воздуха не хватало, чтобы вдохнуть и закричать. Самуил задыхался, он пытался вдохнуть ртом, но это не помогало, он чувствовал себя выброшенной на берег рыбой. Пальцы сильно сжали плечи, но боли не было. Вообще ничего не было. Стало темно, тихо, исчез куда-то холод. Как долго он так сидел Самуил не знал - так могли пройти пару минут или час.

Он не помнил, как дошел до ближайшего бара, как заказывал выпивку, как пил, как вернулся домой.

В себя он пришел утром, лежа на полу около кровати, укрывшись одеялом, в помятом плаще и в туфлях. Было раннее утро, солнце не успело подняться высоко над горизонтом и окрасило редкие облака в розовый.

- С чего я так напился? - недоумевал парень.

Он помнил, как успешно выступил с докладом, как отвечал на вопросы, как собирался домой, помнил, как вышел на улицу, но вот что было дальше - не помнил. В голове было пусто. А вместе с воспоминаниями пропал и телефон. Наверное с коллегами по конференции напился, а телефон оставил там, где они пили. Вспомнит - заберёт.

Не унывая по поводу пропажи телефона Самуил принялся за обычные домашние дела: засунул в стиральную машинку грязные вещи (посмеялся, что возвращался домой на карачках, так как колени и рукава были слишком грязные), принял душ, сварил кофе. И только когда он сидел за столом, воспоминания вернулись. Это было так неожиданно, что парень не успел поставить чашку на стол и дрогнувшая рука уронила её. Коричневая жижа растеклась по столу, подплыла к краю и закапала на пол и на обнаженную кожу. Он обхватил лицо руками, но не проронил ни звука. Тишину кухни нарушало только тиканье часов, да стук капель о пол.

Воспоминания вчерашнего обрушились на парня, они давили на плечи, заставляя спину горбиться и сутулиться как у старика,. Самуил не хотел понимать и принимать то, что Сонечки больше нет. Неужели он больше никогда её не увидит, они не поговорят, её глаза никогда не раскроются, а губы так и останутся бледными и плотно сжатыми?

Нет. Нет! Нет!!! Он с силой потер лицо.

Весь день прошел как в забытье. Самуил чувствовал себя заблудившимся в густом тумане. Он блуждал, ходил по кругу и никак не мог вырваться из этого круга. А вокруг был только туман. Вязкий густой осязаемый туман, казалось, протяни руку в этот туман, она в нём скроется и сам туман схватит за эту руку и утащит куда-то.

Родственники, видя его состояние, взяли все хлопоты на себя. Дети так и не вернулись от матери. Квартира стала пустой, тихой, мёртвой.

***

Люди всегда мечтали о бессмертии. Уж сколько людей сгинули в поисках найти пещеру и зажечь ту свечу, ради которой она искалась. Но не все. Некоторым это удалось. Орфей. Первый, кому удалось победить смерть и вырвать свою возлюбленную, Эвридику, из лап смерти.

Однажды Эвридика гуляла по прекрасному саду, она так увлеклась красотой этого сада, что не заметила змею и поплатилась за это своей жизнью. Когда Орфей её нашел, она уже была мертва. Но он так сильно любил свою жену, что не пожелал смириться с её смертью и решил бросить смерти вызов, войти в пещеру и зажечь свечу Эвридики снова. Он смог беспрепятственно дойти до пещеры, смог ловкостью и хитростью одолеть стража и зажечь свечу. Когда он вернулся, Эвридика уже ждала его.

- Орфей! Орфей... Орфей...

Самуил проснулся, резко открыв глаза и сев на кровати. Это имя всё еще звучало в ушах.

- Орфей? - повторил парень. - При чём здесь это? Глупости какие-то снятся, - отмахнулся он.

На улице еще была ночь. Самуил снова лег и закрыл глаза.

- Еще рано. Рано. - успокоил он себя.

И проваливаясь в бездну сна, его озарило:

- Орфей! - радостно закричал он.

- Это безумие. - ответил сам себе. - Детские сказки. Соломинка для утопающего. Да и какой я утопающий? Я уже утопленник.

Несмотря на такие пессимистичные речи, Самуил уже искал свои записи, в которых были координаты его "соломинки". Оставалось 38 дней.

Все тяготы взяли на себя родственники: оформление бумаг и договор с ритуально-похоронной службой. Самуил ни с чем, что касалось смерти Сини не имел дела. Он собирал вещи, бумаги, пересчитывал координаты и умолял не хоронить жену еще хотя бы неделю.

Так и оставив всё на родственников, Самуил отправился к пещере, хвататься за соломинку, не понимая, что уже ничего не изменить.

Казалось, сама Судьба и Удача благоволят ему и хотят помочь. Рейс в аэропорту не задержали, на таможне вежливо встретили, даже проводника удалось найти, но не до самой пещеры, а до ближайшего к ней оазиса. Бесцельно бродить по пустыне в поисках каких-то мифических вещей никто с ним не собирался. Да и Самуил не распространялся о своих поисках. То ли боялся, что на смех поднимут, то ли что украдут идею и координаты пещеры и злые люди сами воспользуются таким шансом.

А оставшись в одиночестве и оставив за спиной последний оазис, Самуил не долго путешествовал по пустыне - были отличные условия для этого: транспорт, еда, погода. Казалось, он просто решил прогуляться и получить новых впечатлений. Новый любимчик Судьбы находил в конце дня удобные места для ночевки, его обходили дикие звери, а пустынные чудеса сами показывались ему. Даже искомую пещеру он нашел случайно.

Вечером, на девятый день путешествия, он нашел удобные скалы для ночевки. А утром, собираясь дальше в путь, поднялся ветер. Сама природа отговаривала его уходить оттуда. И Самуил сдался природе.

Вход в пещеру нашелся с другой стороны. Не такой большой, как описывалось в легендах. Скорее небольшая трещина в скалах, способная пропустить человека, отойти на пару метров вправо или влево и не заметишь её. Короткий пологий спуск сменился крутым и завернулся спиралью, вгрызаясь через скальную породу вглубь земли. Не было ответвлений, Самуил начал уставать, но любопытство и нежелание возвращаться в начавшуюся бурю пока одерживали верх над поставленной целью. Проход начал расширяться вглубь и в высоту, а стены посветлели. После крутого поворота, Самуил остановился и выронил от неожиданности фонарь из рук.

Спустя десять дней своего путешествия он нашел то, что искал: Пещеру свечей. Перед ним простиралась безграничная пещера. Её стены терялись вдалеке и всё пространство перед ним было залито желтым пламенем свечей. И страж не спешил выдворять непрошеного гостя. Это место, похоже, было давно забыто и заброшено.

Самуил подошел ближе, к самому краю моря свечей и огляделся. На стенах, что были видны по бокам на выступах тоже стояли свечи, а обгоревшей и шелушащейся кожи касался ветер, лаская и охлаждая её. Но он не задевал огонь свечей. Свечи горели ровно, а их пламя слепило. Слепило, сводило с ума. Парень упал на колени и уронил руки на пол. Перед ним было море горящих свечей, среди них не было заметно потухших. Как же искать Сонечкину? Как её спасти?

Он ударил кулаком об пол, снова и снова. Глаза в немой просьбе смотрели на свечи. Он потер их - они слезились, то ли от раздражения от света свечей, то ли от бессилия.

- Чёрт!

От злости и ярости он снова ударил кулаком по полу.

Парень не знал сколько так сидел и смотрел на свечи. Сзади раздались шаги. Самуил смахнул слёзы и повернулся. Из темноты к нему подходил серый парень. Это было самое точное описание. Волосы и одежда были серые. Когда он подошел ближе и остановился около Самуила у самой границы, то Самуил заметил, что и кожа парня имела какой-то сероватый оттенок. Наверное глаза его тоже были серыми. За плечами был рюкзак. Такой же путешественник. А может и искатель. Эти мысли проносились в голове сидящего на полу парня, но он не сказал ни слова. Молчание затянулось. "Серый" тоже не спешил начинать говорить и пялился на сидящего перед ним. Он повернул голову на право, затем налево, словно ища что-то, но проделал он это как-то рассеяно, скорее всего осматриваясь, решил Самуил.

Первым нарушил молчание именно "серый":

- Заблудился?

Даже голос у него оказался тихий и невзрачный.

Самуил подумал, что это самый глупый вопрос, который можно задать в подобной ситуации.

- Нет. А ты?

- Нет.

"Значит, такой же как и я." - с горечью подумал Самуил. Влага начала скапливаться в уголках глаз, грозя оказаться на щеках.

- Как ты тут оказался? - спросил стоявший парень.

Самуил хотел ответить в духе первого вопроса парня, что-то типа "случайно зашел переждать бурю и оказался в пещере, которую так сильно делал найти последние полмесяца", но почему-то ответил не это. Он начал рассказывать всё, что случилось в эти полмесяца. Начиная с конференции и заканчивая успешным завершением поиска пещеры, он рассказывал свою историю. Его голос то начинал дрожать, то обретал ровный тон и уверенность. Под конец он не выдержал и слёзы снова покатились по щекам. Самуил опустил голову, рассматривая пол, ему не хотелось, чтобы его видели таким, пусть даже незнакомый парень.

"Серый" внимательно выслушал, кивая и не перебивая. Самуил ожидал чего угодно: утешения, насмешки, но не того, что прозвучало потом, сказанное равнодушным голосом.

- А ничего бы и не получилось.

- Почему? Как?! - хотелось закричать ему, вскочить на ноги и схватить этого парня, но он просто сидел, смотря на основания свечей, не смея взглянуть на того парня. - Значит всего лишь легенды... - А он то дурак, понадеялся. Глупый, наивный идиот. Губы задрожали и затряслись руки. Он поспешил сжать их в кулаки, а губу закусить.

- Попробуй затушить какую-нибудь свечу.

"Серый" скинул рюкзак и сел прямо на пол около края свечного моря.

Сначала Самуил не решался, думая, что убьёт кого-то, а потом слегка подул на пламя ближайшей свечи. Пламя не пошевелилось. Он подул сильнее. Попытался затушить рукой, но лишь обжегся.

- Ты не можешь потушить. Как ни старайся это не под силу ни одному человеку. Не по силам и зажечь. Ты не смог бы зажечь потухшую свечу.

- Откуда ты столько знаешь? Кто ты?

- Я хранитель. Меня зовут Ингвар.

- Самуил, - рассеянно гладя на свечи взаимно представился парень. - Что ты со мной сделаешь?

- А я должен что-то сделать?

- В легендах говорится, что ты убиваешь любого, кто войдет в пещеру.

- Раньше - да. - Рассеянно глядя на пламя кивнул хранитель.

- А сейчас? Что изменилось?

- Люди. Раньше люди могли тушить свечи самостоятельно, но со временем они утратили этот дар. Моя должность потеряла всякий смысл, и моё существование превратилось в муку, то, ради чего я был создан исчезло, но я почему-то остался. И память об этом месте тоже. Люди стали забывать о свечах и обо мне. Ты первый, кто за последнее столетие пришел сюда.

- Но ты не сидишь в этой пещере, не следишь за свечами. Путешествуешь? Наверное ты побывал во многих местах?

- Да, я хожу по миру. Иногда я возвращаюсь сюда, проверить всё ли в порядке, а потом снова ухожу. Как видишь, - он обвёл рукой пещеру, - здесь всё в порядке, расставлю сувениры и снова отправлюсь за новыми.

Неожиданно вокруг поднялся сильный ветер, он всколыхнул пламя свечей и разом затушил около сотни ближайших свечей, мазнул по лицу, взлохматил волосы и всколыхнул одежды, потом исчез, как будто и не было никакого ветра. Снова стало тихо, только потухшие свечи напоминали о секундном порыве.

- Что это было? Они сами потухли.

- Да, такое бывает.

- Бывает? - тупо переспросил Самуил, не веря глазам. Он не мог потушить одну свечу, а сейчас она потухла и отнюдь не из-за его стараний. Какой-то поток воздуха сделал больше, чем он.

- Да, - Ингвар кивнул, - когда разом умирает большое количество людей: стихийные бедствия, несчастные случаи, теракты, массовые самоубийства. Люди и природа найдут способы как уменьшить популяцию.

- А мифы о свечах правда? Наверное правда, ведь я нашел пещеру, - горько улыбнулся Самуил.

- Отчасти. - На губах хранителя тоже мелькнула улыбка. - Какие именно мифы тебя интересуют?

- Например о парне, вернувшем свою возлюбленную.

- Немного правда.

- Он тоже не смог вернуть? - убитым голосом сказал Самуил и вздохнул.

- Тоже.

- И в этом вымысел?

- И в этом тоже.

- А как звучит эта история без лжи?

- Почти как и твоя, только с другой концовкой. Ты смог бы в этом хаосе свечей найти свечу своей жены?

Самуил покачал головой.

- Это был не парень, а девушка. Она тоже не смогла. Принялась зажигать все подряд. Убил я её. А потом ещё и свечи пришлось тушить. Долго возился. Свежезатушеные и не отличишь. Возможно у кого-то было чудесное воскресение из мёртвых. Потом сам этот изменённый миф разнёс среди людей.

- Но зачем? Ведь к тебе бы все толпой повалили бы!

- Просто так. Скучно было.

- А сейчас скучно?

"Наверняка, я в этом уверен, - подумал Самуил, - а иначе ты бы не сидел здесь со мной на грязном полу и не беседовал бы так мило, разбалтывая правду о мифах. Скорее всего убил бы меня как ту девку и дело с концом. А может потом и убьёт, поэту так и честен со мной сейчас."

Самуил вдруг подумал, что ему всё равно не хочется жить без Сонечки.

- Очень. Ничего не спасает от скуки. Моё существование превратилось в муку после того, как люди обо мне забыли, я сидел тут и охранял-охранял. Смотрел на пламя свечей и слушал ветер. А затем бросил я всё и пошел путешествовать по миру. Года провел в путешествиях, пешком обошел планету. А потом и это надоело. - Он говорил о том, что у него нет смысла жить и эта жизнь ему надоела как о неинтересном фильме, который, если захотел, можно выключить. Как о чём-то обыденном.

- Но ведь в жизни так много замечательных вещей, которые придают ей такой приятный вкус.

- А любовь...

- Это человеческое понятие, не моё. - перебил его парень.

- Это чувство наполняло мою жизнь смыслом. Может и у тебя найдётся кусочек души, способной на это чувство.

- Как ты и сказал, оно наполняет вашу жизнь. Я не умею чувствовать. Но я могу привязываться к людям. Но сейчас ты говоришь мне познать ту боль, что чувствуешь ты, но в сотни раз большую. - И не давая вставить собеседнику слова, продолжил, - Ты потерял одного человека и тебе больно. Каково будет мне смотреть, как человек стареет и затухает, а я остаюсь молодым и проживу ещё тысячи лет. Ты своими советами обрекаешь меня на вечные муки смотреть как затухают мои любимые снова и снова, бесконечно долго как бесконечно и моя жизнь. Муку сильнее той, что несу сейчас я. Но даже сейчас я хотел бы сгореть и потухнуть.

- А как выглядит твоя свеча?

- Никак. Её нет. Нечему затухать.

- О, как бы и я не хотел иметь чувств. Сердце разрывается только от одной мысли, что я не увижу её снова. Как мне с этим жить?

Самуил в последний раз окинул взглядом пещеру, поднялся и побрёл назад, в темноту, к пустыне, к жизни без Сони.

***

Спустя пару дней.

Ингвар, выглядевший уже не таким серым, после того как смыл с себя пыль и грязь стоял посреди множества свечей и смотрел на потухшую свечу. Вокруг было много других потухших, но эта отличалась.

По правилам того человека надо было убить, но Ингвар настолько отвык от зрелища человека в этой пещере, что смалодушничал и не смог. К тому же тому человеку оставалось не так много времени: убить тогда или умрёт сам через несколько дней разница невелика.

Он вспомнил их разговор. Как он говорил о скуке, о том, что не видит смысла в жизни... Как же он завидовал этому жалкому человечку. Этот человечек, проживший столь короткую жизнь уже смог почувствовать любовь и прочие эмоции. А он, созданный нейтральным и безэмоциональным прожил несколько тысяч лет, но так и не познал что такое чувства. Хотя одно чувство за это время у него всё-таки появилось: зависть. Можно сказать он завидовал им с самого своего появления, когда осознал что имеет власть над людьми, что выше их. И эта зависть своей чернотой разбавляла серость его нейтральной души, она за столько лет свила уютный клубок в его сердце. Как же он завидовал тому жалкому человечку, всем человечкам. Он идеальнее, лучше их, но такой урод. Бесчувственный ублюдок и как бы долго он не ходил среди людей, он никогда не сможет понять каково это жить эмоциями, хотя и может их имитировать и понимает (в большинстве случаев, как-никак столько лет изучает людей) и может предположить почему та или иная эмоция взялась и откуда и что ему нужно сделать для имитации. Но не может почувствовать это! И это злит. До безумия. От злости от пнул свечу того человечишки, который снова заставил его почувствовать себя таким ограниченным и случайно потушил пару свечей.

- Чёрт!

Хранитель аккуратно зажёг потушенные свечи.

- Как жаль, что я обязан служить вам, тем, кто заставляет чувствовать меня таким ограниченным. Наверное, нужно сходить на похороны того человека, ведь у меня не так много знакомых среди людей.